АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА СЕВАСТОПОЛЯ

Л. Павличенко ул., д. 5, Севастополь, 299011, www.sevastopol.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

дело №А84-3011/2018

22 мая 2019 года

город Севастополь

Резолютивная часть решения оглашена 15 мая 2019 года

Полный текст решения изготовлен 22 мая 2019 года

Арбитражный суд города Севастополя в составе судьи Морозовой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО2 по доверенности от 09.01.2019 №1Д-19;

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 29.12.2018 №244;

рассмотрев в  судебном заседании дело, принятое

по иску государственного бюджетного учреждения города Севастополя «Парки и скверы» 

к обществу с ограниченной ответственностью «Севэнергосбыт»,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, государственное унитарное предприятие «Севастопольская единая городская аварийно-диспетчерская служба», общество с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Золотая Балка», Департамент по имущественным и земельным отношениям города Севастополя, Управление Федеральной антимонопольной службы по Республике Крым и городу Севастополя, публичное акционерное общество «Энергетическая компания «Севастопольэнерго», общество с ограниченной ответственностью «Севастопольэнерго»,

о признании недействительным дополнительного соглашения,

установил:

государственное бюджетное учреждение города Севастополя «Парки и скверы» (далее – учреждение, ГБУ «Парки и скверы», истец) обратилось в Арбитражный суд города Севастополя с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Севэнергосбыт» (далее – гарантирующий поставщик, ООО «Севэнергосбыт», ответчик) о признании недействительным дополнительного соглашения о включении новой точки учёта в действующий контракт от 31.08.2017 к государственному контракту на энергоснабжение от 19.05.2017 №4525817/27Гк.

В обоснование иска его податель сослался на то, что при отсутствии документов о технологическом присоединении, на основании которых определяется максимальная мощность энергопринимающего устройства, влияющая на возможность выбора ценовой категории потребителем, ответчик как субъект, осуществляющий деятельность в условиях естественной монополии, используя свой такой особый статус, неправомерно установил в отношении ТП-452А третью ценовую категорию при расчёте стоимости электрической энергии. Учреждение также полагает неправомерным принятие гарантирующим поставщиком размера мощности на основании документов, оформленных на основании украинского законодательства и в отношении иного хозяйствующего субъекта, правопреемником которого истец не является.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, суд первой инстанции привлёк государственное унитарное предприятие «Севастопольская единая городская аварийно-диспетчерская служба» (далее - предприятие), общество с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Золотая Балка» (далее - фирма), Департамент по имущественным и земельным отношениям города Севастополя (далее - ДИЗО), Управление Федеральной антимонопольной службы по Республике Крым и городу Севастополя (далее - УФАС), публичное акционерное общество «Энергетическая компания «Севастопольэнерго» (далее - компания), общество с ограниченной ответственностью «Севастопольэнерго» (далее – ООО «Севастопольэнерго»).

Определением от 10.12.2018 по ходатайству истца суд назначил по настоящему делу строительно-техническую экспертизу, поручив её проведение экспертам Автономной некоммерческой организации «Судебно-экспертный центр» ФИО4, ФИО5, ФИО6. В связи с этим суд приостановил производство по настоящему делу до получения результатов экспертизы.

Определением от 19.02.2019 суд возобновил производство по делу ввиду устранения обстоятельств, послуживших основанием для его приостановления.

Третьи лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей, не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для проведения судебного заседания в их отсутствие.

В судебном заседании представитель учреждения настаивал на удовлетворении иска, а представитель общества возражал против его удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив доводы участников процесса, суд установил следующие обстоятельства.

Как усматривается из материалов дела, распоряжением от 17.03.2017                 №3170-РДИ Департамент по имущественным и земельным отношениям города Севастополя закрепил за ГБУ «Парки и скверы» на праве оперативного управления, в том числе государственное имущество (соковый завод), расположенное по адресу: 

<

...>, переданное истцу по акту приёма-передачи от 17.03.2017 (том дела 1, листы 45-48).

В связи с этим, 01.07.2017 ООО «Агрофирма «Золотая Балка» как лицо, установившее приборы учета электроэнергии, передало их истцу, в частности, находящиеся объекте по ул. Каштановая, дом 5 – два прибора учета №№01794882 и 01794922, и на объекте по ул. Каштановая, дом 14 – три прибора учета №№01794949,3654453,01794817.

Согласно имеющимся в деле документам по взаимоотношениям между фирмой и публичным акционерным обществом «Энергетическая компания «Севастопольэнерго» по энергоснабжению данного имущества присоединённая мощность объекта энергоснабжения – соковый завод, ул.Каштановая, 14, ТП-452А, определена в размере 680 кВт/час (том дела 1, лист 50).

Из материалов дела видно, что 19.05.2017 между ООО «Севэнергосбыт» (гарантирующий поставщик, ГП) и ГБУ «Парки и скверы» (потребитель) подписан государственный контракт на энергоснабжение №4525817/27Гк (далее - контракт), согласно которому гарантирующий поставщик обязуется продавать электрическую энергию (мощность) в точке (точках) поставки на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств Потребителя в пределах мощности, разрешенной технической документацией на присоединение и (или) актом разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон, оказывать через привлеченные сетевые организации услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии Потребителю, а Потребитель обязуется оплачивать приобретаемую электроэнергию (мощность) и оказанные услуги, а также соблюдать режим потребления электроэнергии (мощности), обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением электроэнергии (пункт 1.1. контракта), (том дела 1, листы 9-12) .

В приложении №1 к контракту содержится перечень точек поставки, по которым производится расчёт за отпущенную электроэнергию и мощность (том дела 1, лист 13).

Письмом, полученным ответчиком 12.07.2017, истец просил гарантирующего поставщика заключить дополнительное соглашение к контракту и включить точки учёта электрической энергии, находящиеся в договоре ООО «Агрофирма «Золотая Балка» №1397317, в том числе по ТП-452А с максимальной мощностью 680 кВт (том дела 1, лист 51). 

Данное обстоятельство послужило основанием для подписания между ООО «Севэнергосбыт» и учреждением дополнительного соглашения о включении новой точки учёта в действующий контракт от 31.08.2017 к контракту, исходя из которого, по точкам поставки через ТП 452-А присвоена максимальная мощность 680 кВт (том дела 1, лист 19).

В письме от 21.03.2018 истец просил ООО «Севастопольэнерго» как сетевую организацию на территории города федерального значения Севастополь сообщить размер резервируемой максимальной мощности согласно Постановлению Правительства РФ №861 от 24 декабря 2004 года для потребителей ГБУ «Парки и скверы» по ТП-452А помесячно, начиная с июля 2017 года, принимая во внимание, что один из трансформаторов выведен из работы бригадой ОВБ ФПАО «Севастопольэнерго» 08.06.2017 и до настоящего времени в работу не введён (том дела 1, лист 31).

В ответе от 23.04.2018 №4409/0/2-18 общество «Севастопольэнерго» информировало, что ГБУ «Парки и Скверы» не подавало заявку на технологическое присоединение объектов с точкой присоединения ТП-452А, ввиду чего информация о присоединённых объектах в сетевой организации отсутствует (том дела 1, лист 32). Одновременно ООО «Севастопольэнерго» просило учесть, что оно не является балансодержателем ТП-452А.

Предъявляя настоящий иск, его податель сослался на то, что в силу пункта 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 №861 (далее – Правила недискриминационного доступа) документом, подтверждающим размер максимальной мощности точки поставки, служит исключительно акт об осуществлении технологического присоединения (акт технологического присоединения). В рассматриваемой ситуации такого документа не имеется. При этом, как указывает учреждение, несмотря на его неоднократные обращения к ответчику об изменении размера максимальной мощности спорной точки поставки электроэнергии, ООО «Севэнергосбыт», будучи субъектом естественной монополии, злоупотребляя своим доминирующим положением, неправомерно отказало потребителю в этом.

Суд счёл иск не подлежащим удовлетворению в свете следующего.

В соответствии с пунктом 2 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 №442 (далее – Основные положения), максимальная мощность энергопринимающих устройств потребителя для целей определения его обязательств на розничном рынке, а также для целей отнесения его к подгруппам потребителей, в том числе и при применении гарантирующими поставщиками дифференцированных по группам (подгруппам) потребителей сбытовых надбавок, определяется в соответствии с Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 №861 в рамках границ балансовой принадлежности в отношении энергопринимающего устройства, принадлежащего на праве собственности или на ином законном основании потребителю, а в случае, если у потребителя несколько энергопринимающих устройств, имеющих между собой электрические связи через принадлежащие потребителю объекты электросетевого хозяйства, для этих целей максимальная мощность определяется в соответствии с указанными Правилами в отношении такой совокупности энергопринимающих устройств.

В силу пункта 2 (абзац 7) Правил недискриминационного доступа под максимальной мощностью понимается наибольшая величина мощности, определенная к одномоментному использованию энергопринимающими устройствами (объектами электросетевого хозяйства) в соответствии с документами о технологическом присоединении и обусловленная составом энергопринимающего оборудования (объектов электросетевого хозяйства) и технологическим процессом потребителя, в пределах которой сетевая организация принимает на себя обязательства обеспечить передачу электрической энергии, исчисляемая в мегаваттах.

Согласно пункту 40(1) Правил технологического присоединения энергопринимающих, устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004  №861, заявители (за исключением лиц, указанных в пункте 13 настоящих Правил), имеющие на праве собственности или ином законном основании энергопринимающие устройства, в отношении которых в установленном порядке осуществлялось фактическое технологическое присоединение, вправе снизить объем максимальной мощности (избыток, реализованный потенциал энергосбережения и др.) собственных энергопринимающих устройств с одновременным перераспределением объема снижения максимальной мощности в пользу сетевой организации от объема максимальной мощности, указанной в документах о технологическом присоединении.

Для уменьшения максимальной мощности энергопринимающих устройств заявителем в адрес сетевой организации, к объектам электросетевого хозяйства которой присоединены энергопринимающие устройства заявителя, направляется заявка об уменьшении максимальной мощности.

Сетевая организация в течение 5 рабочих дней со дня получения заявки на уменьшение максимальной мощности направляет копию заявки, а также копии приложенных к ней документов субъекту оперативно-диспетчерского управления в случае, если ранее выданные заявителю технические условия подлежат согласованию с таким субъектом.

Специальное законодательство в сфере электроэнергетики не содержит нормы, позволяющей изменять максимальную мощность по соглашению между потребителем и гарантирующим поставщиком. Коль скоро в силу дефиниции, содержащейся в Правилах №861, максимальная мощность представляет собой объём обязательств сетевой организации, изменение максимальной мощности возможно только по согласованию между абонентом и сетевой организацией, путём переоформления документов о технологическом присоединении. При этом единственным условием получения либо изменения величины максимальной мощности является выполнение технических условий выставленных сетевой организацией. Доказательством такого выполнения служит подписанный сторонами акт технологического присоединения (пункт 19 Правил №861).

Как следует из правовой позиции, сформулированной определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.02.2015 №310-ЭС14-2973, величиной максимальной мощности является физическая величина, определяющая характер обязательств между сетевой организацией и владельцем энергопринимающего оборудования, а также в правоотношениях между сетевой организацией и прочими субъектами электроэнергетики. Правоотношения по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к электросетям предопределяют технические параметры, влияющие на объем обязательств сторон в сфере энергоснабжения, а поскольку величина максимальной мощности определяет обязательства сетевой организации, то условие договора энергоснабжения об этой величине, противоречащее документам о технологическом присоединении, недействительно в силу ничтожности.

При этом, исходя из правового подхода, изложенного в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2017 №305-ЭС17-4711, произвольное указание ценовой категории, не соответствующее данным, указанным в документах о технологическом присоединении, недопустимо, так как не соответствует действующему нормативному регулированию в той сфере правоотношений, имеющему императивный характер.

При рассмотрении спора по ходатайству истца определением от 10.12.2018 суд назначил по делу строительно-техническую экспертизу, поручив её проведение экспертам Автономной некоммерческой организации «Судебно-экспертный центр» ФИО4, ФИО5, ФИО6. На разрешение экспертам поставлены следующие вопросы:

- определить техническое состояние трансформаторной подстанции ТП-452А, расположенной по адресу: 

<

...>, по состоянию на 31.08.2017;

- определить фактическую максимальную мощность всех подкоренных потребителей, запитанных от ТП-452А, по состоянию на 31.08.2017;

- определить фактическую максимальную мощность ТП-452А по состоянию на 31.08.2017 с учётом её технического состояния и фактической мощности всех потребителей от данной ТП;

- определить соответствует ли мощность, указанная в дополнительном соглашении от 31.08.2017 к государственному контракту на энергоснабжение от 19.05.2017 №4525817/27Гк, на дату подписания этого соглашения максимальной мощности фактических потребителей?

В заключении комиссии экспертов от 11.02.2019 №44/82-18 (том дела 2, листы 127-155) даны следующие ответы.

Так, отвечая на первый вопрос эксперты пришли к выводу о том, что техническое состояние трансформаторной подстанции ТП-452А, расположенной по адресу: 

<

...>, по состоянию на 31.08.2017 – неудовлетворительное, сама трансформаторная подстанция ТП 452А находится в аварийном состоянии. Как указали эксперты, ими произведён анализ материалов дела в сопоставлении с данными исследования объекта по месту его расположения органолептическим методом и требованиями действующих норм и правил (абзац 1 страницы 12 заключения экспертов). В процессе исследования рассмотрен и проведён сравнительный анализ результатов обследований: состоявшегося 23.01.2019 с учётом актов осмотра за 2017 год, имеющихся в материалах дела, и с учётом выводов по результатам проведённого экспертного исследования (осмотра) и анализа полученных фотоматериалов (абзац 4 страница 13 заключения экспертов). При ответе на поставленный вопрос комиссия экспертов руководствовалась Указаниями по учёту и анализу в энергосистемах технического состояния распределительных сетей напряжением 0,38-20 кВ», разработанных департаментом электрических сетей Российского акционерного общества энергетики и электрификации «ЕЭС РОССИИ», (далее – Указания ЕЭС РОССИИ). По мнению комиссии экспертов, положения данного документа наиболее подходят для достоверного, полного и однозначного ответа на поставленный вопрос. В соответствии с пунктом 1.3 поименованных Указаний техническое состояние объекта может быть оценено по наличию совокупности дефектов его элементов, зарегистрированных в процессе технического обслуживания – осмотров, проверок, испытаний и измерений. Обследование ТП-452А экспертом произведено 23.01.2019, то есть спустя 1 год и 5 месяцев с даты подписания спорного дополнительного соглашения. Для определения технического состояния ТП-452А, комиссией экспертов принята формула (Ж.9г, пункт 2.12.6 Указаний ЕЭС России) как наиболее подходящая по составу оборудования для исследуемой ТП-452А. Значения составляющих формулы (коэффициенты дефектности строительной части ТП, дефектности корпуса ТП, дефектности силового трансформатор, дефектности изоляторов шин и присоединений, дефектности коммутационного аппарата РУ 0,4 КВ) использованной экспертами для определения технического состояния ТП-452А определены, исходя из данных, полученных в результате осуществлённого осмотра от 23.01.2019, а также из актов осмотра за 2017 год. По результатам проведённого исследования эксперты пришли к единому мнению о том, что техническое состояние ТП-452А неудовлетворительное как на дату осмотра 23.01.2019, так и по состоянию на 31.08.2017. При этом обоснование в подтверждение того, что по состоянию на 31.08.2017 имело место ненадлежащее техническое состояние объекта, заключение экспертов не содержит. Одновременно выявленные экспертами дефекты, подробно перечисленные в заключении, не содержат дату возможного их возникновения, равно как того, как они влияют мощность подстанции (например, наличие деревьев на площадке и вблизи ТП – деревьев, угрожающих падением на ТП, веток деревьев, касающихся ТП; повреждение петель двери; повреждение уплотнения двери – отсутствие, обрыв, растрескивание уплотнителей дверей, стенок; отсутствие нумерации – диспетчерских обозначений в РУ 6-20 кВ, загрязнение штыревого изолятора и т.д.). Кроме того, исходя из содержания заключения, сами дефекты носят устранимый характер.

Согласно ответу на второй вопрос фактическая максимальная мощность всех подкоренных потребителей, запитанных от ТП-452А, по состоянию на 31.08.2017, составляет 222,58 кВт. Как указано в заключении, в связи с отсутствием в материалах дела данных по максимальной разрешённой мощности потребителей, запитанных от ТП-452А, комиссией экспертов принято решение рассчитать потребляемую мощность подкоренных абонентов, исходя из результатов измерений, произведённых на отходящих линиях, выполненных согласно актам от 09.11.2017, 16.10.2018 (том дела 1, листы 155, 157), и результатов измерений комиссии экспертов от 23.01.2019 (к расчётам применялось наибольшее значение Таблицы №4 заключения; страница 28 заключения). Между тем, основополагающим является определение максимальной мощности  потребителей запитанных от ТП-452А именно на дату заключения спорного соглашения - на 31.08.2017. Не располагая сведениями относительно фактического состава (перечня) потребителей, запитанных от ТП-452А на означенную дату, а также в отсутствие замеров электротехнических характеристик по указанным потребителям на 31.08.2017 (либо на более раннюю дату), эксперты определили мощность на основании данных, полученных в результате замеров в ноябре 2017 года (по рубильнику № 11) и в январе 2019 года (для основной части потребителей - рубильники №2, 6, 12, 19), не обосновав при этом допустимость таких данных с учётом поставленного вопроса и даты проведения замеров. Для расчёта максимальной мощности всех подкоренных потребителей, запитанных от ТП-452А, экспертами применена формула: P = I*U. Согласно таблице №4 в расчётах экспертами приняты максимальные значения замеров (дата измерений 09.11.2017 и 23.01.2019) в точках присоединения: рубильник №2 - Горсвет; рубильник №6 - Каштановая 5, 6; рубильник №11 - Телеком, рубильник №12 - Сады; рубильник №19 - ул. Каштановая (том дела 2, лист 152). В соответствии с актом обследования ТП-452А от 07.11.2017 к подстанции также подключены следующие потребители: рубильник 7 - Собственное потребление завода; рубильник 8 - Компрессор 2 кабеля, потребление завода; рубильники 16, 17 -собственное потребление завода (том дела 1, лист 156). В то же время, нагрузка указанных потребителей при расчете экспертами не учтена, равно как и результаты замеров по рубильникам №2, 11. Кроме того, нагрузка принята в дневное время без учёта пиковых нагрузок потребления ресурса в вечернее время. Не опровергнуто истцом и то, что на дату проведения обследования ТП-452А (23.01.2019) энергоустановки ГБУ «Парки и скверы» были физически отключены от ТП-452А, а точки поставки по означенной ТП исключены из договора, обеспечивающего поставку учреждению ресурса, что изначально исключает возможность произвести замеры нагрузок по этому потребителю. Тем самым суд соглашается с позицией ответчика и сетевой организации о том, что при расчёте фактической мощности всех подкоренных потребителей, запитанных от ТП-452А экспертами не установлен их действительный состав (перечень) именно на 31.08.2017, а сам расчёт мощности произведён на основании данных, полученных в результате измерений от 09.11.2017 и от 23.01.2019. Необходимо учитывать и то, что существенным отличием максимальной мощности от фактической, является то, что значение последней не является максимально возможной величиной, а представляет собой действительное потребление мощности потребителем в конкретный момент, применительно к рассматриваемой ситуации - в момент измерения. В своих дополнительных пояснениях эксперты подтвердили, что в выводах по второму вопросу заключения от 11.02.2019 определена фактическая максимальная мощность потребителей на момент проведения измерений, то есть на 23.01.2019 (том дела 3, листы 71-74).

В ответе на третий вопрос эксперты сослались на то, что фактическая максимальная мощность ТП-452А по состоянию на 31.08.2017 с учётом её технического состояния и фактической мощности всех потребителей от данной ТП составляет 320 кВт. Одновременно экспертами использована следующая формула: P=S*Cos φ, где S – полная мощность силового трансформатора, измеряемая в кВт; cos φ – коэффициент мощности силового трансформатора, равный 0,8. Однако экспертное исследование не содержит расшифровки используемых понятий «полной мощности (S)», «активной мощности (P)», «коэффициента мощности силового трансформатора (cos φ)» и обоснованного вывода о допустимости соотношения используемых величин с «фактической мощностью», вопрос о величине которой был предметом проводимой экспертизы, равно как и обоснованного расчёта коэффициента мощности силового трансформатора (cos φ). При этом экспертами использовалось, в том числе - Учебное пособие «Общая электротехника», ФИО7, Санкт-Петербург, 2009. Так, ФИО7 указывает, активная мощность (P) – это мощность, которая преобразуется в двухполюснике в тепловую или другие виды неэлектрической энергии, то есть в большинстве случаев это полезная мощность. Активная мощность измеряется в ваттах (Вт). Все технические устройства рассчитываются на работу в определённом (номинальном) режиме. Проводники рассчитываются на определённый ток, изоляция на определённое напряжение. Поэтому мощность, приводимая в технических данных и определяющая массогабаритные показатели и стоимость изделия, соответствует произведению действующих значений тока и напряжения и называется полной мощностью: S=U*I. Полная мощность не имеет физического смысла, но её можно определить как максимально возможную активную мощность, то есть активную мощность при cos φ = 1. Размерность полной мощности такая же, как и активной мощности, но для отличия единицы измерения полной мощности выбран воль-ампер (ВА). Отношение активной мощноcти к полной называют коэффициентом мощности: P/S = cos φ. Для лучшего использования оборудование должно работать с возможно более высоким коэффициентом мощности. Разработчики электроустановок стремятся обеспечить его максимальное значение. Коэффициент мощности многих устройств, таких как трансформаторы, электродвигатели и др., сильно зависит от величины нагрузки. При снижении нагрузки он снижается, поэтому при эксплуатации оборудования нужно обеспечивать нагрузку близкую к номинальной. Кроме того, коэффициент мощности потребителей электрической энергии можно улучшить установкой конденсаторов и компенсаторов мощности (стр. 50 – 51, учебное пособие «Общая электротехника», ФИО7, Санкт-Петербург, 2009, www.window.edu.ru/resource/929/62929/files/itmo347.pdf). Тем самым cos φ не является постоянной величиной, и напрямую зависит от величины активной мощности P (величины нагрузки), а также от состава энергопринимающего оборудования и режима его работы. Выше уже приводилось, что наиболее ранний акт обследования ТП-452А датирован 07.11.2017, в связи с чем, допустимых сведений (полученных в результате практических замеров) по потребителям спорной подстанции на дату заключения спорного соглашения (либо на более раннюю дату) материалы дела не содержат. Поэтому, не обладая сведениями о величине активной мощности (P)  по состоянию на 31.08.2017, установить фактический (реальный) коэффициент мощности на эту дату не представляется возможным. Актами осмотра спорной подстанции за 2017 год, а также в ходе обследования ТП-452А экспертами 23.01.2019 подтверждено и сторонами не оспаривается, что спорная подстанция укомплектована двумя силовыми трансформаторами Т1, Т2 с максимальной мощностью 400 кВа каждый, из чего следует, что в сумме максимальная мощность подстанции составляет 800 кВа. В случае если в представленных материалах присутствуют величины, измеряемые в кВа, в соответствии с пунктом 20 Приказа Федеральной антимонопольной службы от 29.08.2017 №1135/17 «Об утверждении методических указаний по определению размера платы за технологическое присоединение к электрическим сетям»  для перевода одного кВА в один кВт, с учётом уровня напряжения в точке присоединения, применяется коэффициент мощности 0,93. Данный способ обоснован, поскольку величина максимальной мощности определяется именно при технологическом присоединении и в соответствии с документами о технологическом присоединении. Таким образом, максимальная мощность ТП-452А составляет 800 кВа* 0,93 = 744 кВт.

В этой связи суд не может согласиться с выводом экспертов, изложенных в ответе на четвёртый вопрос, в соответствии с которым мощность, указанная в дополнительном соглашении от 31.08.2017 к государственному контракту на энергоснабжение от 19.05.2017 №4525817/27Гк на дату подписания этого соглашения не соответствует максимальной мощности фактических потребителей.

Суд не принимает в качестве доказательства по делу письмо ГУПС «ЕГАДС» от 08.02.2018 №67/2018, которым учреждение уведимло ООО «Севастопольэнерго», ООО «Севэнергосбыт», ГБУ «Парки и скверы» о выходе из строя силового трансформатора Т2 на ТП-452А в июне 2017 года. Данное обстоятельство не свидетельствует об уменьшении именно максимальной мощности энергопринимающего устройства, поскольку в силу пункта 1 статьи 543 ГК РФ абонент обязан обеспечивать надлежащее техническое состояние и безопасность эксплуатируемых энергетических сетей, приборов и оборудования, соблюдать установленный режим потребления энергии, а также немедленно сообщать энергоснабжающей организации об авариях, о пожарах, неисправностях приборов учета энергии и об иных нарушениях, возникающих при пользовании энергией. Уменьшение фактической мощности не влечёт априорно уменьшение максимальной мощности в целях получения ресурса, поскольку, как уже приводилось выше, выявленные дефекты носят устранимый характер. 

Кроме того, в абзаце 2 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что если объектом исследования является не сам документ, а содержащиеся в нем сведения, в распоряжение эксперта в силу положений части 6 статьи 71 и части 8 статьи 75 АПК РФ могут быть предоставлены надлежаще заверенные копии соответствующих документов после того, как они были приобщены к материалам дела.

Суд дополнительно принимает во внимание и то, что потребитель уже принял в свое ведение энергопринимающие устройства с максимальной мощностью 680 кВт от предыдущего владельца. Учреждение при заключении контракта в 2017 году самостоятельно указало на то, что максимальная мощность по исследуемым точкам поставки составляет 680 кВт, и подписало контракт на таких условиях. Тем самым, вопреки утверждениям истца, ответчик никоим образом не злоупотреблял своим доминирующим положениям, а наоборот, согласился с теми  условиями, которые ему изначально предложило ГБУ «Парки и скверы». 

Как верно отмечено обществами «Севэнергосбыт» и «Севастопольэнерго», исходя из акта осмотра от 23.01.2019, представителем ГБУ «Парки и скверы» экспертам напрямую представлены дополнительные материалы на 23 листах, в том числе схема фактического подключения на момент осмотра 23.01.2019, подписанная главным энергетиком истца А.Н. Сунько (том дела 2, лист 123). В этой связи суд констатирует нарушение порядка проведения экспертизы.

Приняв во внимание всё выше изложенное, суд не выявил оснований для удовлетворения предъявленных требований.

В соответствии со статьёй 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску и по оплате судебной экспертизы относятся на учреждение.

Руководствуясь статьями 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья 

Н.А. Морозова