ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-53608/2022

09 января 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     19 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  09 января 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

от истца (заявителя): не явился, извещен

от ответчика (должника): не явился, извещен

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-34241/2022)  индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.09.2022 по делу № А56-53608/2022 (судья Дорохова Н.Н.), принятое

 

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2

к  обществу с ограниченной ответственностью «КОНТРОЛ лизинг»

о взыскании,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Контрол лизинг» (далее – ответчик) о взыскании 433 500 рублей неосновательного обогащения авансовым платежом за предмет лизинга, 673 088 рублей 84 копеек неосновательного обогащения ежемесячными платежами, 50 269 рублей 50 копеек премии страховщику за страхование предмета лизинга от риска утраты, 12 348 рублей премии страховщику за страхование гражданско-правовой ответственности при использовании предмета лизинга, 15 260 рублей стоимости сервисного обслуживания предмета лизинга.

Решением суда от 15.09.2022 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец подал апелляционную жалобу, в которой он просит обжалуемое решение отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что суд первой инстанции неправомерно не учел расчет сальдо встречных обязательств, представленный истцом. Также считает, что суд первой инстанции поставил ответчика в заведомо преимущественное положение по отношению к истцу и необоснованно признал законным штраф, превышающий размер обязательства. Полагает, что оснований для изъятия предмета лизинга у ответчика не имелось.

Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он доводы жалобы оспаривает, просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания по рассмотрению обоснованности апелляционной жалобы, представителей в заседание не направили, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Контрол лизинг» был заключен договор лизинга от 27.01.2020 № 2770035641 (далее – Договор). 

Предметом указанного Договора является обязательство по приобретению в собственность лизингодателем у третьего лица автомобиля BMW 520d, VIN: 

<

***>, передача лизингополучателю приобретенного автомобиля за плату во владение и пользование, с правом его выкупа в собственность лизингополучателю. 

Стоимость приобретения предмета лизинга стороны договора лизинга определили в сумме 2 890 000 рублей. 

Истец оплатил в пользу ответчика платежными поручениями 24.01.2020 № 66369 и 26.03.2020 № 2585768 авансовый платеж в общей сумме 433 500 рублей. 

19.05. автомобиль BMW 520d, VIN: 

<

***> был передан лизингодателем ООО «КОНТРОЛ лизинг» в пользование и владение лизингополучателю ИП ФИО2 2020 по акту приема-передачи предмета лизинга в лизинг. 

С 24.01.2020 и по 13.11.2020 включительно истец, помимо авансового платежа, производил ежемесячные лизинговые платежи, определенные графиком платежей, в размере 95 000 рублей, что в общей сумме составило 673 088,84 руб.

Также истец оплачивал страховую премию в связи с пользованием предметом лизинга. В качестве страхования автомобиля и страхования гражданско-правовой ответственности при пользовании предметом лизинга истцом было уплачено 50 269,50 руб. и соответственно 12 348 рублей. 

09.11.2020 в адрес ООО «КОНТРОЛ лизинг» поступило заявление о досрочном расторжении договора в связи с отсутствием денежных средств. 

14.11.2020 транспортное средство было изъято и, впоследствии, реализовано. 

Полагая, что ответчик неосновательно обогатился путем изъятия предмета лизинга, истец обратился к ответчику с претензией, оставление которой без удовлетворения послужило основанием для обращения в суд с иском.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования необоснованными, в удовлетворении иска отказал.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со ст.309-310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с п.1 ст. 28 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. 

В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателя. 

Договор лизинга является договором выкупного лизинга, закрытие которого, в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление №17), осуществляется путем расчета сальдо встречных обязательств. 

Для подведения итогов лизинговой операции при досрочном расторжении договора необходимо руководствоваться разъяснениями, изложенными в Постановлении №17, согласно пункту 2 которого имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. 

Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного. 

В соответствии с абз. 2 п. 3.1 Постановления, расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. 

В связи с этим, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам. 

Пунктами 3.2 и 3.6 указанного Постановления установлено, что, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга, меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу. 

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. 

Сальдо встречных обязательств, как разница между предоставлениями сторон договора, определяется в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. п. 3.2 - 3.6 Постановления № 17. Эта разница, в силу п. 4 ст. 453, ст. 1103 ГК РФ, составляет неосновательное обогащение. 

При расчете сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя учитывается стоимость возвращенного предмета лизинга, определяемая исходя из суммы, которую лизингодатель получил от продажи имущества в разумный срок после его возврата или в срок установленный по соглашению сторон, либо на основании отчета оценщика, а также общая сумма уплаченных лизинговых платежей за минусом авансового. 

Исходя из п. 3.2 и 3.3 Постановления №17, при расчете сальдо встречных обязательств в пользу лизингодателя учитываются сумма предоставленного финансирования, определяемая как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя), вместе с расходами на его доставку, ремонт, передачу; плата за время до фактического возврата финансирования, определяемая по согласованной сторонами годовой процентной ставке, или высчитываемая по формуле п. 3.5 Постановления №17; убытки и санкции, установленные законом и договором. 

Как установлено судом первой инстанции, ответчиком в материалы дела представлен собственный расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, c учетом начисленных штрафных санкций за просрочку внесения лизинговых платежей, а также нарушение положений договора за непредставление заключенных с банком договором о безакцептном списании денежных средств со счета Лизингополучателя. 

Исходя из п. 3.1. Постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате платежей не должно приводить к освобождению лизингополучателя, в том числе, от обязанности по возмещению причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ) и уплаты предусмотренной законом или договором неустойки. Данный правовой подход подтверждается практикой Верховного Суда Российской Федерации (Определение от 16.10.2015 по делу N 305-ЭС15-12353). 

Согласно п.3.6 Постановления №17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Как следует из п.4 Постановления №17, указанная в п.3.2. и 3.3. Постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок,  предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

При указанных обстоятельствах представленный истцом в материалы дела расчет не может быть признан верным, поскольку выполнен без учета всех необходимых платежей и затрат, и не мог быть принят судом первой инстанции во внимание при вынесении итогового судебного акта.

При этом, поскольку до момента досрочного расторжения договора лизинга у лизингополучателя имелась просрочка исполнения обязательств по договору лизинга, а уплата пени и ее размер предусмотрены договором лизинга, ответчик вправе требовать её учета при расчете сальдо встречных обязательств. 

В части штрафных санкций апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции в той части, что при заключении договора лизинга истец должен был предвидеть наступление установленных Правилами лизинга неблагоприятных последствий в случае нарушения спорных обязательств. 

Из материалов дела не усматривается наличие обстоятельств, при которых истец, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру договорных правоотношений сторон, принял все зависящие от него меры для своевременного (надлежащего) исполнения обязательства. 

В соответствии с абз.1 п.10 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №16 «О свободе договора» при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Как указано ответчиком, договор лизинга в виде проекта был направлен в адрес истца и последним подписан без замечаний, условие о безакцептном списании сформулировано в договоре четко и ясно, штрафная санкция за несоблюдение условия о безакцептном списании также была определена в договоре, не являлось скрытым, оспорено истцом не было, протокол разногласий в части указанного условия в адрес ответчика не направлялся. Доказательств обратного истцом не представлено.

Присоединение к условиям договора также не являлось и не могло являться для истца вынужденным. Обратное истцом также не доказано.

Кроме того, не представлено истцом и доказательств введения истца в заблуждение путем включения в Договор условия о штрафных санкциях, а также отсутствия у истца возможности отказаться от заключения договора в случае несогласия с его условиями.

Доказательств отсутствия своей вины в нарушении принятого по договору обязательства не представил (п. 2, п. 3 ст. 401 ГК РФ). 

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о правомерности начисления и учета ответчиком штрафных санкций.

Отклоняется апелляционным судом и довод апелляционной жалобы о наличии обстоятельств непреодолимой силы, повлиявших на исполнение истцом принятых на себя по договору обязательств.

В соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, ст. 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

ВС РФ в Постановлении Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в п. 8 названного Постановления разъяснено, что в силу п. 3 ст. 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в ответе на вопрос 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020), для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация.

В силу изложенного, существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Таким образом, распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в данном случае не является обстоятельством непреодолимой силы. При этом сложная финансовая ситуация, отсутствие денежных средств, на которые ссылается истец, без учета иных фактических обстоятельств не является безусловным основанием для освобождения или отсрочки исполнения обязательства.

Вопреки требованиям ст.65 АПК РФ истцом не доказана невозможность своевременной уплаты лизинговых платежей и заключения соглашения о безакцептном списании по не зависящим от него причинам. 

Объективных доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств непреодолимой силы, а также принятии истцом, как профессиональным участником гражданского оборота, всех зависящих от него разумных мер к исполнению обязательства в срок, в материалах дела не имеется. 

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания довода жалобы о наличии обстоятельств непреодолимой силы обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении иска и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в силу чего в удовлетворении апелляционной жалобы надлежит отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 15.09.2022 по делу №  А56-53608/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Масенкова

Судьи

 

В.А. Семиглазов

 В.Б. Слобожанина