СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-428/2022(2)-АК

Дело № А50-22810/2021

19 апреля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 19 апреля 2023 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Темерешевой С. В.  

судей  Плаховой Т.Ю., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,  

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Сепычёвское» на определение Арбитражного суда Пермского края от 26 декабря 2022 года об отказе во включении требования ООО «Сепычёвское» в общем размере 

29 753 524,58 руб., в том числе 20 016 926,23 руб. основного долга, 5 225 647,91  руб. процентов за пользование займом и 4 510 950,44 руб. процентов за  пользование чужими денежными средствами, в третью очередь реестра  требований кредиторов ООО «Сепыч» в качестве требований, обеспеченных  залогом имущества должника,  

вынесенное в рамках дела № А50-22810/2021 

о признании ООО «Сепыч» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  несостоятельным (банкротом),  

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно  предмета спора: ФИО2,  

установил:

13.09.2021 ПАО Сбербанк (далее – заявитель, банк) обратилось в  Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании ООО «Сепыч»  (далее – должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 20.09.2021 заявление ПАО Сбербанк принято,  возбуждено производство по делу № А50-22810/2021 о банкротстве общества с  ограниченной ответственностью «Сепыч».  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.12.2021  (резолютивная часть определения объявлена 21.12.2021) заявление ПАО  Сбербанк о признании ООО «Сепыч» несостоятельным (банкротом) признано  обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения,  временным управляющим утверждена - ФИО3  (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в сводном государственном  реестре арбитражных управляющих № 17296, адрес для корреспонденции:  614000, г. Пермь, а/я 21), член Ассоциация «Евросибирская саморегулируемая  организация арбитражных управляющих».  

В порядке, установленном статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве),  сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликованы в газетном издании «Коммерсантъ» - 15.01.2022, включены в  Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (публикация от  30.12.2021).  

Решением Арбитражного суда Пермского края от 06.05.2022 ООО  «Сепыч» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто  конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена -  ФИО3  

В порядке, установленном статьей 28 Закона о банкротстве, сведения о  признании должника банкротом и открытии конкурсного производства были  опубликованы в официальном издании, осуществляющем опубликование  сведений, предусмотренных Законом о банкротстве, – газете «Коммерсантъ»  (выпуск за 14.05.2022 № 83), включены в Единый федеральный реестр сведений  о банкротстве (публикация от 11.05.2022).  

12.07.2022 ООО «Сепычёвское» (далее – заявитель, кредитор, общество)  обратилось в суд с заявлением, в котором просит включить требования ООО  «Сепычёвское» в общем размере 29 753 524,58 руб., в том числе 20 016 926,23  руб. основного долга, 5 225 647,91 руб. процентов за пользование займом и 4  510 950,44 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, в  третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Сепыч» в качестве  требований, обеспеченных залогом имущества должника:  

- трактор ХТЗ-17221, год выпуска 2013 г, заводской номер 4768(660017663948), двигатель № D0516197, коробка передач № 1386;  

- трактор ХТЗ-17221, год выпуска 2013 г, заводской номер 4770(660000663996), двигатель № D0516133, коробка передач № 1387;  

 

- автоцистерна для транспортировки пищевых жидкостей на шасси Камаз  65115- 1041-62, материал цистерны сталь AISI304, объем 14м3 , 3 секции, VIN  

<

***>.  

Определением суда от 15.07.2022 заявление ООО «Сепычёвское» принято  к производству, судебное заседание для его рассмотрения назначено на  21.09.2022.  

В порядке, установленном пунктом 2 статьи 100 Закона о банкротстве,  сведения о требованиях кредитора включены конкурсным управляющим  должника в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (дата  публикации – 14.07.2022).  

29.08.2022 от Инспекции государственного технического надзора  Пермского края поступили сведения о собственниках транспортных средств.  

Определением от 26.12.2022 в удовлетворении заявления ООО  «Сепычёвское» о включении требований по денежным обязательствам в общем  размере 29 753 524,58 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Сепыч», как  обеспеченного залогом имущества должника, отказано.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, с апелляционной  жалобой обратилось ООО «Сепычёвское», просит определение отменить,  заявление удовлетворить.  

В обоснование доводов жалобы указывает, что 01.06.2015 между ООО  «Сепыч» (поставщик) и ООО «Сепычёвское» (покупатель) был заключен  договор поставки (далее по тексту - договор поставки). В период действия  договора поставки с 25.09.2015 по 28.09.2016 кредитором в адрес должника  были перечислены денежные средства в общем размере 20 016 926,23 руб., что  подтверждается представленными в материалы спора платежными  документами.  

В обеспечение исполнения обязательств, 30.09.2016 между ООО «Сепыч»  (залогодатель) и ООО «Сепычёвское» (залогодержатель) были заключены два  договора залога движимого имущества.  

По мнению апеллянта, с учетом того, что в ходе судебного  разбирательства судом первой инстанции установлены факт перечисления  соответствующей суммы денежных средств на расчетный счет должника и  отсутствие документов подтверждающих их возврат равно как и документов  подтверждающих представление какого-либо равноценного встречного  исполнения со стороны должника, а также учитывая тот факт, что наличие  аффилированности между участниками сделки не является самостоятельным  основанием для отказа во включении в реестр требований должника, отказ в  удовлетворении заявления был не обоснован.  

Определением от 21.02.2023 судебное заседание отложено до 12.04.2023. 

От ООО «Сепыч» поступил отзыв, просит апелляционную жалобу  оставить без удовлетворения.  

От ПАО Сбербанк поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит  апелляционную жалобу оставить без удовлетворения. Настаивает на том, что  

 

заявителем пропущен срок исковой давности для включения требований в  реестр требований кредиторов должника.  

От ООО «Сепычёвское» поступили дополнительные документы  (платежные поручения), которые приобщены судом к материалам дела.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени  и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание  не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием  для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266,  268 АПК РФ.  

ООО «Сепычёвское» имеет денежное требование к должнику в общем  размере 29 753 524,58 руб., в том числе 20 016 926,23 руб. основного долга,  

5 225 647,91 руб. процентов за пользование займом и 4 510 950,44 руб.  процентов за пользование чужими денежными средствами.  

В обоснование заявленных требований кредитор указывает на следующие  обстоятельства.  

01.06.2015 между ООО «Сепыч» (поставщик) и ООО «Сепычёвское»  (покупатель) был заключен договор поставки (далее по тексту – договор  поставки).  

В соответствии с пунктом 1.1. договора поставки поставщик обязуется  поставить в обусловленный срок, производимые либо закупаемые им товары  (далее - товар) покупателю для использования в предпринимательской  деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним  и иным подобным использованием, а покупатель принять и оплатить данный  товар.  

Пунктами 2 договора поставки определены порядок поставки и приемки  товара.  

Цена товара установлены пунктами 3 договора поставки. 

Ответственность сторон и порядок разрешения споров установлены  пунктами 4 и 5 договора поставки.  

Настоящий договор вступает в силу с момента подписания сторонами и  действует до 31.12.2015. В случае, если до окончания срока действия  настоящего договора ни одна из сторон не заявит о его прекращении или  изменении, настоящий договор считается пролонгированным на тех же  условиях на следующий календарный год. В дальнейшем в том же порядке  (пункт 6.1. договора поставки).  

В период действия договора поставки с 25.09.2015 по 28.09.2016  кредитором в адрес должника были перечислены денежные средства в общем  размере 20 016 926,23 руб., что подтверждается представленными в материалы  спора платежными документами.  

 

При этом поставщик свои обязательства по договору поставки не  исполнил.  

30.09.2016 между ООО «Сепычёвское» (кредитор) и ООО «Сепыч»  (должник) было заключено соглашение о замене долга, возникшего из  договора, на заемное обязательство (далее по тексту – соглашение).  

Согласно пункту 1. соглашения кредитор исполнил обязательства перед  должником по оплате товара по договору поставки от 01.06.2015, в размере  

20 016 926,23 рублей. 

Обязательства должника возникли на основании договора поставки от  01.06.2015.  

Сумма задолженности должника перед кредитором, с учетом  исполненного, на момент подписания настоящего соглашения составила  

20 016 926,23 рублей. Стороны пришли к соглашению о замене обязательства  Должника по прекращаемому согласно ст. 414 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ) договору поставки от 01.06.2015 на  сумму 20 016 926,23 рублей на другое обязательство между сторонами,  указанное в п. 2 настоящего соглашения.  

В силу пункта 2 соглашения новое обязательство должника перед  кредитором состоит в следующем:  

2.1. Обязательство должника по уплате кредитору денежной суммы,  указанной в п. 1 настоящего соглашения, стороны заменяют заемным  обязательством между теми же лицами на сумму 20 016 926, 23 рублей, условия  которого определены пп.2.2 - 2.3 настоящего соглашения.  

2.2.Срок исполнения нового обязательства должника: «31» декабря 2018  года.  

2.3.За пользование заемными средствами должник уплачивает Кредитору  5% годовых до момента возврата суммы займа.  

Стороны устанавливают, что с момента подписания настоящего  соглашения о новации долга договор поставки от 01.06.2015 прекращает  действовать на сумму 20 016 926,23 рублей (пункт 3 соглашения).  

В обеспечение исполнения обязательств, 30.09.2016 между ООО «Сепыч»  (залогодатель) и ООО «Сепычёвское» (залогодержатель) были заключены два  договора залога движимого имущества, в соответствии с которыми  залогодатель передает в залог Залогодержателю следующее имущество:  

- автоцистерна для транспортировки пищевых жидкостей на шасси Камаз  65115- 1041-62, материал цистерны сталь AISI304, объем 14м3 ,3 секции, VE4  

<

***>;  

- трактор ХТЗ-17221, год выпуска 2013 г, заводской номер 4768(660017663948), двигатель № D0516197, коробка передач № 1386;  

- трактор ХТЗ-17221, год выпуска 2013 г, заводской номер 4770(660000663996), двигатель № D0516133, коробка передач № 1387.  

 

Поскольку должник обязательства по соглашению не выполнил,  22.02.2019 кредитор в досудебном порядке направил в его адрес претензию об  исполнении обязательства.  

27.02.2019 ООО «Сепыч» направил в адрес кредитора письмо, из  которого следует, что должник наличие задолженности признает в полном  объеме, просит предоставить отсрочку по возврату суммы долга. Гарантирует  погашение задолженности перед кредитором в размере 22 270 197,77 руб. в  полном объеме в срок до 31.12.2020.  

Поскольку должником указанные выше обязательства не были  исполнены, кредитор обратился в суд с настоящим заявлением.  

Суд первой инстанции посчитав требование необоснованным, отказал в  удовлетворении заявления.  

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в  материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам,  предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что имеются основания для  отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы в связи со  следующим.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Закона о  банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе  индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным  судом в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в  зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.  

Поскольку в отношении должника введена процедура конкурсного  производства, требование кредитора подлежит рассмотрению в порядке,  установленном статьей 100 Закона о банкротстве.  

Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что  требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и  исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем  исключительно на основании вступивших в силу судебных актов,  устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим  пунктом.  

В соответствии с абзацем седьмым пункта 1 статьи 126 Закона о  банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании  должника банкротом и об открытии конкурсного производства все требования  кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей,  иные имущественные требования, за исключением текущих платежей,  указанных в пункте 1 статьи 134 настоящего Федерального закона, и  требований о признании права собственности, об истребовании имущества из  чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных  

 

сделок и о применении последствий их недействительности могут быть  предъявлены только в ходе конкурсного производства.  

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве  установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке,  предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.  

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух  месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об  открытии конкурсного производства (абзац третий пункт 1 статьи 142 Закона о  банкротстве).  

Из пункта 4 статьи 142 Закона о банкротства следует, что требования  конкурсных кредиторов, заявленные после закрытия реестра требований  кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов,  имущества должника.  

Как следует из материалов дела, сведения о признании должника  банкротом, открытии конкурсного производства и сроке закрытия реестра  требований кредиторов опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.05.2022  выпуск № 83.  

Требование кредитора поступило в суд через почтовый ящик суда  12.07.2022, то есть в установленный законом срок.  

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства  наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности  требований является недопущение включения в реестр необоснованных  требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и  законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также  должника и его учредителей (участников).  

Обоснованность требований доказывается на основе принципа  состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица,  возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на  которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений  (статья 65 АПК РФ).  

В силу статьи 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец,  осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в  обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары  покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в  иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным  использованием.  

Согласно статье 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары  с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором  поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены,  то расчеты осуществляются платежными поручениями.  

 

В соответствии с частью 3 статьи 488 ГК РФ в случае, когда покупатель,  получивший товар, не исполняет обязанность по его оплате в установленный  договором купли-продажи срок, продавец вправе потребовать оплаты  переданного товара или возврата неоплаченных товаров.  

Согласно положениям пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна  сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой  стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или  ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму  денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода  и качества либо таких же ценных бумаг.  

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор  считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого  предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.  

В соответствии с положениями статьи 810 ГК РФ заемщик обязан  возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые  предусмотрены договором займа (пункт 1). Если иное не предусмотрено  законом или договором займа, заем считается возвращенным в момент  передачи его займодавцу, в том числе в момент поступления соответствующей  суммы денежных средств в банк, в котором открыт банковский счет займодавца  (пункт 3).  

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец  имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в  размерах и в порядке, определенных договором (п. 1 ст. 809 ГК РФ).  

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их  возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму  долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России,  действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если  иной размер процентов не установлен законом или договором (ст. 395 ГК РФ).  

В силу положений статьи 414 ГК РФ обязательство прекращается  соглашением сторон о замене первоначального обязательства,  существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами  (новация), если иное не установлено законом или не вытекает из существа  отношений (пункт 1). Новация прекращает дополнительные обязательства,  связанные с первоначальным обязательством, если иное не предусмотрено  соглашением сторон (пункт 2).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 452 ГК РФ соглашение об изменении  или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если  из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.  

Согласно пункту 24 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения  положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении  обязательств» по соглашению сторон долг, возникший из договоров купли- продажи, аренды или иного основания, включая обязательства из  

 

неосновательного обогащения, причинения вреда имуществу или возврата  полученного по недействительной сделке, может быть заменен заемным  обязательством (пункт 1 статьи 818 ГК РФ). В случае новации обязательства в  заемное в качестве основания для оспаривания не может выступать  непоступление предмета займа в распоряжение заемщика.  

В силу положений статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться  надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и  требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и  требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми  требованиями.  

Согласно пункту 1 статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения  обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за  исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими  законами или иными правовыми актами.  

В обоснование заявленных требований, кредитор указывает на то, что  должник не исполнил свои обязательства по договору поставки с учетом  соглашения о замене долга, возникшего из договора, на заемное обязательство.  

Таким образом, при рассмотрении обоснованности требования кредитора  подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в  соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют  обязательства, не исполненные должником.  

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по  включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель,  обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить  первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику  какого-либо имущества, иные участники процесса при наличии возражений  обязаны подтвердить их документально.  

Однако, в ситуации предъявления к должнику требований  аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны  иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении  доказательств общности экономических интересов (аффилированности)  должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о  включении требований в реестр) и заявлении возражений относительно  наличия и размера задолженности должника перед аффилированным  кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена  обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки  либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308- ЭС16-7060, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1), от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056 (6)).  

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено  необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга,  

 

возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных  требований (созданных формально с целью искусственного формирования  задолженности с целью контролируемого банкротства, либо имевшихся в  действительности, но фактически погашенных), поскольку такое включение  приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих  обоснованные требования.  

Таким образом, сам по себе факт аффилированности кредитора,  предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не  свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность,  однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса  обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на  аффилированного кредитора.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6),  не подлежат включению в реестр требования лиц, когда структура  внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную  фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения  процента требований независимых кредиторов при банкротстве (ст. 10 ГК РФ).  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать  поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой  сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным  (независимым) участникам рынка.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только  через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие),  но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26  статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает  доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать  влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности.  

Группа лиц рассматривается как единый хозяйствующий субъект,  имеющий единые экономические интересы; понятие юридической  аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы  формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени «единого  хозяйствующего субъекта» (пункт 6 Информационного письма Президиума  ВАС РФ от 30.03.1998 № 32 «Обзор практики разрешения споров, связанных с  применением антимонопольного законодательства», Определение Верховного  

 

Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, Постановление Арбитражного суда  Московского округа от 01.11.2018 по делу № А41-85318/2017).  

Аффилированность всех участников сделок обуславливает возможность  влиять на деятельность должника и осведомленность о финансовом положении  должника. Если сделки, из которых возникло денежное обязательство  должника, заключены исключительно между аффилированными лицами;  сделки не преследуют разумной хозяйственной цели и не повлекли какой-либо  экономической выгоды для входящих в состав группы аффилированных лиц  (отсутствовало реальное увеличение активов или денежных средств, не было  передачи активов (денежных средств) от лиц, не входящих в периметр группы);  единственным результатом сделок является увеличение кредиторской  задолженности, требование кредитора, аффилированного с должником, не  подлежит включению в реестр требований кредиторов.  

Создание внутри группы связанных и аффилированных лиц фиктивной  задолженности без какого-либо экономически оправданного обоснования, с  последующим предъявлением таких требований в деле о банкротстве, не может  расцениваться как добросовестное и разумное поведение участников  гражданско-экономического оборота.  

Таким образом, в ситуации, когда независимые кредиторы представили  серьезные доказательства и привели убедительные аргументы по поводу того,  что именно указанным ими образом выстраивались отношения внутри группы,  контролируемой одними и теми же лицами, аффилированный кредитор не  может ограничиться представлением минимального набора документов (текста  договора и платежных поручений) в подтверждение реальности  правоотношений. Он должен с достаточной полнотой раскрыть все  существенные обстоятельства, касающиеся не только заключения и исполнения  самой заемной сделки, но и оснований дальнейшего внутригруппового  перенаправления денежных потоков, подтвердить, что движение средств  соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и  последующие операции, обусловленные разумными экономическими или  иными причинами. Нежелание аффилированного кредитора представить  дополнительные доказательства, находящиеся в сфере контроля группы, к  которой он принадлежит, в силу статьей 9 и 65 АПК РФ должно  рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на  наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его  процессуальные оппоненты, а действия, связанные с временным зачислением  таким аффилированным лицом средств на счета должника, подлежат  квалификации по правилам статьи 170 ГК РФ (определение Верховного суда  РФ от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629).  

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда  РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, наличие внутригрупповых отношений и,  как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное  значения для правильного разрешения спора, поскольку установление  

 

подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности  действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр,  так и должника.  

В данном случае судом установлено и лицами, участвующими в споре, не  опровергнуто, что заявитель требования и должник на момент перечисления  вышеуказанных денежных средств являлись аффилированными  (заинтересованными лицами), входящими в одну группу лиц.  

Как указано выше, при представлении доказательств аффилированности  должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о  включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании  сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может  быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже  заключенного соглашения.  

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит  применению повышенный стандарт доказывания.  

Во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав  его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением  задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.  Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей  глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на  такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.  

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных  доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и  позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама  возможность по исполнению сделки.  

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не  участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в  реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий  объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить  убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные  доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы  суду усомниться в действительности или заключенности сделки.  

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться  проверкой соответствия документов установленным законом формальным  требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в  том числе об экономических, физических, организационных возможностях  кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное  составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость  (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой ГК РФ»).  

 

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее  заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно  обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие  кредиторы.  

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для  включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из  доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на  создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять  проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия  или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является  установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение  включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение  приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих  обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).  

В рассматриваемом случае в подтверждение реальности хозяйственных  связей с должником заявителем представлены: договор поставки от 01.06.2015,  платежные поручения, соглашение о замене долга, возникшего из договора, на  заемное обязательство от 30.09.2016, два договора залога движимого  имущества от 30.09.2016, акт сверки взаимных расчетов; претензия об  исполнении обязательства от 22.02.2019, письмо о признании долга от  27.02.2019 и претензия о погашении задолженности от 02.08.2021.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о  безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных  требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц.  Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической  деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ) следует право  каждого определять правовую форму инвестирования, в частности,  посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной  организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с  использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно,  не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд  заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц -  других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения  очередности удовлетворения требования, основанного на таком  финансировании.  

Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться  добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.  

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции  о том, что независимый участник рынка, оплатив за поставку товара сумму в  общем размере 20 016 926,23 руб., не может бездействовать на протяжении  настолько длительного периода времени.  

 

Такое многократное авансирование контрагента в условиях  ненадлежащего исполнения обязательств со стороны последнего выходит за  пределы обычной коммерческой практики.  

Учитывая, что перечисление денежных средств осуществлялось в 20152016 г.г., поступление денежных средств на счета должника конкурсным  управляющим признано, и принимая во внимание, что в материалы дела не  представлено доказательств того, что перечисление денежных средств  совершено исключительно с намерением создать задолженность перед  кредитором, что является злоупотреблением правом и нарушает  имущественные права остальных кредиторов должника, суд апелляционной  инстанции полагает возможным признать требование ООО «Сепычёвское»  обоснованным в заявленном размере, и осуществить субординирование  заявленного требования ООО «Сепычёвское». Размер процентов судом  проверен, сторонами не оспорен, контррасчет не представлен (ст.ст. 9, 65 АПК  РФ).  

В силу п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по  обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются  за счет стоимости предмета залога преимущественно перед иными  кредиторами, за исключением обязательств перед кредиторами первой и второй  очереди, права требования по которым возникли до заключения  соответствующего договора залога.  

Положениями статьи 339.1 ГК РФ предусмотрен учет залога движимого  имущества путем совершения записей в реестре уведомлений о залоге  движимого имущества.  

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ залогодержатель в  отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право  залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением  случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога  ранее этого. Отсутствие записи об учете не затрагивает отношения  залогодателя с залогодержателем.  

По смыслу указанной нормы обременение имущества должника,  состоявшееся в пользу кредитора, может быть противопоставлено третьему  лицу только, если последнее осведомлено об этом обременении.  

Подобная осведомленность предполагается в случаях, когда залогодатель  и (или) залогодержатель создают условия, при которых любой участник  гражданского оборота способен без особых затруднений получить сведения о  состоявшемся залоге.  

К условиям, раскрывающим факт обременения движимого имущества  залогом перед всеми участниками гражданского оборота, то есть создающим  презумпцию их осведомленности об обременении, относятся, в частности, залог  с передачей имущества залогодержателю во владение (заклад), а также  внесение записи об обременении в реестр уведомлений. В противном случае  действует обратная презумпция, то есть осведомленность третьего лица об  

 

обременении, необходимая для противопоставления ему залога, изначально не  предполагается, но может быть доказана.  

Обеспеченность залогом требований кредиторов при банкротстве  должника существенно повышает вероятность их удовлетворения по  сравнению с кредиторскими требованиями, не имеющими такого обеспечения.  Равным образом, любой залоговый кредитор в целях полноты удовлетворения  своих требований заинтересован в исключении залогового статуса у требования  любого иного кредитора, конкурирующего с ним за конкурсную массу  должника, которой, как правило, недостаточно для полного удовлетворения  кредиторов.  

В связи с этим предполагается, что все кредиторы заинтересованы в том,  чтобы требование кредитора, обеспеченное залогом движимого имущества, в  отношении которого не внесена запись в реестр уведомлений, в соответствии с  абзацем третьим пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ не считалось бы обеспеченным  залогом для целей распределения конкурсной массы должника, поскольку  остальные кредиторы являются в таком залоговом обязательстве третьими  лицами.  

Таким образом, по общему правилу принадлежащее кредитору право  залога на движимую вещь, неопубличенное в установленном порядке, не может  быть противопоставлено в деле о банкротстве должника-залогодателя другим  кредиторам. Однако такое право противопоставимо кредиторам, которые знали  или должны были знать о существовании залога.  

В то же время позиционирующий себя в качестве залогового кредитор  вправе доказать осведомленность иных конкурсных кредиторов об  обременении имущества должника в свою пользу, опровергнув тем самым  презумпцию их неосведомленности и подтвердив абсолютный  обеспечительный эффект сделки залога.  

Из фактических обстоятельств дела следует, что заключенный между  кредитором и должником договор залога движимого имущества от 30.09.2016  не зарегистрирован в реестре уведомлений о залоге движимого имущества.  

Следовательно, при установлении факта невнесения соответствующей  записи об обременении в реестр уведомлений о залоге движимого имущества  должника и отсутствие доказательств осведомленности кредиторов должника о  наличии залогового обременения, у суда апелляционной инстанции  отсутствуют основания для удовлетворения заявления ООО «Сепычёвское» о  признании за ним статуса залогового кредитора.  

Относительно, доводов ПАО Сбербанк о пропуске срока исковой  давности для включения требований в реестр требований кредиторов должника,  апелляционная коллегия отмечает следующее.  

В силу ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года  со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.  

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности  начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении  

 

своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите  этого права (ст. 200 ГК РФ).  

Течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным  лицом действий, свидетельствующих о признании долга (ст. 203 ГК РФ).  

Как следует из обстоятельств дела кредитор предъявляет требование о  неполученной оплате по соглашению о новации долга от 29.09.2016 со сроком  исполнения-31.12.2018, указывая при этом, что в июле 2021 года сторонами  подписан акт сверки взаимных расчетов.  

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва  течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание  претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует,  что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком  изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт  сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на  претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не  свидетельствует о признании долга (п. 20 Постановления Пленума Верховного  суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах,  связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации  об исковой давности»).  

Кроме того, 27.02.2019 ООО «Сепыч» направил в адрес кредитора  письмо, из которого следует, что должник наличие задолженности признает в  полном объеме, просит предоставить отсрочку по возврату суммы долга.  Гарантирует погашение задолженности перед кредитором в размере  

22 270 197, 77 руб. в полном объеме в срок до 31.12.2020. 

Учитывая, что с рассматриваемым требованием ООО «Сепычёвское»  обратилось в суд 12.07.2022, срок исковой давности по требованиям со сроком  исполнения до 31.12.2020 не пропущен.  

При изложенных обстоятельствах, определение суда первой инстанции  подлежит отмене на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ в связи  несоответствием выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела.  

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в  подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации,  государственная пошлина не уплачивается.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 26 декабря 2022 года  по делу № А50-22810/2021 отменить.  

Признать требование ООО «Сепычёвское» в сумме 29 753 524,58 руб., в  том числе 25 242 574, 14 руб. основного долга, процентов за пользование  займом, 4 510 950,44 руб. процентов за пользование чужими денежными  

 

средствами, обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения  требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по  отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам  п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской  Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной  квоты).  

В удовлетворении остальной части требования отказать. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий С.В. Темерешева  

Судьи Т.Ю. Плахова  

М.А. Чухманцев