ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-2467/2024

г. Челябинск

02 мая 2024 года

Дело № А34-13365/2023  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи  Плаксиной Н.Г. рассмотрел без вызова сторон апелляционную жалобу  ФИО1 на решение Арбитражного суда Курганской  области от 06 февраля 2024 года по делу № А34-13365/2023, рассмотренному  в порядке упрощенного производства.  

Общество с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» (далее  – истец, ООО «Маша и Медведь», общество) обратилось в Арбитражный суд  Курганской области с исковым заявлением к ФИО1  (далее – ответчик, ФИО1) о взыскании компенсации за нарушение  исключительного права на товарный знак № 505856 в размере 10 000 руб.,  компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак   № 505857 в размере 10 000 руб., судебных издержек в размере стоимости  вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в сумме  150 руб., почтовых расходов в размере 120 руб., 2000 руб. в возмещение  судебных расходов по уплате государственной пошлины, 200 руб. за  получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. расходов на фиксацию  правонарушения (с учётом уточнений, принятых судом первой инстанции в  порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного  производства в соответствии со статьей 227 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Решением Арбитражного суда Курганской области от 06.02.2024  (резолютивная часть решения объявлена 23.01.2024) исковые требования  удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взысканы компенсация  за нарушение исключительного права на товарный знак № 505856 в размере  5000 руб., компенсация за нарушение исключительного права на товарный  знак № 505857 в размере 5000 руб., судебные издержки в размере стоимости  вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в сумме  150 руб., почтовые расходы в размере 120 руб., 2000 руб. в возмещение  судебных расходов по уплате государственной пошлины, 200 руб. за  получение выписки из ЕГРИП, 8 000 руб. расходов на фиксацию  правонарушения, в удовлетворении остальной части иска отказано.  

Не согласившись с вынесенным решением, ФИО1 (далее также –  податель апелляционной жалобы, апеллянт) обратилась в Восемнадцатый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой  просит решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы её податель указывает,  что истец злоупотребляет своими правами, размер компенсации значительно  завышен.  

В дополнениях к апелляционной жалобе, которые приобщены к  материалам дела в порядке статьи 260 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, апеллянт указывает, что ответчик не  осуществляет деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с  28.12.2016. С мая 2016 года по настоящее время ответчику не передавалось  по договору аренды или на основании иного договора для осуществления  предпринимательской деятельности помещение, расположенное по адресу: 

<

...> что подтверждается уведомлением по месту  требования от 22.11.2023, подписанным ФИО2.  Ответчик указывает, что товарный чек, представленный в материалы дела,  содержит подпись не ФИО1, последней не выдавался.  

ФИО1 ходатайствовала о приобщении к материалам дела копий  выписки из Единого государственного реестра индивидуальных  предпринимателей от 21.11.2023 № ИЭ9965-23- 69726965, уведомление по  месту требования от 22.11.2023, подписанное ФИО2.  

В соответствии с частью 2 статьи 272.1 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства по делам,  рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом  апелляционной инстанции не принимаются, за исключением случаев, если в  соответствии с положениями части 6.1 статьи 268 настоящего Кодекса  арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дела по  правилам, установленным для рассмотрения дел в арбитражном суде первой  инстанции.  

Таким образом, законодателем установлен запрет на приобщение  дополнительных документов по делам, рассмотренным в порядке  упрощенного производства, на стадии апелляционного обжалования.  

Поскольку оснований для рассмотрения дела по правилам,  установленным для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции,  в данном случае не имеется, представленные совместно с апелляционной  жалобой дополнительные доказательства судом апелляционной инстанции не  принимаются, не рассматриваются и подлежат возвращению подателю  апелляционной жалобы.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятии  апелляционной жалобы к производству суда апелляционной инстанции, в  том числе публично путём размещения указанной информации на  официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в  сети Интернет.  

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел  апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле  доказательствам после истечения срока для предоставления отзыва на  апелляционную жалобу – 12.04.2024.  

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен. 

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в суде  апелляционной инстанции судьей единолично по имеющимся в деле  доказательствам.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах  доводов апелляционной жалобы.  

Как следует из материалов дела, ООО «Маша и Медведь» является  обладателем исключительных прав на следующие товарные знаки:  

Товарный знак по свидетельству № 505856, зарегистрированный в  Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания  Российской Федерации 07.02.2014 (дата приоритета: 14.09.2012, срок  действия: до 14.09.2022) в отношении товаров и услуг 03, 05, 09, 14, 15, 16,  18, 21, 25, 28, 29, 30, 32, 35, 41 классов МКТУ.  

Товарный знак по свидетельству № 505857, зарегистрированный в  Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания  Российской Федерации 07.02.2014 (дата приоритета: 14.09.2012, срок  действия: до 14.09.2022) в отношении товаров и услуг 03, 05, 09, 14, 15, 16,  18, 21, 25, 28, 29, 30, 32, 35, 41 классов МКТУ.  

02.09.2022 в торговом помещении по адресу: 

<

...>, установлен и задокументирован факт  предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО1 товара, а  именно одежда, обладающего признаками контрафактного происхождения.  

Факт реализации товара подтверждается следующими  доказательствами: кассовым чеком от 02.09.2022 на сумму 150 руб., фото  товаров, видеосъёмкой, совершённой в целях и на основании самозащиты  гражданских прав в соответствии со статьями 12 и 14 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее также – ГК РФ).  

Нарушение ответчиком исключительных авторских прав истца на  товарные знаки послужило основанием для обращения истца в арбитражный  суд с настоящим иском.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения  истца в суд с рассматриваемым иском о взыскании с ответчика компенсации  за нарушение исключительных прав в размере 20 000 руб.  

Рассмотрев спор по существу, суд первой инстанции пришёл к выводу  о наличии оснований для взыскания компенсации за нарушение  исключительных прав истца на два товарных знака №№ 505856 и 505857 и  по ходатайству ответчика уменьшил размер взыскиваемой суммы  компенсации до 5000 руб. за каждое нарушение.  

Оценив повторно в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их  совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда  первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам  дела и действующему законодательству.  

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ на результаты  интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства  индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают  исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях,  предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные  права и иные права (право следования, право доступа и другие).  

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое  лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной  деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе  использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению  любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может  распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной  деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим  Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему  усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.  Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не  могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя,  за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации  (в том числе их использование способами, предусмотренными этим  Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия  правообладателя, является незаконным и влечет ответственность,  установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда  использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия  допускается ГК РФ.  

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на  результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации  осуществляется, в частности, путем предъявления требования: о пресечении  действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к  лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые  приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие  действия; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему  результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации  без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное  использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право  и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на  вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и  

статьей 1326 настоящего Кодекса; об изъятии материального носителя в  соответствии с пунктом 4 этой статьи - к его изготовителю, импортеру,  хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю,  недобросовестному приобретателю (пункт 1).  

В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных  видов результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель  вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты  компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит  взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом  правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от  доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации  определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в  зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом  требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены  права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый  неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или  средство индивидуализации. При этом в случае, если права на  соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат  одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на  них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом  ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять  менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех  компенсаций за допущенные нарушения (пункт 3).  

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ под товарным знаком понимается  обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или  индивидуальных предпринимателей.  

В соответствии со статьей 1481 ГК РФ, на товарный знак,  зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается  свидетельство на товарный знак (пункт 1). Свидетельство на товарный знак  удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на  товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2).  

Статьей 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого  зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит  исключительное право использования товарного знака в соответствии со  статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом  (исключительное право на товарный знак), в том числе способами,  указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться  исключительным правом на товарный знак (пункт 1).  

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено  для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых  товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного  знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые  производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на  

выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на  территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой  целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при  выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с  введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже  товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на  вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и  при других способах адресации (пункт 2).  

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя  сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для  индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных  товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность  смешения (пункт 3).  

В силу статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на  которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени  смешения обозначение, являются контрафактными (пункт 1).  Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо  возмещения убытков выплаты компенсации:  

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей,  определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;  

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно  размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака (пункт 4).  

По смыслу статьи 1515 ГК РФ, нарушением исключительного права  владельца товарного знака признается использование не только  тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения  обозначения.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 157, 162  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса  Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), с учетом пункта 1  статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается  его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц  или индивидуальных предпринимателей. Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК  РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные  с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для  индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных  товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность  смешения. Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не  реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными  потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно,  если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может  восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного  

знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется  тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит  товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного  обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени  однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и  при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или  при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой  степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность  товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности  возникновения у обычного потребителя соответствующего товара  представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При  этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из  которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей,  взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.  Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения  товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и  смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств  по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении  каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов  товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во  внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени  сходства обозначений и однородности товаров не требуется.  

Как усматривается из материалов дела, истец обратился в арбитражный  суд с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение  исключительных прав на товарные знаки №№ 505856 и 505857.  

Судом первой инстанции установлено, что ответчиком допущено  использование товарных знаков №№ 505856 и 505857, правообладателем  которых является истец, без согласия последнего.  

Использование данного объекта исключительных прав осуществлено  ответчиком путем предложения к продаже и фактической реализации товара,  на котором имеется изображения, сходные до степени смешения с товарными  знакамим, правообладателем которого является истец.  

В качестве доказательств нарушения своих прав истцом представлено  фото товара, а также товар, приобретенный у ответчика – детская футболка  красного цвета с изображением персонажей «Маша», «Медведь», который  приобретён 02.09.2022, что подтверждается товарным чеком от указанной  даты и видеозаписью процесса покупки.  

Эти обстоятельства подтверждены представленными в материалы дела  товарным чеком от 02.09.2022 (содержащим наименование продавца – ИП  ФИО1, ИНН 

<

***>), фотографией приобретенного товара,  видеозаписью покупки и вещественным доказательством. Уплаченная  стоимость товара составила 150 руб.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что товарный чек от 02.09.2022  содержит подпись не ФИО1 и последней не выдавался, судом  апелляционной инстанции отклоняется.  

Поскольку в подтверждение факта покупки товара в материалы дела  истцом был представлен товарный чек, на котором содержится штамп и  реквизиты предпринимателя (ИНН, совпадающий с данными, указанными в  выписке из ЕГРИП), а также указаны сведения о предпринимателе,  наименование товара и его количество, суд первой инстанции пришёл к  выводу о том, что представленный в материалы дела оригинал товарного  чека и содержащиеся в нем сведения, соответствуют требованиям, указанным  в пункте 2.1 статьи 2 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О  применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных  денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт».  

Доказательств, подтверждающих, что ФИО1 по данному чеку  осуществила реализацию иного товара, права на реализацию которого у нее  имеются, либо отсутствие таковых, ответчик в нарушение статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд не  представил.  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о  том, что на представленном истцом в материалы дела оригинале товарного  чека от 02.09.2022 имеются все сведения, позволяющие идентифицировать  ответчика в качестве продавца спорного товара.  

При этом ответчик в обоснование своих возражений не представил  доказательств о том, что спорный товарный чек был им утерян, либо  сфальсифицированы неустановленным лицом, либо были изъяты у него без  его ведома, с соответствующим заявлением в компетентные органы не  обращался.  

Таким образом, оценив доказательства в их совокупности, суд  апелляционной инстанции приходит к выводу о подтверждённости факта  продажи контрафактного товара именно в магазине ответчика.  

В данном случае ответчиком допущено использование товарных  знаков, правообладателем которых является истец, без согласия последнего.  Использование данных объектов исключительных прав осуществлено  ответчиком путем предложения к продаже и фактической реализации товара,  на котором имеются обозначения, сходные до степени смешения с  товарными знаками, правообладателем которого является истец.  

В этой связи следует согласиться с выводами суда первой инстанции о  нарушении действиями ответчика исключительных прав истца на товарные  знаки по свидетельствам Российской Федерации №№ 505856 и 505857, а  также о необходимости применения в отношении нарушителя мер,  направленных на защиту таких прав.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчик не осуществляет  деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с 28.12.2016,  отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Согласно части 1 статьи 34 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела, относящиеся к компетенции арбитражных  судов, рассматриваются в первой инстанции арбитражными судами  республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной  

области, автономных округов, за исключением дел, отнесенных к  подсудности Суда по интеллектуальным правам и арбитражных судов  округов.  

Также из разъяснений, изложенных в пункте 7 Постановления № 10,  следует, что дела по спорам о защите интеллектуальных прав,  рассматриваемые арбитражными судами, за исключением дел, подсудных  Суду по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции,  подлежат рассмотрению арбитражными судами субъектов Российской  Федерации в качестве судов первой инстанции с учетом общих правил  подсудности дел (статья 34 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

Кроме того, как следует из разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта  4 Постановления № 10, независимо от субъектного состава лиц,  участвующих в деле, в арбитражных судах подлежат рассмотрению споры о  средствах индивидуализации (за исключением споров о наименованиях мест  происхождения товаров).  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов  дела, исковые требования заявлены в защиту исключительных прав на  товарные знаки по международной регистрации №№ 505856 и 505857 и  наименование средства массовой информации.  

Таким образом, в рассматриваемом случае спор возник, в том числе, в  отношении такого средства индивидуализации, как товарный знак,  являющегося объектом коммерческого (экономического) оборота.  

Учитывая изложенное, то, что ФИО1 с 28.12.2016 не является  индивидуальным предпринимателем, не является обстоятельством,  исключающим ответственность за нарушение исключительных прав на  товарные знаки истца.  

Как указано выше, правообладатель вправе требовать по своему  выбору от нарушителя вместо возмещения убытков в том числе выплаты  компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей (пункт 4  статьи 1515 ГК РФ). Именно такой способ определения размера компенсации  избран истцом.  

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления № 10, компенсация  подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом  правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.  Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до  пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен  представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2  статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125  АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им  суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования  о взыскании компенсации в минимальном размере. Рассматривая дела о  взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в  пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации  (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании  

компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд  определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами  доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет  размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья  196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет  доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи  132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК  РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер  требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ,  пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).  

Заявляя о взыскании с ответчика компенсации в общей сумме  20 000 руб., истец сослался на следующие обстоятельства: объем  реализуемой предпринимателем контрафактной продукции (точный объем  определить не удалось, но исходя из видеозаписи, полагает, что к продаже  предлагался значительный объем продукции); низкая цена реализуемой  ответчиком продукции (не менее чем в 2 раза ниже цены на оригинальную  продукцию); высокая степень общественной опасности нарушений (ввиду  продажи контрафактной продукции низкого качества и неизвестного  происхождения); известность продукции истца на рынке; одновременное  совершение ответчиком двух нарушений; высокая степень репутационного  ущерба истцу реализацией низкокачественного товара, маркированного его  товарными знаками; степень вины ответчика (прямой умысел);  систематичность и грубый характер допущенных ответчиком нарушений,  поскольку к продаже предлагалось большое количество контрафактного  товара (что следует из видеозаписи процесса закупки).  

Ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции заявлено  о необходимости снижения размера компенсации в связи с ее чрезмерностью.  

Рассмотрев ходатайство ответчика, суд первой инстанции нашёл его  обоснованным и снизил подлежащую взысканию компенсацию до 5000 руб.  за один товарный знак.  

При этом суд первой инстанции исходил из того, что компенсация в  размере 5000 руб. за каждое нарушение, исходя из обстоятельств  конкретного дела, является соразмерной компенсацией за допущенное  правонарушение. Данная сумма будет достаточной для того, чтобы  возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения  его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы  ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.  

Как указано выше, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ  установлены значения размера компенсации, определяемой по усмотрению  суда в твердой сумме – от 10 000 руб. до 5 000 000 руб.  

Снижая заявленный истцом размер компенсации до 5000 руб., суд  первой инстанции сослался на правовую позицию, изложенную в  Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от  31.05.2023 № 28-П «По делу о проверке конституционности статей 248 и 249,  пункта 1 статьи 251 и статьи 271 Налогового кодекса Российской Федерации,  

а также пунктов 1 и 3 статьи 5 и пункта 2 статьи 134 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» в связи с запросом Верховного Суда  Российской Федерации и жалобой общества с ограниченной  ответственностью «Предприятие строительных работ энергетики» (далее  также – Постановление № 28-П).  

В силу абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним  действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной  деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации  определяется судом за каждый неправомерно используемый результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в  случае, если права на соответствующие результаты или средства  индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер  компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий  нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных  настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов  суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения  (пункт 3).  

Согласно пункту 4.2 Постановления № 28-П у суда имеются  правомочия при наличии определенных обстоятельств снижать размер  компенсации за однократное неправомерное использование нескольких  результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации  ниже установленных законом пределов, если не снижение компенсации  может привести, вопреки конституционным требованиям справедливости и  равенства, к явной несоразмерности налагаемой на ответчика имущественной  санкции ущербу, причиненному правообладателю, и тем самым – к  нарушению баланса их прав и законных интересов, которые защищаются  статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской  Федерации, и соблюдение которых гарантируется основанными на этих  статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере  предпринимательской деятельности. Отступление от требований  справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с  индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных  подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта  4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252  данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько  результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации  может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации,  исчисленной по установленным данными законоположениями правилам  даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер  причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются  исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно  быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела  свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено  индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов  интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим  

лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его  предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например,  если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере  реализуемой им продукции). Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося  с необходимостью применения на основании прямого указания закона  санкции, являющейся, с учетом обстоятельств конкретного дела, явно  несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности  снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие  граждан как к закону, так и к суду.  

Оценка фактических обстоятельств дела на предмет наличия оснований  для уменьшения заявленного размера компенсации произведена судом  первой инстанции, исходя из внутреннего убеждения, выводы суда основаны  на материалах дела и должным образом аргументированы, а потому  оснований для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.  

Таким образом, решение суда первой инстанции о взыскании с  ответчика в пользу истца компенсации в общей сумме 10 000 руб. является  законным и обоснованным.  

С учетом удовлетворения исковых требований, принимая во внимание  компенсационный характер судебных издержек, предусмотренный  положениями статьями 106, 110, 111 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, судом первой инстанции обоснованно взысканы с  ответчика в пользу истца судебные издержки в размере стоимости  вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в сумме  150 руб., почтовые расходы в размере 120 руб., 2000 руб. в возмещение  судебных расходов по уплате государственной пошлины, 200 руб. за  получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. расходов на фиксацию  правонарушения.  

Учитывая изложенное, решение суда является правильным, нарушений  норм материального и процессуального права, ведущих к отмене судебного  акта, не допущено, при рассмотрении дела судом установлена, исследована и  оценена вся совокупность обстоятельств, имеющих значение для  правильного разрешения спора.  

Доводы апелляционной жалобы опровергаются материалами дела, им  дана надлежащая оценка судом первой инстанции, в связи с чем они  подлежат отклонению как неосновательные по приведённым выше мотивам.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4  статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.  

С учётом изложенного решение суда первой инстанции соответствует  нормам материального и процессуального права, оснований для его отмены и  удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с  правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации. Поскольку в удовлетворении апелляционной  жалобы отказано, судебные расходы относятся на её подателя.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый  арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Курганской области от 06 февраля 2024  года по делу № А34-13365/2023 оставить без изменения, апелляционную  жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со  дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Судья Н.Г. Плаксина