ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-43979/2020

21 июня 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена     14 июня 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 июня 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слоневской А.Ю.,

судей  Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 31.08.2020; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-8581/2023) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.02.2023 по обособленному спору № А56-43979/2020/сд.2, принятое 

 

по заявлению финансового управляющего должником 

к ФИО5, ФИО6, ФИО4 

об оспаривании сделок должника и применении последствий их недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,

 

третье лицо: финансовый управляющий ФИО5 ФИО8, 

 

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.03.2021 ФИО7 (ИНН 

<

***>) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО9. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 27.03.2021.

Финансовый управляющий обратился с заявлением, с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным договора дарения квартиры от 18.02.2018, заключенного между должником, ФИО6 и ФИО5, а также о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 06.05.2021, заключенного между ФИО6 и ФИО4, и применении последствий недействительности указанной сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника ? доли в праве на квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, Институтский пр-т, д.19, лит.А, кв.67, общей площадью 180,5 кв.м., кадастровый номер 78:36:0536701:3230, а также в виде восстановления права собственности должника на ? долю в праве на указанный объект недвижимости.

К участию в настоящем обособленном споре привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО5 - ФИО8.

Определением суда от 08.02.2023 заявление финансового управляющего удовлетворено.

Не согласившись с определением суда от 08.02.2023, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение, отказать в удовлетворении заявлении об оспаривании сделки, ссылаясь на то, что дарение квартиры должником сыну квартиры не может привести к причинению вреда имущественным правам кредиторов, поскольку такое имущество не могло быть включено в конкурсную массу должника и за счет его стоимости не могут быть удовлетворены требования кредиторов. Податель жалобы указывает на то, что доказательства наличия у должника иного пригодного для постоянного проживания жилого помещения в материалы дела не представлены.

 Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

В судебном заседании представитель ФИО2 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО7 и ее супруг ФИО5 (дарители) и сын ФИО6 (одаряемый) заключили 18.02.2018 договор дарения (далее – договор), согласно которому дарители подарили, а одаряемый принял в дар в собственность, принадлежащую дарителям на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, Институтский проспект, д.19, литера А, кв.67, кадастровый номер 78:36:0536701:3230.

ФИО6 и ФИО4 06.05.2021 заключили договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Институтский проспект, д.19, литера А, кв.67, кадастровый номер 78:36:0536701:3230.

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что указанные договоры заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 возбуждено 17.07.2020, договоры заключены 18.02.2018 и 06.05.2021, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление N 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В пункте 6 Постановления N 63 разъяснено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств: гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил; более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены; размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования; наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 Постановления N 63).

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемых сделок должник уже имел просроченные неисполненные обязательства перед ФИО2, что подтверждается решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 07.08.2020 по делу       № 2-587/20, согласно которому с ФИО7 в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договору купли-продажи доли в уставном капитале от 18.11.2016 в размере 1 449 756,66 Евро по курсу ЦБ РФ, установленному на день исполнения обязательства, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 60 000 руб.

Таким образом, на момент отчуждения должником квартиры в пользу своего сына у нее имелась непогашенная задолженность перед ФИО2, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемых сделок.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что ФИО6 является сыном должника, а следовательно, является на основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом.

Как установлено судом, ФИО4 не является добросовестным приобретателем спорной квартиры, поскольку ФИО5, ФИО7 и ФИО6 по-прежнему зарегистрированы по месту жительства в спорной квартире.

При этом, на дату продажи спорной квартиры ФИО5 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина согласно решению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.10.2020 по делу № А56-28445/2020), ФИО7 признана несостоятельной (банкротом) и в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина согласно решению суда от 12.03.2021.

Согласно пункту 2.2.1 договора купли-продажи от 06.05.2021 сумма в размере 17 000 000 руб. помещена в присутствии продавца в сейфовую ячейку банка. Вместе с тем ответчик ФИО4 в обоснование доводов об оплате спорной квартиры представляет копию договора №261242 сейфа № 1064 с 06.05.2021 по 04.06.2021 с индивидуальным предпринимателем ФИО10. В пункте 3.6 указанного договора указано, что арендодатель не осуществляет контроль за вложением клиентом имущества в сейф, опись или декларацию с перечислением имущества не принимает, учет сведений о содержимом сейфа не ведет. 

Надлежащие и бесспорные доказательства оплаты спорного объекта недвижимости со стороны ФИО4, а также доказательства наличия у ответчика финансовой возможности приобрести указанную квартиру материалы обособленного спора не содержат.

В пункте 4 Постановления N 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Суд апелляционной инстанции признает правильным вывод суда первой инстанции о том, что совершение в условиях неплатежеспособности должником и ответчиками цепочки взаимосвязанных сделок купли-продажи и дарения квартиры между аффилированными лицами, объединенной общей хозяйственной целью (вывод ликвидного имущества должника), в результате чего должник лишился ликвидного актива, свидетельствует о заключении оспариваемых сделок при злоупотреблении правом сторонами сделок и наличии оснований для признания данных сделок недействительными в силу статьи 10 ГК РФ.

Несмотря на то обстоятельство, что на момент совершения первого оспариваемого договора у должника формально отсутствовали кредиторы, осведомленность должника о наличии у супруга неисполненных обязательств перед ФИО2, а также действия должника по одновременной реализации всего принадлежащего ей имущества  в пользу близких родственников свидетельствует о намерении должника, направленном на выведение принадлежащих ей ликвидных активов из своей собственности для их сохранения и освобождения от обращения на них взыскания, то  есть противоправная цель участников оспариваемых сделок очевидна.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в рамках настоящего спора не опровергнуто, что спорная квартира относится к общей совместной собственности супругов и подлежит реализации в деле о банкротстве ФИО7.

Пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве установлено, что имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление N 48), по смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником. При уклонении супруга от передачи полученного финансовый управляющий вправе требовать отобрания этого имущества у супруга применительно к правилам пункта 3 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Соответствующее требование рассматривается в деле о банкротстве должника. В случае отчуждения супругом имущества, подлежащего передаче финансовому управляющему, он обязан передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, эквивалентной полной стоимости данного имущества (если в реестр требований кредиторов должника включены, помимо прочего, общие долги супругов), или в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности (если в реестр требований кредиторов включены только личные долги самого должника). При этом полученные от супруга денежные средства, оставшиеся после погашения требований кредиторов в соответствии с пунктом 6 названного постановления, подлежат возврату супругу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Пунктом 1 статьи 36 СК РФ определено, что имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами (пункт 1 статьи 39 СК РФ).

Юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные, общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения), не является общим имуществом супругов. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

В рассматриваемом случае, как следует из материалов дела и установлено судами, спорная квартира приобретена ФИО7 и ФИО5 по договору долевого участия в строительстве от 19.12.2002, то есть в период брака.

ФИО7 не представила доказательств того, что квартира приобретена на ее личные денежные средства.

Доводы подателя жалобы о том, что спорная квартира является единственным жильем, отклоняются.

В соответствии с частью 1 статьи 446 ГК РФ установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Однако, положения статьи 446 ГК РФ не подлежат применению к реституционным требованиям по делу о признании недействительной и применения последствий недействительности сделок (определение Конституционного Суда РФ от 25.11.2020 N 2784-О).

При этом апелляционный суд отмечает непоследовательную правовую позицию ответчиков, которые указывают на исполнительский иммунитет и ссылаются на то, что спорная квартира является единственным пригодным жильем для проживания должника, супруга должника и их сына, в тоже время, опровергая выводы финансового управляющего о недобросовестности, который указывает на нетипичность сделки по купле-продаже квартиры между независимыми участниками гражданского оборота, в которой прежние собственники сохраняют право проживания после ее возмездного отчуждения. ФИО4 не приведены приемлемые пояснения относительно обоснованности осуществления контроля над приобретенной ею квартирой со стороны продавца (ФИО6) и его родителей (должника и его супруга) в виде их регистрации по месту жительства и фактическом проживании в квартире как единственно для них пригодной для проживания. 

Таким образом, судом первой инстанции правильно применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника спорной квартиры.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.02.2023 по делу № А56-43979/2020/сд.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.   

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Слоневская

Судьи

 

И.В. Сотов

 И.Ю. Тойвонен