Арбитражный суд Калининградской области

Рокоссовского ул., д. 2-4, г. Калининград, 236040

E-mail: kaliningrad.info@arbitr.ru

http://www.kaliningrad.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Калининград

                                    Дело №

А21- 2881/2024

«18»

февраля

2025 года 

Резолютивная часть решения оглашена 04  февраля 2025 года

Полный текст решения изготовлен  18 февраля 2025 года

Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Скорняковой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шкуратовой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции исковое заявление ООО «ДВ ГРУПП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» (ИНН 

<

***>) и взыскании   2 561 968 руб. 62 коп. 

третьи лица: ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО7 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>), финансовый управляющий ФИО3 ФИО8, арбитражный управляющий ФИО9

при участии:  согласно протоколу судебного заседания,

установил:

05.03.2024 в Арбитражный суд  Калининградской области поступило исковое заявление ООО «ДВ ГРУПП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее - истец) о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 (далее- ответчики) в субсидиарной ответственности по обязательствам   ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» (ИНН 

<

***>; далее - Общество)  и взыскании   солидарно   2 561 968 руб. 62 коп. 

Определением суда от 13.03.2024 заявление принято судом к рассмотрению, назначено предварительное судебное заседание.

Определением от 28.05.2024 суд привлек к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, финансового управляющего ФИО3 ФИО8, арбитражного управляющего ФИО9.

В материалы дела от ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ», ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО1 поступили отзыв на исковое заявление.

В материалы дела от ООО «СПБ-Лето»,  ООО «МВМ», АО «Альфа-Банк»,  ООО «Турфирма «ЦФАТ», ООО «Стройинвест», ООО «МАСТЕР ВКУСА», ООО «КБ», ООО «СЕРВИС», ООО «Метбиз», ООО «Сделай Своими Руками Северо-Запад», ИП ФИО10 поступили истребуемые документы, от арбитражного управляющего ФИО9 – письменные пояснения.

ООО «ДВ ГРУПП» представлены письменные возражения на отзывы, дополнения по исковым требованиям.

Информация о судебном заседании своевременно размещена на официальном сайте Федеральные арбитражные суды Российской Федерации в разделе Картотека арбитражных дел в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела. 

Судебное заседание проведено в отсутствие  лиц, извещенных надлежащим образом, в соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ. 

Представитель истца, выступив в судебном заседании, настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ФИО5 поддержал позицию, изложенную в ранее представленном отзыве.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав доказательства по делу и дав им оценку  на основании статьи 71 АПК РФ, суд установил следующее. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.08.2022 по делу № А56-65347/2022 с ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ»  в пользу ООО «ДВ ГРУПП» взыскана задолженность в размере 2 296 635,93 руб., неустойка в размере 244 619,35 руб., неустойка в размере 0,01% от суммы задолженности ежедневно со дня окончания моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» до даты погашения задолженности и расходы по уплате государственной пошлины в размере 35 706 руб.

18.11.2022 ООО «ДВ ГРУПП» обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» в связи с наличием у него просроченной задолженности в размере 2 561 968,62 руб., из них 2 296 635,93 руб. основной долг, 244 619,35 руб. неустойка, 20 713,34 руб. расходы по уплате государственной пошлины (с учётом уточнения).

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 25.11.2022 заявление ООО «ДВ ГРУПП» о признании ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено производство по делу №А21-13906/2022.

Определением Арбитражного суда  Калининградской области от  03.03.2023  в отношении  ООО  «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО9.

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 15.12.2023  производство по делу № А21-13906/2022 о банкротстве ООО  «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» прекращено в связи с отсутствием у должника денежных средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства, и согласия кредиторов финансировать процедуру банкротства.

Поскольку ООО «ДВ ГРУПП» не получило удовлетворения своих денежных требований от ООО  «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ», истец обратился в суд с настоящим иском о привлечении  контролирующего  лица должника ООО  «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» к субсидиарной ответственности. 

Истец указывает, что руководитель должника ФИО6 проявлял неразумное поведение при осуществлении своих полномочий, должен был обратиться с заявлением о признании ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ»  банкротом не позднее 29.02.2020, поскольку на указанную дату должник имел неисполненные обязательства перед ООО «ДВ ГРУПП», отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Учредители ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» в свою очередь  не проявляли должной осмотрительности в реализации своих прав для предотвращения неразумного поведения единоличного исполнительного органа, что повлекло ущерб имущественным интересам ООО «ДВ ГРУПП».

ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ», ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО1 в своих отзывах указали, что  ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» имело положительную динамику развития вплоть до февраля 2022 года и по состоянию на 29.02.2020 не обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества; каких-либо умышленных или неосмотрительных действий/бездействия недобросовестного характера, которые привели к невозможности погашения требований кредиторов, со стороны контролирующих должника лиц, не имелось,  а сама по себе несостоятельность (банкротство) ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» явилась следствием установленных мер по противодействию распространению в коронавирусной инфекции (COVID-19).

В соответствии с частью 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладает, в числе прочих лиц, заявитель по делу о банкротстве.

 При этом прекращение производства по делу о банкротстве само по себе не влечет материальные последствия в виде освобождения руководителя от ответственности, определение о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности может быть исполнено (в том числе принудительно) и после прекращения производства по делу о банкротстве, так как рассматриваемый обособленный спор не касается напрямую прав и обязанностей должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве к контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление №53) содержатся разъяснения в соответствии с которыми, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как следует из материалов дела,  руководителем ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ»  с 29.11.2019 является ФИО6, учредителями:

 ФИО2 с 19.12.2018 с размером доли участия в уставном капитале 20%,  

ФИО5 с 06.05.2021 с долей участия в уставном капитале 30%,

 ФИО3 с 19.12.2018 с долей участия в уставном капитале 20%, 

ФИО4 с 06.05.2021 с долей участия в уставном капитале 10%, 

ФИО1 с 19.12.2018 с долей участия в уставном капитале 20%.

Таким образом, ФИО6, ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО1 являются надлежащими субъектами субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ».

Суд не усматривает оснований для отнесения ФИО4, имеющей 10% доли  участия в уставном капитале Общества, к контролирующему должника лицу, принимая во внимание положения пункта 6 статьи 61.10  и отсутствие  доказательств, позволяющих отнести ее  к контролирующим Должника лицам.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Ссылаясь на подпункты 1, 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, как на основание для  привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, истец  указывает следующее.

В период с 2019 по 2021 гг.  ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» перечислило  денежные средства в общем размере 1 363 735 руб. в качестве оплаты задолженности за третьих лиц.

Кроме этого, с 2019 по 2022 годы с карты  ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» были обналичены денежные средства на общую сумму 8 380 500 руб., осуществлялись  необоснованные траты (1 162 166,77 руб.), не связанные напрямую с хозяйственной деятельностью Общества, что повлекло снижение рентабельности ее деятельности и соответственно убытки на стороне кредиторов.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третьем пункта 16 Постановления №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из разъяснений пункта 23 Постановления № 53 следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Согласно пункту 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, то есть именно данное лицо должно доказать, что оно не должно было и не могло предвидеть наступление этих последствий.

Если же устанавливается ответственность без вины, данные обстоятельства уже не имеют юридического значения. Для применения ответственности достаточно факта объективно противоправного деяния, за исключением случая, когда должник докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Непроявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие их вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота (абзац 2 пункта 1 статьи 401 ГК РФ).

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Письмом ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ» в пункте 4.1.1 разъяснено, какие сделки подпадают под критерий причинения существенного вреда для целей применения презумпции доведения до банкротства. 

Так, с учетом статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) рекомендуется считать существенным вредом вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника.

Согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2019 размер активов ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» составлял 12 075 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2020  -  14 981 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2021 - 21 085 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2022 – 774 тыс. руб.

Указанные истцом операции по перечислению денежных средств осуществлялись  в процессе обычной хозяйственной деятельности Общества,  не превышали 25% общей балансовой стоимости имущества на момент их совершения, и фактических убытков предприятию не нанесли, при этом не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Доказательств того, что данные операции являлись настолько существенными, что послужили действительной причиной банкротства Общества, не имеется.

Кроме этого, указанные сделки могли быть признаны недействительными  в рамках дела №А21-13906/2022 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ»,  применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в конкурсную массу Общества денежных средств. 

Более того, истец отказался от дальнейшего финансирования процедуры банкротства ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ», уведомив временного управляющего об отсутствии такой возможности, что нашло свое отражение в определении Арбитражного суда Калининградской области от 15.12.2023  по делу №А21-13906/2022.

Также,  по мнению истца, в бухгалтерской отчетности ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» на момент введения наблюдения по делу №А21-13906/2022 не была отражена информация об имуществе и правах (отсутствие дебиторской задолженности и имущества на общую сумму, превышающую 3 млн. руб.), из которых могла быть сформирована конкурсная масса, направленная, в том числе, на погашения расходов на проведение процедуры банкротства. Указанные обстоятельства являются основанием для привлечения единоличного исполнительного органа, как лица, отвечающего за организацию и ведение бухгалтерского учета в обществе, а также  учредителей Общества,  не реализовавших свое право на проведение аудиторской проверки для выявления фактов соответствия/не соответствия, отраженной в ней информации, фактам хозяйственной деятельности общества. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии со статьями 65.2, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), абзацем 3 части 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) участники хозяйственного товарищества или общества вправе получать информацию о деятельности товарищества или общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном учредительными документами порядке.

Согласно подпункту 6 пункта 2 статьи 33 Закона N 14-ФЗ  к исключительной компетенции общего собрания участников относится утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов.

Согласно пункту 3 статьи 48 Закона N 14-ФЗ по требованию любого участника общества аудит бухгалтерской (финансовой) отчетности общества проводится аудиторской организацией (индивидуальным аудитором) общества, которая должна быть независима (который должен быть независим) в соответствии с Федеральным законом от 30 декабря 2008 года N 307-ФЗ "Об аудиторской деятельности". В случае проведения такого аудита оплата услуг аудиторской организации (индивидуального аудитора) осуществляется за счет участника общества, по требованию которого он проводится. Расходы участника общества на оплату услуг аудиторской организации (индивидуального аудитора) могут быть ему возмещены по решению общего собрания участников общества за счет средств общества.

Между тем, временным управляющим в ходе процедуры банкротства Общества  в рамках дела №А21-13906/2022 ходатайство об истребовании у руководителя должника ФИО6 копий документов и иных сведений о деятельности должника, заявлено не было. При этом временным управляющим был проведен анализ финансового состояния, 

Истцом не доказано, что искажение сведений в бухгалтерской отчетности  повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы, как и необходимость проведения аудиторской проверки по требованию учредителей, что является их правом, а не обязанностью. 

Помимо этого истец указывает на неисполнение руководителем ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» обязанности обратиться в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) до 29.02.2020 в связи с наличием признаков неплатежеспособности.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Как следует из пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: 

- неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона;

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не подтверждает наличие у руководителя общества обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. 

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве  размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). 

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992 по делу № А40-155759/2017, применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования. 

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства. Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также то, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

По мнению истца, неплатежеспособность ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» наступила с 30.01.2020  в связи с неисполнением перед  ООО «ДВ ГРУПП» обязательств по договору  подряда № 10/04/19-ЛЖ от 10.04.2019, задолженность по которому в последующем была взыскана  решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.08.2022 по делу № А56-65347/2022, в связи с чем ФИО6 должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 29.02.2020.

Суд также отмечает, что само по себе наличие кредиторской задолженности юридического лица не может служить достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника (определение Верховного Суда РФ от 10.12.2020 N 305-ЭС20-11412). Для целей применения норм о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц необходимо установить не просто недостаточность имущества на конкретную дату, а дату наступления критического для должника момента, в который он стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (пункты 4 и 9 Постановления №53).

Возражая против требований истца третье лицо ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ»,   ответчики ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО1 указали, что  признаки неплатежеспособности возникли не ранее 18.05.2022 и были  связаны с расторжением договора аренды помещений должника в ТЦ «ЛЕТО», как следствие, на введение запретов на осуществление деятельности ресторанов и кафе, установленных постановлениями Правительства Санкт-Петербурга «О мерах по противодействию распространению в Санкт-Петербурге новой коронавирусной инфекции (COVID-19)».

Как было указано ранее, балансовая стоимость ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» по состоянию на 31.12.2019 составляла 12 075 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2020  -  14 981 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2021 - 21 085 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2022 – 774 тыс. руб.

Как следует из анализа финансового состояния ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ», с момента создания предприятия, до начала 2022 года наблюдалась динамика увеличения совокупных внеоборотных и ликвидных активов должника, выручка от реализации товаров, выполнения работ, оказания услуг кратно увеличивалась и только с февраля 2022 года у должника начали снижаться коэффициенты текущей и абсолютной ликвидности. 

На протяжении 2020-2022 гг. ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» вело хозяйственную деятельность, заключало договоры  (в частности,   предварительный договор аренды нежилого помещения от 26.03.2021 с ООО «Строинвест»,  договор о предоставлении помещения в субаренду от 09.04.2021 с ООО «Турфирма «ЦФАТ»)  и исполняло обязательства перед контрагентами в соответствии с  видами деятельности, указанными в ЕГРЮЛ, принимало меры к погашению  имеющейся задолженности перед кредиторами.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств свидетельствует о том, что по состоянию на дату, с которой истец связывает возникновение у должника признаков неплатежеспособности, у Общества имелись денежные средства и оборотные активы, а размер задолженности  ООО «ДВ ГРУПП» составлял 6,2 % от всей задолженности по состоянию на дату введения процедуры банкротства.

Кроме этого, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) №А21-13906/2022 ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ» в реестр требований кредиторов должника помимо истца был включен один кредитор ИП ФИО7 на сумму 38 642 296,17 руб. по договору займа  и залога недвижимого имущества  от 23.03.2019, по договору аренды с правом выкупа №01/20-R от 23.03.2020.

В определении Верховного Суда РФ от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670 (3) даны разъяснения, что при рассмотрении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности за нарушение положений статьи 9 Закона о банкротстве, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В соответствии с разъяснениями пунктов 18 и 19 постановления Пленума N 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Суд принял во внимание доводы ответчиков о том, что деятельность Общества была приостановлена в связи с ограничениями, введенными в связи с распространением заболеваемости новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), учитывая основной вид деятельности (56.10.1 Деятельность ресторанов и кафе с полным ресторанным обслуживанием, кафетериев, ресторанов быстрого питания и самообслуживания).

Таким образом, ООО «ДВ ГРУПП»  не доказано, что по состоянию на 31.01.2020 у должника сложилось критическое финансовое положение, при котором у руководителя возникала обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Доказательств того, что только действиями или указаниями лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, Общество было доведено до состояния неспособности в полной мере удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, истцом не представлено.

В связи с изложенным суд не находит оснований для удовлетворения требований о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЖЕЛАТЕРИЯ СПБ».

Расходы по государственной пошлине в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ относятся на истца.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно телекоммуникационной сети «Интернет» (часть 2 статьи 184, статья 186 АПК РФ). 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку. 

Руководствуясь статьями  167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  арбитражный  суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ООО «ДВ ГРУПП» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца  со дня его вынесения в Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд

Судья                                                                                          Ю.В. Скорнякова