ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

10.08.2023 года                                                                               Дело № А41-98550/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03.08.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен  10.08.2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Голобородько В.Я., Коротковой Е.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Золотой Возраст» - представитель            ФИО1 (доверенность от 10.04.2023)

от ООО «РСГ-Бизнес Сервис» - представитель ФИО2 (доверенность от 20.12.2022)

от ФИО3 – представитель ФИО2 (доверенность от 23.01.2023)

от ФИО4 - представитель ФИО2 (доверенность от 21.01.2023)

от ФИО5 - представитель ФИО2 (доверенность от 16.01.2023)

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсногоуправляющего ООО «Золотой Возраст» ФИО6,  

на определение Арбитражного суда Московской области от 21.09.2022,на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023(10АП-20790/2022),по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ЛожечкинаПавла Владимировича, ФИО4, Машукова КириллаВладимировича, ФИО7, ООО «РСГ-Бизнес Сервис», РСГ Интернешнл ЛТД и Компании Гриерсон Инвестинг Корп. солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о признании ООО «Золотой Возраст» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.11.2019 по заявлению ООО «Регион Строй Инвест» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Золотой Возраст» (далее – должника; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.02.2020 в отношении ООО «Золотой возраст» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Московской области от 10.12.2020 ООО «Золотой Возраст» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.12.2022 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Золотой возраст».

Определением суда от 11.04.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6.

Конкурсный управляющий 15.12.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, Общества с ограниченной ответственностью «РСГ-Бизнес Сервис», РСГ Интернешнл ЛТД и Компании Гриерсон Инвестинг Корп. солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 07.06.2022 выделено в отдельное производство заявление конкурсного управляющего о привлечении РСГ Интернешнл ЛТД и Компании Гриерсон Инвестинг Корп. по обязательствам должника к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.09.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023, отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ООО «РСГ-Бизнес Сервис».

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсным управляющим должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что доказана совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным обстоятельствам, том числе по ст. 9 Закона о банкротстве за не обращение в суд с заявлением о банкротстве руководителями должника, а также доведение до банкротства, в частности, посредством заключения и исполнения невыгодных сделок для должника, причинивших убытки кредитором и Обществу.

Информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru в порядке ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

До судебного заседания от ФИО7 поступил отзыв с возражения на кассационную жалобу (приобщен к материалам дела).

Представитель конкурсного управляющего ООО «Золотой Возраст» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме.

Представитель ФИО5, ФИО3, ФИО4, ООО «РСГ-Бизнес Сервис» возражал на доводы кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве (приобщен к материалам дела).

В судебное заседание представители иных лиц, участвующих в деле не явились, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, извещены надлежащим образом.

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего, по следующим мотивам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве).

Согласно доводам конкурсного управляющего и материалам заявления, заявитель просил суд привлечь бывших руководителей должника ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ООО «РСГ-Бизнес Сервис», в связи с неисполнением ответчиками обязанности по подаче заявления о признании лица несостоятельным (банкротом) в установленный срок по достижению должником условий неплатежеспособности; кроме того, в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности управляющим указано на совершение руководителями должника экономически необоснованных (невыгодных) сделок.

Однако, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями статей 9-10, 36, 64, 126,  61.10-61.14 Закона о банкротстве, статей 10, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, не установили необходимую совокупность обстоятельств для привлечения бывших руководителей должника, исполнявших обязанности в разный период, к субсидиарной ответственности, с чем соглашается судебная коллегия кассационной инстанции.

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст.61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Так, судами установлено, что руководителями Общества в разные периоды являлись:

- ФИО3 с 25.10.2017 по 24.01.2020;

- ФИО4 с 30.08.2017 по 25.10.2017;

- ФИО5 с 12.05.2017 по 30.08.2017;

- ФИО7 - с 18.03.2015 по 27.07.2015;

- ООО «РСГ-Бизнес Сервис» - с 18.11.2013 по 18.03.2015.

Конкурный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности (ФИО3, ФИО4, ФИО5) за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о призвании ООО «Золотой Возраст» несостоятельным (банкротом).

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу приведенных выше норм права, а также, принимая во внимание правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, подлежащей применению к спорному периоду) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ссылался на то обстоятельство, что определением суда от 24.11.2020 о включении требований ООО «Сарломсбыт» в реестр требований кредиторов установлено, что должник перестал исполнять обязательства по договорам займа № З/ЗВ-1 и № З/ЗВ-2 перед ООО «СтройРемСтиль» еще по состоянию на дату 31.08.2015 (дата возврата займа).

С указанной даты - 31.08.2015, по мнению конкурсного управляющего, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, при этом руководитель должника должен был обратиться в суд с заявление, не позднее 30.09.2015

Между тем, с заявлением о признании должника банкротом в суд обратился конкурсный кредитор - ООО «Регион Строй Инвест».

При определении размера субсидиарной ответственности каждого из ответчиков конкурсный управляющий исходит из того обстоятельства, что для ФИО5 датой, не позднее которой он должен был обратиться с заявлением о банкротстве, является 12.06.2017; для ФИО4 датой, не позднее которой он должен был обратиться с заявлением о банкротстве, является 30.09.2017; для ФИО3 датой, не позднее которой он должен был обратиться с заявлением о банкротстве, является 25.11.2017.

Оценив доводы конкурсного управляющего и представленные в дело доказательства, суды обеих инстанций пришли к правильному выводу о том, что заявленные обстоятельства не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о банкротстве, поскольку в деле не имеется безусловных относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что в периоды исполнения ФИО5 (с 12.05.2017 по 30.08.2017), ФИО4 (с 30.08.2017 по 25.10.2017) и ФИО3 (с 25.10.2017 по 24.01.2020) обязанностей руководителей, Общество находилось в такой критической финансовой ситуации, что не могло своевременно и в полном объеме исполнять принятые обязательства, вести нормальную хозяйственную деятельность, что директорам необходимо было обращаться с заявлением должника в арбитражный суд.

Согласно абзацу тридцать четвертому ст. 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020                № 310-ЭС20-7837 по делу №А23-6235/2015 также обращено внимание судов на то, что неплатежеспособность, с точки зрения законодательства о банкротстве, является юридической категорией, определение наличия которой относится к исключительной компетенции судов, равно как и категории добросовестности, разумности, злоупотребления, вины и проч.

При этом, как неоднократно отмечалось Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (в частности, Определение от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412 по делу №А40-170315/2015), не следует отождествлять неплатежеспособность с неуплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства, а установление такой даты в отсутствие обязательств, наступивших после нее, исключает возможность привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды учли, в том числе, особенности хозяйственной деятельности должника, поскольку оценка положения хозяйствующего субъекта не может быть проведена в отрыве от его сферы деятельности на рынке, поскольку именно она определяет стандартные управленческие практики, сроки реализации проектов, окупаемости вложений и т.д.

Как отмечено судом апелляционной инстанции, с учетом принадлежавшего должнику актива - земельных участков, видом разрешенного использования которых является «для комплексного освоения в целях жилищного строительства», оценка положения ООО «Золотой Возраст» могла быть проведена исключительно при сопоставлении с другими девелоперскими проектами (порядком реализации, нормативным регулированием и т.п.).

Основным нормативным актом, определяющим создание жилой недвижимости, является Федеральный закон от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации».

Согласно ст. 3 указанного Закона застройщик вправе привлекать денежные средства участников долевого строительства для строительства (создания) многоквартирного дома и (или) иных объектов недвижимости только после получения в установленном порядке разрешения на строительство, опубликования, размещения и (или) представления проектной декларации в соответствии с настоящим Федеральным законом и государственной регистрации застройщиком права собственности на земельный участок, предоставленный для строительства (создания) многоквартирного дома и (или) иных объектов недвижимости, в состав которых будут входить объекты долевого строительства, либо договоры аренды, договоры субаренды такого земельного участка или в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О содействии развитию жилищного строительства» либо подп. 15 п. 2 ст. 39.10 Земельного кодекса Российской Федерации, договоры безвозмездного пользования таким земельным участком.

По смыслу приведенного законоположения застройщик не вправе привлекать денежные средства участников долевого строительства до наступления следующих обстоятельств: регистрации права на земельный участок под строительство; получения разрешения на строительство; опубликования проектной декларации.

Единственным обстоятельством, при котором застройщик утрачивает возможность реализации проекта строительства, является прекращение права на принадлежащий ему земельный участок.

Таким образом, принимая во внимание нормативное регулирование сферы деятельности должника, принципы нормальной управленческой практики в отрасли, при разумном и осмотрительном ведении дел, бывшие руководители должника не могли предположить, что должник отвечает критериям объективного банкротства с последующим возникновением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017            № 309-Э17-1801 также изложена правовая позиция о том, что одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь временный характер.

Как правильно отметил суд апелляционной инстанции, в силу положений ст.ст. 9, 15, 65 АПК РФ, конкурсный управляющий, заявляя о наличии обязательств перед кредиторами, между тем, не представил бухгалтерскую документацию в отношении должника, в том числе, бухгалтерский баланс за периоды, когда, по его мнению, у ответчиков возникла обязанность по подаче в суд заявления о признании Общества банкротом, не провел анализ структуры баланса, не представил сведения о составе имущества (наличие и размер дебиторской задолженности, нематериальных активов, основных средств, запасов, финансовых вложений, денежных средств и т.д.; соотношение активов и пассивов), не представлены результаты финансово-хозяйственной деятельности должника за исследуемый период, на что обращает внимание Верховный Суд Российской Федерации как на обстоятельства, подлежащие доказыванию наличия признаков объективного банкротства в конкретный период.

При этом конкурсным управляющим не опровергнуты возражения ответчиков об отсутствии в их деятельности вины (недобросовестного и неразумного поведения), так как Общество занималось реализацией девелоперского проекта, имелся земельный участок для строительства жилых домов, осуществлялись мероприятия по оформлению проектно-разрешительной документации, подготовке градостроительного плана, прохождение экспертизы проектной документации, получение согласования по подключению к сетям водо-, энергоснабжения и другим коммуникациям.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020           № 305-ЭС20-11412 обращено внимание судов на то, что для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Однако, на что обратили внимание суды, в материалы дела не представлены доказательства того, что обязательства должника перед кредиторами возникли уже в период имущественного кризиса должника и руководитель должника скрыли этот факт от заявителя и иных кредиторов, продолжая принимать от имени должника дополнительные обязательства.

Также конкурсным управляющим не доказано наличие вины и причинно-следственной связи между неподачей руководителей должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов (ст. 9, абзац второй п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, п. 12 Постановления от 21.12.2017 № 53).

Таким образом, судами правомерно установлено отсутствие условий для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании п. 1  ст. 9 и п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Конкурным управляющим также было заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО7 и ООО «РСГ-Бизнес Сервис» за осуществление деятельности (совершение сделок), повлекшей банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего, суды обоснованно исходили из следующего.

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная ст. 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, не противоречащие нормам Закона о банкротстве, т.е. должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015 разъяснено, что предусмотренное ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время ст. 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, может быть применен и к ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (пп. 1 п. 2                 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

При установлении вины контролирующего финансово-хозяйственную деятельность должника лица необходимо подтверждение фактов его недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между действиями и сделками и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК РФ, абзац 1 п. 1, п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В п. 16 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Суды первой и апелляционной инстанций, оценив по правилам ст.ст. 64, 65, 67, 68, 71 собранные по делу доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в дел, принимая во внимание приведенные нормы и разъяснения, пришли к правильному выводу об отсутствии бесспорных и безусловных доказательств вины ФИО3, ФИО7 и ООО «РСГ-Бизнес Сервис» во вменяемых деяниях.

Так, конкурсный управляющий ссылался на то обстоятельство, что в период осуществления ФИО3, ФИО7 и ООО «РСГ-Бизнес Сервис» (с 18.11.2013 по 24.01.2020) полномочий руководителей должника ими были совершены подозрительные сделки, причинившие существенный вред имущественным правам кредиторов (заключение мирового соглашения с ООО СЗ «Строй-Ресурс», соглашения об отступном с ООО СЗ «Строй-Ресурс» от 31.05.2019, заключение 16.04.2015 и 04.05.2015 договоров займа № З/ЗВ-1, № З/ЗВ-2 с ООО «СтройРемСтиль», а также заключение 20.01.2015 и 01.08.2018 договоров займа N 28/18 и № 4 с ООО «Регион Строй Инвест».

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019                 № 305-ЭС19-10079, в частности, отмечено, что судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно, в любом случае, сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Для привлечения к субсидиарной ответственности заявителю необходимо доказать наличие: статуса контролирующего должника лица; негативных последствий в виде невозможности полного погашения требований кредиторов; причинно-следственной связи действия (бездействия) контролирующего должника лица с этими последствиями.

Для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководитель обязан был принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021                № 305-ЭС18-13210(2) обращено внимание судов на то, что, при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, т.е. способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние; 3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Применительно к критерию № 2 квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», т.е. направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При этом, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Судами проанализированы сделки должника, которые не были признаны недействительными, по итогам их оценки, сделаны выводы об отсутствии направленности сделок на причинение вреда Обществу и кредиторам, при этом судами учтено, что сделки, в целом были направлены на обеспечение обычной финансово-хозяйственной деятельности должника, совершены на рыночным условиях, не преследовали цель вывода, активов должника в пользу третьих лиц (выгодоприобретателей по сделкам), при этом также исходили из специфики деятельности Общества.

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

В соответствии с частями 1 - 4, 7 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При таких обстоятельствах судами первой и апелляционной инстанций обоснованно не установлена необходимая совокупность обстоятельств необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по всем заявленным конкурсным управляющим основаниям.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов кассационной инстанцией.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего ООО «Золотой Возраст» и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 21.09.2022 и  постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023 по делу № А41-98550/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи:                                                                                             В.Я. Голобородько 

Е.Н. Короткова