Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А78-14606/2018

26 июля 2022 года

город Иркутск

 

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего  Первушиной М. А.,

судей:   Бронниковой И.А., Волковой И.А.,

при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Коммерческий Банк «Центрально-Европейский Банк» -  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО1 (доверенность от 10.12.2021, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Коммерческий Банк «Центрально-Европейский Банк» – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Забайкальского края                        от 20 января 2022 года по делу № А78-14606/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 31 марта 2022 года по тому же делу, 

 

установил:

в рамках дела о банкротстве коммерческого банка «Центрально-Европейский банк» (общество с ограниченной ответственностью) (далее - ООО КБ «Центрально-Европейский Банк», должник), решением Арбитражного суда Забайкальского края от 06 декабря 2018 года признанного банкротом, конкурсный управляющий - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок:

- от 16.11.2016 по выплате ФИО2 действительной стоимости доли в уставном капитале КБ «Центрально-Европейский Банк» (ООО) в размере 6% номинальной стоимостью 10 648 680 рублей на сумму 69 029 040 рублей;

- от 02.09.2016 по выплате ФИО3 действительной стоимости доли в уставном капитале КБ «Центрально-Европейский Банк» (ООО) в размере 10% номинальной стоимостью 17 747 800 рублей на сумму 111 462 800 рублей;

- от 22.06.2016 по выплате ФИО6 действительной стоимости доли в уставном капитале КБ «Центрально-Европейский Банк» (ООО) в размере 10% номинальной стоимостью 17 747 800 рублей на сумму 120 052 900 рублей;

- от 13.03.2017 по выплате ФИО4 действительной стоимости доли в уставном капитале КБ «Центрально-Европейский Банк» (ООО) в размере 10% номинальной стоимостью 3 549 560 рублей на сумму 23 944 480 рублей.

Применении последствий их недействительности в виде взыскания выплаченных сумм в пользу должника, взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, восстановления прав ответчиков, вытекающих из участия в уставном капитале КБ «Центрально-Европейский Банк» (ООО).

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 20 января 2022 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 31 марта 2022 года, в удовлетворении заявления отказано.

Конкурсный управляющий, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратился в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 20 января 2022 года и постановление суда апелляционной инстанции от 31 марта 2022 года отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды ошибочно пришли к выводу о   недоказанности цели причинения ответчиками вреда имущественным правам кредиторов Банка. Полагает, что выплата денежных средств за выкуп Банком долей в собственном уставном капитале по завышенной стоимости привело к значительному уменьшению размера имущества Банка, а именно, денежных средств, выплаченных ответчикам. Приведенные суду сведения о родственных и фидуциарных связях ответчиков с ФИО5 свидетельствуют о том, что ответчики действовали в интересах ФИО5 либо в совместных с ним интересах. ФИО5 осуществлял фактический контроль над Банком через владение долями в уставном капитале, оформленных на ответчиков. Вывод суда о неосведомленности ответчиков о характере и существе оспариваемых сделок является необоснованным.  Судами не дана оценка отдельного самостоятельного признака цели причинения вреда – завышенная цена оспариваемых сделок, определенная на основании заключения эксперта, разница составляет от 18,28 до 33,6%. Судами необоснованно отказано в квалификации оспариваемых сделок недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку сделки, пороки которых не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок (ст. 61.2 Закона о банкротстве), не могут быть признаны недействительными на основании общегражданских норм. По мнению заявителя, действия сторон оспариваемых сделок не могут быть признаны добросовестными, являются злоупотреблением правом. Декларированная сторонами оспариваемых сделок цель не могла быть достигнута и стороны не имели намерения ее достигнуть; стороны стремились к выводу из Банка денежных средств, а также к прекращению обязательств, связанных с ними компаний.

В отзыве на кассационную жалобу заинтересованные лица считают доводы, изложенные в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Забайкальского края и Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности  доводов  кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Банк был создан в организационно-правовой форме - общество с ограниченной ответственностью 07.02.1994.

ФИО2 являлась участником Банка с долей в уставном капитале в размере 6%. Действительная стоимость доли ФИО2 в уставном капитале Банка, определенная на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, составила 69 029 040 рублей (протокол заседания Совета Банка № 64/2016 от 16.11.2016).

16.11.2016 Банк приобрел у участника - ФИО2 долю в собственном уставном капитале в размере 6% номинальной стоимостью 10 648 680 рублей по цене 69 029 040 рублей. Размер уставного капитала по состоянию на 16.11.2016 составлял 177 478 000 рублей.

В этот же день 40 000 000 рублей были зачислены на счет ФИО2, открытый в Банке, 20 055 265 рублей получены наличными в кассе Банка. Банком был удержан НДФЛ в размере 13% от дохода - 8 973 775 рублей.

В этот же день 40 000 000 рублей были оплачены Банку со счета ответчика в качестве оплаты по договору об уступке права (требования) № 03/2016 от 16.11.2016, в соответствии с которым Банком было передано право требования к ООО «СК «ТрэйсРегион», вытекающее из кредитного договора № 

<

***> от 30.06.2015.

ФИО3 являлась участником Банка с долей в уставном капитале в размере 10%.

02.09.2016 ФИО3 направила в Банк нотариально удостоверенное требование о приобретении доли участника в уставном капитале.

Действительная стоимость доли ФИО3 в уставном капитале Банка, определенная на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, составила 111 462 800 рублей (протокол заседания Совета Банка № 48/2016 от 02.09.2016).

02.09.2016 Банк приобрел у участника - ФИО3 долю в собственном уставном капитале в размере 10% номинальной стоимостью 17 747 800 рублей по цене 111 462 800 рублей. Размер уставного капитала Банка по состоянию на 02.09.2016 составлял 177 478 000 рублей.

В этот же день 40 580 554 рубля 37 копеек были получены наличными в кассе Банка. Банком был удержан НДФЛ в размере 13% от дохода - 14 490 164 рубля.

В этот же день 22 778 570 рублей 27 копеек были оплачены ответчиком Банку в качестве оплаты по договору об уступке права (требования) № 01/2016 от 02.09.2016, в соответствии с которым Банком было передано право требования к ООО «ШИК», вытекающее из кредитного договора № 

<

***> от 28.05.2015; 33 613 511 рублей36 копеек были оплачены Банку в качестве оплаты по договору об уступке права (требования) № 02/2016 от 02.09.2016, в соответствии с которым Банком было передано право требования к ООО «СК «ТрэйсРегион», вытекающее из кредитного договора № 5/452810-15 от 20.03.2015.

ФИО6 являлась участником Банка с долей в уставном капитале в размере 10%.

22.06.2016 ФИО6 направила в Банк нотариально удостоверенное требование о приобретении доли участника в уставном капитале.

Действительная стоимость доли ФИО6 в уставном капитале Банка, определенная на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, составила 120 052 900 рублей (протокол заседания Совета Банка № 29/2016 от 22.06.2016). Размер уставного капитала Банка по состоянию на 22.06.2016 составлял 177 478 000 рублей.

22.06.2016 Банк приобрел у участника - ФИО6 долю в собственном уставном капитале в размере 10% номинальной стоимостью 17 747 800 рублей по цене 120 052 900 рублей.

В этот же день 104 446 023 рубля были зачислены на счет ФИО6, открытый в Банке, 1 818 750 рублей 47 копеек получены наличными в кассе Банка. Банком был удержан НДФЛ в размере 13% от дохода - 15 606 877 рублей.

В этот же день 102 500 000 рублей были перечислены со счета ответчика на счет ФИО7, открытый в Банке, с назначением платежа «Предоставлен займ, согл. Договору б/н от 22.06.2016 Сумма 102500000-00. Без налога (НДС)». Со счета ФИО7 102 500 000 рублей направлены на счет ООО «Магнат-РД», открытый в Банке, с назначением платежа: «Оплата по Договору возмездной уступки прав (цессии) № 1-16 от 21.06.2016 Без налога (НДС)». В этот же день ООО «Магнат-РД» частично погасило текущую задолженность перед Банком по кредитному договору № 

<

***> от 26.05.2015 на сумму 102 500 000 рублей.

ФИО4 являлась участником Банка с долей в уставном капитале в размере 10%.

13.03.2017 ФИО4 направила в Банк нотариально удостоверенное требование о приобретении доли участника в уставном капитале.

Действительная стоимость доли ФИО4 в уставном капитале Банка, определенная на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, составила 23 944 480 рублей (протокол заседания Совета Банка № 11/2017 от 13.03.2017). Размер уставного капитала Банка по состоянию на 13.03.2017 составлял 177 478 000 рублей.

13.03.2017 Банк приобрел у участника - ФИО4 долю в собственном уставном капитале в размере 2% номинальной стоимостью 3 549 560 рублей по цене 23 944 480 рублей.

В этот же день 20 831 697 рублей были получены наличными в кассе Банка. Банком был удержан НДФЛ в размере 13% от дохода - 3 112 782 рубля 40 копеек.

В последующем приказом Банка России от 24.08.2018 № ОД-2214 с 24.08.2018 у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Временная администрация по управлению кредитной организацией назначена 24.08.2018.

Ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, что оспариваемые сделки совершены в пределах трех лет до отзыва лицензии на осуществление банковских операций, ответчики являются заинтересованными по отношению к Банку лицами в силу участия в капитале (статья 19 Закона о банкротстве), а также, что денежные средства полученные от продажи, использовались в схемных операциях по погашению кредитных обязательств перед Банком, являются мнимыми сделками, фактически направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Арбитражный суд  первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из недоказанности цели причинения ответчиками вреда имущественным правам кредиторов Банка, а также из того, что пороки сделок не выходят за пределы дефектов, установленных указанной нормой, что не дает возможности квалифицировать ничтожность указанной сделки на основании общегражданских норм.

Четвертый арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 10 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Исходя из положений пунктов 1, 2, 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве, сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Законом с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

Принимая во внимание дату совершения оспариваемых сделок -22.06.2016, 02.09.2016, 16.11.2016, 13.03.2017 и дату назначения временной администрации по управлению кредитной организацией - 24.08.2018, арбитражные суды пришли к правильному выводу, что сделки совершены в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом положений пункта 3 статьи 189.40 указанного Закона.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование требования конкурсный управляющий указал на причинение ответчиками вреда имущественным правам кредиторов Банка оспариваемыми сделками, поскольку выплата денежных средств за выкуп Банком долей в собственном уставном капитале осуществлена по завышенной стоимости, что привело к значительному уменьшению размера имущества Банка.

ФИО3 подано заявление о выходе из общества 02.09.2016, ФИО2 - 16.11.2016, ФИО6 - 22.11.2016, ФИО4 - 13.03.2017.

Действительная стоимость доли, подлежащая выплате участникам банка на основании их заявлений о выходе из состава участников банка, с учетом действовавшего в период возникновения правоотношений законодательства, должна была определяться, исходя из стоимости (величины) собственных средств (капитала) банка, по состоянию: на 01.09.2016 для ФИО3, на 01.11.2016 для ФИО2 и ФИО6, на 01.03.2017 для ФИО4

Для разрешения вопроса о действительной стоимости долей ответчиков в уставном капитале Банка судом первой инстанции назначена судебная экспертиза и дополнительная экспертиза.

Учитывая заключение эксперта № ЗЭ-21-11051 от 09.09.202, судами установлено, что выплата денежных средств за выкуп долей Банком в собственном уставном капитале произведено по завышенной стоимости: ФИО6 выплачено 120 052 900 рублей, экспертом определена стоимость 79 724 000 рублей; ФИО3 выплачено 111 462 800 рублей, экспертом определена стоимость 78 586 000 рублей; ФИО2 выплачено 69 029 040 рублей, экспертом определена стоимость 47 834 000 рублей; ФИО4 выплачено 23 944 480 рублей, экспертом определена стоимость 19 567 000 рублей.

Однако, суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности того факта, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, поскольку заявителем не представлено доказательств того, что на момент совершения сделки ответчикам было или должно было быть известно о наличии у должника цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Факт выкупа долей по завышенной стоимости при определенных условиях может означать причинение должнику убытков, но при отсутствии иных обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является основанием для признании недействительной сделки, совершенной в период подозрительности, установленный данным пунктом (3 года до возбуждения дела о банкротстве).

Конкурсным управляющим вопреки требованиям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, что на момент совершения спорных сделок у Банка имелись признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Так, на момент совершения спорной сделки у ООО КБ «Центрально-Европейский Банк» отсутствовали неисполненные распоряжения клиентов, которые не могли получить доступ к своим средствам, что было установлено судом в определении от 26.02.2020 по данному делу (при оспаривании иных сделок, совершенных Банком).

До момента отзыва лицензии и проведения временной администрацией финансового обследования Банка, активы банка, отраженные в балансе, превышали его обязательства. На дату отзыва лицензии 24.08.2018 по данным бухгалтерского учета Банка признаки несостоятельности (банкротства), установленные пунктом 1 статьи 189.8 Закона о банкротстве отсутствовали, разница между суммарным объемом активов и обязательств Банка составляла 190 557 000 рублей (отражено в отзыве временной администрации).

Кроме того, конкурсный управляющий, указав в заявлении об осведомленности ответчиков о наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств заинтересованности ответчиков по отношению к Банку, а также доказательств осведомленности ответчиков о финансовом состоянии Банка в момент совершения сделок, о занижении размера резерва по сомнительным ссудам, а следовательно, о завышении размера чистых активов Банка.

Ответчики не являются ни аффилированными к Банку лицами, ни входят с ним в одну группу лиц в соответствии с Законом № 135-ФЗ «О защите конкуренции», не являлись членами коллегиальных органов управления Банком (Совета директоров, Правления). Ни один из ответчиков не обладал 20% и более голосов на общих собраниях участников, размер их долей участия в уставном капитале был ниже (10%, 10%, 6% и 2%).

Кроме того, суды учли, что часть денежных средств, выплаченных Банком в качестве оплаты выкупаемых долей, фактически сразу же были возвращены в Банк на погашение ссудной задолженности заемщиков Банка.

При таких обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям, установленным Законом о банкротстве.

В пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 указано, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Вместе с тем, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

По основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделки могли быть признаны недействительными лишь в том случае, если их дефекты выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом, в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорное соглашение, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Вместе с тем, исходя из положений названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Квалифицируя сделку как совершенную со злоупотреблением правом, следует установить, чем в условиях конкуренции норм о недействительности выявленные пороки сделки выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве. Суд при оценке доводов о несоответствии сделки статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации должен руководствоваться специальными нормами о возможности признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве и не вправе подходить к оценке любого заявления с позиции ее ничтожности и несоответствия указанным нормам права. Применение к сделкам, указанным в статье 61.2 Закона о банкротстве, не имеющим других недостатков, общих положений о ничтожности, по сути, направлено на обход закона, что недопустимо.

В данном случае конкурсный управляющий полагая, что сделки совершены с целью вывода из Банка денежных средств, а также прекращения обязательств, связанных с ними компаний, ссылается на мнимость сделок.

Однако такое основание как совершение сделки с целью причинения ответчиками вреда имущественным правам кредиторов Банка, неравноценность встречного предоставления, нарушение прав кредиторов заключением сделки, преследование цели уменьшения имущества должника ее заключением охватывается диспозициями пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим при оспаривании сделок, доводов о наличии у сделок каких-либо пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок не приводится, правовая позиция конкурсного управляющего по существу сводится к тому, что целью сделок, которую желали достичь стороны, являлся вывод активов посредством заключения сделки по выплате стоимости долей по завышенной цене в ущерб кредиторам должника, то есть обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим не указывались, что исключает оспаривание сделок по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, арбитражные суды пришли к правомерному выводу, что оснований для признания недействительными спорных сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку заявителем не представлено доказательств и доводов совершения оспариваемых сделок за пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Доводы  кассационной жалобы фактически повторяют доводы, изложенные в суде первой и апелляционной инстанции, указанные доводы судами рассмотрены и им дана надлежащая оценка, что нашло свое отражение в судебных актах. Указанные доводы не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права, а фактически направлены на переоценку установленных при рассмотрении дела судом первой и  апелляционной инстанций обстоятельств, что в силу требований статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо в суде кассационной инстанции, поэтому Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа указанные доводы не могут быть приняты во внимание.

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Забайкальского края от 20 января 2022 года по делу № А78-14606/2018 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 31 марта 2022 года по тому же делу основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Забайкальского края от 20 января 2022 года по делу № А78-14606/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 31 марта 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

М.А. Первушина

И.А. Бронникова

И.А. Волкова