СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1505/2011(51,52)-АК

Дело № А60-44672/2010

30 июня 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 июня 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Даниловой  И.П., 

судей                                 Гладких  Е.О.,  Нилоговой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем  ФИО1, 

при участии в судебном  заседании в веб-конференции  посредством  использования информационной  системы  «Картотека  арбитражных дел»:

от  конкурсного  управляющего  ООО «Томская  Пресс Служба»:  ФИО2,  паспорт, доверенность от  24.12.2021;

от  ФИО3: ФИО4,  паспорт, доверенность  от  14.02.2020;

от  ФИО5: ФИО6,  паспорт,  доверенность от  04.06.2021;

от ФИО7: ФИО8, паспорт,  доверенность от 12.01.2022;

в зале  суда:

председатель комитета  кредиторов  ООО «Томская  Пресс Служба» ФИО9, паспорт,  протокол   заседания  комитета  кредиторов  от  08.15.2015;

иные  лица,  не явились,  извещены;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы  конкурсного  управляющего  ФИО10,  конкурсного  кредитора   ФИО3  

на определение  Арбитражного суда Свердловской области

от 11 апреля 2022 года

о привлечении к субсидиарной ответственности

вынесенное в рамках дела № А60-44672/2010

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Томская Пресс служба», (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

16.12.2010 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Федеральной налоговой службы России в лице инспекции Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Екатеринбурга (далее – уполномоченный орган) о признании общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс Служба» (далее – ООО «Томская Пресс Служба», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 27.12.2010 после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления заявления без движения, принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2011 требование уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ООО «Томская Пресс Служба» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО11 (далее – ФИО11).

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №30(4571) от 19.02.2011, стр.49.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.09.2011 (резолютивная часть от 28.09.2011) процедура наблюдения в отношении должника ООО «Томская Пресс Служба» прекращена. ООО «Томская Пресс Служба» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО12 (далее – ФИО12).

Соответствующие опубликованы в газете «Коммерсантъ» №189(4730) от 08.10.2011, стр.48.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2013 конкурсный управляющий должника ФИО12 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Томская Пресс Служба».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2013 (резолютивная часть от 17.07.2013) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО13 (далее – ФИО13), член некоммерческого партнерства «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 08.10.2014 ФИО13 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим ООО «Томская Пресс Служба» утвержден ФИО10 (далее – Беспечный А.А.).

20.05.2014 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО13 о привлечении руководителя должника ФИО14 (далее – ФИО14) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.09.2014 производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО13 о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до реализации конкурсной массы и проведения расчетов с кредиторами.

18.12.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО3 (далее – ФИО3) о привлечении ФИО7 (далее – ФИО7), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО14 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2020 производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО13 о привлечении руководителя должника ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника возобновлено. Заявление конкурсного управляющего ООО «Томская Пресс Служба» ФИО13 о привлечении бывшего руководителя ООО «Томская Пресс Служба» ФИО14 к субсидиарной ответственности и заявление ФИО3 о привлечении ФИО7, ФИО5, ФИО14 к субсидиарной ответственности объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.01.2021 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечена ФИО16 (далее – ФИО16).

07.09.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило ходатайство ФИО5 о выделении заявления ФИО3 о привлечении ФИО7, ФИО5, ФИО16, ФИО14, ФИО17 (далее – ФИО17), ФИО18 (далее – ФИО18) к субсидиарной ответственности (заявление от 17.12.2019), поступившего в Арбитражный суд Свердловской области 18.12.2019, в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2021 (резолютивная часть от 07.09.2021) в удовлетворении ходатайства о выделении требований в отдельное производство отказано.

Определением  Арбитражного суда  Свердловской области от 11.04.2022 (резолютивная часть оглашена 22.03.2022) взыскано с  ФИО14 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс Служба» 41 129 690,99 руб. в порядке субсидиарной ответственности. В остальной части в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись  с судебным актом,  с апелляционными  жалобами обратились  конкурсный  управляющий  должника  ФИО13 и  конкурсный  кредитор  ФИО3,  в которых просят определение суда  в части отказа  в  удовлетворении требований  о привлечении  к субсидиарной ответственности отменить; взыскать солидарно с ФИО14, ФИО5, ФИО7, ФИО16, ФИО18, ФИО17 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс Служба» 41 129 690,99 руб. в порядке субсидиарной ответственности.

В апелляционной  жалобе  конкурсный  управляющий   Беспечный  А.А. указывает, что в рамках рассмотрения споров была проведена судебная экспертиза с целью определения рыночной стоимости имущества на дату его отчуждения, недвижимого имущества, являвшегося предметом продажи по договору купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010: нежилых помещений, общей площадью 929, 2 кв. м., этаж 1.1, номера на поэтажном плане 001.1001-1045, расположенных по адресу: 

<

...>; - нежилого помещения на втором этаже (номер на поэтажном плане 20012044), общей площадью 894 кв. м., расположенного по адресу: 

<

...>; нежилого помещения, общей площадью 896, 7 кв. м., этаж третий, номера на поэтажном плане 3001-3048, расположенного по адресу: 

<

...>; нежилых помещений, общей площадью 907, 2 кв. м., этаж четвертый, номера на поэтажном плане 4001-40448, расположенных по адресу: 

<

...>;  земельного участка, категория земель: земли поселений, общей площадью 1 414 кв. м., расположенного по адресу: 

<

...>. 37, кадастровый (или условный) номер 70:21:0200018:0201. Суд первой инстанции посчитал, что заключение эксперта № 900-Э/2020 не является достаточным доказательством. С выводами суда в отношении заключения эксперта № 900-Э/2020 нельзя согласиться. Действующее законодательство допускает использование для определения рыночной стоимости объектов оценки сведения, содержащиеся в офертах на продажу (пункт 13 Федерального стандарта оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки», утверждённого приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 297). Сравнительный подход рекомендуется применять, когда доступна достоверная и достаточная для анализа информация о ценах и характеристиках объектов-аналогов. При этом могут применяться как цены совершенных сделок, так и цены предложений.  Следует учесть, что между датой проведения экспертизы и датой оценки (дата договора) прошло более 10 лет. За этот период времени много рыночной информации субъектами рынка недвижимости за ненадобностью было утрачено. Данное обстоятельство дает основание использовать для оценки данные оферт на продажу, данные о которых еще сохранились на дату проведения экспертизы.  Как следует из заключения эксперта объекты-аналоги, сведения о продаже которых представлены на стр. 46-47 заключения, сняты с продажи более чем через 3 года после размещения объявлений об их продаже, а лицо разместившее объявление о продаже объекта аналога сведения о котором размещены на стр.48 заключения перестало отвечать на звонки только по прошествии почти 6 лет после размещения сведений о продаже объекта-аналога в базе Информационного центра недвижимости «Орис». Как следует из описаний объектов-аналогов, приведенных на стр. 18 заключения (Земельные участки) и стр. 31 заключения (Аренда) источниками информации приведенных там  оферт на продажу является не сеть Интернет и не какие-либо письменные источники информации, а риэлторы, телефоны, которых и указаны в описаниях объектов-аналогов.  Таким образом, из содержания заключения эксперта следуют вывод, что все публичные оферты, используемые экспертом в экспертном заключении представлены полностью (стр. 18- 19 Земельные участки, стр. 24 Офисные помещения, стр.31-32 Аренда).

       В отношении  вывода  суда об отсутствии в заключении эксперта анализа рынка, то  в заключении эксперта содержится анализ рынка в объеме, достаточном для определения стоимости спорного имущества. Таким образом, вывод суда о том, что, экспертное заключение не содержит анализ рынка в тех его сегментах, к которым относятся фактическое использование оцениваемого объекта, что противоречит пунктам 10 и 11 Федерального стандарта оценки «Оценка недвижимости (ФСО № 7)», утверждённого приказом Минэкономразвития России от 25.09.2014г. № 611 не соответствует содержанию экспертного заключения.

Кроме того,  конкурсный  управляющий полагает, что определение принято с нарушением норм процессуального права. Суд в оспариваемом определении пришел к выводу, что заключение эксперта не может быть принято им в качестве достаточного доказательства, подтверждающего стоимость спорных объектов, то есть  суд выразил свои сомнения в обоснованности заключения эксперта.  Вместе с тем, заключение эксперта поступило в суд в январе 2021.  Вплоть до оглашения резолютивной части судебного акта по спорам, суд не выражал каким либо образом сомнений в обоснованности заключения эксперта по мотивам, изложенным в определении.  Кроме того, никто из участвующих в споре лиц также не заявлял о наличии «нарушений» при проведении экспертизы, на которые указал суд в своем определении. При этом,  сделав вывод, что заключение эксперта не может быть принято им в качестве достаточного доказательства, подтверждающего стоимость спорных объектов, не сослался на какие-либо допущенные экспертом нарушения норм части 2 статьи  86 АПК РФ, статьи  25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001г. № 73-ФЗ предъявляющих требования к содержании заключения эксперта, нарушив тем самым положения части 2 статьи  86 АПК РФ. Так же  сделав вывод о недопустимости заключения эксперта как доказательства, и не вызвав при этом эксперта для дачи им пояснений, что могло устранить все сомнения суда касающиеся содержания заключения, суд фактическим принял судебный акт об обязанностях эксперта, когда эксперт должен будет возвратить полученные денежные средства за экспертизу.

Конкурсный   кредитор ФИО3 в апелляционной жалобе не соглашается  выводом суда  первой инстанции  о том, что заключение № 900-Э/2020 от 24.12.2020 противоречит пунктам 10 и 11 Федерального стандарта оценки «Оценка недвижимости (ФСО N 7)», утверждённого приказом Минэкономразвития России от 25.09.2014 № 611. Считает, что у суда первой инстанции не имелось оснований не доверять заключению эксперта ООО «ТОККО» ФИО19, поскольку экспертом изучены материалы о дела; по форме и содержанию заключение эксперта соответствует требованиям части 1 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение № 900-Э/2020 от 24.12.2020 об определении рыночной стоимости объекта недвижимости выполнено экспертом, прошедшим профессиональную переподготовку области оценочной деятельности (ВШБ ТГУ, 2001), специальную экспертную подготовку (Российское общество оценщиков, РОО, 2007); являющемуся доктором экономических наук, заведующим кафедрой оценки и управления собственностью НИ ТГУ, директором ООО «Бюро оценки «ТОККО», оценщиком I категории, членом Экспертного Совета РОО, сертифицированным РОО специалистом по оценке недвижимости, имеющему стаж экспертной оценочной работы с 1994 года, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Выводы и расчеты эксперта мотивированны, подробны, обоснованы, а исследования проведены всесторонне и в полном объеме, на строго научной и практической основе, в пределах имеющейся у эксперта соответствующей специальности. Составленное экспертное заключение основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных, содержит все необходимые сведения доказательственного значения, влияющие на определение рыночной стоимости оцениваемых объектов недвижимости. При возникновении сомнений относительно выводов содержащихся в заключение № 900-Э/2020 от 24.12.2020, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не воспользовался ни одним из названных процессуальных прав в целях устранения неполноты представленного доказательства для получения возможности дальнейшей его оценки. Считает, что   рыночная стоимость недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...> (здание, состоящее из четырех этажей и земельный участок) на момент заключения кредитного соглашения составляла 124 935 036 руб. 52 коп. Даже при наличии обременении в размере 41 968 430,78 руб., рыночная стоимость объектов недвижимости превышала 20 719 500 руб. При рассмотрении в процедуре наблюдения заявления ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Томская пресс служба» в размере 24 849 167,92 руб., ООО «Томская пресс служба» в лице директора ФИО14 представило отзыв, в котором указало, что спорное имущество было отчуждено ФИО5 по указанию ФИО7 по договору купли-продажи от 21.09.2010 за 15 968 649,57 рублей, при рыночной стоимости этого имущества 126 730 000 рублей. Указанный вывод бывший руководитель должника основывал на отчета № 1021-А/2010  Об оценке рыночной стоимости нежилых помещений по адресу: 

<

...> от 31.11.2010 года, итоговая рыночная стоимость прав собственности на дату оценки составляет 126 730 000 руб. В данном случае, также, как следует из указанного отчета, даже, при наличии обременении в размере 41 968 430,78 рублей, рыночная стоимость объектов недвижимости также превышала 20 719 500 руб. Между тем, суд первой инстанции не дал оценку указанным доказательствам, исследовал все имеющиеся в материалах дела доказательства, подтверждающие, что договор купли – продажи от 21.09.2010 совершен лицами, контролирующих должника, на невыгодных для должника условиях и причинил вред кредиторам должника.

До судебного заседания  от ФИО5, ФИО7 поступили отзывы, в которых  просят  определение  Арбитражного суда Свердловской области от  11.04.2022 оставить без изменения, апелляционные  жалобы без удовлетворения. 

От председателя  комитета кредиторов  ФИО9 поступили письменные пояснения, в которых просит  изменить обжалуемый судебный акт; взыскать  с  ФИО14 в пользу  ООО «Томская Пресс Служба» 37 993 051 руб. 92 коп. в порядке субсидиарной  ответственности;  взыскать  с ФИО7, ФИО5,  ФИО16, ФИО14,  ФИО17,  ФИО18 37 993 051 руб. 92 коп. 

От  ФИО3 поступило ходатайство  о  вызове в судебное  в заседание эксперта.

В судебном  заседании  в соответствии со статьей 163 Арбитражного  процессуального кодекса объявлен  перерыв до 23.06.2022 в связи  с тем, что  представитель  ФИО3 не смогла подключиться  к  участи в веб-конференции посредством использования информационной  системы  «Картотека  арбитражных дел».

До судебного  заседания  от   ООО «Регионпромтехснаб» поступил отзыв, в котором поддерживает  доводы апелляционных жалоб   о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующих  должника  лиц.  

Участвующие в судебном  заседании после перерыва  представитель конкурсного  управляющего   и представитель  ФИО3 на  доводах   апелляционных  жалоб  и на  ходатайстве о  вызове эксперта настаивали.

Председатель комитета  кредиторов   поддержал  письменные пояснения,  просил изменить  размер субсидиарной ответственности   ФИО14; пояснил, что из вступивших в законную силу судебных актов по делу №А67-4006-6/2017 следует, что в состав убытков, взысканных в пользу общества с ФИО7, входила, в том числе задолженность ООО «Томская Пресс Служба» перед ООО «Магнит М»,  следовательно, получение денежных средств в размере 1 769 439,38 руб. от ООО «Томская Пресс Служба» и от ФИО7 создавало для общества неосновательное обогащение в виде двойной оплаты. Из изложенного следует, что требование ООО «Магнит М» в размере 3 136 639, 07 руб., находящиеся в реестре кредиторов ООО «Томская пресс служба», являются погашенными.

Представители  ФИО5,  ФИО7 возражали против  доводов апелляционных жалоб по мотивам, изложенным в  отзывах, считали определение суда  законным и обоснованным.

 Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу части 3 статьи 156, статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие,  письменных  отзывов  не  представили.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах  доводов апелляционных жалоб.

Согласно  выписке  из Единого  государственного реестра  юридических лиц (ЕГРЮЛ) ООО «Томская Пресс Служба»  зарегистрировано в  качестве  юридического  лица  30.06.1997 Муниципальным   учреждением  «Томская регистрационная  палата»; сведения  в ЕГРЮЛ внесены  20.11.2002, присвоен  ОГРН 

<

***>. Основной вид деятельности – 46.49.32 Торговля оптовая газетами и журналами.

Протоколом собрания участников общества «Томская Пресс Служба» от 11.01.2010 в составе ФИО14 (25 %), ФИО7 (25 %), ЗАО «ИнвестТехноПром», ОГРН 

<

***>, (50%) в лице директора ФИО17, на должность директора избран ФИО14

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2011 требование уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ООО «Томская Пресс Служба» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО11 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.09.2011 (резолютивная часть от 28.09.2011) процедура наблюдения в отношении должника ООО «Томская Пресс Служба» прекращена. ООО «Томская Пресс Служба» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО12

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2013 (резолютивная часть от 17.07.2013) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО13, член некоммерческого партнерства «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 08.10.2014 ФИО13 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим ООО «Томская Пресс Служба» утвержден Беспечный А.А. 

20.05.2014 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО13 о привлечении руководителя должника ФИО14 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В качестве основания для привлечения ФИО14 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на то, что бывшим руководителем должника не исполнена обязанность по передаче бухгалтерских документов и материальных ценностей.

Также  18.12.2019  года  с заявлением о привлечении   к субсидиарной  ответственности   ФИО5, ФИО7, ФИО14 обратился конкурсный  кредитор  ФИО3 В качестве оснований указал на   совершение сделок  по реализации    активов должника по заниженной  стоимости, что привело  к невозможности  погашения требований  кредиторов.

Также ФИО3 полагал, что  имеются основания для привлечения  к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника  ФИО17 и ФИО18 В обоснование   указал на следующие  обстоятельства. 

ФИО17 учреждено ЗАО «ИнвестТехноПром» (участник  должника с долей 50%) с уставным капиталом 25 000 000 руб., состоящим из 25 000 обыкновенных акций  стоимостью 1000 руб.  14 октября 2009 года  ЗАО «ИнвестТехноПром» зарегистрировано ИФНС по г. Полевскому Свердловской области в качестве юридического лица за ОГРН 

<

***> (т.2 л.д. 143-147). 15декабря 2009 года между ФИО17 М.В. (продавец) и  ФИО18 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи обыкновенных ценных бумаг. Согласно пункту 1.1 предварительного договора продавец и покупатель обязуются в будущем заключить договор купли-продажи бездокументарных обыкновенных именных акций ЗАО «ИнвестТехноПром», зарегистрированного 14.10.2009г. Инспекцией Федеральной налоговой службы по городу Полевскому Свердловской области за основным государственным регистрационным номером 

<

***> в количестве 12 500 штук номинальной стоимостью 1000 руб. каждая. Во исполнение условий предварительного договора истец передал ФИО17 12 500 000 руб., что подтверждается распиской в получении денежных средств. 15 сентября 2010 года между ФИО17 (продавец) и О.П. ФИО18  (покупатель) заключен договор купли-продажи обыкновенных ценных бумаг, указанных в предварительном договоре.  15 сентября 2010 г. ФИО17 выдано передаточное распоряжение на отчуждение О.П. Климентенко 12500 обыкновенный бездокументарных именных акций ЗАО «ИнвестТехноПром», на основании которого сделана запись № 001 в системе реестра акционеров данного общества. Таким образом, 15 сентября 2010 года  ФИО18 приобрел право собственности на 12500 бездокументарных обыкновенных именных акций ЗАО «ИнвестТехно-Пром», что составляет 50 % от общего количества акций данного акционерного общества, следовательно, акционерами ЗАО «ИнвестТехноПром» являлись ФИО17 - 50% акций, ФИО18-50 % акций.  Полагал, что   ФИО18 является родственником ФИО7, ФИО5, так как никем из лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, не раскрываются мотивы, послужившие основаниями для включения ЗАО «ИнвестТехноПром» в состав участников ООО «Томская пресс служба», для приобретения ФИО18 акций ЗАО «ИнвестТехноПром» за 12,5 млн. рублей, а его участие в акционерном капитале ЗАО «ИнвестТехноПром» прикрывает интересы ФИО7, ФИО5 в незаконном выводе имущества, принадлежащего ООО «Томская пресс служба». Согласно выписки из ЕГРЮЛ деятельность ЗАО «ИнвестТехноПром» прекращена с 02.04.2019 года. Акционеры ЗАО «ИнвестТехноПром» ФИО17 и ФИО18, также, являются контролирующими лицами должника (сопричинители вреда), не могли не знать о рыночной стоимости имущества, отчуждаемого по договору купли-продажи от 21.09.2010, о наличии кредиторской задолженности у ООО «Томская пресс служба», а также о том, что совершаемой сделкой будет причинен ущерб ООО «Томская пресс служба» и его кредиторам.

Отказывая в удовлетворении заявленных  требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности необходимой совокупности условий для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав участников процесса, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) решения арбитражного суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве, Закон), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий  и конкурсный  кредитор заявляют о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», (далее - Закон № 266-ФЗ) то настоящий спор в указанной части подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьями 9, 10 Закона о банкротстве в редакций действующий в период  совершения  действий, которые привели  к невозможности  погашения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 5 статьи  10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закон о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абз. 4 пункт 4 статьи  10 Закона о банкротстве).

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126  Закона   о банкротстве  руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Вышеназванная обязанность ФИО14 не исполнена, доказательств обратного суду не представлено, поступивший в суд 11.03.2021 отзыв ФИО14 не содержит каких-либо возражений по данному основанию.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 6 месяцев 2011 года стоимость основных средства составила 107 742 000 руб. 

Вместе с тем, бывшим руководителем ФИО14 не были переданы инвентарные карточки в отношении каждого основного средства, инвентарная книга, документы, содержащие правовые основания приобретения должником основных средств, стоимость которых отражена в бухгалтерском балансе должника.

Кроме того, ФИО14 не были переданы регистры бухгалтерского учёта (например, оборотно-сальдовые ведомости) по основным средствам, содержащие накопленную информацию в отношении всех основных средств должника, позволяющую установить наличие у должника основных средств, их наименование, местонахождение, идентифицирующие признаки, основания получения выбытия и т.д.

Согласно бухгалтерскому балансу Должника за 6 месяцев 2011 года размер дебиторской задолженности составляет 80 334 000 руб.

Вместе с тем, ФИО14 не переданы документы, подтверждающие наличие у должника дебиторской задолженности в каком-либо размере, в том числе и в указанном в балансе за 6 месяцев 2011 года.

Согласно бухгалтерскому балансу Должника за 6 месяцев 2011 года финансовые вложения составляют 2 305 000 руб., долгосрочные финансовые вложения – 14 661 000 руб.

Применительно к Положению по бухгалтерскому учету «Учет финансовых вложений» ПБУ 19/02 к финансовым вложениям относятся: дебиторская задолженность, приобретенная на основании уступки права требования, депозитные вклады в кредитных организациях, предоставленные другим организациям займы, паи и акции (вклады в уставные/складочные капиталы других организаций), долговые ценные бумаги (векселя, облигации).

Вместе с тем, бывшим руководителем не были переданы документы, подтверждающие наличие у должника финансовых вложений: договоры уступки (купли-продажи) дебиторской задолженности (а также документы, подтверждающие наличие приобретённой дебиторской задолженности и её размер), договоры о выдаче займов (а также документы, подтверждающие выдачу займов и их размер), договоры о приобретении паев и акций (вкладов в уставные/складочные капиталы других организаций), документы о размещении депозитных вкладов в кредитных организациях, документы о приобретении ценных бумаг (векселя, облигации).

Арбитражный суд Свердловской области определением от 27.12.2011 по настоящему делу обязал ФИО14 предоставить сведения, в том числе о наличии акций, облигаций, ценных бумаг.

Истребованные судом сведения ФИО14 не были представлены.

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 6 месяцев 2011 года размер запасов составляет 441 000 руб.

Вместе с тем, какие-либо документы, подтверждающие наличие у Должника запасов в размере, указанном в балансе, бывшим руководителем ФИО14 не были переданы.

Согласно бухгалтерскому балансу Должника за 6 месяцев 2011 года размер прочих оборотных активов составил 660 000 руб., размер прочих внеоборотных активов составил 424 000 руб.

Бывшим руководителем ФИО14 не переданы документы, подтверждающие наличие и размеры оборотных активов и прочих внеоборотных активов, отраженных в балансе.

Поскольку из материалов дела не усматривается, что содержащиеся в бухгалтерском балансе должника за 6 месяцев 2011 года сведения об активах и их размерах являются недостоверными, суд первой инстанции  обоснованно  пришел  к выводу, что  заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО14 по данному основанию  является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Согласно расчёту конкурсного управляющего размер непогашенных требований, подлежащих учёту при определении размера субсидиарной ответственности, составляет 41 129 690,99 руб.

В данной  части   определение суда апеллянтами    не обжалуется.

Доводы  председателя  комитета кредиторов о том, что  размер   субсидиарной  ответственности   ФИО14 подлежит уменьшению  на сумму  погашенных  требований ООО «Магнит М» подлежат отклонению, поскольку у суда  апелляционной инстанции отсутствуют  доказательства погашения  данных требований  в реестре требований  кредиторов  должника  конкурсным управляющим; данные  доводы не  были предметом рассмотрения  суда первой инстанции;  в дальнейшем  ответчик и конкурсный управляющий  не лишены  права обратиться в суд  с заявлением  о пересмотре  размера субсидиарной ответственности  ФИО14; при том на права кредиторов, выбравших  в качестве способа погашения   уступку прав требования   погашение требований ООО «Магнит М» в ином   деле   нарушены не будут.

В качестве основания привлечения ФИО7, ФИО5, ФИО16, ФИО14, ФИО17, ФИО18 к субсидиарной ответственности конкурсный кредитор ФИО3 указывает на следующие обстоятельства. 

29.06.2010 между ФИО14 и ФИО7 было заключено соглашение о разделе активов, приобретённых в результате совместной деятельности.

В соответствии с условиями соглашения, к ФИО7 или указанным им третьим лицам подлежало переходу в собственность следующее имущество, принадлежащее обществу «Томская Пресс Служба»:

- нежилые помещения общей площадью 929,2 кв.м., этаж 1.1, номера на поэтажном плане п001.1001-1045, расположенные по адресу: 

<

...>,

- нежилое помещение общей площадью 904,10 кв. м., этаж второй, номер на поэтажном плане 2001-2031,

- нежилое помещение общей площадью 896,7 кв. м., этаж третий, номера на поэтажном плане 3001-3048,

- нежилые помещения общей площадью 907,2 кв. м., этаж четвертый, номера на поэтажном плане 4001-40448, пом. у4, расположенные по адресу 

<

...>, а также земельный участок, с категорией земель: земли поселений, общей площадью 1 414 кв. м., с кадастровым (или условны) номером 70:21:0200018:0201, расположенный по тому же адресу.

В дальнейшем, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 общество «Томская Пресс Служба» произвело отчуждение вышеуказанных объектов в пользу ФИО5

Согласно условиям договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 покупная цена отчуждаемого имущества составила 15 968 649,57 руб., включая НДС.

Вместе с тем, как указывает ФИО3, из отчета № 1021- А/2010 Об оценке рыночной стоимости нежилых помещений по адресу: 

<

...>, от 31.11.2010, итоговая рыночная стоимость прав собственности на дату оценки составляла 126 730 000 руб.

Соответственно, по мнению ФИО3, указанная сделка купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 совершалась по существенно заниженной цене, что является крайне невыгодным как для общества «Томская Пресс Служба», так и его кредиторов.

Представитель комитета кредиторов ФИО9, а также конкурсный управляющий позицию ФИО3 поддерживают.

16.03.2020 в суд поступило ходатайство ФИО7 и ФИО5 о назначении судебной экспертизы.

Также ходатайство о назначении судебной экспертизы поступило от конкурсного кредитора ФИО3 (в уточнённом виде – 21.07.2020).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.08.2020 назначена судебная экспертизы по определению рыночной стоимости спорных объектов недвижимости.

Проведение экспертизы поручено эксперту ООО «Бюро оценки «ТОККО» ФИО19.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: какова рыночная стоимость нижеуказанных объектов недвижимости по состоянию на 21.09.2010:

- нежилых помещений, общей площадью 929,2 кв. м., этаж 1.1, номера на поэтажном плане п001.1001-1045, расположенных по адресу: 

<

...>;

- нежилого помещения на втором этаже (номер на поэтажном плане 2001-2044), общей площадью 894 кв. м., расположенного по адресу: 

<

...>;

- нежилого помещения, общей площадью 896,7 кв. м., этаж третий, номера на поэтажном плане 3001-3048, расположенного по адресу: 

<

...>;

- нежилых помещений, общей площадью 907,2 кв. м., этаж четвертый, номера на поэтажном плане 4001-40448, расположенных по адресу: 

<

...>, пом. у4;

- земельного участка, категория земель: земли поселений, общей площадью 1 414 кв. м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер 70:21:0200018:0201, с учётом обременений, установленных:

- договором об ипотеке № 721 /47000000021-з01 от 23.05.2006 на сумму 7 593 828,41 руб.,

- договором об ипотеке № 721/00580000033-з01 от 28.02.2007 на сумму 4 806 543,88 руб.,

- договором об ипотеке № 721/00580000306-з02 от 21.02.2008 на сумму 14 608 921,43 руб.,

- договором об ипотеке № 721/1440000087-з01 от 06.08.2009 на сумму 14 959 137,06 руб.,

- договором аренды с НГОУ «Современная гуманитарная академия» № 1/1-08 от 27.03.2008.

Согласно поступившему 14.01.2021 заключению эксперта № 900- Э/2020 стоимость вышеуказанных объектов с учётом обременений составила без учёта обременений – 101 730 000 руб., а с учётом обременений – 59 761 569,22 руб.

Судом  первой инстанции  заключение эксперта не принято в качестве достаточного доказательства, подтверждающего стоимость спорных объектов, по следующим причинам:

- как указано на странице 21 заключения, на этапе сбора информации эксперту не удалось собрать достаточное количество документально подтверждённых данных о состоявшихся сделках купли-продажи аналогичных объектов, в связи с чем эксперт использовал данные по ценам предложения (публичных оферт) аналогичных объектов. Однако публичные оферты, источником которых указан Информационный центр недвижимости «Орис», в материалы дела представлены лишь частично – страницы 46-48 заключения. Из трёх объявлений о продаже в отношении двух указано «сняли с продажи», в отношении третьего – «не отвечает», что свидетельствует о невозможности при определении рыночной стоимости ориентироваться на данные аналоги,

- экспертное заключение не содержит анализ рынка в тех его сегментах, к которым относятся фактическое использование оцениваемого объекта, что противоречит пунктам 10 и 11 Федерального стандарта оценки «Оценка недвижимости (ФСО N 7)», утверждённого приказом Минэкономразвития России от 25.09.2014 № 611. По мнению суда, игнорирование данного правила, по меньшей мере, не позволило проанализировать тенденции на рынке аренды офисных помещений (объём предложений, спрос, заполненность офисных центров и т.д.), а также сопоставить соответствие объектов-аналогов среднерыночной стоимости квадратного метра офисного помещения.

Возражая против выводов эксперта о стоимости объектов недвижимости, ФИО5 вместе с отзывом от 01.03.2021 представила договор № РНО-30/471-06 купли-продажи недвижимого имущества от 24.05.2006. Согласно условиям данного договора общество «Томская Пресс Служба» приобрело спорные объекты недвижимости ранее за 20 719 500 руб., в том числе НДС.

Суд первой инстанции верно  посчитал более достоверной информацию о стоимости объектов недвижимости, основанную на ранее заключенной сделке в отношении этих же объектов.

С учётом вышеизложенного, доказательств того, что поименованные в договоре купли-продажи от 21.09.2010 объекты были отчуждены обществом «Томская Пресс Служба» в пользу ФИО5 по заведомо заниженной стоимости, не представлено.

Ранее к аналогичному выводу о недоказанности суд пришёл также при рассмотрении заявления конкурсного управляющего общества «Томская Пресс Служба» о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010, заключённого между должником и ФИО5

Определением от 13.05.2014 по настоящему делу в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано. Суд пришёл к выводу как о недоказанности факта неравноценного встречного исполнения по оспариваемому договору, так и пропуске срока исковой давности (страницы 7-9 определения).

Поскольку иных действий (бездействия) привлекаемых лицам по существу не вменяется, суд первой инстанции обоснованно пришел  к выводу, что   оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО5, ФИО16, ФИО14 (в части данного эпизода), ФИО17, ФИО18  не  имеется.

Доводы  апелляционных  жалоб  конкурсного  управляющего и конкурсного кредитора сводятся к несогласию  с выводами  суда первой инстанции  в   непринятии в качестве   доказательства по  делу заключения  эксперта.

Однако судом первой инстанции в обжалуемом  определении   кроме  заключения  эксперта указаны иные мотивы, по которым суд  пришел к выводу  о недоказанности   оснований  для привлечения к субсидиарной  ответственности контролирующих  должника лиц:  о покупной цене  имущества и расходах, которое общество (должник) понесло при его покупке; вопросы о рыночной цене данной сделки ранее уже изучались судом, в связи с чем отсутствуют основания для их переоценки.

Исходя из смысла статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда.

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» предусматривается оценка судом доказательств, в том числе заключения эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

В рассматриваемом случае  суд первой инстанции оцени заключение  эксперта  наряду с  иными  доказательствами,  представленными в материалы дела.

Апеллянт ФИО3  в апелляционной  жалобе указывает, что при возникновении сомнений относительно выводов содержащихся в заключение эксперта  № 900-9/2020 от 24.12.2020, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не воспользовался ни одним из названных процессуальных прав в целях устранения неполноты представленного доказательства для получения возможности дальнейшей его оценки.

Согласно пункту 1 статьи 71  АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, вопрос оценки доказательств является компетенцией суда, рассматривающего дело.

Несогласие с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не свидетельствует о допущенной при рассмотрении дела судебной ошибке и не является основанием для отмены судебных актов.

Кроме   того, на момент назначения экспертизы (03.08.2020) суд не располагал достоверными сведениями о более ранних сделках со спорным  имуществом,  получил такие сведения в дальнейшем (01.03.2021), что позволило  основываясь на иных доказательствах (кроме экспертизы) прийти к выводу об отсутствии признаков нерыночной сделки.

При  изложенных обстоятельствах суд апелляционной  инстанции  не находит оснований  для  удовлетворения  ходатайства   ФИО3 о вызове  эксперта.

Доводы заявителя о неверном неприменении судом положений части 2 статьи 69  АПК РФ  подлежит отклонению, поскольку признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для разрешения данного дела.

Договор купли-продажи спорного недвижимого имущества неоднократно являлся предметом судебных разбирательств, и получили оценку в ряде вступивших в законную силу судебных актов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.05.2014 по делу № А60-44672/2010 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО13 о признании договора купли-продажи недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закон о банкротстве по мотиву неравноценности встречного исполнения обязательств.

В отношении  равноценности встречного исполнения обязательств по договору купли-продажи суд также указал, что при заключении оспариваемой сделки учитывалось, что отчуждаемые по договору купли-продажи объекты недвижимости являются предметом залога по договорам об открытии возобновляемой кредитной линии. С учетом вышеизложенного залоговая и рыночная стоимость имущества без учета обременений не могут являться ценой, рекомендуемой для целей совершения сделки купли-продажи в отношении такого имущества…» (конец цитаты). Правильность такого подхода подтвердил и суд апелляционной инстанции, указав,  что  отчет об оценке от 23.11.2010 № 1021-А/2010 не соответствует требованиям ст. 11 Федерального закона от 29.07.1998 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 20.07.2007 № 254, а также исполнен в целях определения рыночной стоимости объектов недвижимости без учета существующих обременений в виде ипотеки в пользу ОАО «Банк ВТБ 24» и ЗАО «Внешторгбанк. Розничные услуги», а также долговременной аренды в пользу учреждения «Современная гуманитарная академия.

Между тем, при заключении спорного договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 его сторонами наличие ипотеки учитывалось, что подтверждается перечислением в тексте договора соответствующих договоров об ипотеке и договора аренды.

В дальнейшем, 16.09.2016 ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора купли-продажи недействительным по основаниям, аналогичным основаниям ранее рассмотренного заявления конкурсного управляющего должника ФИО13

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2016 по делу № №А60-44672/2010, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 22.02.2017 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 30.05.2017, производство по указанному заявлению ФИО3 в части оспаривания договора купли-продажи по статье 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» прекращено на основании пункта 2 части  1 статьи  150 АПК РФ в связи с заявлением тождественных требований со ссылкой на ранее принятые арбитражным судом судебные акты, принятые по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника ФИО13

Кроме  того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что в рассматриваемой ситуации, наступившие для общества негативные последствия в виде непогашенных обязательств перед кредиторами не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности действий контролирующих должника лица по исполнению своих непосредственных обязанностей.

ФИО3 и конкурсным  управляющим не  представлено доказательств совершения супругами ФИО20 действий, повлекших признание должника несостоятельным (банкротом). 

Как уже было отмечено ранее, ссылка заявителя на заключение ФИО5 договора купли-продажи по заниженной цене не состоятельна. Доказательств как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности для должника в материалы дела не представлено.

Из материалов дела не следует злонамеренности действий контролирующих должника лиц, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов. По существу конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующего должника лица ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями.

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, суд апелляционной инстанции не установил неправомерности в действиях (бездействии) ответчиков и, как следствие, совокупности оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности и удовлетворения требований истца.

Ссылки конкурсного  управляющего  на то, что   судом первой инстанции нарушены нормы  процессуального права, поскольку  предопределен  спор в будущем между  ФИО3 и экспертом  несостоятельны, поскольку  судом  какие-либо  выводы  в отношения  эксперта не сделаны, а оценено одно из доказательств  по делу -  заключение  эксперта.  

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Таким образом, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 апреля 2022 года по делу № А60-44672/2010 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий                                         И.П. Данилова 

Судьи                                                                        Е.О. Гладких 

 

                                                                                              Т.С. Нилогова