﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А45-10364/2014

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 февраля 2020 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Забоева К.И.,

судей                                                    Доронина С.А.,

                                                      Куклевой Е.А.

при протоколировании судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Вейс Е.В. рассмотрел кассационные жалобы Кондрачук Елены Анатольевны и Байкова Владимира Сергеевича на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019 (судьи Фролова Н.Н., Иванов О.А., Назаров А.В.) по делу № А45-10364/2014 о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Новосибирская геологопоисковая экспедиция» (630116, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Боровая Партия, дом 12, ИНН 5408223267, ОГРН 1045404670190), принятое по заявлению конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Новосибирская геологопоисковая экспедиция» о привлечении к субсидиарной ответственности Кондрачук Елены Анатольевны и Байкова Владимира Сергеевича.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Айдарова А.И.) в заседании участвовали представители: конкурсного управляющего Крючковой Юлии Андреевны – Шитоев Д.В. по доверенности от 27.01.2020; Кондрачук Елены Анатольевны – Тилькунов С.А. по доверенности от 23.10.2018; Байкова Владимира Сергеевича – Хританкова О.Н. по доверенности от 15.11.2017; Федеральной налоговой службы – Капустина Е.Э. по доверенности от 08.02.2019.

Суд установил:

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.06.2014 по заявлению Федеральной налоговой службы (далее – уполномоченный орган) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Новосибирская геологопоисковая экспедиция» (далее – общество «НГПЭ», должник).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 28.07.2014 в отношении общества «НГПЭ» введено наблюдение, а решением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.11.2014 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

В Арбитражный суд Новосибирской области 28.08.2017 поступило заявление конкурсного управляющего, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении контролирующих должника лиц – Кондрачук Елены Анатольевны (далее – Кондрачук Е.А.) и Байкова Владимира Сергеевича (далее – Байков В.С.) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «НГПЭ», взыскании с них солидарно в пользу должника денежных средств в сумме неисполненных обязательств перед кредиторами в размере 60 441 076 руб. 76 коп.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2018 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в связи с истечением срока исковой давности и применением ее судом по заявлению ответчиков в обособленном споре. 

Установив существенное нарушение норм процессуального права, допущенное судом первой инстанции, определением от 06.04.2018 Седьмой арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. 

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2018 определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в связи с истечением срока исковой давности и применением ее апелляционным судом. 

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.07.2018 постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2018 отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Седьмой арбитражный апелляционный суд. 

При новом рассмотрении спора постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2018 определение суда первой инстанции от 30.01.2018 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в связи с тем, что ответчики по обособленному спору не могут считаться контролирующими должника лицами.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.03.2019 постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2018 отменено. Суд округа принял новый судебный акт и признал доказанным наличие оснований для привлечения Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «НГПЭ». Разрешение вопроса о размере субсидиарной ответственности Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. направлено в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 № 304-ЭС18-18204(2,3) Байкову В.С. и Кондрачук Е.А. отказано в передаче поданных ими кассационных жалоб на постановление суда округа от 18.03.2019 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

При новом рассмотрении этого вопроса Седьмой арбитражный апелляционный суд постановлением от 16.10.2019 определение суда первой инстанции от 30.01.2018 отменил, взыскал с Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. солидарно 67 990 663 руб. 38 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с апелляционным постановлением от 16.10.2019, Кондрачук Е.А. и Байков В.С. обратились с кассационными жалобами.

В кассационной жалобе Байкова В.С. приведены следующие доводы: при определении размера ответственности Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. судом не определена степень вины каждого из указанных лиц в наступившем банкротстве общества «НГПЭ»; судом не учтено, что Байков В.С. являлся генеральным директором должника в период с 22.09.2010 по 02.02.2012, тогда как общество «НГПЭ» находилось в объективном банкротстве уже с 2008 года; сам по себе факт заключения Байковым В.С. соглашения об отступном от 01.02.2019 не привел к объективному банкротству должника, при этом подписывая данное соглашение, Байков В.С. исполнял решение единственного акционера общества «НГПЭ» – Кондрачук Е.А.

Кондрачук Е.А. в кассационной жалобе указывает следующее: при вынесении обжалуемого судебного акта суду надлежало руководствоваться положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчикам действий, в соответствии с которой при определении размера субсидиарной ответственности подлежали исключению текущие требования и требования, учтенные отдельно за реестром требований кредиторов должника; судами необоснованно не применен абзац третий пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53); судами не дана оценка тому обстоятельству, что начиная с 2008 года общество «НГПЭ» финансировалось исключительно за счет средств Кондрачук Е.А.; при определении размера ответственности суды неправомерно учли требования Дерябина В.Г., которые фактически являются корпоративными и подлежат субординации.

От уполномоченного органа и конкурсного управляющего должником поступили отзывы на кассационные жалобы, в которых указанные лица просят оставить постановление без изменения, находя его законным и обоснованным.

Определением суда округа от 20.01.2020 судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. отложено на 28.01.2020.

От уполномоченного органа и конкурсного управляющего должником поступили дополнительные письменные объяснения, в которых они указывают на отсутствие оснований для снижения размера субсидиарной ответственности. Объяснения приобщены к материалам дела (статья 81 АПК РФ). 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего, Кондрачук Е.А., Байкова В.С., уполномоченного органа поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах, отзывах, объяснениях.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для его изменения.

Рассматривая вопрос об установлении размера субсидиарной ответственности Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. по обязательствам общества «НГЭП», суд апелляционной инстанции установил, что размер требований кредиторов, включенных в реестр, составил 59 581 878 руб. 48 коп., требований, учтенных за реестром – 7 433 735 руб. 54 коп., задолженность по текущим обязательствам составила 1 108 261 руб. 17 коп.

В связи с этим, руководствуясь положениями пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции определил размер субсидиарной ответственности Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. в сумме 67 990 663 руб. 38 коп., вычтя из общей совокупности непогашенных реестровых требований кредиторов, требований, заявленных после закрытия реестра требований кредиторов, и требований кредиторов по текущим платежам, лишь требование самого Байкова В.С. к должнику в сумме 133 218 руб. 81 коп.

Доводы Байкова В.С. о том, что ответственность каждого из контролировавших должника лиц должна быть определена в зависимости от степени их вины и размера причиненного вреда, апелляционным судом отклонены со ссылкой на неверное понимание Байковым В.С. норм права и отсутствие доказательств, подтверждающих наличие оснований для снижения размера его субсидиарной ответственности.

Ссылка Кондрачук Е.А. и Байкова В.С. на необходимость применения Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчикам действий, судом апелляционной инстанции отклонена.

Вместе с тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве о материально-правовых основаниях субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц применяются к отношениям, в которых обстоятельства, являющиеся основаниями субсидиарной ответственности, имели место после вступления в силу закона, признавшего их таковыми.

Равным образом, поскольку последствием правонарушения в виде причинения вреда, каковым, по своей сути, является субсидиарная ответственность контролирующего должника лица, выступает возложение на деликвента обязанности по возмещению этого вреда в размере, определенном в момент деликта согласно действующим нормам права в абсолютной цифре либо в порядке, установленном определенной нормативной формулой, то последующее изменение нормативного регулирования, увеличивающее размер ответственности (в том числе посредством изменения формулы), не может быть применимо ретроспективно, так как это не отвечает критерию предсказуемости применения правовой нормы, а, следовательно, и принципу правовой определенности, являющемуся одним из основополагающих элементов верховенства права, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от 17.11.2005 № 11-П, от 20.02.2006 № 1-П, от 05.02.2007 № 2-П, от 19.03.2010 № 7-П и пр.).

Совершенствование законодателем положений статьи 10 Закона о банкротстве, завершившееся введением специальной главы III.2, полностью посвященной субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, содержащей в пункте 11 статьи 61.11 иную формулу исчисления ее размера, отличающуюся от ранее имевшейся в абзаце втором пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент заключения соглашения об отступном от 01.02.2012, с которым связано привлечение к субсидиарной ответственности ответчиков в настоящем обособленном споре), как правовое регулирование, изменившееся после свершившихся неправомерных действий, не должно усугублять их негативные последствия.

В связи с этим суд округа признает обоснованным довод ответчиков о необходимости определения размера субсидиарной ответственности по правилам статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на 01.02.2012.

В соответствии с абзацем вторым пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в определении о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности указывается размер их ответственности, который устанавливается исходя из разницы между определяемым на момент закрытия реестра размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и размером удовлетворенных требований кредиторов на момент приостановления расчетов с кредиторами или исполнения текущих обязательств должника в связи с недостаточностью имущества должника, составляющего конкурсную массу. 

Таким образом, при определении размера субсидиарной ответственности суд апелляционной инстанции необоснованно учел требования кредиторов, учтенные за реестром, в размере 7 433 735 руб. 54 коп. и задолженность по текущим обязательствам в размере 1 108 261 руб. 17 коп.

За вычетом требования самого Байкова В.С. к должнику, которое не должно противопоставляться ответчикам как солидарным должникам, размер их субсидиарной ответственности, определенный на основании абзаца второго пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной редакции, составляет 59 448 659 руб. 67 коп. 

Приведенные в кассационной жалобе Кондрачук Е.А. аргументы, касающиеся необходимости субординации требования Дерябина В.Г., которое, по мнению Кондрачук Е.А., носит корпоративный характер, по сути, сводятся к преодолению законной силы судебных актов о включении кредиторского требования Дерябина В.Г. в реестр требований кредиторов общества «НГПЭ» вне установленной процессуальным законодательством ординарной процедуры обжалования судебных актов, что недопустимо.

Более того, как следует из пункта 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве). Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. 

Подлежат отклонению и доводы Байкова В.С. о наличии других факторов, кроме действий контролирующих лиц, способствующих увеличению долговых обязательств общества «НГЭП» и его последующему банкротству, в связи с чем размер субсидиарной ответственности, по его мнению, должен быть уменьшен на основании пункта 19 Постановления № 53.

В абзаце третьем пункта 19 Постановления № 53 разъяснено, что если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Тем самым размер ответственности контролирующего должника лица может быть уменьшен лишь в случае представления таким лицом достоверных доказательств наличия иных, имевших место помимо его действий (бездействия) обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника.

В рассматриваемом случае каких-либо внешних факторов, повлиявших на финансовое состояние должника, подобных описанным в пункте 19 Постановления № 53, не установлено.

При этом, напротив, исходя из возражений Байкова В.С., применению подлежит рекомендация, приведенная в пункте 17 Постановления № 53, но она опровергает его доводы, так как контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно (абзац второй пункта 17 Постановления № 53).

Довод Байкова В.С. об исполнении им решений Кондрачук Е.А. несостоятелен, поскольку в силу пункта 23 Постановления № 53 корпоративное одобрение сделки коллегиальным органом управления должника не освобождает его руководителя, выступившего при совершении сделки от имени должника, от субсидиарной ответственности, если результатом совершения сделки явилось причинение существенного вреда кредиторам должника.

Иные доводы ответчиков направлены на преодоление законной силы постановления суда округа от 18.03.2019, которым признано наличие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ считает возможным изменить постановление в части определения размера субсидиарной ответственности.

Принятые определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.12.2019 меры по приостановлению исполнения судебного акта подлежат отмене (часть 4 статьи 283 АПК РФ).

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019 по делу № А45-10364/2014 изменить в части определения размера субсидиарной ответственности. Абзац второй резолютивной части постановления изложить в следующей редакции:

«Взыскать с Кондрачук Елены Анатольевны, Байкова Владимира Сергеевича солидарно 59 448 659 руб. 67 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника открытого акционерного общества «Новосибирская геологопоисковая экспедиция».

В остальной части постановление оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Меры, принятые определением суда округа от 05.12.2019 по приостановлению исполнения обжалуемого судебного акта, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                            К.И. Забоев

 

Судьи                                                                                        С.А. Доронин

 

                                                                                            Е.А. Куклева