АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-44851/2022

г. Краснодар

02 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Тамахина А.В., судей Малыхиной М.Н. и Трифоновой Л.А., при участии в судебном заседании от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Соби-Лизинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 09.01.2023), в отсутствие истцов – общества с ограниченной ответственностью «Дорремстройкрым» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), индивидуального предпринимателя ФИО2, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Дорремстройкрым» и индивидуального предпринимателя ФИО2 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 по делу № А32-44851/2022, установил следующее. 

ООО «Дорремстройкрым» (далее – компания) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ООО «Соби-Лизинг» (далее – общество) о взыскании 833 505 рублей 87 копеек неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами начиная с 02.10.2022 по день фактической оплаты суммы неосновательного обогащения (уточненные требования).

Решением от 29.12.2022 иск удовлетворен.

Определением от 19.07.2023 суд апелляционной инстанции в порядке части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции; привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ИП ФИО2 (далее – ФИО2).

Постановлением апелляционного суда от 01.09.2023 удовлетворено ходатайство о процессуальном правопреемстве в части: произведена замена истца – компании на ФИО2 в части 30% права требования компании к обществу на получение части лизинговых платежей, уплаченных в счет выкупной стоимости предмета лизинга (неосновательное обогащение) по договору финансовой аренды от 12.02.2021 № 3120/2924/ДЛ в сумме 250 051 рубля 76 копеек неосновательного обогащения, 4161 рубля 82 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами с 02.10.2022 по 21.12.2022 и на соответствующую часть процентов, подлежащих начислению на сумму 250 051 рубль 76 копеек до полного погашения указанной суммы начиная с 22.12.2022. Решение от 29.12.2022 отменено, принят новый судебный акт, которым в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить постановление и оставить в силе решение. По мнению заявителя жалобы, судом апелляционной инстанции не учтена правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, в том числе, изложенная в пункте 20 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор от 27.10.2021). В условиях неразумных действий общества как сильной стороны (реализация предмета лизинга без проведения торгов, отсутствие согласования продажной цены с лизингополучателем) суд необоснованно переложил бремя доказывания на компанию (лизингополучателя). При этом компания представила достаточные доказательства несоответствия цены реализации предмета лизинга рыночной цене. Заключение общества составлено со значительными нарушениями. Суд не инициировал вопрос о назначении судебной экспертизы при наличии в материалах дела противоречащих доказательств относительно цены предмета лизинга.

Компания в кассационной жалобе просит отменить решение и постановление, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на то, что в нарушение норм процессуального права суды не привлекли к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, временного управляющего компании.

В отзывах на кассационную жалобу общество отклонило доводы компании и ФИО2, просило оставить постановление апелляционного суда без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель общества возражал против удовлетворения жалоб, ссылался на соответствие сделанных судом апелляционной инстанции выводов закону и имеющимся в деле доказательствам.

Компания направила ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное тем, что в адрес конкурсного управляющего не направлялась копия кассационной жалобы ФИО2

Суд округа не находит оснований для удовлетворения ходатайства компании об отложении судебного разбирательства.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса (часть 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем из материалов дела следует, что кассационная жалоба подана ФИО2 в электронном виде через информационную систему «Мой арбитр» и размещена в электронном деле в Картотеке арбитражных дел (27.10.2023). При этом конкурсный управляющий компании неоднократно подавал в суд округа ходатайства об ознакомлении с материалами дела в электронном виде (в режиме ограниченного доступа), которые удовлетворены: 15.11.2023 (одобрено 16.11.2023), 20.11.2023 (одобрено 22.11.2023), 14.12.2023 (одобрено 15.12.2023), 18.12.2023 (одобрено 19.12.2023), 19.01.2024 (одобрено 22.01.2024) и не представил доказательств наличия препятствий для ознакомления с кассационной жалобой ФИО2 в электронном виде.

Таким образом, у компании имелась возможность ознакомиться с кассационной жалобой ФИО2

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

Изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб и отзывов на них, выслушав пояснения представителя общества, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установлено судами, 12.02.2021 общество (лизингодатель) и компания (лизингополучатель) заключили договор финансовой аренды (лизинга) № 3120/2924/ДЛ, по условиям которого лизингодатель обязуется приобрести в свою собственность предмет лизинга и передать лизингополучателю за плату во временное владение и пользование на условиях договора имущество, указанное в спецификации (приложение № 1), являющейся неотъемлемой частью договора.

Договор состоит из самого договора, приложений к договору, дополнительных соглашений к нему (при их наличии) и Правил лизинга.

Согласованный автомобиль LADA Niva VIN 

<

***>, 2021 года выпуска приобретен лизингодателем и передан лизингополучателю во временное владение и пользование, что подтверждается актом приема-передачи от 20.02.2021.

В разделе 2 договора стороны определили, что общая сумма договора определена в размере 1 069 154 рубля 88 копеек, авансовый платеж 172 800 рублей, лизинговые платежи к оплате 896 354 рублей 88 копеек. Срок лизинга установлен 24 месяца. Выкупная цена имущества установлена в размере 17 280 рублей.

В связи с просрочкой уплаты лизинговых платежей лизингодатель в одностороннем порядке отказался от исполнения договора, направив в адрес лизингополучателя уведомление о расторжении от 15.02.2022, изъял предмет лизинга 23.03.2022.

Компания произвела расчет сальдо встречных обязательств, по результатам которого сумма завершающих обязательств на стороне лизингополучателя составила 833 505 рублей 87 копеек и является неосновательным обогащением.

Названные обстоятельства послужили основанием для обращения компании в арбитражный суд с иском.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался статьями 1, 15, 307, 309, 310, 330, 349, 395, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17), пунктах 60, 69, 73, 75 постановлени Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – постановление № 16), пункте 20 Обзора от 27.10.2021 и, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, указав, что заключение лизингодателя составлено со значительными нарушениями ФСО и не может являться надлежащим доказательством, приняв во внимание представленные лизингополучателем доказательства, опровергающие соответствие стоимости реализации предмета лизинга рыночному уровню, и отсутствие доказательств со стороны лизингодателя, что им предпринимались меры, необходимые для получения наибольшей выручки от продажи предмета лизинга, счел обоснованными требования компании. Кроме того, суд первой инстанции, рассматривая требования компании, счел необоснованным применение к лизингополучателю меры ответственности в виде штрафа, предусмотренного пунктом 14.4 Правил лизинга (15 тыс. рублей за каждый факт неисполнения обязанностей), и с учетом сущности допущенного лизингополучателем правонарушения (просрочка исполнения) счел возможным применить ответственность, предусмотренную пунктом 14.1 Правил лизинга (0,05% от суммы невнесенного лизингового платежа за каждый день просрочки оплаты). Таким образом, суд пришел к выводу о том, что требования компании о взыскании сальдо встречных обязательств подлежат удовлетворению в полном объеме. Также судом рассмотрено и удовлетворено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами с 02.10.2022 по 21.12.2022 в размере 13 872 рубля 73 копейки с последующим начислением до фактической оплаты денежных средств.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в иске, суд апелляционной инстанции при рассмотрении дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, дополнительно руководствуясь статьями 17, 28 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», пунктами 1, 3, 4 постановления № 17, пунктами 18, 19 Обзора от 27.10.2021, исходил из следующего.

Спор между сторонами в части сальдо встречных предоставлений основан на разногласиях о стоимости реализованного предмета лизинга и применении штрафных санкций, установленных договором лизинга. 

Пунктом 4 постановления № 17 предусмотрено, что указанная в пунктах 3.2 и 3.3 названного постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 Гражданского кодекса Российской Федерации – при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю). Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно разъяснению, данному в пункте 19 Обзора от 27.10.2021, если продажа предмета лизинга произведена по результатам торгов, цена его реализации предполагается рыночной, пока лизингополучателем не будет доказано нарушение порядка проведения торгов, в частности непрозрачность их условий, отсутствие гласности, ограничение доступа к участию в торгах и т.д.

Пунктом 20 того же Обзора предусмотрено, что если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.

В пункте 18 названного Обзора указано, что непринятие лизингодателем разумных мер для скорейшей реализации предмета лизинга в ситуации наличия спроса на вторичном рынке может свидетельствовать о неразумности его действий и выступать основанием для определения стоимости возвращенного предмета лизинга на основании отчета оценщика, в том числе при продаже предмета лизинга на торгах. Плата за финансирование в таком случае начисляется до даты истечения разумного срока организации продажи предмета лизинга.

Из приведенных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что лизингополучатель обязан принимать меры для скорейшей реализации предмета залога в ситуации наличия спроса на вторичном рынке. Таковая реализация не обязательно должна осуществляться на торгах. Отсутствие торгов может повлечь перераспределение бремени доказывания: при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.

Соответственно для применения перераспределения бремени доказывания добросовестности и разумности действия лизингодателя при организации продажи предмета лизинга лизингополучатель должен доказать существенное расхождение между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью.

Оценивая доводы истца о занижении цены реализации предмета лизинга по сравнению с рыночной стоимостью имущества со ссылкой на представленный им в материалы дела отчет ООО «Центр оценки и судебных экспертиз "Форум"» от 29.08.2022 № 90/2022, согласно которому оценщики определили значение рыночной стоимости автомобиля, более года находившегося в эксплуатации, на дату оценки в 1 322 321 рубль, суд апелляционной инстанции обоснованно принял во внимание, что согласно пункту 2.2 договора его общая сумма составила 1 069 154 рубля 88 копеек, а стоимость автомобиля – 864 тыс. рублей (спецификация к договору лизинга, платежное поручение от 19.02.2021 № 39).

При этом, указывая в договоре фактическую стоимость автомобиля, стороны исходили их того, что предмет лизинга является новым, не находившийся в эксплуатации и не подвергавшимся амортизации. Оснований полагать, что указанная цена на момент заключения договора не являлась рыночной, не имеется.

Истец не обосновал увеличение стоимости предмета лизинга (с 864 тыс. рублей (нового) до 1 322 321 рубль (бывшего в эксплуатации)) при том, что имущество находилось в эксплуатации более года и имеет по результатам эксплуатации недостатки, зафиксированные в соответствующем акте осмотра.

Суд апелляционной инстанции критически оценил отчет ООО «Центр оценки и судебных экспертиз "Форум"» от 29.08.2022 № 90/2022 в качестве возможного его использования для определения рыночной стоимости спорного имущества, указав, что оценщики при составлении отчета не производили визуального осмотра автомобиля, что прямо отражено в отчете. Также суд отметил, что учитывая наличие между сторонами спора, в том числе в отношении степени (размера) повреждений, нанесенных предмету лизинга, неустановление фактического состояния предмета оценки носит характер существенного нарушения, связанного с очевидно некорректным определением рыночной стоимости объекта оценки. Кроме того, в отчете указано, что при оценке объекта оценщики исходили из отсутствия каких-либо претензий и ограничений. Однако на момент оценки в отношении автомобиля имелись регистрационные ограничения, наложенные Федеральной службой судебных приставов в связи с наличие долгов у лизингополучателя перед иными лицами, которые препятствовали реализации объекта. Ограничения были сняты только через полгода после изъятия автомобиля. При этом указанные ограничения препятствовали возможности реализации предмета лизинга посредством торгов, соответственно, существенно влияли на рыночную стоимость автомобиля. Следовательно, определение рыночной стоимости автомобиля на дату его изъятия (23.03.2022), как этот сделано в представленном истцом отчете ООО «Центр оценки и судебных экспертиз "Форум"» от 29.08.2022 № 90/2022, некорректно.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.09.2022 № 305-ЭС22-8227, если обстоятельства, препятствующие продаже предмета лизинга, возникли по вине лизингополучателя (например, аресты на транспортные средства были наложены в связи с нарушениями, допущенными лизингополучателем при их использовании), то по общему правилу возникающие в связи с этим потери, в том числе при удешевлении предмета лизинга, возмещаются в рамках отношений между лизингодателем и лизингополучателем.

Таким образом, суд апелляционной инстанции верно констатировал, что удешевление предмета лизинга в данном случае подлежит отнесению на лизингополучателя.

При этом суд апелляционной инстанции принял во внимание, что из рецензии от 03.03.2023 № 02/03/23, составленной на отчет об оценке от 29.08.2022 № 90/2022, принятой в качестве иного письменного доказательства, следует нарушение оценщиками ФИО3 и ФИО4 ряда правил, которые не позволили суду принять их заключение в качестве достоверного доказательства рыночной стоимости имущества. В частности, апелляционный суд указал, что сведения по офертам аналогов представлены в отчете не в полном объеме; оценщиками не показана (скрыта) текстовая часть объявления с характеристикой объекта от продавца; неполная информация по аналогам негативно отражена на результатах оценки, так как характеристики объектов сравнения в полном объеме не учтены. Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что сведения о пробеге спорного автомобиля оценщиками указаны некорректно (6 тыс. км), тогда как согласно акту осмотра от 01.07.2022 пробег автомобиля составил 11 388 км. Оценщики исказили информацию по аналогам (новый аналог №1 принят за бывший в употреблении, по объекту-аналогу № 2 не учтены значимые улучшения на дату продажи); не учтены различия по комплектации аналогов, наличии предпродажной подготовки, скидок (в отношении объектов № 3 и 4). Как было отмечено ранее, оценщики объект оценки в натуре не осматривали, в связи с чем не учли множественные повреждения в виде сколов и царапин.

В соответствии с положениями статьи 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства. 

Поскольку отчет ООО «Центр оценки и судебных экспертиз "Форум"» от 29.08.2022 № 90/2022 не учитывает реального спроса на предмет лизинга и сам по себе при отсутствии других доказательств не может служить доказательством недобросовестности и неразумности действий лизингодателя при его реализации, суд апелляционной инстанции обоснованно не принял указанный отчет в качестве достоверного доказательства.

При этом суд апелляционной инстанции, оценивая в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленное обществом в суд первой инстанции экспертное заключение от 05.07.2022 № 2200865, составленное экспертом-техником ООО «АПЭКС ГРУПП» ФИО5 в отношении транспортного средства ВАЗ 2123 с пробегом 11388 км (VIN 

<

***>), установил, что в заключении имеется подробный акт осмотра имущества, в котором зафиксированы все его недостатки, приведена стоимость восстановления и ремонта каждой поврежденной детали.

В соответствии названным заключением экспертом установлено наличие ряда сколов и повреждений (царапин), полный перечень, которых отражен в акте осмотра транспортного средства от 01.07.2022; при выборе принципа минимизации затрат и экономической целесообразности комплекса рекомендуемых ремонтно-восстановительных работ стоимость затрат на восстановление транспортного средства без учета износа составила 302 612 рублей 31 копейку, с учетом износа – 287 900 рублей. Рыночная стоимость транспортного средства с учетом выявленных повреждений составила 654 500 рублей. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что согласно предоставленным сертификатам соответствия эксперт ФИО5 имеет квалификацию, соответствующую требованиям судебно-экспертной деятельности по судебно-экспертной специальности: «Исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП (транспортно-трасологическая экспертиза)» и по специальности: «Исследование транспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки»; внесен в Единый реестр экспертов-техников. 

Довод общества о том, что указанные в заключение ФИО5 суммы на восстановление в расчете количества и стоимости работ являются необоснованными, отклонен апелляционным судом как бездоказательный. Суд также отметил, что неуказание в отчете даты, на которую определена стоимость работ, само по себе не является пороком, влекущим непринятие заключения, поскольку из его описательной части следует, что оценка производилась на дату осмотра автомобиля в июле 2022 года.

Ходатайство о проведении судебной экспертизы истцами не заявлено (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах компания не опровергла указанные в заключении эксперта ФИО5 суммы на восстановление в расчете объема и стоимости работ.

Довод ФИО2 о том, что суд не инициировал вопрос о назначении судебной экспертизы при наличии в материалах дела противоречащих доказательств относительно цены предмета лизинга, подлежит отклонению, учитывая, что ходатайств о проведении экспертизы лицами, участвующими в деле, не заявлено, оснований для назначения экспертизы по своей инициативе у суда не имелось, суд рассмотрел дело по имеющимся в деле доказательствам, представленным сторонами (статьи 41, 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Кроме того, апелляционным судом отмечено, что согласно отчету об оценке от 01.03.2023 № 001-Ф-23, составленному оценщиком ООО «ВЕДА-эксперт» ФИО6, итоговая величина оценки рыночной стоимости предмета лизинга составила 780 600 рублей. При этом оценщик не учитывал стоимости восстановительного ремонта, применив минимальное значение физического износа с относительно незначительными повреждениями.

Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами в подтверждение своих доводов и возражений доказательства, в том числе, экспертное заключение ООО «АПЭКС ГРУПП» от 05.07.2022 № 2200865, отчет об оценке ООО «ВЕДА-эксперт» от 01.03.2023 № 001-Ф-23, отчет ООО «Центр оценки и судебных экспертиз "Форум"» от 29.08.2022 № 90/2022, суд апелляционной инстанции, установив отсутствие существенного расхождения между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью автомобиля, определенной по результатам оценки, пришел к выводу о том, что общество доказало разумность и добросовестность своих действий при организации продажи предмета лизинга без торгов по цене 700 тыс. рублей.

Вопреки доводам кассационной жалобы ФИО2, компанией не представлено доказательств недобросовестного поведения общества в спорных правоотношениях.

Отклоняя ходатайство компании о необходимости снижения неустойки и довод о заключении соответствующих условий договора путем воздействия на слабую сторону договора, апелляционный суд, руководствуясь статьями 1, 10, 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 9, 10 постановления № 16, исходил из отсутствия оснований для вывода о применении статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и о заключении договора финансового лизинга на несправедливых договорных условиях.

Апелляционный суд отметил, Правила лизинга, являющиеся приложением к договору, размещены на сайте общества и являлись общедоступными для всех желающих заключить договор. Следовательно, оснований для вывода о том, что применительно к компании имело определение заведомо несправедливых условий или присоединение к предложенным условиям было вынужденным не имеется, поскольку Правила лизинга предназначены для всех потенциальных лизингополучателем в равной степени.

При таких обстоятельствах не имеется оснований полагать, что истец был лишен возможности или ограничен в возможности заключения договора лизинга с иной лизинговой компанией на иных условиях.

Рассмотрев вопрос о снижении неустойки, апелляционный суд отметил, что вопреки доводам компании правовое регулирование неустойки в виде сочетания пени и штрафа не противоречит закону и не является двойной формой ответственности. Оснований для снижения договорной неустойки суд не усмотрел, отметив, что из 13 лизинговых платежей 12 произведены лизингополучатателем с просрочкой, поэтому такое поведение должника по отношению к кредитору по исполнению обязанности по оплате не может быть признано добросовестным. Исключительного случая для снижения договорной неустойки суд не установил.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 3 пункта 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснил, что основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Названные обстоятельства отсутствуют.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции, проверив и признав правильный расчет сальдо взаимных обязательств, приведенный в отзыве общества на иск, установив, что сальдо сформировано не в пользу компании, пришел к обоснованному выводу о том, что оснований для взыскания неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами не имеется, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении иска.

Довод компании о нарушении норм процессуального права в связи с непривлечением к участию в деле в качестве третьего лица арбитражного управляющего подлежит отклонению исходя из следующего.

Согласно пункту 43 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» поскольку рассмотрение в ходе наблюдения исков имущественного характера, истцом или ответчиком по которым является должник, может иметь значение для дела о банкротстве, рассматривающий его суд по своей инициативе или по ходатайству временного управляющего либо должника привлекает временного управляющего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне должника.

При этом необходимость привлечения соответствующего лица к участию в деле, возбужденном по иску имущественного характера, оценивается судом исходя из фактических обстоятельств каждого конкретного дела.

Приведенными правовыми нормами не установлена безусловная обязанность суда по привлечению временного управляющего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, а указывается на необходимость его привлечения, если судебный акт может повлиять на права и обязанности привлекаемого третьего лица.

В рассматриваемом случае непривлечение временного управляющего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, не привело к принятию неправильного судебного акта. Лично на временного управляющего никакие обязательства по иску истца возложены быть не могут, личный интерес временного управляющего отсутствует.

Доводов, свидетельствующих о том, что судом апелляционной инстанции при рассмотрении спора не учтены какие-либо обстоятельства, затрагивающие интересы иных кредиторов в деле о банкротстве, конкурсным управляющим компании не приводилось.

Доводы жалоб заявителей сводятся, по сути, к иной оценке доказательств, представленных в материалы дела, однако такими полномочиями суд кассационной инстанции не наделен (статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Согласно абзацу второму пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Нормы материального права применены судом апелляционной инстанции по отношению к установленным обстоятельствам правильно, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, исследованным в соответствии с требованиями статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены. 

Основания для отмены или изменения постановления по доводам кассационных жалоб отсутствуют.

Определением суда округа от 04.12.2023 компании предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, которую с учетом рассмотрения кассационной жалобы и положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует взыскать с данного лица. 

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство общества с ограниченной ответственностью «Дорремстройкрым» об отложении судебного разбирательства оставить без удовлетворения.

Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 по делу № А32-44851/2022 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дорремстройкрым» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3 тыс. рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

                                         А.В. Тамахин

 

Судьи

                                             М.Н. Малыхина

 

                                             Л.А. Трифонова