ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-23143/2023

г. Красноярск

19 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена     «17» июня 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен              «19» июня 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бутиной И.Н.,

судей: Зуева А.О., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Щекотуровой Я.С.,

при участии:

от третьего лица – акционерного общества «Красноярская компания по производству Лесоматериалов «Красноярсклесоматериалы»: ФИО1, представителя по доверенности от 01.12.2023 № 151/23, диплом, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Храпова Александра Сергеевича

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от 11 апреля 2024 года по делу № А33-23143/2023,  

 

установил:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3) о взыскании 9 733 394 рублей 18 копеек убытков, причиненных незаконными действиями ответчика.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Красноярская компания по производству Лесоматериалов «Красноярсклесоматериалы» (далее - АО «КЛМ Ко»), государственное предприятие Красноярского края «Красноярское управление лесами» (далее - ГПКК «Красноярсклес»).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 11.04.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении требований истца в полном объеме.

По мнению апеллянта, в настоящем деле является доказанным тот факт, что соглашение об уступке прав требования от 12.08.2020 № 619, заключенное между АО «КЛМ Ко» и обществом с ограниченной ответственностью «Техлидер» (далее – ООО «Техлидер»), подписанный со стороны последнего ФИО3, недействителен ввиду прекращения полномочий ФИО3 как директора на момент подписания указанного договора.

Также истец указал на то, что в решении по делу № А33-16729/2022 суд пришел к выводу о доказанности факта противоправности действий ФИО3, о существенном уменьшении финансовых активов ООО «Техлидер» и причинении ФИО2 убытков.

В материалы дела от АО «КЛМ Ко» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором последний возразил по доводам жалобы, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В материалы дела от ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором последний также возразил по доводам жалобы, просил обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 21.05.2024 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 17.06.2024.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступном информационном сервисе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).

При изложенных обстоятельствах, в силу статей 121-123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Из материалов регистрационного дела следует, что нотариально удостоверенным решением единственного участника ООО «Техлидер» от 19.12.2016 № 6 в состав участников общества принят ФИО2, на должность директора общества назначен ФИО3

Из протокола общего собрания участников ООО «Техлидер» от 09.08.2017 № 3 следует, что единственным участником общества является ФИО2

Между АО «КЛМ Ко» и ООО «Техлидер» заключен договор поставки лесоматериалов от 22.05.2018 № 328.

Между АО «КЛМ Ко» и ФИО2 как участником ООО «Техлидер» заключен договор поручительства от 22.05.2018 № 329 к договору поставки № 328, согласно которому ФИО2 обязуется солидарно отвечать перед АО «КЛМ Ко» за исполнение ООО «Техлидер» обязательств перед АО «КЛМ Ко», возникающих из договора поставки № 328.

ООО «Техлидер» произвело неполную оплату за поставленный АО «КЛМ Ко» товар, задолженность составила 5 549 717 рублей 05 копеек, в связи с чем АО «КЛМ Ко» обратилось в суд с иском к ООО «Техлидер» о взыскании 6 676 309 рублей 61 копейки, состоящих из: 5 549 717 рублей 05 копеек задолженности по договору поставки, 1 126 592 рубля 56 копеек пени за нарушение сроков оплаты поставленного товара.

Вступившим в законную силу решением суда от 03.02.2020 по делу № А33-33962/2019 исковые требования удовлетворены.

Арбитражным судом Красноярского края выдан исполнительный лист для принудительного исполнения вышеназванного решения суда по взысканию с ООО «Техлидер» задолженности в сумме 6 676 309 рублей 61 копейки. Судебным приставом исполнителем ОСП по Свердловскому району города Красноярска возбуждено исполнительное производство от 08.05.2020 № 47000/20/24029-ИП.

АО «КЛМ Ко» и ООО «Техлидер» заключили договор уступки прав требования от 12.08.2020 № 619, согласно которому ООО «Техлидер» уступает АО «КЛМ Ко» права требования к ГПКК «Красноярсклес» на сумму 4 373 471 рубль 49 копеек, взысканных с ГПКК «Красноярсклес» решением от 25.09.2019 по делу № А33-25394/2019. Стоимость оплаты уступленных прав требования составила 437 347 рублей 14 копеек.

Таким образом, у АО «КЛМ Ко» и ООО «Техлидер» возникли однородные встречные обязательства друг к другу: задолженность ООО «Техлидер» в пользу АО «КЛМ Ко» в размере 6 732 691 рубля 61 копейки из договора поставки № 328; задолженность АО «КЛМ Ко» в пользу ООО «Техлидер» в размере 437 347 рублей 14 копеек за уступленные права требования к ГПКК «Красноярсклес» в деле № А33-25394/2019.

АО «КЛМ Ко» и ООО «Техлидер» заключили соглашение от 12.08.2020 о зачете названных встречных обязательств на сумму 437 347 рублей 14 копеек, после чего задолженность ООО «Техлидер» перед АО «КЛМ Ко» составила 6 295 344 рубля 47 копеек.

Арбитражным судом Красноярского края вынесено определение от 19.10.2020 по делу № А33-25394/2019, которым произведена замена с ООО «Техлидер» на АО «КЛМ Ко» в споре с ГПКК «Красноярсклес».

ФИО3 06.05.2019 обратился в Межрайонную ИФНС России № 23 по Красноярскому краю с заявлением о недостоверности сведений, размещенных в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), о нём как директоре ООО «Техлидер».

В ЕГРЮЛ 15.05.2019 внесена соответствующая запись о недостоверности сведений.

Впоследствии ООО «Техлидер» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, о чем 06.04.2022 внесена запись за ГРН 2222400182486.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 16.12.2022 по делу № А33-11199/2022 отказано в удовлетворении требований ФИО2 к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Красноярскому краю и Управлению Федеральной налоговой службы по Красноярскому краю  о признании недействительным решений налоговых органов об исключении из ЕГРЮЛ ООО «Техлидер» и восстановлении записи в ЕГРЮЛ.

Ввиду отсутствия исполнения судебного решения со стороны ООО «Техлидер», АО «КЛМ Ко» принято решение о взыскании оставшейся суммы задолженности ООО «Техлидер», а также суммы начисленной неустойки за период с 12.10.2019 по 31.03.2021, с поручителя по ранее упомянутому договору поручительства № 329 – участника ООО «Техлидер» ФИО2

Центральным районным судом города Красноярска 10.11.2021 вынесено заочное решение по делу № 2-4696/2021, которым удовлетворены исковые требования АО «КЛМ Ко» о взыскании с ФИО2 денежных средств в размере 9 733 394 рублей 18 копеек.

ФИО2 25.03.2022 обратился в Центральный районный суд города Красноярска с заявлением об отмене заочного решения от 10.11.2021 по делу                                 № 2-4696/2021.

Заочное решение 28.04.2022 отменено, рассмотрение дела начато сначала, делу присвоен номер № 2-5238/2022 (2-409/2023).

Производство по делу № 2-5238/2022 (2-409/2023) приостановлено по ходатайству ФИО2 до рассмотрения Арбитражным судом Красноярского края дел № А33-13353/2022 и № А33-16729/2022.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 20.03.2023 по делу № А33-16729/2022 объединены в одно производство дела № А33-13353/2022 и № А33-16729/2022, новому делу присвоен номер А33-16729/2022.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 19.04.2023 по делу № А33-16729/2022, вступившим в законную силу, требования ФИО2 к АО «КЛМ Ко» об оспаривании сделок (уступки и зачета) оставлены без удовлетворения.

ФИО2 и ФИО4 (супруга истца) обратились в Центральный районный суд города Красноярска с исковым заявлением к АО «КЛМ Ко» о признании договора поручительства № 329 недействительным. Делу присвоен номер 2-5424/2023.

19.07.2023 АО «КЛМ Ко» обратилось в Центральный районный суд города Красноярска с заявлением о возобновлении производства по делу № 2-409/2023. Производство по делу возобновлено, дела № 2-409/2023 и № 2-5424/2023 объединены в одно производство.

Решением Центрального районного суда города Красноярска от 06.10.2023 по делу № 2- 409/2023 частично удовлетворены исковые требования АО «КЛМ Ко» к ФИО2 как поручителю, взыскано 6 112 369 рублей 91 копейка, договор поручительства признан действительным.

Ссылаясь на причинение ответчиком в результате его недобросовестных материальных убытков истцу в сумме 9 733 394 рубля 18 копеек, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из отсутствия причинно-следственной связи между действиями/бездействиями ответчика и предъявленными ко взысканию расходами истца.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Рассмотрев материалы настоящего дела, апелляционный суд признал обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что истец не доказал факт возникновения предъявленных к взысканию убытков в сумме 9 733 394 рублей 18 копеек не по его волеизъявлению, а являются прямым последствием неправомерных действий ответчика.

Правовое положение акционерного общества, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества регулируются Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах).

В силу статьи 71 Закона об акционерных обществах единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Пунктами 1 и 2 статьи 69 Закона об акционерных обществах установлено, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров.

К компетенции исполнительного органа общества относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров или совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества.

Согласно пункту 1 статьи 70 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3).

Как следует из пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума № 62) добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При этом, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 1 Постановления Пленума № 62 разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 вышеназванного постановления недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (подпункт 2 пункта 3 Постановления Пленума № 62).

В том числе руководитель несет ответственность по возмещению причиненных обществу убытков в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом (пункт 5 Постановления Пленума № 62).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановления Пленума № 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Таким образом, в силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Презюмируется пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей полнотой информации по сделкам, заключенным обществом в его лице, и по исполнению этих сделок.

Исходя из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7), учитывая объективную сложность получения прямых доказательств дачи обязательных для исполнения указаний контролирующим хозяйственное общество лицом, которое привлекается к ответственности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

Истец при обращении в суд первой инстанции по настоящему делу ссылался на факт того, что соглашение о зачете со стороны ООО «Техлидер» подписывал ФИО3 как директор общества, прекративший на тот момент полномочия директора.

В пунктах 119, 122 Постановления № 25 разъяснено, что по общему правилу, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, а контрагент юридического лица добросовестно полагался на сведения о его полномочиях, содержащиеся в ЕГРЮЛ, сделка, совершенная таким лицом с этим контрагентом, создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности для юридического лица с момента ее совершения (статьи 51 и 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), если только соответствующие данные не были включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сведения о ФИО3 как директоре общества внесены в ЕГРЮЛ.

Имея возможность и полномочия по смене директора в целях актуализации сведений, истец как участник общества таких действий не предпринял.

С момента принятия Центральным районным судом города Красноярска иска к ФИО2, то есть с апреля 2021 года, истец извещался о рассмотрении судебного спора в отношении него, следовательно, должен был знать о совершенной сделке об уступке прав требования.

ООО «Техлидер» исключено из ЕГРЮЛ, ФИО2 являлся единственным участником общества с 09.08.2017, соответственно мог и должен был знать о совершении обществом такой сделки.

Директор ООО «Техлидер» ФИО3 продолжал фактически осуществлять функции единоличного исполнительного органа общества и в 2020 и в 2021 году, после подачи им заявления от 06.05.2019 о недостоверности сведений о нем как о директоре общества, что подтверждается материалами настоящего дела, но истцом не предпринимались меры по устранению ответчика от управления обществом, что свидетельствует о фактическом одобрении совершаемых действий и фактического управления обществом.

Об этом, в частности, свидетельствует выдача ФИО3 03.06.2019 доверенности ФИО5 на представительство в деле № А33-25394/2019 (участие подтверждается протоколом судебного заседания от 18.09.2019), которая не была отозвана истцом. АО «КЛМ Ко» как контрагент, действуя добросовестно и руководствуясь сведениями, указанными в ЕГРЮЛ, не знало и не могло знать, что директором ООО «Техлидер» ФИО3 подано заявление о прекращении работы в качестве директора общества. Принимая во внимание дату указания на недостоверность сведений о директоре (15.05.2019), дату заключения договора уступки (12.08.2020), у истца было достаточно времени для назначения нового директора общества, поскольку он не мог не знать или должен был знать при необходимой осмотрительности (т.к. является единственным участником общества) о сложении ФИО3 полномочий.

Более того, ФИО2 обратился в суд с рассматриваемыми исковыми заявлениями лишь после того, как вследствие отсутствия исполнения судебного решения со стороны ООО «Техлидер» АО «КЛМ Ко» принято решение о взыскании оставшейся суммы задолженности ООО «Техлидер», а также суммы начисленной неустойки с поручителя по договору поручительства –  ФИО2

Согласно пунктам 2 и 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 72 Постановления № 25 заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. По существу указанные положения закрепляют принцип о запрете на противоречивое поведение (принцип эстоппель).

С учетом установленных обстоятельств, истец ФИО2 знал или должен был знать о совершении спорных сделок в силу статуса единственного участника общества.

Доказательств заключения соглашения о зачете на крайне невыгодных условиях истцом не представлено.

Установленные судом факты и сделанные выводы в решении от 19.04.2023 по делу № А33-16729/2022 не соответствуют доводам истца о том, что в решении по делу № А33-16729/2022 суд пришел к выводу о доказанности противоправности действий ФИО3, о существенном уменьшении финансовых активов и причинении ФИО2 убытков.

Сумма исковых требований по настоящему делу аналогична сумме заявленных ко взысканию АО «КЛМ Ко» с ФИО2 по делу № 2-409/2023.

Истец не обосновал взаимосвязь между взысканием АО «КЛМ Ко» задолженности по договору поставки и возникновением убытков у ФИО2 лично от действий ФИО3

Положения статьи 44 Закона об акционерных обществах, на которые ссылается истец, не предполагают возможность взыскания участником общества убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества, в свою пользу.

Истец обратился за взысканием убытков, которые, по его мнению, возникли в результате уступки прав требований, принадлежащих не ему лично, а иному лицу – ликвидированному ООО «Техлидер», которое с заявление о признании недействительно этой уступки не обращалось, о взыскании убытков не заявляло.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности истцом наличия условий для взыскания убытков с ответчика ввиду недобросовестности или неразумности поведения последнего, как следствие обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

С учетом изложенного обжалуемое решение является законным и обоснованным.

Иные доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 11 апреля 2024 года по делу № А33-23143/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бутина

Судьи:

 

А.О. Зуев

 

Н.А. Морозова