АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

               634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077,  http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А67-3768/2017

г. Томск

20 октября 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 17 октября 2017 года

 

Арбитражный суд Томской области

в составе судьи А.В. Кузьмина,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи О.А. Грачевой,

при участии:

от истца: без участия (извещен),

от ответчика: В.П. Лейба по доверенности от 05.12.2016 (до перерыва),

рассмотрев в судебном заседании дело № А67-3768/2017

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (город Самара, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 317631300028933)

к обществу с ограниченной ответственностью «Монета» (634009, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о расторжении договора поставки от 13.03.2015 № 02Д и взыскании 1 314 852 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель ФИО1) обратился в Арбитражный суд Томской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Монета» (далее – ООО «Монета») о расторжении договора поставки от 13.03.2015 № 02Д, заключенного сторонами, и взыскании 1 314 852 рублей, в том числе 1 058 750 рублей стоимости поставленного оборудования ненадлежащего качества, 21 171 рублей расходов, понесенных в связи с доставкой поставленного оборудования, 21 000 рублей расходов на оплату экспертизы некачественного товара, 234 931 рубль неустойки за нарушение срока поставки товаров за период с 04.06.2015 по 11.01.2016, а также о взыскании убытков в форме упущенной выгоды на усмотрение суда.

Кроме того, истец просил взыскать с ответчика 20 456 рублей транспортных расходов, связанных с участием в судебном заседании, 4 000 рублей расходов на проживание (т. 1, л.д. 94-97).

Исковые требования обоснованы статьями 393, 475, 518 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком договора поставки, выразившемся в предоставлении истцу товаров (вендинговых аппаратов по продаже молока) с неустранимыми недостатками и в неисполнении требований истца о возврате стоимости поставленного оборудования. В связи с исполнением договора истцом также понесены расходы на доставку оборудования из города Томска до города Самары и расходы на проведение независимой экспертизы качества поставленного оборудования. Вследствие невозможности использования оборудования по автоматической продаже молока в предпринимательской деятельности истцу причинены убытки в размере неполученной прибыли, размер которых истец оставляет на усмотрение суда. Кроме того, ответчиком допущено нарушение срока отгрузки оборудования, в связи с чем на основании пункта 2.1.7 договора поставки начислена неустойка в размере 0,1 % от суммы недопоставленного оборудования за каждый день просрочки.

ООО «Монета» представило в соответствии со статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление и дополнения к нему, в которых считает исковые требования предпринимателя не подлежащими удовлетворению. По мнению ответчика, истцом не представлены надлежащие доказательства существенного нарушения требований к качеству товара; представленное истцом заключение, выполненное обществом «Оценка-ТЛ», таким доказательством не является. Истец не сообщил ответчику в разумный срок об имевшихся у него замечаниях к качеству товара, вследствие чего ответчик был лишен возможности своевременно устранить данные замечания и принять участие в экспертном осмотре оборудования (вендинговых аппаратов); при этом ответчик предлагал истцу за счет поставщика направить оборудование в адрес ответчика, но истец этого не сделал. Оснований для уплаты неустойки за нарушение срока поставки оборудования не имеется, поскольку в силу пункта 2.2.6 договора от 13.03.2015 № 02Д срок поставки оборудования зависел от исполнения истцом его обязанности по предоставлению дизайна корпуса оборудования; занимавшийся рассмотрением дизайна корпуса автоматов представитель истца сообщил о согласовании дизайна 24.11.2015. Ответчик не имел возможности исполнить свои обязательства по изготовлению и поставке вендинговых аппаратов до утверждения истцом дизайна внешнего вида аппаратов. В случае взыскания судом неустойки ответчик заявил в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении размера неустойки в связи с ее несоразмерностью последствиям нарушения обязательства. Ответчик полагает, что истцом не доказана совокупность условий для привлечения поставщика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания упущенной выгоды, не обосновано, на основании каких первичных документов определен доход от деятельности по использованию вендинговых аппаратов, какой доход от их использования получал истец до обнаружения недостатков, не представлены документы, подтверждающие факт несения им расходов, связанных с работой (либо простоем) оборудования, факт принятия мер для получения выгоды.

Предприниматель ФИО1 представил письменные возражения на доводы отзыва ответчика.

Истец, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, сообщил суду о возможности рассмотрения дела без его участия.

Суд, руководствуясь частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель ответчика исковые требования не признал в полном объеме по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему. Полагал, что дело должно быть рассмотрено без назначения судебной экспертизы по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления и дополнений к нему, отзыва на исковое заявление, заслушав представителя ответчика, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования предпринимателя ФИО1 не подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Монета» (поставщиком) и предпринимателем ФИО1 (покупателем) заключен договор поставки от 13.03.2015 № 02Д, в соответствии с которым поставщик обязался изготовить и передать покупателю вендинговые автоматы по продаже молока (оборудование) в количестве 3 штук общей стоимостью 1 058 250 рублей, а покупатель – принять и оплатить оборудование (т. 1, л.д. 15-16, 54-55).

В силу пунктов 2.1.1, 2.1.3 договора от 13.03.2015 № 02Д поставщик обязался изготовить оборудование в количестве и комплектации согласно Приложению № 1 в течение 80 дней с момента получения поставщиком первой предоплаты стоимости оборудования от покупателя и при условии соблюдения покупателем пунктов 2.2.2, 2.2.6 договора, осуществить отгрузку оборудования в установленный адрес покупателя и/или получателя не позднее 5 рабочих дней с момента изготовления.

Пунктами 2.2.2, 2.2.6 договора от 13.03.2015 № 02Д предусмотрены обязанности покупателя оплатить услуги транспортной компании по доставке и разгрузке оборудования в адрес покупателя и/или получателя; предоставить дизайн корпуса оборудования в формате, подходящем для полноцветной печати, не позднее чем через 60 дней с момента внесения предоплаты.

Согласно пункту 2.1.7 договора от 13.03.2015 № 02Д в случае нарушения сроков отгрузки оборудования по утвержденным срокам поставщик выплачивает покупателю неустойку в размере 0,1 % от суммы недопоставленного оборудования за каждый день просрочки до фактического исполнения обязательства.

Во исполнение указанного договора предприниматель ФИО1 платежными поручениями от 15.03.2015 № 37, от 05.05.2015 № 54 произвел предварительную оплату за вендинговое оборудование в сумме 1 058 250 рублей (т. 1, л.д. 18).

По товарной накладной от 24.12.2015 № УТ-1723 ООО «Монета» поставило предпринимателю автоматы по продаже молока в количестве 3 штук. Данный груз доставлен истцу и выдан ему грузоперевозчиком 13.01.2016 (т. 1, л.д. 20, 21).

В ходе эксплуатации вендингового оборудования предпринимателем выявлены замечания к качеству работы аппаратов, связанные с неправильным определением аппаратами количества внесенных покупателями молока денежных средств, неверным количеством отпускаемого молока («недоливом» или «переливом»). Выявление таких недостатков подтверждается, в частности, письмами владельцев торговых центров, в которых были арендованы помещения для установки автоматов, адресованными ФИО1 как директору общества с ограниченной ответственностью «Микос» (арендатору помещений) (т. 1, л.д. 28, 29).

В связи с имевшимися замечаниями в июне 2016 года предприниматель ФИО1 направил ответчику претензию, в которой указал на нарушение установленных договором сроков отгрузки автоматов и на наличие недостатков, связанных с неустойчивой работой монетоприемника, нестабильной работой расходомера, неправильной выдачей сдачи, сбоями в режиме работы аппарата, потребовал рассмотреть вопрос о возврате некачественной продукции (т. 1, л.д. 45, 46).

В ответе на претензию ООО «Монета» сообщило покупателю о том, что вендинговые аппараты были отгружены в установленный договором срок с учетом невыполнения покупателем условий предоставления дизайна корпуса оборудования. Ответчик также указал на непредставление покупателем доказательств наличия недостатков и предложил доставить оборудование на склад поставщика с целью проведения технического обследования оборудования (т. 1, л.д. 50).

По заказу предпринимателя ФИО1 обществом с ограниченной ответственностью «Оценка-ТЛ» проведено экспертное исследование спорного оборудования. Согласно акту экспертного исследования от 13.08.2016 № 16-87, в автоматах по продаже молока выявлены недостатки, выраженные в неисправности монетоприемников, купюроприемников, расходомеров жидкости и плат управления; данные дефекты носят производственный характер. В акте указано, что информация об авторизованных сервисных центрах, занимающихся гарантийным обслуживанием автоматов, на официальном сайте производителя отсутствует, поиск информации о сервисных центрах в открытых источниках не дал результатов. В этой связи в акте сделан вывод, что устранение недостатков признано невозможным (т. 1, л.д. 22-27).

В связи с оплатой услуг по проведению экспертного исследования предприниматель ФИО1 понес расходы в размере 21 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 13.08.2016 № 16-114 (т. 1, л.д. 27).

После получения акта экспертного исследования предприниматель ФИО1 02.09.2016 повторно направил ответчику претензию, в которой потребовал в течение 10 дней возвратить стоимость проданного некачественного товара (т. 1, л.д. 48, 49).

ООО «Монета» отказало в удовлетворении требований претензии, указав на то, что выявленные неисправности не носят неустранимого характера и не являются существенными недостатками, расходомеры вышли из строя по причине ненадлежащего технического обслуживания автоматов и несоблюдения инструкции по применению, при этом поставщик направлял для замены необходимые запасные части и электронную версию обновленной программы (т. 1, л.д. 47).

Ссылаясь на допущенное поставщиком нарушение сроков отгрузки товаров, на отказ поставщика возвратить стоимость некачественных товаров, на невозможность осуществлять деятельность по продаже молока в связи с неисправностью оборудования и причинение тем самым убытков в форме упущенной выгоды, предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней), которой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Пунктом 2.1.7 договора от 13.03.2015 № 02Д установлено, что в случае нарушения сроков отгрузки оборудования по утвержденным срокам поставщик выплачивает покупателю неустойку в размере 0,1 % от суммы недопоставленного оборудования за каждый день просрочки до фактического исполнения обязательства.

Предприниматель ФИО2 полагает, что ответчиком допущено нарушение сроков поставки товара, поскольку с учетом даты заключения договора поставки (13.03.2015) и условий договора об отгрузке автоматов в течение 80 дней оборудование должно было быть поставлено в срок до 03.06.2015, в то время как фактически поступило в место нахождения покупателя 11.01.2016.

Суд не может согласиться с данными доводами истца.

В силу пункта 1 статьи 457 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи.

В соответствии с пунктами 2.1.1, 2.1.3 договора от 13.03.2015 № 02Д поставщик обязался изготовить оборудование в течение 80 дней с момента получения поставщиком первой предоплаты стоимости оборудования от покупателя и при условии соблюдения покупателем его обязанностей по оплате услуг перевозчика (транспортной компании) и по предоставлению дизайна корпуса оборудования в формате, подходящем для полноцветной печати, а также осуществить отгрузку оборудования в установленный адрес покупателя и/или получателя не позднее 5 рабочих дней с момента изготовления.

Таким образом, начало течения срока для поставки оборудования поставлено сторонами под условие исполнения покупателем встречных обязанностей по оплате услуг транспортной компании и по предоставлению дизайна корпуса оборудования в формате, подходящем для полноцветной печати. При этом, согласно условиям договора поставки, выполнение данных действий являлось именно обязанностью, а не правом покупателя.

В силу статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

В соответствии со статьей 328 Кодекса встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств. В случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Из материалов дела следует, что дизайн корпуса автоматов по продаже молока, подлежавших поставке истцу, согласован выступавшим в интересах истца гражданином ФИО3 24 ноября 2015 года (т. 1, л.д. 27). Какие-либо доказательства того, что дизайн был согласован ранее этой даты, истец в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил.

Ссылки истца на неподтверждение полномочий ФИО3 на совершение действий не могут быть приняты судом во внимание, поскольку не имеется доказательств того, что ФИО2 самостоятельно предпринимал какие-либо действия по согласованию дизайна корпуса автоматов, сообщал об утверждении дизайна ранее или после того, как ответчиком было получено сообщение от ФИО3; полномочия указанного лица на совершение действий в интересах покупателя следовали для ответчика из обстановки, в которой действовал ФИО3, информированный о наличии договорных отношений между сторонами и об обязанности покупателя представить и утвердить дизайн корпуса, а также его полномочия в дальнейшем подтверждены самим истцом, который принял поставленное ему оборудование с согласованным дизайном корпуса и не заявил о несогласии с разработанным дизайном.

Согласно имеющейся в материалах дела копии экспедиторской расписки, договор-заказ на доставку оборудования заключен истцом 25.12.2015. Доказательства того, что покупатель оплатил услуги перевозчика ранее этой даты, в материалах дела отсутствуют.

Исходя из изложенного, следует признать, что изготовление и отгрузка оборудования осуществлены ответчиком в установленный договором от 13.03.2015 № 02Д срок, поэтому оснований для привлечения его к гражданско-правовой ответственности в виде уплаты неустойки у суда не имеется.

Доводы истца о том, что первоначально направленный проект договора поставки не содержал пункта 2.2.6, и до осуществления отгрузки покупатель не выражал согласия на включение данного пункта в договор, отклонены судом. Из материалов дела и пояснений сторон следует, что в первоначальной редакции направленного истцу договора пункт 2.1.1 содержал ссылку на исполнение продавцом его обязательств по изготовлению и отгрузке оборудования при условии соблюдения покупателем пункта 2.2.6; в отсутствие в проекте договора данного пункта условия относительно сроков изготовления вендинговых аппаратов являлись неопределенными. Письмом от 15.03.2015 представитель ответчика выслал истцу уточненный проект договора поставки, содержавший пункт 2.2.6 в позднее согласованной сторонами редакции. Таким образом, истцу было известно о том, что исполнение обязательства по изготовлению и отгрузке товаров поставлено продавцом под условие согласования дизайна корпуса. После получения исправленного проекта договора истец не выразил своего несогласия с подобными условиями поставки оборудования, не заявил об отказе от дальнейшего исполнения договора, произвел предварительную оплату; до обращения с претензией и с настоящим иском истец не заявлял ответчику о нарушении сроков поставки оборудования, а после получения товаров подписал уточненный проект договора поставки (подписанный обеими сторонами договор с пунктом 2.2.6 представлен в материалы дела).

Кроме того, в любом случае истцом не представлены доказательства исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2.2.2 договора от 13.03.2015 № 02Д, под условием исполнения которой поставлено исполнение поставщиком встречных обязательств по изготовлению и отгрузке товаров.

Что касается требований истца о возврате стоимости товаров ненадлежащего качества и о возмещении расходов на доставку оборудования, суд пришел к следующим выводам.

В силу статьи 469 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.

Согласно пунктам 2, 3 статьи 470 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока). Гарантия качества товара распространяется и на все составляющие его части (комплектующие изделия), если иное не предусмотрено договором купли-продажи.

В силу статей 476, 477 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы. Если на товар установлен гарантийный срок, покупатель вправе предъявить требования, связанные с недостатками товара, при обнаружении недостатков в течение гарантийного срока.

Таким образом, в случае обнаружения недостатков поставленных товаров в пределах гарантийного срока предполагается, что за эти недостатки отвечает продавец, если он не докажет обратного.

Из условий пункта 2.1.8 договора от 13.03.2015 № 02Д и переданного истцу паспорта на автомат по продаже молока следует, что ответчиком предоставлена гарантия качества и установлен гарантийный срок – 12 месяцев со дня продажи. В пункте 7.5 паспорта указано, что гарантия не распространяется на монетоприемник и купюроприемник.

Согласно представленному истцу акту экспертного осмотра от 13.08.2016 № 16-87, выявлены не только неисправности монетоприемника и купюроприемника, но также и  расходомеров жидкости, плат управления. Следовательно, с учетом того, что недостатки выявлены истцом в пределах гарантийного срока, именно на ответчика возложено бремя доказывания обстоятельств возникновения таких недостатков, в том числе возникновения их по причине ненадлежащей эксплуатации оборудования.

Вместе с тем пунктом 2.1.8 договора от 13.03.2015 № 02Д и паспортом на автомат по продаже молока установлен определенный порядок устранения поставщиком недостатков в период гарантийного срока. Так, поставщик обязался предоставить гарантийное обслуживание при предъявлении гарантийного талона по месту нахождения сервисного центра производителя. Паспортом на оборудование установлено, что для обеспечения гарантийного ремонта или обслуживания оборудование должно быть передано поставщику по адресу одного из сервисных центров.

После получения претензии покупателя о выявленных недостатках товаров ООО «Монета» сообщило истцу о необходимости направить оборудование на склад поставщика с целью проведения технического обследования оборудования; данное требование соответствовало условиям гарантийного ремонта оборудования, согласованного сторонами при заключении договора поставки от 13.03.2015 № 02Д.

В нарушение указанного условия предприниматель ФИО2 уклонился от направления оборудования поставщику для его осмотра, гарантийного ремонта и устранения недостатков (в случае возможности их устранения). В целях подтверждения наличия недостатков и их характера по инициативе предпринимателя проведен экспертный осмотр оборудования. Однако поставщик о проведении такой экспертизы, времени и месте осмотра оборудования предпринимателем извещен не был, в связи с чем ответчик был лишен возможности принять участие в осмотре оборудования, своевременно представить свои замечания и устранить недостатки в разумный срок.

Ссылки истца на невозможность направления оборудования ответчику ввиду отсутствия денежных средств суд считает несостоятельными, поскольку имеющиеся в деле сведения о стоимости перевозки груза из города Томска в город Самару (т. 1, л.д. 21) свидетельствуют, что расходы на пересылку не превышали бы существенным образом понесенные истцом расходы на проведение экспертного исследования. Заключая договор поставки на изложенных в нем условиях гарантийного ремонта, предприниматель ФИО2 не мог не осознавать возможные риски, связанные с необходимостью возврата оборудования в место нахождения поставщика, однако согласился на такие условия договора. Кроме того, истец не лишен был возможности зафиксировать имеющиеся недостатки, в том числе с использованием доступных ему средств фото- и видеосъемки, после чего обеспечить соблюдение условий гарантийного ремонта оборудования, а также имел возможность своевременно в разумный срок известить ответчика о проведении экспертизы оборудования по месту нахождения автоматов в городе Самаре.

В ходе судебного разбирательства предприниматель ФИО2 пояснил, что у него отсутствовала заинтересованность в направлении оборудования ответчику и в ремонте оборудования, поскольку в связи с имевшимися недостатками автоматов, сложностями в настройке и неудобством использования автоматов (в частности, неудобством замены емкости для хранения молока), отказом клиентов пользоваться автоматами (в том числе по причине неправильного определения внесенной суммы, «перелива» или «недолива» молока) предпринимательская деятельность по использованию автоматов не привела к ожидаемым финансовым результатам и была прекращена. Предприниматель полагал, что направление оборудования на гарантийный осмотр и ремонт не имело смысла, так как недостатки являлись существенными и привели к невозможности использовать автоматы для предпринимательской деятельности.

В пункте 2 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

Таким образом, отказ покупателя от исполнения договора купли-продажи и предъявление им требования возврата уплаченной за товар денежной суммы возможно только в том случае, если нарушение требований к качеству товара является существенным. К таковым относятся недостатки, которые невозможно устранить, недостатки, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, недостатки, которые выявляются неоднократно либо проявляются вновь после их устранения. Поскольку истец ссылается на наличие существенных недостатков поставленных товаров, на него в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложена обязанность доказать, что имеющиеся недостатки являются существенными.

В подтверждение данного обстоятельства предпринимателем ФИО1 представлен акт экспертного исследования от 13.08.2016 № 16-87, выполненного обществом «Оценка-ТЛ».

Однако из содержания данного акта следует, что вывод о существенном характере недостатков сделан обществом «Оценка-ТЛ» только в связи с тем, что у общества отсутствовали сведения об адресах сервисных центров общества «Монета». На этом основании общество  «Оценка-ТЛ» пришло к заключению о невозможности устранить выявленные недостатки.

Вместе с тем по смыслу пункта 2 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации существенность недостатков определяется исходя из самого характера таких недостатков (полная невозможность их устранения либо невозможность устранения недостатков в разумный срок, отсутствие удовлетворительного эффекта от устранения недостатков), а не из наличия у поставщика намерения или технической возможности устранить недостатки.

Из материалов дела следует, что после первоначального обращения истца с претензией о выявленных недостатках ответчик сообщил о необходимости направить оборудование в адрес поставщика для осмотра и гарантийного ремонта. Поэтому следует признать, что истцу было известно о порядке проведения гарантийного ремонта, в том числе об адресе, на который следует направлять оборудование. Выводы общества «Оценка-ТЛ» об отсутствии таких сведений не соответствуют действительности.

При этом в акте экспертного исследования не указано, что отсутствуют иные возможности устранить выявленные недостатки силами, в то время как истец не лишен был права потребовать от поставщика возмещения своих расходов на устранение недостатков товара (пункт 1 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В свою очередь, ООО «Монета» представило сведения о сроках и стоимости устранения недостатков, указанных в акте экспертного исследования от 13.08.2016 № 16-87. По расчету ответчика, приблизительная стоимость ремонта автоматов по продаже молока составляет 79 260 рублей, время ремонта – 2 рабочих дня (т. 2, л.д. 31).

Предприниматель ФИО2 не представил какие-либо доказательства, опровергающие возражения ответчика о возможности устранения недостатков в разумный срок без несоразмерных расходов. Истец пояснил, что принципиальная возможность ремонта поставленного оборудования не имеет, по его мнению, существенного значения, так как после поставки оборудования он не мог полноценно вести предпринимательскую деятельность, а в настоящее время он утратил заинтересованность в использовании автоматов.

Суд не может признать позицию истца обоснованной, поскольку в силу пункта 2 статьи 475 Гражданского кодекса право покупателя на односторонний отказ от договора и на предъявление требования о возврате уплаченной стоимости товара обусловлено именно существенным и неустранимым характером недостатков, а не наличием или отсутствие заинтересованности покупателя в использовании товара. При этом в случае доказанности наличия иных дефектов, не являющихся существенными, истец не лишен права предъявить продавцу требования, предусмотренные пунктом 1 статьи 475 Кодекса, а также требования о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательства поставщиком (в том числе упущенной выгоды за период невозможности использования товара, имеющего устранимые недостатки).

В ходе судебного разбирательства суд неоднократно предлагал сторонам рассмотреть вопрос об обращении с ходатайством о назначении экспертизы для определения наличия недостатков и существенности этих недостатков. Предприниматель ФИО2 письменно указал, что такое ходатайство им заявлено не будет, поскольку по его инициативе уже проведено экспертное исследование, результаты которого изложены в акте от 13.08.2016 № 16-87, кроме того, в настоящее время проведение экспертизы затруднительно, так как вендинговые автоматы продолжительное время хранятся в условиях, затрудняющих проверку их качества. Представитель ответчика в настоящем судебном заседании заявил об отказе от проведения экспертизы, поскольку истцом не представлены достаточные доказательства наличия недостатков, и истец препятствует в допуске представителей ответчика для осмотра оборудования.

Имеющиеся в материалах дела доказательства не позволяют суду сделать вывод о наличии существенных недостатков поставленного товара и о возможности удовлетворения требования покупателя о возврате стоимости поставленного товара и возмещении расходов на доставку оборудования.

Суждение истца о существенном характере выявленных недостатков ввиду того, что имевшиеся недостатки не были устранены после выезда технического специалиста ответчика и проявлялись неоднократно, также не нашло своего подтверждения в арбитражном суде. Допрошенный в судебном заседании, состоявшемся 27.09.2017, свидетель ФИО4 показал, что после поставки оборудования и получения от истца замечаний относительно работы вендинговых автоматов технический специалист общества «Монета» действительно осматривал поставленное истцу оборудование. В ходе осмотра не было выявлено каких-либо дефектов, однако в целях устранения замечаний была проведена замена насоса в одном из трех аппаратов. Основная часть замечаний, поступивших от истца (относительно не распознавания автоматами денежных купюр определенного номинала, относительно необходимости предварительного распознавания первой из внесенных купюр после замены емкости для хранения молока и включения автомата), касалась установленных производителем настроек оборудования, и в целях изменения этих настроек с учетом конкретных запросов покупателя ему было выслано обновленное программное обеспечение.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предприниматель ФИО2 не представил доказательства, опровергающие данные объяснения свидетеля со стороны ответчика. В частности, отсутствуют доказательства фиксации истцом каких-либо недостатков непосредственно после начала эксплуатации оборудования и до осмотра его техническим специалистом ответчика; не зафиксировано, какие именно работы проводились специалистом, и что после проведения этих работ аналогичные дефекты вновь возникли. Напротив, первой из направленных истцом претензий подтверждается, что техническим специалистом производилась замена насоса на одном из автоматов, после проведенных мероприятий качество работы оборудования улучшилось. Истец не конкретизировал, какие именно недостатки уже устранялись поставщиком, но вновь выявились после их устранения.

Применительно к требованиям истца о возмещении убытков в форме упущенной выгоды суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 15 Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков (в частности, неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства), причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых условий возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

По утверждению истца, в связи с поставкой ответчиком оборудования ненадлежащего качества он лишен был возможности извлекать планируемую прибыль от продажи молока.

В пункте 4 статьи 393 Кодекса установлены условия для возмещения упущенной выгоды, которые должно доказать лицо, требующее возмещения таких убытков. В соответствии с названной нормой при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер.

При проверке факта наличия упущенной выгоды судам следует оценить фактические действия истца, которые подтверждают совершение им конкретных действий, направленных на получение прибыли, не полученной в связи с неисполнением ответчиком обязательств по договору.

Взыскивающее упущенную выгоду лицо должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, и подтвердить, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

Между тем предпринимателем ФИО2 не представлены какие-либо доказательства конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, в том числе приобретения им молока для последующей его реализации, аренды торговых помещений для размещения оборудования, заключения трудовых или гражданско-правовых договоров в работниками и обслуживающим персоналам (грузчиками, водителями и т.п.).

Представленные в материалы дела платежные квитанции не свидетельствуют о приобретении молока предпринимателем ФИО2, так как в качестве плательщика в них указан Потребительский кооператив «Потребительское Общество Волжский Союз Потребителей». В исковом заявлении предприниматель указал, что вендинговые аппараты были приобретены у ответчика не только им самим, но также и названным потребительским кооперативом (т. 1, л.д. 30).

Из имеющихся в деле писем владельцев торговых комплексов следует, что арендатором помещений для размещения вендинговых аппаратов являлось общество «Микос» (директором в которых являлся ФИО2), а не сам предприниматель ФИО2 В этой связи и доход от продажи молока могло извлекать общество «Микос», а не истец.

Во всяком случае, утверждения истца о возможности извлечения определенного дохода от реализации молока являются спекулятивными и не подтверждены фактическими обстоятельствами, в том числе сведениями о доходах от аналогичной деятельности самого предпринимателя или других лиц.

При изложенных обстоятельствах следует признать, что исковые требования предпринимателя ФИО2 не подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на проведение истцом досудебной экспертизы, судебные расходы на уплату государственной пошлины по иску, транспортные расходы и расходы на проживание относятся на истца – предпринимателя ФИО2

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (город Самара, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 317631300028933) в доход федерального бюджета 8 566 (восемь тысяч пятьсот шестьдесят шесть) рублей 50 копеек государственной пошлины по иску.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                             А.В. Кузьмин