АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело №  А65-24948/2021

г. Казань

01 февраля 2022 года

Дата оглашения резолютивной части решения – 25 января 2022 года

Дата изготовления решения – 01 февраля 2022 года

Арбитражный суд Республики Татарстан 

в составе председательствующего судьи  Сотова А.С.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротоколировании секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

истца - некоммерческая организация "Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ответчику - обществу с ограниченной ответственностью "Ак таш", г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

при участии третьего лица – государственное казенное учреждение «Главное инвестиционно-строительное управление Республики Татарстан», г.Казань

об обязании устранить недостатки выполненных работ,

с участием представителей:

от истца  – ФИО2, по доверенности № 243 от 25.11.2021г., ФИО3 по доверенности от 10.01.2022г., (до перерыва), 

от ответчика  – ФИО4, по доверенности № 49 от 01.02.2021г., ФИО5, по доверенности №158 от 08.11.2021 г., (после перерыва)

от третьего лица  –ФИО6, по доверенности от 10.01.2022г.

УСТАНОВИЛ:

некоммерческая организация "Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан" (далее истец) обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Ак таш" (далее ответчик) об обязании устранить недостатки выполненных работ.

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора было привлечено государственное казенное учреждение «Главное инвестиционно-строительное управление Республики Татарстан».

В судебном заседании 13 января 2022г. объявлялся перерыв до    года. и до . часов 25 января 2022 г.

Истец исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик исковые требования не признал, пояснил, что истек срок давности по требованию об устранении недостатков, обязанность по устройству дренажной системы не может быть возложена на ответчика так как эти работы им не выполнялись и не были предусмотрены проектом.

Третье лицо полагало, что иск является обоснованным.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей лиц участвующих в деле, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, между истцом (инвестор-застройщик) и третьим лицом (технический заказчик) было заключено два договора об инвестиционной деятельности по строительству (созданию) многоквартирного жилого дома, по условиям которых третье лицо, действуя в интересах истца, по его поручению и за его счет, привлекает генподрядную организацию для строительства объекта – многоквартирного жилого дома.

Так, 02 августа 2013г. между истцом и третьим лицом был заключен договор об инвестиционной деятельности №492/Ф предметом которого являлось строительство объекта - «20-ти квартирный жилой дом №3 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» (т.1 л.д. 13-28) и договор об инвестиционной деятельности №493/Ф предметом которого являлось строительство объекта - «85-ти квартирный жилой дом №4 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» (т.1 л.д. 59-67).

Третье лицо (заказчик) для выполнения строительно-монтажных работ по строительству указанных выше объектов привлекло ответчика (подрядчик).

Так, 04 сентября 2013г. был заключен договор подряда №136-ГЖФ на строительство объекта - «20-ти квартирный жилой дом №3 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» (т.1 л.д. 29-34) и договор подряда №144-ГЖФ на строительство объекта - «85-ти квартирный жилой дом №4 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» (т.1 л.д. 68-73).

Ответчик предусмотренные договорами подряда работы выполнил, жилые многоквартирные дома были построены и введены в эксплуатацию.

В частности, 16 июля 2015г. было выдано разрешение на ввод в эксплуатацию объекта - «85-ти квартирный жилой дом №4 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» (т.1 л.д. 78-80) и 09 сентября 2015г. был введен в эксплуатацию объект - «20-ти квартирный жилой дом №3 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» (т.1 л.д. 38-40).

Кроме этого, по результатам строительства рассматриваемых объектов между истцом и третьим лицом 31 марта 2019г. были подписаны акты реализации заключенных между ними договоров инвестиционной деятельности.

Как следует из искового заявления, в ходе эксплуатации подземных паркингов, являющихся частью объектов капитального строительства – жилых домов, были выявлены недостатки выполненных ответчиком работ – протечки, препятствующие нормальной эксплуатации паркингов.

В целях выявления недостатков, определения причин их возникновения и способов устранения истец обратился к услугам общества с ограниченной ответственность «Экспертиза и мониторинг конструкций», специалисты которой произвели обследование технического состояния конструкций подземных паркингов рассматриваемых жилых домов, по результатам которых были составлены технические отчеты (т.1 л.д. 41-58, 81-102).

Истец обращался к ответчику с требованиями об устранении выявленных недостатков в порядке исполнения гарантийных обязательств, но ответчик от их устранения уклонился, в связи с чем истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением об обязании ответчика устранить недостатки выполненных работ в объеме и способами, предусмотренными техническими отчетами.

Исходя из содержания и условий рассматриваемых договоров об инвестиционной деятельности и договоров подряда, фактически сложившихся между его сторонами правоотношений и аналогичных правоотношений и судебной практикой, договоры строительного подряда с ответчиком заключены заказчиком (третьим лицом) от имени и в интересах инвестора-застройщика (истца), в связи с чем права и обязанности по договорам подряда возникают непосредственно между истцом и ответчиком и регулируются нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) о строительном подряде.

Факт выполнения ответчиком строительно-монтажных работ по строительству (созданию) рассматриваемых объектов лицами участвующими в деле не оспаривался и эти объекты был введены в эксплуатацию.

Согласно части 1 статьи 754 ГК РФ подрядчик несет ответственность перед заказчиком за допущенные отступления от требований, предусмотренных в технической документации и в обязательных для сторон строительных нормах и правилах, а также за недостижение указанных в технической документации показателей объекта строительства, в том числе таких, как производственная мощность предприятия. 

По смыслу части 1 и 2 статьи 755 ГК РФ подрядчик, если иное не предусмотрено договором строительного подряда, гарантирует достижение объектом строительства указанных в технической документации показателей и возможность эксплуатации объекта в соответствии с договором строительного подряда на протяжении гарантийного срока. 

При этом, подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами.

Как указывалось выше, в подтверждение наличия недостатков, причин их возникновения и способов устранения истец представил технические отчеты, составленные специалистами общества с ограниченной ответственность «Экспертиза и мониторинг конструкций».

Из представленных отчетов №088-2021-ТО.1 и №087-2021-ТО.1 следует, что в результате анализа проектной документации и полученных при обследовании данных были обнаружены следующие дефекты и отклонения: 

на объекте «20-ти квартирный жилой дом №3 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» на внутренних поверхностях стен и перекрытий подземного паркинга имеются следы протечек, локальные разрывы гидроизоляционного ковра «Технониколь ЭКП» в стыке плиты со стеной, гидроизоляционный ковер «Технониколь ЭКП» не заведен на вертикальную железобетонную стенку, горизонтальный экструдированный пенополистерол не доведен до вертикального утеплителя и мембрана Planter Standart не заведена на железобетонную плиту перекрытия;

на объекте «85-ти квартирный жилой дом №4 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» на внутренних поверхностях стен и перекрытий подземного паркинга имеются следы протечек, утеплитель «Технониколь XPS» не доведен до горизонтального утеплителя, гидроизоляционный ковер «Технониколь ЭКП» не заведен на вертикальную железобетонную стенку, локальные разрывы гидроизоляционного ковра «Технониколь ЭКП» в стыке плиты со стеной и мембрана Planter Standart не заведена на железобетонную плиту перекрытия.

Техническое состояние конструкций обоих паркингов оценено как ограниченно-работоспособное и для предотвращения  дальнейшего проникновения инфильтрационных вод в помещение подземных паркингов были разработаны рекомендации по устранению выявленных дефектов.

В частности, рекомендовано выполнить одно из следующих мероприятий: устройство гидроизоляции по периметру подземных паркингов согласно проектам лист 33, 92-2013-АС.1; устройство дренажной системы вдоль стен подземных паркингов указанных выше объектов для отвода инфильтрационных вод от строительных конструкций  подземных паркингов; обработка внутренних поверхностей стен подземных паркингов материалами системы «Пенетрон».

При этом, специалистами общества с ограниченной ответственность «Экспертиза и мониторинг конструкций» отмечено, что выявленные дефекты были допущены при возведении рассматриваемых объектов.

Таким образом, наличие строительных недостатков, то есть недостатков, допущенных при строительстве (возведении) рассматриваемых объектов, причины их образования и способы устранения подтверждаются указанными выше техническими отчетами.

Из обстоятельств дела следует, что ответчик является лицом, ответственным за качество выполненных при строительстве рассматриваемых объектов работ.

В соответствии с положениями части 1 статьи 65 АПК РФ обоснованные и мотивированные возражения на технические отчеты ответчик не представил¸ о проведении судебной строительно-технической экспертизы ответчик не заявлял и, таким образом, наличие выявленных недостатков (дефектов) и причины их появления не оспорил, в связи с чем суд принимает представленные истцом технические отчеты как надлежащие доказательства указанных обстоятельств и способов их устранения.

Возражая против иска ответчик ссылался на истечение гарантийных сроков. При этом, у истца и ответчика разный подход к исчислению этого срока (начала течения срока).

Так, пунктом 8.1. рассматриваемых договоров подряда, содержание которых в этой части идентично, предусмотрено, что подрядчик (ответчик) гарантирует достижение объектом строительства показателей и возможностей эксплуатации на протяжении гарантийного срока – 60 месяцев (5 лет), который исчисляется  с момента подписания между заказчиком (третье лицо) и инвестором-застройщиком (ответчик) акта реализации заключенных между ними инвестиционных договоров.

Пунктом 3.4. рассматриваемых договоров подряда предусмотрено, что срок передачи объектов строительства по акту реализации осуществляется в течении 10 календарных дней с момента получения разрешения на ввод объектов в эксплуатацию. Объект считается переданным от подрядчика (ответчика) заказчику (третье лицо) после подписания акта приемочной комиссии, получения инвестором-застройщиком (истцом) разрешения на ввод объекта в эксплуатацию и полписания акта реализации.

При этом, по смыслу рассматриваемых договоров подряда и договоров об инвестиционной деятельности, акт реализации является документом, составляемым и подписываемым исключительно между истцом (инвестор-застройщик) и заказчиком (третье лицо) и является документом, подтверждающим факт выполнения между сторонами договора об инвестиционной деятельности своих взаимных обязательств по этому договору и основанием для оплаты услуг заказчика.

В соответствии с пунктом 1.10 рассматриваемых договоров об инвестиционной деятельности, срок подписания акта реализации – не позднее 10 календарных дней со дня получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Из материалов дела видно, что 16 июля 2015г. было выдано разрешение на ввод в эксплуатацию объекта - «85-ти квартирный жилой дом №4 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» и 09 сентября 2015г. был введен в эксплуатацию объект - «20-ти квартирный жилой дом №3 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями», а акты реализации инвестиционных договоров были подписаны между истцом и третьим лицом лишь 31 марта 2019г., то есть спустя более 3,5 лет после ввода объектов в эксплуатацию.

Исходя из этого, ответчик исчисляет гарантийный период с даты ввода объектов в эксплуатацию с учетом срока, в течении которого должны были быть подписаны акты реализации (10 дней), а истец и третье лицо – с даты подписания между ними актов о реализации.

Применительно к рассматриваемому случаю суд находит подход истца и третьего лица к исчислению гарантийного периода необоснованным в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

По общему правилу установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить (статья 190 ГК РФ).

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 314 ГК РФ исчисление срока исполнения обязательства допускается в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.

Подобным же образом, в силу статьи 327.1. ГК РФ, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в ответе на вопрос 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, условие договора субподряда о том, что срок оплаты выполненных субподрядчиком строительных работ исчисляется с момента сдачи генеральным подрядчиком результата этих работ заказчику по договору или с момента получения генеральным подрядчиком оплаты от заказчика не противоречит положениям статей 190, пункта 1 статьи 314, 327.1, 711, 746 ГК РФ.

Из разъяснений, данных в пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020, следует, что по общему правилу, условие о наступлении срока исполнения обязанности по оплате встречного предоставления с момента наступления обстоятельства, относительно которого неизвестно наступит оно или нет, является действительным. При этом указанный момент считается наступившим по истечении разумного срока, в который данное обстоятельство должно было наступить, если иной срок не установлен законом, иным правовым актом или договором.

В рассматриваемом случае условиями пункта 8.1. договоров подряда начало течения гарантийного срока поставлено в зависимость от подписания истцом и третьим лицом акта реализации договора об инвестиционной деятельности, что само по себе не противоречат вышеуказанным нормам.

Однако при этом следует учитывать разъяснения, содержащиеся в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 54 от 22.11.2016 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», о защите прав стороны обязательства, начало течения срока исполнения которого обусловлено наступлением определенных обстоятельств, предусмотренных договором.

По смыслу части 1 статьи 314, статьи 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока - в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статьи 328 и 406 ГК РФ).

Если наступлению обстоятельства, с которым связано начало течения срока исполнения обязательства, недобросовестно воспрепятствовала или содействовала сторона, которой наступление или ненаступление этого обстоятельства невыгодно, то по требованию добросовестной стороны это обстоятельство может быть признано соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 1 статьи 6, статья 157 ГК РФ).

В пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что последствия недобросовестных действий (бездействия) стороны сделки, способствовавших наступлению или ненаступлению условия, установлены пунктом 3 статьи 157 ГК РФ.

Если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условия невыгодно, то условие признается наступившим. Если наступлению условия недобросовестно содействовала сторона, которой наступление условия выгодно, то условие признается ненаступившим.

По смыслу части 3 статьи 157 ГК РФ не запрещено заключение сделки под отменительным или отлагательным условием, наступление которого зависит в том числе и от поведения стороны сделки (например, заключение договора поставки под отлагательным условием о предоставлении банковской гарантии, обеспечивающей исполнение обязательств покупателя по оплате товара; заключение договора аренды вновь построенного здания под отлагательным условием о регистрации на него права собственности арендодателя).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 от 25.12.2018 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Таким образом, необходимость наступления рассматриваемого события  - подписания истцом и третьим лицом акта реализации договора об инвестиционной деятельности, ограничена разумным сроком, после истечения которого событие считается наступившим.

Следует также учесть, что защита интересов другой стороны договора, не имеющей возможности контролировать обстоятельство, от которого зависит срок исполнения обязанности его контрагента, осуществляется иным образом, а именно через механизм фикции наступления или ненаступления определенного обстоятельства, чему намеренно способствовала сторона, которой это выгодно (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 157 ГК РФ).

В таком случае, если одна из сторон обязательства в обоснование отсутствия своей обязанности недобросовестно ссылается на выгодное для нее ненаступление обстоятельства, находящегося полностью или частично в сфере ее контроля, при истечении разумного и обычного для наступления такого рода обстоятельств срока суд вправе в соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ счесть такую обязанность наступившей.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности.

Таким поведением, в частности, является поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно на них полагалась.

Положения статьи 327.1 ГК РФ предусматривают возможность обусловить исполнение обязательства совершением определенных действий одной из сторон такого обязательства, в том числе полностью зависящих от волеизъявления одной из сторон, но предполагают надлежащее исполнение такой стороной своих обязанностей.

Следовательно, при согласовании сторонами в договоре такого условия, исполнение обязательства стороны не должно ставиться в зависимость от неисполнения (ненадлежащего исполнения) контрагентом стороны договора своих обязательств, поскольку в таком случае данный правовой институт может быть использован как инструмент для злоупотребления правом и бессрочного неисполнения обязательства, что, по сути, превращает возмездный договор в безвозмездный.

В рассматриваемом случае учитывая, что ответчик предусмотренные договорами подряда работы выполнил в полном объеме и результат этих работ принят и имеет потребительскую ценность – объекты строительства эксплуатируются, принимая во внимание, что ответчик и третье лицо должны были подписать акты реализации договоров об инвестиционной деятельности не позднее 10 календарных дней со дня получения разрешений на ввод объектов в эксплуатацию, однако акты реализации договоров об инвестиционной деятельности фактически были подписаны только 31 марта 2019г., то есть спустя более 3,5 лет после ввода объектов в эксплуатацию, при этом доказательств, что подписание этих актов препятствовало поведение (действие или бездействие) ответчика не представлено, а истец предпринимал все действия по подписанию актов реализации в установленный договором об инвестиционной деятельности срок, суд считает необходимым исчислять начало течения гарантийного срока именно по истечении 10 календарных дней с момента получения соответствующего разрешения на ввод объектов в эксплуатацию.

Так, 16 июля 2015г. было выдано разрешение на ввод в эксплуатацию объекта - «85-ти квартирный жилой дом №4 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями», следовательно, акт реализации должен был быть подписан не позже 27 июля 2015г., а гарантийный срок эксплуатации этого объекта истек 27 июля 2020г.

09 сентября 2015г. был введен в эксплуатацию объект - «20-ти квартирный жилой дом №3 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями», а акты реализации инвестиционных договоров между истцом и третьим лицом должен был подписываться не позже 21 сентября 2015г. и, следовательно, гарантийный срок истек 21 сентября 2020г.

Однако, судом также учитывается следующее.

По смыслу части 1 и 3 статьи 754 ГК РФ если договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работ сделано в пределах гарантийного срока, течение срока исковой давности начинается со дня заявления о недостатках и составляет, в отношении зданий и сооружений, три года.

Из материалов дела следует, что претензии по качеству выполненных работ ответчику направлялись в период гарантийного срока, а потому срок исковой давности, на который ссылался ответчик, на момент предъявления иска (05.10.2021г.) истцом не пропущен.

В частности, первое письмо, содержащее претензии к качеству выполненных работ и предложение по осмотру подземных паркингов, адресовано истцом ответчику исх.№3254 от 16 апреля 2019г., затем исх.№4541 от 28 мая 2019г. и вся дальнейшая деловая переписка сторон (т.1 л.д. 105-107, 108-110, 114, 115-116, 118-122, 123-125, 130, 133, 134, 138, 141, 144-167).

Пунктом 8.4. рассматриваемых договоров подряда предусмотрено, что если в период гарантийной эксплуатации объектов обнаружатся дефекты, препятствующие их нормальной эксплуатации, то подрядчик (ответчик) обязан устранить эти недостатки за свой счет и в согласованные с заказчиком сроки.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт наличия недостатков в выполненных ответчиком работах, выявлены они были в период гарантийной эксплуатации объектов, препятствуют их нормальной эксплуатации и требуют устранения.

При этом, как разъяснено в пункте 12 и 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  №51 от 24 января 2000г. наличие акта приемки выполненных работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить возражения относительно объема и стоимости выполненных работ или оспаривать качество выполненных работ, принятых им по двухстороннему акту.

Частью 1 статьи 723 ГК РФ установлено, что в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок, или соразмерного уменьшения установленной за работу цены, или возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда.

В рассматриваемом случае истец, как заказчик, реализовал свое право и требует от ответчика безвозмездного устранения недостатков выполненных им работ, способом, как это предусмотрено техническими отчетами.

Как указывалось выше, из представленных технических отчетов №088-2021-ТО.1 и №087-2021-ТО.1 следует, что для предотвращения дальнейшего проникновения инфильтрационных вод в помещение подземных паркингов были разработаны рекомендации по устранению выявленных дефектов.

В частности, рекомендовано выполнить одно из следующих мероприятий: устройство гидроизоляции по периметру подземных паркингов согласно проектам лист 33, 92-2013-АС.1; устройство дренажной системы вдоль стен подземных паркингов указанных выше объектов для отвода инфильтрационных вод от строительных конструкций  подземных паркингов; обработка внутренних поверхностей стен подземных паркингов материалами системы «Пенетрон».

Поскольку иные варианты (способы) устранения выявленных недостатков ответчиком не предложены, суд исходит из вариантов, предложенных истцом.

При этом, доводы ответчика о том, что им не выполнялись работы по устройству дренажной системы суд находит необоснованными, поскольку в технических отчетах эти работы предложены как варианты устранения недостатков работ.

При таких обстоятельствах, исковое требование подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина по иску относится на ответчика и подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

В связи с изложенным, руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л :

иск удовлетворить.

Обязать общество с ограниченной ответственностью "Ак таш", г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в течении 30 рабочих дней с момента вступления настоящего решения в законную силу безвозмездно устранить недостатки выполненных работ по договору №136-ГЖФ от 04 сентября 2013г. на объекте «20-ти квартирный жилой дом №3 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» и по договору №144-ГЖФ от 04 сентября 2013г. на объекте «85-ти квартирный жилой дом №4 с нежилыми помещениями и подземной автостоянкой в квартале №1 для сотрудников ТОИЦ «Иннополис» с наружными инженерными сетями» путем выполнения:

устройства гидроизоляции по периметру подземных паркингов указанных выше объектов согласно проектам лист 33, 92-2013-АС.1;

устройства дренажной системы вдоль стен подземных паркингов указанных выше объектов для отвода инфильтрационных вод от строительных конструкций  подземных паркингов;

обработки внутренних поверхностей стен подземных паркингов указанных выше объектов материалами системы «Пенетрон».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Ак таш", г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу некоммерческой организации "Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 6 000 рублей.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

 

Председательствующий судьяА.С. Сотов