973/2020-226046(1) 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-44141/2020

Дело № А40-230905/16

г. Москва

12 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2020 года Постановление изготовлено в полном объеме 12 октября 2020 года Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи В.В. Лапшиной, судей И.М. Клеандрова, А.Н. Григорьева при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Академия  Матуры» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 29 июля 2020, о признании  

недействительным Договора № 1 от 22.08.2016, заключенный между Частным 

профессиональным образовательным учреждением «Первая Европейская гимназия  Петра Великого» и ООО «Академия Матуры»; признании недействительной сделкой  

совершенную между ООО «Финансовое партнерство» и ООО «Академия Матуры»  передачу прав собственности на ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра  

Великого», оформленную договором № 1 от 24.08.2016; Применении последствий  недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Академия Матуры» 1 550 335  руб.; - взыскания с ООО «Академия Матуры» 75 425 000 руб.  

по делу № А40-230905/16 о банкротстве ООО «Финансовое партнерство»  при участии в судебном заседании:  

от ООО «Академия Матуры» - ФИО2, дов от 01.10.2020 

от ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого» - ФИО3 дов от  01.03.19  

от к/у ООО «Финансовое партнерство» - ФИО4 дов от 15.08.2020  Иные лица не явились, извещены.  

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.10.2017 в отношении  должника ООО «Финансовое партнерство» открыто конкурсное производство сроком  на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5 (ИНН  

<

***>).  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего ООО «Финансовое партнерство» ФИО5, с учетом последующих  уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ, о признании недействительным Договора № 1 от  22.08.2016 с участием ООО «Академия Матуры», а также сделки между ООО  «Финансовое партнерство» и ООО «Академия Матуры» по передаче прав  собственности на ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого»,  оформленную договором № 1 от 24.08.2016.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29 июля 2020 года признан  

недействительным Договор № 1 от 22.08.2016, заключенный между Частным  профессиональным образовательным учреждением «Первая Европейская гимназия  Петра Великого» и ООО «Академия Матуры»; Признан недействительной сделкой  совершенная между ООО «Финансовое партнерство» и ООО «Академия Матуры»  передача прав собственности на ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра  Великого», оформленную договором № 1 от 24.08.2016; Применены последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Академия Матуры» 1 550 335  руб., взыскания с ООО «Академия Матуры» 75 425 000 руб.  

От ответчика ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого»  поступил отзыв на апелляционную жалобу.  

От апеллянта поступили дополнения к апелляционной жалобе. 

Дополнения к апелляционной жалобе не принимаются судом апелляционной  инстанции и подлежат возврату заявителю, поскольку нормами действующего  процессуального законодательства не предусмотрена возможность представления  дополнений к жалобе.  

При этом указанные дополнения поданы за пределами установленного законом  срока для обжалования определения.  

Поскольку дополнения поданы в электронном виде, в соответствии с  разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 10  постановления Пленума от 26.12.2017 N 57, фактическому возврату не подлежат.  

Апеллянт ходатайствовал о назначении повторной судебной экспертизы и  привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Траектория».  

Апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства  о назначении судебной экспертизы.  

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются  одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.  

Вопрос о необходимости проведения повторной экспертизы согласно статьям 82  и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к  компетенции суда, разрешающего дело по существу.  

Повторная экспертиза назначается в случае возникновения сомнений в  обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта.  

Арбитражный апелляционный суд, рассмотрев ходатайство апеллянта, не  установил наличие оснований для его удовлетворения, учитывая наличие в материалах  дела экспертного заключения, полученного в рамках проведения судебной экспертизы,  признанного судом достоверным и допустимым доказательством по делу.  

Сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в  выводах эксперта не установлено.  

Заявляя данное ходатайство, апеллянт указывает на несогласие с выводами  эксперта, однако такие доводы сами по себе не являются достаточными основаниями  для назначения повторной судебной экспертизы по правилам части 2 статьи 87  Арбитражного процессуального  

Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие  самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на  стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается  рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт  может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они  могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по  инициативе суда.  

Суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства о привлечении  ООО «Траектория» к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  

самостоятельных требований на предмет спора, поскольку указанное лицо уже  привлечено к участию в споре в качестве соответчика.  

Более того, при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции  ходатайство о привлечении третьего лица не может быть заявлено.  

Представители апеллянта, ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра  Великого» поддержали доводы апелляционной жалобы.  

Представитель конкурсного управляющего должника возражал по доводам  апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте  слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1  статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на  официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба  рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив  имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной  жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного  акта не имеется в силу следующего.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  согласно выписке из ЕГРЮЛ, Должник является учредителем Частного  образовательного учреждения «Центр образования «Первая Европейская гимназия  Петра Великого» (ИНН 

<

***>) (далее - Учреждение).  

Директором Учреждения является ФИО6, которая являлась  генеральным директором Должника и его участником.  

Учреждение было создано на основании решения учредителя № 1 от 19.04.2012  г. и зарегистрировано в качестве юридического лица 09.07.2012.  

На основании решения собственника № 1 от 20.02.2017 в Устав Учреждения  были внесены очередные изменения, зарегистрированные 17.05.2017.  

Согласно новому Уставу собственником имущества Учреждения является ООО  «Академия Матуры» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), все полномочия по  управлению Учреждением отнесены к компетенции нового собственника имущества  Учреждения.  

Указанный переход прав оформлен Договором № 1 от 22.08.2016г.,  заключенный между Учреждением (в лице представителя по доверенности или и.о.  директора ФИО7) и ООО «Академия Матуры» (в лице генерального  директора ФИО6, она же являлась директором Учреждения).  

Предметом Договора являлась продажа движимого имущества Учреждения  (согласно перечню в Приложении № 1 к Договору), закрепленного за Учреждением на  праве оперативного управления.  

Согласно п. 1.2 Договора продаваемое имущество было приобретено  Учреждением на доходы от уставной деятельности.  

Стоимость продаваемого имущества определена сторонами в размере 395 200  руб., которые подлежат перечислению на счет ООО «Финансовое партнерство».  Передача имущества осуществляется в течение 3 дней с даты подписания Договора (п.  2.1) с последующей передачей имущества в оперативное управление Учреждению (п.  8.2 Договора).  

Согласно п. 8.2 Договора в связи с продажей имущества к ООО «Академия  Матуры» переходят права высшего органа управления Учреждением.  

Как следует из положений абз. 2 п. 1 ст. 123.21 ГК РФ и подтверждается  Договором, Учреждение не являлось собственником продаваемого имущества, право  собственности на соответствующее имущество принадлежало ООО «Финансовое  партнерство».  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что заключая Договор,  Учреждение и ООО «Академия Матуры» совершили сделку с имуществом Должника.  

Должник назван в Договоре выгодоприобретателем, которому покупатель  уплачивает цену, определенную Договором в размере 395 200 рублей (п. 3.1-3.3  Договора).  

Кроме того, по запросу Суда Управление Минюста по Московской области  предоставило копию договора купли-продажи № 1 от 24.08.2016 и решение № 3  единственного учредителя от 24.08.2016 о внесении изменений в устав Гимназии в  связи с переходом права собственности на имущество, закрепленное за Гимназией.  

Представленный договор заключен между ООО «Финансовое партнёрство (в  лице генерального директора ФИО6) и ООО «Академия Матура» (в лице  представителя по доверенности ФИО8).  

По условиям Договора в собственность покупателя передается имущество,  указанное в приложении № 1, по цене, согласованной и отраженной в Приложении № 2.  

 Ссылаясь на то, что с учетом уплаты ООО «Академия Матуры» денежных  средств на счет Должника по договору № 1 от 22.08.2016, а также принятия ООО  «Академия Матуры» решения собственника № 1 от 20.02.2017 г. и внесения изменений  в Устав Учреждения, согласно которым собственником имущества - контролирующим  лицом Учреждения является ООО «Академия Матуры», конкурсный управляющий  полагая, что имеются основания для признания Договора № 1 от 22.08.2016 об  отчуждении принадлежащего Должнику имущества в пользу ООО «Академия  Матуры»; Сделки по переходу права собственности на Учреждение от Должника к  ООО «Академия Матура», недействительными, обратился в суд с настоящими  требованиями по ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции согласился с доводами заявителя и признал  оспариваемые сделки недействительными на основании положений ст. 61.2 Закона о  банкротстве, ст.ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Апелляционный суд, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника банкротом  принято судом 24.11.2016, оспариваемые сделки совершены 22.08.2016 и 24.08.2016,  т.е. в годичный и трехлетний периоды подозрительности, установленные ст. 61.2  Закона о банкротстве.  

Согласно абз. 4 п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 при  определении соотношения п. п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит  исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение  одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого  заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных  в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств,  определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не  требуется (п. 9). В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие  обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона сделка, совершенная должником в течение  одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия  указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при  неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том  числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для  

должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в  сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная  сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если  рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию,  указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания  сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие  обстоятельства:  

- сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом  подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского  оборота);  

 - неравноценное встречное исполнение обязательств. 

Как установлено судом первой инстанции, предметом Договора № 1 от  22.08.2020 являлась продажа движимого имущества Учреждения (согласно перечню в  Приложении № 1 к Договору), закрепленного за Учреждением на праве оперативного  управления.  

Указанный договор был заключен между Учреждением (в лице представителя  по доверенности или и.о. директора ФИО7) и ООО «Академия Матуры» (в  лице генерального директора ФИО6, она же являлась директором  Учреждения).  

Согласно п. 1.2 Договора продаваемое имущество было приобретено  Учреждением на доходы от уставной деятельности. Стоимость продаваемого  имущества определена сторонами в размере 395 200 руб.  

Как указывал конкурсный управляющий, ООО «Академия Матуры» за  проданное по Договору № 1 от 22.08.2016 имущество уплатило Должнику 395 200 руб.,  при этом стоимость имущества, которое не было выявлено по итогам инвентаризации,  превышает 30 млн.руб.  

В связи с возникновением спора относительно стоимости переданного  имущества, определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.01.2019 была назначена  судебная экспертиза по вопросу оценки рыночной стоимости имущества.  

Проведение экспертизы поручено ИП ФИО9 На разрешение эксперта  были поставлены следующие вопросы: - Определить рыночную стоимость имущества,  поименованного в приложении № 1 к договору № 1 купли-продажи имущества,  находящегося в оперативном управлении от 22.08.2016 по состоянию на дату  заключения договора (22.08.2016)); - Определить рыночную стоимость права  собственности на Частное общеобразовательное учреждение «Центр образования  «Первая Европейская гимназия Петра Великого» (ИНН 

<

***>) по состоянию на  24.08.2016.  

 Согласно поступившему в материалы дела экспертному заключению, рыночная  стоимость имущества, поименованного в приложении № 1 к договору № 1 купли- продажи имущества, находящегося в оперативном управлении от 22.08.2016 по  состоянию на дату заключения договора (22.08.2016) составила 1 945 535 руб.  Рыночная стоимость права собственности на Частное общеобразовательное  учреждение «Центр образования «Первая Европейская гимназия Петра Великого»  (ИНН 

<

***>) по состоянию на 24.08.2016 составляла округленно 75 425 000 руб. (  т. 8 л.д. 120).  

Таким образом, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что Учреждение  и ООО «Академия Матуры» совершили сделку с имуществом Должника стоимостью  более 1 945 535 руб., встречным предоставлением по которой было 395 200 рублей.  

Доказательства соответствия указанной в Договоре цены имущества ее  рыночной стоимости ответчики не предоставили.  

На основании изложенного суд первой инстанции верно пришел к выводу о  неравноценности Договора № 1 от 22.08.2016 об отчуждении принадлежащего  Должнику имущества в пользу ООО «Академия Матуры» и признании его  недействительным по ч. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Доводы апелляционной жалобы ООО «Академия Матуры» о несогласии с  заключением эксперта были предметом рассмотрения суда первой инстанции и  правомерно отклонены.  

Несогласие ответчика с результатами экспертного исследования само по себе не  влечет недействительности заключения, а также необходимости проведения повторной  экспертизы.  

Как верно установил суд первой инстанции, экспертное заключение  соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»,  содержит сведения об эксперте (имя, отчество, образование, специальность, стаж  работы), оценку результатов исследования и обоснование выводов по поставленным  вопросам, подпись эксперта удостоверена печатью. Указание ответчика на то, что  эксперт, будучи индивидуальным предпринимателем, не мог сам себя предупредить об  уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, судом отклоняется,  поскольку в определении о назначении судебной экспертизы суд предупредил эксперта  о такой ответственности.  

Кроме того, на стадии рассмотрения вопроса о назначении судебной экспертизе  и выборе эксперта ответчик не отклонил кандидатуру ИП ФИО9 на том  основании, что он является индивидуальным предпринимателем и уровень его знаний  не соответствует для назначения его экспертом, в связи с чем заявленные доводы об  этом, а также а том, что у эксперта отсутствуют познания к юриспруденции и  бухгалтерском учёте, судом отклоняются как заявленные после того как эксперт  представил в суд заключение, с выводами которого не согласен ответчик.  

Указание на то, что на листе 6 заключения эксперта указано, что проведение  осмотра оборудования и деятельности исследуемого объекта произведено после  проведения экспертизы - 22.05.2019, судом также отклоняется, поскольку указанное  вызвано опечаткой, что подтверждается при сопоставлении титульного листа  экспертного заключения, а также стр. 3 и стр. 6 заключения.  

Судом первой инстанции верно установлено, что экспертом при проведении  судебной экспертизы при определении рыночной стоимости исследована полученная  информация в совокупности, сделаны необходимые расчеты с учетом особенностей  объектов оценки и соответствующих коэффициентов.  

Сделанные в заключении выводы аргументированы и являются продуктом  мыслительного процесса эксперта, профессиональные навыки которого подтверждены  документально.  

При этом, судом первой инстанции правомерно не принято во внимание  представленное заключение специалиста ФИО10 № 25-8/20 от 19.02.2020,  проведенное в АНО «БЮРО правовой защиты, судебных экспертиз и расследований»,  поскольку нормами АПК РФ не предусмотрена возможность дачи заключения  специалиста в форме суждения по результатам криминалистического исследования на  заключение эксперта по результатам проведенной судебной экспертизы.  

Кроме того, в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка,  

совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая  сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая  сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка).  

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной  по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или  могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

 Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б)  имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым -  пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в  силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом  (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

 Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в  имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава  

учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:  - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на  последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; -  должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие  документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы,  ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в  результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и  ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные  документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в  силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом  (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63  обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была  знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.  

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к  должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля  2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником,  а также лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

Как установлено судом первой инстанции, согласно сведениями из ЕГРЮЛ на  дату совершения оспариваемых сделок генеральным директором Должника являлась  ФИО6, она же являлась участником Должника с долей размером в 45 %  уставного капитала, ФИО8 являлась участником Должника с долей размером  е 35 % уставного капитала; Генеральным директором ООО «Академия Матуры»  являлась ФИО6, она же являлась участником ООО «Академия Матуры» с  долей размером в 50 % уставного капитала, ФИО8 являлась участником  ООО «Академия Матуры» с долей размером в 50 % уставного капитала; Директором  Учреждения также являлась ФИО6  

Таким образом, суд верно указал, что на дату совершения оспариваемой сделки -  договора № 1 от 24.08.2016 Должник, ООО «Академия Матуры», Учреждение,  ФИО6 и ФИО8 входили в одну группу лицу и являлись  заинтересованными лицами по отношению к Должнику.  

Кроме того, как верно установлено судом первой инстанции, на дату  совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства,  что также подтверждается решением о признании Должника банкротом.  

 Размер признанных требований кредиторов, включенных впоследствии в реестр  требований кредиторов должника, составлял 148 314 260 руб. 05 коп.  

Указанные выводы суда первой инстанции документально не опровергнуты. 

Апелляционный суд также соглашается с выводами суда первой инстанции о  

том, что оспариваемая сделка - договор № 1 от 24.08.2016 причинила вред  имущественным правам кредиторов.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или  могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В результате спорных платежей конкурсным кредиторам был причинён вред,  поскольку из конкурсной массы выбыл ликвидный актив, который мог быть  реализован, а денежные средства от реализации направлены на погашение требований  кредиторов.  

Ответчики не могли не знать о неплатежеспособности должника, поскольку  являлись заинтересованными лицами по отношению к должнику.  

Поскольку признаки неплатежеспособности должника установлены и  подтверждены документально, а также учитывая, что договор № 1 от 24.08.2016 был  заключен в отношении заинтересованного лица, суд апелляционной инстанции  полагает также, что оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам  кредиторов, а ответчик был осведомлен о цели причинения вреда правам кредиторов  совершением сделки.  

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что оспариваемая  сделка - договор № 1 от 24.08.2016 подпадает под совокупность требований указанных  в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и подлежит признанию недействительной по  данному основанию.  

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2  настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или  иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны  применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью  сделки.  

В соответствии со ст. 296 ГК РФ учреждение и казенное предприятие, за  которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеют,  пользуются этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с  целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено  законом, распоряжаются этим имуществом с согласия собственника этого имущества.  

Согласно условиям Договора, его предметом было имущество, приобретенное  Учреждением за счет доходов от уставной деятельности, а также что имеется согласие  собственника имущества - ООО «Финансовое партнерство» на его продажу.  

Между тем, подтверждающие указанные обстоятельства доказательства, в том  числе документы о приобретении и оплаты Учреждением такого имущества у третьих  лиц, а также наличия письменного согласия на его продажу со стороны собственника -  ООО «Финансовое партнерство», представителем ООО «Академия Матуры»  предоставлены не были.  

Напротив, материалами дела подтверждается, что часть такого имущества ранее  приобреталась непосредственно ООО «Финансовое партнерство».  

Так, запираемый шкаф 150/90/45 (классы) в количестве 24 штук, Apple Mini  Display в количестве 12 штук, вешалка 177/120 (раздевалка спортзал) в количестве 6  штук, ИБР PCM 500W в количестве 4 штук были приобретены именно Должником  ООО «Финансовое партнерство» на основании товарной накладной № 75 от 16.10.2012  года, поставщик ООО «ИМТ-Групп» а не учреждением как на то указывает ответчик.  

 Указанный вывод также следует из того, что оплата за продаваемое имущество  

осуществлялась на счет ООО «Финансовое партнерство», а не Учреждения.  

Таким образом, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что при  заключении оспариваемого Договора и продаже принадлежащего Должнику имущества  были нарушены требования ст. 296 и 298 ГК РФ, что является основанием для  признания Договора недействительной сделкой в порядке ст. 168 ГК РФ.  

Также в соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение  сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от  обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной  (пунктами 1 - 2 статьи 168 ГК РФ). Для признания сделки недействительной по  причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение  для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие  цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении  соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых  последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке  иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в  будущем препятствия.  

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения  арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»  разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в  статье 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке  совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких- либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов  сторон сделки.  

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32,  исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункту 1 статьи 10  ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана  недействительной совершенная до возбуждения дела о банкротстве сделка должника,  направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности,  направленная на уменьшение конкурсной массы.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или  могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1  постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по  осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением  

установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав,  осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при  этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее  для этого условия. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления  участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок  необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с  позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных  интересов иных граждан и юридических лиц.  

С целью квалификации спорных сделок в качестве недействительных и  совершенных с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить  обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления  правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9  Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики  применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации»).  

Злоупотребление правом со стороны контрагента по сделке может быть  установлено при покупке имущества по заниженной сумме, а также при отсутствии  фактической оплаты приобретенного имущества.  

Как указано в определении Верховный суд Российской Федерации от 01.12.2015   № 4- КГ15-54, по делам о признании сделки недействительной по причине  злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами,  имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими  установлению, являются следующие обстоятельства: 1) наличие или отсутствие цели  совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении  соответствующего вида сделок, 2) наличие или отсутствие действий сторон по сделке,  превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления  правомочий, 3) наличие или отсутствие негативных правовых последствий для  участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц,  4) наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых  совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.  

Из материалов дела усматривается, что в преддверии банкротства лица,  являющиеся основными участниками Должника, а также руководителями Учреждения  и Покупателя (а также его участниками), заключен от имени Учреждения договор  купли-продажи имущества, которое фактически остается во владении и пользовании  Учреждения без его передачи Покупателю на том же правовом основании, что до  заключения такого договора.  

При этом реальной целью совершения сделки является сокрытие имущества от  реализации в рамках процедуры банкротства и сохранение контроля над Учреждением.  

Указанный вывод также подтверждается тем, что заключение Договора и  внесение изменений в Устав Учреждения носили формальный характер, поскольку не  повлекли ни смены руководства Учреждения, ни иных изменений в его деятельности,  что подтверждается размещенной на сайте Учреждения информацией (приобщена в  материалы дела).  

Из содержания п. 8.2-8.3 Договора следует, что действительной целью  Учреждения при заключении Договора являлась не реализация неиспользуемого им  имущества, а смена высшего органа управления Учреждения с Должника на компанию,  принадлежащую ФИО6 и ФИО8, которые и подписали  оспариваемый Договор.  

Данный вывод также следует из того, что продаваемое имущество из владения  Учреждения фактически не выбывало.  

В рассматриваемом случае Учреждение было не вправе выступать продавцом  находящегося в его владении и пользовании имущества с целью смены собственника  

его имущества (высшего органа управления).  

При этом, что даже если учреждение продает имущество, ранее приобретенное  на полученные от уставной деятельности доходы, на что указывал ответчик, оно не  вправе решать вопрос о смене лица, осуществляющего контроль и управление таким  учреждением (учредитель, собственник имущества).  

Правомочие учреждения по распоряжению имуществом учреждения  (определение юридической либо фактической судьбы имущества: вещей,  имущественных прав и т.п.) не тождественно правомочию по определению  юридической судьбы гражданского правоотношения, возникающего между  учреждением и его учредителем.  

Отчуждение имущества учреждения, как единого комплекса, в результате  которого право собственности на учреждение перейдет к другому лицу, если и  возможно, то должно осуществляться только учредителем (собственником имущества  учреждения) на основании гражданско-правового договора.  

В данном случае, как установил суд первой инстанции, предметом договора  было имущество Должника, а также права на Учреждение.  

Иное имущество Должника находится в залоге у Банка и вырученные от его  реализации денежные средства не будут направлены на погашение требований иных  кредиторов.  

Следовательно, в результате совершения оспариваемых сделок и уменьшения  размера имущества Должника незалоговые кредиторы Должника фактически были  лишены возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам  Должника за счет имущества Должника.  

Соответственно, выбытие оспариваемого актива, делает невозможным полное  удовлетворение иных кредиторских требований.  

Учитывая установленные обстоятельства, суд пришел к правильному выводу о  наличии злоупотребления правом со стороны ответчика  

Кроме того, в соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки  каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае  невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное  выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной  услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия  недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В части применения последствий недействительности сделки, судом первой  инстанции принято во внимание, что после принятия заявления конкурсного  управляющего к производству, ответчиками (заинтересованными лицами), а также  руководителем Гимназии ФИО6 (бывший генеральный директор Должника)  были совершены юридические и фактические действия, в результате которых Гимназия  (как имущественный комплекс) утратила тождественность по отношению к состоянию  на дату совершения оспариваемых сделок.  

Во-первых, ООО «Траектория» была начата процедура реорганизации Гимназии  в АНО, что подтверждается сведениями ЕГРЮЛ.  

Во-вторых, Гимназией было подписано соглашение о расторжении договора  безвозмездного пользования имуществом (нежилым зданием), на базе которого  Гимназия осуществляла коммерческую образовательную деятельность, а также  уволены все сотрудники. Указанное соглашение, а также бухгалтерский баланс были  предоставлены Гимназией судебному приставу-исполнителю МО по ИОВИП №  1УФСС России по МО ФИО11 в ответ на его требование.  

Из справки Гимназии следует, что у Гимназии нет действующих договоров на  платные образовательные услуги, дебиторская задолженность отсутствует, активы по  состоянию на 30.06.2019 г. составляют 21 тыс. руб. (уменьшение на 8 750 тыс.руб. по  сравнению с тем же периодом 2018 г.).  

При этом согласно передаточному акту от 15.03.2018 активы Гимназии  составляли не менее 25 910 тыс.руб.  

Таким образом, на дату вынесения судебного акта у Гимназии не имелось  имущества, сотрудников, отсутствовала база для продолжения платной  образовательной деятельности.  

По существу Гимназию уже нельзя признать имущественным комплексом,  предприятием, которое имеет сколь-нибудь значимую рыночную стоимость.  

Указанные выводы суда первой инстанции документально не опровергнуты  ответчиками.  

 При таких обстоятельствах, суд первой инстанции верно указал, что  последствием признания оспариваемых сделок недействительными является взыскание  с ответчика действительной стоимости имущества - предмета таких сделок, которая  установлена заключением судебного эксперта.  

Доводы ответчика ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого»  об отсутствии в материалах дела доказательств надлежащего извещения о времени и  месте судебного заседания ООО «Академия Матуры» и ООО «Траектория»,  опровергаются материалами дела, в частности, реестрами почтовых отправлений,  отслеживаниями почтовых отправлений с сайта «Почта России».  

Апелляционный суд также учитывает участие представителя ООО «Академия  Матуры» в судебных заседаниях суда первой инстанции и представление письменной  позиции по спору, что свидетельствует о том, что ответчику было известно о времени и  месте судебного заседания, о существе спора и притязаниях к нему.  

Доводы апеллянта и ЧОУ «ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого»  о не направлении им и остальным участникам спора уточнений заявленных  требований, сделанных заявителем в суде первой инстанции, являются  необоснованными.  

Из материалов дела следует, что ответчиком ООО «Академия Матуры» был  представлен отзыв (т. 7, л.д. 1-5) на заявленные требования с учетом уточнений, в связи  с чем, апеллянт был знаком с указанными уточнениями.  

В отношении остальных участников спора апелляционный суд отмечает, что  указанные уточнения были датированы 18.07.2018, резолютивная часть обжалуемого  судебного акта по существу объявлена 24.07.2020, в связи с чем, у лиц, участвующих в  деле, имелась возможность ознакомления с указанными уточнениями.  

Ссылка ответчиков на не рассмотрение судом первой инстанции требования  конкурсного управляющего о признании права собственности за должником на  имущество учреждения, подлежат отклонению, поскольку, данное требование не  является самостоятельным, а заявлено в рамках применения последствий  недействительности сделок, исходя из предмета и оснований заявленных требований.  

Таким образом, судом первой инстанции были исследованы все доказательства,  представленные управляющим к заявлению о признании сделок недействительными, о  чем сделаны соответствующие выводы.  

Судебная коллегия приходит к выводу, что апеллянт выражает несогласие с  вынесенным определением, но не приводит доводов и доказательств, опровергающих  выводы суда первой инстанции.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции о  том, что конкурсным управляющим не доказано наличие у оспариваемой сделки  пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных  сделок, и как следствие оснований для применения положений статей 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации, являются правомерными.  

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не опровергают выводы  суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться  основанием для отмены обжалуемого судебного акта. Оснований для переоценки  

выводов суда первой инстанции, по мнению суда апелляционной инстанции не  имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального  Кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29 июля 2020 по делу № А40- 230905/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Академия Матуры»  – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: В.В. Лапшина  

Судьи:  И.М. Клеандров 

А.Н. Григорьев