АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

153022, 

<

...>

http://ivanovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

Дело № А17-1029/2025

г. Иваново

12 сентября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 04 сентября 2025 года.

В полном объеме решение изготовлено 12 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Ивановской области в составе судьи Смирнова В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Молозиной Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению публично-правовой компании «Единый заказчик в сфере строительства» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) к ФИО1 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ника» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) денежных средств в размере 5 992 847,33 руб., 

при участии в судебном заседании: 

от истца – представитель ФИО2 по доверенности от 01.01.2025, представлен диплом о наличии высшего юридического образования (посредством веб-конференции),

от ответчика – не явился, извещен,

установил:

Публично-правовая компания «Единый заказчик в сфере строительства» (далее также – истец, компания, заказчик) обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее также – ответчик, ФИО1) о взыскании в порядке субсидиарной ответственности стоимости оборудования в размере 5 992 847,33 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что общество с ограниченной ответственностью «Ника», единственным учредителем и руководителем которого являлся ответчик, взяв на себя обязательства по поставке, а затем по безвозмездному хранению оборудования, вытекающие из государственного контракта от 19.11.2020 № D0702-70/20 в редакции дополнительных соглашений от 20.04.2021 № 1, от 16.10.2023 № 2 и соглашения об ответственном хранении от 03.02.2022, получив денежные средства в размере стоимости оборудования, не обеспечило возврат указанного оборудования компании с ответственного хранения, равно как и не вернуло истцу уплаченные денежные средства в сумме 5 992 847,33 руб.

Определением от 12.03.2025 исковое заявление компании было принято к рассмотрению по общим правилам искового производства, назначено предварительное судебное заседание на 29.04.2025, истребованы доказательства.

В связи с необходимостью представления истцом и истребованием судом дополнительных доказательств по делу в целях всестороннего и правильного рассмотрения спора, определениями от 29.04.2025 и от 04.06.2025 предварительное судебное заседание по делу откладывалось сначала на 04.06.2025, а затем на 04.08.2025.

Определением от 04.08.2025 суд назначил дело к судебному разбирательству на 04.09.2025.

В итоге, дело рассмотрено 04.09.2025 с участием представителя истца и в отсутствие надлежащим образом и неоднократно извещенного ответчика по всем известным суду адресам, по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы дела и выслушав представителя истца, суд установил следующие фактические обстоятельства.

Между федеральным казенным учреждением «Дирекция единого заказчика-застройщика объектов здравоохранения» Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации (далее – учреждение) и обществом с ограниченной ответственностью «Ника» (далее также – общество, поставщик) на основании протокола подведения итогов аукциона в электронной форме от 02.11.2020 № АЭФ/20-98 был заключен государственный контракт от 19.11.2020 № D0702-70/20 (далее также – Контракт), по условиям которого поставщик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные Контрактом, осуществить поставку оборудования в соответствии со Спецификацией (приложение № 1 к Контракту), Техническим заданием (приложение № 2 к Контракту) и в сроки, указанные в Контракте, а заказчик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные Контрактом, принять и оплатить надлежащим образом поставленное и введенное в эксплуатацию оборудование (пункт 2.1 Контракта).

В силу пункта 2.2 Контракта, номенклатура оборудования, подлежащего поставке, его количество определяется Спецификацией (приложение № 1 к Контракту), технические показатели оборудования, подлежащего поставке, Техническим заданием (приложение № 2 к Контракту).

Согласно пункту 2.3 Контракта, поставка оборудования осуществляется поставщиком с разгрузкой с транспортного средства по адресу объекта: 

<

...>.

В соответствии с пунктом 3.2 Контракта, цена Контракта составляет 8 818 884 (восемь миллионов восемьсот восемнадцать тысяч восемьсот восемьдесят четыре) рубля 04 копейки, НДС не облагается в связи с применением упрощенной системы налогообложения на основании главы 26.2. Налогового кодекса Российской Федерации, из них:

1 Этап оплачивается за счет средств федерального бюджета 2020 года в размере 7 936 995 (семь миллионов девятьсот тридцать шесть тысяч девятьсот девяносто пять) рублей 64 копейки;

2 Этап оплачивается за счет средств федерального бюджета 2020 года в размере 881 888 (восемьсот восемьдесят одна тысяча восемьсот восемьдесят восемь) рублей 40 копеек.

Из Приложения № 1 к Контракту следует, что оборудование, подлежащее приобретению заказчиком (далее также – оборудование, спорное оборудование), состоит из следующего имущества:

- стол операционный HyBase 6100 с принадлежностями (комплектация 1), количество 1 штука, цена за единицу: 5 021 353,40 руб. (без НДС);

- стол операционный HyBase 6100 с принадлежностями (комплектация 2), количество 1 штука, цена за единицу: 3 797 530,64 руб. (без НДС).

Производитель, наименование страны происхождения оборудования: «ФИО3 Миндрей Био-Медикал Электроникс Ко., Лтд.», Китай.

Контракт заключался в целях поставки столов для операционной в рамках оснащения объекта капитального строительства «Строительство нового корпуса, включающего в себя клинике-реабилитационный центр клиники НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р.М. Горбачевой и новую часть клиники офтальмологии» Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет имени академика И.П. Павлова» Министерства здравоохранения Российской Федерации».

В соответствии с Федеральным законом от 22.12.2020 № 435 «О публично-правовой компании «Единый заказчик в сфере строительства» и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и постановлением Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2395 заключено дополнительное соглашение к Контракту от 20.04.2021 № 1 о смене стороны заказчика с учреждения на компанию.

Как указывает истец, изначально оборудование не принималось и не оплачивалось заказчиком по причине неготовности помещений на объекте для монтажа и пусконаладки оборудования. В связи с этим общество направило обращение от 21.01.2022 в администрацию Президента Российской Федерации по вопросу немедленной оплаты закупленного обществом оборудования, обращение перенаправлено в Минстрой России, затем к заказчику для исполнения.

После обращения общества в администрацию Президента Российской Федерации, между обществом (далее также – ответственный хранитель) и компанией (далее также – поклажедатель) одновременно подписаны акт от 03.02.2022 приема-передачи оборудования по Контракту и соглашение от 03.02.2022 о безвозмездном ответственном хранении спорного оборудования (далее также – Соглашение) по причине неготовности помещений на объекте для монтажа и пусконаладки оборудования.

Стоимость спорного оборудования по акту от 03.02.2022 приема-передачи оборудования по Контракту составила:

- стол операционный HyBase 6100 с принадлежностями (комплектация 1), количество 1 штука, цена за единицу: 3 165 627,74 руб. (без НДС);

- стол операционный HyBase 6100 с принадлежностями (комплектация 2), количество 1 штука, цена за единицу: 2 827 219,59 руб. (без НДС).

В соответствии с пунктами 1.1, 2.1 Соглашения, ответственный хранитель принимает на ответственное хранение имущество, согласно спецификации к государственному контракту от 19.11.2020 № D070-70/20, в месте хранения имущества, которое находится по адресу: 

<

...> г, контейнер INKU259 675 5, и обязуется обеспечить его сохранность, возвратить его в надлежащем состоянии и нести ответственность за его утрату, недостачу или повреждение, а поклажедатель обязуется принять оборудование обратно по истечении срока ответственного хранения, установленного Соглашением.

В пункте 1.4 Соглашения указано, что стороны установили, что реальные убытки поклажедателя, которые возмещаются ответственным хранителем в связи с утратой, недостачей или повреждением имущества, определяются исходя из стоимости оборудования, которая указана в Приложении № 1 к Соглашению.

Согласно пунктам 1.5, 2.2 Соглашения, оборудование принимается на ответственное хранение по Акту приема-передачи имущества на ответственное хранение (Приложение № 2 к Соглашению) по наименованию, ассортименту и фактическому количеству. Факт передачи оборудования на хранение удостоверяется Актом приема-передачи имущества на ответственное хранение (Приложение № 2 к Соглашению). 

Ответственное хранение осуществляется безвозмездно (пункт 1.6 Соглашения).

В силу пунктов 2.3, 5.4 Соглашения, оборудование возвращается с ответственного хранения по Акту возврата имущества с ответственного хранения (Приложение № 4 к Соглашению) по наименованию, ассортименту и фактическому количеству.

Из пунктов 3.1, 4.1.2 Соглашения следует, что оборудование передается на ответственное хранение до востребования поклажедателем. Ответственный хранитель обязан хранить оборудование до востребования поклажедателем.

Ответственный хранитель обязан принять все необходимые (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.) меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданного на хранение оборудования (пункт 4.1.3 Соглашения).

В соответствии с пунктами 4.1.5, 5.2 Соглашения, ответственный хранитель обязан возвратить поклажедателю то же самое оборудование, которое было передано на хранение, в том же состоянии, в каком оно было принято на хранение в сроки, установленные разделом 5 Соглашения – в течение 2 (двух) календарных дней с момента его востребования поклажедателем (пункт 5.1 Соглашения).

Возврат оборудования производится по адресу, указанному в пункте 2.1 Соглашения (

<

...> г, контейнер INKU259 675 5), путем разгрузки оборудования и размещения оборудования в помещении, которые укажет поклажедатель (пункт 5.3 Соглашения).

Согласно пунктам 7.1, 7.5 Соглашения:

- в случае утраты, недостачи или повреждения имущества поклажедатель вправе потребовать возмещения убытков в размере стоимости оборудования, указанного в Акте приема-передачи имущества на ответственное хранение (Приложении № 2 к Соглашению);

- в случае если ответственный хранитель передаст имущество третьим лицам в нарушение Соглашения, поклажедатель вправе потребовать возмещения убытков в размере стоимости оборудования, указанного в Акте приема-передачи имущества на ответственное хранение (Приложении № 2 к Соглашению).

Спорное оборудование было передано ответственному хранителю, что подтверждается подписанными между сторонами Соглашения Приложением № 1 к Соглашению «Имущество, передаваемое на хранение», актом приема-передачи имущества на ответственное хранение от 03.02.2022 (Приложение № 2 к Соглашению) с документом «Детальный перечень передаваемого на хранение имущества (оборудования)».

В целях исполнения обязательств по Контракту истцом произведена оплата оборудования в размере 5 992 847,33 руб., что подтверждается платежным поручением от 14.02.2022 № 155607.

Компанией в адрес общества направлено письмо от 11.09.2024 № ППК-1 -18506/2024 о поставке оборудования на объект. Однако, поставка спорного оборудования не произведена, указанное письмо оставлено без ответа.

Как указывает истец, при выезде представителя заказчика 12.12.2024 на место хранения оборудования установлено, что спорное оборудование на сумму 5 992 847,33 руб. не находится на хранении на складе по адресу: 

<

...> г, контейнер INKU 259 657 5, вопреки тому, как указано в соглашении от 03.02.2022 о безвозмездном ответственном хранении оборудования, о чем составлен акт от 13.12.2024.

Судом также установлено, что по сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее также – ЕГРЮЛ, реестр), общество с ограниченной ответственностью «Ника» исключено из ЕГРЮЛ на основании подпункта «б» пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Из выписки из ЕГРЮЛ на общество с ограниченной ответственностью «Ника» следует, что единственным учредителем и руководителем данного юридического лица на протяжении периода существования договорных отношений с истцом являлся ФИО1.

Посчитав, что имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ника» и взыскания с него задолженности в виде стоимости спорного оборудования, которое было утрачено ответственным хранителем, в размере 5 992 847,33 руб., истец обратился в Арбитражный суд Ивановской области с настоящим исковым заявлением.

В ходе рассмотрения дела истцом на основании истребованных судом доказательств представлены дополнительные письменные пояснения, из содержания которых следует, что ответчик, как руководитель общества с ограниченной ответственностью «Ника», не предпринимал реальных действий к возврату истцу задолженности в виде стоимости спорного оборудования в размере 5 992 847,33 руб. или исполнению обязательств по возврату названного оборудования с ответственного хранения во исполнения пункта 5.1 Соглашения, и напротив, осуществлял действия по выводу денежных средств, совершая денежные операции, как по обезналичиванию денежных средств, так и по их переводу на счета иных лиц (возможных контрагентов или аффилированных лиц), при этом, какие-либо доказательства объективной невозможности исполнения обязательств перед истцом вследствие отсутствия денежных средств или иных активов, что могло бы при определенных обстоятельствах и причинах свидетельствовать о наличии предпринимательского риска, в деле отсутствуют.

Ответчик, неоднократно извещенный в порядке, установленном процессуальным законодательством, отзыв на исковое заявление, какие-либо иные процессуальные документы в материалы дела не представил, иск не оспорил.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) представленные в материалы дела доказательства, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению.

Из абзаца первого, подпункта 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ), следует, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

В части 1 статьи 309 ГК РФ указано, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 886 и пунктам 1, 3 статьи 889 ГК РФ, по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности. Хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока. Если срок хранения определен моментом востребования вещи поклажедателем, хранитель вправе по истечении обычного при данных обстоятельствах срока хранения вещи потребовать от поклажедателя взять обратно вещь, предоставив ему для этого разумный срок. 

Если хранение осуществляется безвозмездно, хранитель обязан заботиться о принятой на хранение вещи не менее, чем о своих вещах (пункт 3 статьи 891 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 900 ГК РФ, хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890).

Вещь должна быть возвращена хранителем в том состоянии, в каком она была принята на хранение, с учетом ее естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие ее естественных свойств.

В силу пункта 1 статьи 901 Гражданского кодекса Российской Федерации, хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 ГК РФ.

В пункте 1 статьи 902 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 ГК РФ, если законом или договором хранения не предусмотрено иное.

При безвозмездном хранении убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются за утрату и недостачу вещей – в размере стоимости утраченных или недостающих вещей (подпункт 1 пункта 2 статьи 902 ГК РФ).

Из системного анализа норм гражданского законодательства о хранении следует, что в случае если ответственный хранитель принял имущество на хранение, не возвратив его впоследствии поклажедателю по требованию последнего, обязан возместить его стоимость, определенную, как правило, договором хранения.

Стоимость спорного оборудования, принятого обществом на хранение, определена в Приложении № 1 к Соглашению «Имущество, передаваемое на хранение», а также в акте приема-передачи имущества на ответственное хранение от 03.02.2022 (Приложение № 2 к Соглашению), и составляет 6 658 719,26 руб.:

- стол операционный HyBase 6100 с принадлежностями (комплектация 1), количество 1 штука, цена за единицу: 3 517 364,16 руб. (без НДС);

- стол операционный HyBase 6100 с принадлежностями (комплектация 2), количество 1 штука, цена за единицу: 3 141 335,10 руб. (без НДС).

Таким образом, компания вправе была потребовать сумму убытков в виде стоимости утраченного обществом спорного оборудования в размере 6 658 719,26 руб., однако требования истцом предъявлены на сумму фактических затрат на приобретение названного оборудования в размере 5 992 847,33 руб. (10 % от стоимости спорного оборудования), что меньше его стоимости, определенной Соглашением.

В силу пункта 1 статьи 53 ГК РФ, юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Обществом с ограниченной ответственностью (далее также – ООО, общество) признается хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей (пункт 1 статьи 87 ГК РФ).

В пункте 3 статьи 87 ГК РФ указано, что правовое положение общества с ограниченной ответственностью и права и обязанности его участников определяются ГК РФ и законом об обществах с ограниченной ответственностью.

В соответствии с пунктом 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, директор и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Из подпункта 1 пункта 3 статьи 40 Закона об ООО следует, что единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

Согласно пункту 1 статьи 44 Закона об ООО, члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу пункта 1 статьи 11 Закона об ООО, учреждение общества осуществляется по решению его учредителей или учредителя. Решение об учреждении общества принимается собранием учредителей общества. В случае учреждения общества одним лицом решение о его учреждении принимается этим лицом единолично.

Из абзаца второго пункта 2 статьи 7 Закона об ООО, общество может быть учреждено одним лицом, которое становится его единственным участником. Общество может впоследствии стать обществом с одним участником.

По смыслу указанных выше норм федерального законодательства, учредитель общества является его участником, на которого распространяются нормы, связанные с правами и обязанностями участников общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона об ООО, высшим органом общества является общее собрание участников общества. Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным. Все участники общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений.

Согласно положениям статьи 39 Закона об ООО, в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно.

Из подпунктов 1, 4, 6-8, 11 пункта 2 статьи 33 Закона об ООО следует, что к компетенции общего собрания участников общества, в частности, относятся:

- определение основных направлений деятельности общества;

- образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий;

- утверждение годовых отчетов и годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности;

- принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества;

- утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества);

- принятие решения о реорганизации или ликвидации общества.

Из системного анализа норм Закона об ООО, посвященных полномочиям общего собрания участников обществ с ограниченной ответственностью, следует, что общее собрание участников, как высший орган ООО, принимает наиболее значимые для юридического лица решения, связанные с определением направлений деятельности для последующего распределения полученной прибыли ООО между его участниками. Этим же высшим органом общества принимаются решения о ликвидации общества в предусмотренных действующим законодательством случаях.

Так, например, в силу пункта 2 статьи 57 Закона об ООО, решение общего собрания участников общества о добровольной ликвидации общества и назначении ликвидационной комиссии принимается по предложению совета директоров (наблюдательного совета) общества, исполнительного органа или участника общества.

При этом, согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Таким образом, участники общества и исполнительный орган общества, хотя и исполняют разные функции в ООО, но их действия в совокупности всегда влияют на деятельность юридического лица, участвующего в качестве самостоятельного субъекта гражданских прав с другими участниками гражданских правоотношений. В связи с этим, деятельность юридического лица напрямую зависит от действий его участников (учредителей общества) и лиц (исполнительного органа общества), занимающихся управлением (организацией) такого юридического лица.

Из абзаца второго пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ следует, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53.1 ГК РФ, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 указанной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В силу пункта 1 статьи 399 ГК РФ, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно пункту 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об ООО, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В указанной норме законодатель предусмотрел компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Из системного анализа норм действующего гражданского законодательства следует, в частности, что субсидиарная ответственность для указанных выше лиц является одной из мер обеспечения надлежащего исполнения, возложенных на них законом обязанностей.

В соответствии со статьей 419 ГК РФ, обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

По смыслу статьи 63 ГК РФ, ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо – прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 4 упомянутой статьи, если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

Из пункта 4 статьи 1 ГК РФ следует, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По сведениям ЕГРЮЛ, общество с ограниченной ответственностью «Ника» зарегистрировано 17.09.2020, основной вид деятельности: 46.69.5 торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами.

12.02.2024 регистрирующим органом принято решение № 172 о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ юридического лица – общества с ограниченной ответственностью «Ника», как недействующего юридического лица по результатам проверки достоверности содержащихся в реестре сведений о данном юридическом лице.

Впоследствии, решением регистрирующего органа 03.06.2024 общество с ограниченной ответственностью «Ника» было исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в реестре сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

На момент исключения общества с ограниченной ответственностью «Ника» из ЕГРЮЛ, равно, как и на момент учреждения указанного юридического лица, его директором и единственным учредителем являлся ФИО1  (ГРН 

<

***>).

Как директор, ФИО1 уполномочен был выступать от имени общества, в том числе принимать необходимые и достаточные меры для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Соответственно, ответчик, как руководитель юридического лица, имел возможность предопределять действия общества с ограниченной ответственностью «Ника», а значит, в силу должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, как от директора в условиях осуществления коммерческой деятельности юридического лица, должен был проконтролировать исполнение обязательств общества перед его кредиторами.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства, в частности, выписки из банков по денежным операциям, которые осуществлялись обществом с ограниченной ответственностью «Ника», суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что общество с ограниченной ответственностью «Ника» из активов имело только денежные средства, находящиеся на различных банковских счетах; объекты недвижимости и (или) транспортные средства, а также иные вещи, имеющие высокую стоимостную оценку, на праве собственности в период существования юридического лица обществу с ограниченной ответственностью «Ника» не принадлежали, иное из материалов дела не следует.

Из представленных в материалы дела по результатам судебного истребования банковских выписок, содержащих информацию о движении денежных средств, в особенности, в период возникновения правоотношений между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Ника», следует, что по расчетному счету общества  № 40702810102500076017, открытому в публичном акционерном обществе Банк «Финансовая Корпорация Открытие», его обороты по счету составили: 

- за 2020 год (поступления) составили: 4 931 621,55 руб.; 

- за 2021 год (поступления) составили: 591 000,09 руб.; 

- за 2022 год (поступления) составили: 6 016 150,32 руб.; 

- за 2023 год (поступления) составили: 174 992,86 руб.; 

- за 2024 год (поступления) составили: 0,00 руб.; 

- за 2020 год (списания) составили: 4 173 975,54 руб.; 

- за 2021 год (списания) составили: 1 761 198,77 руб.; 

- за 2022 год (списания) составили: 6 000 682,36 руб.; 

- за 2023 год (списания) составили: 174 867,13 руб.

По результатам исследования универсальной выписки по расчетному счету общества № 40702810701500074957, открытому в публичном акционерном обществе Банк «Финансовая Корпорация Открытие», его обороты по счету составили: 

- за 2020 год (поступления) составили: 464 535,25 руб.; 

- за 2021 год (поступления) составили 2 417,41 руб.; 

- за 2020 год (списания) составили: 99 000,00 руб.; 

- за 2021 год (списания) составили: 531 752,66 руб.

Из детального анализа данных банковских выписок, содержащих сведения о банковских операциях (денежных переводах) следует, что расходование денежных средств осуществлялось не по текущим обязательствам, таким как выплата заработной платы, оплата услуг поставщиков аренды и прочее; расходование средств происходило, например, на покупки всевозможных товаров для быта, заправки топливом автомобиля, покупка товаров в магазине «Детский мир» (позиция 248), возврата части займов (позиции 138, 139).

Как обоснованно указал истец, ответчиком были осуществлены действия, причинившие вред имущественным интересам компании, так как, заведомо зная о наличии обязанности по возмещению стоимости (или его возврату поклажедателю) спорного оборудования, ответчик фактически прекратил деятельность общества (способствовал и не препятствовал этому), намеренно, до исключения общества из ЕГРЮЛ, выводил средства, полученные от заказчика по Контракту на свои личные нужды и на сомнительные сделки.

Фактически, после получения от истца средств (позиция по счету 111) в 2022 году в сумме 5 992 847.33 руб., иных поступлений на счет не происходило, хозяйственная деятельность ответчиком не велась, общество было фактически «брошено».

Кроме того, даже если предположить, что у общества имелись иные финансовые обязательства перед другими контрагентами, из представленных в дело доказательств не усматривается и ответчиком не раскрыто, по каким причинам предпочтение было отдано выполнению денежных обязательств иным контрагентам, нежели истцу.

Следует также отметить, что даже если предположить, что часть перечисленных компанией денежных средств распределялась руководителем общества в качестве прибыли от деятельности юридического лица, решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Ника» о распределении прибыли в деле отсутствуют.

При этом из абзаца второго пункта 2 статьи 29 Закона об ООО следует, что общество не вправе выплачивать участникам общества прибыль, решение о распределении которой между участниками общества принято, если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Законом о банкротстве или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты.

Указанная норма контролирующим общество с ограниченной ответственностью «Ника» лицом (ответчиком) была нарушена, поскольку на момент исполнения обязательств задолженность указанного юридического лица исходя из содержания банковских выписок и бухгалтерской (финансовой) отчетности составляла более, чем 300 000 рублей (пункт 2 статьи 6 Закона о банкротстве в редакции на дату возникновения денежных обязательств).

Следует также отметить, что в соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, а неисполнение юридическим лицом требования кредитора по денежным обязательствам в течение трех месяцев с даты, когда оно должно было быть исполнено, является признаком его несостоятельности и поводом для возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290 по делу № А40-113828/2023).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчик, как руководитель и единственный участник общества с ограниченной ответственностью «Ника», совершая от имени указанного юридического лица сделки с истцом, получив от него денежные средства в качестве стоимости спорного оборудования, сознательно не собирался возвращать их истцу или исполнять обязательства по возврату оборудования во исполнение пункта 5.1 Соглашения, имея при этом реальную возможность и необходимые для этого денежные средства на банковских счетах, в связи с чем, поведение (бездействие) ответчика, не обеспечившего также наличие в сведениях ЕГРЮЛ достоверность данных об обществе с ограниченной ответственностью «Ника», в данной ситуации нельзя признать разумным и добросовестным. Сведения о недостоверности об обществе согласно материалам регистрационного дела внесены в реестр ввиду отсутствия со стороны общества хозяйственной деятельности, организацию которой обеспечивает его руководитель (исполнительный орган), коим является в данном случае ответчик, что свидетельствует о невозможности проведения в отношении общества, в том числе, налоговым органом, контрольных мероприятий.

Кроме того, бухгалтерская отчетность за 2021 – 2022 гг. руководителем общества не представлялась, обязанность по предоставлению налоговой декларации по УСН за 2022 год налогоплательщиком не исполнена, что повлекло в силу пункта 3 статьи 76 Налогового кодекса Российской Федерации принятие налоговым органом решения о приостановлении операций по расчетным счетам в банке и переводов электронных денежных средств; на вызовы в налоговый орган на допрос руководитель общества не являлся (уклонялся), что свидетельствует о нарушении последним норм налогового законодательства.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П и от 07.02.2023 № 6-П, суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом (основным должником) обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из Единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации, бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Аналогичный правовой подход был сформулирован в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2025 № 307-ЭС24-18794 по делу № А66-9932/2023, от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290 по делу № А40-113828/2023, от 16.04.2025 № 305-ЭС24-24042 по делу № А40-277055/2023, от 25.04.2025 № 307-ЭС24-22013 по делу № А56-114578/2022, от 30.05.2025 № 305-ЭС24-24568 по делу № А40-55223/2023)

Таким образом, учитывая, что общество с ограниченной ответственностью «Ника» исключено из ЕГРЮЛ, что не позволяет истцу предусмотренными законом способами предъявить к нему, как к должнику в обязательстве, исковые требования в судебном порядке, получить судебное решение и исполнительный лист на его принудительное исполнение, а ответчиком, являющимся единственным учредителем и руководителем указанного юридического лица, не доказано, что его действия, как контролирующего данное общество лица, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, и напротив, имеются объективные и достаточные доказательства наличия у общества с ограниченной ответственностью «Ника» на банковских счетах денежных средств в период возникновения денежного обязательства перед истцом, которое могло быть исполнено, ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ника» перед истцом.

При этом, исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра как недействующего в связи с тем, что в ЕГРЮЛ имеются сведения, в отношении которых внесена запись об их недостоверности (подпункт «б» пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), не препятствует привлечению контролирующего лица этого общества к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления этой ответственности (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809 по делу № А41-76337/2021, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671 по делу № А56-64205/2021).

При указанных обстоятельствах, исковые требования компании являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме.

В связи с тем, что истцу была предоставления отсрочка по уплате государственной пошлины, применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию неуплаченная истцом государственная пошлина.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1 в пользу публично-правовой компании «Единый заказчик в сфере строительства» (ИНН: 

<

***>) в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ника» (ИНН: 

<

***>) денежные средства в размере 5 992 847 рублей 33 копейки.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 204 785 рублей.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия или в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения суда в законную силу, при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Ивановской области.

Судья                                                                                                                         В. А. Смирнов