ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А62-7141/2017

                                                                      20АП-1894/2022

Резолютивная часть постановления объявлена    20.04.2022 

Постановление изготовлено в полном объеме     25.04.2022 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  судьи Тучковой О.Г., судей Афанасьевой Е.И., Волковой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 14.11.2020), от ФИО4 – представителя ФИО5 (доверенность от 10.01.2021), в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Смоленской области от 11.02.2021 по делу № А62-7141/2017 (судья Ковалев А.В.),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Смоленской области от 26.02.2018  в отношении должника общества с ограниченной ответственностью «Паркотель» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО6.

Сообщение опубликовано в официальном издании, определенном Правительством Российской Федерации (газета «Коммерсантъ») в соответствии с ч. 1 ст. 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» 22.02.2018, номер сообщения 77032531116, включено в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве 21.02.2018 года, сообщение номер 2476982.

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 24.09.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Паркотель» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден член саморегулируемой организации - ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий» ФИО7.

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ», сообщение № 77033146654, включено в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве 01.10.2019, сообщение № 4223360.

Конкурсный управляющий должника ФИО7 23.09.2020 обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавшего должника лица - ФИО2, по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве, ссылаясь на ненадлежащее ведение бухгалтерского учёта, непринятие мер по обеспечению сохранности имущества должника, не передачу конкурсному управляющему документов, позволяющих осуществить формирование конкурсной массы, непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности (с учётом уточнения).

Определением суда от 11.02.2021 заявление удовлетворено. С бывшего руководителя должника - ФИО2 в пользу конкурсной массы должника взысканы убытки в размере 14 806 011 руб. 50 коп.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 11.02.2021, принять по делу новый судебный акт.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения представителей лиц, участвовавших в деле, явившихся в судебное заседание, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В силу части 4 статьи 3 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действия закона распространяются на отношения, возникшие до введения в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Статья 10 Закона о банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, утратила силу в связи с принятием Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон                                        «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ                      «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»                (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона).

В части применения норм материального и процессуального права при рассмотрении настоящего заявления суд области правомерно применил разъяснения пункта 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137                              «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которому процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления в силу Закона независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. При этом дела о привлечении к субсидиарной ответственности, возбужденные вне рамок дела о банкротства до дня вступления в силу Закона, и после этой даты подлежат рассмотрению в соответствии с процессуальными нормами законодательства о банкротстве, действовавшими до этой даты.

Положения Закона о банкротстве в новой редакции о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу изменений. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу соответствующих изменений, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило 04.02.2021, то есть подлежит рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве (в части применения процессуальных положений), с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

С настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности обратился конкурсный управляющий должником, в пределах предусмотренных законом полномочий.

В силу разъяснений пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Приведенные выше разъяснения относятся к вопросам отправления правосудия, в отношении заявления подлежат применению нормы процессуального права об ответственности контролирующих должника лиц в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, следовательно, подлежат применению судом.

Оценив доводы конкурсного управляющего, приведенные в заявлении о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, учитывая те хозяйствующие операции, принятие которых вменяется ответчику как необоснованные, суд квалифицирует заявление конкурсного управляющего как заявление о взыскании с ответчика убытков.

В пункте 53 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если заявитель утверждает, что ответчик действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Общими основаниями ответственности, установленными правилами статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего:

факт причинения вреда;

вину причинителя вреда и неправомерность его действий (бездействия);

причинную связь между неправомерными действиями и наступившими последствиями;

размер убытков.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц общество с ограниченной ответственностью «Паркотель» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.08.20212, в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись. Основной вид деятельности организации: деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания.

В период с 19.04.2014 по 29.07.2019 директором должника - общества с ограниченной ответственностью «Паркотель» являлась ФИО2.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.11                  «О бухгалтерском учете» организация ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возлагается на руководителя.

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» предусмотрено, что все хозяйственные операции, проводимые юридическим лицом, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 17 Федерального закона «О бухгалтерском учете» юридические лица обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет, при этом ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель.

Норма права, устанавливающая субсидиарную ответственность контролирующих должника лиц, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности ( пункт 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей для целей защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, об исполнении обязательств, о возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания подозрительных сделок должника.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

В обоснование наличия оснований привлечения бывшего директора ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал следующее.

В оборотно-сальдовой ведомости по счету 08.4 «Объекты внеоборотных активов» отражено объектов внеоборотных активов на сумму 3 363 423,94 руб. без НДС, из них: 1) в соответствии с приказом от 05.06.2019 № 1, актом списания от 03.06.2019  № 1  ФИО2 объекты внеоборотных активов со счета «08.4» отнесены на счет «01» (увеличена первоначальная стоимость основного средства «клуб-столовая»): 

вентиляционная установка ANR6L/K1/P1/N4.23/V1.0.P40.R4*30, приобретенная по универсальному передаточному документу № КФ15-000564 от 22.01.2015 на сумму                   208 470 руб., в т.ч. НДС; Вентиляционная установка, приобретенная по универсальному передаточному документу № КФ15-000565 от 22.01.2015 на сумму 228 000 руб., в т.ч. НДС.

газовый котел Аристон CLAS B 30 FF HMO EE 3665102, приобретенный по товарной накладной от 18.09.2014 № 4810 на сумму 59 700 руб., в т.ч. НДС.

объекты внеоборотных активов, приобретенные 21.11.2014 на сумму                                141 567 руб. 31 коп., в т.ч. НДС (зеркала).

объекты внеоборотных активов, приобретенные 21.11.2014 на сумму 2 174 244 руб. 67 коп., в т.ч. НДС (мебель), а также приобретенные по товарной накладной от 04.02.2015 № 11 на сумму 40 634 руб. 57 коп., в т.ч. НДС (мебель).

По мнению конкурсного управляющего, при инвентаризации визуально не обнаружено указанных объектов.

Однако в ходе судебного разбирательства установлено и сторонами по делу не оспаривалось, что при инвентаризации клуба-столовой была обнаружена система вентиляции. Каких-либо доказательств не соответствия имеющейся системы вентиляции и отражённой в оборотно-сальдовой ведомости конкурсным управляющим не представлено.

Возражения ответчика в части остального имущества (газовых котлов, зеркал, мебели) сводятся либо к указанию на недобросовестность предыдущих руководителей должника, либо на приобретение им за счет личных средств, в собственность должника и постановкой на баланс аналогичного имущества.

Однако документов (накладных) по приобретению, в том числе по оплате за счет личных средств имущества на сумму 2 020 194 руб. 27 коп. ФИО2 в материалы дела не представила, данное обстоятельство не позволяет сделать выводы о возмещении ФИО2 утраченного имущества и равноценности такого замещения.

Более того, в части имущества, на которое сослалась ФИО2 конкурсному управляющему, представлены документы о принадлежности его третьему лицу - ООО «Рестотель-М».

Таким образом, непринятия мер по обеспечению сохранности имущества должника привело к невозможности пополнения конкурсной массы в размере 2 396 146 руб. 55 коп.

Кроме того, как следует из материалов дела по товарной накладной от 11.09.2013 № 444 приобретено 130 комплектов материальных ценностей (унитазы подвесные и инсталляции унитаза с кнопкой) на общую сумму 1 742 000 руб.

В ходе проведения инвентаризации унитазов подвесных на сумму 806 000 руб., в т.ч. НДС, не обнаружено, а использование установленных инсталяций невозможно за отсутствием части комплекта.

Переданные конкурсному управляющему дубликат товарной накладной от 15.10.2014 № 101 на возврат ООО «Паркотель» ИП ФИО8 (ИНН 

<

***>) 130 шт. унитазов подвесных на сумму 683 050 руб. 85 коп. без НДС., а также дубликат товарной накладной от 16.10.2014 № 511/026 на поставку ООО «Паркотель» ИП ФИО8 (ИНН 

<

***>) полотенцесушителей на сумму                                683 050 руб. 85 коп. без НДС, не могут служить доказательством надлежащего исполнения своих обязанностей ФИО2 Отсутствие надлежащего отражения в бухгалтерском учёте замены одних материальных ценностей на другие, а также отсутствие надлежаще оформленных договоров, товарных накладных, актов приёма- передачи, актов выполненных работ указывает на недобросовестное исполнение       ФИО2 обязанности по ведению бухгалтерского учёта.

В соответствии с базой 1-С бухгалтерия, переданной конкурсному управляющему, материалов приобретено и отражено на счете 10 «Материалы» на сумму                                   34 554 471 руб. 09 коп., накладных передано на сумму 28 235 303 руб. 55 коп.                               (32 455 642 руб. 53 коп. по списку накладных с выделенным НДС - 4 220 338 руб. 98 коп. приобретенная котельная, отраженная на счете 08). По акту приема-передачи документации ООО «Паркотель» от 05.11.2020 конкурсному управляющему представителем ФИО2 переданы: счета-фактуры на основные средства, которые отражены по счету 01 «Основные средства», и не являются предметом спора в части их непередачи; счета-фактуры на приобретенное оборудование на сумму 145 298 руб.

Таким образом, ФИО2 конкурсному управляющему не представлено первичных документов (накладные, счета-фактуры) на сумму 6 173 869 руб. 55 коп.                     (34 554 471 руб.  09 коп. - 28 235 303 руб. 55 коп. - 145 298 руб.).

Отсутствие таких документов не позволяет определить состав приобретённых материалов, а также идентифицировать их с целью дальнейшего учёта.

Объективных причин, указывающих на отсутствие таких документов или на невозможность их передачи конкурсному управляющему, ответчиком не приведено.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ответственность по данному основанию наступает не только за утрату документов, но и за отсутствие или недостоверность данных в них.

В данном случае в результате ненадлежащего исполнения ФИО2 своих обязанностей по ведению бухгалтерского учёта, по оформлению и хранению документов привело к невозможности пополнения конкурсной массы в размере                                                      7 915 869 руб. 55 коп. (1 742 000 руб. + 6 173 869 руб. 55 коп.).

В соответствии с бухгалтерским балансом на 31.12.2018 дебиторская задолженность составляла 5 363 000 руб.

Согласно переданной ФИО2 оборотно-сальдовой ведомости счета 62 «Покупатели и заказчики» у должника имеется ряд дебиторов.

Так, согласно переданной базе 1-С видно выбытие 4 объектов недвижимости, которые были реализованы директором ФИО9 по договорам купли-продажи. Денежные средства были получены ФИО9, однако ни в кассу, ни на расчетный счет должника денежные средства внесены не были.

Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии по Смоленской области по запросу конкурсному управляющему 27.05.2021 представлены материалы регистрационного дела по сделкам: договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 67:18:0020201:1669, с расположенным на нем жилым домом, общ.пл.159 кв.м., инв.№ 66:244:002:000072390, с условным № 67:01:2004:80:145; договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 67:18:0020201:1670, с расположенным на нем жилым домом, общ.пл.975 кв.м., инв.№ 66:244:002:000072390, с условным № 67:01:2004:80:136.

Однако документы об оплате договоров (квитанции, платёжные поручения, расписки, иные документы, свидетельствующие о получении руководителем денежных средств) в материалах отсутствуют.

Судом учтено, что в обособленных спорах в деле о банкротстве находится 1С база за период финансово-хозяйственной деятельности должника с 2012 года по 2016 года, в которой по указанным договорам купли-продажи отражена дебиторская задолженность ФИО10. При этом, в 1-С базе за период финансово-хозяйственной деятельности должника с 2012 года по 2019 года, преданной конкурсному управляющему, дебитор ФИО10 по обязательству на сумму 3 395 669 руб. 95 коп. заменена на ФИО9

Как пояснил в судебном заседании представитель ФИО2, замена дебитора внесена ФИО2, занимавшей с 17.09.2014 должность руководителя организации, в связи с отсутствием надлежаще оформленных документов по оплате договоров купли-продажи и наличием в договорах указания на получение денежных средств ФИО9

При этом каких-либо документов, на основании которых произведена смена дебитора по обязательству на сумму 3 395 669 руб. 95 коп., конкурсному управляющему и в материалы дела не представлено.

Первичными документами, отражающими кассовые операции - поступление и расходование денежных средств, в соответствии с пунктами 3.1, 4.1. «Положения о порядке ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России на территории Российской Федерации», утверждённого Банком России 12.10.2011 №373-П, действовавшего в период заключения договоров, являются приходные кассовые ордера, расходные кассовые ордера, расчётно-платёжные и платёжные ведомости.

Согласно пункту 5.1 названного положения для учёта поступающих в кассу наличных денежных средств и выдаваемых из кассы ведётся кассовая книга.

В соответствии с пунктом 5.2 названного положения записи в кассовой книге осуществляются по каждому приходному и расходному кассовому ордеру.

Таким образом, в случае оплаты ФИО10 приобретённых объектов недвижимости путём внесения наличных денежных средств в кассу ООО «ПаркОтель» лицо, исполнявшее обязанности кассира, должно было оформить приходный кассовый ордер в подтверждении получения от ФИО10 денежных средств, после чего отразить данную операцию по внесению в кассу наличных денежных средств, в кассовой книге.

Однако среди бухгалтерских документов, переданных конкурсному управляющему бывшим директором должника ФИО2, кассовые книги и приходные кассовые ордера отсутствовали, что не даёт оснований утверждать не только о получении денежных средств от ФИО10 за реализованные объекты недвижимости ФИО9, но и каким-либо иным работником или представителем ООО «ПаркОтель».

Более того, наличие в бухгалтерском учёте сведений о задолженности ФИО9 перед ООО «ПаркОтель» в случае поступления денежных средств в кассу организации от ФИО10, могло иметь место только в случае выдачи их из кассы в подотчёт                ФИО9, и, как следствие этого, отражение данного факт хозяйственной жизни в соответствии с Планом счетов бухгалтерского учёта по счёту №71 «Расчёт с подотчётными лицами».

Первичные документы бухгалтерского учёта о выдаче ФИО9 из кассы ООО «ПаркОтель» денежных средств, полученных от реализации объектов недвижимости ФИО10, а также соответствующие регистры бухгалтерского учёта, отражающие данный факт конкурсному управляющему ФИО2 не переданы.

С учётом изложенного, при отсутствии каких-либо первичных учётных документов, запись в регистре бухгалтерского учёта ООО «ПаркОтель» в оборотносальдовой ведомости по счёту №62 «Расчёты с покупателями и заказчиками», переданной ФИО2, о наличии дебиторской, задолженности ФИО9 не может сама по себе подтверждать существование указанного факта хозяйственной жизни и представляет собой отражение притворного объекта бухгалтерского учёта.

Доводы кредитора о непередаче ФИО9 ФИО2 первичных документов, подтверждающих затраты в размере 6 137 8969 руб. 55 коп., которые связаны с оказанием коммунальных услуг жильцам вышеуказанных домов, также не подтверждены надлежащими доказательствами.

Договоры купли-продажи заключены 30.07.2013, имущество по указанным договорам передано по актам приема-передачи 30.07.2013 ФИО2 занимала должность руководителя организации с 17.09.2014, т.е. у ФИО2 имелось достаточно времени для принятия всех мер по взысканию дебиторской задолженности. Обратное свидетельствует о том, что поведение директора не соответствует обычаям делового оборота, а деятельность общества осуществлялась не в интересах кредиторов. Действуя добросовестно и разумно, руководитель организации должен был понимать, что дебитор может получить защиту против иска о взыскании с него задолженности путем применения исковой давности, в связи с этим принять достаточные меры для обращения в суд за защитой прав возглавляемого им юридического лица в пределах срока исковой давности.

Указанное привело к невозможности пополнения конкурсной массы на сумму                 3 395 669 руб. 95 коп.

Не передача конкурсному управляющему вышеуказанных первичных документов, в т.ч. документов, на основании которых произведена смена дебитора по обязательству в бухгалтерских регистрах ОСВ по счету 62 «Покупатели и заказчики», направлена на сокрытие информации о дебиторе организации-должника ФИО10

На момент введения в отношении должника наблюдения перед должником имелась задолженность ООО «Фантазия Плюс» в общей сумме 270 000 руб., возникшая в период с апреля 2016 года по 30.06.2018.

ФИО2 25.11.2021в судебное заседание был представлен приказ №8 от 29.09.2019 в соответствии с которым кредиторская задолженность ООО «Фантазия Плюс» перед должником на сумму 270 000 руб. была погашена путём зачёта встречного однородного требования ООО «Фантазия Плюс» к должнику, по оплате поставленной в 2016 году ООО «Фантазия Плюс» в адрес должника асфальтовой крошке стоимостью                270 000 руб. объёмом 300 м3.

Однако документов, подтверждающих факт поставки должнику ООО «Фантазия Плюс» асфальтовой крошки на сумму 270 000 руб. ФИО2 не представлено, что не позволяет сделать выводы о равноценности замещения обязательства указанным имуществом.

Аналогичная ситуация сложилась по взысканию задолженности ООО «Дэнком». Как указала ФИО2, задолженность ООО «Дэнком» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) нереальна к взысканию, поскольку организация ликвидирована 28.08.2017. Однако каких-либо доказательств о принимавшихся мерах по установлению размера и основания задолженности, а также по её взысканию ФИО2 в материалы дела не представлено.

В связи с изложенным, непринятия мер ФИО2 по взысканию дебиторской задолженности с ООО «Дэнком» и ООО «Фантазия Плюс» в связи с истечением сроков исковой давности привело к невозможности пополнения конкурсной массы на сумму     300 000 руб. и 270 000 руб. соответственно.

Первичные документы: договоры, акты выполненных работ, расчеты, по имеющейся дебиторской задолженности физических лиц в размере 171 888 руб. 77 коп. конкурсному управляющему также не передавались.

Из пояснений ФИО2 следует, что числящая на балансе задолженность физических лиц перед должником - это задолженность за коммунальные услуги жильцов реализованных ФИО10 по договорам купли-продажи жилых домов. Данная задолженность образовалась по состоянию на 01.08.2013, то есть более чем за два года до назначения ФИО2 директором. Документы, подтверждающие эту задолженность, ФИО2 не передавались.

Однако ФИО2 занимала должность руководителя организации с 17.09.2014, таким образом, у неё имелось достаточно времени для принятия необходимых мер по взысканию как дебиторской задолженности, так и истребованию документов с бывшего руководителя должника.

После вступления в должность разумный и добросовестный директор примет все необходимые меры для получения документов. В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума ВС от 21.12.2017 № 53 ссылка директора на непередачу ему документов предыдущим руководителем не является основанием для освобождения от ответственности. Директор должен доказать, что совершил действия по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по ее восстановлению. Ведение деятельности без документов свидетельствует о том, что поведение директора не соответствует обычаям делового оборота, а деятельность общества осуществлялась не в интересах кредиторов.

Согласно оборотно-сальдовой ведомости, переданной ФИО2 конкурсному управляющему по счёту бухгалтерского учёта №60.2 перед должником числится задолженность в общем размере 356 436 руб. 67 коп. десяти контрагентов.

Первичные документы (договора, акты, накладные, счета-фактуры) по дебиторской задолженности, отраженой по счету 60.2 «Расчеты по авансам выданным», конкурсному управляющему не переданы по дебиторам ИП ФИО11, ООО «Регион Инвест», в части остальных дебиторов директором не предпринималось мер по взысканию дебиторской задолженности, в связи с этим сроки исковой давности истекли еще до введения процедуры конкурсного производства. Однако задолженность была реальна ко взысканию в пределах срока исковой давности временным управляющим, но                  ФИО2 не представила ему сведений о дебиторской задолженности, лишив его возможности пополнить конкурсную массу. В части дебиторов: ООО «Капсель», ООО «Лесоторговая база», ООО «Смоленскстроймаркет» не имеется операций по расчетному счету. Конкурсному управляющему не представлено платежных поручений оплаты авансов указанным дебиторам.

С учётом того, что ФИО2 занимала должность руководителя организации с 17.09.2014 г., т.е. у неё имелось достаточно времени для принятия всех мер по взысканию дебиторской задолженности.

Отсутствие необходимой информации об имущественных правах и обязанностях должника не позволяет конкурсному управляющему в полной мере осуществить действия по формированию конкурсной массы и удовлетворению всех требований кредиторов общества.

Не принятие мер по обеспечению сохранности имущества должника, не передача конкурсному управляющему документов, позволяющих в полной мере осуществить действия по формированию конкурсной массы, а также не принятие мер по своевременному взысканию дебиторской задолженности, привело к невозможности пополнения конкурсной массы в общем размере 14 806 011 руб. 50 коп.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в              статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно - следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой - однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Исходя из разъяснений пункта 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017             № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Обязанность юридического лица по составлению, ведению и хранению первичных учетных документов предусмотрена Федеральными законами от 06.12.11 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" и от 08.02.1998 № 50 "Об обществах с ограниченной ответственностью", в соответствии с положениями которых ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации.

Таким образом, законодательством предусмотрена как обязанность ведения, хранения документации, так и ее передачи - при смене руководителя.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о доказанности наличия предусмотренных пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 в связи с ненадлежащим ведением бухгалтерского учёта и непередачей ею управляющему необходимой для ведения процедуры банкротства и формирования конкурсной массы финансово-хозяйственной документации должника.

Так, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 06.08.18 № 308-ЭС17-6757 (2,3).

Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают, в том числе положения статьи 1064 ГК РФ. Соответствующий правовой подход нашел свое подтверждение в п. п. 2, 6, 15, 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53.

Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно, по сути, опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика - пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 названного Закона), правила об исковой давности и т.д.

Вместе с тем, в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ. Именно поэтому, в числе прочего, Пленум ВС РФ исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53). Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том, что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункт 1 статьи 394 ГК РФ).

Аналогичный правовой подход отражен в определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 03.07.20 № 305-ЭС19-17007(2) по делу № А40- 203647/2015.

Согласно положениям статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу правового регулирования, закрепленного в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", единоличный исполнительный орган общества, при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Исходя из разъяснений пункта 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017               № 53, если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям. При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 закона N 127-ФЗ), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Согласно абзацу четвертому пункта 20 постановления Пленума ВС от 21.12.2017  № 53, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133, 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений, разъяснений и обстоятельств дела, суд области пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к ответственности в размере убытков, причиненных ею должнику.

Возражения представителя ФИО2 о необходимости исключения из размера ответственности НДС, включённого в стоимость утраченного имущества, а также на невозможность привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с наличием корпоративного конфликта, судом области обоснованно отклонены, поскольку не основаны на нормах закона, а приведённая судебная практика содержит иные обстоятельства.

При таких обстоятельствах суд области правомерно удовлетворил заявленное требование.

Апелляционная жалоба мотивирована несогласием с выводами суда первой инстанции. По мнению апеллянта, суд первой инстанции не полностью выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применил нормы материального и процессуального права. Считает, что оснований для привлечения ФИО2 к ответственности за необеспечение сохранности зеркал не имелось. Указывает, что документов, подтверждающих приобретение духового шкафа с пароваркой, ООО «Рестотель-М» в материалы дела не представлено. Возражает против выводов суда о том, что ненадлежащее исполнение ФИО2 своих обязанностей по ведению бухгалтерского учёта, по оформлению и хранению документов привело к невозможности пополнения конкурсной массы в размере 7 915 869 руб. 55 коп. Полагает, что отсутствовали также основания для взыскания с ФИО2 убытков за непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности, не передачи документов, подтверждающих данную задолженность. По мнению апеллянта, доказательства, подтверждающие наличие прямого действительного ущерба, в материалах дела отсутствуют. Настаивает на том, что ФИО2 как лицо, контролирующее должника, действовала разумно и добросовестно.

Доводы жалобы апелляционной коллегией рассмотрены и отклонены, поскольку они основаны на ошибочной оценке фактических обстоятельств дела и неверном толковании действующего законодательства, регулирующего спорные вопросы применительно к установленным судом обстоятельствам.

Доводы жалобы о том, что зеркала относятся к хрупким предметам, в связи с этим их бой в процессе хозяйственной деятельности является естественным процессом, не могут быть приняты во внимание в связи следующим.

Данные обстоятельства не могут сами по себе освобождать ФИО2 от ответственности за возмещение ущерба, причинённого имуществу должника, учитывая, что утраченные зеркала являлись дорогостоящим имуществом, с учётом этого при их хранении добросовестным руководителем должны были быть предприняты особые меры предосторожности.

Кроме того, приказ о списании зеркал в связи с боем, подписанный самой  ФИО2 был предоставлен только в ноябре 2021года, спустя более чем год с даты подачи заявления в отношении ФИО2, а их утрата не была отражена в регистрах бухгалтерского учёта, переданных конкурсному управляющему ранее, что ставит под обоснованное сомнение указанные обстоятельства.|

Учитывая, что организация так и не приступила к осуществлению хозяйственной деятельности по оказанию гостиничных услуг, то доводы о использовании зеркал в хозяйственной деятельности не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Изготовление ФИО2 в ноябре 2021 года акта списания №3, датированного 03.06.2019, не может само по себе устранять её ответственность за нанесение ущерба обществу.

Доводы жалобы о том, что мебель на сумму 2 174 244 руб. 67 коп. и                                       40 634 руб. 57 коп. была вывезена участником общества ФИО9, не подтверждены доказательствами.

Представленный ФИО2 в ноябре 2021 года приказ от 29 .07.2019 №7, которым на баланс общества в счёт утраченной мебели было поставлено якобы принадлежащее ФИО2 имущество на сумму 2 020 194 руб. 27 коп., не может быть признан надлежащим доказательством компенсации ущерба, причинённого обществу, так как  ни на один из объектов ФИО2, не представлены документы, подтверждающие их приобретение ФИО2;   кухонный гарнитур принадлежит ООО «Рестотель-М», представившим соответствующие документы. При этом действия по истребованию своего имущества ООО «Рестотель-М» предпринимало ещё в июне 2018 года, направив соответствующее требование временному управляющему должника.

Ссылка апеллянта на то, что указанный кухонный гарнитур не соответствует документам, представленным ООО «Рестотель-М», противоречит как первичным документам бухгалтерского учёта, так и схеме - эскизу гарнитура, представленному в материалы дела.

Ограждение вокруг территории общества, существовало до приобретения объекта недвижимости должником, являвшегося домом отдыха Смоленского автоагрегатного завода АМО «ЗИЛ».

Забор с металлическим каркасом из металлопрофиля с воротами из профнастила не является готовым объектом и требует для эксплуатации проведения работ по его монтажу из составных элементов конструкции, однако, документов, подтверждающих затраты на такие работы со стороны ФИО2, также не представлены.

Бывшие в употреблении плиты перекрытия являются плитами крыш   4 корпусов, в результате реконструкции был надстроен дополнительный этаж (№А62- 6108/2016). 

В регистрах бухгалтерского учёта, переданных конкурсному управляющему               ФИО2, сведения о возврате ранее приобретённых унитазов и получении взамен полотенцесушителей отсутствуют.

Накладные о совершении данных операций были предъявлены ФИО2 спустя два года с даты введения конкурсного управления и спустя год после подачи заявления о привлечении её к субсидиарной ответственности.

Разумных причин возврата унитазов и обмен их на полотенцесушители, учитывая, что такая операция ведёт к невозможности эксплуатации сантехнического оборудования,                      ФИО2 не представлено.

С учётом вышеизложенного, вызывает обоснованное сомнение и точное совпадение стоимости якобы возвращённых унитазов со стоимостью полученных взамен полотенцесушителей.

С учетом изложенного апелляционная коллегия приходит  к выводу о том, что в отсутствии иных надлежаще оформленных документов (договоров, актов приёмки-передачи) с учётом обстоятельств появления передачи ФИО2, дубликатов накладных конкурсному управляющему, в отсутствии сведений о состоявшемся обмене товарно-материальных ценностей в регистрах бухгалтерского учёта, представленные дубликаты накладныхше могут являться достаточными и достоверными доказательствами факта соответствующего хозяйственной деятельности.

Не передача ФИО2 конкурсному управляющему первичных документов бухгалтерского учёта на сумму 6 173 869 руб. 55 коп. влечёт за собой невозможность определить состав товарно-материальных ценностей и идентифицировать их с целью учёта и пополнения конкурсной массы должника.

Между ООО «ПаркОтель» и ФИО10 30.07.2013 заключено два договора купли-продажи, в соответствии с которыми ООО «ПаркОтель» продало, а ФИО10 приняла в собственность два многоквартирных жилых дома с земельными участками под ними на общую сумму 3 395 669 руб. 95 коп.

Внеся запись в регистры бухгалтерского учёта, переданных конкурсному управляющему, о замене дебитора ФИО10 на ФИО9, ФИО2 тем самым предприняла действия по сокрытию информации о действительном дебиторе должника.

При этом до истечения сроков исковой давности по указанной сделки 30 июля 2016г., ФИО2 не предпринимала никаких действий по взысканию задолженности ни с ФИО9, которую она считала дебитором, ни с действительного дебитора - ФИО10

В связи с истечением сроков исковой давности за 3 года до введения конкурсного производства, конкурсный управляющий должника утратил реальную возможность по взысканию задолженности с ФИО10

В соответствии со статьями 9 и 10 Федерального закона от 06 декабря 2011г. «О бухгалтерском учёте» каждый факт хозяйственный жизни подлежит оформлению первичными учётными документами, которые составляются при совершении факта хозяйственной жизни или непосредственно после него, при этом на основании данных содержащихся в первичных учётных документах, формируются регистры бухгалтерского учёта.

Не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского у чета.

Учитывая, что документов, подтверждающих факт поставки должнику от ООО «Фантазия» Плюс» асфальтовой крошки на сумму 270 000 руб. ФИО2 не представлено, то приказ № 8 от 29.07.2019 о зачёте требований между ООО «Фантазия Плюс» и ООО «ПаркОтель», представленный ФИО2 25.11.2021 в судебном заседании, является попыткой регистрацией в бухгалтерском учёте должника мнимого объекта бухгалтерского учёта.

Указанный приказ в отсутствии первичных документов бухгалтерского учёта, подтверждающих поставку асфальтовой крошки от ООО «Фантазия плюс» не может сам по себе являться доказательством осуществления соответствующего факта хозяйственной жизни должника, а, следовательно, не может быть принят как доказательство зачёта дебиторской задолженности ООО «Фантазия плюс» перед должником.

Кроме того, статьей 63 Закона о банкротстве зачёт встречных однородных требований запрещён.

Представленный ФИО2 приказ направлен именно на зачёт требований, а не их сальдирование, так как указанные в приказе встречные однородные обязательства не вытекают из одного договора либо взаимосвязанных договоров.

Доводы ФИО2 в отношении того, что ООО «Дэнком» фактически не пользовалось арендованным имуществом, а предыдущий директор не передавал документы,  подтверждающие задолженность, опровергаются представленным налоговым органом книгами покупок-продаж должника, согласно которым в период, когда               ФИО2 занимала должность директора должника, в налоговом и бухгалтерском учёте должника отражались операции по реализации ООО «Дэнком» по договору аренды.

Фактическое неиспользование арендатором арендованного имущества по собственной воле не освобождает его от обязанности по внесению арендной платы.

Непринятие ФИО2 мер по истребованию документов, отсутствующих у удолжника, подтверждающих основания возникновения дебиторской задолженности, не может являться уважительной причиной для освобождения её от ответственности, с учётом презумпции добросовестности действий директора в интересах юридического лица.

Непринятия ФИО2 мер по взысканию дебиторской задолженности по                    10 контрагентам в общем размере 356 436 руб. 67 коп. и неполному представлению документов, подтверждающих основания возникновения указанной дебиторской задолженности, с учётом истечения сроков исковой давности по её взысканию, свидетельствует о недобросовестном и неразумном поведении ФИО2, повлекшим причинение ущерба должнику.

Доводы жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, не подтверждают неправильное применение судом норм материального и процессуального права, в связи с этим не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями  269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Смоленской области от 11.02.2021 по делу № А62-7141/2017 оставить без изменения, а апелляционную  жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа  в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. 

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                 О.Г. Тучкова

Судьи                                                                                                                Е.И. Афанасьева

                                                                                                                           Ю.А. Волкова