АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4068/16 

Екатеринбург

27 июня 2022 г.

Дело № А50-17860/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Артемьевой Н.А., Павловой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1, рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Пермского края от 23.12.2021 по делу№ А50-17860/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании в суде округа приняли участие представители: ФИО2 – ФИО4 (доверенность от 15.05.2020); ФИО3 – ФИО5 (доверенность от 23.03.2022); публичного акционерного общества «Т Плюс» (далее – общество «Т Плюс») – ФИО6 (доверенность от 07.04.2021).

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель открытого акционерного общества «Комплексный расчетный центр «Прикамье» (далее – общество «КРЦ-Прикамье») - ФИО7 – (доверенность от 13.12.2021).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04.09.2015 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Жилищная управляющая компания» (далее – общество «ЖУК», должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 29.09.2015 общество «ЖУК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО8, сведения о чем опубликованы в установленном законом порядке 17.10.2015.

Определением суда от 12.07.2016 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, конкурсным управляющим утверждена ФИО9, затем определением от 05.11.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Конкурсные кредиторы – общества с ограниченной ответственностью «ЖилБытСервис» и «Гриф» (далее – общества «ЖилБытСервис» и «Гриф») обратились 24.12.2018 в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными взаимосвязанных сделок по получению обществом с ограниченной ответственностью «Пермская сетевая компания» (далее – общество «ПСК») и обществом «КРЦ-Прикамье» денежных средств, собранных ими у населения в счет оплаты по договорам теплового снабжения № 61 -4292, № 8 8199, № 40-410, № 62-5873, № 62-5873/ГВ, № 64-5005, № 40-410/ГВ, № 8-8199/ГВ за период с 01.09.2013 по 30.04.2016 в общей сумме 160 577 915 руб. 81 коп., и применении последствий недействительности взаимосвязанных сделок в виде взыскания в конкурсную массу должника 160 577 915 руб. 81 коп., в том числе 147 547 782 руб. 90 коп. – с общества «ПСК» и 13.030.132 руб. 91 коп. – с общества «КРЦ-Прикамье».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.06.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2019, в удовлетворении требований кредиторов отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 25.12.2019 определение от 06.06.2019 и постановление от 29.08.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

При повторном рассмотрении спора представитель заявителей уточнил требования, просил признать недействительными взаимосвязанные сделки по распоряжению обществами «ПСК» и «КРЦ- Прикамье» денежными средствами должника в сумме 88 057 125 руб. 13 коп., полученными за поставку коммунальных ресурсов, в том числе по договорам № 11-62П, № 8-8199, № 8-8198, № 40-410, № 61-4292, № 62-5873, № 64-5005, № 8-8199/гв, № 40-410/гв, № 62-5873/гв, № 61-4292/гв, № 64-5005, применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «Т-Плюс», правопреемника общества «ПСК», 87 231 889 руб. 04 коп., с общества «КРЦ-Прикамье» – 825 236 руб. 09 коп. Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражный суд Пермского края от 23.12.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационных жалобах ФИО2 и ФИО3 просят определение от 23.12.2021 и постановление от 04.03.2022 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 указывает, что представленные обществом «ПСК» доказательства не подтверждают поставку тепла на общую сумму 30 445 860 руб. 41 коп., суды, делая вывод о том, что такая разница не существенна для должника, не учли, что в 2015 году стоимость его активов составляла 32 837 тыс. руб., исходя из чего завышение стоимости поставленного тепла составило 92% от баланса, что не может считаться незначительным. Заявитель считает, что материалами дела подтверждается наличие у общества «ПСК» подлежащих включению в конкурсную массу не принятых в оплату денежных средств должника на общую сумму 42 568 802 руб. 41 коп., в том числе по договору поставки № 62-5873: за июнь – декабрь 2012 года, август – декабрь 2013 года, январь – август 2014 года; по договору поставки № 40-410: за январь 2013 года – август 2014 года; по договору поставки № 8-8199, а также суммы по исполнительным листам и госпошлине, а также материалами дела подтверждается наличие у общества «ПСК» денежных средств должника, поступивших от агента общества «КРЦ-Прикамье» в сумме 1 733 152 руб. 52 коп., при этом заявитель отмечает, что удержание данных средств обществом «ПСК» причиняет имущественный вред кредиторам должника. В отношении неденежных форм расчетов ФИО2 указывает, что, из расчетов общества «ПСК» усматривается прекращение зачетом обязательств по счету-фактуре от 31.10.2014 № 3500523335 на сумму 1 720 882 руб. 83 коп., а также предполагает, что, поскольку приказом общества «ПСК» от 30.03.2012 № 39 по сроку исковой давности списана задолженность на сумму 846 481 руб. 42 коп., то, исходя из даты списания, задолженность образовалась не позднее 30.03.2009 и представляет собой долг за 2008 год, который, соответственно, отсутствует. Касательно денежных средств, полученных обществом «ПСК» от службы судебных приставов, заявитель указывает, что в данной части эксперт при расчетах исходил из перечисленных обществу «ПСК» денежных средств в сумме 5 283 100 руб. 17 коп., тогда как представленным в материалы дела письмом от 19/02-2016 № 71000-08-02-3/24 подтверждается, что обществом «ПСК» по состоянию на 31.03.2015 от службы судебных приставов было получено 12 691 446 руб. 20 коп. Заявитель полагает, что, исходя из изложенных обстоятельств, принимая во внимание полученные и не учтенные платежи от службы судебных приставов и завышение суммы счетов-фактур, сальдо расчетов даже без учета прямых оплат населения составляет 36 174 145 руб. 94 коп., не принятых обществом «ПСК», являющихся имуществом должника и подлежащих возврату ему в качестве применения последствий недействительных сделок по распоряжению имуществом должника. По мнению ФИО2, расчеты с потребителями исследованы экспертом не в полном объеме по причине непредоставления неоднократно запрошенной достаточной документации со стороны ответчиков, что свидетельствует о сокрытии ими достоверных сведений о полученных от населения денежных средств и является основанием для возложения на них рисков несовершения соответствующих процессуальных действий, при том, что ответчики не представили доказательства того, что истребуемые у них сведения отсутствуют или были правомерно уничтожены, тогда как суды данные обстоятельства не учли, пришли к необоснованному выводу об отсутствии злоупотреблений со стороны ответчиков, не рассмотрели все фактические обстоятельства спорных сделок и уклонились от исследования представленных доказательств в отношении, в частности, прямых платежей населения без конкретизации вида коммунальных услуг и персональных данных, от установления обстоятельств учета ответчиками платежей, получаемых из разных источников, в своих расчетах с должником. 

ФИО2 также не согласен с выводами судов о непринятии им как руководителем должника мер по выявлению установленных экспертом фактов, при том, что в рамках уголовного дела им была представлена большая часть доказательств незаконного поведения ответчиков, документов как самого должника, так и его агентов, договоров цессии, актов зачетов и т.п., а кроме того им проводились меры по сверке расчетов между обществом «ПСК» и населением, при этом на момент принятия решения суда по делу № А50-17808/2015 руководителем должника являлся не ФИО2, а конкурсный управляющий, что судами не учтено. Заявитель считает, что судами не были исполнены указания суда кассационной инстанции, данные при направлении настоящего спора на новое рассмотрение.

В своей кассационной жалобе ФИО3 указывает, что суд первой инстанции, отметив, что кредиторы оспаривают взаимосвязанные сделки по необоснованному завышению обществом «ПСК» стоимости поставленных ресурсов, их объема, получению оплат за фактически не поставленные ресурсы, рассмотрел сделку, требование о признании которой недействительной кредиторы не подавали, поскольку в данном случае оспаривались сделки по распоряжению обществом «ПСК» полученными, но не принятыми в качестве оплаты по договорам за поставленные ресурсы денежными средствами должника в сумме 87 231 889 руб. 04 коп., и соответствующие оспариваемые сделки по существу судом не рассмотрены, обстоятельства их совершения не установлены, при этом заявитель настаивает на том, что в данном случае кредиторами был избран надлежащий способ защиты права.

Как указывает заявитель по результатам проведенной в рамках настоящего спора экспертизы установлено, что обществом «ПСК» поставлено ресурсов на сумму 771 675 448 руб. 86 коп., а должником оплачено ресурсов на сумму 769 189 242 руб. 42 коп., из чего следует, что задолженность должника перед обществом «ПСК» составляет не более 2 486 206 руб. 44 коп., суд первой инстанции, в компетенции которого было определение итогового сальдо расчетов, установил, что ресурсов поставлено/предъявлено на сумму 773 101 972 руб. 67 коп., из которых обществом «ПСК» получено оплат на сумму 769 966 404 руб. 51 коп., с учетом чего итоговое сальдо расчетов составляет 3 135 568 руб. 16 коп. в пользу общества «ПСК», тем не менее суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности вывести итоговое сальдо расчетов из-за отсутствия за давностью событий документов о входящем, начальном сальдо, что с позиции кастора противоречит установленным обстоятельствам и доказательствам по делу; поскольку договоры поставки, исследовавшиеся за период с 01.01.2008 по 2015 год, заключены 01.01.2008, то входящее сальдо могло быть только нулевым, при этом заявитель отмечает, что давность событий не может быть положена в основу отказа кредиторам в удовлетворении их требований, при том, что ответчики в ходе рассмотрения дела о невозможности представления каких-либо документов не заявляли, на их утрату не ссылались.

По мнению подателя жалобы, суды, делая вывод о добросовестности общества «ПСК», не дали оценку обстоятельствам неоднократного представления им суду в подтверждение задолженности в сумме 51 444 564 руб. 91 коп. документов бухгалтерского учета, в которых, исходя из соотношения с результатами экспертизы, не учтено по крайней мере 48 008 544 руб. 13 коп. платежей должника, не принятых в качестве оплат по договорам поставки ресурсов и не возвращенных должнику, на стороне которого формировалась искусственная задолженность, затем включенная в реестр, что, как полагает заявитель, является злоупотреблением правом со стороны общества «ПСК» и свидетельствует о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными. 

Заявитель ссылается на неправомерное применение судом в данном случае срока исковой давности в отсутствие заявления о его пропуске со стороны надлежащих лиц – ответчиков, тогда как о пропуске срока исковой давности было заявлено конкурсным управляющим должником, не являющимся ответчиком, а также считает необоснованным вывод суда о пропуске кредиторами срока исковой давности, мотивированный тем, что кредиторы должника должны были знать об оспариваемых сделках с момента их совершения так же, как поддержавший их позицию руководитель должника, при этом заявитель отмечает, что при первоначальном рассмотрении спора апелляционный суд признал срок исковой давности не пропущенным кредиторами, и его выводы были поддержаны кассационным судом.

Как полагает заявитель, апелляционный суд не устранил допущенные судом первой инстанции нарушения, при этом также не рассмотрел требования кредиторов к обществу «КРЦ-Прикамье», а кроме того, в отсутствие соответствующих доводов со стороны ответчика сделал необоснованный вывод об утрате документов по объемам поставок в связи с давностью событий и необоснованно положил его в обоснование отказа в признании сделок недействительными, не указал какие документы утрачены, не привел соответствующие доказательства, тогда как до назначения экспертизы общество «ПСК» представило сведения о поставке ресурсов на 773 101 972 руб. 65 коп.

Приложенный ФИО3 к кассационной жалобе - Свод начислений и оплат должника за коммунальные услуга за период с января 2008 по март 2015 года судом округа не принимается и к материалам кассационного производства не приобщается в силу положений статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Указанный документ подлежат возврату лицу, его представившему.

Поступившие 14.06.2022 и 17.06.2022 в Арбитражный суд Уральского округа отзывы обществ «КРЦ-Прикамье» и «Т Плюс» судом округа не принимаются, так как к ним в нарушение абзаца 2 пункта 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не приложены доказательства заблаговременного направления (вручения) копий отзывов другим лицам, участвующим в деле, при этом возвращению на бумажном носителе данные отзывы не подлежат, так как представлены в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «ЖУК» (принципал) и обществом «КРЦ-Прикамье» (агент) заключен агентский договор от 01.09.2013 № 51/2013, по условиям которого агент обязался оказать принципалу услуги по расчету начислений за коммунальные услуги, ведению лицевых счетов потребителей услуг, формированию платежных документов и приему платежей за коммунальные услуги, включая штрафные санкции. Вознаграждение агента составляло 0,1% от суммы принятых денежных средств.

Многочисленными судебными актами установлено, что общество «ПСК» осуществляло поставку коммунальных ресурсов (тепла и горячей воды) в дома, находившиеся под управлением общества «ЖУК». В связи с поставкой ресурсов расчеты между обществом «ЖУК» и обществом «ПСК» производились, в том числе, в рамках агентского договора от 01.09.2013 № 51/2013 с участием общества «КРЦ-Прикамье».

Определением арбитражного суда от 04.09.2015 принято заявление общества «ЖилБытСервис» о признании общества «ЖУК» банкротом; решением арбитражного суда от 29.09.2015 заявление признано обоснованным, общество «ЖУК» признано банкротом с открытием конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.

В ходе собрания кредиторов общества «ЖУК» 10.12.2018 его бывший руководитель ФИО2 обратился к конкурсному управляющему ФИО9 с требованием принять от него компакт-диск со сведениями, касающимися деятельности должника.

После отказа управляющего принять диск в ходе собрания и назначении для этого отдельного времени ФИО2 передал компакт-диск и акт приема-передачи документов от 10.12.2018 (подписанный ФИО2, но не подписанный ФИО9) представителю конкурсного кредитора общества «ЖилБытСервис».

Заявители по обособленному спору – конкурсные кредиторы общество «ЖилБытСервис» и общество «Гриф», проанализировав содержание электронных документов на компакт-диске, утверждают, что в период с 01.09.2013 по 30.04.2016 из причитающихся должнику средств в адрес общества «ПСК» за поставленное тепло перечислено 147 547 782 руб. 90 коп., в адрес общества «КРЦ-Прикамье» на основании агентского договора - 13 030 132 руб. 91 коп.

В связи с этим общества «ЖилБытСервис» и «Гриф», полагая, что полученными ими материалами подтверждается незаконное получение, удержание и присвоение обществами «ПСК» и «КРЦ-Прикамье» причитающихся должнику денежных средств, обратились в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями о признании соответствующих сделок недействительными.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

В соответствии с положениями статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки могут быть признаны недействительными как по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве, так и в соответствии с гражданским законодательством.

Совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам сделка, может быть признана судом недействительной, если она совершена в течение трех  лет до принятия заявления о банкротстве должника (после его принятия) и в результате ее совершения причинен такой вред, а другая сторона сделки знала о данной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом или если она знала (должна была знать) об ущемлении интересов кредиторов должника или о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред такой вред; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе, если после сделки по передаче имущества должник продолжал пользоваться и (или) владеть данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы этого имущества.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

При этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных и преференциальных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14)).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершены с целью прикрытия других сделок, в том числе сделок на иных условиях (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации); проверка действительности сделки применительно к указанным основаниям осуществляется судом по принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обращаясь с рассматриваемым требованием, заявители указывали, что перечисление спорных платежей осуществлялось непосредственно на счета общества «ПСК», которое не признавало их как оплату по договорам поставки, также денежные средства частично без каких-либо оснований оставались у общества «КРЦ-Прикамье», которое, будучи платежным агентом должника, необоснованно удерживало собранные за должника денежные средства, при этом информация об оплате должником при расчете задолженности обществом «ПСК» умышленно скрывалась, что, по мнению заявителей, свидетельствуют о недействительности сделок и явилось основанием для обращения с настоящими заявлениями для целей проверки взаимоотношений должника, являющегося управляющей компанией, его агента, осуществляющего сбор и аккумулирующего плату населения, ее распределения, и ресурсной организацией на предмет недействительности как по правилам Закона о банкротстве, так и по общим положениям гражданского законодательства.

Таким образом суды, вопреки доводам кассационных жалоб, верно определив существо заявленных требований, правомерно исходили из того, что специфика рассматриваемых взаимоотношений заключается в совокупности (комплексе) юридических и фактических действий: оплата услуг производится населением через агента, для такого вида оплаты характерны неоднородные поступления (длительная неоплата долгов населения и т.д.), фактическое потребление, сезонность, перерасчет потребления, сложное распределение средств между управляющей организацией, которая является заказчиком услуг, и ресурсной организацией: в каких-то случаях агент напрямую перечисляет денежные средства ресурсной организации, полученные от населения, в других - управляющей организации, оплата услуг непосредственно агента.

В отношении общества «ЖУК» как управляющей организации и общества «КРЦ-Прикамье» как агента суды правомерно руководствовались тем, что их взаимоотношения регулируются положениями статей 1005 - 1011 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также соответствующим агентским договором № 51/2013 от 01.09.2013 в редакции последующих дополнительных соглашений, согласно которым агент обязуется выполнить комплекс фактических и юридических действий по сбору, аккумуляции и перераспределению средств, поступивших от населения.

Статьей 1008 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора.

Если агентским договором не предусмотрено иное, к отчету агента должны быть приложены необходимые доказательства расходов, произведенных агентом за счет принципала.

Принципал, имеющий возражения по отчету агента, должен сообщить о них агенту в течение тридцати дней со дня получения отчета, если соглашением сторон не установлен иной срок. В противном случае отчет считается принятым принципалом.

Указанная обязанность предоставления отчетов обусловлена необходимостью проверки и контроля со стороны принципала действий агента.

Что касается взаимоотношений с энергоресурсной организацией, то в данной части суды верно указали, что их спецификой является то, что в силу статьи 544 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. Порядок расчетов за энергию определяется законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что на протяжении всего спора кредиторы указывали, что из имеющихся у должника документов с учетом того, что помимо названного агента – общества «КРЦ-Прикамье» должник привлекал и иных агентов: общества с ограниченной ответственностью «Пермский коммунальный союз», акционерного общества «ВЦ Инкомус» (далее – общества «Пермский коммунальный союз», «ВЦ Инкомус»), в отсутствие необходимых отчетов агента не представляется возможным соотнести периоды и объем поступлений средств граждан с объемом поставляемых ресурсов и их оплатой, за какие периоды произведена оплата, за какие имеется задолженность, за какие периоды производилась в качестве оплаты услуг поставщика передача (уступка права) задолженности потребителей коммунальных услуг (пункт 3.1.2.5 агентского договора), в связи с чем, имеются разумные сомнения в наличии встречного предоставления в пользу должника в заявленном объеме, а с учетом сведений о осуществленных перечислениях имеется сальдо в пользу должника.

С учетом изложенных доводов суды верно определили, что значимым для разрешения настоящего спора являлось установление следующих обстоятельств: объема и стоимости коммунальных ресурсов, поставленных (отпущенных) в многоквартирные дома, находившиеся в управлении должника, суммы денежных средств, собранных с населения и фактически перечисленных ресурсоснабжающей организации ее агентами, определение в какой период времени кто из агентов (общества «КРЦ-Прикамье», «Пермский коммунальный союз», «ВЦ Инкомус») осуществлял такие перечисления, указанные обстоятельства включили в предмет исследования.

Для установления вышеуказанных обстоятельств в рамках настоящего спора назначено проведение судебно-бухгалтерской экспертизы (определение от 19.06.2020), порученной эксперту ФИО11, сотруднику федерального бюджетного учреждения «Пермская лаборатория судебной экспертизы», в связи с которой проведены многочисленные судебные заседания для разрешения ходатайств эксперта и лиц, участвующих в деле, об истребовании и предоставлении экспертам дополнительных документов, которые удовлетворялись и исполнялись по мере наличия документов, тогда как часть документов не могла быть представлена за давностью прошедшего времени.

По результатам проведенной экспертизы в материалы дела 21.10.2021 поступило экспертное заключение от 20.10.2021 № 1655/06-3/20-46, содержащее следующие выводы.

По вопросу о размере начислений, произведенных обществом «ПСК» за тепловую энергию, поставленную в многоквартирные дома, находящиеся в управлении общества «ЖУК», эксперт, исследовав весь массив представленных документов поставщика общества «ПСК», предъявленных должнику к оплате за поставленную тепловую энергию, сведя данные в таблицы, пришел к выводу о том, что согласно представленным документам должнику за период с 01.01.2008 по 31.05.2020 предъявлено к оплате 761 736 706 руб. 06 коп., при этом отметил, что среди исследованных документов к оплате имеются «спорные» счета-фактуры на общую сумму 100 519 914 руб. 40 коп., из которых экспертом приняты 99 093 390 руб. 59 коп., исходя из чего отклонение составило 1 426 523 руб. 81 коп. 

Относительно вопроса о размере начислений, произведенных обществом «ПСК» за горячую воду, поставленную в многоквартирные дома, находящиеся в управлении общества «ЖУК», эксперт, исследовав весь массив представленных документов поставщика общества «ПСК», предъявленных должнику к оплате за поставленную горячую воду, сведя данные в таблицы, пришел к выводу о том, что согласно представленным документам должнику за период с 01.01.2008 по 31.05.2020 предъявлено к оплате 11 365 266 руб. 61 коп.

По вопросам о поступивших в адрес общества «ПСК» денежных средствах эксперт, исследовав весь массив первичных документов, отражающих поступление денежных средств на банковские счета общества «ПСК», сведя данные в таблицы, пришел к выводу о том, что за период с 01.01.2008 по 31.12.2016 в общество «ПСК» от должника поступили денежные средства на сумму 357 054 668 руб. 13 коп.; за этот же период посредством неденежной формы расчетов произведена оплата на сумму 32 737 523 руб. 63 коп.; за тот же период посредством прямых оплат от потребителей поступило 339 руб. 40 коп. от ФИО12 по договору № 201272055 (платеж от 27.07.2015), при этом эксперт указал на невозможность определения достоверной суммы, полученной от конечных потребителей ввиду отсутствия банковских выписок за период с 2008 по 2012 годы; от службы судебных приставов за период с 01.01.2013 по 31.05.2020 было перечислено 5 283 100 руб. 17 коп.; от общества «КРЦ-Прикамье» за должника за период с 01.09.2013 по 31.05.2020 поступили денежные средства в сумме 168 528 375 руб. 75 коп.; от общества «Пермский коммунальный союз» за должника за период с 27.06.2011 по 31.05.2020 поступило 203 183 124 руб. 81 коп.; от общества ВЦ «Инкомус» за период с 01.01.2013 по 31.05.2020 поступило за должника 2 208 256 руб. 65 коп.; от общества с ограниченной ответственностью РКЦ «Комус» за период с 01.01.2013 по 31.05.2020 перечислено 971 015 руб. 97 коп.; от общества с ограниченной ответственностью «Инкомус-ФТ» денежные средства не поступали. Всего поступило денежных средств на сумму 769 966 404 руб. 51 коп.

По вопросу о том, каково сальдо расчетов между обществами «ПСК» и «ЖУК» за коммунальные ресурсы, поставленные в период с 01.01.2008 по 31.12.2016, эксперт указал на невозможность установления сальдо расчетов между сторонами по причинам отсутствия полного объема первичных документов, а также ввиду отсутствия сведений о сальдо расчетов по состоянию на 01.01.2008.

Приняв во внимание изложенное, проверив обоснованность позиции кредиторов, ссылающихся на недобросовестные действия ответчиков по распоряжению полученными за поставку коммунальных ресурсов денежными средствами должника, которыми причинен вред должнику в условиях злоупотребления правом, и, по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, в том числе указанного заключения эксперта от 20.10.2021 № 1655/06-3/20-46, установив, что за исследуемый в рамках настоящего спора период документально подтвержден факт поставки должнику коммунальных ресурсов на сумму 773 101 972 руб. 67 коп., и за этот же период подтверждена оплата на общую сумму 769 966 404 руб. 51 коп, при этом исходя из того, что ввиду давности событий, а также в отсутствие сведений о начальном сальдо по состоянию на 2008 г., в данном случае не представилось возможным, в том числе в рамках проведенной экспертизы, установить сальдо расчетов между должником и ответчиками, ввиду непредставления в исчерпывающем объеме необходимых сведений, факт отсутствия которых, с учетом периода, на исследовании которого настаивали заявители (с 2008 года), за который часть бухгалтерских документов была правомерно утрачена (статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»), носит объективный характер и сам по себе не свидетельствует о злоупотреблении, допущенном с чьей-либо стороны, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела, в том числе об отсутствии соответствующих выводов в заключении эксперта, недобросовестных действий ответчиков по распоряжению денежными средствами должника.

При этом, по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, приняв во внимание, что оспаривание сделок кредиторами в данном случае фактически направлено на пересмотр всей многолетней истории отношений должника с основным поставщиком коммунальных ресурсов и платежным агентом должника, и так, в частности, спорные счета-фактуры (таблица 1.8 приложения к экспертному заключению) выставлены в период с января 2009 года по июль 2015 года, ввиду чего в настоящее время, по прошествии временного периода от 6 до 12 лет после выставления соответствующих документов к оплате, частичного отсутствия документов в связи с истечением срока их хранения, отсутствует объективная возможность безусловно восстановить указанные события и выяснить, какой объем коммунальных ресурсов был тогда фактически поставлен в дома, находившиеся на обслуживании должника, при этом учитывая, что факт наличия спорных счетов-фактур, тем не менее, исследован экспертом, ему дана экспертная оценка, и основной объем спорных счетов-фактур, на сумму 99 093 390 руб. 59 коп. из 100 519 914 руб., признан экспертом выставленными обоснованно, а доказательства иного не представлены, и оснований для иных выводов из материалов дела не усматривается, суды признали, что с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела указанная установленная экспертом сумма не опровергает общий вывод об отсутствии в данном случае явных злоупотреблений со стороны ответчиков, в то время как иное не доказано.

Доводы заявителей о том, что основания для признания сделок недействительными следуют из отдельных ответов эксперта на поставленные перед ним вопросы, и из простых арифметических подсчетов усматривается наличие оснований для признания сделок недействительными, являлись предметом оценки судов и были мотивированно отклонены как несостоятельные, так как соответствующие расчеты ввиду отсутствия на момент проведения экспертизы всех необходимых документов носят лишь приблизительный характер, и, в частности, по причинам отсутствия полного объема первичных документов, а также отсутствия сведений о сальдо расчетов по состоянию на 01.01.2008, эксперту не удалось установить сальдо расчетов между сторонами, в то время как установление экспертом сумм неполного встречного предоставления по договорам энергоснабжения в рамках отдельных поставленных перед ним вопросов еще не означает, что отсутствовали иные документы по правоотношениям сторон, которые не были доступны эксперту в силу большой длительности исследуемого периода. При этом суды исходили их отсутствия оснований полагать, что эксперту были представлены не все доступные сторонам обособленного спора документы, так как ответчики заинтересованными по отношению к должнику лицами не являются и длительное время стабильно осуществляют свою деятельность по поставке ресурсов, оказанию услуг.

Вопреки доводам кассаторов, эксперт не анализировал начисления и оплаты за весь период действия договоров; ввиду отсутствия части сведений начисления на общую сумму 761 736 706 руб. 06 коп. установлены по договору № 11-62П за период с октября 2008 по декабрь 2009 год, по договору № 8-8199 за период с ноября 2008 по февраль 2016 года, по договору № 8-8198 с сентября 2008 по декабрь 2011, по договору  № 40-410 за период с сентября 2008 по марта 2015, по договору № 61-4292 за период с января 2008 по июнь 2015года, по договору № 6-5873 с ноября 2008 по март 2015 года, по договору № 64-5005 за период с января 2014 по март 2015 год.

Кроме того, суды в данном случае правомерно руководствовались тем, что заключение эксперта является лишь одним из доказательств по делу (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в силу положений пунктов 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы и оценивается наряду с другими доказательствами, исходя из чего, оценив заключение судебной экспертизы наряду с иными доказательствами и установленными по спору фактическими обстоятельствами, признали недоказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие со стороны ответчиков явных злоупотреблений, которые могли послужить основанием для признания сделок недействительными.

Помимо изложенного, судами в данном случае также правомерно учтено, что оспариваемые платежи, в том числе производились в рамках обычной основной деятельности должника в счет оплаты за поставленные коммунальные ресурсы, которые фактически поставлялись должнику и оплачивались из средств, собранных от собственников помещений регулярно на протяжении всего спорного периода, тогда как иное не доказано и из материалов дела не следует.

Помимо прочего суды пришли к выводу, что позиция заявителей в том числе по сути сводится к попытке ревизии и преодоления обязательности вступивших в законную силу судебных актов по иным делам, в рамках которых с должника взыскана задолженность (по делам №№А50-14303/2014, А50-15797/2014, А50-25022/2014, А50-12341/2014, А50-9850/2013, А50-4466/2015, А50-23837/201, А50-21370/2014, А50-26947/2014, А50-5590/2015, А50-17808/2015), что само по себе недопустимо в силу части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а кроме того правовой интерес заявителей фактически сводится не к оспариванию сделок, а к возврату с ответчиков излишне полученного, по их мнению, финансирования, что предполагает возможность пересмотра под видом конкурсного оспаривания неограниченного количества правоотношений в отсутствие каких-либо ограничительных сроков, что, как справедливо отмечено судами, подрывает основы гражданского оборота.

Судами также принято во внимание, что лицом, способствовавшим инициированию настоящего обособленного спора, является бывший руководитель и участник должника, а с момента принятия решения о ликвидации юридического лица (регистрационная запись ГРН 2155958568775 от 15.07.2015) – также его ликвидатор ФИО2, как указано выше, передавший компакт-диск и акт приема-передачи документов от 10.12.2018 (подписанный ФИО2, но не подписанный ФИО9) представителю конкурсного кредитора общества «ЖилБытСервис», который в свою очередь, проанализировав содержание электронных документов на компакт-диске, обратился с заявлением о признании сделок недействительными.

При таких обстоятельствах суды в данном случае справедливо отметили, что, если в течение деятельности должника и имели место оспариваемые обстоятельства оплаты коммунальных ресурсов, то они должны были быть своевременно установлены самим ФИО2, который должен был своевременно на них отреагировать, урегулировать споры с поставщиком ресурсов, в случае необходимости – инициировать судебное разбирательство, однако, таких действий не предпринимал, тогда как задолженность перед обществом «ПСК» регулярно взыскивалась с общества «ЖУК» в судебном порядке. 

В данной связи апелляционный суд, проверив обоснованность доводов о том, что срок давности при обращении в суд с заявлением о признании сделок недействительными не пропущен, и признав их заслуживающими внимания, поскольку кредитор общество «ЖилБытСервис» мог узнать о возможном нарушении его прав только после получения информации о спорных сделках после передачи ему документов по акту приема-передачи от 10.12.2018, в то же время верно указал, что данное обстоятельство не является основанием для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции, так как вышеизложенные выводы суда не опровергает.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы кассационных жалоб судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права Приведенные заявителями в кассационных жалобах доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, её обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов. По сути, доводы кассационных жалоб выражают несогласие кассаторов с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). 

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судами в полной мере исследованы все представленные сторонами доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц. Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Судами правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку, при том, что оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного судебные акты отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражный суд Пермского края от 23.12.2021 по делу№ А50-17860/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийО.Э. Шавейникова 

СудьиН.А. Артемьева 

Е.А. Павлова