ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-25611/2017

г. Киров

24 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2024 года.          

Полный текст постановления изготовлен 24 мая 2024 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кормщиковой Н.А.,

судей Калининой А.С., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Русиновой А.И.,

при участии в судебном заседании представителя должника ФИО1 по доверенности от 22.01.2024

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 14.03.2024 по делу № А82-25611/2017

по рассмотрению отчета и ходатайства финансового управляющего ФИО4 о завершении реализации имущества, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее-должник, ФИО5, податель жалобы) финансовый управляющий ФИО6 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с ходатайством о завершении реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 14.03.2024 процедура реализации имущества в отношении ФИО5 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, имевшихся на дату обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением имеющихся требований перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и ФИО7, подтвержденных определениями Арбитражного суда Ярославской области от 07.09.2018 и 22.08.2018.

ФИО5 с принятым определением суда не согласилась, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и вынести по делу новый судебный акт.

Как указывает должник, согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, кредитор должен доказать именно факты недобросовестного сокрытия информации и имущества от финансового управляющего и суда, либо доказать, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно. Отмечает, что в процессе ведения процедуры банкротства сменилось три финансовых управляющих и один судья и должник, представил всю необходимую информацию всем трем финансовым управляющим, на все запросы со стороны должника была предоставлена вся необходимая информация, вследствие чего вопросы кредиторов должны задаваться к управляющему. Подчеркивает, что суд не учел и не принял во внимание, что в течение ведения процедуры банкротства в отношении ФИО5, последняя развелась и у нее на попечении остались двое несовершеннолетних ребенка и не освобождение ее от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, усугубляет ее финансовое положение еще больше и делает исполнение требований кредиторов невыполнимым, чем нарушается основной принцип и задачи возбуждения и ведения процедуры несостоятельности (банкротства) в отношении физического лица. Обращает внимание, что в соответствии с отчетом финансового управляющего за все время ведения процедуры банкротства в отношении ФИО8 была сформирована конкурсная масса, общий размер погашенных требований кредиторов составил 1 678 230, 24 руб., что составило 55,3% от суммы требований кредиторов, свидетельствует о добросовестности самого должника и оказание с ее стороны всесторонней помощи при осуществлении полномочий всех трех финансовых управляющих участвующих в деле, однако суд, не принимая во внимание данную информацию, принимает решение о выборочном освобождении должника от исполнения требований кредиторов, что прямо противоречит обстоятельства и материалам настоящего дела, а также положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и ставит в более затруднительное финансовое положение.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 08.04.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 09.04.2024 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО7 с доводами должника не согласен, что следует из представленной позиции, просит определение оставить без изменения.

В судебном заседании представитель должника поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Иные участвующие по делу лица явку представителей не обеспечили, о времени и месте разбирательства извещены. ФИО7 в материалы дела представлено ходатайство об отложении судебного заседания либо объявлении в нем перерыва, рассмотрев которое, апелляционный суд не нашел оснований для его удовлетворения в силу следующего.

В Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 указано, что вопрос о необходимости отложения разбирательства дела, приостановлении производства по делу, продлении срока рассмотрения дела должен решаться судом, арбитражным судом, в производстве которого находится дело, самостоятельно применительно к каждому конкретному делу с учетом необходимости соблюдения сроков рассмотрения дела судом соответствующей инстанции и разумного срока судопроизводства (статья 6.1 ГПК РФ, статья 6.1 АПК РФ, статья 10 КАС РФ, статья 6.1 УПК РФ).

Судом апелляционной инстанции явка лиц, участвующих в деле, в судебное заседание обязательной не была признана; позиция ФИО7 подробно изложена в письменном отзыве на жалобу, суду понятна и пояснений не требует. 

Применительно к настоящему спору суд апелляционной инстанции учитывает, что с момента принятия апелляционной жалобы к производству дополнительных доводов заявителем не было заявлено, аргументов, свидетельствующих о невозможности рассмотрения жалобы по имеющимся в деле доказательствам, не приведено.

Суд апелляционной инстанции, приняв во внимание изложенные обстоятельства, а также учитывая отсутствие ходатайств иных участников процесса об отложении судебного заседания, приходит к выводу, что при указанных обстоятельствах отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию рассмотрения дела, с учетом общего срока его рассмотрения, в связи с чем не усматривает оснований для отложения судебного разбирательства либо объявления в нем перерыва и, на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказывает в удовлетворении ходатайства.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителей кредиторов при имеющейся явке.

В апелляционной жалобе ФИО5 обжалует определение суда первой инстанции в части неприменения судом правил об освобождении от исполнения обязательств перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и ФИО7. 

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, законность определения Арбитражного суда Ярославской области в обжалуемой части проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя заявителя, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда в обжалуемой части, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 27.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

По пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы Х Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.3 Закона о банкротстве правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании гражданина банкротом обладают гражданин, конкурсный кредитор, уполномоченный орган.

Согласно положениям статьи 213.2 Закона о банкротстве при рассмотрении дела о банкротстве гражданина применяются реструктуризация долгов гражданина, реализация имущества гражданина, мировое соглашение.

В статье 2 Закона о банкротстве определено, что под реализацией имущества гражданина понимается реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, названного в пункте 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Процедура реализации имущества гражданина подлежит завершению в случае отсутствия в конкурсной массе денежных средств или имущества, средства от реализации которого могут быть направлены на расчеты с кредиторами, а также отсутствия иной реальной возможности пополнения конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

По смыслу приведенных норм Закона о банкротстве арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 15.03.2018 (резолютивная часть 12.03.2018) ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО9.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 21.08.2019 финансовым управляющим утвержден ФИО10, определением от 20.10.2022 финансовым управляющим утвержден ФИО6.

В ходе процедуры реализации имущества сформирован реестр требований кредиторов и в составе третьей очереди включены требования ФИО7 в сумме 2 389 392,66 руб., публичного акционерного общества «Сбербанк России» в сумме 198 828,82 руб., акционерного общества «Юникредитбанк» в сумме 461 495,35 руб.

Финансовым управляющим проведена инвентаризация имущества гражданина, по результатам которой у должника выявлено имущество, в результате реализации части которого в конкурсную массу поступили денежные средства и общий размер погашенных требований кредиторов составил 1 678 230,24 руб.

Также управляющим с целью получения информации о правах и обязательствах должника направлены запросы в компетентные органы, по результатам которых иное имущество должника, подлежащее включению в конкурсную массу, не выявлено. Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении имущества должника, пополнении конкурной массы или дальнейшей реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами, не имеется.

По результатам анализа финансового состояния ФИО5 финансовым управляющим сделаны следующие выводы: восстановление платежеспособности должника невозможно, имущества должника для расчетов с кредиторами недостаточно, на основе проведенной проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного банкротства должника, об отсутствии признаков фиктивного банкротства должника.

Должник трудоустроен, на иждивении должника имеется двое детей: ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО12, 29.03.2013.

Действия/бездействие финансового управляющего кредиторами не оспаривались, недействительными судом не признавались. По результатам процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий представил в суд отчет о своей деятельности, реестр требований кредиторов, а также ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

ПАО «Сбербанк России» и ФИО7 заявили ходатайства о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Рассмотрев отчет финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества должника, суд первой инстанции счел возможным завершить реализацию имущества должника и пришел к выводу о возможности применения положений об освобождении гражданина от исполнения обязательств перед кредиторами, за исключением обязательств перед ПАО «Сбербанк России» и ФИО7

Возражений относительно выводов суда о наличии оснований для завершения процедуры банкротства лицами, участвующими в деле, не заявлено, вместе с тем должник не согласен с неосвобождением должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ПАО «Сбербанк России» и ФИО7

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гласит, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Так, вопросы, касающиеся таких незаконных действий гражданина, как совершение мошенничества, злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности, уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, представление кредитору заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, разрешаются судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника или при пересмотре этого определения по вновь открывшимся обстоятельствам. Доказывать, что гражданин действовал незаконно, должны лица, участвующие в деле (кредитор, финансовый управляющий, уполномоченный орган).

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о банкротстве граждан положения о не освобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2017 № 308-ЭС17-15938). При этом банкротство граждан по смыслу Закона о банкротстве является механизмом нахождения компромисса между добросовестным должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов недобросовестных лиц, в связи с чем к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств. При этом должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Как разъяснено в пункте 42 Постановления № 45 целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона).

Данное положение также отражено в пункте 12 Постановления № 45, что неисполнение должником обязанности по представлению отзыва и документов, равно как и сообщение суду недостоверных либо неполных сведений, может являться основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В пункте 17 Постановления № 45 также отмечено, что если будет установлено, что должник представил заведомо недостоверные сведения либо совершает действия, направленные на сокрытие имущества, его незаконную передачу третьим лицам, такие обстоятельства свидетельствуют о совершении должником действий, направленных на уклонение от погашения имеющейся у него задолженности (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 N 305-ЭС18-26429 обращено внимание, что в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.).

К числу признаков недобросовестного поведения абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве. 

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования, при этом подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

В обоснование причин неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами ПАО «Сбербанк России» и ФИО7 указали на умышленные действия должника, воспрепятствовавшие управляющему для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, что неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Как следует из материалов дела, определениями Арбитражного суда Ярославской области установлено, что ФИО5 в период проведения процедуры банкротства в отсутствие встречного представления, безвозмездно осуществлены перечисления денежных средств в адрес третьих лиц (от 01.10.2021); составила соглашение о разделе общего имущества супругов от 01.12.2015 в отношении совместной собственности, признанное впоследствии недействительным (от 14.06.2019), также в отсутствие пояснений ФИО5 алименты на содержание детей от их отцов не получала, с соответствующими заявлениями самостоятельно в судебные органы не обращалась (до 2023 года), при этом из конкурсной массы выделялись денежные средства на содержание детей (прожиточный минимум) с 2019 в полном размере (а не ?); 25.06.2021 заключила договор на платное образование несовершеннолетней дочери по программе среднего профессионального образования в отсутствие раскрытия информации за счет каких средств оплачено обучение. Помимо этого, судебными актами, вступившими в законную силу, установлено, что должником были приняты меры по выведению активов в предбанкротный период при наличии неисполненных обязательств (определения от 01.10.2021 и 14.06.2019), а также осуществление их со злоупотреблением правом со стороны ФИО5

То есть действия должника в ходе проведения процедуры банкротства и в предшествующем ей периоде были направлены на сокрытие необходимой и существенной информации, на уход от возврата имущества в конкурсную массу и сокрытие источников дохода и сведений о реальных взаимоотношениях с третьими лицами, что создало препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов и указало на намерение получить не предусмотренную законом выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Вместе с тем, должник, действующий добросовестно, должен претерпеть неблагоприятные для себя последствия признания банкротом, выражающиеся, прежде всего, в передаче в конкурсную массу максимально возможного по объему имущества и имущественных прав в целях погашения (частичного погашения) требований кредиторов, обязательства перед которыми должником надлежащим образом исполнены не были, соответственно, такое умышленное поведение должника, не может быть расценено как добросовестное и являться основанием для освобождения от обязательств перед кредиторами.

Так, институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов, который позволяет гражданину заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, но при этом в определенной степени ущемляет права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения, на основании чего к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства, так как институт банкротства граждан - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения и процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Вопреки позиции ФИО5, развод и наличие несовершеннолетних детей, предоставление запрашиваемой информации управляющим и частичное погашение реестра требований кредиторов не освобождают должника от необходимости соблюдения установленных Законом о банкротстве обязанностей и о правомерности ее поведения в процедуре банкротства и в предшествующий ей период не свидетельствуют, факты недобросовестного сокрытия информации и имущества от кредиторов, финансового управляющего и суда установлены судебными актами, которые в силу положений статьи 69 АПК РФ подлежат учету при рассмотрении настоящего обособленного спора, исходя из требований (принципов) правовой определенности, обязательности и непротиворечивости судебных актов (ст. 16 АПК РФ).

Отклоняя доводы заявителя, апелляционный суд считает возможным отметить, что установленные судом факты свидетельствуют об очевидном отклонении действий должника от принципов добросовестного поведения.

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, в рассматриваемой ситуации суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед ПАО «Сбербанк России» и ФИО7 

Иные доводы жалобы апелляционным судом рассмотрены и подлежат отклонению, как не имеющие правового значения для правильного разрешения заявленного спора и не свидетельствующие о наличии оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Судебный акт первой инстанции в обжалуемой части принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем апелляционная жалоба является необоснованной и удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается, следовательно, 150 рублей подлежат возврату должнику из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 14.03.2024 по делу № А82-25611/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО5 из федерального бюджета 150 рублей государственной пошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 22.03.2024.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий

Н.А. Кормщикова

Судьи 

 

А.С. Калинина

 

Е.Н. Хорошева