﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15544/2015(32)-АК

Дело № А71-11413/2014

03 мая 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2021 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено 03 мая 2021 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей                                         Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В.     

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего Воронцова А.А.: Богатенкова О.В. (паспорт, доверенность от 10.03.2021);

при участии путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики:

от Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики: Куликов К.Н. (паспорт, доверенность от 28.01.2021), Сипко П.А. (паспорт, доверенность от 30.12.2020);

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Воронцова Антона Александровича

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 30 декабря 2020 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении Макшакова Романа Сергеевича, Удмуртской Республики в лице Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики, Золоторева Романа Игоревича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное судьей  Чухманцевым М.А.,

в рамках дела № А71-11413/2014

о признании несостоятельным (банкротом) открытое строительно-промышленное акционерное общество «Чепецкое управление строительства» (ОГРН1021801091784, ИНН1829002266), 

 

установил:

Дело о банкротстве открытого строительно-промышленного акционерного общества «Чепецкое управление строительства» (далее – общество «Чепецкое управление строительства») возбуждено определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.10.2014 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Техкрасстрой» (далее – общество «ТД «Техкрасстрой»). 

Определением суда от 01.07.2015 (резолютивная часть объявлена 25.06.2015) признано обоснованным заявление открытого акционерного общества «Энергоспецмонтаж» (далее – общество «Энергоспецмонтаж»), которое ранее было принято в качестве заявления о вступлении в дело, в отношении общества «Чепецкое управление строительства» введено наблюдение, установлено, что при банкротстве должника подлежат применению правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) о банкротстве застройщика, временным управляющим должника утвержден Сытдыков Ильдар Гумарович (далее – Сытдыков И.Г.), член Ассоциации «Первая Саморегулируемая Организация Арбитражных Управляющих зарегистрированная в едином государственном реестре саморегулируемых организаций арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.03.2016 (резолютивная часть от 29.02.2016) в отношении должника введено внешнее управление, внешним управляющим утвержден Сытдыков И.Г.

08.11.2016 внешний управляющий должника обратился в арбитражный суд с ходатайством о погашении требований участников строительства путем передачи им в собственность жилых помещений в многоквартирном доме, в котором просил удовлетворить ходатайство участников строительства о погашении их требований путем передачи им в собственность жилых помещений в многоквартирном доме и вынести определение о передаче участникам строительства жилых помещений, расположенных в многоквартирном доме по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, ул.70 лет Октября, д.17а.

Определением суда от 26.12.2016 (резолютивная часть от 19.12.2016) ходатайство внешнего управляющего удовлетворено, суд определил погасить требования участников строительства путем передачи участникам строительства жилых помещений, расположенных в многоквартирном доме по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, ул.70 лет Октября, д.17а, с указанием в резолютивной части кредиторов – участников строительства и передаваемых им жилых помещений в многоквартирном доме.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.01.2017 (резолютивная часть от 10.01.2017) общество «Чепецкое управление строительства» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Воронцов Антон Александрович (далее – Воронцов А.А.), член Ассоциации «Первая Саморегулируемая Организация Арбитражных Управляющих зарегистрированная в едином государственном реестре саморегулируемых организаций арбитражных управляющих».

11.02.2019 в Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило заявление конкурсного управляющего Воронцова А.А. о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, согласно которому просил привлечь Макшакова Романа Сергеевича (далее – Макшаков Р.С.), общество с ограниченной ответственностью «Дар» (далее – общество «Дар») и Удмуртскую Республику в лице Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики (далее – Министерство) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Чепецкое управление строительства» в солидарном порядке. 

Также в указанном заявлении конкурсный управляющий просил приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суд Удмуртской Республики от 12.07.2019 в качестве соответчика привлечен Золотарев Роман Игоревич (далее – Золотарев Р.И.).

27.08.2020 конкурсным управляющим заявлен отказ от требований в отношении общества «Дар» в связи с исключением последнего из ЕГРЮЛ. Отказ судом принят в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30.12.2020 (резолютивная часть от 03.09.2020) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении Макшакова Р.С., Удмуртской Республики в лице Министерства, Золоторева Р.И. к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с вынесенным определением суда, конкурсный управляющий Воронцов А.А. обратился с апелляционной жалобой, с учетом дополнения к ней, в которой просит указанный судебный акт отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что при обращении в суд с настоящим заявлением конкурсным управляющим не был пропущен срок исковой давности, поскольку с рассматриваемым заявлением в суд он обратился 11.02.2019, в то время как процедура конкурсного производства введена 10.01.2017; судом неверно был применен годичный срок исковой давности и не применен трехлетний срок, а также не рассмотрено ходатайство о восстановлении срока исковой давности, которое было заявлено управляющим на случай установления судом пропуска срока. Конкурсный управляющий считает, что судом неверно отклонены его доводы о том, что по итогам деятельности за 2013 год у руководителя и акционеров имелись объективные основания полагать, что должник отвечает признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, соответственно, для принятия решения о ликвидации должника; в данном случае отчет общества с ограниченной ответственностью «Аллегра» №1213/14 не мог быть положен в основу выводов суда, поскольку при составлении указанного отчета независимый оценщик руководствовался ограничениями предполагаемого использования данных оценки, а именно, для реализации пакета обыкновенных акций, принадлежащих Министерству. Также конкурсным управляющим выражено несогласие с выводом суда об отсутствии оснований для привлечения заинтересованных лиц к субсидиарной ответственности в связи с совершением ими действий, повлекших банкротство должника. Настаивает на том, что искажение финансовых показателей в связи с переоценкой внеоборотных активов в нарушение учетной политики общества привело к изменению показателя добавочного капитала и было произведено в целях создания видимости благополучного финансового положения должника; Макшаковым Р.С. был причинен ущерб обществу в связи с непринятием мер ко взысканию дебиторской задолженности в размере более 20 млн руб. с аффилированного лица, также Макшаков Р.С. уклонялся от уплаты в бюджет исчисленного и удержанного налога на доходы физических лиц в сумме более 21 млн руб.; Министерством, как мажоритарным акционером должника, был ободрен план выхода из кризиса, который не был раскрыт публично и реализация которого привела только к увеличению размера кредиторской задолженности.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021 апелляционная жалоба конкурсного управляющего Воронцова А.А. принята к производству суда, судебное заседание назначено на 23.03.2021.

Определением от 23.03.2021, вынесенным под председательством судьи Нилоговой Т.С., с участием судей Гладких Е.О., Макарова Т.В., судебное заседание отложено на 20.04.2021 в связи с невозможностью проведения судебного заседания в онлайн-режиме по причине технического сбоя в работе картотеки арбитражных дел.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 на основании и в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Гладких Е.О. на судью Зарифуллину Л.М. 

До начала судебного заседания от Министерства и Макшакова Р.С. поступили письменные отзывы, согласно которым просят в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, ссылаясь на законность обжалуемого определения суда.

Также поступили отзывы от конкурсных кредиторов обществ с ограниченной ответственностью «Спецкомплектация» и «Феникс», согласно которым кредиторы поддерживают позицию конкурсного управляющего.

Участвующий в судебном заседании представитель конкурсного управляющего Воронцова А.А. на доводах, изложенных в апелляционной жалобе и дополнении к ней, настаивал, просил обжалуемый судебный акт отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

 Представители Министерства возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, поддержав доводы отзыва.

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили. В силу части 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, 30.09.2014 в арбитражный суд поступило заявление общества «ТД «Техкрасстрой» о признании должника банкротом, определением суда от 01.10.2014 возбуждено производство по настоящему делу о несостоятельности.

Определением суда от 01.07.2015 признано обоснованным заявление общества «Энергоспецмонтаж», которое являлось 5-м по счету заявлением о признании должника банкротом, в отношении общества «Чепецкое управление строительства» введено наблюдение, установлено, что подлежат применению правила параграфа 7 Закона о банкротстве, временным управляющим должника утвержден Сытдыков И.Г.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.03.2016 в отношении должника введено внешнее управление, внешним управляющим утвержден Сытдыков И.Г.

Определением суда от 26.12.2016 погашены требования участников строительства путем передачи им жилых помещений, расположенных в многоквартирном доме по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, ул.70 лет Октября, д.17а.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.01.2017 (резолютивная часть от 10.01.2017) общество «Чепецкое управление строительства» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Воронцов А.А.

Из материалов дела следует, что общество «Чепецкое управление строительства» было зарегистрировано Администрацией города Глазова Удмуртской Республики в качестве юридического лица 15.04.1997. 

Согласно коду ОКОГУ (4210001) относится к хозяйственным обществам, образованным из государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий.

Предприятие являлось одним из старейших и крупнейших промышленных предприятий города Глазов (существовало с 1947 года). 

В состав предприятия входило 4 строительных управления, управление комплектации, строительная лаборатория, завод железобетонных конструкций, административное управление и иные подразделения.

Среднесписочная численность сотрудников должника в 2011 году составляла 900 человек, в 2012 году – 957 человек, в 2013 году – 923 человека.

Также должник обладал значительным объемом имущества (объекты недвижимости, транспортные средства, спецтехника, специализированное оборудование, ТМЦ).

Основным видом экономической деятельности общества являлось строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.20).

Акционерами должника являются:

-Удмуртская Республика в лице Министерства (33 396 штук акций, что составляет 50% плюс одна акция от общего количества акций);

- общество «ДАР» (16 765 штук, в т.ч. 10 891 штук обыкновенных; 5 874 штук привилегированных, что составляет 25,10% от общего количества акций);

- физические лица (16 629 штук, в т.ч. 5806 штук обыкновенных; 10 823 штук привилегированных, что составляет 24,90% от общего количества акций).

В период с 08.04.2011 по 28.05.2015 функции генерального директора должника осуществлял Макшаков Р.С.

Из заявления конкурсного управляющего и дополнения к нему (л.д.1-5 т.3) следует, что одним из оснований привлечения Макшакова Р.С. к субсидиарной ответственности является неисполнение данным лицом как руководителем должника обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд о собственном банкротстве в срок не позднее 01.02.2014, поскольку по итогам 2013 года (фактически к 31.12.2013) ситуация на предприятии достигла критического момента. В качестве правового основания приведен пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Также в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности Макшакова Р.С., Министерства и Золотарева Р.И. конкурсный управляющий Воронцов А.А. ссылался на положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и на совершение ответчиками действий, существенно ухудшивших финансовое положение должника, полагая, что банкротство предприятия возникло вследствие  действий ответчиков, а именно: Макшаков Р.С. в период с января 2013 года по март 2015 года умышленно уклонялся от перечисления в бюджет исчисленного и удержанного налога в сумме более 21 млн руб.; предприятие завысило налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость в декларациях за 2 и 3 кварталы 2013 года, при расчете налога на добычу полезных ископаемых за 2013 год неправильно был применен коэффициент разрыхления; в период с сентября 2014 года по март 2015 года  должником был совершен ряд предпочтительных сделок на сумму свыше 63 млн руб.; Макшаков Р.С., являясь одним из участников общества «ДАР», которое, в свою очередь, являлось единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «ЧУС» (далее –общество «ТД «ЧУС»), не принимал мер ко взысканию дебиторской задолженности с указанного лица, достигшей за период с января 2013 года по март 2015 года суммы свыше 20 млн руб., а вырученные денежные средства использовались обществом на выплату лизинговых платежей за автомобили; Золотарев Р.И., будучи участником и руководителем общества с ограниченной ответственностью «Практик» (далее – общество «Практик»), являлся выгодоприобретателем по сделкам купли-продажи имущества и договорам участия в долевом строительстве, совершенным безвозмездно и (или) с целью реализации схемы, при которой была бы исключена возможность оспаривания передачи имущества должника обществу «Практик»; Министерство, как мажоритарный акционер должника, зная о неблагополучном финансовом положении должника способствовало его банкротству и наращиванию кредиторской задолженности, при нежелании осознать наступление объективного банкротства способствовало введению в отношении должника внешнего управления, что повлекло за собой только лишь увеличение текущих расходов на сумму свыше 160 млн руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, поскольку по итогам деятельности 2013 года у участников и руководителя должника отсутствовали объективные основания полагать, что должник отвечает признакам объективного банкротства; совершенные Макшаковым Р.С. действия (бездействие) по неуплате налогов, невзысканию дебиторской задолженности, совершению предпочтительных сделок сами по себе не могли повлиять на возникновение банкротства должника, равно как и одобрение советом директоров сделки по получению должником в 2012 году кредита в сумме 30 млн руб.; сделки по отчуждению имущества должника в пользу Золоторева на общую сумму 3 660 тыс.руб. с учетом стоимости всего имущества должника не могли повлиять на ухудшение финансового положения общества. Кроме того, суд сделал вывод о пропуске конкурсным управляющим годичного срока исковой давности для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку конкурсный управляющий Воронцов  А.А. обратился в суд с рассматриваемым заявлением 11.02.2019, то есть после 01.07.2017, и в основание заявлений положены обстоятельства, имевшие место в 2013-2015 (преимущественно в 2014-2015) годах, заявление конкурсного управляющего подлежит рассмотрению в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, с применением к существу заявленных требований Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, действующей в период вменяемых ответчикам нарушений.

Апелляционный суд обращает внимание на то, что применение материально-правовых норм в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), в той их части, которая не противоречит существу норм статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Необходимо также принимать во внимание и то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но, по своей сути, не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления.

Субсидиарная ответственность в таких случаях наступает по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из вышеизложенных норм права следует, что для привлечения к субсидиарной ответственности лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, необходима совокупность следующих условий:

возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;

неподача лицами, указанными в пункте 1 статьи 9 и пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявления о признании должника банкротом в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума ВС РФ 21.12.2017 №53).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (пункт 9 постановления Пленума ВС РФ 21.12.2017 №53).

Из материалов дела следует, что доводы конкурсного управляющего относительно наличия оснований для привлечения бывшего руководителя должника Макшакова Р.С. в связи с необращением в суд с заявлением должника о банкротстве в срок не позднее 01.02.2014 основаны на том, что по состоянию на 31.12.2013 финансовое состояние предприятия являлось критическим и свидетельствовало о его неплатежеспособности, при этом в период 2011-2013 годов в нарушение действовавшей учетной политики должником производилась переоценка внеоборотных активов (основных средств), что повлияло на размер добавочного капитала и имело целью искажение действительного финансового положения должника.

Проанализировав доводы конкурсного управляющего об искажении должником результатов своей хозяйственной деятельности, с учетом результатов аудита бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2013 год, проведенного аудиторской фирмой обществом с ограниченной ответственностью «Финэско» (л.д.53-144 том 3), и формировании у должника по состоянию на 31.12.2013 признаков объективного банкротства, пришел к верному выводу о том, что соответствующие доводы не нашли своего подтверждения, поскольку по результатам аудита бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2013 год аудитором сделаны выводы о том, что события или условия, свидетельствующие о невозможности или ставящие под сомнение способность должника продолжать свою деятельность непрерывно в течение как минимум 12 месяцев, следующих за отчетным периодом, не выявлены. 

Также аудитором не выявлено замечаний по формированию балансовой стоимости основных средств должника. Аудитором сделан вывод относительно достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2013 год.

Судом на основании отчета общества с ограниченной ответственностью «Аллегра» (далее – общество «Аллегра») №1213/14 об оценке пакета акций должника, принадлежащих Министерству (том 8) также сделан обоснованный вывод относительно отсутствия у участников и руководителя должника оснований полагать, что общество «Чепецкое управление строительства» отвечает признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку рыночная стоимость основных средств должника по состоянию на 30.06.2014 составляла 510 332 442 руб.

Данный вывод подтверждается также и тем, что в определении Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.07.2015 о введении в отношении общества «Чепецкое управление строительства» процедуры наблюдения указано, что согласно представленному в материалы дела бухгалтерскому балансу должника на 31.12.2014 у общества имелись активы (основные средства, дебиторская задолженность, запасы) на сумму 499 461 000 руб., а в определении Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.07.2015 о введении процедуры внешнего управления – что действительная стоимость недвижимого имущества должника значительно превышает принятую арбитражным управляющим при проведении анализа финансового состояния должника.

Реестр требований кредиторов должника был сформирован арбитражным управляющим на сумму 269 263 250 руб. 28 коп.

Таким образом, учитывая масштабы деятельности должника, результаты аудита, комплексный характер акта оценки акций общества «Чепецкое управление строительства» (том 8), принимаемые руководителем должника меры к получению дополнительных оборотных средств в том числе путем продажи неликвидных активов должника, суд апелляционной инстанции считает, что несмотря на нестабильное финансовое положение должника, которое выразилось в частичном прекращении исполнения обязательств перед контрагентами, тем не менее, у руководителя должника не возникла обязанность в срок не позднее 01.02.2014 обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия.

Кроме того, с заявлением о банкротстве, на основании которого возбуждено настоящее дело о несостоятельности, 30.09.2014 обратился кредитор общество «ТД «Техкрасстрой», заявление которого было оставлено без рассмотрения. Следует отметить, что первая процедура банкротства (наблюдение) была введена только в 25.06.2015.

В связи с изложенным следует признать, что в материалах дела отсутствуют убедительные доказательства того, что в период с 01.02.2014 до 30.09.2014 у Макшакова Р.С., как руководителя должника, осуществлявшего в том числе жилое строительство, возникли объективные основания для обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия в связи с наличием очевидных признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Соответствующие доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, в том числе с учетом того, что утверждение конкурсного управляющего неправомерном изменении должником стоимости внеоборотных активов основано только на том, что сама учетная политика предприятия не содержала в себе положений о переоценке основных средств. Между тем указанное обстоятельство не может свидетельствовать о намеренном искажении обществом результатов хозяйственной деятельности с целью создания видимости благополучного финансового положения предприятия. Доказательства того, что в результате переоценки была ненормативно завышена стоимость внеоборотных активов, в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).

Доводы апелляционной жалобы о том, что начиная с 2011 года, предприятие работало с убытками, нуждалось в пополнении оборотных средств, в связи с чем, в 2012 году привлекло кредитные средства банка, также подлежат отклонению, т.к. данные об убытках, равно как и привлечение кредитных средств в целях пополнения оборотных средств, без анализа деятельности должника в соответствующий период времени (какие объекты строительства имелись, на какой стадии готовности, ожидаемое получение выручки по завершению того или иного объекта, планируемое участие в строительстве иных объектов, какие меры по модернизации (оптимизации) производственных процессов осуществлялись либо не осуществлялись) сами по себе не свидетельствуют о наступлении у общества «Чепецкое управление строительства» признаков объективного банкротства общества.

В связи с изложенным судом правомерно отказано в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Аналогичные положения содержаться и в ныне действующей статье 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума ВС РФ 21.12.2017 №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из позиции конкурсного управляющего, с учетом апелляционной жалобы и дополнений к ней, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию являются следующие обстоятельства: Макшаков Р.С. в ущерб должнику не принимал меры по взысканию с аффилированного лица дебиторской задолженности в сумме свыше 20 млн руб., которая образовалась за период с января 2013 года по март 2015 года, при этом денежные средства частично были использованы обществом «ТД «ЧУС» на уплату лизинговых платежей, т.е. в личных интересах Макшакова Р.С.; руководитель должника с 2013 года по март 2015 года умышленно уклонялся от перечисления в бюджет исчисленного и удержанного налога в сумме более 21 млн руб.; акционерами должника, в частности Министерством, был одобрен план выхода из кризиса, не раскрытый публично, реализация которого не привела к восстановлению платежеспособности должника, а лишь увеличила размер кредиторской задолженности.

Следует отметить, что указанные основания для привлечения к субсидиарной ответственности были заявлены конкурсным управляющим при подаче им 21.11.2019 дополнения к заявлению (л.д.1-5 т.3). 

В первоначальном заявлении, направленном 11.02.2019, управляющим было указано только на совершение Макшаковым Р.С. в период с 30.09.2014 (дата поступления в суд заявления кредитора о признании должника банкротом) по 31.03.2015 предпочтительных сделок на сумму свыше 63 млн руб. и сделок по отчуждению имущества должника в пользу Золотаревых на общую сумму 3 660 840 руб.

Анализирую сделки должника, признанные судом недействительными, арбитражный суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что сделки сами по себе не могли привести к выбытию значительной части имущества должника и привести последнего к банкротству, поскольку большая часть сделок (21сделка) – это сделки по зачету взаимных требований, которые не были направлены на отчуждение имущества должника; в результате применения последствий их недействительности была восстановлена как кредиторская, так и дебиторская задолженность должника.

В отношении сделок должника по отчуждению имущества последнего в пользу Золотаревых суд пришел также к обоснованному выводу о том, что сделки были совершены на общую сумму 3 660 840 руб. и с учетом стоимости всего имущества должника не могли привести к ухудшению финансового положения общества и его неплатежеспособности.

В данной части апелляционная жалоба каких-либо возражений конкурсного управляющего не содержит.

Относительно претензий конкурсного управляющего о том, что акционерами должника, в частности Министерством, был одобрен план выхода из кризиса, не раскрытый публично (не ограничиваясь заключением кредитного договора), реализация которого не привела к восстановлению платежеспособности должника, а лишь увеличила размер кредиторской задолженности, судебная коллегия также признает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, одобрение советом директоров должника сделки по получению в 2012 году кредита в размере 30 млн руб. не могло привести к ухудшению финансового состояния как такового.

В этот же период органами управления должника осуществлялись также мероприятия по продаже неликвидных активов должника с целью пополнения оборотных средств и снижения издержек на их содержание. Данные мероприятия находились в пределах обычного делового оборота и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Доказательства  того, что предпринятые должником меры, согласованные с Министерством, выходили за пределы обычного делового риска, конкурсным управляющим не представлены (статья 65 АПК РФ).

Что касается иного одобрения плана выхода из кризиса, под которым подразумевается план внешнего управления, то в данном части необходимо отметить, что при введении определением от 09.03.2016 (резолютивная часть от 29.02.2016) в отношении должника процедуры внешнего управления у суда имелись основания полагать, что платежеспособность должника могла быть восстановлена.

В процедуре внешнего управления были погашены требования участников строительства путем передачи им жилых помещений, расположенных в многоквартирном доме по адресу: Удмуртская Республика, г.Глазов, ул.70 лет Октября, д.17а (определение суда от 26.12.2016, резолютивная часть которого объявлена 19.12.2016), т.е. должником было завершено строительство многоквартирного дома.

Сам план внешнего управления, предложенный внешним управляющим на утверждение собранию кредиторов (собрания кредиторов от 21.04.2016, 15.07.2016), не был принят в виду того, что большинство голосов принадлежало уполномоченному органу, который был против его утверждения.

Следовательно, оснований полагать, что план внешнего управления, за введение которого ходатайствовали должник и Министерство, не был реализован и не привел к восстановлению платежеспособности по причине его необоснованности, а действия руководителя и мажоритарного акционера должника привели только к увеличению текущих расходов, у суда не имеется. Отсутствие положительного эффекта от реализации плана внешнего управления не может быть поставлено в вину бывшему руководителю должника Макшакову Р.С. и Министерству.

Заявляя о наличии оснований для привлечения Макшакова Р.С. к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий указал на то, что руководитель должника с 2013 года по март 2015 года умышленно уклонялся от перечисления в бюджет исчисленного и удержанного налога в сумме более 21 млн руб., а также в ущерб должнику не принимал меры по взысканию с аффилированного лица (общества «ТД «ЧУС») дебиторской задолженности в сумме свыше 20 млн руб., которая образовалась за период с января 2013 года по март 2015 года, при этом денежные средства частично были использованы обществом «ТД «ЧУС» на уплату лизинговых платежей (1,5 млн руб.), т.е. в личных интересах Макшакова Р.С.

В качестве документального подтверждения указанных обстоятельств управляющий представил копию определения Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28.02.2019 по делу №2-395/2019 (л.д.94-97 т.2).

Какие-либо иные доказательства конкурсным управляющим не представлены (статья 65 АПК РФ).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, арбитражным судом дана верная оценка тому обстоятельству, что определение Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28.02.2019 по делу №2-395/2019 о приостановлении производства не является окончательным судебным актом и не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего заявления. Обстоятельства, описанные в указанном определении, нельзя считать установленными судом, а вину Макшакова Р.С. в совершении неправомерных действий и причинении ущерба доказанной.

Оснований не соглашаться с данным выводом судебная коллегия не усматривает, т.к. содержание определения не позволяет установить причинно-следственную связь между неуплатой исчисленного и удержанного налога и банкротством должника.

Как следует из содержания определения Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28.02.2019 по делу №2-395/2019, судом общей юрисдикции рассматривается иск уполномоченного органа к Макшакову Р.С. о взыскании ущерба, причиненного в результате преступления в размере 29 173 758 руб. 37 коп. 

Требования основаны на результатах выездной налоговой проверки в отношении должника (решение от 30.06.2015 №08-1-18/2) и уголовного дела №1-107/2018, производство по которому прекращено постановлением суда от 28.04.2018 в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В описательной части определения указано на результаты мер налогового контроля и выявленные в ходе выездной налоговой проверки обстоятельства, как то, что предприятие привлечено к налоговой ответственности в связи с завышением налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость в декларациях за 2 и 3 кварталы 2013 года, неправильным применением коэффициента разрыхления при расчете налога на добычу полезных ископаемых за 2013 год, а также неперечислением в бюджет исчисленного и удержанного налога на доходы физических лиц в сумме свыше 21 млн руб.

Далее следует описание обстоятельств, установленных в рамках уголовного дела, которые свидетельствуют об умышленном уклонении Макшакова Р.С. от перечисления в бюджет исчисленного и удержанного налога на доходы физических лиц.

Вместе с тем, из приведенных обстоятельств усматривается, что в целом денежные средства исчисленный и удержанный у работников должника налог на доходы физических лиц, неуплаченные налог на добычу полезных ископаемых и налог на добавленную стоимость были направлены Макшаковым Р.С. на расчеты с контрагентами должника (свыше 312 млн руб.), погашение кредитных обязательств (около 19 млн руб.), предоставление займов (52 млн руб.), оказание спонсорской и благотворительной помощи (около 198 тыс.руб.). Здесь же указано на то, что Макшаков Р.С. не принимал мер по взысканию с общества «ТД «ЧУС» дебиторской задолженности свыше 20 млн руб.

Между тем, поскольку денежные средства в целом были направлены на нужды и в интересах самого должника (вероятно за исключением некоторых платежей), суд апелляционной инстанции на основании исключительно содержания определения Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28.02.2019 по делу №2-395/2019 не усматривает совокупность обстоятельств, позволяющих прийти к выводу о том, что действия Макшакова Р.С. по неперечислению в бюджет сумм исчисленного и удержанного налога, а также невзыскание дебиторской задолженности, в период образования которой входит также период после возбуждения настоящего дела о банкротстве и 1 квартал 2015 года, могли привести к банкротству должника или каким-либо существенным образом ухудшить его финансовое положение.

Обратное в материалы дела не представлено в порядке статьи 65 АПК РФ.

Что касается доводов апелляционной жалобы о том, что конкурсным управляющим не был пропущен срок исковой давности, поскольку с рассматриваемым заявлением в суд он обратился 11.02.2019, с дополнением к заявлению в порядке статьи 49 АПК РФ – 21.11.2019, в то время как процедура конкурсного производства введена 10.01.2017, и судом неверно применен годичный срок исковой давности и не применен трехлетний срок, а также не рассмотрено ходатайство о восстановлении срока исковой давности, которое было заявлено управляющим на случай установления судом пропуска срока, то суд апелляционной инстанции, признавая их подлежащими отклонению, исходит из следующего.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, которым введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Таким образом, данная применяемая норма абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Конкурсное производство в отношении должника было введено 10.01.2017, тогда же конкурсным управляющим назначен Воронцов А.А., соответственно, именно с этого момента конкурсный управляющий, действуя разумно и добросовестно, должен был узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц как по основанию пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, так и по основанию пункта 4 указанной статьи.

О факте банкротства должника, составе его органов управления, результатах анализа предбанкротного периода и периоде возникновения признаков банкротства, конкурсный управляющий должен был узнать при утверждении его кандидатуры на процедуру конкурсного производства, поскольку арбитражным управляющим дано согласие быть утвержденным конкурсным управляющим общества «Чепецкое управление строительства», что невозможно без предварительного анализа (изучения) потенциального должника.

Заявления об оспаривании сделок, недействительность которых положена в обоснование заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, были поданы конкурсным управляющим в период с 30.01.2017 по 28.02.2017, соответственно, именно с даты не позднее 28.02.2017 для конкурсного управляющего подлежит исчислению срок в один год, в течение которого он мог обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в том числе бывшего руководителя Макшакова Р.С., с предоставлением арбитражному суду доказательств, что на основании совершенных одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, которыми причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

В своем последнем дополнении к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности от 30.10.2019, направленном в суд  21.11.2019, конкурсный управляющий просит привлечь контролирующих должника лиц по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в том числе и за одобрение кредитных сделок должника, за одобрение плана выхода должника из кризиса, а также за неуплату налогов и невзыскание дебиторской задолженности. 

Между тем, вся документация, имеющаяся у должника, в том числе кредитные договоры, протоколы заседаний совета директоров, протоколы общих собраний акционеров на момент введения 10.01.2017 конкурсного производства находились в распоряжении конкурсного управляющего. 

Требования кредитных организаций и уполномоченного органа были включены в реестр кредиторов еще в процедуре наблюдения (АКБ «Ижкомбанк» (ПАО) определением от 18.09.2015, ПАО «Росгосстрахбанк» определением от 16.09.2015), при этом уполномоченный орган является также и текущим кредитором должника. 

Требований о передаче конкурсному управляющему каких-либо документов ни к бывшему руководителю должника, ни к временному управляющему конкурсным управляющим не предъявлялось. 

Соответственно, действуя добросовестно и разумно, обладая всей полнотой информации по обстоятельствам заявляемого требования конкурсный управляющий должен был начать подготовку и подать в течение одного года с момента введения конкурсного производства заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Таким образом, годичный срок исковой давности по требованиям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности истек: по основанию пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве – 10.01.2018;  по основанию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве – 28.02.2018 (недействительные сделки); 10.01.2018 (кредитные сделки и одобрение плана выхода из кризиса); 28.04.2019 (неуплата налогов, невзыскание дебиторской задолженности).

Однако, с соответствующим заявлением конкурсный управляющий обратился только 11.02.2019 и с дополнением к нему 21.11.2019 (по эпизодам в связи с неуплатой налогов, невзысканием дебиторской задолженности), то есть по истечении предусмотренного абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) годичного срока с момента возникновения права на обращение в суд.

Пропуск заявителем срока исковой давности, является в силу абзаца 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ и пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Довод о том, что частично об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий мог узнать только из определения Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28.02.2019 по делу №2-395/2019, судом отклоняется, поскольку как указано выше, данное определение основано на решении по результатам выездной налоговой проверки от 30.06.2015 №08-1-18/2 в отношении должника и постановлении суда от 28.04.2018 о прекращении уголовного дела №1-107/2018 в отношении Макшакова Р.С. Следовательно, о соответствующих обстоятельствах конкурсный управляющий должен был узнать не позднее 28.04.2018, однако дополнение к заявлению в порядке статьи 49 АПК РФ было подано только 21.11.2019, а впервые соответствующие доводы были изложены конкурсным управляющим в письменных объяснениях, направленных в суд 11.07.2019 (л.д.87-89 т.2).

Поскольку судом первой инстанции не были установлены основания для восстановления срока в виду констатации его пропуска, сам факт подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в пределах 3 лет с момента открытия конкурсного производства, в данном случае правового значения не имеет.

Изложенные в очередных письменных объяснениях, направленных в суд 26.01.2020 (л.д.97-99 т.4), мотивы конкурсного управляющего для восстановления пропущенного срока с указанием на значительный объем работы не могут быть признаны уважительными причинами для восстановления срока субъекту, профессионально занимающемуся деятельностью в сфере антикризисного управления, и осуществляющему процедуру банкротства с привлечением ряда специалистов.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

С учетом изложенного, основания для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют. Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30 декабря 2020 года по делу № А71-11413/2014 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

 

Председательствующий

 

Т.С. Нилогова

Судьи

 

 

Л.М. Зарифуллина    

 

 

Т.В. Макаров