АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

тел. (384-2) 58-43-26; факс 58-37-05

E-mail:mail@kemerovo.arbitr.ru; http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-5157/2019

город Кемерово

07 июня 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 04 июня 2019 года, решение изготовлено в полном объеме 07 июня 2019 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Ю.С.Камышовой

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи А.А. Мироновой,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «МКТ-Нефто» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Владивосток 

к обществу с ограниченной ответственностью «СТК ПромОил» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Новокузнецк

о взыскании 15 387 840 руб.

при участии:

от истца: ФИО1, представитель, доверенность от 15.04.2019, паспорт,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «МКТ-Нефто» (далее – ООО    «МКТ-Нефто») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СТК ПромОил» (далее – ООО «СТК ПромОил») о взыскании 15 387 840 руб., в том числе 12 480 000 руб. предварительной оплаты по договору поставки нефтепродуктов № 03/08/17 от 03.08.2018, 2 907 840 руб. неустойки (с учетом увеличения размера исковых требований).

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по поставке товара, предварительно оплаченного истцом, и обоснованы ссылками на статьи 454, 463, 487 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца подержал заявленные требования.

Ответчик явку представителя в судебное заседание не обеспечил, представил отзыв на иск, в котором просил суд снизить размер неустойки на основании статьи 333 ГК РФ, а также привлечь к участию в деле ООО «Ресурсы» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Необходимость привлечения третьего лица мотивировано тем, что непоставка товара от ООО «СТК ПромОил» истцу вызвана тем, что ООО «Ресурсы» в свою очередь не поставило необходимый товар в адрес ответчика.

Представитель истца возражал относительно привлечения к участию в деле третьего лица.

Согласно пункту 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Из содержания названной нормы следует, что основанием для вступления в дело третьего лица является возможность судебного акта по рассматриваемому делу повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон, то есть у данного лица имеются материально-правовые отношения со стороной по делу, на которые может повлиять судебный акт по рассматриваемому делу в будущем.

Рассмотрев заявленное ходатайство, учитывая мнение истца, суд отказывает в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку требования основаны на договоре, заключенном между истцом и ответчиком, и ООО «Ресурс» не является стороной указанной сделки. Правоотношения, возникшие между ООО «СТК СпромОил» и ООО «Ресурс» не являются предметом рассмотрения настоящего дела, в связи с чем, результат рассмотрения настоящего не повлияет на права или обязанности третьего лица. 

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании установлено, что между ООО «МКТ-Нефто» (покупатель) и ООО «СТК ПромОил» (поставщик) был заключен договор поставки № 03/08/18 от 03.08.2018 (л.д.13-20), согласно которому поставщик обязуется поставить ГСМ (горюче-смазочные материалы), именуемые в дальнейшем «товар», а покупатель принять и оплатить товар (пункт 1.1.).

Согласно пункту 1.2. договора, наименование, количество и цена товара, сроки, условия, порядок расчетов и иные необходимые характеристики товаров и условия поставки, не установленные настоящим договором, определяются сторонами в двусторонних спецификациях, являющихся неотъемлемой частью настоящего договора.  

В спецификации № 1 от 03.08.2018 стороны согласовали наименование и количество товара - 240 т. дизельного топлива общей стоимостью 12 480 000 руб.; срок отгрузки – 30 календарных дней; условия оплаты – 100% предоплата.

ООО «СТК ПромОил» был выставлен счет на оплату № 155 от 03.08.2018, во исполнение которого покупатель перечислил поставщику 12 480 000 руб. по платежному поручению № 367 от 14.08.2018 (л.д. 22).

Однако поставка товара поставщиком осуществлена не была.

Истцом в адрес ответчика была направлена претензия Исх. № 34 от 15.10.2018 (л.д. 23-24) с требованием о поставке товара и оплате неустойки за просрочку поставки.

Поскольку ответчиком требование исполнено не было, истец обратился в  суд с требованием о возврате предварительной оплаты.

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд полагает, что требования истца подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

В силу части 5 статьи  454 Гражданского кодекса Российской Федерации к от-дельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные настоящим пара-графом, применяются, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 3 статьи 487 Гражданский кодекс Российской Федерации в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457 Гражданский кодекс Российской Федерации), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом. 

Факт предварительной оплаты товара истцом подтвержден представленным в материалы дела платежным поручением № 367 от 14.08.2018 на сумму 12 480 000 руб. и не оспорено ответчиком.

 Доказательства поставки товара или возврата предоплаты ответчиком не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ).

Доводы ответчика о невозможности осуществить поставку товара в связи с неисполнением своих обязанностей по поставке товара контрагентом ответчика ООО «Ресурс» не принимаются судом, поскольку подобные действия контрагента должника не освобождают его от надлежащего исполнения взятых на себя обязательств по договору.

При таких обстоятельствах,  требования о возврате предварительной оплаты подлежат удовлетворению.

В соответствии с пунктом 7.2 договора в случае просрочки поставки (отгрузки) покупатель вправе требовать уплаты пени в размере 0,1% суммы долга за каждый день просрочки поставки (отгрузки).

За просрочку ответчиком исполнения обязанности по поставке товара, истец начислил неустойку в размере 2 907 840 руб. за период с 03.09.2018 по 23.04.2019.

В судебном заседании представитель истца настаивал на указанном периоде начисления неустойки. 

Требования в части взыскания неустойки подлежат удовлетворению частично, исходя из следующего.

Истец определяет начало периода просрочки поставки товара с 03.09.2018, то есть по истечении 30 календарных дней с момента заключения договора (03.08.2018).

Между тем, пунктом 5 и 6 спецификации № 1 от 03.08.2018 установлено, что срок отгрузки товара составляет 30 календарных дней, условия оплаты – 100% предоплата. Следовательно, условие о предварительной оплате предполагает поставку товара после ее получения, а не как указывает истец, после заключения договора. Из условий договора не усматривается, что срок поставки поставлен в зависимость от даты заключения договора. Кроме того, в счете на оплату № 155 от 03.08.2018 поставщик указал, что товар отпускается по факту прихода денег на р/с поставщика.

Таким образом, оценив в совокупности условия, содержащиеся в п. 5, 6 спецификации № 1 от 03.08.2018 и счете № 155 от 03.08.2018, а также с учетом положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что обязанность по отгрузке товара возникает после получения предварительной оплаты на р/с поставщика. 

Учитывая, что согласованный сторонами тридцатидневный срок отгрузки товара после получения предоплаты истек 13.09.2018, право требования неустойки за просрочку отгрузки возникло у истца только с 14.09.2018.

Далее истец со ссылкой на пункт 65 Постановления Пленума ВС РФ № 7 от 24.03.2016, а также полагая, что заключенный между сторонами договор № 03/08/18 от 03.08.2018 является действующим, а обязанность ответчика по поставке товара не закончилась по настоящее время (с учетом п. 10.1. договора о его пролонгации), начислил неустойку за просрочку поставки товара до 23.04.2019.

Однако данные доводы основаны на неверном толковании норм права и Постановления Пленума ВС РФ.

В силу пункта 3 статьи 487 ГК РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457 ГК РФ), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Указанная норма подразумевает наличие у покупателя права выбора способа защиты нарушенного права: требовать передачи оплаченного товара или требовать возврата суммы предварительной оплаты.

С момента реализации права требования на возврат суммы предварительной оплаты сторона, заявившая данное требование, считается утратившей интерес к дальнейшему исполнению условий договора, а договор - прекратившим свое действие.

Кроме того, с момента совершения указанных действий обязательство по передаче товара (неденежное обязательство) трансформируется в денежное обязательство, которое не предполагает возникновение у продавца ответственности за нарушение срока передачи товара в виде договорной неустойки.

Согласно позиции, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора", по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

В рассматриваемом случае изначально истец обратился с иском в суд о возврате предварительной оплаты (05.03.2019). Позднее в адрес ООО «СТК ПромОил» была направлена претензия Исх. № 28 от 13.03.2019 (л.д. 66) с требованием о возврате предварительной оплаты и уплаты неустойки.

Следовательно, первоначально ответчик имел реальную возможность узнать о требовании истца возвратить сумму предварительной оплаты после направления в его адрес копии искового заявления 20.02.2019.

Таким образом, до момента предъявления иска в суд и его направления в адрес ответчика, последний оставался должником по неденежному обязательству, связанному с передачей товара.

Предъявляя ООО «СТК ПромОил» исковые требования о возврате ранее перечисленной предварительной оплаты, истец выразило свою волю, которую следует расценивать как отказ стороны, фактически утратившей интерес в получении причитающегося ей товара, от исполнения договора, что в соответствии с пунктом 2 статьи 450.1 ГК РФ влечет за собой установленные правовые последствия - его расторжение.

Следовательно, с момента реализации истцом права требования возврата суммы предварительной оплаты за товар договор поставки прекратил свое действие, в связи с чем на стороне ООО «СТК ПромОил» возникло денежное обязательство, а обязанность поставить товар и нести ответственность в виде договорной неустойки за нарушение срока передачи товара отпали.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.05.2018 № 309-ЭС17-21840.

Таким образом, правомерным является начисление неустойки за просрочку поставки товара в размере 1 996 800 руб. за период с 14.09.2018 по 20.02.2019 (12 480 000 руб.*160 дней *0,1%).

После направления требования о возврате предоплаты и неисполнения должником данного требования у покупателя возникает право требования процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных в порядке ст. 395 ГК РФ.

Суд неоднократно выносил вопрос на обсуждение относительно квалификации меры ответственности  после направления иска ответчику.  

Межу тем, истец наставил на взыскании именно договорной неустойки за непоставку товара, мотивируя тем, что до настоящего времени договор является действующим  и обязанностью поставщика по поставке товара.

Из содержания искового заявления, ходатайства об уточнении исковых требований от 22.04.2019 и дополнения от 13.05.2019 следует, что предметом и основанием иска является взыскание сумм предварительной оплаты и неустойки за просрочку поставки товара в соответствии со статьями 314, 330, 432, 457, 487, 512 ГК РФ и пунктом 7.2 договора поставки.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик просил суд применить положения статьи 333 ГК РФ и снизить размер взыскиваемой неустойки до 7,75% годовых. Данное ходатайство мотивировано тем, что неисполнение обязательств ответчика в срок вызвано недобросовестным поведением контрагента, обязавшегося осуществить поставку и получившего предоплату от ответчика. Невыполнение обязательств контрагентами поставили ООО «СТК ПромОил» в крайне тяжелое материальное положение, в связи с чем, в настоящий момент компания находится на грани банкротства. Полагает заявленный размер неустойки явно несоразмерным последствиям нарушенного обязательства.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 71 Постановления).

Из пункта 77 Постановления Пленума ВС РФ № 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума ВС РФ № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие (п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Учитывая принцип гражданского законодательства о свободе договора, соразмерность последствий неисполнения обязательства, стороны устанавливают при согласовании условий договора, определяя размер ответственности контрагентов.

В данном случае, суд не нашел оснований считать размер пени (0,1%) чрезмерным. Согласованный сторонами размер неустойки не превышает размер штрафных санкций, обычно применяемых в гражданском обороте при неисполнении гражданско-правовых обязательств. Заключая договор на указанных условиях, ответчик должен был предполагать возможность возникновения для него в случае нарушения им условий договоров неблагоприятных правовых последствий в виде уплаты неустойки.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие доказательств явной несоразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательств ответчиком, суд полагает, что отсутствуют основания для применения статьи 333 ГК РФ.

Требования истца о взыскании неустойки подлежат удовлетворению в размере 1 996 800 руб.

При подаче иска в суд была уплачена государственная пошлина в размере 95 010 руб.

Учитывая частичное удовлетворение заявленных требований, расходы по уплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований: на ответчика в размере 94 022 руб., на истца – 5917 руб.

Государственная пошлина в размере 4 929 руб. подлежит взысканию с истца в федеральный бюджет.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд

р е ш и л :

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СТК ПромОил» в пользу общества с ограниченной ответственностью «МКТ-Нефто» 14 476 800 руб. (в том числе 12 480 000 руб. предварительной оплаты, 1 996 800 руб. неустойки), 94 022 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части требования оставить без удовлетворения. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МКТ-Нефто» в доход федерального бюджета 4 929 руб. государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья             Ю.С. Камышова