ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, 

<

...>, тел.: 

<

***>, факс: 

<

***>  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-39596/2023

город Ростов-на-Дону

22 сентября 2025 года

15АП-9852/2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 08 сентября 2025 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Гамова Д.С., судей Сурмаляна Г.А., Чеснокова С.С., при ведении протокола секретарём судебного заседания Маркиной А.В., в отсутствие сторон, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 02.07.2025 по делу № А53-39596/2023 о привлечении к субсидиарной ответственности по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО2 к ответчику ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "СК ЮГ",  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "СК ЮГ" (далее – должник, общество) конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Определением суда от 02.07.2025 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обжаловал определение суда первой инстанции от 02.07.2025 в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, и просила обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.  

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что судом не была исследована и установлена причинно-следственная связь между непередачей документации и невозможностью формирования конкурсной массы, а конкурсный управляющий не представил доказательств того, каким образом отсутствие документов существенно затруднило проведение процедур банкротства и расчетов с кредиторами, ограничившись лишь констатацией факта непередачи. Также суд проигнорировал представленный акт приема-передачи от 20.11.2024, подтверждающий передачу всех имевшихся у ФИО1 документов, а также его пояснения о прекращении  

обществом финансово-хозяйственной деятельности с 2019 года и отсутствии какого-либо имущества, вследствие чего истребование дополнительной документации объективно невозможно. В период с 28.08.2019 по 22.11.2023 ФИО1 был признан банкротом, и все его права, включая права участника и руководителя ООО "СК ЮГ", от его имени осуществлял финансовый управляющий, которому и надлежало передавать всю документацию общества, в связи с чем обязанность по ее передаче не могла быть надлежащим образом исполнена лично ФИО1 в указанный период.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, решением от 26.02.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.  

В Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Заявление мотивировано тем, что учредитель и ликвидатор должника - ФИО1 не исполнил обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) при наличии оснований, перечисленных в части 1 статьи 9 Закона о банкротстве, а также уклонился от передачи документации и материальных ценностей общества конкурсному управляющему.  

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции руководствовался статьями 32, 61.10, 61.11, 61.14, 61.16, 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" и исходил из того, что ответчиком не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации в отношении хозяйственной деятельности должника, а также имущество должника, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.  

Проверка материалов дела показала, что выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены верно, основания для отмены или изменения судебного акта отсутствуют.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено данным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пунктами 2 и 4 данной статьи установлены признаки и презумпции, в силу которых лицо может быть признано контролирующим.  

Согласно разъяснениям пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53) по общему правилу, необходимым условиям отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к  

субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Также в силу пункта 7 данного постановления предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя, является контролирующим.  

Исходя из положений статьи 61.10 Закона о банкротстве с учетом вышеприведенных разъяснений, для признания лица контролирующим суд должен установить: наличие у определенного лица фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия; - степень вовлеченности лица в процесс управления должником; - влияние лица на совершение сделок или определение их условий; извлечение лицом выгоды из незаконного или недобросовестного поведения руководителя.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ФИО1 являлся единственным участником (с 10.02.2016 года) с долей в уставном капитале в размере 100%, а также единоличным исполнительным органом (директором) должника в период с 10.02.2016 по 12.02.2024 год, что в соответствии с законодательством о банкротстве неоспоримо свидетельствует о его статусе контролирующего должника лица в период, предшествующий банкротству.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закон о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а также ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.  

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.  

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; 

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения им вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Конкурсный управляющий, обосновывая наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательства должника, указал, что ФИО1 не передал конкурсному управляющему первичную документацию, в связи с этим отсутствие первичной документации, связанной с хозяйственной деятельностью должника, препятствует формированию конкурсной массы, а также существенно затрудняет проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

Признавая доводы конкурсного управляющего обоснованными, суд правомерно исходил из следующего.  

Ответственность, установленная в пункте 2 статьи 61.11, пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402 Федерального закона "О бухгалтерском учете" (далее - Закон № 402-ФЗ) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).  

Согласно положениям статьи 7, пункта 4 статьи 29 Закона № 402-ФЗ руководитель организации является лицом, на которое возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.  

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов  

лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.  

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета, материальных ценностей не позволит конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, направленные на формирование конкурсной массы и проведение расчетов с кредиторами, в том числе принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.  

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.  

Заявитель, в данном случае конкурсный управляющий, должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе: невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Таким образом, именно на ФИО1 в силу статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложено бремя опровержения данной презумпции, в частности, что документы в полном объеме переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.  

Как следует из материалов дела, определением от 10.12.2024 суд обязал ответчика передать конкурсному управляющему учредительную и иную хозяйственную документацию общества. В законные сроки определение не оспорено, до настоящего времени определение не исполнено.  

Вместе с тем, как следует из материалов дела, обязанность по передаче бухгалтерской документации общества, равно как и документов, подтверждающих возмездное выбытие активов должника ответчиком в материалы дела не представлены, в связи с чем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что согласно ответу ГУ МВД по Ростовской области от 13.03.2024 (материалы электронного дела, отчет конкурсного управляющего от 03.10.2024) в собственности должника находятся следующие транспортные средства:  

- ГАЗ А21R32, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, ГРЗ Р 667 ХМ 161; - БМВ Х5, 2005 года выпуска, VIN 5UXFB53515LV16655, ГРЗ К 977 УЕ 161.  

Представленный ответчиком акт приема-передачи подтверждает передачу лишь учредительных и ограниченного числа иных документов (свидетельств, устава, уведомлений), что не опровергает факта непередачи именно первичной бухгалтерской и хозяйственной документации, а также документов, подтверждающих судьбу активов должника, включая транспортные средства. Передача части документов не освобождает от ответственности за непередачу их в полном объеме.  

Доводы ответчика о невозможности передачи документации и материальных ценностей, принадлежащих обществу, со ссылкой на то обстоятельство, что ООО "СК ЮГ" с 2019 года не ведет свою деятельность, подлежат отклонению.  

Как указывалось ранее, ФИО1 не передал конкурсному управляющему первичные документы, подтверждающие возмездное выбытие активов должника, не представила письменные пояснения о причинах выбытия активов, документы о возможной утрате/краже/списании имущества также не представлены, не представлены сведения о мероприятиях, направленных ответчиком на восстановление документации,  

В связи с отсутствием документации конкурсный управляющий не располагает информацией о деятельности общества и совершенных им сделках, что не позволило конкурсному управляющему провести полный комплекс мероприятий, в частности, по истребованию имущества должника у третьих лиц, оспариванию сделок должника, взысканию дебиторской задолженности и, как следствие, наиболее полно удовлетворить за счет пополнения конкурсной массы требования кредиторов.  

Отсутствие документов не позволяет также проанализировать хозяйственные операции должника, совершенные должником сделки и при наличии оснований - оспорить их в установленном законом порядке с целью возврата в конкурсную массу имущества должника, не позволяет выявлять активы должника, что препятствует пополнению конкурсной массы должника (сведения о которых имеются в отчетности должника).  

Оценив представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия пришла к выводу, что в отсутствие первичной бухгалтерской документации общества, отражающей информацию о хозяйственной деятельности должника, невозможно идентифицировать активы или установить основания их выбытия, что является препятствием для формирования конкурсной массы должника и расчетов с кредиторами, в связи с чем вывод суда о наличии оснований для привлечения должника к субсидиарной ответственности признается обоснованным.  

Ссылка ответчика на собственное дело о банкротстве, не опровергает статуса ФИО1 как контролирующего лица должника в предшествующий период. Более того, обязанность по обеспечению сохранности и последующей передаче документации лежала на нем как на руководителе. Ответчик не представил доказательств того, что он  

предпринял какие-либо действия для передачи всех документов финансовому управляющему или что последнему была надлежащим образом передана документация ООО "СК ЮГ". Ссылка на наличие финансового управляющего сама по себе не снимает с бывшего руководителя ответственность за необеспечение сохранности и непередачу документов  

Наряду с указанным апелляционная коллегия обращает внимание на следующее. 

Дело о банкротстве возбуждено 03.11.2023 по заявлению уполномоченного органа, тогда как о наличии неисполненных обязательств ответчик был осведомлен в 2017 году, а последняя отчетность сдана в 2017 году.  

Из отчёта финансового управляющего и реестра требований кредиторов следует, что неисполненные обязательства должника стали формироваться не позднее марта 2018 года, а именно:  

- перед Банк ВТБ (ПАО) в сумме 24 млн. руб., в том числе основной долг 13,1 млн. руб., проценты 11,4 млн. руб., по банковской гарантии от 26.12.2017 № БГ/5517-02080Г, начиная с 16.03.2018;  

- перед ФНС России в сумме 700 тыс. руб., начиная с 26 марта 2018 года (срок уплаты НДС за 4 квартал 2017 года в сумме 253 794 руб., а в дальнейшем суммы НДС за иные периоды, транспортный налог, страховые взносы);  

- перед ООО «Инновационные телекоммуникации» на сумму 400 тыс. руб., по договору поставки от 20.12.2017, начиная с 21.03.2018.  

Указанные требования впоследствии включены в реестр кредиторов.  

В соответствии с правовым подходом, отраженным в определении Верховного суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, закон, предоставляя право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах, не поощряет "брошенный бизнес".  

Данная позиция предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 9, пункт 3.1 статьи 70 АПК РФ).  

Вопрос о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 7 февраля 2023 года № 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного 15 мая 2024 года и ряде определений (от 10 апреля 2023 года № 305-ЭС22-16424, от 4 октября 2023 года № 305-ЭС23-11842, от 27 июня 2024 года № 305-ЭС24-809, от 11 февраля 2025 года № 307-ЭС24-18794 и другие).  

Эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим ("брошенным"), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного и нет никаких оснований уменьшать правовую защищенность кредиторов "брошенных" юридических лиц по сравнению с кредиторами ликвидированных (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290).  

Добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе сохранять, раскрывать информацию о хозяйственной деятельности должника при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности.  

В рассматриваемом случае ФИО1, формально передав отчетность должника, а также кадровые документы, не раскрыл причин объективного банкротства и утраты владения спорной техники и транспортных средств, указав в своих пояснениях конкурсному управляющему о том, что фактически начиная с 2017 года предприятие не вело какой-либо экономической деятельности, не совершало сделок, продукции не выпускало.  

Такие действия ответчика нельзя признать обоснованными и добросовестными, поскольку разумное пояснение о невозможности исполнения обязательств перед кредиторами не представлено, раскрытие перед ними и судом причин невозможности передачи документов не произведено.  

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 02.07.2025 по делу № А53-39596/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Д.С. Гамов 

Судьи Г.А. Сурмалян  

 С.С. Чесноков