ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А48-10281/2018

г. Воронеж

12 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена  05 декабря 2019 года.

     Постановление в полном объеме изготовлено   12 декабря 2019 года.

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи

ФИО1,

судей

ФИО2, 

 

ФИО3, 

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО4,

 

при участии:                     

от общества с ограниченной ответственностью «Универсальные конструкции»: ФИО5 – представитель по доверенности б/н от 01.10.2018;

от общества с ограниченной ответственностью «Промстройэнергомонтаж»: ФИО6 – представитель по доверенности б/н от 21.11.2018,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Универсальные конструкции» на решение Арбитражного суда Орловской области от 06.09.2019 по делу № А48-10281/2018 (судья Карасев В.В.) по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Промстройэнергомонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Универсальные конструкции» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании стоимости металлоконструкций, не поставленных по договору № 1 от 01.02.2018, в размере 8 478 867 руб. 00 коп. и по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Универсальные конструкции» к обществу с ограниченной ответственностью «Промстройэнергомонтаж» о взыскании убытков в размере 3 658 229,99 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Промстройэнергомонтаж» (далее – ООО «Промстройэнергомонтаж», истец) обратилось в Арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью  «Универсальные конструкции» (далее – ООО «Универсальные конструкции», ответчик)  о взыскании стоимости металлоконструкций, не поставленных по договору поставки № 1 от 01.02.2018, в размере 8478867 руб. 00 коп.

Определением от 08.04.2019 к совместному рассмотрению с первоначальными исковыми требованиями принят встречный иск ООО «Универсальные конструкции» к ООО «Промстройэнергомонтаж» о взыскании 3 658 229,99 руб. убытков  (с учетом уточнения, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением от 11.06.2016 по делу назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство по делу приостановлено.

Определением от 22.08.2019 производство по делу возобновлено.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 06.09.2019 первоначальные исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ответчик обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своего несогласия с обжалуемым судебным актом заявитель ссылается на то, что к правоотношениям сторон применимы положения ст. 717 ГК РФ, а не ст. 715 ГК РФ; покупателем не исполнены встречные обязательства: по согласованию технической документации и окончательных КМД; покупатель отказался от исполнения договора, ввиду заключения договора со сторонней организацией на более выгодных финансовых условиях в период действия договора сторон, что подтверждает недобросовестность действий с его стороны; правовая квалификация одностороннего отказа соответствует положениям главы 37 ГК РФ (договор подряда), а не определимый судом главы 30 ГК РФ (купля-продажа).

 Кроме того, ссылается на неверно определенный судом первой инстанции срок поставки металлоконструкций, порядка и срока изменения объема металлоконструкции и передачи указанной информации от ООО «Универсальные конструкции» к ООО «Промстройэнергомонтаж»; представленные в материалы дела акт осмотра доказательств нотариусом от 23.07.2019; ведомости отправочных элементов; экспертное заключение №07-053/37-СТЭ являются недостоверными доказательствами по делу.

Также ссылается на нарушение судом первой инстанции принципа тайны совещательной комнаты.

От ООО «Промстройэнергомонтаж» поступил отзыв на апелляционную жалобу, который суд приобщил к материалам дела.

Заявитель поддержал доводы апелляционной жалобы, считая обжалуемое решение незаконным и необоснованным, просил суд его отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ООО «Промстройэнергомонтаж» возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просил суд оставить решение без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.02.2018 между ООО «Универсальные конструкции» (поставщик) и ООО «Промстройэнергомонтаж» (покупатель) заключен договор поставки № 1 (далее по тексту - договор), в соответствии с условиями которого, поставщик обязуется изготовить и поставить металлоконструкции в соответствии с согласованными покупателем чертежами КМД, а покупатель обязуется принять и оплатить продукцию по ценам и в количестве, согласованном сторонами (т.1, л.д. 7-9).

На дату подписания Договора, исходя из КМД разработанных Поставщиком, объем металлоконструкций подлежащий поставке был согласован сторонами в количестве 192 тонны на общую сумму 18 624 000,00 руб. из расчета 82 203,39 руб. за 1 тонну.

В соответствии с пунктом 5.4 договора срок изготовления металлоконструкций составляет 60 рабочих дней с даты поступления денежных средств на расчетный счет поставщика на условиях 60% предоплаты.

Во исполнение условий договора ООО «Промстройэнергомонтаж» платежным поручением от 25.04.2018 №504 перечислило поставщику сумму 11 174 400,00 руб., что составляет 60% от цены договора (т.1, л.д. 12).

Таким образом, окончательный срок поставки товара - 25.07.2018.

19.07.2018 в адрес ООО «Промстройэнергомонтаж» было направлено уведомление № 12 о готовности к отгрузке продукции первой очереди в количестве 26,4 тонны, а также содержащее требование произвести доплату в размере 1 024 320,00 руб. согласно условиям п. 5.4 договора (т.1, л.д. 15).

Платежным поручением от 13.08.2018 №1048 ООО «Промстройэнергомонтаж» перечислило поставщику сумму 1 024 320,00 руб. (т.1, л.д. 14)

Согласно Универсального передаточного документа от 15.08.2018 № 32, отгрузочной спецификации № 32 от 15.08.2018 поставщик передал покупателю 23,427 тонн металлоконструкций на общую сумму 2 272 419,00 руб. (т.1, л.д. 17).

14.08.2018 в адрес ООО «Промстройэнергомонтаж» было направлено уведомление № 18 о готовности к отгрузке продукции второй очереди в количестве 39,8 тонны, содержащее также требование о доплате в размере 1 544 240,00 руб.

Платежным поручением от 13.08.2018 №1049 ООО «Промстройэнергомонтаж» готовая к отгрузке продукция второй очереди была оплачена в размере 1 544 240,00 руб. (т.1, л.д. 13)

Согласно Универсального передаточного документа от 17.08.2018 №33, отгрузочной спецификации № 33 от 17.08.2018 поставщик передал покупателю 3,257 тонн металлоконструкций на общую сумму 315 929,00 руб. (т1, л.д. 19-20), то есть меньше чем было заявлено ответчиком в уведомлении от 14.08.2018 и соответственно оплачено истцом.

30.08.2018 поставщиком в адрес покупателя были направлены чертежи КМД в соответствии с которыми, для изготовления продукции, в объеме Технического задания, переданного покупателем на стадии заключения договора, необходимо 142 тонн металлоконструкций, а не 192 тонны как было предусмотрено первоначально разработанной поставщиком КМД и согласованной в договоре.

В последующем, поставщик по универсальным передаточным документам передал покупателю следующий объем металлоконструкции, что подтверждается:

- отгрузочной спецификацией № 36 от 10.09.2018 - 5,430 тонн на сумму 526 710,00 руб. (т.1, л.д. 21-22);

- отгрузочной спецификацией № 38 от 18.09.2018г. - 19,719 тонн на сумму 1 912 743,00 руб. (т.1, л.д. 23-26);

- отгрузочной спецификацией № 39 от 18.09.2018г. - 2,436 тонн на сумму 236292,00 руб. (т.1, л.д. 27-28).

Таким образом, из материалов дела следует, что ответчиком поставлена продукция в объеме 54,269 тонн на общую сумму 5 264 093,00 руб.

Следовательно, общий объем металлоконструкций, не поставленных по договору, составляет 87,411 т., на общую сумму 8 478 867,00 руб., в т.ч. НДС, что подтверждается подписанным между сторонами без разногласий и замечаний Актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 30.09.2018 (т.1, л.д. 29).

Выборка металлоконструкций производилась силами и транспортом истца. 

По мнению истца, иного объема металлоконструкций, подлежащих поставке у ответчика по состоянию на 18.09.2018 в производстве не оказалось, в связи с чем, ответчик не мог выполнить условия заключённого договора. 

17.10.2018 в адрес ответчика направлена претензия с требованием исполнить обязательства по поставке продукции в оплаченном, но не поставленном объеме или вернуть уплаченные за не поставленную продукцию денежные средства. Также истец уведомил о расторжении договора поставки от 01.02.2018 № 1 в одностороннем порядке с 19.10.2018 года (т.1, л.д. 30-31).

Неисполнение требований претензии явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

В свою очередь, ссылаясь на то, что условия договора подряда №1 от 01.02.2018 невозможно было исполнить по причинам: 1) не передачи ООО «Промстройэнергомонтаж» чертежей КМД со штампом «в производство работ», что предусмотрено п. 1.1 договора и 2) наличием технического несоответствия первоначально представленных ответчиком КМ, что повлекло к изменению объема, качественных характеристик и тоннажа конструкций с 192 на 142 тонны, а также фактически привело к невозможности исполнения договора в полном объеме по вине ООО «Промстройэнергомонтаж». Отказ ООО «Промстройэнергомонтаж» от исполнения договора осуществлен по собственной инициативе, в порядке ст. 717 ГК РФ, то есть в порядке, не предусмотренном заключенным договором, без учета согласованного между сторонами проекта изготовления металлоконструкций, что послужило основанием для предъявления встречного иска. 

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре. Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

В случае если заключенный сторонами договор содержит элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор), к отношениям сторон по договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 ГК РФ).

Исходя из правовой природы отношений, вытекающих из спорного договора, к возникшему спору подлежат применению нормы главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре купли-продажи (пар. 3 договор поставки), а также положения главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре подряда.

В соответствии со ст. 307, 309 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенные действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом. По общему правилу только надлежащее исполнение прекращает обязательство (ст. 408 ГК РФ).

В силу ст. 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно п. 4 ст. 454 ГК РФ к поставке товаров применяются общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации о купле-продаже, если иное не предусмотрено правилами Кодекса об этих видах договоров.

Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями (п. 1 ст. 516 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 487 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 463 Гражданского кодекса РФ, если продавец отказывается передать покупателю проданный товар, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи.

В силу пункта 3 статьи 487 Гражданского кодекса РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457 ГК РФ), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

На основании статьи 708 Гражданского кодекса РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

По смыслу пункта 1 статьи 711 и пункта 1 статьи 746 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда оплате подлежит фактически выполненный (переданный заказчику) результат работ (пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда").

Факт поставки товара в объеме 54,269 тонн на общую сумму 5 264 093,00 руб. подтверждается представленными в материалы дела отгрузочными спецификациями  № 36 от 10.09.2018 - 5,430 тонн на сумму 526 710,00 руб. (т.1, л.д. 21-22); № 38 от 18.09.2018г. - 19,719 тонн на сумму 1 912 743,00 руб. (т.1, л.д. 23-26); № 39 от 18.09.2018г. - 2,436 тонн на сумму 236292,00 руб. (т.1, л.д. 27-28), что не оспаривается сторонами.

С учетом условий КМД, разработанных Поставщиком, объем металлоконструкций подлежащий поставке был согласован сторонами в количестве 192 тонны.

Материалы дела не содержат доказательств поставки объема металлоконструкций, в объеме 87,411 т., на общую сумму 8 478 867,00 руб., в т.ч. НДС, что подтверждается подписанным между сторонами без разногласий и замечаний Актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 30.09.2018 (т.1, л.д. 29).

Поскольку обязательство по надлежащей поставке товара в полном объеме исполнено ответчиком не было, заказчик принял решение об одностороннем отказе от исполнения договора поставки № 1 от 01.02.2018.

Как установлено судом, правоотношения сторон возникли из договора поставки № 1 от 01.02.2018, содержащегося в себе элементы договора поставки (глава 30 пар. 3), а также договора подряда (глава 37 ГК РФ). Следовательно, правовые основания одностороннего отказа от исполнения договора регламентируются положениями как главы 30 пар. 3 ГК РФ, так и положениями главы 37 ГК РФ.

Отсутствие противоречия существа законодательного регулирования в рамках применения одностороннего отказа в смешанном договоре, содержащем элементы договора поставки и подряда подтверждается сложившейся судебной практикой Определение ВАС РФ от 20.11.2009 N ВАС-14498/09 по делу N А53-17416/2008-С3-9, Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 31.01.2019 N Ф10-6392/2018 по делу N А23-8418/2017.

Применительно к отношениям сторон, возникающим из договоров подряда, основания для отказа заказчика в одностороннем порядке от исполнения договора определены в статьях 715, 717 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 715 Гражданского кодекса РФ заказчику предоставлено право отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным.

При этом односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение в силу пункта 2 статьи 523 ГК РФ допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон.

В соответствии с частью 3 статьи 708 ГК РФ указанные в пункте 2 статьи 405 настоящего Кодекса последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков.

Пунктом 2 статьи 405 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков.

В силу пункта 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В пункте 2 статьи 450.1 ГК РФ предусмотрено, что в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

При этом пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ предусмотрено, что договор прекращается с момента получения уведомления об одностороннем отказе от договора (исполнения договора), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В обоснование заявленного одностороннего отказа от исполнения договора покупатель ссылался на то, что поставщик, получив авансовый платёж в срок предусмотренный договором (до 24.06.2018) не поставил продукции в количестве 87,411 т. на общую сумму 8 478 867,00 руб., что по состоянию на 30.09.2018 не оспаривалось ответчиком, и подтверждалось в подписанном между сторонами без разногласий и замечаний Актом сверки взаимных расчетов (т.1, л.д. 29).

Возражая по существу заявленных требований, ответчик ссылался на неисполнение покупателем встречных обязательств по согласованию технической документации и окончательных КМД.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость,  достоверность  каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В ходе рассмотрения дела установлено, что на основании переданной истцом технической документации (КМ) ответчиком был заявлен общий вес металлоконструкций, необходимый для выполнения требований КМ в размере 192 тонны, что нашло свое отражение в спецификации (Приложение №1 к договору).

Из представленного в материалы дела протокола осмотра доказательств от 23.07.2019, а именно интернет-сайта (почтового ящика) m.sf@mail.ru следует, что от технического директора ООО «Универсальные конструкции» ФИО7 23.07.2018 по электронной почте, направлены в адрес истца разработанные им КМД (конструкции металлические деталировочные) на поставку 192 тонн металлоконструкций, содержащие ведомости отправочных элементов, в которых подетально расписаны: вид, количество, масса изготавливаемых металлоконструкций и их общий вес, в том числе 141194,10+12586,00+31062,50+7073,10 = 191 915,70 кг. (Приложение № 5, 6 к протоколу осмотра доказательств от 23.07.2019).

По УПД №32 от 15.08.2018 и УПД №33 от 17.08.2018 ответчик отгрузил в адрес истца 26,68 тонн металлоконструкций (т. 1 л.д. 17,19).

Истец утверждает, что после того,  как ответчик узнал о подготовке полученного объема (26,68 тонн) металлоконструкций к транспортировке в Республику Узбекистан и, соответственно, прохождения 30.08.2018 товара через весовой контроль таможенного поста, то по электронной почте, повторно направил в адрес истца ранее направленные КМД, за исключением редакции одной ведомости отправочных элементов (силосы хранения порошка), что в сумме (исключительно математически) уменьшало массу поставляемых металлоконструкций до 142 тонн, но не вносило каких-либо технических изменений в качественные характеристики самих металлоконструкций (90933,70+12586,00+ 31062,50+7073,10 = 141655,30 кг. (Приложение №7, 8 к протоколу осмотра доказательств от 23.07.2019).

Суд считает законным и обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что никаких изменений в разработанные ответчиком КМД, ввиду снижения искусственно завышенной массы отдельных элементов изготавливаемых металлоконструкций до их реального веса ответчиком не осуществлялось, поскольку если сравнить ведомости отправочных элементов (Приложения № 1 и №5 к возражениям истца от 04.04.2019 (т. 2., л.д. 3), то можно установить, что марки элементов (А-1, А-2, А-3 и т.д.) характеризующие их технические параметры (толщина металла, используемый профиль, вес заготовки, марка стали), количество изготавливаемых элементов, выборка металла для закупки остались неизменными, разница заключается только в искусственном задвоении массы отдельных элементов изготавливаемых металлоконструкций.

В рамках проведенной по делу судебной строительной технической экспертизы (экспертное заключение №07-053/37-СТЭ, т. 4, л.д. 11-58) были сделаны следующие выводы: 

- представленные в материалы дела истцом и ответчиком проектная документация «Конструкции металлические» и «Конструкции металлические деталлированные» (КМД) идентичны;

- уменьшение объемов необходимых к производству металлоконструкций (с 192 тонн на основании КМ предоставленных покупателем до 142 тонн на основании разработанных поставщиком КМД) повлекло снижению массы металлических конструкций, что согласно ГОСТ 23118-2012 является изменением их качественной характеристики и подлежит обязательному согласованию с покупателем.

Доказательств, свидетельствующих о том, что указанное экспертное заключение содержит недостоверные сведения и о том, что выбранные экспертом способы и методы оценки обстоятельств события привели к неправильным выводам, ответчиком представлено не было. Какое-либо подтверждение необъективности проведенного исследования и пристрастности эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, материалы дела также не содержат. Противоречивых, неполных сведений, позволяющих признать указанное заключение в качестве ненадлежащего доказательства суд апелляционной инстанции не усматривает.

Указанные ответчиком замечания носят формальный характер и на достоверность экспертного заключения и полученных результатов сами по себе не влияют.

При наличии сомнений в обоснованности, ясности и полноте заключения экспертизы, ответчик вправе был ходатайствовать о назначении дополнительной или повторной экспертизы, однако, своим правом ответчик не воспользовался.

В обосновании заявленных требований истец представил протокол осмотра доказательств от 23.07.2019, в ходе которого нотариусом был осмотрен интернет сайт (т.4 л.д. 103-118), в соответствии с которым было установлено, что 23.07.2018 от технического директора ответчика (ФИО7) в адрес истца была направлена документация КМД с вложением ведомостей отправочных элементов на 192 т., а 30.08.2018 от технического директора ответчика (ФИО7) в адрес истца была направлена документация КМД с вложением ведомостей отправочных элементов на 142 т.

Поскольку сведения, установленные в протоколе осмотре доказательств согласуются с заключением проведенной по делу ООО «СМАРТ ИНЖИНИРС» судебной экспертизы, признанной в качестве достоверного доказательства по делу, а также письменных пояснений сторон, правовых оснований для признания рассматриваемого протокола в качестве недостоверного доказательства у суда не имелось.

В связи с изложенным отклоняется довод заявителя о недостоверности ведомости отправочных элементов, поскольку направляя указанные ведомости, ответчик не мог быть не знаком с их содержанием.

Кроме того, рассматривая возражения ответчика о неисполнении встречного обязательства истцом по согласованию технической документации и окончательных КМД суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

Таким образом, положения статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают механизм действий подрядчика на случай возникновения объективных препятствий к выполнению работ, соблюдение которого отвечает, прежде всего, интересам подрядчика.

Указанная норма распределяют риски сторон договора подряда при возможном возникновении неблагоприятных последствий выполненных работ: в случае, если подрядчик, являющийся профессиональным субъектом соответствующей деятельности, предупредит заказчика о возможных неблагоприятных последствиях выполнения работ в соответствии с условиями договора и указаниями заказчика, однако последний будет настаивать на продолжении работ, риск таких последствий относится на заказчика; если предупреждение не сделано, риск результата работ относится на подрядчика.

Таким образом, подрядчик, не выполнивший предусмотренную статьей 716 ГК РФ обязанность, несет риск наступления неблагоприятных последствий и ответственность за срок выполнения работы и ее надлежащее качество. Именно на подрядчика, как на лицо, профессионально действующее на рынке строительных (подрядных) услуг, закон возлагает обязанность предупредить заказчика о неблагоприятных для него последствиях.

Однако, подрядчик не доказал, что вовремя предупредил заказчика об указанных негативных последствиях выполнения работ без передачи ему в установленном порядке документации и по указанию заказчика начал выполнять работы, но не смог их закончить в связи с неисполнением заказчиком соответствующих обязательств.

Правовая позиция об обязанности подрядчика уведомить заказчика о том, что он приостанавливает работы вследствие неисполнения последним встречных обязательств по договору высказана в Определении ВАС РФ от 15.04.2010 N ВАС-3814/10 по делу N А60-12173/2009-С11, Определении ВАС РФ от 18.06.2009 N ВАС-5214/09 по делу N А65-29074/2006, Определении ВАС РФ от 23.04.2009 N ВАС-4197/09 по делу N А42-1373/2008.

Доводы ответчика о том, что он действовал разумно и добросовестно и у него отсутствовала возможность начать производство заявленных металлоконструкций до согласования с истцом КМД на 142 тонны не нашло своего объективного подтверждения.

Из материалов дела следует, что 30.08.2018, то есть за пределами срока поставки (23.07.2018), ответчик сообщил истцу об ошибке в общем весе изготавливаемых металлоконструкций без изменения технических параметров изготавливаемых элементов (КМД).

В тоже время, в уведомлениях исх. №12 от 19.07.2018 и №18 от 14.08.2018 ответчик сообщил о готовности к отгрузке продукции первой и второй очереди (согласно приложению  №2  к договору)  в  общей массе  66,2  тонны,  что не  соответствует последующим заявлениям ответчика о невозможности производства металлоконструкций до согласования документации (КМД - 142 тн.), направленной в адрес истца 30.08.2018 (т. 1, л.д. 150,152).

В соответствии с абзацем 1 пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса РФ по общему правилу стороны расторгнутого договора не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Согласно абзацу 2 этого же пункта в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения, если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Пунктом 1 Обзора практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49), предусмотрено, что при расторжении договора сторона не лишена права истребовать ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась.

Таким образом, заказчик вправе требовать возврата неотработанного аванса в качестве неосновательного обогащения, если к моменту расторжения договора им не получено встречное исполнение обязательства по выполнению работ, равное по стоимости сумме перечисленного аванса.

С учетом изложенного, в отсутствие доказательств поставки товара в установленном сторонами объеме, при наличии доказательств их оплаты, первоначальные исковые требования обоснованно удовлетворены в полном объеме.

При этом, предметом заявленных требований не являлось взыскание убытков по замещающей сделке, в связи с чем указанные доводы заявителя апелляционной жалобы необоснованны. 

В удовлетворении встречных исковых требований обоснованно отказано, ввиду следующего.

Правовая квалификация ответчика произведенного истцом одностороннего отказа в соответствии с положениями ст. 717 ГК РФ, а не ст. 715 ГК РФ основана на неверном толковании правовых норм и противоречит фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с правовой позицией, отраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.09.2008 № 5103/08, односторонний отказ влечет прекращение договорных отношений между сторонами договора подряда независимо от указанного основания отказа. В случае отсутствия оснований для квалификации отказа по статье 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, данный отказ должен быть квалифицирован как заявленный на основании статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Основания одностороннего отказа заказчика от договора (по статье 715 ГК РФ - в связи с ненадлежащим исполнением обязательств подрядчиком, или статье 717 ГК РФ -по воле заказчика без нарушений со стороны подрядчика) имеет существенное значение, в связи с установлением законодателем разных правовых последствий такого отказа.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2016 N 305-ЭС16-2157 основания одностороннего отказа заказчика от договора по ст. 715 ГК РФ - в связи с ненадлежащим исполнением обязательств подрядчиком, или ст. 717 ГК РФ - по воле заказчика без нарушения со стороны подрядчика, имеют существенное значение в связи с установлением законодателем разных правовых последствий такого отказа.

По общему правилу ст.  717 ГК РФ не содержит исключения из общего правила возмещения убытков и не освобождает истца от обязанности доказывать возникновение у него убытков.

Из материалов дела следует, что расторжение договора от 01.02.2018 № 1 и предъявление истцом требований о возврате денежных средств явилось следствием нарушения ответчиком договорных обязательств по поставке металлоконструкций.

Ответчик, получив предоплату в размере 60%, в установленный договором срок, поставку металлоконструкций не произвел. Причем весь имеющийся у ответчика объём готовых металлоконструкций был выбран истцом 18.09.2018, иного объема металлоконструкций, запущенных в производство у ответчика не было. Сроки поставки были существенно нарушены.

Именно данные обстоятельства послужили основанием для направления истцом уведомления об отказе от договора, в связи с нарушением сроков выполнения обязательств. Кроме того, истец потребовал возврата суммы неиспользованного авансового платежа.

В указанной ситуации отказ истца от исполнения условий договора по ст. 715 ГК РФ являлся правомерным, а договор, соответственно, расторгнутым.

Доказательств поставки металлоконструкций на сумму оставшегося авансового платежа ответчиком в материалы дела не представлено, равно как не представлено доказательств возврата ответчиком указанных денежных средств (статьи 65 и 9 АПК РФ).

На основании вышеизложенного, основываясь на имеющихся в материалах дела доказательств в их достаточности для разрешения настоящих требований, оцененных судом в порядке ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает законным и обоснованным вывод суда первой инстанции об удовлетворении первоначальных исковых требований в полном объеме, а также в отказе в удовлетворении встречного иска.

Довод заявителя о нарушении судом тайны совещательной комнаты отклоняется судом, ввиду следующего.

В силу ст. 166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после исследования доказательств по делу и судебных прений председательствующий в судебном заседании объявляет рассмотрение дела по существу законченным и арбитражный суд удаляется для принятия решения, о чем объявляется присутствующим в зале судебного заседания.

Частями 3, 4 статьи 167 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что решение принимается судьями, участвующими в судебном заседании, в условиях, обеспечивающих тайну совещания судей. В помещении, в котором арбитражный суд проводит совещание и принимает судебный акт, могут находиться только лица, входящие в состав суда, рассматривающего дела.

Согласно аудиозаписи судебного заседания от 30.08.2019, суд удалился в совещательную комнату (42:13), по выходу из которой была объявлена резолютивная часть (42:30). При этом суд уведомил сторон о необходимости удаления в совещательную комнату.

Доказательств того, что во время нахождения в совещательной комнате присутствовал помощник судьи Ворохобкин С.Ю. представлено не было (ст. 9, 65 АПК РФ).

Доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, либо опровергали выводы арбитражного суда области, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и подлежат отклонению, поскольку противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам.

Доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела были полно установлены фактические обстоятельства дела, всесторонне исследованы доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, им дана надлежащая правовая оценка и принято решение, соответствующее требованиям норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

В силу положений ст. 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы по государственной пошлине в сумме 3000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя, возврату либо возмещению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 16, ст. ст. 102 - 112, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Орловской области от 06.09.2019 по делу №А48-10281/2018  оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Универсальные конструкции» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

                                                                                        

Председательствующий судья 

 

ФИО1

       Судьи       

 

ФИО2

 

ФИО3