ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-5327/2019

г. Киров

25 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 года.       

Полный текст постановления изготовлен 25 июня 2021 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судей Караваева И.В., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

представителя ПАО Банк ВТБ – ФИО2 (доверенность от 06.10.2020, с использованием системы онлайн заседания в режиме web-конференции);

представителя Безрука В.А. – ФИО3 (доверенность от 21.05.2021);

представителя  ООО «Пайпер Сервис» – ФИО4 (доверенность от 11.01.2021),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.04.2021 по делу № А29-5327/2019 (Т-121712/2020), 

по заявлению кредитора – ФИО5, г. Усинск

к должнику - акционерному обществу «Усинскгеонефть» (ИНН 

<

***>, ОГРН1021100896827) об установлении требований и включении их в реестр требований кредиторов,

установил:

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о включении в реестр требований кредиторов акционерного общества «Усинскгеонефть» (далее – АО «Усинскгеонефть», должник) задолженности, согласно уточненным требованиям, в сумме 18 376 854 руб. 50 коп., в том числе: 7 056 027 руб. 66 коп. - основной долг, 11 320 826 руб. 84 коп. – проценты, выплаченные им как поручителем по договору поручительства.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 27.04.2021 признано обоснованным и включено требование ФИО5 в сумме 18 376 854 руб. 50 коп., в том числе: 7 056 027 руб. 66 коп. – долг по договору займа, 11 320 826 руб. 84 коп. – проценты за пользование займом, в состав требований акционерного общества «Усинскгеонефть», подлежащих удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО5 с принятым определением суда не согласился, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.04.2021 изменить в части, а именно, исключив из него указание об удовлетворении требования только после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Заявитель жалобы указывает, что довод о большей осведомленности о финансовом положении должника со стороны Безрука В.А. как контролирующего должника кредитора обосновывается судом посредством сведений из открытых источников. Стороной заявителя представлены и судом исследованы сведения из открытых источников о финансовом положении должника в исследуемый период, доступные в равной степени как ФИО5, так и другим кредиторам в силу предусмотренных законом обязанностей о раскрытии информации акционерным обществом. При этом каких-либо сведений, доступ к которым имел ФИО5, но не имели другие независимые кредиторы судом не установлены. В связи с чем необоснованным является вывод суда, что ФИО5 руководствовался какой-то большей в отличии от других независимых кредиторов информацией при принятии решения об участии в сделке поручительства. Иное является лишь предположением и не подтверждается материалами дела. Анализ же имеющейся публично размещенной информации свидетельствует, что ФИО5, выступая поручителем, исходил из устойчивости финансового положения должника. При этом судом установлено, что поручительство Безрука В.А. было обязательным условием предоставления кредитных средств должнику, а списание денежных средств со счета Безрука В.А. как поручителя осуществлялось в безакцептном порядке, т. е. принудительно. При этом анализ документов, представленных Банком из кредитного досье должника, подтверждает, что Банк исходил из платежеспособности заемщика (должника), а весь объем сведений при оценке финансового состояния был исследован и оценен.

Уполномоченный орган в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Указывает, что ФИО5 с 13.10.2002 по 24.01.2016 являлся генеральным директором АО «Усинскгеонефть». Согласно информации АО «Независимая регистраторская компания Р.О.С.Т.» и регистрационному журналу АО «Усинскгеонефть» с 01.01.2017 ФИО5 является мажоритарным владельцем ценных бумаг (68,44 %) в АО «Усинскгеонефт». ФИО5 располагал информацией о наличии всех финансовых трудностей у должника. Так, в период с 2016-2019 годы кредиторами неоднократно подавались заявления о признании АО «Усинскгеонефть» банкротом, в том числе: дела №А29-6080/2016, №А29-15111 /2017, №А29-1673/2018, №А29-5233/2018. Настоящее дело о банкротстве АО «Усинскгеонефть» возбуждено по заявлению кредитора ООО «НьюТек Сервисез», основанного на неисполненных обязательствах по договорам подряда от 28.04.2017 №0219/НТС/2017, дата первой просрочки по которому возникла 01.12.2017. Согласно анализу финансового состояния должника временный управляющий пришел к следующим выводам: в течение всего исследуемого периода с 01.01.2017 по 01.01.2020 АО «Усинскгеонефть» обладало низким уровнем платежеспобности и ликвидности; с 2017 года и до окончания исследуемого периода компания обладала крайне низким уровнем рентабельности (эффективности) своей деятельности с 2017 года. В текстовых пояснениях к бухгалтерскому балансу и отчету о финансовых результатах ОАО «Усинскгеонефть», опубликованных на официальном сайте должника, видно, что кредиторская задолженность увеличивалась с 2017 года. Следовательно, суд пришел к правильному выводу о том, что ФИО5 на момент заключения договора поручительства располагал сведениями как о наличии у должника признаков неплатежеспособности, так и о наличии у должника кредиторской задолженности. Кроме того, в кредитном досье отражено, что по графику погашения задолженности кредитного договора и дополнительных соглашений, должником неоднократно осуществлялся перенос сроков возврата кредитных средств, в виду ненадлежащего исполнения обязательств. ФИО5, избравший модель поведения, отличную от предписанной статьей 7 Закона о банкротстве, принял на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов. Контролирующее должника лицо, обладающее по сравнению с независимым кредитором значительно большим объемом информации о деятельности должника, структуре его активов и пассивов, состоянии расчетов с дебиторами и кредиторами и т.д., представило документы, которые не устранили все разумные сомнения относительно компенсационной природы финансирования. Уполномоченный орган считает, что Арбитражный суд Республики Коми, верно, признал договор поручительства компенсационным финансированием в условиях имущественного кризиса.

Банк ВТБ (ПАО) в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Указывает, что суброгационные требования Безрука В.А., возникшие в связи с погашением поручителем обязательств по кредитному договору от 28.06.2018 №63/18, заключенному между Банком и АО «Усинскгеонефть» (далее Суброгационные требования), подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очерёдность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), так как договор поручительства от 28.06.2018 №61/3/18 был заключен в условиях имущественного кризиса подконтрольного ФИО5 основного должника (АО «Усинскгеонефть»). Банк считает, что ФИО5, выдавая поручительство, предоставил АО «Усинскгеонефть» компенсационное финансирование, а значит, Суброгационные требования поручителя, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов, они подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Данное утверждение подтверждается следующим. ФИО5 входит в группу лиц с АО «Усинскгеонефть» и является контролирующим лицом по отношению к АО «Усинскгеонефть» имеющим возможность определять действия должника. Суброгационные требования Безрука В.А. к АО «Усинскгеонефть», являются компенсационным финансированием, представленным в условиях имущественного кризиса. Так как ФИО5 является контролирующим АО «Усинскгеонефть» лицом, а задолженность возникшая в связи с погашением ФИО5 обязательств по кредитному договору от 28.06.2018 №63/18, заключенному между Банком и АО «Усинскгеонефть», является компенсационным финансированием, представленным в условиях имущественного кризиса, Суброгационные требования Безрука В.А., подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

ООО «Пайпер Сервис» в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Указывает, что ФИО5 в отношении АО «Усинскгеонефть» является контролирующим должника лицом, имеющим возможность оказывать влияние при назначении единоличного исполнительного органа, согласовании и одобрении сделок, при осуществлении единоличным исполнительным органом текущей деятельности должника. Являясь контролирующим должника лицом, ФИО5 не мог не знать о том, что АО «Усинскгеонефть» находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует реальная угроза просрочек по кредитному договору со стороны АО «Усинскгеонефть» и, как следствие, взыскание задолженности с поручителя без получения встречного денежного исполнения. В такой ситуации вполне ожидаемым поведением любого не связанного с должником разумного участника гражданского оборота явился бы отказ от заключения договора поручительства. ФИО5, как контролирующим должника лицом, не устранены разумные сомнения относительно того, что предоставленное им финансирование не являлось компенсационным. Довод Безрука В.А. о том, что поручительство было обязательным условием предоставления кредитных средств, является несостоятельным, так как ни закон, ни судебная практика не содержат исключений для аффилированных, контролирующих должника лиц в части понижения очередности в силу наличия условий об обязательном обеспечении кредитного договора основным акционером общества. Таким образом, требования кредитора Безрука В.А. в общей сумме 18 376 854 руб. 50 коп. не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов, не могут быть противопоставлены их требованиям, в связи с чем задолженность перед ФИО5 подлежит погашению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 24.05.2021 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 25.05.2021.

В судебное заседание обеспечена явка представителей Безрука В.А., ООО «Пайпер Сервис», Банк ВТБ (ПАО), которые поддержали вышеизложенные доводы.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 28.06.2018 между ПАО Банк «ВТБ» (далее Банк) и АО «Усинскгеонефть» (заемщик) был заключен кредитный договор № 

<

***>.

В целях обеспечения исполнения обязательств заемщика (АО «Усинскгеонефть») перед Банком по кредитному договору от 28.06.2018 № 61/18 между Банком и ФИО5 (поручителем) заключены договоры поручительства от 28.06.2018 № 61/3/18 и от 31.10.2019 № 61/3/18.

В период с 11.03.2019 по 16.11.2020 со счета Безрука В.А. были списаны денежные средства в общей сумме 18 376 854 руб. 50 коп. на основании указанных договоров поручительства в счет погашения задолженности АО «Усинскгеонефть» перед банком по кредитному договору от 28.06.2018 № 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 04.09.2020 по делу

№А29-5327/2019 в отношении должника введена процедура наблюдения.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения Безрука В.А. в суд с настоящим заявлением.

По расчетам кредитора задолженность составляет в общей сумме 18 376 854 руб. 50 коп., в том числе: 7 056 027 руб. 66 коп. - основной долг, 11 320 826 руб. 84 коп. – проценты, выплаченные им как поручителем по договору поручительства.

Рассмотрев заявленные требования, суд признал обоснованными и включил их в состав требований акционерного общества «Усинскгеонефть», подлежащих удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе возражений относительно обоснованности удовлетворенных судом первой инстанции требований не заявлялось, контррасчет не предоставлялся. Апеллянт оспаривает только установленную судом очередность удовлетворения требований кредитора.

Принимая во внимание положения части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений сторон, законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверяется апелляционным судом только в обжалуемой части - очередности удовлетворения требований Безрука В.А.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами - собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо).

В судебной практике выработан подход, согласно которому очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Однако очередность удовлетворения требования кредитора подлежит удовлетворению после требований других кредиторов, если оно основано на договоре, финансирование по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса или если оно основано на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником. 

Основания для квалификации положения должника как находящегося в имущественном кризисе сформулированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020).

Так, в частности, при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественном кризисе) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Сокрытие названной информации и попытка преодолеть кризис посредством внутреннего публично не раскрываемого компенсационного финансирования ведет к тому, что контролирующее лицо берет соответствующий риск не преодоления кризиса на себя и не вправе перекладывать его на других кредиторов, что обеспечивается понижением очередности удовлетворения такого требования (пункты 3.1 и 3.2 Обзора от 29.01.2020).

Соответственно, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Основания и порядок признания лиц заинтересованными по отношению к должнику определены статьей 19 Закона о банкротстве.

По пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно указанной статье заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Как следует из материалов дела, ФИО5 в отношении  АО «Усинскгеонефть»:

 - с 13.10.2002 по 24.01.2016 являлся генеральным директором, 

- с 30.12.2015 занимал должность Председателя Совета директоров, являлся главным советником генерального директора,

- с 01.01.2017 является мажоритарным владельцем ценных бумаг (68,44 %).

Как следует из статей 9, 16, 17 Устава АО «Усинскгеонефть» одним из органов управления общества является совет директоров общества. Высшим органом управления общества является общее собрание акционеров. Председатель совета директоров председательствует на общем собрании акционеров общества.

Соответственно, в силу статьи 19 Закона о банкротстве являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Указанные обстоятельства подтверждает и сам факт заключения договора поручительства с Банком.

Оснований полагать, что ФИО5 было объективно выгодно заключение договора поручительства в том случае, если бы он не являлся по отношению к должнику заинтересованным лицом, суд не усматривает.

При этом, как следует из анализа финансового состояния должника с 01.01.2017 по 01.01.2020 АО «Усинскгеонефть» обладало низким уровнем платежеспобности и ликвидности; с 2017 года и до окончания исследуемого периода наблюдается постепенное сокращение темпов роста величины получаемой должником выручки при снижении темпов роста производственных затрат, что в конечном итоге привело к снижению доходов от операционной деятельности должника; себестоимость продаж слишком высокая; компания обладала крайне низким уровнем рентабельности (эффективности) своей деятельности с 2017 года. 

Также судом первой инстанции установлено, что в период с 2016 года по 2019 год кредиторами неоднократно подавались заявления о признании АО «Усинскгеонефть» банкротом, в том числе: дела №А29-6080/2016, №А29-15111/2017, №А29-1673/2018, №А29-5233/2018. Настоящее дело о банкротстве АО «Усинскгеонефть» №А29-5327/2019 возбуждено по заявлению кредитора ООО «НьюТек Сервисез», основанного на неисполненных обязательствах по договорам подряда, в том числе по договору от 28.04.2017 № 0219/НТС/2017, дата первой просрочки по которому возникла 01.12.2017.

О наличии финансовых затруднений можно сделать вывод и из цели предоставления денежных средств по настоящему договору - оказание финансовой помощи обществу. В то же время, как сообщил должник, денежные средства, полученные по договору займа от Безрука В.А., были направлены на погашение задолженности по кредитному договору перед Газпромбанк, на уплату налогов и других обязательных платежей (т. 2, л.д. 10-11).

Следовательно, как верно отмечено судом первой инстанции, на момент заключения кредитного договора от 28.06.2018 № 61/18 и договоров поручительства с ФИО5 от 28.06.2018 № 61/3/18 и от 31.10.2019 № 61/3/18 должник находился в состоянии имущественного кризиса.

Апелляционный суд учитывает, что заключение договоров поручительства по кредитным обязательствам является обычной практикой Банков. В то же время доказательств того, что механизм привлечения денежных средств в состоянии имущественного кризиса должника путем заключения кредитного договора и договора поручительства к нему являлся открытым и не скрывался от независимых кредиторов, в том числе Банка, материалы дела не содержат.

Суд также принимает во внимание, что в состоянии имущественного кризиса ФИО5 также выдал должнику заем 18.08.2017 в порядке оказания финансовой помощи в размере 100 000 000 руб. (постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021). 

Указанные обстоятельства в совокупности указывают на попытки Безрука В.А. преодолеть  имущественный кризис АО «Усинскгеонефть» посредством внутреннего компенсационного финансирования, хоть и с привлечением средств третьего лица (Банка), но публично нераскрываемого и основанного на обязательствах аффилированных лиц.

Руководствуясь вышеназванными нормами права, а также правовой позицией, изложенной в Обзоре от 29.01.2020, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что должник и кредитор являлись заинтересованными лицами, а сам договор был заключен в период финансового кризиса должника,  апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции  об отсутствии оснований для включения требования Безрука В.А. в реестр на равных условиях с независимыми кредиторами и наличии оснований  для удовлетворения требований кредитора в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм права, не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, а по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных обстоятельств по делу.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм права, отмене по доводам жалобы не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.04.2021 по делу № А29-5327/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

 

Судьи

 

Е.В. Шаклеина

 

И.В. Караваев

 

Е.Н. Хорошева