ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-283556/21

28 октября 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 октября 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Морхата П.М., Мысака Н.Я.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего должника: ФИО1, доверенность от 01.03.2024;

от ФИО2: ФИО3, доверенность от 20.03.2024;

от ФИО4: ФИО3, доверенность от 21.03.2024;

рассмотрев 14 октября 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего должника ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 13 мая 2024 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 01 августа 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Технопром»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2023 ООО «Технопром» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО6 о привлечении ФИО2 и ФИО4 (далее - ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13 мая 2024 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 августа 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий должника ФИО5 (утвержден определением Арбитражного суда города Москвы от 19.02.2024) обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО2 и ФИО4 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены судебных актов в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО2 являлась генеральным директором ООО «Технопром» за весь период ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, а ФИО4 - учредителем ООО «Технопром».

Заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности основано на положениях статей 9, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве и мотивировано неисполнением обязанности по подаче заявления о несостоятельности (банкротстве) ООО «Технопром», обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, а также совершением действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов.

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявления, исходили из не представления им достаточных доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности. При этом суды первой и апелляционной инстанций правомерно руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суды отметили, что в рассматриваемом случае конкурсный управляющий не указывал конкретную дату, когда, по его мнению, руководитель и участник должника должны были обратиться в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ООО «Технопром». При этом, по мнению конкурсного управляющего, должник считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательства с 27.09.2019.

Однако, как отметили суды, конкурсный управляющий должника не обозначил, требования каких именно кредиторов возникли после указанной даты, что не позволило судам проверить, привело ли бездействие ответчиков к наращиванию кредиторской задолженности.

Таким образом, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о несостоятельности (банкротстве) ООО «Технопром».

Судами правомерно отклонены доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Суды указали, что в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не приведено ни одного довода о совершении ответчиком конкретных сделок, причинивших вред конкурсной массе должника.

Суды обоснованно отметили, что в рассматриваемом случае на конкурсном управляющем лежит обязанность доказывания как значимости сделок, так и их существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Суды указали, что конкурсный управляющий ссылался на то, что по данным поданной в ФНС России бухгалтерской отчетности основная деятельность должника была убыточна по итогам 2018 - 2021 годов.

При этом судами установлено, что согласно сведениям о наличии кредиторской задолженности, на начало 2021 года задолженность составляла более 209 млн. руб., а на конец 2021 года всего заемные средства не превышали 83 млн. руб., из которых долгосрочные - более 81 млн. руб., однако в связи с отсутствием документов (их не передачей генеральным директором) невозможно установить природу и срок в отношении кредиторской задолженности за период ведения хозяйственной деятельности компании.

Кроме того, определением Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2022 оставлено без изменения постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2021 по делу № А40-201403/20, которым установлено, что ООО «Партнер-Недвижимость» (продавец) заключило с ООО «Технопром» (покупатель) договор купли-продажи принадлежавшего продавцу недвижимого имущества (нежилых зданий, расположенных по адресу: г. Москва, ул. Садовническая, д. 63, стр. 4 и стр. 6). Цена договора составила 59.000.000 руб. Оплата должна быть произведена путем безналичного расчета не позднее 6 месяцев с момента государственной регистрации договора органом, осуществляющим государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Право собственности ООО «Технопром» на указанное имущество зарегистрировано 25.12.2018 и 26.12.2018 в Едином государственном реестре недвижимости.

Утверждая, что покупатель не произвел оплату приобретенных зданий, у ООО «Партнер-Недвижимость», которое ликвидировано в административном порядке, имеется актив (дебиторская задолженность) в виде права требования взыскания задолженности по оплате недвижимого имущества, компания (общество) обратилась в суд с заявлением.

Также Арбитражным судом города Москвы 23.12.2021 принято заявление о признании ООО «Технопром» банкротом по заявлению Компании «ОРСФОРД ЛТД» в связи с подачей заявления о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, по результатам которого вынесено определение арбитражного суда города Москвы от 20.07.2021 по делу № А40-77912/21 о признании и приведении в исполнение решения Апелляционного суда города Амстердам от 23.02.2021 по делу № 200.247.110/01 (С/13/603410/НА ZA 16-220) в части взыскания с ООО «Технопром» в пользу Компании «ОРСФОРД ЛИМИТЕД» судебных расходов в размере 22.820 евро.

Суды указали, что, по мнению конкурсного управляющего должника, ФИО2, являясь генеральным директором, и учредитель должника ФИО4 не могли не знать о том, что ООО «Технопром» деятельность не ведет, единственные денежные средства поступают на счет по договору займа с целью расчетов по налоговым обязательствам в отношении имущества, по которому ООО «Технопром» имеет задолженность.

Однако, как отметили суды, в рассматриваемом случае факт непогашения задолженности не может являться достаточным основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку конкурсным управляющим не представлено судам доказательств того, что неоплата ООО «Технопром» задолженности по судебным актам произошла в результате недобросовестных действий ФИО2 и ФИО4

В частности, судам не представлены доказательства, подтверждающие, что ответчики совершали действия, направленные на растрату денежных средств и отчуждение имущества с целью причинения вреда кредиторам или должнику, и доказательств того, что действия ответчиков выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о недоказанности наличия оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судами правомерно отклонены доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче документации ООО «Технопром» в связи со следующим.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из указанных в данном пункте обстоятельств.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6 и 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Поскольку ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

Следуя правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 по делу № А40-82872/10, необходимо установить следующие обстоятельства: объективная сторона - установление факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; субъективная сторона - вина; должно быть установлено, предпринял ли руководитель должника все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, проявил ли ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота; причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов; размер субсидиарной ответственности, который по общему правилу определяется как сумма требований, включенных в реестр требований кредиторов, но не удовлетворенных в связи с недостаточностью конкурсной массы, при этом размер ответственности может быть снижен, если привлекаемое к ответственности лицо докажет, что размер вреда, причиненного им имущественным интересам кредиторов отсутствием документации существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению; установление специального субъекта - руководителя должника.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2023 на руководителя должника ООО «Технопром» возложена обязанность в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

Из представленных ФИО2 документов следует, что вся документация должника 16.02.2023 передана конкурсному управляющему, 22.02.2023 направлена по электронной почте, 25.05.2023 направлена почтовым отправлением, что подтверждается описью вложения в письмо, квитанциями об отправке, отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором, заявлением судебному приставу-исполнителю Бабушкинского ОСП ГУФССП России по г. Москве с отметкой судебного пристава о получении, копией постановления об окончании исполнительного производства от 27.06.2023.

При этом суды отметили, что конкурсным управляющим должника не указано, какая именно документация не передана ответчиком и/или какие недостатки содержит та документация, которая передана ФИО2

Доказательств, свидетельствующих о том, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедуры банкротства ООО «Технопром», конкурсным управляющим судам также не представлено.

При этом апелляционный суд указал, что на вопрос суда апелляционной инстанции о том, обращался ли конкурсный управляющий должника с заявлением об истребовании документов у ФИО2, представитель конкурсного управляющего ответил, что конкурсный управляющий с таким заявлением не обращался.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 по обязательствам должника.

Довод конкурсного управляющего о том, что суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что именно уклонение ответчиков от оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества явилось причиной банкротства, отклонен апелляционным судом как необоснованный, поскольку сам по себе факт непогашения задолженности в отсутствие доказательств совершения ответчиками конкретных недобросовестных действий не может являться достаточным основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности.

Также апелляционным судом отклонен довод конкурсного управляющего о том, что ФИО4 препятствовал включению названного кредитора в реестр требований кредиторов, представляя в судебном процессе документы спорного содержания, в том числе оплату векселями, как не свидетельствующий о принятии неправильного по существу судебного акта, поскольку указанные обстоятельства не подтверждают, что банкротство ООО «Технопром» наступило именно вследствие действий ответчиков.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, способных повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 13 мая 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 августа 2024 года по делу № А40-283556/21 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО5 - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            П.М. Морхат

 

Н.Я. Мысак