ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-18628/2017

г. Киров

15 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2021 года.    

Полный текст постановления изготовлен 15 января 2021 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судей Дьяконовой Т.М., Кормщиковой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шишкиной М.С.,

 

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции:

представителя должника – ФИО1, действующей на основании доверенности от 08.09.2020,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.09.2020 по делу № А82-18628/2017 Б/71, принятое

 

по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3 

к ФИО4 и ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, общей площадью 69,9 кв.м., находящейся по адресу г. Ярославль, у. 1-я Смоленская, д. 30, кв. 1 А. от 27.04.2016, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304760334900126) 

третьи лица: Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ярославской области, Департамент образования мэрии г. Ярославля, Жилищно-строительный кооператив «Смоленский», 

 

установил:

определением Арбитражного суда Ярославской области от 12.02.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник, ИП ФИО2, предприниматель). 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 18.06.2018 (резолютивная часть от 14.06.2018) в отношении индивидуального предпринимателя ФИО2 (дата рождения: 12.06.1965; место рождения: гор. Ярославль; адрес регистрации: 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРНИП 304760334900126; СНИЛС 

<

***>) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, на должность финансового управляющего должника утвержден ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 27.11.2018 (резолютивная часть от 21.11.2018) в отношении ФИО2  прекращена процедура реструктуризации долгов гражданина, ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев – до 21.05.2019, на должность финансового управляющего имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3 (далее – финансовый управляющий ФИО3).

01.03.2019 финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО4 и ФИО5 (далее – ответчики, покупатели) о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, общей площадью 69,9 кв.м., находящейся по адресу г. Ярославль, у. 1-я Смоленская, д. 30, кв. 1 А. от 27.04.2016, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 12.03.2019 заявление принято к производству, к рассмотрению заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ярославской области. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 23.04.2019 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Департамент образования мэрии г. Ярославля. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 11.06.2019 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Жилищно-строительный кооператив «Смоленский» (далее – ЖСК «Смоленский»).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 24.09.2020 в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказано.

Финансовый управляющий ФИО3 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

По мнению заявителя жалобы, спорное недвижимое имущество отчуждено должником по существенно заниженной рыночной стоимости. Как полагает апеллянт, суд первой инстанции неправомерно не принял во внимание представленные в материалы дела сведения о кадастровой стоимости квартиры в качестве доказательств явной неравноценности встречного исполнения по договору. Финансовый управляющий ФИО3 отмечает, что стоимость квартиры согласована сторонами в размере 100 000 рублей. Указаний на то, что ранее кем-либо были оплачены денежные средства за предмет договора – спорную квартиру, в договоре, исходя из его буквального содержания, не имеется. Оплата по договору в размере 2 000 000 руб. получена третьим лицом – ЖСК «Смоленский», а не должником. Подлинные экземпляры квитанций к приходным кассовым ордерам № 301 от 10.04.2015, № 7 от 10.04.2015 и сами ордера не представлены, что вызывает обоснованные сомнения в достоверности представленных доказательств, поскольку все участники сложившихся взаимоотношений (должностные лица ЖСК «Смоленский, застройщик, покупатели по спорной сделке) так или иначе связаны с должником, состоят с ним в родственной и иной фактической связи, что ими не оспаривается. По мнению финансового управляющего, ответчики не доказали, что оплата в размере 2 000 000 руб. (даже если признать ее состоявшейся) была произведена за конкретную площадь – 69,9 кв.м. и конкретную квартиру – № 1а. Апеллянт указывает, что согласно сведениям, отраженным в книгах доходов и расходов должника за  2015  год,  не  отражено поступление 2 000 000 руб.  в  апреле  2015  года за соответствующую квартиру от ЖСК «Смоленский». Впоследствии должник согласно книгам учета доходов и расходов не производил траты на сумму 2 000 000 рублей, что также ставит под сомнение достоверность доказательств, представленных ответчиками. Заявитель жалобы отмечает, что ответчики не доказали наличие у них финансовой возможности произвести оплату по спорному договору за приобретенное имущество. По состоянию на дату заключения спорной сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, чьи требования в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 26.11.2020 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 27.11.2020 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

Должник в письменных пояснениях на апелляционную жалобу просит оспариваемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает, что за квартиру произведена полная оплата, доказательств наличия задолженности перед кредиторами на дату совершения спорной сделки не представлено, совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной по основаниям части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствует.

От ФИО6 в материалы дела поступили возражения по апелляционной жалобе, в которых она просит оставить оспариваемый судебные акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2, принимавший участие посредством веб-конференции, поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Финансовым управляющим должника заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, 27.04.2016 между ФИО2 (продавец) и ФИО4, ФИО5 (покупатели) заключен договор купли-продажи, согласно условиям которого продавец продал, а покупатели купили квартиру (каждый по 1/2), имеющую следующие характеристики: площадь 69,9 кв.м., этаж 2, мансарда, находящееся по адресу: 

<

...>, кв. 1а.

Стороны согласовали стоимость квартиры в размере 100 000 руб. (по 50 000 руб. уплатил каждый покупатель) (пункт 3 договора).

Передача квартиры подтверждается подписанным сторонами передаточным актом от 28.04.2016.

В установленном порядке осуществлена государственная регистрация права собственности от 04.05.2016.

Финансовый управляющий должника, полагая, что указанный договор купли-продажи от 27.04.2016 является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), заключен при злоупотреблении правом сторонами сделки, обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 27.04.2016.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статей 65, 71 и 168 АПК РФ и руководствуясь положениями статьи 61.1 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), исходил из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной и отсутствия доказательств того, что отчуждение спорного имущества повлекло значительное уменьшение активов должника.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3 – 5 данного пункта.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. В названном пункте обращено внимание, что для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как установлено в абзаце 33 статьи 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац 34 статьи 2 Закона о банкротстве). 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 Постановления № 63, следует, что при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (абзац 4 пункта 9 Постановления № 63).

Из материалов рассматриваемого дела следует, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 29.05.2018, оспариваемый договор купли-продажи заключен 27.04.2016, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Вопреки доводам апеллянта расчеты за спорный объект недвижимости в рассматриваемой ситуации не проводятся напрямую от покупателей к продавцу в полном объеме, поскольку необходимо учитывать условия заключенного договора инвестирования от 03.12.2014 между ЖСК «Смоленский» (инвестор) и ИП ФИО2 (застройщик), а также условия заключенного договора о внесении паевых взносов № 8 между ЖСК «Смоленский» (кооператив) и ФИО4 (пайщик) от 20.03.2015, поскольку они касаются спорного объекта недвижимости, расположенного по адресу: 

<

...>.

Так, согласно пунктам 1.1, 1.3 договора инвестирования от 03.12.2014 инвестор вкладывает собственные и привлеченные от членов ЖСК «Смоленский» денежные средства, а застройщик собственными и привлеченными силами осуществляет практические действия за счет средств инвестора в целях выполнения полного комплекса работ, предусмотренного действующим законодательством и договором, связанных со строительством и вводом в эксплуатацию «Жилого блокированного 6-ти квартирного дома с инженерными коммуникациями» по адресу: 

<

...>. 

Инвестор обязуется финансировать выполняемые застройщиком работы, определенные пунктами 1.1 и 1.3 договора инвестирования, обеспечивать проведение платежей для осуществления застройщиком работ по мере возникновения их необходимости (п.1.4 и 2.3 договора инвестирования).

В пункте 2.4 договора инвестирования определено, что денежные средства уплачиваются инвестором на расчетный счет застройщика или, по дополнительному письменному соглашению сторон, на счет третьего лица. Инвестор вправе производить авансовые платежи.

Пунктом 3.1.3 договора инвестирования предусмотрено, что в месячный срок со дня оформления акта приемки объекта  в эксплуатацию застройщик обязуется оформить инвестору и (или) по указанию последнего третьим юридическим и (или) физическим лицам полный пакет документов, необходимый согласно действующему законодательству РФ для регистрации права собственности на объект в целом и (или) отдельной части (квартира, нежилое помещение), в органе государственной регистрации прав на недвижимое имущество по Ярославской области.   

В соответствии с пунктом 1.1 договора о внесении паевых взносов в ЖСК «Смоленский» № 8 от 20.03.2015 пайщик (ФИО4) вкладывает денежные средства, а кооператив осуществляет практические действия в целях строительства квартиры № 1а, расположенной на втором этаже, мансарде, общей площадью согласно проекту 69.9 кв. м. по адресу: 

<

...>. 

Общая стоимость пая на дату заключения договора составляет 2 000 000 (два миллиона) руб., которые подлежат оплате ФИО4 не позднее 30.04.2015 (пункт 3.1. вышеназванного договора).

Из пояснений ответчиков следует, что на момент внесения денежных средств ФИО4 в ЖСК «Смоленский» за спорную квартиру (№ 1а) возможность подписать договор купли-продажи указанного объекта отсутствовала ввиду того, что фактически она не была оформлена как самостоятельный объект недвижимости, поскольку находилась в составе трех обособленных жилых помещений (в составе квартиры № 1). После того как собственником квартиры № 1 ФИО2 был произведен выдел этих жилых помещений, в том числе и спорной квартиры, который оформлен в органах государственной регистрации, был подписан договор купли-продажи, датированный 27.04.2016.

Материалы рассматриваемого дела свидетельствуют, что ФИО4 фактически за спорную квартиру уплачены денежные средства в размере 2 100 000 руб., из которых 2 000 000 руб. уплачено в качестве паевого взноса ЖСК «Смоленский», инвестору строительства жилого дома в соответствии с договором о внесении паевых взносов в ЖСК «Смоленский» № 8 от 20.03.2015, которое впоследствии перечислило 2 000 000 руб. ИП ФИО2, и 100 000 руб. непосредственно в пользу ИП ФИО2 

Факт оплаты за спорный объект недвижимости подтверждается условиями представленных договоров, в том числе и спорного договора купли-продажи от 27.04.2016, согласно которому произведен расчет в полном объеме (пункт 3 договора), а также квитанциями к приходно-кассовому ордеру № 7 от 10.04.2015, № 301 от 10.04.2015.

В связи с изложенным доводы заявителя жалобы об отсутствии доказательств оплаты суммы в размере 2 000 000 руб. за спорную квартиру суд считает несостоятельными. 

Неотражение платежных операций в бухгалтерской и иной документации должника указывает на ненадлежащую организацию  бухгалтерского учета при выполнении хозяйственных операций, но не опровергает подтвержденного иными доказательствами факта передачи денежных средств плательщиком – ЖСК «Смоленский».

Финансовый управляющий ФИО3 ссылается на то, что в материалы дела не представлены подлинные экземпляры квитанций к приходным кассовым ордерам, что вызывает обоснованные сомнения в достоверности представленных доказательств, поскольку все участники сложившихся взаимоотношений (должностные лица ЖСК «Смоленский, застройщик, покупатели по спорной сделке) так или иначе связаны с должником, состоят с ним в родственной и иной фактической связи.

Вместе с тем ходатайство об истребовании оригиналов квитанций к приходным кассовым ордерам, в частности, с целью назначения судебной экспертизы, финансовым управляющим должника не заявлено.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что квитанцию к приходно-кассовому ордеру № 7 от 10.05.2015, как и справку № 7 от 10.05.2015 о полной оплате ФИО4 стоимости спорной квартиры в размере 2 000 000 руб. подписал главный бухгалтер и председатель ЖСК «Смоленский» ФИО7, заинтересованность которого к должнику или ответчикам не доказана. 

Какие-либо иные документы, опровергающие довод ЖСК «Смоленский» об отсутствии задолженности ФИО4 по договору о внесении паевых взносов за спорный объект, суду не представлены.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что договор инвестирования между ЖСК «Смоленский» и ФИО2 был заключен 03.12.2014, обязанности по строительству жилого блокированного 6-квартирного дома по адресу: 

<

...>, ФИО2 выполнены, объект введен в эксплуатацию, о чем в материалы дела представлено разрешение RU76301000-181-2014.

Имеющиеся в материалах дела договоры инвестирования от 03.12.2014 и о внесении паевых взносов в ЖСК «Смоленский» от 20.03.2015 кем-либо из участвующих в деле лиц не оспорены, недействительными не признаны.  

Следовательно, в материалы дела не представлены документы, которые вызвали бы у судов первой и апелляционной инстанции обоснованные сомнения в реальности перечислений денежных средств покупателями в размере 2 100 000 руб. за покупку спорной квартиры.

Финансовый управляющий ФИО3 в обоснование заявленных требований ссылался на заниженную стоимость спорной квартиры, указывая на размер её кадастровой стоимости по состоянию на 2016 год – 4 023 545,36 руб.

Между тем кадастровая стоимость земельных участков и отдельных объектов недвижимого имущества устанавливается для целей налогообложения и в иных, предусмотренных федеральными законами случаях. 

Кадастровая стоимость определяется по результатам государственной кадастровой оценки, тогда как на рыночную стоимость объекта недвижимости могут влиять разнообразные факторы, которые не учитываются при кадастровой оценке.

Рыночная стоимость – более объективный показатель, поскольку учитывается реальная стоимость объекта, по сравнению с аналогичными. Кадастровая стоимость не может являться рекомендуемой при заключении сделок в отношении частной собственности.

В отличие от рыночной стоимости, кадастровая стоимость не учитывает особенности состояния имущества, возможность его эксплуатации, а также сезонность, спрос и состояние рынка недвижимости, платежеспособность населения. Кадастровая стоимость устанавливается путем материального анализа, в то время как рыночная стоимость определяется в силу конкурентоспособности, баланса спроса и предложений.

Следовательно, размер кадастровой стоимости имеет значение для налогообложения и не является тождественной рыночной стоимости имущества, определяется в соответствии с иными методиками и нормативными правовыми актами.

Таким образом, кадастровая стоимость вопреки доводам апеллянта не подтверждает неравноценность встречного предоставления ответчиками. В материалах дела отсутствуют доказательства, устанавливающие иную рыночную стоимость спорного имущества, отличную от суммы, оплаченной ответчиками.

Ходатайств о назначении судебной экспертизы лица, участвующие в деле, не заявляли.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Документальное подтверждение того, что условия сделки на момент ее заключения существенно в худшую сторону отличались от условий по аналогичным сделкам, отсутствует.

Заявитель жалобы ссылается на наличие платежных требований ПАО «Сбербанк России» за 2014-2015 гг., свидетельствующих о неоднократной просрочке исполнения кредитных обязательств, что подтверждает крайне неблагополучное финансовое состояние должника. 

Вместе с тем апелляционная коллегия обращает внимание, что в материалах дела имеются также платежные поручения и ордеры на суммы, превышающие установленные платежными требованиями, подтверждающие погашение кредита ИП ФИО2 перед ПАО «Сбербанк России» в 2014-2015 гг. 

Задолженность перед Банком «ВТБ» (ПАО) по состоянию на дату заключения договора составляла 50 677,47 руб. (по договору № 633/1068-0003669 от 23.11.2012 – 8 973,11 руб. по состоянию на 25.04.2016, по договору № 00079/15/01242-15 (918/1368-0000180) от 30.09.2015 – 41 704,36 руб. по состоянию на 12.09.2016), что подтверждается материалами дела. 

Также в материалах дела имеется ответ на запрос Арбитражного суда Ярославской области о наличии картотеки №1 и №2 по счету должника №408***1526, поступивший от ПАО «Сбербанк России», согласно которому по состоянию на 27.04.2016 отсутствовала очередь неисполненных в срок распоряжений (картотека №1) по внебалансовому счету №90901 «Документы, ожидающие разрешение на проведение операций» к расчетному счету должника. Также Банком представлена справка по состоянию на 27.04.2016 о картотеке №2 на счете ИП, согласно которой документы в картотеке №2 отсутствуют.

Как верно отмечено судом первой инстанции, заявителем жалобы не представлены доказательства того, что задолженность перед ПАО Сбербанк по договору № 1221/0017/0233/247/13 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 30.12.2013 в сумме 34 022 135,72 руб.; задолженность перед ПАО ВТБ Банк 2 829 696,38 руб.; задолженность перед АО «Кредпромбанк» в сумме 3 321 536 руб. была просроченной.

Финансовым управляющим должника не представлены сведения о размере задолженности по обязательным платежам по состоянию на 27.04.2016.

При этом размер задолженности по обязательным платежам в сумме  422 380,24 руб. – основной долг, включенный в реестр требований кредиторов ФИО2 определением суда от 26.11.2018, состоит из земельного налог за 2014, 2015, 2016 год; налога на имущество за 2014, 2015, 2016 год; транспортного налога за 2015, 2016 год; налога, взимаемого с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы, уменьшенные на величину расходов за 2017 год; страховых взносов на обязательное социальное страхование за 4 кв. 2017 года; страховых взносов на ОМС за 3, 4 кв. 2017, в фиксированном размере за 2017 год.

Кроме того, по состоянию на 27.04.2016 срок уплаты имущественных налогов для физического лица за 2016 год не наступил.

Из материалов обособленного спора о включении уполномоченного органа в реестр требований кредиторов следует, что имелась по земельному налогу за 2014 год  в размере  0, 44 руб., за 2015 год – 8 149,56 руб., по земельному налогу за 2015 год  в размере  195,00 руб., по  налогу на имущество за 2014 год в размере 19 816,00 руб., за 2015 год – 2 146, 00 руб., за 2014 год в размере 31 671, 00 руб.,  по транспортному налогу с физических лиц за 2015 год в размере  – 61 075,00 руб.

Однако, как правильно отметил суд первой инстанции, исходя из положений абзаца 5 пункта 6 Постановления № 63, наличие указанной задолженности физического лица по имущественным налогам само по себе не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что финансовым управляющим ФИО3 не доказано, что ИП ФИО2 по состоянию на 27.04.2016 отвечал признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Надлежащих доказательств того, что неплатежеспособность должника возникла именно вследствие совершения оспариваемой сделки, не представлено.

Наличие заинтересованности ответчиков к должнику не является достаточным основанием для признания сделки недействительной. 

Таким образом, заявитель жалобы не представил доказательств, которые в своей совокупности указывают на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника в отсутствие равноценного встречного предоставления, то есть наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки недействительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Заявитель жалобы ссылается на то, что оспариваемая сделка совершена при злоупотреблении правом, причинила вред иным лицам.

Однако необходимо учитывать, что нельзя оспаривать сделку, причиняющую вред кредиторам, на основании статей 10 и 168 ГК РФ, если она не выходит за рамки понятия подозрительной сделки (данная позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как установлено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ заявитель жалобы не представил доказательств, свидетельствующих о совершении сделки сторонами со злоупотреблением правом, не указал на пороки сделки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ.

Следовательно, оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи от 27.04.2016 недействительным не имеется.

Выводы суда первой инстанции документально заявителем жалобы не опровергнуты. Несогласие апеллянта с выводами суда первой инстанции и оценкой представленных доказательств не может являться основанием для признания оспариваемого судебного акта незаконным.

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетов всех обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 (пункт 1 части 4) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.09.2020 по делу № А82-18628/2017 Б/71 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

 

Судьи

 

Е.Н. Хорошева

 

Т.М. Дьяконова

 

Н.А. Кормщикова