﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-13146/2015(56,57)-АК

Дело № А50-5545/2015

09 сентября 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 09 сентября 2019 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Мухаметдиновой Г. Н. судей  Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Филиппенко Р.М.,  в судебном заседании приняли участие:  

Хакимов Р.И., паспорт, 

представитель Хакимова Р.И.: Петров Д.А., паспорт, доверенность от  11.07.2017,  

представитель Маева А.Е.: Попов Н.М., паспорт доверенность о 26.03.2018,  

представитель уполномоченного органа: Слукина И.В., удостоверение,  доверенность от 20.12.2018,  

представитель Чащина А.М.: Курушин И.А., паспорт, доверенность от  26.03.2018,  

представитель Стяжкина С.П.: Курушин И.А., паспорт, доверенность от  26.03.2018,  

представитель Юрпалова А.О.: Курушин И.А., паспорт, доверенность от  26.03.2018,  

представитель Хайтина В.С. Курушин И.А., паспорт, доверенность от  06.04.2018,  

представители конкурсного управляющего Дыкова И.В.: Родионова О.П.,  паспорт, доверенность от 27.05.2015, Власова Л.Н., паспорт, доверенность от  15.10.2018,  

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не  направили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим  образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации  

о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы Хакимова Рината  Ильдусовича, Маева Андрея Евгеньевича,  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 17 июня 2019 года 

по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего и ФНС  России в лице УФНС России по Пермскому краю о привлечении к  субсидиарной ответственности, взыскании убытков с контролирующих  должника лиц к ответчикам: Опарину Сергею Валерьевичу (ИНН  590405192887), Маеву Андрею Евгеньевичу (ИНН 590606165869), Хакимову  Ринату Ильдусовичу (ИНН 590579429100), ООО «Финансовый консультант»  (ИНН 5906856784), ООО «Автомобили. Механизмы. Лизинг» (ИНН  5903038879), ООО «Консалтинговые услуги» (ИНН 5902997760), Хайтину  Владимиру Семеновичу (ИНН 594200222915), Стяжкину Сергею Петровичу  (ИНН 594200235777), Юрпалову Олегу Анатольевичу (ИНН 594200231437),  Чащину Александру Михайловичу (ИНН 594202302605), Рец Владимиру  Николаевичу (ИНН 590401438219), Епифановой Любови Евгеньевне (ИНН  590614505981), ООО «Бизнес Консультант» (ИНН 5902997907), ООО «Нива»  (ИНН 5947017001), ООО «Астика» (ИНН 5906044937), Хлопину Виктору  Алексеевичу (ИНН 590314780747),  

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно  предмета спора: финансовый управляющий Маева А.Е. Русаков Д.С.;  временный управляющий ООО «Нива» - Юрова О.И.; Пермякова Яна  Александровна,  

вынесенное судьей Субботиной Н.А. в рамках дела № А50-5545/2015 

о признании несостоятельным (банкротом) закрытое акционерное общество  «Промышленная лизинговая компания» (ОГРН 1025900510558, ИНН  5903032972),  

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.04.2015 принято  заявление ООО «Финансовый консультант» о признании несостоятельным  (банкротом) закрытого акционерного общества «Промышленная лизинговая  компания» (далее – ЗАО «Промлизинг», должник), возбуждено производство  по делу о банкротстве № А50-5545/2015.  

Решением Арбитражного суда Пермского края суда от 28.05.2015  должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден Гараев Айдар Асгатович.  

Определением суда от 05.05.2016 Гараев А.А. освобожден от исполнения  обязанностей, конкурсным управляющим общества «Промлизинг» утвержден  Дыков Иван Владимирович (далее – конкурсный управляющий).  

Конкурсный управляющий обратился 20.12.2017 в арбитражный суд с  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании  убытков с контролирующих должника лиц, просит привлечь ответчиков  Опарина Сергея Валерьевича, Маева Андрея Евгеньевича, Хакимова Рината  Ильдусовича к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника и  взыскать с указанных лиц солидарно 1 111 145 791,30 руб., взыскать с  ответчиков убытки, причиненные их действиями по заключению сделок и  совершению действий, признанными недействительными (с учетом уточнений,  принятых арбитражным судом в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2017 в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечен Русаков Д.С. (финансовый  управляющий имуществом Маева А.Е.).  

Кроме того, Федеральная налоговая служба (далее – уполномоченный  орган) 07.03.2018 также обратилась в арбитражный суд с заявлением о  привлечении контролирующих должника лиц – ответчиков Опарина Сергея  Валерьевича, Маева Андрея Евгеньевича, Хакимова Рината Ильдусовича, ООО  «Астика», ООО «Финансовый консультант», ООО «Автомобили. Механизмы.  Лизинг», ООО «Консалтинговые услуги», ООО «Бизнес Консультант», ООО  «Нива», Епифанову Любовь Евгеньевну, Хайтина Владимира Семеновича,  Стяжкина Сергея Петровича, Юрпалова Олега Анатольевича, Чащина  Александра Михайловича, Рец Владимира Николаевича, Хлопина Виктора  Алексеевича к субсидиарной ответственности по основаниям,  предусмотренным подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 и подпункта 3 пункта 4  статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Определением арбитражного суда от 13.03.2018 заявление  уполномоченного органа принято к производству и назначено к совместному  рассмотрению с заявлением конкурсного управляющего.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.08.2018  отказано в удовлетворении требований о привлечении ответчиков к  субсидиарной ответственности, с Маева А.Е. в пользу ЗАО «Промлизинг»  взысканы убытки в размере 485 973 137,33 руб.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  08.11.2018, определение суда первой инстанции от 13.08.2018 оставлено без  изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 04.03.2019  определение Арбитражного суда Пермского края от 13.08.2018 по делу № А50 - 5545/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 08.11.2018 по тому же делу отменены в части отказа в удовлетворении  требований о привлечении к субсидиарной ответственности и в части  взыскания с Маева Андрея Евгеньевича убытков. Дело в отмененной части  

направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края. В  остальной части судебные акты оставлены без изменения.  

Определениями Арбитражного суда Пермского края то 08.04.2019,  13.05.2019 к участию в рассмотрении заявлений на основании ст.51 АПК РФ в  качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечены временный управляющий ООО  «Нива» Юрова Ольга Ивановна, Пермякова Яна Александровна.  

30.05.2019 представитель конкурсного управляющего заявил ходатайство  об уточнении заявленных требований, просит привлечь Опарина Сергея  Валерьевича, Хакимова Рината Ильдусовича, Маева Андрея Евгеньевича к  субсидиарной ответственности по обязательства ЗАО «Промлизинг». Взыскать  с Опарина Сергея Валерьевича 19,2 % от суммы не погашенных требований  кредиторов по результатам процедуры конкурсного производства в пользу ЗАО  «Промлизинг». Взыскать с Хакимова Рината Ильдусовича 70 600 000 рублей в  пользу ЗАО «Промлизинг». Взыскать с Маева Андрея Евгеньевича солидарно  сумму задолженности, оставшейся не погашенной по результатам процедуры  конкурсного производства в пользу ЗАО «Промлизинг». Утончение принято  судом в порядке ст.49 АПК РФ.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.06.2019  заявленные требования о привлечении к субсидиарной ответственности  удовлетворены частично. Суд установил наличие оснований для привлечения  к субсидиарной ответственности Маева Андрея Евгеньевича, Хакимова Рината  Ильдусовича, приостановил рассмотрение требований о взыскании денежных  средств до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении требований в  остальной части отказал.  

Не согласившись с вынесенным определением Маев А.Е. и Хакимов Р.И.  обратились с апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемый  судебный акт отменить.  

В своей апелляционной жалобе Маев А.Е. указывает, что суд при  разрешении настоящего обособленного спора неправильно применил нормы  материального права об основаниях привлечения контролирующих должника  лиц к субсидиарной ответственности по его долгам. Полагает, что суд лишь  формально указав на применение пункта 4 статьи 10 Федерального закона от  26.10.2002г. № 127-ФЗ (в редакции Федерального закона от 28.06.2013г. № 134- Ф3), фактически привлек контролировавших должника лиц к субсидиарной  ответственности за сделки, совершенные после наступления объективного  банкротства. Указывает, что судом не учтено, что постановлением  Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-8490/16 от 12.10.2017 по делу   № А50-5545/2015 отменено в части определение Арбитражного суда Пермского  края от 02.05.2017 о признании недействительными сделок должника по  отчуждению недвижимого имущества в пользу ООО «Нива», а также сделок  ООО «Нива» с ПАО АКБ «Металлинвестбанк» о передаче ему имущества,  приобретенного у должника, в качестве отступного по его же просроченным  кредитным обязательствам. Таким образом, изложенный в обжалуемом  

определении вывод о том, что в результате сделок должника с ООО «Нива» из  собственности должника выбыло как недвижимое имущество, так и денежные  средства в отсутствие встречного предоставления, (абз.З на стр. 15  определения), противоречит имеющемуся в материалах настоящего  обособленного спора постановлению Арбитражного суда Уральского округа   № Ф09- 8490/16 от 12.10.2017 по делу № А50-5545/2015. Указывает, что судом  также не учтены выводы, изложенные в определении Арбитражного суда  Пермского края от 24.04.2017, которым отказано в признании  недействительными договоров займа, а также соответствующих договоров об  уступке прав требования от 01.11.2014 по данным договорам займа. Также не  соглашается с выводом суда по вмененным сделкам должника с ООО  «Астика». Полагает, что фактически основание для привлечения Маева А.Е. к  субсидиарной ответственности по данному эпизоду усмотрено судом в том, что  за счет корпоративного финансирования, произведенного на возвратной основе,  он исполнил реальные, но при этом не запланированные в существовавшем  бюджете должника, обязанности по уплате обязательных платежей, в  результате чего был уменьшен объем требований уполномоченного органа. По  мнению заявителя апелляционной жалобы, указанные выше обстоятельства,  установленные судом первой инстанции при рассмотрении настоящего  обособленного спора, должны были учитываться при определении вины и  формы гражданско-правовой ответственности Маева А.Е. в пользу вывода о  наличии оснований для взыскания убытков в размере, соответствующем  принципам справедливости и соразмерности ответственности (абзац 2 пункта 6  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 30.07.2013г. № 62). Кроме того, отмечает, что разъяснение, приведенное в  пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017г. № 53, вообще не подлежало применению при рассмотрении  настоящего обособленного спора, поскольку оно применимо только в случае  привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  по основаниям, приведенным в новой редакции Федерального закона от  26.10.2002г. № 127- ФЗ, подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11.  

Хакимов Р.И. в апелляционной жалобе указывает, что заключение  договора купли-продажи имущества сельхозназначения от 20.01.2014 и  договора купли-продажи № 5626 от 09.01.2014 не причинило вреда должнику  или его кредиторам и не способствовало развитию кризисной ситуации.  Указывает, что Хакимов Р.И. не обладал самостоятельными полномочиями по  принятию решений о заключении договора купли-продажи имущества  сельхозназначения от 20.01.2014 г. и договора купли-продажи № 5626 от  09.01.2014 г. Хакимов Р.И. не мог совершить сделку по отчуждению основных  средств должника в отсутствие одобрения конечного бенефициара ЗАО  «Промлизинг» - Маева А.Е. Последующая передача ООО «Нива» недвижимого  имущества в качестве отступного АКБ «Металлинвестбанк» не являлась  следствием заключенных Хакимовым Р.И. сделок, а представляла с собой  способ расчетов с залоговым кредитором при возникновении задолженности в  

сентябре 2014 г. Отмечает, что суд в качестве оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности по совершенным Хакимовым Р.И. сделкам  указал на уменьшение активов должника на сумму 417 млн. рублей без какого- либо встречного предоставления, что способствовало развитию кризисной  ситуации и переходу в стадию объективного банкротства, однако указанный  вывод противоречит фактическим обстоятельствам дела и ранее сделанному  судом выводу о том, что «причиной банкротства действия ответчиков по  заключению спорных сделок не стал. Причиной банкротства ЗАО  «Промлизинг» являются внешние факторы, связанные с прекращением  исполнения обязательств крупнейшими лизингополучателями». Обращает  внимание, что оплата со стороны ЗАО «Промлизинг» в пользу ООО «Нива» по  договору купли-продажи имущества сельхозназначения от 20.01.2014 г. в  сумме 120 000 000 руб. вернулась ЗАО «Промлизинг» в качестве оплаты по  договору купли-продажи № 5626 от 09.01.2014 г.; - недвижимое имущество,  переданное ООО «Нива» по договору купли-продажи № 5626 от 09.01.2014 г.,  передано в качестве отступного АКБ «Металлинвестбанк» по кредитным  обязательствам ЗАО «Промлизинг». Поскольку Арбитражным судом  Пермского края от 02.05.2017 установлено отсутствие причинения вреда  заключением договора купли-продажи № 5626 от 09.01.2014 Хакимов Р.И. не  может привлекаться к субсидиарной ответственности за заключение указанной  сделки (п.23 Постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 N 53). Указывает, что Хакимов Р.И. не являлся лицом, по указанию  которого заключались договоры с ООО «Нива» или контролирующим  выгодоприобретателем по указанным сделкам. Полагает, что вывод суда о  согласованности действий Хакимова Р.И. и Маева А.Е. является голословным и  не подтвержден какими-либо доказательствами. Также отмечает, что  Хакимовым Р.И. не совершались, не одобрялись сделки, ухудшившие  финансовое состояние должника во второй половине 2014 г.  

В письменном отзыве конкурсный управляющий Дыков И.В. против  доводов апелляционных жалоб возражает, ссылаясь на законность и  обоснованность приятого судебного акта.  

Уполномоченный орган в письменных пояснениях также просит  обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционные жалобы без  удовлетворения.  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  09.08.2019 по заявлению конкурсного убавляющего приняты обеспечительные  меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной  регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю регистрировать  переход права собственности на недвижимое имущество Хакимова Рината  Ильдусовича, в том числе: земельными участками с кадастровыми номерами:  59:20:3310120:308 и 59:20:3310120:309 Пермский край, Ильинский район, спк  «Камские просторы».  

Принявший участие в судебном заседании Хакимов Р.И. и его  представитель доводы апелляционной жалобы поддерживали в полном объеме,  

возражая против доводов апелляционной жалобы Маева А.Е.  

Представитель Маева А.Е. доводы своей апелляционной жалобы  поддерживал, выразил несогласие с доводами апелляционной жалобы  Хакимова Р.И.  

Представители конкурсного управляющего с доводами апелляционных  жалоб не согласны по основаниям, изложенным в отзыве.  

Представитель уполномоченного органа против доводов апелляционных  жалоб возражал.  

Представитель Чащина А.М., Стяжкина С.П., Юрпалова А.Ю. Хайтина  В.С. определение суда в части отказа в привлечении к субсидиарной  ответственности его доверителей считал законным и обоснованным, в  остальной части доводы жалоб оставляет на усмотрение суда.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в  судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является  препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  ЗАО «Промлизинг» в качестве юридического лица зарегистрировано 22.11.1999  Администрацией Дзержинского района г. Перми, общество внесено в Единый  государственный реестр юридических лиц 05.09.2002 за ОГРН 1025900510558.  

Настоящее дело о банкротстве возбуждено определением арбитражного  суда от 28.04.2015 по заявлению ООО «Финансовый консультант».  

Решением арбитражного суда от 28.05.2015 ЗАО «Промлизинг»  признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по  упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.  

В ходе конкурсного производства в реестр требований кредиторов ЗАО  «Промлизинг» включены требования кредиторов в совокупном размере  1 246 583 758,83 рублей. Согласно отчету конкурсного управляющего сумма  погашенных требований 393 850 143,65 рублей. Размер непогашенных  требований на момент рассмотрения настоящего обособленного спора  составляет 852 733 615,18 рублей.  

На момент рассмотрения требований не все мероприятия конкурсного  производства выполнены. Вместе с тем, по результатам конкурсного  производства, очевидно, что требования кредиторов, включенные в реестр, не  будут погашены в полном объеме.  

В связи с этим конкурсный управляющий и уполномоченный орган  обратились в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями о  привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.  

В обоснование своих требований заявители ссылаются на составленное  управляющим Дыковым И.В. заключение о наличии признаков  

преднамеренного банкротства ЗАО «Промлизинг», согласно которого причиной  неплатежеспособности должника в 4-м квартале 2014 года явились действия его  руководства по отчуждению основных средств и денежных средств должника  путем проведения финансовых манипуляций, с использованием специально  созданных фирм и заключением ряда мнимых сделок.  

В указанный период директором и участником единственного акционера  должника ООО «Астика» с долей 80% уставного капитала являлся ответчик  Маев А.Е.  

Хакимов Р.И. являлся финансовым директором и начальником  финансового отдела Должника, имеющим право на основании доверенностей  заключать любые сделки по распоряжению денежными средствами и  имуществом общества.  

Суд первой инстанции, признавая требования обоснованными в части  привлечения к субсидиарной ответственности Маева А.Е. и Хакимова Р.И.  исходил из того, что совершение совместных действия ответчиков по  заключению ряда сделок, признанных судом недействительными, привело к  развитию кризисной ситуации и переходу в стадию объективного банкротства.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК  РФ, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав пояснения лиц,  участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для  отмены определения суда в связи со следующим.  

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в  Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях", статья 10 Закона о  банкротстве исключена, введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве  "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".  

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от  29.07.2017 N 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении  к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о  банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ;  положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей  61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  29.07.2017 N 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если  определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного  производства в отношении таких должников либо определение о возврате  

заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом  вынесены после 01.09.2017.  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о  банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных  с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации" (далее - информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N 137)  означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в  пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в  арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами,  действующими во время разрешения спора, совершения отдельного  процессуального действия или исполнения судебного акта.  

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется  иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского  законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям,  возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на  отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это  прямо предусмотрено законом.  

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской  Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и  от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере  жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному)  принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК  РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой  определенности и стабильности законодательного регулирования в России как  правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на  отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий;  только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и  порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения  соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу,  либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения  утративших силу норм.  

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации  закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не  имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение,  в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок  привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав  правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать  конституционным правилам действия правовых норм во времени.  

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2  Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N 137, согласно которому к  

правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит  применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент  возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к  такой ответственности.  

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на  применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не  действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в  законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением  ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения  соответствующих споров.  

Заявление конкурсного управляющего подано 20.12.2017, а  уполномоченного органа 07.03.2018, то есть после вступления в законную силу  ФЗ № 266-ФЗ.  

Однако учитывая, что обстоятельства, являющиеся основанием для  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до  вступления названного федерального закона в законную силу, к сложившимся  правоотношениям применяется Закон о банкротстве в редакции, действовавшей  до вступления в силу ФЗ № 266-ФЗ от 29 июля 2017 года.  

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника, конкурсный управляющий ссылается на  совершение контролирующими должника лицами или в пользу этих лиц либо  одобрение ими сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и  61.3 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 главы I Закона о банкротстве (в  редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ), если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. При этом, пока не доказано иное предполагается, что должник  признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или)  бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из  перечисленных в названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен  вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом  или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких  сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего  Федерального закона.  

Вопреки доводам апелляционных жалоб, апелляционный суд обращает  внимание на то, что применение данной материально-правовой нормы в  настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться  разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда  РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее -  Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), в той их части, которая не  

противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной  выше редакции.  

В пункте 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53  разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат  применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья  53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности Закона  о банкротстве, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько  существенным было негативное воздействие контролирующего лица на  деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия  изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели  экономические показатели, характеризующие должника, после этого  воздействия. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились  необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о  субсидиарной ответственности Закона о банкротстве. В том случае, когда  причиненный контролирующими лицами вред исходя из разумных ожиданий  не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица  обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере,  определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Также в пункте 16 названного Постановления Пленума ВС РФ от  21.12.2017 N 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего  лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует  понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой  причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя  наличие причинно-следственной связи между названными действиями  (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

В пункте 17 Постановления от 21.12.2017 N 53 Пленум Верховного Суда  РФ обратил внимание на то, что контролирующее лицо также подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после  наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие),  существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное  означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия  для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью  активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к  субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется,  что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность  осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий,  направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие,  утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в  будущем (абзац первый пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от  21.12.2017 N 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица,  совершенных после появления признаков объективного банкротства,  произошло несущественное ухудшение финансового положения должника,  

такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой  ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с  субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17  Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).  

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет  значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные  ответчиком действия (бездействия) необходимой причиной банкротства  должника или существенного ухудшения его состояния (в этом случае ответчик  должен привлекаться к субсидиарной ответственности), либо же такого  влияния на финансово-хозяйственное положение должника данные действия,  но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае ответчик должен  привлекаться к ответственности за причиненные убытки).  

Из материалов дела следует, что учредителем должника являлось ООО  «Астика», участником ООО «Астика» с долей 80% являлся Маев А.Е.. С марта  2014 года Маев А.Е. являлся генеральным директором ЗАО «Промлизинг».  

С 2004 года до марта 2014 года управляющим общества на основании  контракта об оказании управленческих услуг от 29.06.2004 функции  единоличного исполнительного органа осуществлялись Опариным С.В.  

Как следует из доверенностей от 09.01.2013, 09.01.2014, карточки с  образцами подписей (т.1 л.д.30-32), Хакимов Р.И., являясь финансовым  директором ЗАО «Промлизинг», обладал неограниченными полномочиями по  представлению интересов должника, управлению и распоряжению денежными  средствами с правом первой подписи финансовых документов, заключением  сделок.  

Данные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не оспариваются. 

В соответствии с определением, данным в ст. 2 Закона о банкротстве ( в  редакции, действовавшей до принятия Федерального закона от 29.07.2017 №  266-ФЗ) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в  течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность в силу нахождения с должником в  отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным  образом определять действия должника, в том числе путем принуждения  руководителя или членов органов управления должника либо оказания  определяющего влияния на руководителя или членов органов управления  должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом  могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу  полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте,  специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо,  которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами  голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей  уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной)  ответственностью, руководитель должника).  

Таким образом, Маев А.Е. в период с начала деятельности должника до  признания его банкротом, Опарин С.В. с 2004 года до марта 2014 года, Хакимов  Р.И. в 2013, 2014 годах до признания должника банкротом являлись  контролирующими должника лицами в соответствующие периоды.  

Соответственно, Маев А.Е. и Хакимов Р.И. правомерно признаны судом  первой инстанции надлежащими субъектами ответственности,  предусмотренной п.4 ст.10 закона о банкротстве (редакция до принятия  Федерального закона от 29.07.2017 года N 266-ФЗ).  

Исходя из изложенного, доводы Хакимова Р.И., изложенные в  апелляционной жалобе в данной части подлежат отклонению.  

Вопреки доводам апеллянтов, противоречий в судебном акте суда первой  инстанции судебная коллегия не усматривает.  

Так судом отмечено, что при первоначальном рассмотрении настоящего  обособленного спора установлено, что причиной банкротства ЗАО  «Промлизинг» являются внешние факторы, связанные с прекращением  исполнения обязательств крупнейшими лизингополучателями. Данные  объективные обстоятельства повлекли за собой нарушение сложившейся схемы  финансовых потоков (лизинговые платежи – погашение кредитных  обязательств), необходимость компенсировать разрывы за счет иных  источников и собственных средств, как следствие рост кредитных обязательств  и прекращение исполнения собственных обязательств. Исходя из особенностей  деятельности должника (финансовый посредник) основной доход (выручку)  предприятие получало от предоставления в лизинг различных объектов (здания,  транспортные средства, оборудование, машины). В заключении о наличии  (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства  должника, конкурсным управляющим указано, что поскольку предприятие для  приобретения объектов лизинга и передачи их в дальнейшем  лизингополучателям использовало кредитные средства, предположительно,  причиной возникновения неплатежеспособности предприятия явились  просрочки лизинговых платежей со стороны клиентов – лизингополучателей  (т.2 л.д.82-111). Так, должником были расторгнуты договоры лизинга с  крупными лизингополучателями ЗАО «Полярэкс», ООО «НПО «Мостовик». В  2014 году Общество «Промлизинг» выступало в качестве кредитора в деле  банкротстве ЗАО «Полярэкс» (дело № А81-4800/2013): заявление об  установлении требований Общества «Промлизинг» подано 22.04.2014, его  требования к ЗАО «Полярэкс» установлены в размере 27,7 млн. рублей  (определение от 09.10.2014 по делу № А81-4800/2013). В июне 2014 года в  связи с нарушением обязательств по уплате лизинговых платежей были  расторгнуты договоры лизинга с крупным контрагентом-дебитором ООО  «НПО «Мостовик», задолженность которого согласно судебным актам  составила более 47 млн. рублей (анализ финансового состояния т.2 л.д. 94).  

На момент совершения вменяемых в качестве основания для привлечения  к субсидиарной ответственности сделок, у должника уже имелись признаки  неплатежеспособности или недостаточности имущества. До июня 2014 года  

должник активно вел финансово-хозяйственную деятельность, заключал  договоры, рассчитывался по обязательствам, получал кредиты. Доказательств  иного в материалы дела не представлено. Из обособленных споров по  настоящему делу усматривается, что должник прекратил исполнение части  обязательств только в августе 2014 года. Именно с этого момента кредитные  организации начали выставлять требования и претензии о досрочном возврате  кредитов в связи с возникающими просрочками по оплате текущих  обязательств.  

Указанные выводы подтверждаются анализом бухгалтерской отчетности  должника. Так, согласно данным бухгалтерских балансов по состоянию на  30.06.2012, 31.12.2013, 30.09.2014, 31.12.2014, 31.03.2015 (т.7 л.д.40-46).  

Как видно из соотношения активов и обязательств должника, впервые  недостаточность имущества для покрытия всех требований кредиторов (по  итоговым разделам баланса) возникла по итогам 2014 года. Убыток как  финансовый результат деятельности впервые возник по итогам 9 месяцев 2014  года. При этом за первый квартал 2014 года ЗАО «Промлизинг» получена  прибыль в размере 4 686 тыс.рублей (т.7 л.д.46).  

Вместе с тем, судом первой инстанции верно установлено, в результате  ряда сделок и действий: формальных сделок по купле-продаже нежилых  помещений в собственность ООО «Нива» в 2012 и 2014 годах, заключения  договора поручительства и залога между ООО «Нива» и АКБ  «Металлинвестбанк» в обеспечение кредитных обязательств ЗАО  «Промлизинг» в сентябре 2014 года, соглашения об отступном между ООО  «Нива» и АКБ «Металлинвестбанк» по передаче нежилых помещений банку  для прекращения обязательств ЗАО «Промлизинг» 01.10.2014, предъявление  требований о взыскании стоимости переданного имущества и убытков ООО  «Нива» к ЗАО «Промлизинг» в отсутствие встречного предоставления со  стороны ООО «Нива», добровольного перечисления денежных средств ЗАО  «Промлизинг» в период 23.12.2014, 24.12.2014, с 15.01.2015 по 21.01.2015 в  общем размере более 417 млн.рублей в пользу ООО «Бизнес-консультант»,  признанного судом лицом, входящим в группу предприятий Маева А.Е.,  получившего права требования от ООО «Нива» по договору уступки прав, из  собственности должника выбыло как недвижимое имущество, так и денежные  средства в отсутствие встречного предоставления.  

При этом из взаимосвязанных сделок часть сделок, совершенных в 2014- 2015 годах, заключены от имени должника Маевым А.Е., а часть Хакимовым  Р.И., а именно:  

20.01.2014 между ООО «Нива» (продавец) и ЗАО «Промлизинг»  (покупатель) заключен договор купли-продажи имущества сельхозназначения  на сумму 120 000 000 руб.  

09.01.2014 № 5626 договор купли-продажи между ЗАО «Промлизинг»  (продавец) и ООО «Нива» (покупатель) нежилого помещения общей площадью  1095,9 кв.м., этаж 1, номера на поэтажном плане подвал пом. 1-17, 1 этаж - пом.  1-19, расположенное по адресу: г. Пермь, б. Гагарина 65а, по цене 120 000 000  

руб.  

Таким образом, уменьшение активов должника на сумму более 417 млн.  рублей без какого-либо встречного предоставления хотя и не являлось само по  себе единственной и необходимой причиной банкротства должника, однако  безусловно способствовало развитию кризисной ситуации и переходу в стадию  объективного банкротства.  

Определяя совместный характер действий ответчиков в данной части,  суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что Хакимов Р.И.  помимо участия в совершении сделок со стороны должника, участвовал в  принятии решений о заключении соглашения об отступном со стороны ООО  «Нива», что подтверждается протоколом заседания совета директоров ООО  «Нива» от 29.09.2017 (т.3 л.д. 40-42).  

Ответчиками не даны удовлетворительные объяснения совершения  сделок и действий, их экономический смысл.  

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-8490/16  от 12.10.2017 по делу № А50-5545/2015 определение Арбитражного суда  Пермского края от 02.05.2017 о признании недействительными сделок  должника по отчуждению недвижимого имущества в пользу ООО «Нива»,  отменено лишь в части признания недействительными сделок ООО «Нива» с  ПАО АКБ «Металлинвестбанк» о передаче ему имущества, приобретенного у  должника, в качестве отступного. При этом суд кассационной инстанции  пришел к выводу, что с учетом установленных обстоятельств, суды правомерно  признали договоры купли-продажи с ООО «Нива» от 31.08.2012 и 09.01.2014  недействительными (ничтожными) в силу ст. 10, 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации и удовлетворили требования конкурсного  управляющего в данной части.  

Арбитражным судом первой инстанции на основании представленных  доказательств в их совокупности полно и всесторонне исследовал  совокупность сделок должника, в результате чего был сделан обоснованный  вывод о возникновении в результате их свершения кризисной ситуации,  усугубившей общее состояние должника в условиях возникновения  первоначальных признаков объективного банкротства.  

Доводы апелляционных жалоб Маева А.Е. и Хакимова Р.И. не  опровергают выводов суда первой инстанции в данной части.  

Кроме того, в отношении требований к Маеву А.Е. судом установлено,  что определением от 24.04.2017 признано недействительным соглашение об  уступке требований от 01.12.2014 № 6102/1, а также договоры купли-продажи  от 01.12.2014 № 6102/2 и 6102/5, заключенные между ЗАО «Промлизинг» и  ООО «Консалтинговые услуги», применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания в пользу должника с ООО «Консалтинговые услуги»  суммы 49 416 729,61 рублей.  

В указанном судебном акте установлено, что сделки совершены со  злоупотреблением правом, имущество безвозмездно выбыло из владения  должника при создании транзитной схемы расчетов за счет денежных средств  

должника.  

Соглашение между ЗАО «Промлизинг» и ООО «Консалтинговые услуги»  об уступке требований от 01.12.2014 № 6102/1 от имени должника подписано  Маевым А.Е. Договоры купли-продажи между ЗАО «Промлизинг» и ООО  «Консалтинговые услуги» от 01.12.2014 № 6102/2 и № 6102/5 подписаны от  имени должника также Маевым А.Е..  

Таким образом, в результате безвозмездного выбытия имущества  стоимость активов должника уменьшилась на 49 416 729,61 рублей.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.09.2016  признаны недействительными сделки ЗАО «Промлизинг» по перечислению  денежных средств в адрес ООО «Астика» на общую сумму 19 102 241,10  рублей за период с 17.11.2014 по 09.02.2015 по платежным поручениям: №  32442 от 17.11.2014, № 32444 от 18.11,2014, № 32445 от 18.11.2014, № 32933 от  19.12.2014, № 32934-от 19.12.2014, № 39 от 14.01,2015, № 238 от 23.01.2015, №  326 от 23.01.2015, № 486 от 09.02.2015, № 487 от 09.02.2015.  

При этом судом установлено, что произведено погашение займа,  предоставленного должнику 28.08.2014, 12.11.2014, 03.12.2014, 30.12.2014 в  период неплатежеспособности контролирующим должника лицом ООО  «Астика» (единственный участник должника). Маев А.Е., являясь  одновременно руководителем ЗАО «Промлизинг» и ООО «Астика», зная, что у  должника имеются признаки неплатёжеспособности, заключал договоры займа  и досрочно погашал по ним задолженность при наличии таких кредиторов как  ПАО «Сбербанк России», АО «ГЛОБЭКСБАНК», требования, по оплате  которых возникли ранее заключения указанных договоров и обязательств по их  уплате.  

Согласно правовому подходу, изложенному в определении ВС РФ от  12.02.2018 № 305-ЭС15_5734/4,5), изъятие вложенного мажоритарным  участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств  перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса  Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу  капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет  текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление  правом со стороны мажоритарного участника (акционера).  

Таким образом, являясь через участие в ООО «Астика» мажоритарным  участником ЗАО «Промлизинг», зная о наличии признаков  неплатежеспособности в ноябре 2014 года – феврале 2015 года, ответчик Маев  А.Е. не мог не знать о причинении такими действиями вреда имущественным  правам кредиторов. Требования ООО «Астика» по возврату заемных денежных  средств носили корпоративный характер и не подлежали возврату при наличии  предъявленных требований кредиторов на значительную сумму.  

Таким образом, судом установлено, что ответчик Маев А.Е. злоупотребил  своими правами единоличного исполнительного органа ЗАО «Промлизинг».  

Вменяемые ответчикам сделки совершены фактически в отсутствие  встречного предоставления, при наличии невозможности удовлетворения  

требований кредиторов за счет оставшегося имущества в полном объеме,  данное обстоятельство не исключает привлечение к субсидиарной  ответственности.  

Отсутствие возможности проведения реабилитационных мероприятий не  является основанием для произвольного распоряжения активами должника. В  силу действующего законодательства добросовестное поведение  контролирующих лиц подразумевает разумные действия по максимальному  удовлетворению требований кредиторов с соблюдением баланса интересов всех  кредиторов, а при недостаточности для этого средств обращение с заявлением о  признании должника банкротом. В данном случае по результатам рассмотрения  обособленных споров усматривается, что при принятии мер по исполнению  обязательств перед одними кредиторами, возможность удовлетворения  требований других кредиторов оказалась несоразмерно уменьшена (например,  требования Глобэксбанка, уполномоченного органа).  

Сделки, признанные судом недействительными эту ситуацию усугубили.  

Доводы ответчика Маева А.Е., основанные на экспертном заключении  аудиторской фирмы «Инвест-аудит» (т.7 л.д.13-35), заключении о наличии  (отсутствии) существенного вреда, причиненного интересам кредиторов ЗАО  «Промлизинг» от 30.05.2019, судом первой инстанции обоснованно отклонены.  Как видно из заключений, специалисты для анализа избрали формальный  подход, основанный исключительно на цифровых данных анализа  бухгалтерской отчётности без учета выводов, сделанных судом при  рассмотрении требований о признании сделок недействительными.  Специалистами не составлен откорректированный бухгалтерский баланс,  отражающий результат оценки сделок судом и их последствия. В связи с этим,  поскольку составленная должником в 2014 году бухгалтерская отчетность  фактически не отражает реальное положение и финансовые результаты сделок,  выводы, сделанные специалистами, не могут быть приняты судом во внимание.  

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции  правильно указал на то, что применение материально-правовой нормы п. 4 ст.  10 Закона о банкротстве в настоящем споре не исключает необходимости  руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума  ВС РФ о 21.12.2017 N 53, в той их части, которая не противоречит существу  нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.  

Как указано выше, в пункте 17 Постановления от 21.12.2017 N 53 Пленум  Верховного Суда Российской Федерации обратил внимание на то, что  контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности и в том случае, когда после наступления объективного  банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие  финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему  правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего  значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и  размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его  

действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в  отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на  восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность  реального погашения всех долговых обязательств в будущем.  

При этом, заявления о привлечении к субсидиарной ответственности  рассматриваются исходя из процессуальных норм в редакции Закона от  29.07.2017 N 266-ФЗ, основания ответственности (материально-правовые  нормы) применяются те, которые действовали в момент совершения  правонарушения.  

Вместе с тем, положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в  прежней редакции по своему содержанию аналогичны редакции пункта 1  статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.  

Таким образом, доводы апеллянта о неправильном применении судом  норм материального права являются необоснованными.  

Ввиду изложенного при рассмотрении настоящего обособленного спора  суд первой инстанции правильно применил указанные разъяснения, придя к  обоснованному выводу о том, что вышеуказанные действия Маева А.Е. и  Хакимова Р.И., направленные на уменьшение имущества должника без какого- либо обоснования экономической целесообразности, повлекли существенное  ухудшение финансового положения ЗАО «Промлизинг», утрату возможности  восстановления платежеспособности должника путем проведения  реабилитационных мероприятий.  

При таких обстоятельствах, учитывая совместные действия ответчиков  Маева А.Е. и Хакимова Р.И. по заключению ряда сделок, суд первой инстанции  обоснованно усмотрел основания для привлечения их к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 4 ст. 10  Закона о банкротстве.  

По результатам повторной оценки представленных в материалы дела  доказательств и установления юридически значимых обстоятельств,  апелляционный суд оснований для переоценки выводов суда первой инстанции  по существу спора не усматривает.  

Иные доводы, изложенные в жалобах, не влияют на правильность  выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела,  оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом,  заявители апелляционных жалоб приводит доводы, не опровергающие выводы  арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не  может являться основанием для отмены законного и обоснованного  определения.  

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является  законным и обоснованным. Нарушения норм материального или  процессуального права, которые в силу ст. 270 АПК РФ являются основанием  для отмены или изменения определения суда первой инстанции, судом не  допущены. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.  

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в  

подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина не  уплачивается.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270,  271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 17 июня 2019 года по  делу № А50-5545/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий Г.Н. Мухаметдинова 

Судьи В.И. Мартемьянов 

 О.Н. Чепурченко