﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-31284/2018

19 сентября 2019 года

г. Санкт-Петербург

/тр.12

Резолютивная часть постановления объявлена     09 сентября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 сентября 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи Л.С.Копыловой,

судей Н.В.Аносовой,  И.Ю.Тойвонена,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.Н.Шамилиной,

при участии:  

от ООО «ЮФ «Адмиралтейство» Воронкова А.Ю. по доверенности от 19.03.2019,

от УФНС по  Санкт-Петербургу Босовой С.В. по доверенности от 22.05.2019,

от временного управляющего Рыкуновой И.Д. по доверенности от 23.09.2019,

от ООО «РИА Панда» Анисимовой  И.А. по доверенности от 20.11.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-20853/2019)  ООО «ЮФ «Адмиралтейство» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.06.2019 по делу № А56-31284/2018/тр.12 (судья Новоселова В.Л.), принятое

по заявлению ООО «ВИС Косметикс»

о включении требования в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «РИА «Панда»,

установил:

определением арбитражного суда первой инстанции от 21.06.2019 в порядке процессуального правопреемства ООО «ВИС Косметикс» заменено правопреемником ООО «Юридическая фирма «Адмиралтейство», которому отказано во включении требования в размере 30256882,01 руб. в реестр требований кредиторов ООО «РИА «Панда».

ООО «ЮФ «Адмиралтейство» подана и в судебном заседании поддержана апелляционная жалоба, в которой просил определение отменить и принять новый судебный акт, которым заявление удовлетворить в полном объеме, включить требование в реестр требований кредиторов должника в заявленном размере. Заявитель полагает, что в полной мере доказал наличие долга по договору поставки. Арбитражный  суд первой инстанции, делая вывод о недоказанности фактических взаимоотношений по поставке, не принял во внимание огромный объем представленной документации. Согласно п. 9.8 договора в случае, если ни одна из сторон после истечения срока действия договора не заявила о его расторжении, то договор продлевался на тех условиях на тот же срок, и поскольку договор стороны не расторгали, он был пролонгирован, а поставка по нему происходила  до 2017 года. Не  исполненными являются обязательства, возникшие в 2017 году. До этого момента обязательства исполнялись; именно поэтому кредитор сослался лишь на товарные накладные за 2017 год, представил перечень документов по отгрузке товаров контрагенту ООО «Панда», журнал проводок по договору №1/13 от 15.04.13. Суд первой инстанции не исследовал имеющиеся документы в совокупности, что привело к неверном выводу по договору поставки. Податель апелляционной жалобы  считает неверным и  вывод суда об отсутствии заемных правоотношений, исходя из того, что платежные поручения «не содержат в назначении платежа указания на данный договор, но свидетельствует о проведении платежей в рамках оплаты иных договоров». Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. 

Представители  должника, временного управляющего и УФНС по  Санкт-Петербургу возражали относительно апелляционной жалобы, определение просили оставить без изменения. 

В ходе апелляционного рассмотрения участвующим лицам предложено высказаться по вопросу о квалификации заемных отношений по статье 5 Закона о банкротстве.

Законность и обоснованность определения в обжалуемой части  проверены в апелляционном порядке с применением части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ, поскольку  правопреемство не обжалуется.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права в части  отказа во включении требований из договора поставки в реестр требований кредиторов должника, но полагает  определение подлежащим отмене в части отказа во включении в реестр требований кредиторов требования в размере 23823025 руб. 30 коп. из договора займа с прекращением производства по обособленному спору в указанной части. 

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, при обращении с заявлением в порядке статьи 71 Закона о банкротстве  указывалось, что   между правопредшественником подателя апелляционной жалобы и должником был оформлен договор поставки от 15.04.2013 №1/13, в рамках передана продукция должнику по товарным накладным от 01.06.2017 №1061, от 06.06.2017 №6061, от 22.06.2017 №22061, от 26.06.2017 №30061, от 06.07.2017 №671, от 12.07.2017 №12071, от 21.07.2017 №21071, от 28.07.2017 №28071 на общую сумму в размере 6433856,71 руб., в подтверждение чего составлен акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 14.12.2018.  В соответствии с разделом 1 договора кредитор обязался изготовлять и поставлять должнику товар в обусловленные договором сроки. Ассортимент и количество товаров определяются в спецификациях, которые согласовываются сторонами и являются неотъемлемой частью договора. Разделом 3 договора установлено, что товары поставляются в течение срока действия договора отдельными партиями. Периоды поставки отдельных партий определяются спецификациями. Согласно разделу 7 договора покупатель оплачивает поставленные ему поставщиком товары по ценам, указанным в спецификации. Оплата производится в безналичном порядке за каждую партию товара. Как следует из вышеизложенного, ассортимент и количество товара, периоды и сроки поставки партий товара, цена поставляемого товара определяется на основании спецификаций. Как отметил суд первой инстанции, являющиеся неотъемлемой частью договора поставки спецификации к требованию кредитора не приложены; кроме того, договор поставки от имени должника подписан не руководителем, а заместителем директора по экономике и финансам Смирновым В.О., доверенность которого от 29.12.2012 № 01/13, а также полномочия подписавших со стороны должника товарные накладные Григорьевой М.С. и Радиатаровой В.Е. также представлены не были.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.11.2018, резолютивная часть которого объявлена 21.11.2018, в отношении ООО «РИА «Панда» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена Нехина Анна Александровна. Публикация сведений о введении процедуры наблюдения в отношении должника и утверждении временного управляющего размещена в газете «Коммерсантъ» от 01.12.2018 №222.

ООО «ВИС Косметикс» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с требованием о включении задолженности в сумме 30256882,01 руб. в реестр требований кредиторов ООО «РИА «Панда».

 14.02.2019 кредитором и ООО «Юридическая фирма «АДМИРАЛТЕЙСТВО» заключен договор уступки права требования, в соответствии с которым последнему было передано право требования к должнику по договору поставки от 15.04.2013 №1/13, по договору финансового займа от 01.05.2018 №05/18 в размере 30256882,01 руб.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд первой инстанции, учитывая доказанность признака заинтересованности кредитора по отношению к должнику и отсутствие совокупности первичных документов, подтверждающих наличие фактических взаимоотношений по договору поставки между сторонами,  применительно к тому, что к моменту поставки срок договора уже истек, оснований для удовлетворения требования в указанной части не усмотрел.  Кроме того, суд первой инстанции не признал подтвержденными заемные обязательства.

Доводы подателя апелляционной жалобы отклонены, как противоречащие  фактическим обстоятельствам и нормам  материального и процессуального права.

Так в части заемных обязательств требование основано на договоре, датированном 01.05.2018, в качестве исполнения по которому заявлены платежные поручения  за период  с 10.05.2018 по 18.10.2018.

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. В силу разъяснений в пункте 3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 63 (ред. от 06.06.2014) "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" возникновение обязательств из займа связано с моментом предоставления денежных средств.

Дело о банкротстве должника возбуждено 20.03.2018.

Таким образом заемное обязательство по заявленным основаниям не относится к реестровым, вследствие чего на основании толкования норм процессуального права в пункте 39  Постановление Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 N 29 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" требование ООО «ЮФ «Адмиралтейство» в размере 23823025 руб. 30 коп. не подлежало рассмотрению в порядке статьи 71 Закона о банкротстве, и производство по обособленному спору в указанной части подлежит прекращению.

В части, относимой к поставке как основанию заявления требования, в размере  6433856 руб. 71 коп. выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам, оценка которым дана с учетом части 3 статьи 9, частью 2 статьи 65 АК РФ, положениями статей 71, части 1 статьи 168 АПК РФ с учетом толкования норм права в пункте 26 постановления № 35 Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", согласно которому в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами обособленного пора, лицо, заявляющее себя поставщиком, ООО «ВИС Косметикс» и ООО «РИА Панда» являются заинтересованными лицами по определению пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве через управление и корпоративное владение родственниками. Это определяет повышенный стандарт доказывания.

Как отмечалось в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740 по делу N А32-14248/2016, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197 по делу N А32-43610/2015, в случае аффилированности сторон к требованию заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В  Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740 по делу N А32-14248/2016 указано, что для уравнивания кредиторов в правах суд в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).

При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры N 1(2017), N 3(2017), N 5(2017), N 2(2018) со ссылками на определения N 305-ЭС16-12960, N 305-ЭС16-19572, N 301-ЭС17-4784 и N 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения N 308-ЭС18-2197, N 305-ЭС18-413, N 305-ЭС16-20992(3), N 301-ЭС17-22652(1), N 305-ЭС18-3533, N 305-ЭС18-3009, N 305-ЭС16-10852(4,5,6), N 305-ЭС16-2411, N 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу N А41-36402/2012.

Со стороны лица, заявившего требование, не представлены документы, подтверждающие в соответствии со  статьями 68, 71 АПК РФ происхождение товара, его перемещение, а должником – принятие к учету  и использование.

В определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.07.2018 N 310-ЭС17-20671 по делу N А68-2070/2016 обращено внимание на влияние бенефициаров юридических лиц, вовлеченных в структуру формирования обязательств, заявляемых для целей включения в реестр требований кредиторов одного из них, на свободное перемещение активов между юридическими лицами без учета интересов их кредиторов, что позволяет рассмотреть вопрос о применении статьи 10 ГК РФ (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Суд первой инстанции мотивированно указал на несогласованность предмета договора, датированного 2013 годом, и невосполнение пробелов по существенному условию договора, в том числе посредством спецификаций.

Как отмечено в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 08.05.2019 N 305-ЭС18-25788(2) по делу N А40-203935/2017, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Сторонами спорных отношений не раскрыт весь объем внутрихозяйственных  товарных и денежных операций, позволяющих  сделать соответствующий пункту 26 постановления № 35 Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" вывод об обоснованности  требования аффилированного лица, ранее  формирования в порядке статьи 71 Закона о банкротстве реестра для участия в первом собрании кредиторов не проявлявшего интереса к расчетам по событиям двухлетней давности.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268 ч. 5, 269 п.п. 2, 3, 271  Арбитражного процессуального кодекса РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 21.06.2019 отменить в части отказа во включении в реестр требований кредиторов требования в размере 23823025 руб. 30 коп.

Прекратить производство по обособленному спору в указанной части.

В остальной  части обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Л.С. Копылова

 

Судьи

Н.В. Аносова

 И.Ю. Тойвонен