ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-93/2017

г. Киров

13 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июля 2022 года.       

Полный текст постановления изготовлен 13 июля 2022 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судей Караваева И.В., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

 

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 27.06.2022,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» ФИО4

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 09.04.2022 по делу № А82-93/2017

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «СеверСтройСервис» 

о признании недействительными сделками договоров субподряда № СПГС-07/10/12 от 07.10.2012, № СПГС-03/1 1/12 от 03.11.2012, № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» и обществом с ограниченной ответственностью «СеверСтройСервис»,

заявление конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО7 

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании 204 455 102, 2 рублей солидарно 

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Стройгазконсалтинг», финансовый управляющий ФИО8, ФИО2,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой», 

 

установил:

определением Арбитражного суда Ярославской области от 12.01.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» (далее – ООО «Спецпромгазстрой», ООО «СПГС», должник).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 09.03.2017 (резолютивная часть от 01.03.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения, на должность временного управляющего утвержден ФИО9.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 30.03.2018 (резолютивная часть от 26.03.2018) ООО «Спецпромгазстрой» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 30.03.2018 (резолютивная часть от 26.03.2018) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 28.01.2020 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением Арбитражного суда Ярославской области (резолютивная часть оглашена 11.03.2020) конкурсным управляющим ООО «Спецпромгазстрой» утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий ФИО10 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «СеверСтройСервис» (далее – ООО «СеверСтройСервис», ответчик) о признании недействительными договоров субподряда № СПГС-07/10/12 от 07.10.2012, № СПГС-03/11/12 от 03.11.2012, № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012, заключенных между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис».

Конкурсный управляющий ООО «Спецпромгазстрой» ФИО10 обратился в суд с заявлением к ФИО5, ФИО6, ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по пункту 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в виде взыскания в пользу ООО «Спецпромгазстрой» 187 544 861,2 руб. солидарно, а также по подпунктам 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в виде взыскания в пользу ООО «Спецпромгазстрой» денежных средств в размере 203 607 826 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 26.01.2022 объединены в одно производство для совместного рассмотрения дело по заявлению конкурсного управляющего должника к ООО «СеверСтройСервис» о признании недействительными сделками договоров субподряда № СПГС- 07/10/12 от 07.10.2012, № СПГС-03/11/12 от 03.11.2012, № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012, заключенных между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис», и дело по заявлению конкурсного управляющего должника к ФИО5, ФИО6, ФИО7 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Стройгазконсалтинг», финансовый управляющий ФИО6 ФИО8, а также ФИО2, заключивший с ответчиком ООО «СеверСтройСервис» договор цессии.

Заявитель уточнил требования в части привлечения к субсидиарной ответственности (уточнение от 01.03.2022): просил привлечь ФИО5, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскать с них солидарно в пользу должника 204 455 102,2 руб. Уточнение требований принято судом первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 09.04.2022 признаны недействительными заключенные между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис» договоры субподряда № СПГС-07/10/12 от 07.10.2012, № СПГС-03/11/12 от 03.11.2012, № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012; применены последствия недействительности сделки: исключено из реестра требований кредиторов ООО «Спецпромгазстрой» из состава третьей очереди требование ООО «СеверСтройСервис» в размере 199 324 685,66 руб. основного долга; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании 204 455 102,2 руб. солидарно отказано.

ФИО2 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение в части признания сделки недействительной и применения последствий её недействительности, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. 

По мнению ФИО2, доказательств аффилированной связи ООО «СеверСтройСервис» и ФИО6, которая бы подтверждала их осведомленность о противоправном характере сделки по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, не имеется; на момент заключения и исполнения договоров подряда признаки аффилированности, позволившие сделать вывод о мнимости сделки отсутствовали. ООО «СеверСтройСервис» не требовалось получение членства в СРО, так как организацией выполнялись в основном контролирующие функции, лицензирование которых не требуется. Выполнение работ, на которые необходимо было получение членства в СРО, поручалось субподрядчикам, которые имели соответствующие лицензии. Все выполненные работы были приняты генеральным подрядчиком. Само по себе отсутствие членства в СРО не является признаком мнимости сделки. Оспариваемая сделка от 24.12.2012 № СПГС-24/12/12 фактически была исполнена. Взаиморасчеты между ООО «СеверСтройСервис» и ООО «Спецпромгазстрой» по договору были осуществлены частично, путем перечисления денежных средств со счетов и заключением соглашений о взаимозачётах. Как полагает апеллянт, суд неправомерно не принял во внимание показания руководителя ООО «СеверСтройСервис» ФИО11, который пояснил, что все работы выполнялись, привлекались к работам субподрядчики, равно как и показания иных свидетелей. По мнению апеллянта, вывод суда о том, что денежные средства перенаправлялись на счета других лиц, предположительно входящих в ту же группу, что и должник с ООО «Северстройсервис» не подтверждается материалами дела. Как отмечает апеллянт, оплата по договору подтверждается выпиской по счету Ярославского филиала БАНК СГБ, согласно которой в период 2013-2016 годы ООО «СПГС» осуществило оплат по различным договорам подряда на сумму более 148 млн. рублей в пользу ООО «СеверСтройСервис». Заявленное ходатайство о проведении строительной экспертизы с целью определения объема выполненных работ ООО «СеверСтройСервис» судом осталось нерассмотренным и оснований, по которым суд счел нецелесообразным проведение экспертизы в решении не приведено. Сторонами были подписаны акты выполненных работ (КС-2, КС-3), расчеты частично проведены, поэтому говорить о мнимости сделок не приходится.

Определения Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесены 19.05.2022, 07.06.2022 и размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 20.05.2022, 08.06.2022.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» ФИО4 также с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение в части отказа в удовлетворении заявления о привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

По мнению конкурсного управляющего, в результате заключения договора об учреждении ООО «СПГС-1» от 04.02.2016 был отчужден единственный актив должника (переданное требование в размере 106 133 095 рублей 06 копеек составляло 57,6% от балансовой стоимости активов должника, фактически иных активов в ходе процедуры банкротства не выявлено; для сторон сделки было очевидно отсутствие разумной деловой цели в результате учреждения дочернего общества и многократное занижение стоимости передаваемого требования (впоследствии 18.04.2017 требование было уступлено ООО «Рекада ЛТД» по цене 73 369 722 руб.); у одного лица ФИО6 был сосредоточен корпоративный контроль над обеими сторонами сделки, при этом ФИО6 обладал полной осведомленностью о финансовом состоянии должника. При таких обстоятельствах нельзя признать обоснованным вывод об отсутствии совершенных в период подозрительности сделок должника, причинивших существенный вред кредиторам и фактически повлекших за собой наступление несостоятельности должника.

Финансовый управляющий имуществом ФИО6 ФИО8 в отзыве на апелляционные жалобы указывает, что судом правомерно квалифицированы оспариваемые сделки, как мнимые сделки, направленные на создание фиктивной кредиторской задолженности должника перед аффилированной, подконтрольной ему организацией, с целью контролирования процедуры банкротства и участия в распределении денежных средств и имущества должника, в ущерб прав и законных интересов независимых кредиторов. ФИО12, ФИО6 имеют признаки заинтересованности через фактическую аффилированность группы лиц, находящихся между собой в корпоративных отношениях. Факт общности интересов физических лиц ФИО12 и ФИО6 (а значит и юридических ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис»), их поведение в хозяйственном обороте отличное от иных контрагентов, подтверждается заключением ими между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. ООО «СеверСтройСервис» подало заявление о включении в реестр кредиторов Должника с предоставлением оспариваемых договоров подряда в 2017 г., именно тогда, когда произошел выкуп долей в уставном капитале и смена директора самого ООО «СеверСтройСервис», которым стал ФИО12 – заинтересованное лицо к ФИО6, работник ООО «СПГС-1» по гражданскому договору. Конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства того, что наличие у должника задолженности, установленной решением суда перед кредитором (на всю сумму требований реестра кредиторов), привело к неплатежеспособности должника и прекращению хозяйственной деятельности, а также о том, что такой результат вызвали какие-либо виновные действия ответчиков, работников должника. Само по себе наличие задолженности должника перед кредитором не влечет субсидиарной ответственности ответчика. Финансовый управляющий настаивает, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Годичный срок подачи заявления к ответчику ФИО6 пропущен. Показания ФИО11, как бывшего директора ООО «СеверСтройСервис», голословны, не подкреплены иными доказательствами реальности выполнения работ и привлечения субподрядчиков иных организаций, в связи с чем данные показания не могут быть достоверными доказательствами и суд пришел к правильному выводу о недоказанности факта реального выполнения работ, наличия материальной технической базы, работников, техники и ТМЦ. К показаниям ФИО13 просит суд отнестись критически, так как это родственник – зять директора ООО «СПГС» ФИО14 (муж дочери ФИО15). В связи с чем его показания, как заинтересованного к должнику лица, также не могут являться достоверным доказательством по делу. Оплаты по договорам носят фиктивный характер, являются транзитными операциями по перечислению денежных средств между заинтересованными лицами для создания видимости (формальности) исполнения договора, по сути, направлены на вывод денежных средств должника в пользу заинтересованных лиц. Просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения. Ходатайствует о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ в пределах, определяемых доводами апелляционных жалоб, с учетом поступивших возражений.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис» заключен договор субподряда от 07.10.2012 № СПГС-07/10/12, согласно которому ООО «СеверСтройСервис» (субподрядчик) приняло на себя обязательства выполнить по заданию ООО «Спецпромгазстрой» (подрядчика) работы по демонтажу дорог лежневого типа в полосе временного отвода под строительство магистрального газопровода на объекте «Участок км 1106,0 - км 1593,0» в составе стройки «Система магистральных газопроводов Ухта-Торжок (1 очередь)». Сроки выполнения работ - с августа 2012 по декабрь 2012 г. Стоимость работ составила 109 707 298,66 руб. Актами приемки выполненных работ по форме № КС-2, справками о стоимости выполненных работ по форме № КС-3 подтверждается, что работы выполнены полностью. Оплаты по договору не производилось, в связи с чем требования ООО «СеверСтройСервис» включены в реестр требований кредиторов в сумме 109 707 298,66 руб.

Между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис» заключен договор субподряда от 03.11.2012 № СПГС-03/11/12, согласно которому ООО «СеверСтройСервис» (субподрядчик) приняло на себя обязательства выполнить по заданию ООО «Спецпромгазстрой» (подрядчика) строительно-монтажные работы на объекте «Газопровод-отвод к г.г. Архангельск, Северодвинск (III очередь, 8 пусковой комплекс)». Сроки выполнения работ - с 03.11.2012 по 25 декабря 2012 г. Стоимость работ составила 22 006 979,94 руб. Актами приемки выполненных работ по форме № КС-2, справками о стоимости выполненных работ по форме № КС-3 подтверждается, что работы выполнены полностью. Оплата по договору произведена частично, в связи с чем требования ООО «СеверСтройСервис» включены в реестр требований кредиторов в сумме 16 062 965 руб.

Между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис» заключен договор субподряда от 24.12.2012 № СПГС-24/12/12, согласно которому ООО «СеверСтройСервис» (субподрядчик) приняло на себя обязательства выполнить по заданию ООО «Спецпромгазстрой» (подрядчика) строительно-монтажные работы на объекте База ЛЭС в г. Архангельск (код 0070-04-05) и Подъездные дороги к сооружениям и объектам 3 очереди (код 0070-04-08) на объекте «Газопровод-отвод к г.г. Архангельск, Северодвинск (III очередь, 5, 8 пусковые комплексы)». Сроки выполнения работ - с 12.12.2012 по 31.12.2013. Актами приемки выполненных работ по форме № КС-2, справками о стоимости выполненных работ по форме № КС-3 подтверждается, что работы выполнены полностью.

Стоимость работ составила 109 756 835,06 руб. Оплата по договору произведена частично, в связи с чем требования ООО «СеверСтройСервис» включены в реестр требований кредиторов в сумме 73 554 422 руб.

По договору уступки права требования от 12.12.2021 между ООО «СеверСтройСервис» и ФИО2 право требования, вытекающее из договора субподряда от 24.12.2012 № СПГС-24/12/12 на сумму 98 344 130,62 руб., передано ФИО2

Оспаривая сделки, заявитель ссылается на статью 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), указывает, что это мнимые сделки, оформленные для необоснованного включения требований ООО «СеверСтройСервис» в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно пункту 86 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер, что предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе исследования доказательств. Верховный Суд Российской Федерации в обзорах судебной практики также указывает судам на необходимость всестороннего исследования обстоятельств совершения сделок при рассмотрении обособленных споров в деле о банкротстве, не ограничиваясь формальной проверкой представленных стороной доказательств.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

При оспаривании сделок в рамках дела о банкротстве судебная практика исходит и того, что конкурсный управляющий не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования кредитора. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в фактическом исполнении работ, что и сделано заявителем. Напротив, сторона сделки не лишена возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Поэтому при наличии убедительных доводов и доказательств невозможности исполнения договора бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на ответчика.

В силу статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, исходя из их относимости и допустимости.

Часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ предусматривают, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений, и несет риск непредставления доказательств.

Факт мнимости договора субподряда № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012 подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств, не опровергнутых надлежащим образом ответчиком.

ООО «СеверСтройСервис» не доказало наличия необходимой материально-технической базы для выполнения такого объема и такого вида работ, достаточного количества работников, спецтехники, оборудования, товарно-материальных ценностей (ТМЦ) и стройматериалов с использованием которых проводились работы, поскольку договор заключался без авансирования и предполагал выполнение работ с использованием ТМЦ, техники, рабочих и т.д. полностью за счет подрядчика.

При этом согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «СеверСтройСервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 04.05.2012, договоры субподряда заключены спустя полгода с момента создания ООО «СеверСтройСервис» на общую сумму свыше 199 млн. руб. без авансирования.

В материалы дела также не представлены доказательства закупки строительных материалов, их доставки на строительные площадки.

Кроме того, согласно пункту 3.1 договора субподряда № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012 начало работ указано с 12.12.2012, то есть ранее даты заключения рассматриваемого договора. Какие-либо упоминания о данном обстоятельстве в договоре отсутствуют, ответчиком суду не раскрыто. 

В связи с изложенным представляются убедительными доводы конкурсного управляющего о том, что рассматриваемый договор субподряда и акты приемки выполненных работ к ним составлены на основе реальных договоров субподряда, которые заключались ООО «Спецпромгазстрой» с другими контрагентами позднее 2012 г. и по которым ООО «Спецпромгазстрой» само выступало субподрядчиком.

Конкурсным управляющим представлена копия договора №122ТПС-5 от 01.03.2014, заключенного между ООО «СГК-Трубопроводстрой-5» (Подрядчик) и ООО «Спецпромгазстрой» (Субподрядчик), в соответствии с которым субподрядчик обязуется в установленный договором срок выполнить работы по строительству Базы ЛЭС в г. Архангельск и подъезных автодорог на объекте: «Газопровод-отвод к г.г. Архангельск, Северодвинск» (III очередь. 5 пусковой комплекс) в составе стройки «Газопровод-отвод к г.г. Архангельск, Северодвинск».

В договоре субподряда № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012 и в договоре №122ТПС-5 от 01.03.2014, заключенном между ООО «СГК-Трубопроводстрой-5» (Подрядчик) и ООО «Спецпромгазстрой» (Субподрядчик), предметами договоров было строительство Базы ЛЭС в г.Архангельск.

В Приложении №1 к спорному договору субподряда № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012 указаны такие же наименования смет, как и в Приложении №1.1. к Договору №122ТПС-5 от 01.03.2014 с ООО «СГК-Трубопроводстрой-5».

Относительно строительных работ здания ЛЭС с узлом связи заявитель также обратил внимание на полное совпадение номеров смет – № 1202300-О.

В материалы дела не представлено договора подряда между генподрядчиком и подрядчиком ООО «Спецпромгазстрой», для исполнения которого заключался спорный договор субподряда. Ответчик не указал основного генерального подрядчика, не доказано наличие основного договора подряда на выполнение рассматриваемых работ в действительности.

В период заключения спорных сделок строительство газопровода-отвода к г.г. Архангельск, Северодвинск осуществлялось, как правило, на основании договоров между генподрядчиком ООО «Стройгазконсалтинг» и различными подрядчиками, заказчиком выступал ООО «Газпром инвест». При этом привлечение подрядчиком субподрядчиков было возможно только с письменного согласия генподрядчика, как это предусмотрено, например, п. 10.13 договора №122ТПС-5 от 01.03.2014, заключенного между ООО «СГК-Трубопроводстрой-5» (Подрядчик) и ООО «Спецпромгазстрой» (Субподрядчик). В материалы дела не представлено письменных разрешений ООО «Стройгазконсалтинг» на привлечение субподрядчика ООО «СеверСтройСервис».

Судами установлено, что к рассматриваемым договорам субподряда с ООО «СеверСтройСервис» отсутствуют сметы или технические задания, позволяющие установить содержание и объем строительных работ, порученных субподрядчику, журналы учета выполненных работ, актов скрытых работ, выданных сотрудникам пропусков на опасный производственный объект.

Таким образом, документов, подтверждающих реальность строительных работ, произведенных сотрудниками ООО «СеверСтройСервис», ответчиком в материалы дела не представлено.

В бухгалтерских балансах ООО «СПГС» за 2015 и 2016 годы отражено, что кредиторская задолженность по состоянию на 31.12.2014 составляет только 178,6 млн. руб.

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «СеверСтройСервис» дебиторская задолженность на 31.12.2014 равна 138,6 млн. руб., а на 31.12.2019 и 31.12.2020 – равна нулю.

При данных обстоятельствах суд первой инстанции верно отметил, что сведения о наличии у должника задолженности перед кредитором ООО «СеверСтройСервис» в сумме более 199 млн. руб. не подтверждается данными бухгалтерской отчетности указанных организаций.

В соответствии с п.4.2.4 Договоров субподряда субподрядчик в течение 5 дней после получения от подрядчика документов предъявляет подрядчику счет-фактуру для учета затрат и НДС. Оплата выполненных работ производится подрядчиком на основании предъявленного счета-фактуры в течение 15 дней после получения финансовых средств от генподрядчика, но не позднее 90 рабочих дней с момента предъявления субподрядчиком счета-фактуры. Ежемесячно, не позднее 10 числа месяца, следующего за отчетным, субподрядчик составляет и подписывает акт сверки взаимных расчетов с подрядчиком.

Конкурсный управляющий обратил внимание на то, что первые акты приемки выполненных работ датируются 25.12.2012, а последние акты приемки выполненных работ датируются 31.12.2013, соответственно, с момента возникновения у ООО «Спецпромгазстрой» обязательств по оплате работ субподрядчика и вплоть до подачи заявления о включении в реестр требований кредиторов должника (27.04.2017) ООО «СеверСтройСервис» не обращалось к ООО «Спецпромгазстрой» с требованием оплатить выполненные работы. После подписания сторонами первого акта приемки выполненных работ от 25.12.2012 ООО «СеверСтройСервис» несмотря на отсутствие оплаты со стороны ООО «Спецпромгазстрой» по договору еще целый год продолжало осуществлять работы, что подтверждается актами приемки выполненных работ от 29.12.2012, 31.01.2013, 30.04.2013. 31.12.2013. До 27.04.2017 ООО «СеверСтройСервис» (до даты подачи заявления в реестр требований кредиторов ООО «Спецпромгазстрой») не принимало никаких мер о взыскании дебиторской задолженности.

Обстоятельства непредъявления кредитором ООО «СеверСтройСервис» в течение трех лет своих требований об оплате задолженности в размере более 100 млн. руб. в досудебном или судебном порядке до возбуждения дела о банкротстве, идут в противоречии с разумным поведением при осуществлении своей предпринимательской деятельности.

Суд первой инстанции отметил, что в соответствии с сайтом Ассоциации «Национальное объединение строителей» ООО «СеверСтройСервис» отсутствует в Едином реестре членов СРО, в то время как согласно части 2 статьи 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации виды работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объектов капитального строительства, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, должны выполняться только индивидуальными предпринимателями или юридическими лицами, имеющими выданные саморегулируемой организацией свидетельства о допуске к таким видам работ. Согласно Приказу Минрегиона РФ от 30.12.2009 № 624 устройство системы водопровода и канализации, системы электроснабжения на опасных производственных объектах, монтаж трансформаторных подстанций и линейного электрооборудования напряжением до 35 кВ включительно отнесены к работам по строительству объектов капитального строительства, которые оказывают влияние на их безопасность.

Доводы апеллянта о том, что ООО «СеверСтройСервис» не требовалось получение членства в СРО, так как организацией выполнялись в основном контролирующие функции, лицензирование которых не требуется, при этом выполнение работ, на которые необходимо было получение членства в СРО, поручалось субподрядчикам, которые имели соответствующие лицензии, противоречат условиям оспариваемых договоров субподряда. 

Так, согласно пункту 1.1 договора субподряда № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012 субподрядчик (ООО «СеверСтройСервис») обязан выполнить строительно-монтажные работы на объекте собственными силами. Возможность привлечения субподрядчиком третьих лиц для выполнения работ из условий договора не усматривается. Более того, ссылаясь на осуществление строительно-монтажных работ иными субподрядчиками, апеллянт не представил в материалы дела соответствующие договоры. 

Ссылка апеллянта на то, что полученные от должника денежные средства по рассматриваемому договору субподряда были направлены на выполнение работ по указанному договору, голословна и ничем не подтверждена. 

Проанализировав представленные в материалы дела выписки по расчетным счетам ООО «СеверСтройСервис», суд первой инстанции пришел к выводу о фиктивном характере оплаты по договорам субподряда и о транзитных операциях со счетов ответчика на счета организаций ООО «Нордстройсервис», ООО «ЛесКом Трейд», ООО «ТехПромИмпэкс», ООО «Бристон», ООО «КонтинентОпт», ООО «Медея». Так, должник под видом оплаты по договорам субподряда перечислял на счета ООО «СеверСтройСервис» средства, которые последним не расходовались в собственных предпринимательских целях, а перенаправлялись на счета других лиц, предположительно входящих в ту же группу, что и должник с ООО «СеверСтройСервис». Данные обстоятельства подтверждаются выписками по счету ответчика, которые не опровергнуты иными доказательствами, равно как и не дано разумных объяснений ответчика. 

Суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к показаниям свидетелей ФИО11, ФИО16, работавшего в ООО «СПГС» прорабом, и ФИО13, работавшего в ООО «СПГС» помощником руководителя, которые опровергаются другими материалами дела. Показания свидетелей не были подкреплены иными доказательствами реальности выполнения работ и привлечения субподрядчиков иных организаций, в связи с чем не могут являться достоверными доказательствами.

Более того, финансовый управляющий ФИО8 также отметил, что свидетель ФИО13 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, что не опровергнуто ответчиком. 

Вопреки позиции апеллянта для разрешения вопроса о мнимости сделки аффилированность её сторон не имеет правового значения. В данном случае в обоснование требований заявитель ссылался на положения статьи 170 ГК РФ, то есть на общегражданские основания, а не специальные, предусмотренные Законом о банкротстве. Как указывалось ранее, установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной (мнимой).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при рассмотрении вопроса о мнимости договора субподряда суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

О необходимости исследования всей производственной цепочки и закупочных взаимоотношений с третьими лицами, последующей судьбы поставленных вещей, а также экономической целесообразности заключения самой сделки указано в Определении Верховного суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533 по делу № А40-247956/2015.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 по делу № 305-ЭС17-2110, совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

Как указывалось ранее, формальное соответствие договора требованиям законодательства, а также перечисление денежных средств на счет ответчика не свидетельствует при установленных фактических обстоятельствах о реальных намерениях сторон по осуществлению договора субподряда.

Иных доказательств выполнения работ ООО «СеверСтройСервис» по договору субподряда № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012, помимо формального оформления минимального комплекта документов, материалы дела не содержат.

Вопреки позиции апеллянта суд первой инстанции мотивировал отказ в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении судебной экспертизы по вопросу о том, кем и в каком объеме выполнены работы по договору субподряда № СПГС -24/12/12 от 24.12.2012, заключенному между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «СеверСтройСервис», выполнены работы ООО «Спецпромгазстрой» либо ООО «СеверСтройСервис» либо иным лицом, поскольку для разрешения данного вопроса не требуется специальных знаний для выяснения вопроса о том, кто указан в данном договоре лицом, выполняющим работы, и по поводу выполнения каких работ оформлен договор. Аргументов, позволяющих суду апелляционной инстанции прийти к иным выводам, апеллянтом не заявлено. 

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что воля сторон рассматриваемого договора субподряда не была направлена на достижение правовых последствий, характерных для договоров данного вида, в связи с чем суд первой инстанции правомерно признал договор субподряда № СПГС-24/12/12 от 24.12.2012 мнимой сделкой. 

Конкурсный управляющий ООО «Спецпромгазстрой» ФИО17 не согласен с оспариваемым определение в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов в результате заключения договора об учреждении ООО «СПГС-1» от 04.02.2016.

Руководствуясь Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон №266-ФЗ), Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц поступило в суд после 01.07.2017, в части применения процессуальных положений они подлежат рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в действиях ответчика противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Судами установлено, что между ФИО5 и ООО «СПГС» заключен договор об учреждении ООО «СПГС-1» от 04.02.2016.

Пунктом 6.2 данного договора установлено, что ООО «Спецпромгазстрой» оплачивает 100% своей доли в размере 90% уставного капитала Общества номинальной стоимостью 1 061 330 рублей 40 копеек в срок, не позднее 4 месяцев со дня регистрации Общества путем уступки права требования по оплате выполненных работ по договору №СГК-12-1224/20 от 01 ноября 2012 года, заключенному между Обществом с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» и Обществом с ограниченной ответственностью «Стройгазконсалтинг», являющимся Генподрядчиком по указанному договору. Подлежащее передаче право требования Общества с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» к ООО «Стройгазконсалтинг» по состоянию на дату подписания договора состоит из:

- 106 133 095 рублей 06 копеек - задолженность по оплате выполненных работ по договору №СГК-12-1224/20 от 01 ноября 2012 года,

- право на получение сумм процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической уплаты суммы этих средств в соответствии с п. 3 ст. 395 ГК РФ, неустойки в виде пени по договору №СГК-12-1224/20 (п. 16.5 договора), а также суммы всех причиненных между Обществу с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» Должником убытков, связанных с ненадлежащим исполнением обязательств по оплате выполненных работ по договору №СГК-12-1240/20.

Во исполнение договора от 04 февраля 2016 года между ООО «Спецпромгазстрой» и ООО «Спецпромгазстрой-1» составлен акт передачи права требования в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой-1» от 08 апреля 2016 года, в соответствии с пунктом 1 которого ООО «Спецпромгазстрой» передало в качестве оплаты доли в уставном капитале общества право требования по оплате выполненных работ по договору №СГК-12-1224/20 от 01 ноября 2012 года, которое по состоянию на дату подписания акта состоит из:

- 106 133 095 рублей 06 копеек - задолженность по оплате выполненных работ по договору №СГК-12-1224/20 от 01 ноября 2012 года,

-36 352 843 рубля 28 копеек - проценты за пользование денежными средствами вследствие допущенной просрочки в их уплате, рассчитанные на дату подписания акта,

- право на получение сумм процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической уплаты суммы этих средств в соответствии с п. 3 ст. 395 ГК РФ, неустойки в виде пени по договору №СГК-12-1224/20 (п. 16.5 договора), а также суммы всех причиненных между Обществу с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» Должником убытков, связанных с ненадлежащим исполнением обязательств по оплате выполненных работ по договору №СГК-12-1240/20.

В силу пункта 5 Акта с момента его подписания ООО «Спецпромгазстрой-1» становится новым кредитором ООО «Стройгазсконсалтинг», а в соответствии с пунктом 4 Акта с данной же даты обязанность ООО «Спецпромгазстрой» по оплате доли считается выполненной.

18 апреля 2017 года между ООО «Спецпромгазстрой-1» и ООО «Рекада-ЛТД» заключен договор уступки прав требований, в соответствии с которым внесенные в уставной капитал права требования в сумме 106 133 095 рублей 06 копеек уступлены ООО «Рекада ЛТД» по цене 73 369 722 руб.

По мнению конкурсного управляющего, в результате заключения договора об учреждении ООО «СПГС-1» от 04.02.2016 был отчужден единственный актив должника (переданное требование в размере 106 133 095 рублей 06 копеек составляло 57,6% от балансовой стоимости активов должника, фактически иных активов в ходе процедуры банкротства не выявлено; для сторон сделки было очевидно отсутствие разумной деловой цели в результате учреждения дочернего общества и многократное занижение стоимости передаваемого требования (впоследствии 18.04.2017 требование было уступлено ООО «Рекада ЛТД» по цене 73 369 722 руб.); у одного лица ФИО6 был сосредоточен корпоративный контроль над обеими сторонами сделки, при этом ФИО6 обладал полной осведомленностью о финансовом состоянии должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что в результате сделки должник приобрел имущественное право – долю в уставном капитале ООО «СПГС-1», действительная стоимость которой не равна номинальной, а определяется финансово-хозяйственным положением ООО «СПГС-1». ООО «СПГС-1» принадлежала ликвидная дебиторская задолженность – права требования к ООО «Стройгазконсалтинг» в сумме 106 133 095 руб.    

Договор об учреждении ООО «СПГС-1» от 04.02.2016 сам по себе вред имущественным правам кредиторов не причинил и не ухудшил финансового состояния должника. Обратного заявителем не доказано.

Напротив, в результате указанной сделки кредиторы не утратили возможность получения дивидендов от участия должника в ООО «СПГС-1» и пополнения конкурсной массы за счет реализации доли в последнем, а стоимостное выражение доли должника в уставном капитале ООО «СПГС-1» соответствует его вкладу.

Рассматривая вопрос о том, является ли сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Вместе с тем конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что банкротство должника наступило в результате заключения должником договора об учреждении ООО «СПГС-1» от 04.02.2016, что в результате совершения данной сделки должник утратил возможность продолжать и осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход, доказательств убыточности договора на момент совершения сделки, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу, что совершение указанной сделки не повлияло на ведение должником хозяйственной деятельности, поскольку данная сделка была заключена в рамках хозяйственной деятельности должника и не повлекла причинение вреда кредиторам.

Доказательств наличия в действиях контролирующих должника лиц признаков умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентами в результате заключения рассматриваемой сделки не представлено.

Поскольку совокупность условий, необходимых для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве не доказана, суд первой инстанции правомерно в удовлетворении заявления в данной части отказал.

Рассмотрев довод финансового управляющего ФИО8 об истечении срока исковой давности, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. 

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 488-ФЗ) в пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ) со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности;

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Согласно статье 4 Закона № 488-ФЗ положения пунктов 5 – 5.4, 5.6 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ применяются к поданным после 1 июля 2017 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Из материалов дела следует, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд первой инстанции 01.07.2019 в пределах трехлетнего объективного срока.

Соответственно, годичный срок исковой давности, установленный редакций Закона о банкротстве от 28.06.2013 № 134-ФЗ, на момент вступления в силу положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ, установивших трехгодичный срок исковой давности, не истек.

При таких обстоятельствах с учетом использования по аналогии правил применения изменившихся положений Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности к обычным (небанкротным) правоотношениям (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ) следует исходить из того, что в данной ситуации подлежат применению нормы о трехгодичном сроке исковой давности.

С учетом изложенного трехгодичный срок исковой давности, установленный Законом о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ на дату обращения конкурсного управляющего в суд (01.07.2019) не истек; заявление о привлечении к субсидиарной ответственности верно рассмотрению по существу.

Выводы суда первой инстанции документально заявителями жалоб не опровергнуты. Несогласие апеллянтов с выводами суда первой инстанции и оценкой представленных доказательств не может являться основанием для признания оспариваемого судебного акта незаконным.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 09.04.2022 по делу № А82-93/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Спецпромгазстрой» ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий 

 

Судьи

Е.Н. Хорошева

 

И.В. Караваев

 

Е.В. Шаклеина