АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-10695/2021

г. Владивосток

22 декабря 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 декабря 2021 года. 

Полный текст решения изготовлен 22 декабря 2021 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Беспаловой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АГРО ПЛЮС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 28.07.2016) 

к Дальневосточной электронной таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 15.05.2020)

о признании незаконным решения,

при участии: от заявителя – представители не явились, надлежаще извещены,

от ответчика – представитель ФИО2 (доверенность от 03.11.2021 № 02-54/0192),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Агро Плюс» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Дальневосточной электронной таможне (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решения от 08.04.2021 № 02-36/29 о признании правомерным решения Дальневосточного таможенного поста (центр электронного декларирования) Дальневосточной электронной таможни от 23.02.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10720010/271120/0014690 (далее – спорная ДТ).

Заявитель, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в заседание суда своих представителей не направил. В соответствии с частями 3 статьи 156, частью 2 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд считает возможным рассмотреть настоящий спор в отсутствие не явившихся участников процесса по имеющимся в деле доказательствам.

В обоснование заявленных требований общество в заявлении и дополнительных пояснениях к нему, указало, что при подаче спорной ДТ и в ходе проведения таможенного контроля таможенной стоимости, представило таможне документы, содержащие достоверные и достаточные сведения для определения заявленной таможенной стоимости, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, в связи с чем, полагает, что у таможенного поста отсутствовали правовые основания для отказа в ее принятии. Считает, что таможня необоснованно пришла к выводу о наличии оснований, которые признаны правомерными оспариваемым решением по результатам ведомственного контроля, принятого на основании жалобы общества, для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, что повлекло за собой доначисление таможенных платежей по спорной ДТ, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере внешнеэкономической деятельности. Просит признать незаконным оспариваемое решение.

Представитель ответчика в судебном заседании не согласился с требованиями заявителя по доводам, изложенным в письменном отзыве и дополнительных пояснениях к нему. Полагает, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. В связи с чем, считает, что решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, принято законно и обоснованно по основаниям, которые оценены в спариваемом решении как правомерные. Полагает, что оспариваемое решение, принятое по результатам рассмотрения жалобы общества в порядке ведомственного контроля является законным и изложенные обстоятельства, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

При рассмотрении дела суд установил, что в ноябре 2020 во исполнение заключенного с иностранной компанией DONINGpJING TONGXINWEIYE TRADE СО,. LTD (продавец) внешнеторгового контракта от 10.11.2020 № TXW-AG-101120 на территорию ЕАЭС на условиях поставки FCA ФИО3 из Китая в адрес общества (покупатель) были ввезены товары двух наименований: перчатки хозяйственно-бытового назначения из полимерных материалов (поливинилхлорид-пвх) для взрослых и готовые изделия из текстильных материалов (маска медицинская, одноразовая нестерильная) и в целях помещения их под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления», с использованием средств электронного декларирования, в таможенный пост подана ДТ № 10720010/271120/0014690.

Таможенная стоимость товаров определена декларантом с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указав в графе 22 спорной ДТ общую сумму по счету 47 856 долларов США.

В подтверждение заявленной таможенной стоимости декларантом были представлены таможне сведения о коммерческих и товаросопроводительных документах, указав их в графе 44 спорной ДТ.

В целях проверки полноты заявленных сведений и правомерности определения таможенной стоимости товара таможня 27.11.2020 запросила у декларанта документы и (или) сведения по спорной ДТ.

Во исполнение требований таможенного органа декларант в установленные сроки предоставил запрашиваемые коммерческие и товаросопроводительные, банковские платежные документы, а также указав об отказе инопартнера предоставить экспортную декларацию, приложив переписку о запросе указанного документа, сообщив, что скидки продавцом не предоставлялись. 

Посчитав по итогам таможенного контроля, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, 23.02.2021 таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ в отношении товара № 2, указав, что таможенная стоимость должна быть определена по 3 методу на основе стоимости сделки с однородными товарами, согласно статье 42 ТК ЕАЭС, на основании источника ценовой информации по товару № 2 ДТ № 10702070/251120/0291656.

Не согласившись с основаниями для принятия указанного решения таможенным постом, в Дальневосточную электронную таможню от общества 02.03.2021 поступила жалоба, по результатам рассмотрения которой 08.04.2021 принято решение № 02-36/29 о признании правомерным решения ДВТП ЦЭД ДВЭТ от 23.02.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10720010/271120/0014690 и отказе в удовлетворении жалобы заявителя.

Полагая, что первоначально представленный пакет документов, а также предоставленные дополнительно испрашиваемые таможней документы подтверждали заявленную таможенную стоимость товаров, определенную по первому методу таможенной стоимости, а решение таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ не соответствует требованиям действующего таможенного законодательства и нарушают права и законные интересы и считая, что у таможни по результатам ведомственного контроля не имелось оснований для признания его правомерным, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза. 

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В силу пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров по общему правилу является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 данного Кодекса.

Статья 313 ТК ЕАЭС отражает особенности проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, в пункте 1 которой закреплено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: 1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений данного Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах (пункт 4 статьи 325 ТК ЕАЭС).

При завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса (пункт 17 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Проверяя соблюдение декларантом требований таможенного законодательства, судом установлено, что в подтверждение применения первого метода определения таможенной стоимости по спорной ДТ обществом при таможенном оформлении ввезенных товаров была представлена информация о контракте, коммерческих и товаросопроводительных документах, оформленных на спорную партию товаров. 

В ходе таможенного контроля заявленной таможенной стоимости были выявлены риски недостоверного декларирования, выразившиеся в более низкой цене декларируемых товаров по сравнению с ценой на однородные товары при сопоставимых условиях их ввоза и отклонение заявленного индекса таможенной стоимости от среднего уровня, сложившегося в регионе деятельности ФТС России и РТУ.

В связи с этим, таможенным органом направлен обществу запрос о представлении документов и (или) сведений от 27.11.2020. 

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

В связи с этим, суд пришел к выводу о наличии у таможенного органа объективных сомнений в достоверности заявленных обществом сведений в правомерности применения первого метода таможенной оценки и наличии оснований для истребования дополнительных документов и сведений.

Данный вывод суда согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 постановления Пленума от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49), согласно которой отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок – данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения (пункт 11 постановление Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49).

В связи с этим судам следует исходить из того, что лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 постановление Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49).

Как следует из материалов дела, таможенный орган, направив запрос документов и (или) сведений от 27.11.2021 в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС, предоставил декларанту возможность устранения возникших сомнений в достоверности заявленной им таможенной стоимости по спорной ДТ.

Во исполнение указанного запроса декларант в установленные таможней сроки в январе 2021 представил запрашиваемые коммерческие, банковские и платежные, а также иные товаросопроводительные документы в подтверждение заявленной таможенной стоимости по первому методу таможенной оценки «по стоимости сделки с ввозимыми товарами» по спорной ДТ, а также дал пояснения о причинах невозможности представить, в том числе запрашиваемую экспортную декларацию.

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

По результатам таможенного контроля таможенным постом 23.02.2021 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ по товару № 2, по тем основаниям, что декларантом не соблюдены требования законодательства, установленные пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС и анализ документов, представленных в подтверждение заявленной таможенной стоимости выявил невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку заявленная таможенная стоимость товаров основана на недостоверной, количественно не определяемой и документально не подтвержденной информации, указав на следующие основания для принятия вышеуказанного решения:

предоставленное заявления на перевод от 30.11.2020 № 2 не содержит реквизитов инвойса, сумма перевода не корреспондирует с суммой поставки, таким образом, данный документ невозможно соотнести с рассматриваемой поставкой товаров;

декларантом не подтверждено документально, чем предусмотрена отсрочка платежа 360 дней после завершения таможенного оформления товаров, тем самым данная отсрочка является фактически коммерческим кредитом, также выразив сомнения, сославшись на сумму уставного капитала в размере 20 000 руб. и заключение внешнеторгового контракта на сумму 2 000 000 руб. на условиях отсрочки платежей, предположив о необходимости предоставления в таком случае покупателю гарантии первоклассного солидного банка; 

экспортная декларация страны отправления декларантом не предоставлена со ссылкой на переписку с продавцом о невозможности ее представления, что не позволяет уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны вывоза;

не предоставлены сведения о наличии предоставленных продавцом скидок покупателю на данную партию товара, их величину, других условий, объясняющих причины отклонения стоимости ввозимых товаров от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа;

в представленном прайс-листе продавца не указан срок его действия, а также, на каких условиях поставки действуют данные цены. Кроме того, в поименованных товарах не указаны качественные характеристики, которые могут влиять на стоимость, а также не указан производитель товаров;

отсутствует документальное подтверждение транспортных расходов, указанных в графе 17 формы ДТС-1, поскольку сведения, указанные в заявке на перевозку сформированы ранее даты согласования самой поставки.

Порядок обжалования решений, действий (бездействия) таможенных органов и их должностных лиц регламентирован главой 51 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 289-ФЗ).

Согласно пункта 1 статьи 263 Закона № 289-ФЗ вышестоящий таможенный орган при наличии поводов вправе провести ведомственный контроль решений, действий (бездействий) нижестоящего таможенного органа. В случае выявления по результатам ведомственного контроля не соответствующего требованиям международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования, законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании решения нижестоящего таможенного органа вышестоящий таможенный орган обязан отменить полностью или частично такое решение, за исключением случаев, когда допущенные нарушения при принятии решения нижестоящим таможенным органом не могут быть устранены либо срок для принятия нового решения истек.

В соответствии с частью 4 статьи 263 Закона № 289-ФЗ к поводам для проведения ведомственного контроля относится, в том числе обращения граждан и организаций в таможенные органы (пункт 2).

Жалоба на решения таможенного поста подается в таможню. Таможенный орган, решения которого обжалуются, направляет жалобу в вышестоящий таможенный орган не позднее 5 рабочих дней после дня ее поступления (части 1 и 2 статьи 288 Закона № 289-ФЗ). Ведомственный порядок обжалования не предусматривает уплату госпошлины.

В силу части 7 статьи 298 Закона № 289-ФЗ решение вышестоящего таможенного органа по жалобе на решение таможенного органа может быть обжаловано в суд.

Как следует из материалов дела, общество не согласившись с решением таможенного поста от 23.02.2021 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товар № 10720010/271120/0014690, на основании которого с учетом скорректированной таможенной стоимости по 3 методу, доначислены таможенные платежи, обратилось 02.03.2021 с жалобой в Дальневосточную электронную таможню, которая была рассмотрена в порядке ведомственного контроля и принято решение от 08.04.2021 № 02-36/29, которым обжалуемое обществом решение признано правомерным. 

При этом, из оспариваемого решении от 08.04.2021 № 02-36/29 следует, что таможня частично согласилась с выводами таможенного поста, положенных в основание принятия решения от 23.02.2021, указав на несостоятельность доводов о не предоставлении декларантом сведений о наличии скидок от продавца, поскольку согласно предоставленных пояснений, скидки обществу не предоставлялись и указав на необоснованность критической оценки предоставленного прайс-листа продавца, поскольку, в том числе законодательством не установлены требования к содержанию данного документа, являющегося прейскурантом или справочником, перечнем цен на товары и услуги, предоставляемые покупателям, то есть документом, составляемым продавцом для неограниченного круга лиц.

Также таможня признала не обоснованным довод таможенного поста о необходимости представления банковской гарантии декларанту, исходя из согласованной в пункте 5.1 контракта отсрочки платежей, так как носит предположительный характер, учитывая отсутствие в контракте условия о предоставлений покупателем банковской гарантии в целях гарантии оплаты товаров с отсрочкой платежа.

Оценив основания принятия таможней в порядке ведомственного контроля решения от 08.04.2021 № 02-36/29, суд пришел к следующим выводам.

Согласно правовой позиции пункта 8 постановления Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

В пункте 13 постановления Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49 указано, что, основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В связи с этим при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Подпунктом 15 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС регламентировано, что коммерческими документами, используемыми при осуществлении внешнеторговой деятельности, а также для подтверждения совершения сделок, связанных с перемещением товаров через таможенную границу союза являются: счет-фактура (инвойс), спецификации, отгрузочные и упаковочные листы и другие документы, при этом согласно подпункту 48 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС транспортными (перевозочными) документами являются документы, подтверждающие наличие договора перевозки товаров и сопровождающие их при такой перевозке (коносамент, накладная, документ, подтверждающий заключение договора транспортной экспедиции, и иные документы).

Анализ положений внешнеторгового контракта от 10.11.2020 № TXW-AG-101120, предоставленного заявителем в материалы дела, показывает, что при заключении сделки стороны согласовали все существенные условия (в том числе ее предмет), а также предусмотрели механизм определения ассортимента, цены и условий поставки, оплаты партии товара.

Во исполнение условий контракта (пункт 1.2), приложением от 27.11.2020 № 1 к контракту его стороны согласовали ассортимент, цену и количество партии товаров на сумму 47 856 долларов США на условиях поставки FСА ФИО3.

Продавцом выставлен инвойс от 27.11.202 № 11 и оформлены отгрузочная спецификация от 27.11.2020, которые в соответствии с пунктом 2.9 контракта предоставлены Покупателю, в том числе, товарно-транспортная накладная СМR № 1912711 от 27.11.2020 и в которых указаны аналогичные сведения о количестве и цене согласованного в приложении от 27.11.2020 № 1 ассортимента товара. 

Таким образом, рассматриваемая сделка заключена в письменной форме с учетом правил статей 160, 432, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации и позволяет определить ее предмет и условия ее совершения.

Данные документы отражают стоимость и номенклатуру партии товара о которой договорились стороны, а также содержат сведения об ассортименте поставляемого товара, его количестве, фиксированной цене и условию поставки, что соответствует условиям внешнеторговой сделки.

При этом, указанные документы имелись в распоряжении таможни.

Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты. 

Кроме того, представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют об исполнении продавцом по контракту принятых обязательств и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

Судом также учитываются фактические взаимоотношения сторон внешнеэкономической сделки, которые на основании положений пункта 3 статьи 438, пункта 3 статья 434 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствуют о согласовании всех существенных условий договора купли-продажи (наименование и количество товара), а также подтверждают заявленную стоимость товара. Товар фактически передан от продавца покупателю, что подтверждается товарно-транспортной накладной СМR № 1912711 от 27.11.2020.

Кроме того, международная товарно-транспортная накладная  подтверждает принятие к перевозке и фактическую перевозку товара по цене и количеству, отраженных в инвойсе и отгрузочной спецификации.

Таможне в ходе таможенного контроля обществом был представлен прайс-лист продавца товара, в котором содержатся сведения о наименовании товара, цене и единицах измерения, при этом цена, указанная  как стоимость товара 3,6 долл. за кг, соответствует цене, указанной в инвойсе, приложении от 27.11.2020 № 11 к контракту и товарно-транспортной накладной, которые в соответствии с пунктом 2.9 контракта предоставляются продавцом покупателю.

Учитывая изложенное, суд соглашается с выводами таможни в оспариваемом решении о том, что сомнения таможенного поста, изложенные в решении  от 23.03.2021 в связи с содержащимися  в прайс-листе продавца сведениями, не подкреплены никакими объективными доказательствами, в том числе учитывая смысл данного документа и принимая во внимание, что обязательным требованием к его содержанию является наличие цены товара, а его оформление и дата выдачи могут быть произвольными.

При этом указанная в прайс-листе информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

В ходе таможенного контроля декларант представил таможне пояснения, что скидок ему продавцом не предоставлялось, в связи с чем, суд соглашается с выводами таможни в оспариваемом решении о необоснованности указания в решении от 23.02.2021 о не подтверждении декларантом низкой цены товара, поскольку не имеется доказательств со ссылками на обычаи делового оборота, что общество реально располагало или должно было располагать, но не представило таможенному посту документы по данным обстоятельствам.

Кроме того, таможенный пост в решении от 23.02.2021 не дал обоснованных пояснений, какие документы, по его мнению, требовались для предоставления декларантом в подтверждение низкой цены на товар по сравнению с информацией имеющейся в его распоряжении.

Проанализировав условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, суд пришел к выводу о том, что данные документы  выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости.

Указанная обществом в графах 22 и 42 стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

Следовательно, порядок оплаты, которым стороны должны руководствоваться, устанавливается в тексте заключенного контракта. Стороны вправе самостоятельно выбрать, каким образом она будет производиться: единовременным платежом, с рассрочкой или отсрочкой платежа.

Судом установлено, что условия платежей оговорены сторонами в пункте 5.1 контракта, которым установлена возможность оплаты в течение 360 дней после завершения таможенного оформления товаров. 

Датой поставки каждой партии товара считается дата прибытия транспорта в место назначения, указанное в товаротранспортной накладной (пункт 2.4 контракта).

Таким образом, в пункте 5.1 контракта содержится условие об отсрочке платежа с указанием периода времени, по истечении которого должна быть произведена оплата товаров, а также указание на обстоятельство, с которого будет начинаться течение периода времени для отсрочки платежа.

При этом, условие об отсрочке платежа не свидетельствует о недостоверности заявленных обществом сведений о товаре, не противоречит нормам международного права и национального законодательства и не свидетельствует о незаконности применения обществом метода определения таможенной стоимости товара по цене сделки. 

Учитывая изложенное, суд соглашается с выводами таможни в оспариваемом решении о необоснованности доводов таможенного поста в решении от 23.02.2021 о необходимости предоставления обществу банковской гарантии, исходя из согласованной в пункте 5.1 контракта  отсрочки платежей за товар 360 дней, которая по сути является коммерческим кредитом и не подтверждена декларантом документально, что является ограничением для применения выбранного метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Судом отмечается, что рассуждения таможенного поста в решении от 23.02.2021 со ссылкой на пункт 5.1 контракта о том, что согласованная отсрочка платежа фактически является коммерческим кредитом и товары поставляются в адрес декларанта без гарантий, судом как и таможней не принимаются, поскольку стороны гражданско-правовой сделки свободны в своем волеизъявлении при выборе условий ее осуществления согласно статей 154, 421, 424 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в соответствии со статьями 1.1, 1.2, 1.3 Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА стороны свободны вступать в договор и определять его содержание, при этом, указанные Принципы не устанавливают никаких требований к форме договора, он может быть изменен по соглашению сторон или иным образом в соответствии с настоящими Принципами.

В соответствии со статьей 823 Гражданского кодекса Российской Федерации договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками, может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты товаров, работ или услуг (коммерческий кредит), если иное не установлено законом. 

Из смысла указанной нормы следует, что обязательства по коммерческому кредиту, возникают в случае прямого указания на такой кредит в договоре. Аналогичный вывод следует из Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 19.12.2017 по делу № 306-ЭС17-16139, А12-50782/2016. 

Вывод таможенного поста о необходимости представлении банковской гарантии декларанту носит предположительный характер ввиду того, что в контракте отсутствует условие о предоставлении покупателем банковской гарантии в целях гарантии оплаты товаров с отсрочкой платежа, при этом, согласно пункту 5.4 контракта отдельным соглашением сторонами могут быть оговорены иные формы и условия оплаты за предоставляемый товар. Таким образом, довод таможенного органа является не обоснованным.

В связи с чем, нельзя говорить о допустимости квалификации договорных отношений между обществом и инопартнером, как сопряженных обязательствами коммерческого кредита.

В ходе таможенного контроля общество представило таможне заявление на перевод от 30.11.2020 № 2, ведомость банковского контроля по состоянию на 12.01.2021, которая содержит информацию об 11 декларациях, среди которых и спорная ДТ, по которым общество оформило ввезенный на территорию РФ товар в рамках рассматриваемой внешнеторговой сделки от 10.11.2020 № TXW-AG-101120  и подтверждает факт оплаты в сумме 520 000 долларов США, которая произведена по заявлениям на перевод № 1 и № 2 от 30.11.2021 на сумму 318 347,12 и 201 652,88 долларов США соответственно.

Ведомость банковского контроля - это заполняемый банком ПС документ учета всех движений, произведенных в рамках одной паспортизируемой сделки в целях своевременного выявления нарушений валютного законодательства и проверки корректности информации, отражаемой резидентом в справке о подтверждающих документах и справке о валютных операциях.

Порядок формирования и ведения ведомости банковского контроля осуществляется в соответствии с Инструкцией Банка России от 16.08.2017 № 181-И и формируется из информации о зарегистрированных таможенными органами ДТ, полученной в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.12.2012 № 1459 из информации, содержащейся в справках о подтверждающих документах, а также на основании информации, содержащейся в иных имеющихся в распоряжении банка ПС подтверждающих документах, и иной информации, подлежащей отражению в ведомости банковского контроля

Ведомость банковского контроля представляет собой документ, не только подтверждающий перечисление денежных средств, но и фиксирующий факт оплаты к корреспондирующей обязанности поставки товаров на условиях, согласованных сторонами внешнеэкономической сделки, с обязательным соблюдением требований валютного законодательства.

Обществом по запросу от 27.11.2020 таможенного поста было представлено заявление о постановке на учет контракта № 6 от 16.11.2020, которое содержит уникальный номер контракта - 20110007/0843/0000/2/1, присвоенный банком ПС 17.11.2020.

Представленная таможенному органу ведомость банковского контроля содержит номер внешнеторгового контракта от 10.11.2020 № TXW-AG-101120 и уникальный номер контракта - 20110007/0843/0000/2/1, присвоенный банком ПС, что, безусловно, позволяет идентифицировать также представленное заявление на перевод от 30.11.2020 № 2 с контрактом и иными документами.

Принимая во внимание, что в распоряжении таможни имелись банковские и платежные документы, ведомость банковского контроля и паспорт сделки, тем самым у таможенного органа не должно было возникнуть сомнений в действительности и заключенности сделки, так как для открытия валютного контроля в отношении внешнеэкономической сделки в банк обслуживания предоставляется контракт со всеми реквизитами, в том числе с подписями и печатями сторон (пункт 2.5 Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления».)

Поскольку внешнеэкономическая сделка является подконтрольной валютным контролем банка, а денежные переводы по представленному обществом заявлению на перевод осуществлены в связи с исполнением контракта, с указанием в нем реквизитов сторон сделки, согласованных в контракте, следовательно, указанные в заявлении на перевод от 30.11.2020 № 2 суммы имеют отношение только контракту от 10.11.2020 № TXW-AG-101120, в том числе к рассматриваемой поставке по спорной ДТ.

Кроме того, на основании пункта 8 статьи 340 ТК ЕАЭС, для проведения таможенного контроля таможенные органы вправе получать в соответствии с законодательством государств-членов от банков и небанковских кредитных (кредитно-финансовых) организаций и организаций, осуществляющих отдельные виды банковских операций, документы и (или) сведения о денежных операциях по осуществляемым сделкам.

По требованию таможенного органа в соответствии с положениями пункта 2 статьи 337 ТК ЕАЭС банки, небанковские кредитные (кредитно-финансовые) организации и организации, осуществляющие отдельные виды банковских операций, государств-членов представляют документы и сведения о наличии и номерах банковских счетов организаций и индивидуальных предпринимателей государств-членов, а также необходимые для проведения таможенной проверки документы и сведения, касающиеся движения денежных средств по счетам таких организаций и индивидуальных предпринимателей, в том числе содержащие банковскую тайну в соответствии с законодательством государств-членов.

Таким образом, таможенный орган не был лишен возможности самостоятельно установить из коммерческих документов и предоставленной обществом иной информации порядок взаиморасчетов между сторонами рассматриваемой внешнеторговой сделки и проверить оплату партий товаров как по спорной, так и по предыдущим поставкам путем направления соответствующих запросов в банк, однако таким правом не воспользовался.

Как установлено судом и не опровергнуто таможенным органом, общество произвело расчет с инопартнером исходя из стоимости товаров конкретного количества и ассортимента, указанной в инвойсе от 27.11.2020 № 11, что свидетельствует о достоверности цены сделки с ввезенными товарами и об отсутствии зависимости продажи товаров и их цены от соблюдения условий или обязательств, влияние которых на стоимость товаров не может быть количественно определено.

Таким образом, из содержания представленных коммерческих и иных товаросопроводительных документов следует, какой товар, по какой цене и на каких условиях ввезен на таможенную территорию ЕАЭС по спорной ДТ.

Учитывая установленные обстоятельства, суд не соглашается с указанием таможни в оспариваемом решении о подтверждении по результатам ведомственного контроля довода таможенного поста о невозможности идентифицировать предоставленное декларантом заявление на перевод от 30.11.2020 № 2 с поставкой, согласованной приложением от 27.11.2020 №: 11 к контракту и инвойсом от 27.11.2020 № 11, виду отсутствия информации о выбранном способе оплаты товаров в указанных документах и пояснений со стороны декларанта, в силу следующего.

Как уже отмечалось судом, пунктом 5.1 внешнеторгового контракта от 10.11.2020 № TXW-AG-101120 предусмотрено, что платежи производятся покупателем в безналичной форме банковским переводом на счет продавца в течение 360 дней после таможенного оформления товаров. Также предусмотрен авансовый вид платежа. Если поставка товаров при авансовом платеже не осуществлена в течение 170 дней, то продавец обязан вернуть данный платеж не позднее 180 дней, с даты осуществления платежа. 

На данные альтернативные условия контракта таможня также ссылается по тексту оспариваемого решения.

Отсутствие в приложении от 27.11.2020 № 11, являющемуся неотъемлемой частью контракта, согласно его пункта 1.2, указания на произведенный обществом авансовый платеж и его размере, свидетельствует о том, что оплата товаров согласована в ином порядке, также предусмотренном пунктом 5.1 контракта.

Как пояснил заявитель, он как покупатель при отсутствии возражений со стороны продавца не воспользовался правом на авансовый платеж, соответственно, способ оплаты по настоящей поставке - в течение 360 дней после завершения таможенного оформления товаров. 

В рассматриваемом случае, товар был ввезен на территорию ЕАЭС и заявлен 27.11.2020 в спорной ДТ, оплачен заявлением на перевод № 2 датированным 30.11.2020, что соответствует условиям взаиморасчетов между сторонами, предусмотренным пунктом 5.1 контракта в виде отсрочки платежей.

Таким образом, сам факт ввоза товара и получения его покупателем до оплаты свидетельствует о выбранном способе оплаты, предусмотренном контрактом.

В соответствии с пунктом 8.1 Инструкции Банка России 16.08.2017 № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления» при исполнении, прекращение обязательств, перемене лица в обязательстве, изменении суммы обязательств по контракту (кредитному договору), в отношении которого настоящей Инструкцией установлено требование о его постановке на учет, резидент должен представить в банк УК одновременно с одним экземпляром справки о Подтверждающих документах, заполненной в соответствии с приложением 6 к настоящей Инструкции, следующие документу, подтверждающие исполнение, прекращение обязательств, перемену лица в обязательстве, изменение суммы обязательств по контракту (кредитному договору) способом, отличным от расчетов.

Согласно пункту 8.1.1 Инструкции № 181-И при вывозе с территории Российской Федерации (ввозе на территорию Российской Федерации) товара и при наличии требования о таможенном декларировании товаров в соответствии с законодательством о таможенном регулировании способом, отличным от подачи таможенным органам декларации на товары, - документы, используемые в качестве таможенной декларации, предусмотренные пунктом 6 статьи 105 ТК ЕАЭС.

В материалы дела заявителем представлена справка о подтверждающих документах от 14.12.2020, которые были представлены в банк обществом по ДТ № 10716050/201120/0023419, 10720010261120/0014475, ДТ № 10720010/271120/0014690, ДТ № 10720010/281120/0014814 и которая содержит суммы оплат по вышеуказанным ДТ и соотносится с заявлением на перевод № 2 от 30.11.2020 на сумму 201 652,88 долларов США.

Факт оплаты поставок по контракту также подтверждается информацией ведомости банковского контроля из раздела II «Сведения о платежах», где указаны даты операций 30.11.2020 и суммы операций  318 347, 12 и 201 652,88 в единицах валюты.

В разделе V «Итоговые данные расчетов по контракту» сформировано нулевое сальдо.

В подтверждение полной оплаты товара, заявленного в спорной ДТ, общество представило письмо АО «Дальневосточный банк» от 09.12.2021 № 08/03-22-284, согласно которому задолженность у ООО «Агро Плюс» по контракту от 10.11.2020 № TXW-АG-101120 с уникальный номером - 20110007/0843/0000/2/1 перед иностранным партнером отсутствует и сумма платежей за поставленный инопартнером товар за период с 30.11.2020 по 29.04.2021 составила 538 872,11 долларов США.

Кроме того, данное письмо АО «Дальневосточный банк» от 09.12.2021 подтверждает информацию, содержащуюся в ведомости банковского контроля по контракту от 10.11.2020 № TXW-АG-101120, в разделе II «Сведения о платежах» и в разделе V «Итоговые данные расчетов по контракту», предоставленную заявителем суду при рассмотрении дела.

Судом отмечается, что контракт от 10.11.2020 № TXW-АG-101120 содержит все существенные условия для договора купли-продажи и заключен с соблюдением норм гражданского законодательства Российской Федерации.

Контрактом и приложением от 27.11.2020 № 11 к нему, являющимся неотъемлемой его частью установлены условия и сроки поставки рассматриваемой партии товаров, раскрывается порядок формирования цены на поставляемые товары, требования о качестве, количестве и ассортименте. 

Банковские реквизиты сторон сделки также указаны в контракте и учитывая, что в распоряжении таможни имелись банковские платежные документы об оплате спорного товара по согласованной с внешнеторговым партнером цене, ведомость банковского контроля, у суда отсутствуют основания считать, что стороны внешнеэкономической сделки не достигли условий о наименовании, количестве и стоимости поставляемого товара, а также не согласовали порядок и сроки взаиморасчетов.

При этом, фактическое исполнение обязанностей продавца по отгрузке товара в адрес общества, и исполнение покупателем обязанностей по приемки товара и ее оплате, считается принятием условий сторонами договора, что также устраняет сомнения в достижении сторонами договоренности по всем существенным условиям поставки партии товара по спорной ДТ. 

Следовательно, основания для вывода о не согласованности сторонами условий поставки партии товара по спорной ДТ и его оплаты отсутствуют.

В силу пункта 3 статьи 40 ТК ЕАЭС, дополнительные начисления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренные пунктом 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, производятся на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с Международными правилами толкования торговых терминов «Инкотермс» термин FСА используется в случаях, когда продавец выполняет свою обязанность путем передачи товара перевозчику, указанному покупателем, в обязанности которого входит заключение договора перевозки.

Как установлено судом, рассматриваемая поставка товаров производились на условиях FСА ФИО3, что отражено в коммерческих документах, оформленных на партию товаров и указано в графе 20 спорной ДТ, в связи с чем, в целях определения таможенной стоимости товаров обществом были произведены дополнительные начисления на сумму понесенных транспортных расходов, размер которых документально был подтвержден декларантом представленными таможне документами, в том числе: договором на оказание транспортных услуг от 20.11.2020, заявкой от 24.11.2020 на осуществление перевозки грузов, счетом на оплату от 25.11.2020 № 133, актом от 25.11.2020 № 133 и платежным поручением от 25.11.2020 № 616, товарно-транспортной накладной СМR № 1912711 от 27.11.2020.

Принимая во внимание установленные обстоятельства по делу, судом не принимается указание таможни в оспариваемом решении о подтверждении довода таможенного поста о невозможности соотнести заявку на перевозку от 24.11.2021 с рассматриваемой поставкой товара, поскольку она оформлена ранее согласования партии товаров с продавцом в приложении от 27.11.2020 № 11.

Согласно пояснениям общества в обоснование своих требований, согласовав с продавцом наименование и количество партии по телефону, он 24.11.2021 сформировал заявку для перевозчика и в дальнейшем 27.11.2020 стороны внешнеторговой сделки оформили приложение № 11 на партию товара, которая и была оформлена по ДТ № 10720010/271120/0014690.

Каких-либо арифметических несоответствий между счетом на оплату, платежным поручением и суммой дополнительных начислений, отраженных в графах 17, 19 формы ДТС-1, судом не установлено, учитывая, что у сторон договора перевозки не возникло претензий к пункту доставки партии товара, что позволяет идентифицировать выставленный перевозчиком счет с данной поставкой, который в свою очередь был оплачен обществом как Заказчиком.

При этом, представленные таможне документы объективно свидетельствуют о транспортном средстве и его маршруте следования и реальной стоимости перевозки спорной партии товаров из страны ввоза до обусловленного сторонами места доставки, а также период оказания услуги Перевозчиком.

Совокупность информации о стоимости доставки в указанных документах является достаточной для подтверждения транспортных расходов, включенных обществом в дополнительные начисления к стоимости товара в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что предоставленные таможне документы могли быть приняты в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих понесенные заявителем расходы по перевозке партии товаров по спорной ДТ.

Судом отмечается, что в ходе дополнительной проверки у таможни не возникло вопросов в части понесенных декларантом транспортных расходов по доставке партии товара и оплаты транспортных услуг, поскольку какие-либо дополнительные пояснения относительно требующих уточнения сведений не запрашивались; выявленные признаки, являющиеся основанием для проведения дополнительной проверки, выразившиеся в невозможности идентифицировать заявку от 24.11.2020 с перевозкой товаров, задекларированных в спорной ДТ, декларанту также не сообщались.

С учетом изложенного, представленные обществом суду документы (в совокупности) выражают содержание сделки, содержат ценовую информацию, относящуюся к количественно определенным характеристикам товара, информацию об условиях поставки ее оплаты и оплаты за товары, а также подтверждают структуру таможенной стоимости.

Учитывая разъяснения пункта 13 постановления Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49, согласно которым непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу, судом отклоняются указания таможни в оспариваемом решении на обоснованность доводов таможенного поста в решении от 23.02.2021 о не предоставлении декларантом экспортной декларации, что не позволило уточнить сведения заявленные продавцом при вывозе товара в стране отправления.

Судом отмечается, что экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным контрагентом и заполняемым в соответствии с законодательством страны отправления.

При этом, экспортную декларацию следует рассматривать как документ, который составляется контрагентом декларанта в одностороннем порядке в адрес таможенного органа иностранного государства, в связи с чем, он не может иметь первостепенное значение перед коммерческими документами, согласованными обеими сторонами внешнеторговой сделки.

Кроме того, Соглашением между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах от 03.09.1994 предусмотрен обмен информацией между таможенными службами государств, который не требует заверение копий либо дополнительной легализации документов, представляемых по запросу в рамках указанного Соглашения.

Доказательства проведенных таможней мероприятий в рамках предоставленных полномочий, направленных на самостоятельное получение экспортной декларации у таможенных органов страны отправления товара в отношении партии товаров по спорной ДТ или иных сведений в отношении рассматриваемой внешнеторговой сделки в связи с имеющими сомнениями в части реального ее осуществления, в материалы дела ответчиком не представлено.

Из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49 следует, что при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса (абзац 2 пункта 9 постановление Пленума ВС РФ от 26.11.21019 № 49).

Представленные заявителем сведения позволяют идентифицировать декларируемый товар с товаром по заявленным условиям сделки.

Доказательств недостоверности указанных документов либо заявленных в них сведений, наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможенным органом вопреки части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Таможенная стоимость товара по спорной ДТ определена декларантом в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) с включением в структуру таможенной стоимости расходов по перевозке (транспортировке) товаров до места прибытия товаров на единую таможенную территорию ЕАЭС из согласованного пункта отправки (статья 40 ТК ЕАЭС).

В тоже время при сохранении у таможенного поста указанных и поддержанных в оспариваемом решении сомнений, таможенный пост каких-либо дополнительных запросов в ходе таможенного контроля в адрес общества не направлял, то есть не воспользовался предусмотренной пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС возможностью запросить дополнительные документы и письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Таким образом, таможня в оспариваемом решении не доказала отсутствие в представленных заявителем при декларировании товара документах сведений, необходимых для определения таможенной стоимости по избранному им методу, а также не указала, какими именно признаками неточности и недостоверности обладают представленные декларантом для таможенного оформления документы и сведения.

То обстоятельство, что определенная обществом в ДТ № 10720010/271120/0014690 таможенная стоимость товара оказалась ниже ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа, само по себе не влечет корректировку таможенной стоимости, поскольку не названо в законе в качестве оснований для корректировки, а источник ценовой информации для определения таможенной стоимости товаров в ДТ № 10702070/251120/0291656, выбранный таможенным постом и указанный в решении от 23.02.2021, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по методу по цене сделки с идентичными или однородными товарами. 

Суд полагает, что определенная декларантом в ДТ № 10720010/271120/0014690 по первому методу таможенная стоимость товара не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При этом данное отклонение объяснено декларантом путем представления документов об оплате товаров по стоимости, согласованной сторонами внешнеторговой сделки, в том числе прайс-листа продавца, содержащего сведения о стоимости товара за единицу, которая идентична сведениям, отраженным в приложении от 27.11.2020 № 11 и  коммерческом инвойсе от 27.11.2020 № 11.

При таких обстоятельствах различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

В то же время материалами дела наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 АПК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49).

В этой связи следует признать, что недоказанность таможенным постом оснований для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости, свидетельствует о несоответствии решения от 23.02.2021 о внесении изменений (дополнений)  в сведения, заявленные в спорной ДТ закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта, в связи с чем, суд не соглашается с выводами таможни, по результатам рассмотрения жалобы общества на указанное решение, изложенные в оспариваемом решении о правомерности его принятия.

Учитывая изложенное, корректность выбора источников ценовой информации таможенным постом, послуживших основанием для доначисления таможенных платежей по спорной ДТ при определении таможенной стоимости и в отношении которых в оспариваемом решении сделаны выводы о верном их выборе, судом не оценивается, как не влияющая на правильность разрешения спора в связи с отсутствием оснований для внесения изменений (дополнений) в сведения спорной ДТ и последующей корректировки таможенной стоимости.

Учитывая изложенное, поскольку решение Дальневосточного таможенного поста (центр электронного декларирования) Дальневосточной электронной таможни по таможенной стоимости по спорной ДТ принято 23.02.2021 без достаточных к тому правовых оснований, соответственно, жалоба общества на указанное решение о признании его незаконным подлежала удовлетворению ответчиком в порядке ведомственного контроля. 

При этом, решение от 23.02.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, неправомерно оставленное в силе оспариваемым в рамках настоящего дела решением вышестоящего таможенного органа, повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены права и законные интересы заявителя в сфере внешнеэкономической деятельности,  в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что решение от 08.04.2021 №02-36/29 не соответствует закону и нарушает права и законные интересы заявителя.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе  государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

При установленных обстоятельствах, суд не находит оснований для отказа в удовлетворении требования о признании незаконным решения 08.04.2021 №02-36/29 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа.

Учитывая изложенное, требования заявителя признаются судом обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Принимая во внимание указанные выше положения, учитывая, что в рамках настоящего спора заявлено требование о признании незаконным решения, вынесенного по жалобе на решение, послужившее основанием для доначисления таможенный платежей и это решение не отменено, суд обязывает Дальневосточную электронную таможню устранить допущенное нарушение прав и законных интересов ООО «Агро Плюс» в порядке, установленном Таможенным кодексом Евразийского экономического союза.

Данный способ восстановления нарушенного права, по мнению суда, соответствует положениям действующего законодательства и не ограничивает законные права заинтересованного лица на возврат излишне уплаченных таможенных платежей.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ подлежат взысканию с таможни.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Дальневосточной электронной таможни от 08.04.2021 № 02-36/29 о признании правомерным  решения Дальневосточной электронной таможни от 23.02.2021 о внесении изменений (дополнений), в сведения, указанные в декларации на товары №10720010/271120/0014690, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.  

Решение в указанной части подлежит немедленному исполнению.

Обязать Дальневосточную электронную таможню устранить допущенное нарушение прав и законных интересов ООО «Агро Плюс» в порядке, установленном Таможенным кодексом Евразийского экономического союза.

Взыскать с Дальневосточной электронной таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Агро Плюс» судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

 

Судья    Беспалова Н.А.