ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-9860/2019

03 февраля 2020 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  27 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 февраля 2020 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Рожкова Д.Г.,

судей  Грязниковой А.С., Краецкой Е.Б.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарём ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16892/2019) индивидуального предпринимателя Недбаева Сергея Васильевича на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29.10.2019 по делу № А75-9860/2019 (судья Бухарова С.В.) по иску индивидуального предпринимателя Недбаева Сергея Васильевича (ОГРИП 317861700083040, ИНН 591303947499) к обществу с ограниченной ответственностью «Сокол ГНБ» (ОГРН 1155958042558, ИНН 5906127887) о взыскании 6 990 662 руб. 20 коп., при участии в деле в качестве третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Буровая Сервисная Компания Сокол», общества с ограниченной ответственностью «Производственная фирма Сокол», 

при участии в судебном заседании директора общества с ограниченной ответственностью «Сокол ГНБ» -  ФИО3 (паспорт, протокол собрания от 25.02.2016 № 01/16);

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Буровая Сервисная Компания Сокол» (далее – ООО «БСК Сокол», истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры к обществу с ограниченной ответственностью «Сокол ГНБ» (далее – ответчик) с иском о взыскании 6 990 662 руб. 20 коп. убытков по договору от 15.03.2016 № Сол 1, а также процентов с момента вынесения решения по день исполнения обязательства. 

Определением суда от 24.05.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Буровая Сервисная Компания Сокол» ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Производственная фирма Сокол» (далее – третьи лица). 

Определением суда от 27.09.2019 произведено процессуальное правопреемство на стороне истца, ООО «БСК Сокол» заменено на его правопреемника – индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2). 

Решением арбитражного суда от 29.10.2019 исковые требования ИП ФИО2 оставлены без удовлетворения. 

Не согласившись с принятым решением суда, ИП ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить полностью, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объёме.

В обоснование жалобы истец приводит следующие доводы: применению подлежала в данном случае норма пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). По окончании бурения ответчик не вернул истцу дорогостоящее телеметрическое оборудование, чем нарушил условия. Считает, что невозврат оборудования прямо связан с аварией 07.06.2016, данное оборудование утрачено в результате действий работников буровой бригады ответчика. Ответчиком не представлено доказательств наличия сложных геологических и технологических условий при бурении скважины ГНБ № 3 (4) как обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажора).

От ООО «Сокол ГНБ» поступил отзыв на жалобу, в котором просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От третьих лиц отзывов на жалобу не поступило.

Представители истца, третьих лиц, извещённых о судебном заседании 27.01.2020 надлежащим образом, в него не явились. Суд апелляционной инстанции считает возможным на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие представителей указанных лиц.

Директор ООО «Сокол ГНБ» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. 

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, заслушав пояснения представителя ответчика, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения  суда в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, 01.03.2016 ООО «БСК Сокол» (арендатор) заключило с ООО «Производственная фирма Сокол» (арендодатель) на аренду оборудования (телеметрическая система  COMPASSD89 A55, телеметрическая система COMPASSD89 A93, батарея) (л.д. 35-43).

15.03.2016 между ООО «БСК Сокол» (подрядчик) и ООО «Сокол ГНБ» (заказчик) заключён договор № Сол 1 на оказание услуг по технико - технологическому сопровождению бурения наклонных исследовательских скважин методом горизонтально - наклонного бурения  (ГНБ) (далее – договор, л.д. 16-28).

Из приложения № 1 к договору «Описание и порядок оказания услуг» следует, что истец обязался оказать ответчику вышеназванные услуги с использованием забойных телеметрических систем с гидравлическим каналом связи (пункт 1.1).

Согласно пункту 5.1 приложения № 1 поставляемое в рамках договора оборудование является собственностью подрядчика, используется как инструмент оказания услуг.

В случае устранения заказчиком брака, ликвидации аварий, произошедших не по вине подрядчика, или осложнений геологического характера, заказчик использует собственное оборудование (пункт 5.2 приложения № 1).

Согласно пункту 6.1 договора за неисполнение и/или ненадлежащее исполнение договора виновная сторона несёт ответственность в соответствии с условиями договора и действующим законодательством.

Пунктом 6.9 договора установлено, что стороны договорились, что определение виновной стороны в произошедшей аварии или инциденте расследуется комиссией с участием представителей заинтересованных сторон. Двусторонне подписанный акт расследования  должен быть оформлен в течение 3-х рабочих  дней с момента ликвидации аварии, инцидента или принятия решения о прекращении аварийных работ. В акте расследования указывается виновная сторона (стороны). Двухсторонний акт расследования является основанием для возмещения прямых убытков, предъявления исков и претензий между сторонами.

В пункте 6.2 договора предусмотрено, что в случае утраты скважинного оборудования по вине заказчика (прихват, обрыв бурильного инструмента и т.д.) он выплачивает остаточную стоимость  скважинного оборудования на основании представленных документов подрядчиком: претензия, счёт-фактура на приобретение утраченного оборудования, справка по остаточной стоимости утраченного оборудования. Факт утраты скважинного оборудования подтверждается двухсторонним актом. В случае повреждения скважинного оборудования по вине заказчика последний оплачивает ремонтные работы по калькуляции затрат, предъявленной подрядчиком на основании двухстороннего акта.

10.06.2016  представителями сторон, а также ООО «Нефтебурсервис» составлен акт (л.д. 29), в котором отражено, что при подъёме КНБК с проработкой от забоя с глубины 190 м произошёл слом первой трубы на глубине 104 м, вследствие чего КНБК осталась в скважине.

В акте перечислен состав телеметрической системы, оставленной в скважине.

Виновные лица в данном акте не указаны.

14.06.2016 ООО «Производственная фирма Сокол» и ООО «БСК Сокол» составили акт утраты имущества (телеметрического оборудования) (л.д. 45-46).

Затем ООО «Производственная фирма Сокол» и ООО «БСК Сокол» подписали акт взаимозачёта от 30.06.2016 на сумму 5 640 662 руб. 20 коп. (л.д. 44).

Согласно справке ООО «БСК «Сокол» по состоянию на 07.06.2016 остаточная стоимость  «немагнитная УБТ, н.д. 6 ¾, вн.д. 213/16» составляет 1 350 000 руб. (л.д. 50).

18.07.2016 ООО «БСК Сокол» направило ответчику письмо № 315 (л.д. 32), в котором со ссылкой на акт от 10.06.2016, содержащий указание на то, что в результате проведения аварийных работ, руководимых представителями ООО «Сокол ГНБ», извлечь КНБК не удалось, предложило  возместить реальный ущерб в связи с утратой принадлежащего телеметрического оборудования в размере 6 990 662 руб. 20 коп. (5640662,20 + 1350000,00).

Поскольку ответчиком не произведено возмещение убытков, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, пришёл к верному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме, с которым суд апелляционной инстанции соглашается исходя из следующего.

Статьёй 8 ГК РФ в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

В силу статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Кодексе.

Согласно статье 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьёй 15 ГК РФ.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Таким образом, для взыскания убытков истец должен доказать совокупность обстоятельств: наличие убытков и их размер, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственную связь между действием (бездействием) причинителя вреда и возникшими убытками. 

При этом причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае истцом не доказано наличие совокупности условий для возмещения ему ответчиком спорных убытков.

Из материалов дела следует, что после произошедшей аварии 07.06.2016 стороны составили акт от 10.06.2016, указание на виновное лицо в этой аварии отсутствует.

Со ссылкой на данный акт истец полагает виновным ответчика в аварии, и как следствие, в причинении ему убытков в связи с утратой оборудования.

Однако указание в акте на то, что в результате проведения аварийных работ, руководимых представителями ООО «Сокол ГНБ», извлечь КНБК не удалось, не означает констатации сторонами виновности последнего по смыслу пункта 6.9 договора для привлечения его к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков. 

К тому же следует отметить, что вышеизложенное указание связано с изложением в пункте 2 акта события 10.06.2016 о продолжении аварийных работ.

То, что ответчик проводил аварийные работы после инцидента, не свидетельствует о том, что сам инцидент имел место исключительно в результате каких-либо действий ответчика.

Изложенные в акте события (пункты 1, 2) касаются процедуры проведения 08-10.06.2016 аварийных работ по устранению самого инцидента 07.06.2016.

Тем самым ссылка истца на акт как на доказательство виновности ответчика несостоятельна.

Иных доказательств, которые бы свидетельствовали об установлении виновности ответчика в произошедшей аварии 07.06.2016, истцом в материалы дела не представлено (статьи 65 АПК РФ).

Как верно указал суд первой инстанции, в материалах дела отсутствует заключение комиссии по результатам расследования произошедшей аварии или инциденте с участием представителей заинтересованных сторон в соответствии с пунктом 6.9 договора, из которого следовало бы, что виновником утраты оборудования признано ООО «Сокол ГНБ». 

При этом следует отметить, что по условиям пунктов 1.3.1, 1.3.8 приложения № 1, пункта 4.15 договора при оказании услуг истцом должны контролироваться следующие технологические и геологические параметры: зенитный угол, интенсивность изменения зенитного угла;  истец обязан незамедлительно известить заказчика и до получения от него указания приостановить работу при обнаружении обстоятельств: ефектов скважинного оборудования; иных, независящих от подрядчика обстоятельств, которые создают невозможность выполнения работ в установленные сроки, либо существенно изменяют профиль проектного ствола (интенсивность искривления более 3°/10 м), приняв меры к недопущению перебуривания или перехода скважины в аварийное состояние. 

Между тем в вышеназванном акте от 10.06.2016, а также в акте от 10.06.2016 об аварии при бурении скважины ГНБ № 3(4") на территории ПАР «Уралкалий» СКРУ-2 (л.д. 88)  указано, что произошёл неконтролируемый набор зенитного угла с интенсивностью 4.275° на 10 м. 

Доказательств, подтверждающих принятие истцом мер по немедленному извещению ответчика о произошедшем неконтролируемом наборе зенитного угла, о приостановлении выполнения работ, в материалы дела также не представлено. 

Исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств истец не доказал наличие в действиях (бездействии) ответчика вины, приведшей к возникновению на стороне истца спорных убытков.

Вместе с тем в силу пункта 1 статьи 705 ГК РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором подряда риск случайной гибели или случайного повреждения оборудования, используемого для исполнения договора имущества, несёт предоставившая их сторона.

Таким образом, в отсутствие доказательств обратного требования истца к ответчику по убыткам, а также о взыскании процентов в порядке статьи 395 ГК РФ являются необоснованными и правомерно были отклонены судом первой инстанции.

Доводы апелляционной  жалобы истца не опровергли правильности выводов суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме.

Доводы жалобы истца о необходимости применения в данном случае пункта 3 статьи 401 ГК РФ ошибочны, так как истцом прежде всего не доказано совокупности условий для возложения на заказчика услуг (ООО «Сокол ГНБ») ответственности по возмещению ему убытков.

Исходя из сформулированного истцом требования предметом спора является взыскание убытков в порядке статей 15, 393 ГК РФ.

В связи с чем вопрос о возложении на ответчика обязанности вернуть истцу оборудование в рамках настоящего спора не рассматривается судом.

Податель жалобы также указывает о том, что по окончании бурения ответчик не вернул истцу дорогостоящее телеметрическое оборудование, чем нарушил условия. 

При этом истцом не представлено суду никаких доказательств, указывающих о том, что истец передал ответчику как заказчику утраченное оборудование, которое в процессе его использования при исполнении договора и было утрачено.

В отзыве на исковое заявление ответчик отрицает факт передачи ему истцом оборудования, указывая на то, что истец оказывал услуги с использованием своего оборудования.

Доказательств обратного истцом также не представлено.

Также податель жалобы указывает на то, что ответчиком не представлено доказательств наличия сложных геологических и технологических условий при бурении скважины ГНБ № 3 (4) как обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажора).

  Между тем бремя доказывания виновности ответчика по правилам статьи 65 АПК РФ в настоящем случае возлагается на истца как на инициатора спора и лицо, непосредственно оказывающее ответчику услуги с использованием утраченного оборудования по рассматриваемому договору.

С учётом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба истца удовлетворению не подлежит.

          Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в её удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29.10.2019 по делу № А75-9860/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Д.Г. Рожков

Судьи

А.С. Грязникова

 Е.Б. Краецкая