ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-90247/2023

Дело № А40-247589/2022

г. Москва

07 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 07 марта 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дурановского А.А.,

судей Нагаева Р.Г., Скворцовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2023 по делу № А40-247589/2022 об удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании сделки (брачного договора от 29.10.2018) недействительной (заинтересованное лицо с правами ответчика – ФИО3), вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (судья Аландаренко Т.А.).

В судебном заседании приняла участие представитель ФИО2 – ФИО4 (доверенность). Иные лица, участвующие в деле, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом (статьи 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе публично, путём размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети Интернет («kad.arbitr.ru»), явку представителей в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) дело рассмотрено арбитражным судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО5. Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в Газете «Коммерсантъ» №31(7476) от 18.02.2023.

В августе 2023 года финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительной сделкой брачный договор от 29.10.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО3, и о применении последствия недействительности сделки.

Определением арбитражного суда первой инстанции от 01.12.2023 (резолютивная часть от 24.11.2023) заявление финансового управляющего удовлетворено. 

ФИО2, не согласившись с определением суда первой инстанции от 01.12.2023, обратился в апелляционный суд с жалобой.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 доводы и требования, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

Законность и обоснованность судебного акта проверены Девятым арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В ходе исполнения обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, финансовым управляющим выявлена сделка, которая, по мнению заявителя, совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Так, 29.10.2018 между должником и ФИО3 заключен брачный договор. 

Согласно п. 1 брачного договора в целях урегулирования взаимных имущественных прав и обязанностей, супруги договорились установить в период брака и в случае его расторжения режим раздельной собственности супругов согласно положениям настоящего договора. 

Финансовый управляющий должника полагая, что указанный брачный договор имеет признаки недействительности и представляет собой сделку, направленную на вывод активов должника в пользу аффилированного лица, в обоснование чего ссылался на наличие признаков, установленных п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Также, в обоснование доводов, изложенных в заявлении, финансовый управляющий ссылался на наличие признаков злоупотребления правом при совершении оспариваемой сделки, предусмотренных ст.10 ГК РФ, считает, что в рассматриваемом случае имело место недобросовестное поведение, направленное на сокрытие имущества от обращения на него взыскания

Доводы, изложенные в заявлении, также сводились к признанию брачного договора притворной сделкой по правилам п.2 ст.170 ГК РФ, как сделкой, прикрывающей вывод активов из имущественной массы должника, находящегося в преддверии банкротства. 

Учитывая изложенное, финансовый управляющий просил признать недействительной сделкой брачный договор от 29.10.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО3; восстановить режим общей (совместной) собственности между супругами ФИО2 и ФИО3 в отношении следующего имущества: Квартира, общей площадью 31,9 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>, кв. 9, кадастровый номер 77:07:0007002:2701; Автомобиль: марка, модель - Ягуар XF, цвет-белый, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, год изготовления -2012 год, модель, шасси (рама) № отсутствует, кузов (кабина, прицеп) № -

<

***>, ПТС 78 УС 458849, выдан Центральной акцизной таможней 27.02.2012, дубликат свидетельства ТС - серии 77 61 № 165409, выдано МОГТОРЭР № 1 ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве 16.10.2016, государственный регистрационный знак 

<

***>.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должник совершил сделку, направленную на безвозмездное отчуждение в пользу заинтересованного лица своего высоколиквидного имущества с целью недопущения обращения на него взыскания.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело (обособленный спор) в порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве, Закон о несостоятельности) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства) (часть 1). Определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено настоящим кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения (часть 3).

Порядок, субъекты и основания, по которым могут быть оспорены сделки должника-гражданина, предусмотрены в нормах главы X Закона о банкротстве, в частности в абзаце 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве, в пункте 7 статьи 213.9 и в статье 213.32 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. Абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

Выводы суда первой инстанции следует признать по существу верными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

29.10.2018 между должником -ФИО2 и супругой должника ФИО3 был заключен брачный договор, в соответствии с условиями которого в целях урегулирования взаимных имущественных прав и обязанностей супруги договорились установить в период брака и в случае его расторжения режим раздельной собственности супругов согласно положениям настоящего Договора.

Пунктом 2 брачного договора стороны установили, что имущество, принадлежащее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его личной собственностью.

В соответствии с п. 3 брачного договора квартира, общей площадью 31,9 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:07:0007002:2701, приобретенная во время брака и оформленная на имя ФИО3, на основании договора купли-продажи, удостоверенного ФИО6,     временно исполняющей обязанности нотариуса города Москвы ФИО7 11.05.2016 по реестру № 5-1538, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права выданным 24.05.2016 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве, о чем в ЕГРН 24.05.2016 сделана запись № 77-77/007-77/007/005/2016-410/4, после подписания настоящего договора будет являться личной собственностью ФИО3, как в период брака так и в случае его расторжения.

Согласно п. 4 брачного договора автомобиль: марка, модель - Ягуар XF, цвет-белый, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, год изготовления -2012, модель, шасси (рама) № отсутствует, кузов (кабина, прицеп) № -

<

***>, ПТС 78 УС 458849, выдан Центральной акцизной таможней 27.02.2012, дубликат свидетельства ТС - серии 77 61 № 165409, выдано МОГТОРЭР № 1 ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве 16.10.2016, государственный регистрационный знак 

<

***> приобретенный во время брака на имя ФИО2 после подписания настоящего договора будет являться личной собственностью ФИО3, как в период брака так и в случае его расторжения.

В соответствии с п.8 брачного договора, все остальное движимое и недвижимое имущество, не указанное в настоящем договоре, приобретенное в период брака как до, так и после заключения настоящего договора, считается собственностью того супруга, на чье имя оно официально приобретено или оформлено. Другой супруг обязуется не требовать раздела такого имущества, переоформления на свое имя или получения материальной компенсации как во время, так и после расторжения брака даже в случае, если в течение брака за счет общего имущества или труда и личного имущества другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальное строительство, капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другое). Понесенные при этом расходы не подлежат возмещению даже в случае расторжения брака. Согласия одного из супругов на совершение другим супругом сделок по распоряжению всем движимым и недвижимым имуществом не требуется.

Согласно п. 1 ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации (далее также – СК РФ, Семейный кодекс) законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности, который может быть изменен брачным договором, заключенным в письменной форме и нотариально удостоверенным (п. 1 ст. 42, п. 2 ст. 41 СК РФ).

В силу ст. 40 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Пунктом 1 ст. 42 СК РФ определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 Кодекса), установив режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Брачный договор является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности.

Между тем, брачный договор не может ограничивать правоспособность или дееспособность супругов, их право на обращение в суд за защитой своих прав; регулировать личные неимущественные отношения между супругами, права и обязанности супругов в отношении детей; предусматривать положения, ограничивающие право нетрудоспособного нуждающегося супруга на получение содержания; содержать другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречит основным началам семейного законодательства (п. 3 ст. 42 СК РФ).

В силу п. 2 ст. 44 СК РФ суд может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора, нарушающие другие требования п. 3 ст. 42 Кодекса, ничтожны.

В силу п. 3 ст. 42 СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Реализация супругами права по определению режима имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например, вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо лишения одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявление ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству 16.11.2022, в то время как оспариваемая сделка совершена 29.10.2018, то есть за пределами периода подозрительности, установленного п.2 ст.61.2 закона о банкротстве. Соответственно, брачный договор от 29.10.2018 не подлежит оспариванию по специальным нормам, предусмотренных Законом о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ, Гражданский кодекс) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребление правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный в пункте 1 статьи 10 Кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или 2 статьи 168 Кодекса).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (пункт 1 названного постановления).

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Как следует из ч. ч. 32 - 34 ст. 2 Закона о банкротстве, под понятием вред, причиненный имущественным правам кредиторов, подразумевается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества; под понятием неплатежеспособность понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Недостаточность имущества -превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). По общему правилу, предусмотренному п. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от 01.09.2015 N 5-КГ15-92, презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий.

На дату заключения спорного договора должник имел неисполненные обязательства перед АО «МИнБанк» по договору потребительского кредита от 26.10.2018 № 600-1-10-2018-0689, договору поручительства от 22.01.2018 №1/12/2-п, договору цессии от 29.12.2017 №1/12. Требования кредитора включены в реестр на основании Определения Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2023 в размере 127 904 180,50 руб.

На момент заключения брачного договора (29.10.2018) у должника имелся кредитор АО «МИнБанк», задолженность перед которым превышала 100 000 000 руб.

В настоящем случае договор был заключен между аффилированными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, являющимися супругами.

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в абзацах 2 и 3 пункта 2 определения Конституционного суда Российской Федерации от 13.05.2010 N 839-О-О, допустив возможность договорного режима имущества супругов, федеральный законодатель - исходя из необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и, учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не является должником, - предусмотрел в пункте 1 статьи 46 СК РФ обращенное к супругу должнику требование, уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанное требование не выполняет.

Не извещенный о заключении брачного договора кредитор изменением режима имущества супругов юридически не связан и по-прежнему вправе требовать обращения взыскания на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

Исходя из пункта 10 брачного договора, супруги обязались уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении настоящего договора.

Между тем, доказательств уведомления кредиторов (перед которыми возникла задолженность до заключения брачного договора) о заключении брачного договора в материалы дела в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

В результате заключения брачного договора от 29.10.2018 имущество, приобретенное во время брака: квартира и автомобиль, перешли в личную собственность супруги.

Согласно пункту 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

На основании п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств, либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу), часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Поскольку в результате заключения брачного договора должник лишился права собственности на имущество, приобретенное супругами в браке и являющееся общим, конкурсные кредиторы должника были лишены возможности удовлетворить свои требования за счет реализации доли ФИО2 в общем имуществе супругов.

Брачный договор от 29.10.2018 заключен в преддверии неисполнения обязательств должника по заключенному договору поручительства нести солидарную ответственность по обязательствам основного должника.

Как установил Президиум ВАС РФ в постановлении от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009 заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей цель, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 24.11.2015 № 89-КГ15-13, поручитель начинает исполнять договор поручительства в тот момент, когда принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору.

В соответствии с п. 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, при том как полностью, так и в части долга.

Договор поручительства начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.

Заключая договор, поручитель принимает на себя обязанность уплатить долг за основного заемщика. Соответствующая обязанность должна быть исполнена поручителем в течение всего периода действия договора поручительства, при наступлении просрочки со стороны должника. Данное условие не зависит от поведения поручителя, зависит только от должника, следовательно, поручитель, взявший на себя обязательство в момент заключения договора поручительства, должен сохранить возможность исполнить его (обязательство) в течение всего срока действия договора (постановление Арбитражного суда Московского округа от 09.04.2019 № Ф05-2036/2019 по делу № А40-148780/2017).

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 20.07.2017 № 304-ЭС17-9818(1, 2) по делу № А03-18957/2015, определяя момент возникновения неплатежеспособности должника, необходимо установить, когда должник, действуя разумно и добросовестно, должен был, исходя из принятых на себя обязательств и финансового состояния аффилированных с ним заемщиков, осознать вероятность наступления неплатежеспособности.

Наличие у должника при заключении оспариваемых сделок сведений о неизбежности предъявления к нему денежного требования, которое он не сможет исполнить, является достаточным основанием для признания сделки недействительной. Установление формального факта просрочки исполнения обязательств, равно как и установление точной даты просрочки, не имеет правового значения для разрешения возникшего спора (постановление Арбитражного суда Московского округа от 18.06.2018 по делу № А40-86553/2016).

В результате совершения должником оспариваемой сделки ФИО2 был лишен права собственности на принадлежащее ему ликвидное имущество, за счет реализации которого кредиторы могли быть удовлетворить свои требования.

В связи с этим, суд первой инстанции правомерно и обоснованно удовлетворил заявление финансового управляющего должника. Должник, действуя недобросовестно, осознавая неизбежность предъявление к нему требований других кредиторов, которые он не сможет исполнить, совершил сделку, направленную на безвозмездное отчуждение в пользу заинтересованного лица своего высоколиквидного имущества с целью недопущения обращения на него взыскания.

Суд первой инстанции правомерно отклонил заявление о пропуске срока исковой давности.

В рассматриваемом случае, учитывая, что договор подлежит оспариванию по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ), на требование о признании сделок недействительными распространяется трехгодичный срок исковой давности.

По требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Из материалов дела следует, что первая процедура банкротства – реализация имущества была введена в отношении должника ФИО2 решением Арбитражного суда города Москвы – 07.02.2023.

С указанного момента подлежит исчислению срок исковой давности.

Доказательств, подтверждающих, что финансовый управляющий знал о наличии оспариваемой сделки ранее указанной даты, в материалы дела не представлено.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Принимая во внимание недобросовестные действия должника, которые имели место в период с ноября 2017 года по сентябрь 2018 года (судебный акт по делу № А40-167166/2019 от 18.11.2021), а также наличие неисполненных денежных обязательств перед банком (Минбанк) на сумму только основного долга свыше 120 000 000 рублей, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о несостоятельности возражений должника, изложенных в апелляционной жалобе.

Суд первой инстанции правомерно установил наличие признаков и доказательств недобросовестного поведения, в связи с чем, удовлетворил заявление финансового управляющего.

Несогласие заявителя с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем обособленном споре, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибке.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность судебного акта, не содержат оснований, установленных статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции отмене (изменению) не подлежит. В свою очередь, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Безусловных оснований для отмены судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2023 по делу № А40-247589/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья А.А. Дурановский

Судьи Р.Г. Нагаев

 Е.А. Скворцова