Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-20584/2020

г. Владивосток

23 марта 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 марта 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой,

судей А.В. Гончаровой, С.В. Понуровской,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-377/2023

на решение от 30.11.2022 

судьи Т.Б. Власенко

по делу № А51-20584/2020 Арбитражного суда Приморского края

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью Компания «Румас-Трейдинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ОГРНИП 308253803600072, ИНН 

<

***>) 

третьи лица: индивидуальный предприниматель ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 316253600088076), общество с ограниченной ответственностью Охранное агентство «Добрыня» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

о солидарном взыскании ущерба в сумме 4130953 руб.,

при участии:

от ИП ФИО1: представитель ФИО3 по доверенности от 16.08.2022, сроком действия 5 лет; адвокат Рамазанова И.А., по доверенности от 16.08.2022, сроком действия 5 лет;

от ООО Компания «Румас-Трейдинг»: адвокат Макарова Н.В. по доверенности от 04.12.2022, сроком действия 2 года;

от ИП ФИО4: адвокат Макарова Н.В. по доверенности от 03.11.2022, сроком действия 3 года;

от индивидуального предпринимателя ФИО2, ООО Охранное агентство «Добрыня»: не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1  (далее – истец, предприниматель, арендатор, ФИО1) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с общества с ограниченной ответственностью Компания «Румас-Трейдинг» (далее – ответчик, общество, компания, арендодатель) и индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – ответчик, предприниматель, ФИО4) в солидарном порядке ущерба в сумме 4130953 руб., причиненного пожаром, произошедшего 21.09.2019 в торговом центре «Максим» по адресу: 

<

...> (с учетом принятых судом уточнений).

Определением арбитражного суда от 05.04.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, были привлечены индивидуальный предприниматель ФИО4, индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – третье лицо, ФИО2), общество с ограниченной ответственностью Охранное агентство «Добрыня» (далее – третье лицо, ООО Охранное агентство «Добрыня»).

Определением арбитражного суда от 28.09.2022 процессуальное положение ФИО4 было изменено, и он был привлечен к участию в деле в качестве соответчика. 

Решением Арбитражного суда Приморского края от 30.11.2022 в удовлетворении  заявленных требований отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, предприниматель обратился с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает, что общество, являясь арендодателем помещений, обязано было организовывать управление зданием и поддерживать его в состоянии, обеспечивающим его нормальное функционирование как торгового центра. В этой связи считает, что поскольку проверка электроустановок в торговом центре была осуществлена обществом 10.02.2017, а договор аренды помещения, в котором произошел пожар, был заключен между ФИО4 и ФИО2 20.02.2017, то результаты данной проверки не подтверждают исправность электрооборудования кафе «Саможар» и, как следствие, надлежащее выполнение обществом своих обязанностей арендодателя. Приводит доводы о том, что в течение функционирования указанного объекта общественного питания, оборудованного электрическими приборами повышенной опасности, компания пренебрегала своими обязанностями по обеспечению безопасного функционирования здания торгового центра. При этом и общество, и собственник помещения, переданного в аренду ФИО2, не предприняли должных мер по проверке законности и безопасности функционирования объекта повышенной опасности при условии, что ФИО2 так и не представил на согласование проект по электромонтажным работам, произведенным в помещении, переоборудованном под кафе «Саможар». Считает, что сам по себе факт заключения договора аренды помещения между ФИО4 и ФИО2 не свидетельствует о прекращении прав и обязанностей соответчика как собственника в отношении содержания принадлежащего ему имущества. В этой связи, ссылаясь на положения Гражданского кодекса Российской Федерации, а также Федерального закона от 21.12.1994 №69-ФЗ «О противопожарной безопасности», истец настаивает на том, что совместное противоправное поведение ФИО4 и общества привело к возникновению пожара, в результате которого имуществу предпринимателя был причинен вред, что является основанием для привлечения данных лиц к солидарной ответственности.

В судебном заседании представители предпринимателя доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объёме. 

Представитель соответчиков с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального и процессуального права и не подлежащим отмене.

ФИО2, ООО Охранное агентство «Добрыня», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, заявлений, ходатайств не представили, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрела апелляционную жалобу в их отсутствие по имеющимся в материалах дела документам.

При этом в судебном заседании 13.03.2023 в порядке статей 163, 184, 185 АПК РФ судом апелляционной инстанции был объявлен перерыв до 16.03.2023, о чём лица, участвующие в деле, были уведомлены путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

По данным Единого государственного реестра недвижимости общество является собственником нежилых помещений, общей площадью 1983,7 кв.м, 3 этаж, кадастровый номер 25:28:000000:38538, расположенных по адресу: 

<

...> Владивостоку, д. 57г, о чём ему выдано свидетельство о государственной регистрации права от 06.04.2010 серии №25-АБ №353704.

01.07.2018 между компанией (арендодатель) и предпринимателем (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения №308Б от 01.07.2018, по условиям пункта 2.1 которого арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное владение и пользование помещение, а арендатор обязуется принять в аренду помещение, своевременно вносить арендную плату и выполнять другие обязательства, предусмотренные настоящим договором.

В пункте 2.2 данного договора определено, что помещение – объект аренды по настоящему договору - нежилое помещение общей площадью 81,80 кв.м, расположено под номером 308Б на 3-ем этаже здания, расположенного по адресу: 

<

...>. Объект аренды является частью помещения с кадастровым номером 25:28:000000:38538.

Арендуемое имущество передано арендатору по акту приемки-передачи помещения от 01.07.2018, согласно которому арендодатель передал, а арендатор принял объект в технически удовлетворенном состоянии.

21.09.2019 в 06 часов 06 минут в здании торгового центра «Максим», расположенном по адресу: Владивосток, проспект 100 лет Владивостоку, д. 57 г, произошел пожар, о чём ФИО1 выдана справка Отдела надзорной деятельности и профилактической работы по г. Владивостоку ГУ МЧС России по Приморскому краю от 04.10.2019 №366-3.

В рамках проведения проверки сообщения о преступлении органом пожарного надзора было установлено, что 21.09.2019 в 06:01 час. произошло срабатывание извещателя автоматической пожарной сигнализации в кафе «Саможар», расположенном на 4 этаже торгового центра «Максим» по проспекту 100-летия Владивостока, 57г, с выводом сигнала на пульт контроля и управления в помещение круглосуточной дежурной смены сотрудников охраны ООО Охранное агентство «Добрыня». 

21.09.2019 в 06:06 час. от гражданина ФИО5 поступило сообщение о возгорании на крыше торгового центра «Максим» на пульт диспетчера СОО (ДС) ФКУ (ЦУКС) ГУ МЧС России по Приморскому краю с сотового телефона.

21.09.2019 в 06:12 час. к прибытию первого пожарного подразделения обнаружен дым с крыши торгового центра «Максим», открытое пламенное горение кафе, расположенного на крыше, у центрального входа находились два сотрудника охраны здания.

22.09.2019 в 08:49 час. пожар ликвидирован силами дежурных караулов, общая площадь распространения огня в объеме здания составила более 8000 кв.м.

При этом возгорание произошло в помещении кафе «Саможар», расположенном на крыше 4 этажа первой очереди строительства торгового центра «Максим», принадлежащего ФИО4

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости нежилое помещение площадью 730,7 кв.м, кадастровый номер 25:28:000000:12975, расположенное по адресу: 

<

...>, пом. IX, 4-й этаж, на праве собственности принадлежит ФИО4, запись о государственной регистрации права №25-25-01/141/2013-559 от 26.09.2013.

На основании договора аренды нежилого помещения от 20.02.2017, заключенного между ФИО4 (арендодатель) и ФИО2 (арендатор), нежилые помещения площадью 230 кв.м, являющиеся частью нежилых помещений с кадастровым номером 25:28:000000:12975, из них: кафе общей площадью 120 кв.м, номера на поэтажном плане 1, 2, 3, 4, терраса общей площадью 110 кв.м, на 4-м этаже здания, расположенного по адресу: 

<

...> 57г. переданы в аренду арендатору.

По факту произошедшего 21.09.2019 в вышеуказанном торговом центре пожара Федеральным государственным бюджетным учреждением «Судебно-экспертное заключение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Приморскому краю составлено заключение эксперта №246 от 25.10.2019, в котором отмечено, что очаг пожара располагался в помещении склада кафе «Саможар», слева от входа из помещения кухни, в области расположения вертикальной стойки под номером 1. Непосредственной технической причиной возникновения пожара является загорание горючих материалов электрического оборудования в очаге пожара от воздействия высокотемпературной электрической дуги короткого замыкания. Развитию и распространению пожара помимо позднего сообщения о пожаре способствовало наличие достаточного количества горючего материала на открытой площадке 4 этажа, а также направление ветра от кафе «Саможар» с юга на север.

По результатам доследственной проверки установлены следующие нарушения требований пожарной безопасности:

в нарушение подпункта «б» пункта 36 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 №390 (далее – Правила №390), арендатором кафе «Саможар» допущено размещение на путях эвакуации и эвакуационных выходах (в том числе, в проходах, коридорах, тамбурах, на галереях, в лифтовых холлах, на лестничных площадках, маршах лестниц, в дверных проемах, эвакуационных люках) различных материалов, изделий оборудования, производственных отходов, мусора и других предметов;

в нарушение Приказа МЧС России от 12.2.2007 № 645 «Об утверждении норм пожарной безопасности «Обучение мерам пожарной безопасности работников организаций» лицо, ответственное за пожарную безопасность в кафе «Саможар», не прошло обучение в области пожарной безопасности;

в нарушение нарушением подпункта «к» пункта 23 Правил №390 арендатором кафе обустроен склад с нарушением норм в области пожарной безопасности и допущено хранение горючих материалов в неустановленных местах.

Данные обстоятельства нашли отражение в постановлении органа пожарного надзора от 04.06.2020 об отказе в возбуждении уголовного дела.

При этом по результатам контрольных мероприятий отмечено, что с учетом причины возникновения пожара, отсутствия подтвержденной информации о природе и назначении электрического проводника, имеющего признаки аварийного режима работы электрооборудования (первичное короткое замыкание), установить прямую причинно-следственную связь между возникновением пожара и выявленными нарушениями со стороны собственника помещения (ФИО4) либо его арендатора (ФИО2) не представляется возможным.

03.10.2019 комиссией в составе ФИО1, технического директора общества, а также оценщика произведен осмотр торгового помещения №308Б, по результатам чего составлен акт осмотра.

Согласно акту осмотра вывеска над входом в магазин сгорела, витражное стекло разбито, товар и торговое оборудование в саже, 100% товара с термическими повреждениями, обувные стойки из пластика обуглены и деформированы, обувные полки залиты водой и разрушены, электрооборудование на кассе сгорело. 

С целью определения стоимости суммы ущерба по заказу истца оценщиком обособленного структурного предприятия в г. Уссурийске Союза «Приморская Торгово-промышленная палата» составлен отчет №02004000158 от 02.12.2019, согласно которому сумма ущерба имущества в результате пожара по адресу: 

<

...>, помещение №308Б, по состоянию на 21.09.2019 составляет 4130953 руб.

Полагая, что указанная сумма является убытками, причиненными  обществом, в связи с ненадлежащим обеспечением пожарной безопасности в здании торгового центра, предприниматель обратился к компании с претензией от 10.09.2020 о возмещении ущерба в сумме 4130953 руб. в срок до 01.10.2020.

Неудовлетворение предъявленных требований в добровольном порядке послужило основанием для обращения ФИО1 в арбитражный суд с настоящим иском, предъявленным солидарно к обществу и ФИО4, в удовлетворении которого обжалуемым решением суда было отказано.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ, Кодекс) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 1084 Кодекса, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По правилам пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из разъяснений пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 №14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. Возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность действий причинителей вреда, размер ущерба и причинно-следственную связь между противоправными действиями и возникшим ущербом.

Как установлено пунктом 1 статьи 322 ГК РФ, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности, при неделимости предмета обязательства.

Соответственно возникновение солидарного внедоговорного обязательства возможно только в случаях, прямо предусмотренных законом.

В силу абзаца первого статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

С учетом изложенного следует признать, что солидарная обязанность возместить причиненный вред возникает только у лиц, результатом совместных действий (бездействия) которых явилось причинение вреда.

Из материалов дела усматривается, что сумма предъявленных ко взысканию убытков в размере 4130953 руб. представляют собой стоимость сгоревшего товара (обувь, сумки), а также торгового оборудования, находившегося в момент пожара в торговом помещении №308Б в здании торгового центра «Максим», определенную оценщиком согласно отчету №02004000158 от 02.12.2019.

Отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований, суд первой инстанции исходил из неподтвержденности факта возникновения пожара на объекте истца вследствие действий/бездействий соответчиков.

Поддерживая вывод суда первой инстанции об отсутствии правовых и фактических оснований для взыскания спорных убытков, апелляционная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со статьей 606 ГК РФ по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. 

Согласно пункту 1 статьи 611 Кодекса арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. 

Арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках (статья 612 ГК РФ).

Пунктами 1, 2 статьи 616 ГК РФ арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды. Капитальный ремонт должен производиться в срок, установленный договором, а если он не определен договором или вызван неотложной необходимостью, в разумный срок. Капитальный ремонт должен производиться в срок, установленный договором, а если он не определен договором или вызван неотложной необходимостью, в разумный срок. Нарушение арендодателем обязанности по производству капитального ремонта дает арендатору право по своему выбору: произвести капитальный ремонт, предусмотренный договором или вызванный неотложной необходимостью, и взыскать с арендодателя стоимость ремонта или зачесть ее в счет арендной платы; потребовать соответственного уменьшения арендной платы; потребовать расторжения договора и возмещения убытков. Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

Согласно пункту 1 статьи 615 ГК РФ арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества. 

Статей 210 Кодекса установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Общие правовые вопросы регулирования в области обеспечения пожарной безопасности, отношения между учреждениями, организациями и иными юридическими лицами независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, между общественными объединениями, должностными лицами и гражданами определяются Федеральным законом от 21.12.1994 №69-ФЗ «О пожарной безопасности».

Статья 38 названного Закона устанавливает, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут: собственники имущества, лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций, лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности; указанные лица, иные граждане за нарушение требований пожарной безопасности, а также за иные правонарушения в области пожарной безопасности могут быть привлечены к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности в соответствии с действующим законодательством.

Данные общие положения, определяющие круг лиц, на которых может быть возложена ответственность за нарушение требований пожарной безопасности, не предполагают их произвольного применения в части выбора лица, ответственного за нарушение указанных требований в конкретном деле. Такое лицо устанавливается с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, а также требований нормативных и иных актов, должностных инструкций, условий договоров, закрепляющих права и обязанности сторон по вопросам соблюдения требований пожарной безопасности.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2006 «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 года» (утвержден постановлением Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2006) указано, что поскольку стороны в договоре аренды могут сами урегулировать вопрос об объеме обязанностей в области обеспечения правил пожарной безопасности, к ответственности за нарушение этих правил должно быть привлечено лицо, которое не выполнило возложенную на него обязанность; при этом если в договоре аренды указанный вопрос не урегулирован, то ответственность за нарушение требований пожарной безопасности может быть возложена как на арендатора, так и на арендодателя – в зависимости от того, чье противоправное, виновное действие (бездействие) способствовало правонарушению.

В спорной ситуации для оценки действий соответчиков на предмет их противоправности судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание результаты судебной экспертизы, проведенной в рамках дела №А51-9458/2020 по иску ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» о взыскании с общества убытков, причиненных в результате пожара. 

Так, заключением судебной экспертизы от 07.06.2021, подготовленном экспертам Академии ГПС МЧС России (г. Москва) ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, установлено, что очаг пожара располагался в подпольном пространстве зала №1 кафе «Саможар» на расстоянии около 4,5 м от выхода №2 (вывод по вопросу 1). Наиболее вероятной непосредственной технической причиной пожара стало тепловое проявление электрического тока при аварийном режиме работы (ток утечки, короткое замыкание) электрооборудования мангала (вывод по вопросу 2).

Также экспертами установлено, что используемые ФИО2 мангалы были электрифицированы, а электропроводка мангала прокладывалась по горючему основанию - по обратной стороне настила деревянного пола и в месте прохождения воздуховода мангала прилегала к настилу пола, что является несоблюдением норм прокладки линии электропередачи открытого типа (пункт 2.1.37 главы 2.1 Правил устройства электроустановок, седьмое издание). При этом электрическая проводка мангала была проложена по воздуховоду, который в ходе эксплуатации нагревался углями из мангала и углями, выпадающими из мангала в воздуховод в ходе эксплуатации мангала. Такой способ прокладки электропроводки также является нарушением норм прокладки линии электропередачи открытого типа (пункт 2.1.57 главы 2.1 ПУЭ-7), приводит к ее быстрому разрушению, и, как следствие, возникновению токов утечки и короткому замыканию.

Как отмечено экспертами, наиболее вероятно, что к возникновению аварийного режима работы электрооборудования кафе «Саможар» (мангала), повлекшего возникновение пожара в ТЦ «Максим», могло привести несоблюдение норм прокладки линии электропередачи открытого типа, что относится к нарушению норм электробезопасности в соответствии с пункты 2.1.37, 2.1.57 ПУЭ-7. Данные нарушения могут находиться в прямой причинно-следственной связи с причиной пожара (стр. 62-72 заключения).

Выводы экспертов, изложенные в заключении судебной экспертизы от 07.06.2021, не вступают в противоречие с иными доказательствами, в том числе заключением от 25.10.2019 №246, подготовленным в рамках доследственной проверки КРСП №21 от 21.09.2019.

Так, согласно заключению эксперта от 25.10.2019 №246 проведенное инструментальное исследование вихретоковым методом привело к выводу о том, что наибольшему температурному воздействию подверглись металлические конструкции подиума под складом кафе «Саможар», что отвечает критериям выявления очага пожара и выводу судебной экспертизы  от 07.06.2021 о расположении очага пожара в подпольном пространстве кафе «Саможар» при прямом подтверждении проложения части электропроводки под полом.

При этом непосредственной причиной пожара все представленные в деле доказательства определяют воздействие высокотемпературной электрической дуги короткого замыкания первичного характера. Также отмечен ряд нарушений норм электробезопасности и правил пожарной безопасности при монтаже и дальнейшей эксплуатации электрооборудования кафе «Саможар».

Учитывая, что предпринимательскую деятельность в кафе «Саможар» осуществлял ФИО2 на основании договора аренды от 20.02.2017, заключенного с ФИО4, судебная коллегия поддерживает вывод арбитражного суда о том, что именно арендатор указанного помещения являлся лицом, ответственным за соблюдение правил пожарной безопасности. 

Делая указанный вывод, суд апелляционной инстанции отмечает, что в силу пункта 2 статьи 616 ГК РФ арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

Анализ имеющегося в материалах дела договора аренды нежилого помещения, заключенного между ФИО4 с ФИО2, показывает, что по условиям пункта 5.4.2 указанного договора арендатор обязан самостоятельно за свой счет произвести в помещении отделочные и прочие работы, необходимые для приведения помещения в состояние, пригодное для осуществления в нем коммерческой деятельности арендатора в соответствии с требованиями, предъявляемыми контролирующими органами (СЭН, ГПН и пр.) к таким помещениям, и в течение всего срока аренды поддерживать за свой счет помещение в указанном состоянии.

В силу пункта 5.4.7 договора арендатор обязан выполнять все действия, необходимые для поддержания помещения в надлежащем состоянии, в том числе: соблюдать санитарные нормы и требования противопожарной безопасности, поддерживать инженерные коммуникации и оборудование в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт помещения и находящегося в нем оборудования в соответствии со статьей 6 договора.

Кроме того, на основании пункта 5.4.8 договора арендатор обязан незамедлительно извещать арендодателя о любых фактах повреждения или разрушения помещения, здания, оборудования, а также о любых выявленных дефектах, возникших неисправностях и авариях, принимая все возможные меры для уменьшения ущерба помещению, зданию, оборудованию.

Таким образом, ответственность за соблюдение требований пожарной безопасности при эксплуатации помещения кафе, а также поддержания оборудования и инженерных систем в исправном состоянии по условиям договора аренды была возложена на арендатора ФИО2, как лицо, непосредственно эксплуатирующее помещение.

Между тем, как было установлено в ходе доследственной проверки, арендатор не сообщил собственнику помещения сведения о факте выявления аварийной работы оборудования кафе в виде воздействия тока при касании металлических перил на террасе №2 кафе «Саможар» за день перед пожаром.

Данные обстоятельства подтверждены показаниями администратора кафе ФИО12 и отражены в материалах доследственной проверки, в том числе в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 04.06.2020. 

При этом иные меры проверки работы оборудования, приостановления его эксплуатации до выявления причин аварийного режима арендатором также приняты не были.

С учетом изложенного, проанализировав условия договора аренды и нормативные требования в области пожарной безопасности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что на арендатора возложена обязанность по обеспечению содержание эксплуатируемых сетей и электроустановок в работоспособном состоянии, назначению лица, ответственного за соблюдение правил противопожарной безопасности, недопущению нарушений нормативных требований к прокладке и эксплуатации электросетей и электроустановок, а также принятию мер по устранению нарушений в их работе.

В этой связи именно неисполнение приведенных обязанностей по существу привело к возникновению пожара.

При этом арендатор, являясь профессиональным участником оказания услуг общественного питания, для которого установлен повышенный стандарт осмотрительности, при должной степени заботливости несет риск негативных последствий своего делового просчета.

Довод апелляционной жалобы о том, что общество, являясь арендодателем помещений, и, осуществляя административные функции, обязано было организовывать управление зданием и поддерживать его в состоянии, обеспечивающим его нормальное функционирование как торгового центра, а, следовательно, ненадлежащее исполнение указанных обязанностей свидетельствует о вине последнего в причинении ущерба, судебной коллегией не принимается, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства нарушения компанией требований пожарной безопасности, способствовавших возникновению пожара в здании торгового центра.

Так, в заключении судебной экспертизы от 07.06.2021 по вопросу 3 отмечено нарушение требований пожарной безопасности в виде отсутствия защитного экрана из материалов группы НГ на кровле ТЦ «Максим» (пункт 5.3.3 СП 17.13330.2011).

В этой связи при покрытии кровли здания первой очереди ТЦ «Максим» из материала НГ пожар распространяется по внешней и обратной стороне настила пола, предметам интерьера кафе «Саможар». 

Соответственно в случае оборудования кровли защитным слоем из материала группы горючести НГ пожар, возникший на деревянном настиле, под воздействием ветровой нагрузки все равно продолжит распространяться примерно с одинаковой скоростью независимо от того, каким материалом была выполнена кровля - группы горючести НГ или Г1 (см. приложение 6).

Таким образом, экспертами сделан вывод о том, что покрытие кровли торгового центра материалом группы горючести Г1 вместо НГ в нарушение пункта 5.3.3 СП 17.13330.2011 не находится в прямой причинно-следственной связи с причиной и распространением пожара.

Кроме того, в выводах по вопросу 5 комиссия экспертов указала, что нарушение прокладки наружного питающего кабеля (закрепление на горючем основании) от щита силового распределительного, установленного на кровле 3 этажа ТЦ «Максим», до щита силового распределительного, установленного в помещении кафе «Саможар», также не находится в прямой причинной связи с местом возникновения пожара, и поэтому не могло явиться непосредственной технической причиной пожара.

По вопросу 7 о том, находились ли системы противопожарной защиты ТЦ «Максим» и помещения кафе «Саможар» в работоспособном состоянии на момент пожара, экспертами сделан предположительный вывод о вероятном нахождении системы СОУЭ и ВППВ в работоспособном состоянии.

Также экспертами отмечено, что само по себе отсутствие системы АУПТ в помещении кафе «Саможар» не повлияло на распространение пожара ввиду неэффективности тушения по площади объемного пожара, который распространился в результате свободного развития начальной стадии пожара, и неспособности локализовать пожар оросителями системы АУПТ на обратной стороне деревянного настила пола кафе «Саможар».

С учетом изложенного следует признать, что результатами экспертного исследования выявленные недостатки в требованиях пожарной безопасности не находятся в причинно-следственной связи с очагом пожара и не могли явиться причиной его возникновения, что исключает вину общества в причинении предпринимателю спорного ущерба и не позволяет квалифицировать его поведение в спорной ситуации как противоправное.

Утверждение заявителя жалобы о том, что общество ненадлежащим образом осуществляло техническое обслуживание здания, а также обслуживание электрооборудования, а равно не осуществляло контроль за действиями арендатора, проводившего электромонтажные работы, что явилось причиной возгорания, судом апелляционной инстанции также не принимается.

Как подтверждается материалами дела, в целях исполнения своих обязанностей по содержанию здания торгового центра и обслуживания электрооборудования по заказу общества электроизмерительной лабораторией ООО «25 Дом» был подготовлен технический отчет испытаний электроустановок ТЦ «Максим» от 10.02.2017.

Данный отчет содержит протокол №1 визуального осмотра, протокол №2 проверки сопротивления изоляции проводов и кабелей, протокол №3 проверки наличия цепи между заземленными установками и элементами заземленной установки, протокол №4 проверки согласования параметров цепи «фаза-нуль» с характеристиками аппаратов защиты и непрерывности защитных проводников и протокол №5 проверки выключателей автоматических, управляемых дифференциальным током (УЗО).

При этом заключением по протоколу №1 зафиксировано, что электрооборудование объекта соответствует проекту и нормативной документации, а заключением по протоколу №2 – что сопротивление изоляции кабелей и проводов соответствует требованиям ПУЭ и ПТЭЭП.

Согласно имеющемуся в материалах дела протоколу №3 проверена целостность и прочность проводников заземления и зануления, переходные контакты их соединений, болтовые соединения проверены на затяжку, сварные - ударом молотка. При этом величина измеренного переходного сопротивления контактов и заземляющих и нулевых проводников, элементов электрооборудования соответствует ПУЭ и ПТЭЭП. 

Из заключения по протоколу №4 следует, что результаты испытаний и измерений также соответствуют требованиям нормативно-технической документации с учетом погрешности измерения. Кроме того, в заключении по протоколу №5 отмечено, что выключатели автоматические в соответствии с ГОСТ Р 51326.1-99 (раздел приемно-сдаточные испытания), ГОСТ 31225.2.2-2012 соответствуют данным завода изготовителя.

При этом в объем исследований вошло электрооборудование помещений кафе на кровле 3 этажа торгового центра (стр. 65 технического отчета), в соответствии с которым по состоянию на 10.02.2017 электроустановки ТЦ «Максим», включая помещения кафе, соответствовали нормативным требованиям. Нормативный срок проведения электроиспытаний составил 3 года, то есть на момент пожара не истек (стр. 72-73, 91 заключения судебной экспертизы).

С учетом изложенного довод апелляционной жалобы о ненадлежащем исполнении обществом своих обязанностей в части обслуживания электрооборудования здания торгового центра подлежит отклонению как безосновательный.

Указание заявителя жалобы на то, что договор аренды между ФИО4 и ФИО2 был заключен после составления указанного технического отчета, в связи с чем результаты указанной проверки не могут подтверждать осуществление контроля исправности произведенного арендатором ремонта электрооборудования кафе «Саможар», судебной коллегией не принимается, поскольку действующим правовым регулированием не установлена необходимость внепланового технического осмотра электрооборудования спорных помещений вследствие передачи их в аренду после проведения технического осмотра, нормативный срок действия которого составляет 3 года.

Соответственно данное обстоятельство не может быть квалифицировано в качестве противоправного бездействия общества, повлекшего возникновение пожара и, как следствие, причинение ущерба истцу. 

Оценивая доводы апелляционной жалобы о том, что заключение договора аренды нежилого помещения не прекращает права и обязанности ФИО4 как собственника данного помещения в виде содержания имущества в надлежащем состоянии, судебная коллегия учитывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО4 было известно о произведенной арендатором ФИО2 модификации электрических сетей внутри арендуемого помещения и их прокладке в подпольном пространстве в материалах дела.

Кроме того, отсутствуют в материалах дела и доказательства того, что ФИО2 обращался за согласованием указанных работ к арендодателю и представлял проект электрификации мангалов ему на согласование. 

В свою очередь проводка питания мангалов в подпольном пространстве свидетельствует о том, что она не могла быть обнаружена в ходе обычного осмотра помещения соответчиком.

При таких обстоятельствах утверждение предпринимателя о причинении ущерба противоправным поведением ФИО4 также не нашло подтверждение материалами дела.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия принимает во внимание, что факт отсутствия акта ввода принадлежащего ФИО4 помещения в эксплуатацию не имеет правового значения для разрешения настоящего спора по существу, поскольку непосредственной технической причиной пожара являются нарушения электробезопасности и пожарной безопасности, допущенные третьим лицом - ФИО2 при эксплуатации его производственного оборудования (манагала). Данные нарушения не связаны с наличием или отсутствием факта ввода помещения в эксплуатацию в установленном порядке и были допущены ФИО2 независимо от этого.

Также суд апелляционной инстанции учитывает, что отсутствие в помещении кафе системы автоматического пожаротушения (АУПТ) и нарушение норм электробезопасности при монтаже и дальнейшей эксплуатации электросетей и электрооборудования, обеспечивающих электроснабжение кафе «Саможар», также не повлияло на причинение вреда имуществу истца (вывод по вопросу 8 заключения судебной экспертизы). 

Кроме того, эксперты пришли к выводу о том, что непосредственной технической причиной пожара стало тепловое проявление электрического тока при аварийном режиме работы (ток утечки, короткое замыкание) электрооборудования мангала (вывод по вопросу 2), т.е. нарушения, допущенные при монтаже и эксплуатации арендатором его производственного оборудования (мангалов), а не системы электрификации помещений кафе в целом, что свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков ФИО4, как собственника помещения, в котором располагалось кафе «Саможар», эксплуатируемое ФИО2

В этой связи оснований для вывода о нарушении ответчиками своих обязанностей, а равно совершение ими действий, способствовавших возникновению пожара и повлекших причинение ущерба истцу, у коллегии не имеется.

По изложенному суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности истцом факта причинения убытков действиями соответчиков, равно как и не представляется возможным сделать выводы о противоправности поведения соответчиков и о наличии причинной связи между соответствующим поведением указанных лиц и возникшими у истца убытками, а, следовательно, не доказана вся совокупность обстоятельств, являющихся основанием для применения мер гражданско-правовой ответственности.

Кроме того, отклоняя доводы апелляционной жалобы, коллегия также отмечает отсутствие оснований для отнесения поведения ФИО4 и общества к действиям по совместному причинению вреда по правилам статьи 1080 ГК РФ, влекущим возникновение солидарной деликтной ответственности. 

В спорной ситуации анализ сложившихся между заинтересованными лицами отношений в рамках исполнения самостоятельных договоров аренды недвижимого имущества показывает, что общество, ФИО1, ФИО4 и ФИО2 действуют в данных правоотношениях самостоятельно, и действия одного арендодателя не зависят и не подчинены действиям другого арендодателя.

Соответственно согласованное единство направленности и содержания действий указанных лиц отсутствует, а установленная доказательствами по делу непосредственная причина возникновения и развития пожара связана исключительно с поведением арендатора ФИО2

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований считать о необходимости применения к обстоятельствам настоящего спора норм материального права о солидарной ответственности должников, поскольку ответчики таковыми не являются, и доказательств совместного причинения ими вреда арендатору из материалов дела не следует.

Таким образом, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции обоснованно заключил, что материалами дела не доказана вся совокупность обстоятельств, являющихся основанием для применения мер гражданско-правовой ответственности, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого судебного акта, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств по нему, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.

Нормы права применены судом первой инстанции правильно. Судебный акт принят на основании всестороннего, объективного и полного исследования имеющихся в материалах дела доказательств. Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, исходя из отсутствия оснований для ее удовлетворения, судебные расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ относятся судом на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 30.11.2022 по делу №А51-20584/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Н.Н. Анисимова

Судьи

А.В. Гончарова

С.В. Понуровская