РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-244321/20-125-1363

г. Москва

14 апреля 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 11.04.2025 г.

Полный текст решения изготовлен 11.04.2025 г.

Арбитражный суд города Москвы 

в составе:

Председательствующего судьи Махалкина М.Ю.

при ведении протокола секретарём судебного заседания Родичевым И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРНИП: 09.07.2018)

к Обществу с ограниченной ответственностью «АТАК» (125635, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 09.11.2004, ИНН: 

<

***>)

о взыскании 153 842 061,64 руб.,

при участии:

от истца ИП ФИО1 – ФИО2 по доверенности № 77АД6188888 от 07.06.2024 г.;

от ответчика – ФИО3 по доверенности № А-К-18/04/2024-921-1 от 18.04.2024 г., ФИО4 по доверенности № А-В-26/12/2023-921 от 26.12.2023 г., ФИО5 по доверенности № А-К-18/04/2024-921-1 от 18.04.2024 г., ФИО6 по доверенности № А-К-18/04/2024-921-1 от 18.04.2024 г., ФИО7 по доверенности № 1-А-КД/07/102024-0921 от 07.10.2024 г.,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Лада Инжиниринг Инвест Компани» (далее – АО «ЛИИК») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «АТАК» (далее – ООО «АТАК», ответчик) о взыскании платы за фактическое использование части нежилого помещения с кадастровым номером 77:06:0002019:1282 за период с 18.04.2016 по 26.08.2020 в размере 118 564 428 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.04.2016 по 22.10.2020 в размере 25 955 017 руб. 65 коп., прибыли ООО «АТАК», извлеченной от использования части нежилого помещения с кадастровым номером 77:06:0002019:1282, за период с 18.04.2016 по 26.08.2020 в размере 84 985 000 руб., убытков в виде расходов, необходимых для восстановления части нежилого помещения с кадастровым номером 77:06:0002019:1282, в размере 20 422 077 руб. 42 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.07.2021 г. произведена замена истца – АО «ЛИИК», на правопреемника – индивидуального предпринимателя ФИО8, который получил права требования к ООО «АТАК» на основании договора цессии от 17.06.2021 г.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2021 г. по настоящему делу исковые требования ИП ФИО8 удовлетворены частично – в пользу ИП ФИО8 с ООО «АТАК» взыскано 165 141 523 руб. 07 коп., а именно: плата за пользование помещениями за период с 18.04.2016 по 26.08.2020 в размере 118 564 428 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.04.2016 по 22.10.2020 в размере 25 955 017 руб. 65 коп., убытки в размере 20 422 077 руб. 42 коп., государственная пошлина в размере 200 000 руб.

В удовлетворении требования ИП ФИО8 о взыскании с ООО «АТАК» прибыли, извлеченной от использования части нежилого помещения с кадастровым номером 77:06:0002019:1282, за период с 18.04.2016 по 26.08.2020 в размере 84 985 000 руб. отказано.

Не согласившись с принятым решением, ООО «АТАК» обратилось в суд с апелляционной жалобой.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2022 г. удовлетворено ходатайство истца о процессуальном правопреемстве и произведена замена истца ИП ФИО8 на его правопреемников: ИП ФИО8, ИП ФИО1 и ИП ФИО9.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.07.2022 г. решение Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2021 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022 г. по настоящему делу отменены в части удовлетворения заявленных требований истцов, дело в отмененной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. В остальной части судебные акты по делу № А40-244321/2020 оставлены без изменения.

Соответственно, требование истцов о взыскании прибыли ООО «АТАК», извлеченной от использования части нежилого помещения с кадастровым номером 77:06:0002019:1282, за период с 18.04.2016 по 26.08.2020 в размере 84 985 000 руб. при новом рассмотрении дела не подлежат рассмотрению.

При новом рассмотрении дела истцами уточнены в порядке ст. 49 АПК РФ исковые требования (т. 33 л.д. 3 – 5, 49 – 53), истцы просят взыскать с ответчика плату за фактическое использование части нежилого помещения с кадастровым номером 77:06:0002019:1282 за период с 18.04.2016 по 26.08.2020 в размере 157 486 000 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.04.2016 по 30.05.2023 в размере 57 513 974 руб. 31 коп., убытки в виде расходов, необходимых для восстановления части нежилого помещения с кадастровым номером 77:06:0002019:1282, в размере 26 374 585 руб. 62 коп.

Уточнения исковых требований судом приняты в порядке ст. 49 АПК РФ.

При новом рассмотрении дела определением суда от 04.10.2022 г. привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, АО «Коминвест 5» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Оберон» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО10.

Определением суда от 06.02.2023 г. ООО «Оберон» исключено из состава третьих лиц по делу на основании его ходатайства (т. 30 л.д. 64).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.06.2023 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023 г., исковые требования (с учётом принятых уточнений) удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 06.03.2024 г. решение Арбитражного суда города Москвы от 26.06.2023 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023 г. отменены, а дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Как указал суд кассационной инстанции, при новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть вышеизложенное, полно и всесторонне исследовать и оценить имеющиеся в деле доказательства, принять меры к выяснению обстоятельств, приведенных в постановлении, проверить все заявленные лицами, участвующими в деле, доводы, полностью выполнить указания, данные при направлении дела на новое рассмотрение постановлением суда округа от 13.07.2022, с соблюдением требований статей 10, 15, 200, 303, 393, 395, 431.2, 617 Гражданского кодекса Российской Федерации, практики их толкования и применения (пункт 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73, пункт 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25, пункты 24 - 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43, пункты 34 - 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49), статей 18, 39, 146 Налогового кодекса Российской Федерации, постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», при правильном распределении бремени доказывания и соблюдении требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами при рассмотрении других споров (в том числе в делах о банкротстве ЗАО «ЛИИК» и ФИО10 № А40-58262/2012, № А40-154961/2016), оценить все представленные в материалы дела доказательства (в том числе упомянутые в тексте постановления), проверить все заявленные доводы сторон, установив добросовестность (недобросовестность) всех лиц, участвующих в деле, наличие (отсутствие) оснований для взыскания платы за пользование помещением и сумм ущерба, причиненного помещению и эксплуатировавшимся ответчиком частям здания в период исполнения договора аренды, повторно проверить заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, по результатам оценки всех представленных в дело заключений экспертов (специалистов), рецензий на них, иных доказательств, касающихся пользования спорным помещением, установить суммы платы за пользование помещением, ущерба и соответствующих процентов (проверив доводы об исключении сумм НДС и периода действия моратория), подлежащие взысканию (при наличии установленных оснований), принять законный и обоснованный судебный акт, в котором указать мотивы, по которым суд согласился с доводами и возражениями участвующих в деле лиц или отклонил их, со ссылкой на нормы права.

При новом рассмотрении дела суд определением от 20.06.2024 г. исключил из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, АО «Коминвест 5», а также отказал в удовлетворении ходатайства ИП ФИО1 о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО11 (в редакции определения от 15.07.2024 г.).

Определением от 19.07.2024 г. суд отказал в удовлетворении ходатайства ФИО12 о процессуальном правопреемстве (т. 43 л.д. 78 – 87, 89 – 99).

Определение не обжаловалось.

От ИП ФИО1 в cуд поступило ходатайство о процессуальном правопреемстве и замене истцов ИП ФИО8 и ИП ФИО9 на ИП ФИО1 (т. 45 л.д. 7 – 10).

Определением от 22.08.2024 г. суд удовлетворил ходатайство ИП ФИО1 о процессуальном правопреемстве и заменил истцов ИП ФИО8 и ИП ФИО9 на ИП ФИО1 (далее – истец).

Также данным определением суд исключил ФИО10 из числа лиц, участвующих в деле, по его ходатайству (т. 45 л.д. 3), руководствуясь ч. 5 ст. 3 АПК РФ,        а также учитывая, что решение по делу не может повлиять на права или обязанности ФИО10 по отношению к одной из сторон (ч. 1 ст. 51 АПК РФ).

В последствии ФИО10 был дважды допрошен в качестве свидетеля по делу в судебных заседаниях 15.10.2024 г. и 11.02.2025 г.

Также ФИО10 представил 13.12.2024 г. сопроводительное письмо от 09.12.2024 г. с приложением переписки на 60 л. (т. 50 л.д. 11 – 71).

Истцом представлены письменные объяснения (т. 44 л.д. 31 – 70, т. 49 л.д. 66 – 68).

Ответчиком представлены отзывы на иск (т. 44 л.д. 4 – 21, т. 47 л.д. 100 – 134), письменные пояснения (т. 50 л.д. 5 – 9, 108 – 109, 111 – 116, 125 – 130) и возражения на объяснения истца (т. 50 л.д. 99 – 106, 117 – 123).

В судебном заседании 11.02.2025 г. истец уточнил исковые требования (т. 51 л.д. 5 – 6) и просит взыскать с ответчика: плату за фактическое пользование ответчиком нежилого помещения в размере 157 486 000 рублей, рыночную стоимость ремонтно-восстановительных работ по устранению выявленных недостатков и повреждений нежилого помещения в размере 26 374 585 руб. 62 коп., а также проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.04.2016 г. по 11.02.2025 г. в размере 86 275 152 руб.  52 коп.

Уточнения судом приняты в порядке ст. 49 АПК РФ.

Также истцом заявлено о фальсификации доказательств (т. 50 л.д. 117 – 120), а  именно – копии письма исх. № 56 от 23.05.2014 г., которая была представлена Ответчиком в материалы дела (т. 14 л.д. 35).

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования, ходатайствовал об истребовании доказательств – у арбитражного управляющего ФИО13 – оригинала письма исх. № 56 от 23.05.2014 г. (т. 52 л.д. 21 – 24).

Данное ходатайство было судом отклонено протокольным определением, о чём объявлено в судебном заседании, поскольку, по мнению суда, направлено исключительно на затягивание процесса (ч. 5 ст. 159 АПК РФ).

Представители ответчика в судебном заседании иск не признали по основаниям, изложенным в отзывах и письменных пояснениях.

Выслушав в открытом судебном заседании пояснения представителей сторон, исследовав доказательства, представленные в материалы дела, принимая во внимание указания, изложенные в постановлении суда кассационной инстанции, суд первой инстанции приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 24.04.2012 г. Арбитражным судом города Москвы принято заявление о признании АО «Лада Инжиниринг Инвест Компани» банкротом (т. 1 л.д. 25). Делу присвоен номер № А40-58262/2012.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2015 по делу № А40-58262/2012 АО «Лада Инжиниринг Инвест Компани» (далее – АО «ЛИИК») признано несостоятельным (банкротом), в отношении данного общества открыто конкурсное производство (т. 1 л.д. 27).

В ходе анализа финансово-хозяйственной деятельности АО «ЛИИК» конкурсным управляющим установлено, что 18.06.2012 г. между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» заключён договор купли-продажи нежилого помещения, согласно условиям которого АО «ЛИИК» продало в пользу ООО «Новые Технологии» нежилое помещение, находящееся по адресу: 

<

...>, кадастровый (условный) номер 77:06:0002019:1282, общей площадью 1373,3 кв.м. (т. 1 л.д. 32).

Согласно условиям указанного договора купли-продажи от 18.06.2012 г. стоимость нежилого помещения составляет 150 000 000 руб. (т. 1 л.д. 32).

Порядок и сроки оплаты договором предусмотрены не были, вместе с тем, в пункте 4 Договора указано, что расчет между сторонами на момент заключения договора купли-продажи нежилого помещения произведен полностью (т. 1 л.д. 32).

18.06.2012 г. АО «ЛИИК» передало по акту приема-передачи в пользу ООО «Новые Технологии» во владение и пользование рассматриваемое нежилое помещение с кадастровым номером 77:06:0002019:1282 (т. 1 л.д. 34).

13.07.2012 г. произведена государственная регистрация перехода права собственности на нежилое помещение в пользу ООО «Новые технологии», о чем Управлением государственной регистрации, кадастра и картографии по г. Москве внесена запись № 77-71-06/023/2012-283 (т. 1 л.д. 35).

11.06.2014 г. между ООО «Новые Технологии» и ООО «АТАК» заключен договор аренды нежилого помещения, согласно условиям которого ООО «Новые Технологии» передало во временное владение и пользование за плату ООО «АТАК» нежилое помещение общей площадью 822,2 кв.м., которое является частью нежилого помещения общей площадью 1 373,3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> (т. 1 л.д. 37).

Предметом договора аренды выступили следующие помещения: на 1 этаже –         451,8 кв.м.: помещение I площадью 52,2 кв.м. (комнаты 1, 2, 3, 4), помещение II площадью 344,7 кв.м. (комнаты 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11), помещение III площадью 31 кв.м. (комнаты 1, 2), помещение IV площадью 5,4 кв.м. (комната 1), помещение V площадью 8,7 кв.м. (комната 1), комната Б1 (лестничная клетка) площадью 9,8 кв.м.; на 2 этаже – 370,4 кв.м.: помещение I площадью 350,9 кв.м. (комнаты 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22), комната В (лестничная клетка) площадью 19,5 кв.м. (т. 1 л.д. 35).

26.08.2014 г. нежилое помещение передано ООО «АТАК», что подтверждается актом-приема передачи нежилого помещения (т. 1 л.д. 153).

08.08.2014 г. произведена государственная регистрация Договора аренды от 11.06.2014 г., о чем Управлением государственной регистрации, кадастра и картографии по г. Москве внесена запись № 77-77-06/025/2014-894.

20.01.2016 г. между ООО «Новые Технологии» и АО «Коминвест 5» заключён договор купли-продажи по условиям которого ООО «Новые Технологии» передало в собственность АО «Коминвест 5» спорное нежилое помещение, а АО «Коминвест 5» приняло и произвело оплату за нежилое помещение в размере 62 515 238 руб. 35 коп. (т. 1 л.д. 63).

11.02.2016 г. произведена государственная регистрация перехода права собственности на нежилое помещение в пользу АО «Коминвест 5», о чем Управлением государственной регистрации, кадастра и картографии по г. Москве внесена запись № 77-77/006-77/006/011/2016-366/2 (т. 1 л.д. 65).

18.04.2016 г. в связи с заменой собственника нежилого помещения между ООО «Новые Технологии», АО «Коминвест 5» и ООО «АТАК» заключено трехстороннее дополнительное соглашение к договору аренды нежилого помещения от 11.06.2014 г., согласно условиям которого АО «Коминвест 5» становится арендодателем по договору аренды от 11.06.2014 г., ранее заключенному между ООО «Новые Технологии» и ООО «АТАК» (т. 1 л.д. 67).

17.06.2016 г. произведена государственная регистрация дополнительного соглашение к договору аренды от 18.04.2016 г., о чем Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по г. Москве внесена запись № 77-77/008-77/006/012/2016-6731/1 (т. 1 л.д. 70).

Полагая, что договор купли-продажи нежилого помещения от 18.06.2012 г., заключенный между АО «Лада Инжиниринг Инвест Компани» и ООО «Новые Технологии» совершён со злоупотреблением правом, выразившемся в передаче имущества должника-банкрота в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в пользу заинтересованного лица после принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), что привело к оказанию большего предпочтения в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемых сделок, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), конкурсный управляющий ФИО14 обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском о признании договора купли-продажи от 18.06.2012 г., заключенного между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» недействительным и применении последствий недействительности в отношении данного договора купли-продажи (т. 1 л.д. 71).

Данное заявление подано в рамках дела о банкротстве АО «Лада Инжиниринг Инвест Компани» под номером № А40-58262/2012 и рассматривалось в качестве обособленного спора по указанному делу. ООО «АТАК» привлечено к участию в рамках данного обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на основании определения суда от 21.11.2016 г. (т. 1 л.д. 126).

11.01.2017 г. конкурсный управляющий ФИО15 также обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением об истребовании рассматриваемого нежилого помещения из чужого незаконного владения АО «Коминвест 5». Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2017 г. по делу № А40-3850/2017 исковое заявление принято к рассмотрению суда. Данным определением в качестве третьего лица к участию в деле № А40-3850/2017 привлечено ООО «АТАК» (том 1 л.д. 118).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.05.2017 г. по делу № А40-58262/2012 объединены в одно производство обособленный спор о признании договора купли-продажи от 18.06.2012 г. недействительным и применении последствий недействительности договора купли-продажи нежилого помещения, заключенного 18.06.2012 г. между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии», и дело № А40-3850/2017 по исковому заявлению АО «ЛИИК» к АО «Коминвест 5» об истребовании нежилого помещения из чужого незаконного владения (т.1 л.д. 133).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2020 г. по делу № А40-58262/2012 требования конкурсного управляющего АО «ЛИИК» удовлетворены в полном объёме. Заключенный между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» договор купли-продажи нежилого помещения от 18.06.2012 г. признан недействительной (ничтожной) сделкой (т. 1 л.д. 82).

Суд определил восстановить право собственности АО «ЛИИК» на недвижимое имущество: нежилое помещение с кадастровым номером 77:06:0002019:1282, площадью 1 373,3 кв. м., находящееся по адресу: 

<

...>, а также истребовать из чужого незаконного владения АО «Коминвест 5» нежилое помещение с кадастровым номером 77:06:0002019:1282 площадью 1373,3 кв. м., находящееся по адресу: г. Москва, улица, Вавилова, дом 72/13. Суд обязал передать спорное нежилое помещение в конкурсную массу АО «ЛИИК».

13.11.2020 г. зарегистрировано право собственности АО «ЛИИК» на нежилое помещение с кадастровым номером 77:06:0002019:1282, номер государственной регистрации 77:06:0002019:1282-77/051/2020-3, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 13.11.2020 (т. 1 л.д. 115).

02.11.2020 г. между АО «ЛИИК» и ООО «АТАК» подписан акт приема-передачи (возврата) нежилого помещения, находящегося по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:06:0002019:1282, общей площадью 822,2 кв.м. (т. 1 л.д. 155).

Полагаясь на описанные фактические обстоятельства, конкурсный управляющий АО «ЛИИК» 10.12.2020 г. обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением по настоящему делу, требуя взыскания с ООО «АТАК» платы за фактическое пользование спорным нежилым помещением, процентов, начисленных на данную плату, доходов, извлекаемых от использования помещения, а также убытков, причиненных ненадлежащей эксплуатацией помещения со стороны Ответчика.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2021 г. прекращено производство по делу № А40-58262/2012 о несостоятельности (банкротстве) АО «ЛИИК» в связи с заключением мирового соглашения, платежеспособность общества восстановлена.  По состоянию на дату рассмотрения настоящего спора по существу общество не являлось банкротом.

17.06.2021 г. между АО «ЛИИК» и ИП ФИО8 подписан договор цессии, по условиям которого ЗАО «ЛИИК» передало ФИО8 право требования на взыскание с ООО «АТАК» платы за фактическое использование помещения за период с 18.04.2016 г. по 26.08.2020 г. на сумму 124 971 653 руб., и право на взыскание убытков в виде расходов на восстановление нежилого помещения в размере 15 831 017 руб., а также право на взыскание любых иных денежных сумм, вытекающих из указанных прав требования (т.е. иных акцессорных обязательств).

30.10.2021 г. между ИП ФИО8 и тремя цессионариями ИП ФИО8, ИП ФИО1 и ФИО9 подписаны три договора цессии, в соответствии с которыми права требования на взыскание указанных денежных средств с ООО «АТАК» перешли к ИП ФИО8, ИП ФИО1 и ФИО9

Истец в обоснование иска указал, что ответчик с момента заключения договора аренды нежилого помещения от 11.06.2014 г., подписанного между ООО «АТАК» и ООО «Новые Технологии», является недобросовестным лицом, так как ответчик мог и должен был установить, что ООО «Новые Технологии» являлось неуполномоченным лицом, приобрело право собственности от ЗАО «ЛИИК» на основании недействительной сделки. Сделка по купле-продаже нежилого помещения заключена между аффилированными лицами ЗАО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии», руководителем в которых было одно и то же лицо, в отношении АО «ЛИИК» на момент заключения договора купли-продажи от 18.06.2012 г. было возбуждено дело о банкротстве, имелись вступившие в законную силу судебные акты, устанавливающие денежные обязательства ЗАО «ЛИИК» по отношению к третьим лицам, размер неисполненных ЗАО «ЛИИК» обязательств превышал размер его активов. Договор купли-продажи был заключен на неравноценных условиях и представлял собой сделку по выводу имущества из конкурсной массы банкрота на нерыночных условиях в пользу аффилированного лица.

Истец полагал, что ответчик знал о данных обстоятельствах на момент подписания договора аренды с ООО «Новые Технологии», кроме того, он был привлечён к участию в рассмотрении обособленного спора в деле о банкротстве ЗАО «ЛИИК» о признании договора купли-продажи недействительной сделкой, принимал участие в судебных заседаниях, соответственно был осведомлен о притязаниях ЗАО «ЛИИК» и всех обстоятельствах, на основании которых суд признал договор купли-продажи недействительным.

В период аренды нежилого помещения в ЕГРН была внесена запись от 08.12.2015 г. о наличии возражений в отношении права собственности на арендуемое помещение, которая свидетельствовала о правопритязаниях ЗАО «ЛИИК» на нежилое помещение. В связи с чем, ООО «АТАК» как арендатор нежилого помещения должно было узнать о наличии подобной записи в ЕГРН. При заключении дополнительного соглашения от 18.04.2016 г. между ООО «Новые Технологии», АО «Коминвест 5» и ООО «АТАК» запись о правопритязаниях ЗАО «ЛИИК» уже существовала в ЕГРН, поэтому при заключении дополнительного соглашения ответчик должен был получить выписку из реестра, установить наличие претензий актуального собственника и усомниться в том, что АО «Коминвест 5» на законных основаниях получило право собственности от ООО «Новые Технологии», являвшегося неуполномоченным собственником.

Истец полагает, что ООО «АТАК» не только должно было знать о факте подписания ничтожного договора аренды с неуправомоченным собственником ООО «Новые технологии», но и достоверно знало о данном обстоятельстве, поскольку учредитель и директор ООО «Новые Технологии» ФИО10, на стадии заключения договора информировал сотрудника ООО «АТАК» о всех рисках оспаривания договора купли-продажи помещения как недействительной сделки, а ООО «АТАК» не представило доказательств, опровергающих объяснения ФИО10

Подписав одновременно с ООО «Новые технологии» и АО «Коминвест 5» дополнительное соглашение от 18.04.2016 г. к договору аренды о замене арендодателя, ООО «АТАК» не убедилось в полномочиях нового собственника, не проверило выписку из ЕГРН и наличие у ЗАО «ЛИИК» правопритязаний, зарегистрированных в реестре и рассматриваемых в деле о банкротстве; директор АО «Коминвест 5» ФИО11 в представленных письменных объяснениях также пояснила, что до заключения соглашения от 18.04.2016 г. проводились переговоры, в ходе которых обсуждались правопритязания ЗАО «ЛИИК» и потенциальные риски оспаривания права собственности АО «Коминвест 5», о которых ООО «АТАК» было осведомлено.

С момента привлечения к рассмотрению дела № А40-58262/2012 определением от 21.11.2016 г. ООО «АТАК» знало об очевидном отсутствии определенности в вопросе о том, кто является кредитором по обязательству (надлежащим арендодателем) и не воспользовалось правами, предусмотренными статьями 327, 406 Кодекса.

В связи с изложенным истец полагает, что ООО «АТАК» являлось недобросовестным как на момент заключения договора аренды от 11.06.2014 г., так и на момент подписания трехстороннего соглашения о замене арендодателя от 18.04.2016 г. и в последующий период при исполнении договора аренды в отношениях с неправомочным лицом; ООО «АТАК» не только должно было знать, но и знало о том, что права ООО «Новые Технологии» и АО «Коминвест 5» основаны на сделках, которые могут быть признаны недействительными; следовательно, ООО «АТАК» знало о том, что заключает с данными лицами недействительные (ничтожные) договор аренды и трехстороннее соглашение о замене арендодателя.

Кроме того, как утверждает истец, ООО «АТАК» передало ЗАО «ЛИИК» помещение в неудовлетворительном состоянии, с множеством дефектов и повреждений, требующих незамедлительного устранения, вследствие чего обязано возместить расходы на восстановительные работы в помещении.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском по настоящему делу.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд руководствуется следующим.

В соответствии со ст. 303 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –          ГК РФ) при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения, от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в третьем абзаце пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 73 от 17.11.2011 г. «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» при рассмотрении споров по искам собственника, имущество которого было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период его нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 303 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (статья 1102, пункт 2 статьи 1105 ГК РФ).

Собственник вещи, которая была сдана в аренду неуправомоченным лицом, при возврате ее из незаконного владения вправе на основании ст. 303 ГК РФ предъявить иск к лицу, которое заключило договор аренды, не обладая правом собственности на эту вещь и не будучи управомоченным законом или собственником сдавать ее в аренду, и получало платежи за пользование ею от арендатора, о взыскании всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь, при условии, что оно при заключении договора аренды действовало недобросовестно, то есть знало или должно было знать об отсутствии правомочий на сдачу вещи в аренду. От добросовестного арендодателя собственник вправе потребовать возврата или возмещения всех доходов, которые тот извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности сдачи имущества в аренду.

Такое же требование может быть предъявлено собственником к арендатору, который, заключая договор аренды, знал об отсутствии у другой стороны правомочий на сдачу вещи в аренду. В случае если и неуправомоченный арендодатель, и арендатор являлись недобросовестными, они отвечают по указанному требованию перед собственником солидарно (пункт 1 статьи 322 ГК РФ).

Между тем, с учётом указаний арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении от 06.03.2024 г. по настоящему делу, которые обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело в силу ч. 2.1 ст. 289 АПК РФ, судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности ООО «АТАК» на момент заключения договора аренды от 11.06.2014 г.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что Арбитражный суд города Москвы в определении от 26.08.2020 г. по делу № А40-58262/2012 квалифицировал договор купли-продажи от 18.06.2012 г., заключенный между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» в качестве ничтожного договора по общегражданским основаниям в силу ст. 10 и п. 2 ст. 168 ГК РФ.

При этом Арбитражный суд города Москвы в определении от 26.08.2020 г. по делу            № А40-58262/2012 пришел к выводу, что АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» при заключении договора купли-продажи от 18.06.2012 г. в отношении спорного нежилого помещения допустили злоупотребление правом, которое выразилось в намеренном совершении сделки после принятия судом заявления о признании АО «ЛИИК» банкротом, между заинтересованными аффилированными лицами. В результате совершения сделки по заведомо заниженной цене было отчуждено имущество, подлежащее включению в конкурсную массу АО «ЛИИК» при наличии неисполненных требований других кредиторов.

Также Арбитражный суд города Москвы в определении от 26.08.2020 г. по делу            № А40-58262/2012 установил, что договор купли-продажи от 18.06.2012 г. заключён в неблагоприятных финансовых условиях, поскольку должник на момент совершения оспариваемой сделки объективно отвечал признакам неплатежеспособности, о чём в силу аффилированности ООО «Новые технологии» было доподлинно известно. Заключение договора купли-продажи от 18.06.2012 г. преследовало цель отчуждения объекта недвижимости по заниженной цене и не имело экономической целесообразности для АО «ЛИИК», утратившего высоколиквидное, оборотоспособное, коммерчески привлекательное недвижимое имущество, пригодное для сдачи в аренду, по заведомо заниженной цене, что также свидетельствует о наличии в действиях АО «ЛИИК» и ООО «Новые технологии» признаков злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ), а также повлекло предпочтительное удовлетворение требований одного из кредиторов – ООО «Новые технологии», по отношению к другим кредиторам должника.

Арбитражным судом города Москвы при рассмотрении дела № А40-58262/2012 установлено, что после принятия к рассмотрению заявления конкурсного управляющего к производству суда ООО «Новые Технологии» предприняло меры к дальнейшему выводу и сокрытию спорного имущества с целью недопущения его потенциального возврата в конкурсную массу АО «ЛИИК».

20.01.2016 г. ООО «Новые Технологии», уже в процессе оспаривания в суде договора купли-продажи от 18.06.2012 г., реализовало спорное имущество в пользу АО «Коминвест 5», тем самым предприняв попытку создать внешнюю видимость наличия добросовестного приобретателя, что в случае признания сделки между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» недействительной не позволило бы вернуть в конкурсную массу должника спорное нежилое помещение.

При рассмотрении обособленного спора о признании договора купли-продажи от 18.06.2012 г. недействительной сделкой по делу № А40-58262/2012 установлено, что на момент совершения договора купли-продажи руководителем АО «ЛИИК», а также его учредителем являлся ФИО10, который оставался директором до 28.04.2015 г. (до даты открытия конкурсного производства в отношении АО «ЛИИК»). В ООО «Новые Технологии» генеральным директором и единственным учредителем до 14.11.2016 г. так же являлся ФИО10.

Кроме того, АО «ЛИИК» взыскало с ООО «Новые Технологии» плату за пользование помещение за период до 31.03.2016 г. на основании решения от 03.11.2020 г. по делу № А40-154871/2020, в рамках которого ООО «АТАК» участвовало в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований. Решением суда по указанному делу установлен факт ничтожности договора купли-продажи от 18.06.2012 г., заключенного между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии», а также установлены факты недобросовестности ООО «Новые Технологии» и незаконного извлечения дохода от использования спорного нежилого помещения.

Как полагает истец, ООО «АТАК», заключая договор аренды от 11.06.2014 г. с ООО «Новые Технологии» и осуществляя обычную для заключения договора долгосрочной аренды крупного помещения проверку правоустанавливающих документов на объект аренды, на которых было основано право собственности ООО «Новые Технологии», должно было установить, что нежилое помещение было куплено у АО «ЛИИК».

При этом из публичных источников (официальных сведений из ЕГРЮЛ, размещённых в открытом и свободном доступе в сети Интернет) на момент совершения сделки было видно, что АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» были аффилированы друг с другом через фигуру ФИО10, который являлся генеральным директором и единственным участником обоих данных обществ.

Договор купли-продажи от 18.06.2012 г. заключён, когда АО «ЛИИК» уже находилось в банкротстве, сведения о чём также представляли собой открытую информацию, опубликованную в картотеке арбитражных дел.

В связи с этим истец полагает, что при таких обстоятельствах у ответчика, при осуществления обычной проверки правоустанавливающих документов на помещение, должны были возникнуть обоснованные сомнения относительно действительности договора купли-продажи, заключенного между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии», а соответственно – о наличии у ООО «Новые Технологии» прав на передачу нежилого помещения в аренду.

Верховным Судом Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные и недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Презумпция добросовестности субъектов гражданских правоотношений также предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности этих действий.

Таким образом в отношении требования о взыскании арендных платежей с арендатора Пленумом ВАС РФ от 17.11.2011 г. № 73 установлен стандарт добросовестного поведения арендатора, который является нарушенным, если на момент заключения договора аренды арендатор достоверно знал об отсутствии у арендодателя правомочий на сдачу вещи в аренду.

Утверждения Истца о том, что ООО «АТАК» данный стандарт добросовестности нарушил, основаны на следующих обстоятельствах, критическую оценку которым уже дал суд кассационной инстанции в Постановлениях 13.07.2022 г. и 06.03.2024 г.

В качестве первого обстоятельства, свидетельствующего о недобросовестности ответчика, истец указывает факт, что на дату заключения Договора купли-продажи от 18.06.2012 г. судом было принято к производству заявление о банкротстве АО «ЛИИК».

Однако cуд не признает, что данное обстоятельство свидетельствует о недобросовестности ООО «АТАК», поскольку ни закон, ни обычаи делового оборота, ни судебная практика судов высших инстанций не требуют от арендатора проверки наличия или отсутствия факта нахождения предыдущего собственника помещения в процедуре банкротства.

Само по себе заявление о банкротстве, поданное в отношении предыдущего собственника помещения не может свидетельствовать арендатору, который заключил договор аренды с текущим собственником помещения, о том, что у текущего собственника помещения отсутствовали правомочия на сдачу имущества в аренду.

В настоящем случае, поданное в отношении АО «ЛИИК» (бывший собственник арендуемого помещения) заявление о банкротстве не может быть вменено ООО «АТАК» (арендатору помещения) в качестве его недобросовестности, как арендатора, который на основании указанного обстоятельства на момент заключения договора аренды якобы знал о том, что у ООО «Новые Технологии» (арендодатель) отсутствуют правомочия на сдачу помещения в аренду.

Данная позиция также поддержана Арбитражным судом Московского округа, который в Постановлении от 13.07.2022 г. указал, что данное обстоятельство не свидетельствует о том, что ООО «Новые Технологии» является неуправомоченным лицом при сдаче имущества в аренду.

В связи с чем данное обстоятельство не свидетельствует о недобросовестности ООО «АТАК» и не является основанием, в связи с которым к ООО «АТАК» может быть удовлетворен заявленный иск на основании положений ст. 303 ГК РФ и п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 г. № 73.

Аналогично Ответчику не может быть вменено в обосновании его недобросовестного поведения второе обстоятельство, приведенное Истцом – на дату передачи помещения АО «ЛИИК» в пользу ООО «Новые Технологии» АО «ЛИИК» имело существенный объем непогашенной задолженности, подтвержденной судебными актами, которые были в открытом доступе.

Суд критически оценивает данный довод Истца, поскольку ни законом, ни обычаями делового оборота, ни судебной практикой судов высших инстанций не устанавливается, что при заключении договора аренды арендатор должен проверить наличие предъявленных требований к бывшему собственнику помещения, которое уже было передано новому собственнику по договору купли-продажи.

Кроме того, cуд отмечает, что само по себе наличие предъявленных к бывшему собственнику требований не может подтверждать обстоятельство, установленное п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 г. № 73 – достоверное знание арендатора об отсутствии правомочий у арендодателя на сдачу имущества в аренду на момент заключения договора аренды.

В связи с чем cуд не может признать обоснованным довод Истца о том, что ООО «АТАК» якобы является недобросовестным арендатором.

В качестве третьего обстоятельства, свидетельствующего о недобросовестности ООО «АТАК», Истец указывает на то, что ООО «Новые Технологии» получило помещение безвозмездно, в связи с чем Ответчик должен был достоверно знать, что право собственности ООО «Новые Технологии» основано на ничтожной сделке. Следовательно, правомочия на сдачу помещения в аренду у ООО «Новые Технологии» отсутствовали.

Суд признает данный довод Истца необоснованным, поскольку аналогично ранее описанным обстоятельствам Истца, проверка арендатором факта действительной оплаты новым собственником помещения покупной цены за помещения предыдущему собственнику помещения не оценивается при исследовании добросовестности арендатора.

Однако даже если бы данное обстоятельство свидетельствовало о недобросовестности арендатора, арендатору необходимо было исследовать правоотношения сторон договора купли-продажи, в которых новый арендатор мог не участвовать, что исключает возможность на данном основании признать его недобросовестным для целей предъявления к нему требования на основании ст. 303 ГК РФ.

Так, как указано в самом иске, Договор купли-продажи был заключен 18.06.2012 г. между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии». Между тем ООО «АТАК» заключило Договор аренды на часть помещения с ООО «Новые Технологии» только 11.06.2014 г.

Более того, в предоставленном ООО «АТАК» от ООО «Новые Технологии» Договоре купли-продажи помещения от 18.06.2012 г. отсутствуют сведения о том, что договор купли-продажи являлся безвозмездной сделкой, наоборот в Договоре купли-продажи от        18.06.2012 г. содержится указание на цену договора, а также указание, что ООО «Новые Технологии» данную стоимость надлежащим образом оплатило.

Ответчик добросовестно полагался на текст Договора купли-продажи от 18.06.2012 г., а также на тот факт, что Договор купли-продажи от 18.06.2012 г. был зарегистрирован в ЕГРН, в связи с чем ответчик был также вправе полагаться и на то, что органом регистрации были проверены условия исполнения договора купли-продажи.

В связи с чем ООО «АТАК», как арендатор, не мог знать о том, что данным Договором купли-продажи от 18.06.2012 г. АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» на самом деле заключили сделку по выводу имущества из конкурсной массы юридического лица банкрота на нерыночных условиях, что было установлено только судом в Определении от 26.08.2020 г.

Суд отмечает, что Истцом не были предоставлены в материалы дела доказательства, достоверно подтверждающие, что ООО «АТАК» было известно об указанном обстоятельстве.

Кроме того, в рамках данного довода истец также указывал, что ответчик якобы знал о том, что АО «ЛИИК» на самом деле безвозмездно отдало помещение ООО «Новые Технологии», поскольку по указанным выше обстоятельствам в деле А40-58262/2012 суд признал акт зачета встречных требований от 18.06.2012, заключенный между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии» недействительной сделкой.

Суд соглашается с доводами ответчика, что на момент заключения Договора аренды указанное обстоятельство не было установлено, поскольку его установил cуд только в банкротном деле АО «ЛИИК» 26.08.2020 г.

Даже если ответчику было бы известно о факте осуществленного зачета, это не может достоверно подтверждать, что у арендодателя отсутствуют полномочия на сдачу имущества в аренду, поскольку сам по себе зачет является законным способом прекращения обязательства, предусмотренным ст. 410 ГК РФ.

Таким образом, приведенное истцом третье обстоятельство также не подтверждает обоснованность заявленных требований истца к ответчику.

В качестве четвертого обстоятельства, которое истец приводит в подтверждении недобросовестности ООО «АТАК», истец указывает, что Договор купли-продажи от 18.06.2012 г. был заключен между аффилированными лицами – ООО «Новые Технологии» и АО «ЛИИК», генеральным директором которых являлось одно лицо – ФИО10

Суд не принимает данный довод истца, поскольку само по себе заключение сделки между аффилированными лицами не запрещено положениями ГК РФ и не означает безусловное признание её в дальнейшем недействительной.

ООО «АТАК», как арендатор, не должен был и не мог выполнять вменяемую ему истцом обязанность исследовать вывод арендованного имущества из конкурсной массы бывшего собственника помещения – АО «ЛИИК».

В обоснование недобросовестного поведения ООО «АТАК» как арендатора, истец приводит также довод о том, что Решением суда от 03.11.2020 г. по делу № А40-154871/20-125-819 с ООО «Новые Технологии» была взыскана плата за фактическое пользование помещением за период до 31.03.2016 г. Ответчик участвовал в деле № А40-15487/20-125-819 в качестве третьего лица и не высказывал возражений относительно квалификации договора купли-продажи от 18.06.2012 г. в качестве ничтожной сделки.

Данный вывод истца вновь сделан на основании неверного толкования п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 г. № 73, в соответствии с которым стандарт добросовестности арендатора определяется на момент заключения договора аренды. Истец не учитывает, что иск по делу № А40-154871/2020 был подан 27.08.2020 г., то есть после того, как судом был признан недействительным договор купли-продажи. Следовательно, поведение ООО «АТАК» в указанном деле не имеет никакого значения для оценки его осведомленности об отсутствии у арендодателя прав сдавать имущество в аренду на дату заключения договора аренды.

Суд отмечает, что материалами дела подтверждается, что на дату заключения договора аренды в ЕГРН имелась запись о наличии права собственности на помещение у ООО «Новые Технологии» от 13.07.2012 г., отметка о наличии спора в отношении права собственности на помещение в ЕГРН на момент заключения Договора аренды отсутствовала.

При этом в силу пункта 4 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права, а у арендатора нет обязанности по проверке полномочий у собственника иным образом, если сведения о правах зарегистрированы в государственном реестре (определение Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 309-ЭС19-13850 по делу № А50-7869/2018).

В связи с чем ООО «АТАК», как арендатор, правомерно при заключении Договора аренды с ООО «Новые Технологии» руководствовался данными из ЕГРН, проверка которых является достаточной для оценки наличия у арендодателя – собственника имущества правомочий на сдачу имущества в аренду.

Истец в обоснование осведомленности ООО «АТАК» о заключении ничтожного договора аренды с неуправомоченным собственником ООО «Новые технологии» ссылается также на письменные объяснения ФИО10, являвшегося бывшим директором и учредителем АО «ЛИИК» и директором и учредителем ООО «Новые технологии», поступивших в материалы дела (т. 30 л.д. 93 – 95).

Из этих пояснений следует, что ФИО10 сообщил сотруднику ответчика ФИО16 о существовании риска оспаривания договора купли-продажи между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии», по основаниям, предусмотренным законом о банкротстве и по общегражданским основаниям. ООО «АТАК» в ответ на это согласилось с теоретическим риском оспаривания договора, однако предложило дать гарантии того, что на помещение отсутствуют права третьих лиц. Данные гарантии предоставлены ООО «Новые Технологии» посредством включения соответствующего пункта в договор аренды.

Между тем, как указал арбитражный суд кассационной инстанции в своём постановлении от 06.03.2024 г. по настоящему делу, объяснения ФИО10 подлежат критической оценке, а именно: определением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2020 г. по делу № А40-58262/2012 установлена аффилированность АО «ЛИИК», ООО «Новые технологии», ФИО10 и АО «Коминвест 5», действовавших со злоупотреблением правом при выводе актива (помещения); ФИО10 неоднократно признавался недобросовестным лицом, действовавшим со злоупотреблением правом (определения Верховного Суда РФ от 18.04.2022 № 305-ЭС21-6334(2), от 15.02.2017 № 305-ЭС16-14064, от 22.11.2019 № 305-ЭС16-20847(6), постановление Арбитражного суда Московского округа от 25.02.2020); раскрытие значимой информации при принятии решения о вступлении в сделку ожидаемо от добросовестного участника оборота, а лицо, организовавшее вывод актива, не заинтересовано в раскрытии информации об этом.

Также определением Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2020 г. по делу               № А40-58262/2012 ФИО10 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «ЛИИК», производство по требованиям о взыскании денежных средств с него было приостановлено до завершения расчетов с кредиторами. Определением от 29.01.2021 г. утверждено мировое соглашение по делу N А40-58262/2012 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «ЛИИК», по которому стороной (и кредитором с самой значительной суммой требований) являлся ФИО8 (правопреемник первоначального истца ЗАО «ЛИИК» по настоящему делу на основании договора уступки от 17.06.2021 г.), производство по делу о банкротстве ЗАО «ЛИИК» прекращено. А определением от 03.08.2022 г. по делу № А40-58262/2012 требование конкурсного управляющего о взыскании с ФИО10 денежных средств в порядке субсидиарной ответственности было оставлено без рассмотрения.

В материалы дела были представлены сведения о том, что ФИО10 признан несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда города Москвы от 30.03.2017 г. по делу № А40-154961/2016, в отношении него открыта процедура реализации имущества, а определением от 12.10.2022 г. в удовлетворении требования ЗАО «ЛИИК» о включении в реестр требований кредиторов ФИО10 с учётом указанных судебных актов по делу N А40-58262/2012 было отказано.

При оценке объяснений ФИО10 суд учитывает обстоятельства, установленные судебными актами в делах о банкротстве № А40-58262/2012 и № А40-154961/2016, свидетельствующие о том, что ФИО8 являлся основным кредитором ЗАО «ЛИИК», а ФИО10 (бывший руководитель и учредитель ЗАО «ЛИИК») является лицом, избежавшим субсидиарной ответственности по причине прекращения производства по делу о банкротстве вследствие заключения ЗАО «ЛИИК» мирового соглашения, в том числе с ФИО8, которому ЗАО «ЛИИК» в свою очередь передало право требования к ООО «АТАК».

Кроме того, ссылки ФИО10 на сообщение сотруднику ответчика ФИО16 о существовании риска оспаривания договора купли-продажи помещения, заключенного между АО «ЛИИК» и ООО «Новые Технологии», не подтверждены никакими иными доказательствами.

В материалы дела поступило сопроводительное письмо от 09.12.2024 г. от имени ФИО10,  с приложением переписки ООО «Новые технологии» с ответчиком на 60 л. (т. 50 л.д. 11 – 71), в том числе письма от 23.05.2014 г. исх. № 56 (т. 50 л.д. 17).

В данном письме содержится абзац следующего содержания: «…Ваше предложение основано на ставках арендной платы за помещение, которые ниже рыночных ставок на аналогичное помещение. Однако мы в целом готовы принять данные условия, поскольку, как сообщалось ранее, помещение было куплено у принадлежащей мне компании, в отношении которой подано заявление о банкротстве, поэтому существует юридический риск оспаривания договора купли-продажи и возврата помещения компании-банкроту. Учитывая сложность поиска арендатора на рыночных условиях, мы согласны с Вашим предложением».

Между тем, приложенная к сопроводительному письму от 09.12.2024 г. переписка не заверена и на подшита к самому сопроводительному письму. В судебном заседании 11.02.2025 г. ФИО10, повторно допрошенный в качестве свидетеля, показал, что данную переписку готовил не он, а его помощник ФИО17, который болен раком и проходит лечение в Израиле, однако только он располагает перепиской между ООО «Новые технологии» и ответчиком в электронной форме, он подобрал переписку и принёс её в суд, а сам ФИО10 вообще не в курсе, какие документы представлены от его имени в суд.

Согласно ч. 8 ст. 75 АПК РФ письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Между тем письмо, представленное в материалы дела вместе с сопроводительным письмом от 09.12.2024 г. от имени ФИО10 письмо от 23.05.2014 г. исх. № 56, никак не заверено (простая светокопия), в связи с чем не может быть признано надлежащим доказательством по делу.

Также в силу ч. 6 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Письмо от 23.05.2014 г. исх. № 56, представленное в материалы дела вместе с сопроводительным письмом от 09.12.2024 г. от имени ФИО10 (т. 50 л.д. 17), противоречит копии письма с теми же реквизитами, ранее представленном представителями ответчика (т. 14 л.д. 35), в котором отсутствует вышеизложенный абзац.

Оригинал письма не представлен.

Истец заявил о фальсификации доказательств в отношении ранее представленного представителями ответчика письма.

Представители ответчика пояснили, что не располагают оригиналом письма от 23.05.2014 г. исх. № 56.

Между тем, в отсутствие оригинала письма, полученного ответчиком от ООО «Новые технологии», суд не может признать данное письмо (ни в какой из редакций) надлежащим доказательством по делу.

Истцом в материалы дела представлена якобы полученная от арбитражного управляющего ФИО13 нотариально заверенная копия письма от 23.05.2014 г. исх. № 56 (11.03.2025 г. заверена временно исполняющим обязанности нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО18) (т. 52 л.д. 10 – 13).

Между тем, согласно открытым данным, содержащимся в Реестре нотариусов Российской Федерации на официальном сайте Министерства юстиции Российской Федерации в сети Интернет, ФИО18 (Регистрационный номер 52/330) не является лицом, наделённым правом замещать временно отсутствующего нотариуса.

Таким образом, копия письма, якобы направленная с электронной почты арбитражного управляющего ФИО13, не может быть признана доказательством по делу в силу ч. 3 ст. 64 АПК РФ.

Истец в судебном заседании ходатайствовал об истребовании оригинала письма от 23.05.2014 г. исх. № 56 у арбитражного управляющего ФИО13 (ИНН: 

<

***>) (т. 52 л.д. 21 – 24).

Однако доказательств наличия у арбитражного управляющего ФИО13 оригинала данного письма в материалы дела не представлено и из его электронного письма от 11.03.2025 г. наличие такого оригинала не усматривается.

Кроме того, конкурсным управляющим ООО «Новые Технологии» (ИНН: 

<

***>) в рамках дела о банкротстве № А41-2548/21 являлся ФИО13 (ИНН: 

<

***>).

Истец же требует истребовать оригинал письма у иного лица – ФИО13 (ИНН: 

<

***>).

Кроме того, сам по себе, якобы, «оригинал» письма (не известно когда составленный и кем на самом деле подписанный), без надлежащих доказательств передачи его ответчику до заключения договор аренды 11.06.2014 г., не может подтвердить доводы истца о том, что ответчик знал об отсутствии у истца полномочий на сдачу помещения в аренду.

Таким образом, ходатайство истца направлено исключительно на затягивание процесса, в связи с чем отклонено судом на основании ч. 5 ст. 159 АПК РФ.

С учётом изложенного письмо от 23.05.2014 г. исх. № 56, оригинал которого не представлен и направление которого ответчику не подтверждено надлежащими доказательствами, не может быть признано доказательством по делу.

Кроме того, допрошенный в качестве свидетеля в судебных заседаниях 15.10.2024 г. и 11.02.2025 г. ФИО10 показал, что на момент заключения Договора аренды, он, как генеральный директор компании арендодателя и собственника Помещения, не видел оснований для оспаривания Договора купли-продажи от 18.06.2012 г.

Как показал ФИО10, несмотря на возбужденное банкротное дело в отношении АО «ЛИИК», он лично не видел никаких рисков для арендных отношений между ООО «Новые Технологии» и ООО «АТАК». Также ФИО10 указал, что на момент заключения Договора аренды, непосредственно в отношении ООО «Новые Технологии» (арендодатель) и Помещений никаких претензий со стороны третьих лиц не было.

ФИО10 на двух проведенных допросах указал, что он дал ООО «АТАК» достоверные гарантии и заверения, которые на момент заключения Договора аренды полностью соответствовали действительности.

Следовательно, ФИО10 не мог указать ООО «АТАК» о каких-либо рисках признания Договора купли-продажи от 18.06.2012 г. недействительным (в т.ч. о последствиях признания сделки недействительной в виде возврата помещения в конкурсную массу АО «ЛИИК»), поскольку он сам был полностью уверен в отсутствии каких-либо оснований для оспаривания права собственности ООО «Новые Технологии» на Помещения.

Таким образом, копии письма от 23.05.2014 г. исх. № 56, представленные в материалы дела от имени ФИО10 (т. 50 л.д. 17) и истцом от имени арбитражного управляющего ФИО13 (т. 52 л.д. 11), явно противоречат показаниям ФИО10, данными им в качестве свидетеля в судебных заседаниях 15.10.2024 г. и 11.02.2025 г.

Также показания ФИО10, данные им в качестве свидетеля в судебных заседаниях 15.10.2024 г. и 11.02.2025 г., явно противоречат ранее представленным истцом в материалы дела письменным объяснениям ФИО10 (т. 30 л.д. 93 – 95).

Кроме того, ФИО10 на допросе указал, что ООО «Новые Технологии», как арендодателю, необходимо было сдать наибольшую площадь здания в аренду, чтобы получить наибольший размер арендных площадей. Заключение договора аренды с ООО «АТАК» было выгодным для ООО «Новые Технологии», поскольку из-за объёма арендованной площади (площадей на первом и втором этажах здания, общие зоны для использования, от которых зависела возможность беспрепятственного использования площадей на втором этаже), ООО «АТАК» давал ООО «Новые Технологии» дополнительную существенную прибыль.

ФИО10 на допросе указал, какими критериями руководствовались ООО «Новые Технологии» при выборе арендатора. С точки зрения рыночности, ООО «АТАК» был выбран самим ООО «Новые Технологии», как наилучший и экономически выгодный арендатор, с учётом критериев формата магазина ООО «АТАК», необходимой площади для аренды, арендованных общих зон в помещении, участия в переговорах, в которых ООО «АТАК» был заинтересован, в отличие от других кандидатов на заключения договора аренды, что не повлекло за собой простой площадей здания за которые ООО «Новые Технологии» не получило бы арендные платежи, если бы не заключило Договор аренды с ООО «АТАК». Также в пользу кандидатуры ООО «АТАК» свидетельствовала рекомендация риелтора, с которым работал ФИО10

Таким образом, показания ФИО10, данные им в качестве свидетеля в судебных заседаниях 15.10.2024 г. и 11.02.2025 г., противоречат доводам истца о том, что заключение договора аренды с ответчиком было для ООО «Новые Технологии» не выгодным, не соответствовало рыночным условиям.

Кроме того, при заключении договора аренды от 18.06.2012 г. в его текст арендодателем ООО «Новые Технологии» в лице ФИО10 были включены договорные заверения (п. 6.3, 6.5 договора) о том, что он является единоличным собственником, помещение не является предметом судебных разбирательств, свободно от любых прав третьих лиц, отсутствуют ограничения и обременения.

Объяснения ФИО10, представленные в материалы дела, о том, что данные договорные заверения даны по предложению ООО «АТАК» в ответ на предоставленную ему информацию о существовании риска оспаривания, фактически являются заявлением о недостоверности заверения и осведомленности второй стороны договора об их недостоверности.

Правовой статус заверения об обстоятельствах урегулирован положениями статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснен пунктами 34 – 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», согласно которым сторона договора вправе явно и недвусмысленно заверить другую сторону об обстоятельствах, как связанных, так и не связанных непосредственно с предметом договора, но имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, и тем самым принять на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Применение предусмотренного статьей 431.2 ГК РФ механизма ответственности направлено на распределение риска наступления нежелательных имущественных последствий между сторонами, в предпринимательских отношениях ответственность лица, давшего заверения наступает за объективный факт - несоответствие заверений действительности. Лицо, полагавшееся на заверения, считается обезопасившим себя от неблагоприятных имущественных последствий в силу самого факта получения заверений (п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2023) (утв. 15.11.2023 г.).

Возможность опровержения договорных заверений только объяснениями лица, давшего такие заверения, не следует из положений статьи 431.2 Кодекса и пунктов 34 – 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. № 49.

На основании вышеизложенного, все обстоятельства, указанные истцом, якобы свидетельствующие о недобросовестности ООО «АТАК», как арендатора, отклонены судом в связи с их необоснованностью и несоответствию положениям Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 г. № 73.

В связи с чем у cуда отсутствуют основания для признания ООО «АТАК» недобросовестным арендатором, с которого могут быть взысканы денежные средства в порядке ст. 303 ГК РФ, а также п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 г. № 73.

Истцом также заявлено требование о взыскании с Ответчика процентов по ст. 395           ГК РФ, начисленные на плату за фактическое использование нежилого помещения, сумма которых составляет 86 275 152,52 руб. за период с 18.04.2016 г. по 11.02.2025 г.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

Начисление процентов за неисполнение денежного обязательства по правилам ст. 395 ГК РФ представляет собой меру ответственности - минимально необходимую законную неустойку на случай отсутствия иной законной или договорной неустойки. При этом обязательство по уплате процентов является акцессорным (дополнительным) по отношению к основному обязательству.

Акцессорность обязательства по уплате процентов проявляется, в первую очередь, в связанности возникновения: обязательство по уплате процентов не может возникнуть без обязательства по уплате суммы основного долга.

Учитывая, что cуд пришел к выводу, что в удовлетворении основного требования о взыскании платы за фактическое использование нежилого помещения отказано, следует отказать и в удовлетворении требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку требование о взыскании процентов следует судьбе основного обязательства, в связи с чем не может быть удовлетворено.

Также ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности в отношении требования о взыскании платы за фактическое пользование за период с 18.04.2016 г. по 10.12.2017 г.

Пункт 2 ст. 199 ГК РФ устанавливает, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Срок давности по требованиям, предусмотренным ст. 303 ГК РФ, начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о том, что его имущество выбыло из его владения и незаконные владельцы извлекают от пользования доход.

Собственник вправе требовать взыскания доходов по ст. 303 ГК РФ одновременно с требованием об истребовании имущества из чужого незаконного владения. При этом собственник вправе предъявить такое требование и позднее, но в таком случае он несет риск пропуска срока исковой давности.

Согласно Определению ВС РФ от 26.11.2019 г. № 309-ЭС19-13850, на правовую позицию которого также ссылается Арбитражный суд Московского округа, поскольку положения ст. 303 ГК РФ являются составной частью правил о виндикации, срок исковой давности по требованию о получении доходов от незаконных владельцев начинает течь с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что его имущество выбыло из его владения; и незаконные владельцы извлекают из пользования доход. При этом срок исковой давности по требованию, основанному на ст. 303 ГК РФ, не зависит от удовлетворения виндикационного иска.

Следовательно, довод Истца о том, что начало течения срока исковой давности надо исчислять с даты вступления в законную силу решения суда о виндикации, не соответствует п. 1 ст. 200 ГК РФ.

АО «ЛИИК» (правопреемником которого является истец) должно было узнать о том, что незаконные владельцы извлекают из пользования помещением доход, как минимум, 30.11.2015 г. (дата подачи АО «ЛИИК» заявления в Росреестр о внесении возражений в отношении помещения), но в любом случае не позднее 21.11.2016 г. (дата заявления ходатайства конкурсного управляющего АО «ЛИИК» о привлечении ответчика в качестве третьего лица в обособленном споре о банкротстве).

Истцом заявлены требования по оплате фактического пользования помещением за период с 18.04.2016 г. по 26.08.2020 г., следовательно, по требованиям за период ранее чем три года до даты предъявления иска срок исковой давности в любом случае истек.

Поскольку иск был подан в суд 10.12.2020 г., срок исковой давности по требованию о взыскании платы за период с 18.04.2016 г. по 10.12.2017 г. пропущен.

С учетом изложенного, установив факт пропуска Истцом срока давности для обращения в суд по требованиям о взыскании платы за фактическое пользование помещением, а также по требованию о взыскании процентов, суд указывает, что исковые требование удовлетворению не подлежат и по этому основанию.

Истцом также было заявлено требование о взыскании с Ответчика рыночной стоимости ремонтно-восстановительных работ по устранению выявленных недостатков и повреждений нежилого помещения в размере 26 374 585,62 руб. которое основано на заключении судебной экспертизы ООО «АКГ «Азимут» от 20.03.2023 г., выводы которой о техническом состоянии объекта сделаны на основании ретроспективного анализа имеющейся документации (актах приема-передачи, заключения экспертов от 20.11.2020 г., составленного в порядке нотариального обеспечения доказательств ООО «Центр экспертиз Эквиум»).

Требование Истца о взыскании убытков cуд признает необоснованным, поскольку Истец не доказал факт несения им убытков в виде расходов на восстановление помещения.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков (вреда) на основании ст.ст. 15, 393 ГК РФ возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков, что следует из правовой позиции, выраженной в п. 12 Постановления Пленума        ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Обязательным условием наступления ответственности за вред является наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения и вину причинителя вреда, а также причинную связь между поведением причинителя вреда и наступившим ущербом.

Вместе с тем Истец не представил доказательств, подтверждающих, что ущерб помещению был причинен в результате неправильной эксплуатации помещения ответчиком, кроме того, истец не доказал факт несения расходов и их размер, в связи с чем данное требование является необоснованным и не подлежат удовлетворению. В частности, Истец не представил доказательств, подтверждающих обоснованность требований в отношении затрат на ремонт здания полностью (фасад, кровля), а не в части, занятой Ответчиком.

Суд также критически относится к доводам Истца о том, что право требования оплаты расходов перешло к Истцу через процессуальное правопреемство, что освобождает Истца от предоставления в cуд доказательств несения им убытков.

В соответствии с ч. 3 ст. 48 АПК РФ для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

Кроме того, согласно ст. 386 ГК РФ должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.

В связи с тем, что на протяжении всего периода рассмотрения дела Истцом (первоначально АО «ЛИИК», затем ИП ФИО1) было заявлено требование о взыскании убытков, именно на истце лежит обязанность обосновать суду состав правонарушения, которая истцом выполнена не была, что ведёт к отказу в удовлетворении данного требования.

Cуд исследовал и оценил все письменные доказательства, предоставленные лицами, участвующими в деле, в частности внесудебные и судебные экспертные заключения. Однако, учитывая, что на момент рассмотрения настоящего дела в Помещении уже был произведен восстановительный ремонт (что истец не отрицает), состав правонарушения и размер убытков не может быть доказан заключением эксперта и (или) специалиста.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Таким образом, убытками являются либо уже фактически понесённые расходы, либо расходы, которые потерпевший должен будет понести.

В материалы дела не представлено никаких доказательств фактического несения           АО «ЛИИК» каких-либо расходов на ремонт Помещения.

Помещение было реализовано в ходе конкурсного производства в отношении              АО «ЛИИК».

Таким образом, АО «ЛИИК» (ликвидировано 31.07.2024 г. в связи с завершением конкурсного производства по делу № А41-107110/17) не понесло и не может понести никаких расходов на ремонт Помещения.

Новым собственником проведён ремонт помещения ещё до проведения судебной экспертизы ООО «АКГ «Азимут» от 20.03.2023 г.

Истец не представил доказательств того, что он является новым собственником помещения и/или понёс какие-либо расходы на ремонт помещения.

Также истец не представил доказательств того, что новый собственник помещения передал истцу право требования с ответчика своих расходов на ремонт помещения.

В отсутствие предоставления доказательств истцом о несении истцом (или цедентом) расходов на восстановление помещения, в требовании о взыскании стоимости ремонтно-восстановительных работ по устранению выявленных недостатков и повреждений помещений должно быть отказано.

При таких обстоятельствах исковые требования не подлежат удовлетворению.

Исходя из вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 167 – 170, 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Москвы

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течении месяца со дня его принятия.

Судья:

М.Ю. Махалкин