ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А65-5400/2022

г. Самара

06 июня 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 июня 2022 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Гадеевой Л.Р., Машьяновой А.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

помощником судьи  Рассказовой А.В.,

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу ООО «ПКФ «Технострой» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.04.2022 по заявлению ООО «ПКФ «Технострой» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Золотой квадрат», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

УСТАНОВИЛ:

ООО  «ПКФ «Технострой», г. Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратилось с заявлением о  признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Золотой квадрат», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

По результатам рассмотрения дела Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение 22.04.2022 следующего содержания: «признать заявление общества с ограниченной ответственностью «ПКФ «Технострой», г. Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Золотой квадрат», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) необоснованным и прекратить производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Золотой квадрат», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Золотой квадрат», г.Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПКФ «Технострой», г. Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) государственную пошлину в размере 6000 рублей.».

ООО «ПКФ «Технострой» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.04.2022.

Как установил суд первой инстанции, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.05.2020 по делу № А65-959/2020 с ООО «Золотой квадрат» взыскана сумма основного долга в размере 378 284 руб. и договорная неустойка в размере 153 906,44  руб., рассчитанная по состоянию до 14.12.2019. 

Также решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.02.2022 по делу № А65-29720/2021 с должника взыскана договорная неустойка в размере 228 294,39  руб. за период с 14.12.2019  по 22.11.2021, а также проценты за пользование коммерческим кредитом в размере 109 641,84  руб.

Поскольку требования ООО «ПКФ «Технострой» исполнены не были, ООО «ПКФ «Технострой» обратилось в суд с заявлением о признании ООО «Золотой квадрат» несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов ООО «Золотой квадрат» требования в размере  378 284 руб. долга, 153 906, 44 руб. неустойки, 228 294, 39 руб. неустойки,  109 641, 84 руб. процентов.

В ходе проверки обоснованности требований заявителя, суд первой инстанции установил, иным лицом - ООО СБК «Золотой квадрат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) перечислена за должника часть суммы долга в размере 90 000 руб., в результате чего снизился размер основного долга ООО «Золотой квадрат» до суммы 288 284 руб. (378 284 руб. – 90 000 руб. = 288 284 руб.).

Согласно статье 313 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, в определенных случаях. К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в порядке суброгации (пункты 2 и 5 статьи 313 и статья 387 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции посчитал, что в данном случае ООО «Золотой квадрат» привело в данном случае достаточно убедительные доводы в пользу того, что его поведение носит защитный характер и не направлено на причинение вреда вовлеченным в процесс о несостоятельности лицам, что в целом является ожидаемым от любого разумного участника гражданского оборота и соответствует стандарту добросовестности. 

Суд первой инстанции указал, что в соответствии со статьей статьи 4 Закона о банкротстве, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, а также иные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей, не учитываются при определении наличия признаков банкротства должника. 

Поскольку, с учетом частичной уплаты долга, сумма задолженности стала ниже 300 000 руб., суд первой инстанции посчитал недоказанными условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве, а заявление общества с ограниченной ответственностью «ПКФ «Технострой» необоснованным и прекратил производство по делу.

При этом суд первой инстанции указал, что факт погашения задолженности до введения процедуры банкротства не свидетельствует о злоупотреблении правом, поскольку направленное на сохранение платежеспособности должника поведение соответствует стандарту добросовестности, а стремление должника избежать процедуры банкротства не является противоправным интересом.

Суд первой инстанции указал, что признание должника банкротом является крайней и исключительной мерой, применяемой лишь в случае, если защита прав и законных интересов кредиторов невозможна иным способом, тогда как в данном случае доказательств наличия оснований для введения в отношении должника процедуры банкротства не имеется.

Суд первой инстанции также констатировал неприменимость в данном случае, правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2016 № 308-ЭС16-4658 и иных правовой позиций, на которые ссылался заявитель.

Судебная коллегия считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене ввиду нижеследующего.

Согласно правовой позиции, сформированной судебной практикой (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 04.08.2020 № Ф06-63738/2020 по делу № А55-27837/2019, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 24.02.2021 № Ф09-328/21 по делу № А76-1678/2020, постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.06.2020 по делу № А45-5883/2019 и пр.), предоставляемая кредиторам возможность инициирования процедуры несостоятельности является одной из форм защиты права на получение от должника причитающегося надлежащего исполнения.

В  соответствии с правовыми позициями, выработанными Верховным Судом Российской Федерации, при разрешении спорных правоотношений, касающихся погашения требования кредитора после подачи им заявления о признании должника банкротом, следует исходить из того, что институт погашения требования кредитора на стадии проверки обоснованности заявления кредитора, не может быть использован лицами, вовлеченными в процесс банкротства, со злоупотреблением правом - не в целях прекращения производства по делу о банкротстве и восстановления должника в качестве хозяйствующего субъекта.

Так, в частности, погашение должником долга после возбуждения дела о банкротстве должника по заявлению кредитора не должно освобождать должника от введения процедуры несостоятельности при наличии сведений, очевидно указывающих на его неплатежеспособность (абзац 37 статьи 2 Закона о банкротстве), а также на недобросовестность лиц, вовлеченных в спорные правоотношения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 307-ЭС17-18665, от 15.08.2016 № 308-ЭС16-4658).

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце шестом пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в случае получения платежа после того, как кредитор подал заявление о признании должника банкротом, судам необходимо исследовать обстоятельства подачи такого заявления и того, имеет ли место действительно неплатежеспособность должника, либо инициатор банкротства рассматривает возбуждение такого дела как ординарный способ принудительного исполнения судебного решения, а также были ли поданы в рамках возбужденного дела о банкротстве заявления других кредиторов.

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 15.08.2016 № 308-ЭС16-4658, правило о минимальном пороговом значении размера учитываемого требования (300 000 руб.) необходимо рассматривать как разумное ограничение пределов реализации способа защиты на получение от должника причитающегося надлежащего исполнения.

Вместе с тем такое ограничение, будучи обусловленным незначительностью размера требования к должнику, не должно освобождать последнего от введения процедуры несостоятельности при наличии сведений, очевидно указывающих на неплатежеспособность должника, то есть на прекращение исполнения им денежных обязательств (абзац 37 статьи 2 Закона о банкротстве), а также на недобросовестность лиц, вовлеченных в спорные правоотношения.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

На основании части 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу Закона о банкротстве законный материальный интерес любого кредитора должника, прежде всего, состоит в наиболее полном итоговом погашении заявленных им требований.

Как следует из материалов дела, должником суду действительно были предоставлены доказательства погашения иным лицом (ООО СБК «Золотой квадрат») основного долга за ООО «Золотой квадрат» в размере 90 000 руб. 00 коп. (платежное поручение №129 от 04.03.2022). 

Судом первой инстанции установлено, что кредитором были также заявлены требования в части взыскания с должника задолженности - неустойки в размере 153 906,44 руб., неустойки в размере 228 294,39 руб. и  процентов за пользование коммерческим кредитом 109 641,84 руб.

В силу абзаца 4 пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, а также иные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей, не учитываются при определении наличия признаков банкротства должника.

Вместе с тем, на момент вынесения судом первой инстанции определения доказательств погашения неустоек, процентов по коммерческому кредиту, равно как и доказательств, дающих суду основания полагать, что оставшиеся расчеты с заявителем будут произведены в короткий срок, в материалы дела представлены не были.

В абзацах третьем и четвертом пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» разъяснено, что проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом (в том числе суммами аванса, предварительной оплаты), являются платой за пользование денежными средствами.

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.02.2022 по делу № А65-29720/2021 вступило в законную силу после обращения ООО «ПКФ «Технострой» в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Однако, в настоящее время совокупность требований заявителя  по задолженности, учитываемой для установления признаков банкротства (основной долг - 288 284 руб. и проценты за пользование коммерческим кредитом - 109 641,84 руб.), превышает 300 000 руб.

Более того, по данным информационного ресурса Картотека арбитражных дел, расположенного на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://kad.arbitr.ru) ООО «ТД «Мирас» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан в рамках настоящего дела с заявлением о включении  требования в реестра требований кредиторов должника в размере 2 126 036 руб. 00 коп. - задолженности.

Требование основывалось на вступившем в законную силу судебном акте - решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.08.2019  по делу № А65-20105/2019 с ООО «Золотой квадрат» в пользу ООО «ТД «Мирас» взыскана  задолженность в размере 2 126 036 руб. 00 коп.

Упомянутое требование возвращено Арбитражным судом Республики Татарстан определением от 16.03.2022 с указанием на его преждевременность.

Таким образом, должник имеет иных кредиторов, требования которых не удовлетворены, составляют значительную сумму и могут являться основанием для возбуждения дела о банкротстве.

При этом из открытых сведений размещенных на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов (https://fssp.gov.ru/) следует, что ранее возбужденные в отношении должника исполнительные производства прекращены по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях).

В соответствии с правовыми позициями, выработанными Верховным Судом Российской Федерации, при разрешении спорных правоотношений, касающихся погашения требования кредитора после подачи им заявления о признании должника банкротом, следует исходить из того, что институт погашения требования кредитора на стадии проверки обоснованности заявления кредитора, не может быть использован лицами, вовлеченными в процесс банкротства, со злоупотреблением правом - не в целях прекращения производства по делу о банкротстве и восстановления должника в качестве хозяйствующего субъекта.

Так, в частности, как указано выше, погашение должником долга после возбуждения дела о банкротстве должника по заявлению кредитора не должно освобождать должника от введения процедуры несостоятельности при наличии сведений, очевидно указывающих на его неплатежеспособность (абзац 37 статьи 2 Закона о банкротстве), а также на недобросовестность лиц, вовлеченных в спорные правоотношения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 307-ЭС17-18665, от 15.08.2016 N 308-ЭС16-4658).

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2017 N 305-ЭС16-15945, одним из инструментов влияния на ход процедуры несостоятельности является полномочие первого заявителя по делу о банкротстве (чье требование признано обоснованным) на предложение кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации, из числа которой подлежит назначению арбитражный управляющий для проведения первой введенной судом процедуры (пункт 9 статьи 42 Закона о банкротстве).

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце шестом пункта 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в случае получения платежа после того, как кредитор подал заявление о признании должника банкротом, судам необходимо исследовать обстоятельства подачи такого заявления и того, имеет ли место действительно неплатежеспособность должника, либо инициатор банкротства рассматривает возбуждение такого дела как ординарный способ принудительного исполнения судебного решения, а также были ли поданы в рамках возбужденного дела о банкротстве заявления других кредиторов.

Судом первой инстанции, существенные обстоятельства для разрешения вопроса о наличии (отсутствии) признаков злоупотребления правом при расчете с кредитором, а также для разрешения вопроса об ординарности исполнения обязательств таким образом, не исследованы, соответствующие доводы кредитора не оценены, а именно, не исследовался вопрос о возможности должником осуществлять дальнейшую финансово-хозяйственную деятельность, наличие финансовой возможности рассчитаться со всеми кредиторами, о структуре кредиторской задолженности и активов должника.

В то же время из материалов дела не следует указанная возможность осуществлять дальнейшую финансово-хозяйственную деятельность. 

Должником какие-либо объяснения по указанным обстоятельствам не представлялись, при этом наличие у должника какого-либо имущества судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства не устанавливалось.

Имеющийся в материалах дела бухгалтерский баланс за 2020 год содержит информацию о почти двукратном снижении стоимости материальных внеоборотных активов должника (6328000) по сравнению с предшествующим годом (11220000), почти трехкратном росте размера кредиторской задолженности (39183000/94708000).

Должник также не раскрыл характер взаимоотношений между должником и третьим лицом, позволивших третьему лицу осуществлять удовлетворение требований кредиторов должника. Не имеется документов, раскрывающих характер указанных взаимоотношений, и в материалах дела.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции об отсутствии признаков банкротства и наличии оснований для отказа во введении процедуры наблюдения и прекращении производства по делу, являются преждевременными.

Согласно правовой позиции изложенной в пункте 40 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при рассмотрении жалоб на определения арбитражного суда первой инстанции арбитражный суд апелляционной инстанции наряду с полномочиями, названными в статье 269 АПК РФ, вправе направить конкретный вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 2 части 4 статьи 272 Кодекса).

Применяя данную норму, следует иметь в виду, что на новое рассмотрение могут быть направлены вопросы, разрешение которых относится к ведению суда первой инстанции и которые суд по существу не рассматривал по причине необоснованного возврата искового заявления, отказа в его принятии, оставления заявления без рассмотрения, прекращения производства по делу или отказа в пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, тогда как в полномочия арбитражного суда апелляционной инстанции входит повторное рассмотрение дела (часть 1 статьи 268 Кодекса). В этих случаях, поскольку арбитражный суд первой инстанции не рассматривал вопросы по существу и не устанавливал обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, арбитражный суд апелляционной инстанции не имеет возможности осуществить повторное рассмотрение дела, как этого требует часть 1 статьи 268 Кодекса.

С учетом изложенного, определение арбитражного суда первой инстанции подлежит отмене в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270, пунктом 2 части 4 статьи 272 АПК РФ, а вопрос подлежит направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.04.2022 по делу № А65-5400/2022 отменить, направить вопрос на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

 

СудьиЛ.Р. Гадеева

 

А.В. Машьянова