СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                Дело № А45-13838/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 февраля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                       Вагановой Р.А.,

судей                                                                       Афанасьевой Е.В., 

                                                                                Марченко Н.В.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1 в судебном заседании в режиме веб-конференции рассмотрел апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Новолекс» (№07АП-9258/2023) на решение от 25.09.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-13838/2023 (судья Остроумов Б.Б.)

по иску общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Новолекс» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) к ФИО2, г. Новосибирск; ФИО3, г. Новосибирск, о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица общества с ограниченной ответственностью «Стройгарантбетон» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) и взыскании 8 149 815 руб. 23 коп.

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца: ФИО4 по доверенности от 26.12.2022 (сроком на 3 года), паспорт, диплом (онлайн);

от ответчиков: без участия (извещены).

Суд 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Новолекс» (далее – ООО ТД «Новолекс», истец, апеллянт) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3) о взыскании солидарно 8 149 815,23 руб. задолженности в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного недействующего юридического лица – общества с ограниченной ответственностью «Стройгарантбетон» ОГРН 

<

***> (далее – ООО «СГБ», должник).

Решением от 25.09.2023 Арбитражного суда Новосибирской области в удовлетворении иска отказано. 

Не согласившись с судебным актом, ООО ТД «Новолекс» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. 

В обоснование жалобы ее податель ссылается на доказанность со стороны истца совершения ответчиками недобросовестных действий по выводу денежных средств со счетов и выводу имущества ООО «СГБ». При этом, как указывает апеллянт, каких-либо пояснений относительно расходования денежных средств должника и утраты имущества ответчиками не представлено.

Ответчики в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзывы на апелляционную жалобу не представили.

На основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие представителей ответчиков.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителя истца, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции полагает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела и нормам материального права. 

Как следует из материалов дела, ООО «СГБ» зарегистрировано при создании 01.04.2011 за ОГРН 

<

***> с указанием в качестве основного вида деятельности – «Торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием». С момента регистрации ООО «СГБ» в ЕГРЮЛ внесены сведения об ответчиках, при этом ФИО2 с 12.04.2018 является директором должника, ФИО3 с 19.05.2022 является единственным участником ООО «СГБ».

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 01.10.2020 по заявлению истца возбуждено производство по делу № А45-24718/2020 о банкротстве ООО «СГБ».

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 16.11.2020 в отношении ООО «СГБ» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - наблюдение.

Этим же определением суда требования ООО ТД «НОВОЛЕКС» в размере 8 149 815 рублей 23 копейки, из них, 7 018 650 рублей 60 копеек - неосновательное обогащение, 191 714 рублей 92 копейки - проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 17.07.2018 по 28.11.2018, 880 642 рубля 71 копейка - проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 28.11.2018 по 16.11.2020, 58 807 рублей - расходы по уплате государственной пошлины, включены в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.04.2021 производство по делу № А45-24718/2020 о несостоятельности (банкротстве) должника ООО «СГБ» прекращено за отсутствием у должника имущества и средств, достаточных для финансирования процедур банкротства.

03.10.2022 ООО «СГБ» исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке по решению Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Новосибирской области № 7931.

Полагая, что невозможность погашения задолженности должником вызвана недобросовестными действиями его участника и директора, ООО ТД «НОВОЛЕКС» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассмотрев повторно дело, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Ссылаясь на положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании в порядке субсидиарной ответственности с контролирующих ООО «СГБ» лиц - ответчиков, задолженности в размере 8 149 815 рублей 23 копейки.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - Постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что действия, вменяемые ответчикам в качестве основания для их привлечения к субсидиарной ответственности по долгам подконтрольного общества, были совершены до вступления в законную силу Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», дополнившего статью 3 Закона № 14-ФЗ частью 3.1.

Вместе с тем суд первой инстанции не учел, что часть 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ введена в действие Законом № 488-ФЗ, вступившим в силу по истечении 180 после дня его официального опубликования (статья 4), то есть с 30.07.2017, а запись о прекращении деятельности ООО «СГБ» внесена в ЕГРЮЛ 03.10.2022, в связи с чем данная норма подлежит применению к спорным правоотношениям.

Более того, до введения указанной нормы к контролирующему должника лицу применялись нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об убытках, устанавливающие идентичный стандарт доказывания: как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами; поэтому само по себе отсутствие указанной нормы не исключало применение к контролирующему должника лицу ответственности по аналогичным основаниям (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480).

Равным образом, суд первой инстанции не учел, что заявляя настоящие требования, ООО ТД «Новолекс» ссылается также и на положения статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции данного Закона № 266-ФЗ.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При этом судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Для удовлетворения подобного рода исков требуется установление недобросовестных действий ответчиков, исключая влияние иных объективных причин ухудшения финансового положения должника.

Существенное значение для целей правильного разрешения вопроса о наличии/отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности имеет не только сам факт неисполнения обязательств по уплате кредиторской задолженности, но и экономические причины, которыми обусловлено подобное бездействие контролирующего лица, приведшее к дальнейшему значительному росту задолженности без каких-либо предпосылок к ее погашению.

Определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 истцу предложено представить сведения об имущественном положении ООО «СГБ» в период после образования задолженности перед ООО ТД «Новолекс», имеющиеся в материалах исполнительного производства и в деле о несостоятельности (банкротстве) должника.

Во исполнение указаний суда, истец представил в материалы дела бухгалтерскую отчетность ООО «СГБ» за 2017 и за 2018 годы, из которой следует, что на 31.12.2017 активы должника состоят из основных средств на сумму 3 678 000 рублей, однако уже на конец 2018 года строка основные средства бухгалтерского баланса ООО «СГБ» имеет нулевой показатель.

При этом как следует из выписки по банковскому счету ООО «СГБ» в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России»), за период с даты открытия счета 13.07.2017 по дату закрытия 10.12.2021 на счет ООО «СГБ» поступило 28 934 028,71 руб. от контрагентов за поставленные материалы; вместе с тем  в период с 27.10.2017 ФИО2 неоднократно производилось снятие наличных денежных средств со счета ООО «СГБ» в размере, достигавшем 170 000 рублей, только за период с декабря 2018 по февраль 2019 года ФИО2 произведено снятие наличных денежных средств в общей сумме почти 2 000 000 руб.

Деловая цель обналичивания денежных средств ООО «СГБ» ответчиками в ходе судебного разбирательства раскрыта не была, из имеющихся в деле документов не следует, что денежные средства расходовались на нужды самого должника, в связи с чем имеются основания для оценки действий ФИО2 как указывающих на смешение активов ООО «СГБ» и личных средств его директора.

12.12.2023 Седьмым арбитражным апелляционным судом в адрес Управления государственной инспекции безопасности дорожного движения ГУ МВД России по Новосибирской области (далее – ГИБДД) направлен запрос об истребовании сведений о собственниках (владельцах) автомобилей Ниссан Теана, 2014 г/в, гос.рег.знак 

<

***> VI№ Z8№BCAL33ES004672 и Фольгсваген Туарег, 2016 г/в, гос.рег.знак 

<

***> VI№ 

<

***> за период с 2018 по 2021 годы с указанием оснований регистрации перехода права на автомобили. 

Ответ на запрос поступил в канцелярию Седьмого арбитражного апелляционного суда 24.01.2024.

Так, 02.12.2014 на основании договора лизинга ООО «СГБ» (лизингополучатель) зарегистрировало автомобиль Ниссан Теана, 2014 г/в, гос.рег.знак 

<

***> VIN 

<

***> в органах ГИБДД.

Затем, с 10.09.2019 названный автомобиль был зарегистрирован на имя ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р. 

Копии договоров купли-продажи уполномоченным органом не предоставлены за истечением срока хранения, в связи с чем, суду не удалось установить стоимость продажи транспортного средства. В то же время, материалы дела не содержат доказательств поступления денежных средств от ФИО5 на счет ООО «СГБ».

Автомобиль Фольгсваген Туарег, 2016 г/в, гос.рег.знак 

<

***> VIN 

<

***> был приобретен ООО «СГБ» у АО «ВТБ Лизинг» 19.02.2020 по договору купли-продажи от 19.02.2020 №АЛВР73314/91-16, выкупная цена указана в договоре в сумме 718 494 рублей 71 копеек.

Ранее, 06.12.2016 на основании договора лизинга ООО «СГБ» (лизингополучатель) зарегистрировало названный автомобиль в органах ГИБДД.

В последующем автомобиль Фольгсваген Туарег, VIN 

<

***> реализован ФИО6 на основании договора №060874 от 22.10.2021. Покупная цена составила 200 000 рублей.

Учитывая изложенное, коллегия также принимает во внимание, что ООО «СГБ»  в период с 20.07.2017 по договорам лизинга были произведены платежи на общую сумму 557 289 рублей 45 копеек по договору  р14-33918-дл от 07.11.2014 и 1 928 574 рублей 01 копеек по договору Ал 73314/01-16 НСК от 17.11.2016 (выписка по счету в ПАО «Сбербанк России»).

Резюмируя приведенные обстоятельства, следует отметить, что суммарно ООО «СГБ» понесло 3 204 358 рублей 17 копеек расходов на приобретение транспортных средств Фольгсваген Туарег и Ниссан Теана, не получив за их последующую реализацию соразмерного денежного предоставления, обратного из материалов дела не усматривается.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Изложенное соответствует правовым позициям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3).

При этом контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П).

Иными словами, в основу распределения бремени доказывания по делам о привлечения лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственности в связи с административной ликвидацией последнего легла идея последовательного обмена доказательствами, ранее закрепленная в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Представив соответствующие доказательства, истец с достаточной степенью достоверности подтвердил наличие у ответчиков умысла на вывод ликвидных активов, в то время как сами ответчики не представили хоть сколько-нибудь разумных пояснений относительно экономической целесообразности своих действий, в конечном итоге приведших к объективной несостоятельности ООО «СГБ».

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает доказанным наличие юридического состава для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам ООО «СГБ».

Арбитражный суд апелляционной инстанции признает обжалуемое решение не соответствующим обстоятельствам дела и подлежащим отмене, а апелляционную жалобу – подлежащей удовлетворению.

В соответствии с требованиями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе относятся на ответчиков. 

Руководствуясь статьями 110, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение от 25.09.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-13838/2023 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать со ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН 

<

***>) солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Новолекс» (ИНН 

<

***>) 8 149 815 руб. 23 коп. в порядке субсидиарной ответственности, 63 749 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску, 3 000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе, а всего 8 216 564 руб. 23 коп.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Председательствующий                                                                        Р.А. Ваганова

 

Судьи                                                                                                      Е.В. Афанасьева

 

                                                                                                                          Н.В. Марченко