СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город  Томск                                                                                         Дело № А03-4903/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 февраля 2022 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Сбитнева А.Ю., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гальчук М.М., с  использованием аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел апелляционную жалобу ФИО2 (№ 07АП-9673/17 (3)) на определение от 10.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края (судья – Чащилова Т.С.) по делу № А03-4903/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЛЭС», (г. Бийск, Алтайского края, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по заявлению акционерного общества «Алтайэнергосбыт» о взыскании убытков с ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО2.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2: ФИО6 по доверенности от 12.12.2021;

от АО «Алтайэнергосбыт»: ФИО7 по доверенности от 31.12.2021;

от ПАО «РОССЕТИ СИБИРЬ»: ФИО8 по доверенности от 16.12.2020 – не обеспечила техническое подключение.

Суд

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Алтайского края от 18.07.2017 (резолютивная часть объявлена 11.07.2017) общество с ограниченной ответственностью «ЛЭС» (далее - ООО «ЛЭС», должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, как ликвидируемый должник, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9 (далее – конкурсный управляющий ФИО9).

Определением суда от 29.06.2020 принято к производству заявление АО «Алтайэнергосбыт» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЛЭС»  контролирующих должника лиц: ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО2 (далее – ФИО2) в размере 8 169 779, 22 рублей в солидарном порядке.

Определением от 10.12.2021 (резолютивная часть от 07.12.2021) суд:

- взыскал с ФИО3, ФИО5, ФИО2 солидарно в пользу ООО «ЛЭС» 3 389 779,22 рублей;

- взыскал с ФИО4, ФИО5, ФИО2 солидарно в пользу ООО «ЛЭС» 5 300 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 в апелляционной жалобе (с учетом дополнений) просит его отменить в части взыскания с него убытков, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы (с учетом дополнений) указывает на то, что ФИО2 никогда не входил в органы управления или исполнительные органы должника, не мог определять действия должника в гражданско-правовых отношениях. Не представлено доказательств личного получения ФИО2 денежных средств от должника и использованием их в личных целях. ФИО2 не может быть отнесен к субъектам, с которых можно взыскать убытки, так как не доказана причинно-следственная связь между его действиями и причиненному должнику убытками. 

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых АО «Алтайэнергосбыт» и конкурсный управляющий ООО «ЛЭС» ФИО9 просят оставить судебный акт без изменения.

В письменных пояснениях, поданных в соответствии со статьей 81 АПК РФ, ФИО3 считает, что в отношении ФИО2 судебный акт вынесен законно и обоснованно, приводит доводы о несогласии с выводами суда в отношении самого себя.

Протокольным определением представители участников обособленного спора были допущены к участию в судебном заседании в режиме веб-конференции. Представитель ПАО «Россети Сибирь», несмотря на одобренное ходатайство, не обеспечил техническое подключение.

В судебном заседании представитель ФИО2 настаивал на доводах апелляционной жалобы, представитель АО «Алтайэнергосбыт» поддержал доводы отзыва.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда  в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на неё, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, 15.07.2014 до 27.04.2015 руководителем должника являлся ФИО5 В период с 15.02.2017 до 27.07.2017 указанное лицо являлось ликвидатором должника. Также ФИО5 является единственным учредителем ООО «ЛЭС».

В период с 27.04.2015 до 18.03.2016 руководителем должника являлся ФИО3

В период с 18.03.2016 до 15.02.2017 руководителем должника являлся ФИО4

ООО «ЛЭС» зарегистрировано 08.04.2014 за основным государственным регистрационным номером (ОГРН) 

<

***>, обществу присвоен ИНН 

<

***>.

С 30.10.2015 должник состоит на налоговом учете в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 15 по Алтайскому краю.

Основным видом деятельности должника является передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям (код по ОКВЭД 35.12).

АО «Алтайэнергосбыт» обратился с заявлением в суд, полагая, что ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО2 причинили убытки должнику в размере 8 169 779,22 рублей, путем совершения согласованных действий, направленных на вывод активов должника в пользу ООО «ТрансЭнерго» и ООО «ТЭНП».

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление кредитора, исходил из обоснованности заявленных требований.

Согласно положениям статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве), дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В силу абзаца 1 указанного пункта при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Согласно абзацу 4 пункта 20 Постановления № 53 независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168  АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Частью 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В силу статьи 1064 ГК РФ общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействия) лица, причинившего вред, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзацах 3, 4, 5 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу части 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В статье 2 Закона о банкротстве (в применимой редакции) содержалось определение понятия «контролирующее должника лицо».

Контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 18 Обзора судебной практики № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, указал, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу, незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время ст. 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Пунктом 3 Постановления № 53 Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим.

В соответствии с этим правилом, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Вопреки доводам ответчиков в суде первой инстанции о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о соблюдении процессуального срока, исходя из следующего.

Материально-правовые основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на дату совершения ими вменяемых им действий (бездействия) и на дату обращения в суд с рассматриваемым заявлением не изменились, то есть на дату прекращения действия предыдущих редакций Закона о банкротстве, предусматривающих иной порядок исчисления давности по этой категории дел, срок исковой давности не истек, поэтому к вопросу о продолжительности и порядка исчисления исковой давности подлежит применению новая норма Закона о банкротстве.

Данный подход опирается на сформированную Верховным Судом Российской Федерации правовую позицию исчисления сроков давности при их законодательном изменении, нашедшую свое отражение в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

Пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве не изменяет существа материальных правоотношений и имеет процессуальный характер, в связи с чем, в ситуации, когда неправомерные действия (бездействие), причинившие вред кредиторам, совершены в период до 01.07.2017, а осведомленность заинтересованного лица (конкурсного управляющего) о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и обращение в суд с соответствующим требованием состоялись после указанной даты (в период действия другой редакции Закона о банкротстве относительно сроков исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности), - начало течения срока исковой давности и его продолжительность определяются тем законом, который действовал на момент, когда заинтересованное лицо узнало или должно было узнать о наличии реальной возможности предъявления иска, не дожидаясь установления размера субсидиарной ответственности.

Кроме того, Пленум Верховного суда Российской Федерации в Постановлении № 53 (пункт 59) указал на то, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу (статья 200 ГК РФ), исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. Для начала течения срока исковой давности необходимо понимание о недостаточности активов должника для удовлетворения требований кредиторов.

На основании пункта 68 Постановления № 53 согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель.

Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

Поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором, конечным бенефициаром) (статья 200 ГК РФ).

Как указано выше, решением суда от 18.07.2017 ООО «ЛЭС» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, как ликвидируемый должник, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9

Соответственно, срок исковой давности начал течь не ранее 11.07.2017. А кредитор обратился в суд с настоящим заявлением 25.06.2020. Соответственно, трехлетний срок исковой давности не истек по состоянию на дату обращения в суд с заявлением.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы об отсутствии доказательств признаков контролирующего должника лица у ФИО2, не установленной связи между его действиями и убытками, причиненными ООО «ЛЭС», судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктами 20, 21 Постановления № 53, если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Кроме того, предполагается, что контролирующим деятельность должника лицом является выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки; в этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами (пункт 3, абзац 4 пункта 7 Постановления № 53).

ПАО «МРСК Сибири» является территориальной сетевой организацией, которая на основании договора с АО «Алтайэнергосбыт» оказывает услуги по передаче электроэнергии потребителям, находящимся в границах зоны деятельности гарантирующего поставщика.

Согласно акту разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон от 21.04.2011, истец осуществляет передачу электроэнергии через ПС 110/35/6 кВ «ГПП-4» № 3 ЗРУ-6 кВ, ячейка № 3 I-секция шин 6 кВ, ячейка № 17 и ячейка № 18 II-секция шин 6 кВ на находящиеся в границах балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности ООО «ТрансЭнерго» наконечники отходящих кабелей и отходящие кабели от ячеек №№ 3, 17, 18 ПС 110/35/6 кВ «ГПП-4» № 3 и внутрипроизводственные сети.

В период с июня по ноябрь 2015 года ООО «ТрансЭнерго» являлось законным владельцем электрических сетей от границы раздела, указанной в названном выше акте, до энергоустановок конечных потребителей.

Между АО «Алтайэнергосбыт» (продавец) и ООО «ЛЭС» (покупатель) в лице ФИО3 заключен договор купли-продажи электрической энергии (мощности) № 6556 от 01.06.2015, на условиях которого покупатель приобретает электроэнергию для потребителей, технологически присоединенных к сетям ООО «ТрансЭнерго» в точках поставки, находящихся на границе раздела сетей последнего и ПАО «МРСК Сибири».

Гарантирующим поставщиком в точках поставки, в которых должник, как энергосбытовая организация, покупает электроэнергию для обслуживаемых им потребителей, является АО «Алтайэнергосбыт».

По условию пункта 1.5 договора купли-продажи электрической энергии (мощности) № 6556 от 01.06.2015 покупатель самостоятельно урегулирует отношения по передаче электроэнергии (мощности) в отношении точек поставки потребителем покупателя.

В договоре купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), заключаемом с гарантирующим поставщиком, не регулируются отношения, связанные с оперативно-диспетчерским управлением и передачей электрической энергии в отношении энергопринимающих устройств потребителя.

Должником в лице ФИО3 был заключен соответствующий договор на оказание услуг по передаче электрической энергии № 1 от 01.06.2015 с владельцем сетей - ООО «ТрансЭнерго» и ему же эти услуги оплачены.

В рассматриваемый период отношений тариф на услуги по передаче электроэнергии для ООО «ТрансЭнерго» регулирующим органом установлен не был.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Алтайского края от 08.09.2015 № А03-13511/2015 признаны недействительными решения Управления Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов об отказе в открытии дел об установлении тарифов на 2015 год, оформленные уведомлениями от 20.04.2015 № 30- 01/П/946 и от 13.05.2015 № 30-01/П/1424. 

На Управление Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем открытия в течение десяти дней с даты вступления настоящего решения в законную силу дела об установлении тарифа для ООО «Трансэнерго» на передачу электрической энергии на 2015 год в соответствии и на основании заявления от 29.04.2015 № 35.

Во исполнение требований судебного акта регулирующим органом решением от 09.12.2015 № 662, вступившим в силу 12.12.2016, путем внесения изменений в решение Управления Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов от 27.12.2014 № 679 «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям на территории Алтайского края, на 2015 год», установлен индивидуальный тариф для расчетов ПАО «МРСК Сибири» с ООО «ТрансЭнерго».

В соответствии с решением Управления Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов от 27.12.2014 № 677 «Об установлении единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям на территории Алтайского края, на 2015 - 2019 годы» на территории Алтайского края действует котловой метод расчета тарифа на услуги по передаче электрической энергии, в соответствии с которым сетевой организацией, оказывающей услуги по передаче электрической энергии потребителям и энергосбытовым организациям (гарантирующим поставщикам) на территории Алтайского края, является ПАО «МРСК Сибири».

При расчетах в рамках указанной модели по принципу «котел сверху» потребитель заключает договор на оказание услуг по передаче электроэнергии с той сетевой организацией, которую регулирующий орган определил в регионе держателем котла, поскольку только для нее устанавливается тариф для расчетов с потребителями услуг (покупателями и продавцами электроэнергии). В этих правоотношениях держатель котла является исполнителем услуги получает плату от всех потребителей услуг в регионе. 

Иные территориальные сетевые организации, участвующие в передаче электроэнергии в регионе, не имеют права заключать договоры непосредственно с потребителями и получают оплату за свои услуги от держателя котла по индивидуальным тарифам в рамках исполнения договорных обязательств по передаче электроэнергии, в которых держатель котла является заказчиком услуг (пункты 8, 34-42 Правил № 861).

Исполнение спорной обязанности в пользу ООО «ТрансЭнерго» не является надлежащим исполнением, так как в соответствии с приведенными выше положениями законодательства ООО «ТрансЭнерго», вне зависимости от признания за ним в рассматриваемый период статуса территориальной сетевой организации, не обладало правомочиями на получение с предприятия платы за услуги по передаче электроэнергии.

О данных обстоятельствах должник, являясь профессиональными участниками розничного рынка электрической энергии, не мог не знать.

Вступившим в законную силу решением суда по делу № А03-19936/2015 от 23.12.2016 установлено, что договор между ООО «ЛЭС» и ООО «ТрансЭнерго» об оказании услуг по передаче электроэнергии является ничтожным как противоречащий законодательству о ценообразовании в области электроэнергетике и нарушающий установленную в соответствии ним действующую в рассматриваемый период модель тарифно-договорного регулирования отношений по оказанию рассматриваемых услуг, участниками которых являются другие сетевые организации и потребители.

01.04.2016 должником в лице ФИО4 (договор подписан указанным лицом в период исполнения им обязанностей руководителя должника) заключен договор с ООО «ТЭНП» по оказанию услуг по передаче электроэнергии. Однако ООО «ТЭНП», как и ООО «ТрансЭнерго», фактически могло обеспечить передачу электроэнергии лишь от сетей ПАО «МРСК Сибири» до энергоустановок конечных потребителей.

Таким образом, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, как руководители и учредитель профессионального участника розничного рынка электрической энергии, не могли не знать о необходимости заключения договора по передаче электроэнергии именно с ПАО «МРСК Сибири», как с участником рынка, имеющем не только во владении на законном основании объекты электросетевого хозяйства (электрические сети), но и установленный соответствующих регулирующим органом тариф на оказание услуг по передаче электроэнергии.

Вместо этого, руководители должника заключили ничтожные договоры с ООО «ТЭНП» и ООО «ТрансЭнерго» и исполняли их.

Конечным потребителем по договору купли-продажи электрической энергии (мощности) № 6556 от 01.06.2015 являлось технологически присоединенное к электрическим сетям ООО «Шахматный клуб «Строитель» (ОГРН 

<

***>), руководителем которого является ФИО2

Между ООО «Трансэнерго» и ООО «Шахматный клуб «Строитель» заключен договор аренды кабельной линии 0,4 кВ КЛ ТП 19 от 19.03.2015 сроком действия – 360 дней с возможностью продления срока действия на неопределенный срок.

11.03.2016 договор аренды кабельной линии заключен между ООО «ТЭНП» и ООО «Шахматный клуб «Строитель».

ООО «Шахматный клуб Строитель» является собственником объектов недвижимости, представляющих собой электросетевой комплекс, расположенный в г. Бийске Алтайского края в границах улиц Социалистическая, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО11, ФИО13, ФИО14, Можайского, Чайковского и Фрунзе.

Данный имущественный комплекс на основании договоров аренды находился в пользовании ООО «УМ № 4» (с 01.01.2011 по 17.01.2012) и ООО «ВЭС» (с 18.01.2012 по 31.12.2012) и эксплуатировался ими в соответствии с назначением для передачи электрической энергии потребителям, которые технологически к нему присоединены.

В период с января 2011 года по декабрь 2012 года ОАО «Алтайэнергосбыт», являясь гарантирующим поставщиком электрической энергии, поставляло ее через объекты электросетевого хозяйства ОАО «МРСК «Сибири» в лице филиала «Алтайэнерго», ООО «Шахматный клуб «Строитель», ООО «УМ-4» и ООО «ВЭС». При этом ОАО «МРСК «Сибири» в лице филиала «Алтайэнерго», являясь сетевой организацией, обеспечивало поставку электрической энергии на границу объектов электросетевого хозяйства, принадлежащего на праве собственности ООО «Шахматный клуб «Строитель» и переданного последним во временное пользование ООО «УМ № 4» и ООО «ВЭС». Точкой поступления электрической энергии в сеть, принадлежащую ООО «Шахматный клуб Строитель» является ЦРП от ГПП-4 и ГПП «Сосна», которые находятся в границах зоны деятельности гарантирующего поставщика - ОАО «Алтайэнергосбыт».

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 23.04.2012 по делу № А03-4627/2011, вступившим в законную силу, фактически сложившиеся между ОАО «Алтайэнергосбыт» и ООО «УМ № 4» отношения по поставке электроэнергии для собственных нужд ООО «УМ № 4» и для третьих лиц, получающих электроэнергию от него, расценены как договорные.

Указанные отношения существовали в период с января 2011 года по декабрь 2012 года у ОАО «Алтайэнергосбыт» не только с ООО «УМ № 4», но и с ООО «ВЭС», которое с марта 2012 года использовало сети, ранее находящиеся в пользовании ООО «УМ № 4».

В указанный период ОАО «Алтайэнергосбыт» выставляло счета для оплаты ООО «УМ № 4» и ООО «ВЭС», которые ими оплачивались, а потребители электрической энергии оплачивали потребленную электрическую энергию ООО «УМ № 4» и ООО «ВЭС» по ценам, согласованным с конкретным абонентом.

Руководителем и учредителем ООО «ВЭС» являлся ФИО3

Между ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (после переименования – ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири») и ООО «ПСП Управление механизации-4» 14.12.2009 был заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии №4632, в соответствии с условиями которого ООО «ПСП Управление механизации-4» (именуемое в договоре исполнитель) обязалось оказывать услуги по передаче электрической энергии от точек приема и до точек отпуска путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или на ином предусмотренном федеральными законами основании, а ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (именуемое в договоре заказчик) обязалось оплачивать эти услуги по индивидуальному тарифу, утвержденному для исполнителя уполномоченным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов (пункт 2.1 указанного договора).

Также между указанными лицами 04.04.2013 был заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии №18.22.185.13, в соответствии с которым ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (именуемое в договоре исполнитель) обязалось оказывать ООО «ПСП Управление механизации-4» (именуемому в договоре – заказчик) услуги по передаче электрической энергии в точки поставки, указанные в приложении к договору, посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или ином законном основании, а ООО «ПСП Управление механизации-4» (именуемое в договоре заказчик) обязалось оплачивать услуги исполнителю в порядке, установленном договором (пункт 2.1 данного договора).

На основании договора аренды имущества от 01.05.2015, электросетевые комплексы и трансформаторная подстанция, принадлежавшие ранее обществу с ограниченной ответственностью «ПСП Управление механизации-4» переданы в аренду ООО «ТрансЭнерго».

29.02.2016 договоры аренды имущества электросетевого комплекса, заключенные между ООО «Шахматный клуб Строитель» и ООО «ТрансЭнерго» расторгнуты.

ООО «ЛЭС», ООО «Шахматный клуб Строитель» и ИП ФИО2 связывали гражданско-правовые отношения. При этом при наличии у должника перед ФИО2 неисполненных обязательств в размере 1 794 468,44 рублей указанное лицо не обратилось с заявлением о включении указанной задолженности в реестр требований кредиторов должника, что является косвенным доказательством наличия заинтересованности между должником и ФИО2

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что группа компания (ООО «Шахматный клуб Строитель», ООО «ЛЭС», ООО «ВЭС», ООО «УМ-4» и другие) были созданы и подконтрольны ФИО2, использовали имущественный комплекс, принадлежащий указанному лицу, что являлось экономически необоснованным. Целью создания вышеуказанных организаций являлся вывод активов должника с целью недопущения обращения взыскания на него.

ФИО5 являлся учредителем должника с момента его образования, а затем был его ликвидатором. Поэтому указанное лицо не могло не знать о характере деятельности должника и о совершенных им сделках.

Вступившим в законную силу решением от 19.12.2019 по делу № А03-14044/2019 суд взыскал с ООО «ТЭНП» в пользу ООО «ЛЭС» неосновательное обогащение в размере 2 834 000 рублей.

Вышеуказанным судебным актом установлено, что договор между ООО «ЛЭС» и ООО «ТЭНП» об оказании услуг по передаче электроэнергии является ничтожным как противоречащий законодательству о ценообразовании в области электроэнергетике и нарушающий установленную в соответствии с ним действующую в рассматриваемый период модель тарифно-договорного регулирования отношений по оказанию рассматриваемых услуг, участниками которых являются другие сетевые организации и потребители и не влечет юридических последствий с момента её совершения.

Вступившим в законную силу решением от 21.01.2020 по делу № А03-17442/2019 в удовлетворении иска ООО «ЛЭС» к ООО «Трансэнерго» о взыскании неосновательного обогащения в размере 3 659 779,22 рублей отказано в связи с истечением срока исковой давности. Указанное обстоятельство не исключает возможность предъявления заявления о взыскании убытков в рамках настоящего дела о банкротстве.

Вступившим в законную силу определением суда от 15.08.2019 по делу № А03-25138/2015 установлены следующие обстоятельства.

Объекты недвижимости, представляющие собой электросетевой комплекс, принадлежащий на праве собственности ООО «Шахматный клуб Строитель» в лице директора ФИО2, последовательно находились во владении и пользовании ООО «УМ № 4», ООО «ВЭС», ООО «ЛЭС», при этом в ФИО3 являлся руководителем в ООО «ВЭС» и ООО «ЛЭС».

Юридическим адресом ООО «ВЭС» и ООО «ЛЭС» является Алтайский край, 

<

...>, то есть по месту нахождения недвижимого имущества. принадлежащего ИП ФИО2

Из официального сайта https://egrul.nalog.ru, протокола обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 22.07.2015, зафиксировавшего результаты обследования здания, расположенного по адресу: 

<

...>, следует, что юридическим адресом ООО «УМ № 4», а также фактическим адресом является 

<

...>, документы, касающиеся финансово- хозяйственной деятельности ООО «Управление механизации № 4», ООО «ВЭС», хранились в одном помещении.

Допустимых и достаточных доказательств наличия у ООО «ВЭС» собственных экономических нужд по аренде помещений общей площадью в 2012 году – 2 857 кв.м. (арендные платежи в размере 640 000 рублей ежемесячно), в 2013 году – 1953 кв.м. (арендные платежи в размере 540 000 рублей ежемесячно), доказательств экономической целесообразности аренды помещений в таком объеме при том, что размер внесенной должником арендной платы превысил стоимость арендованного имущества, в материалы дела не представлено.

При этом после принятия решения Арбитражным судом Алтайского края от 17.03.2015 по делу № А03-1741/2014, которым с ООО «ВЭС» в пользу открытого акционерного общества «Алтайэнергосбыт» взыскано 22 303 901,06 рубль стоимости электроэнергии и 1 040 рублей расходов по уплате государственной пошлины, действия руководителя ООО «ВЭС» ФИО3 были направлены на фактическое прекращение деятельности (в обход установленного законом порядка прекращения деятельности) должника путем расторжения договоров энергоснабжения с потребителями и последующее заключение с указанными потребителями аналогичных договоров с ООО «ЛЭС», в котором ФИО3 в указанный период также являлся руководителем. 

Доказательств, подтверждающих принятие ФИО3 мер к погашению задолженности и осуществлению деятельности, предусмотренной уставом ООО «ВЭС», материалы дела не содержат.

Таким образом, была установлена невозможность расчета с кредиторами должника и последующее банкротство не были вызваны недостаточностью имущества и/или неплатежеспособностью, не сложившимися объективными факторами, вследствие которых дальнейшая деятельность ООО «ВЭС» стала невозможной. Фактически действия контролирующего должника лица по переводу потребителей на подконтрольную ему организацию с целью уклонения от погашения задолженности перед независимыми кредиторами, повлекли невозможность осуществления ООО «ВЭС» хозяйственной деятельности.

В результате действий ФИО3 ООО «ВЭС» осталось с существенным размером кредиторской задолженности. Тогда как такая же хозяйственная деятельность, на том же самом недвижимом имуществе в отношении тех же потребителей, была продолжена другим обществом.

У предприятий ООО «ВЭС», ООО «ЛЭС», ООО «ТЭНП», ООО «Энергострой» была единая бухгалтерия, которая управлялась ФИО2 А ООО «ТЭНП» являлось одним их лиц, на которое по ничтожным сделкам выводились денежные средства ООО «ЛЭС».

В результате кредиторы должника фактически утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника, в результате чего им причинен имущественный вред.

При этом из судебных актов по делу № А03-4903/2017 (банкротство ООО «ЛЭС»), размещенных в картотеке арбитражных дел, следует, что ООО «ЛЭС» также, получив прибыль и накопив задолженность перед ресурсо-снабжающими организациями, находится в стадии банкротства.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 29.11.2017 по делу № А03-18602/2015 завершено конкурсное производство в отношении ООО «Управление механизации № 4» (ИНН 

<

***>), директором которого в 2010 году являлся ФИО2 и которое в период с 01.01.2011 по 17.01.2012 осуществляло аналогичную деятельность на недвижимом имуществе, принадлежащем ФИО2

При таких обстоятельствах, учитывая аналогичную схему действий, просматриваемую в ООО «Управление механизации № 4», ООО «ВЭС» и ООО «ЛЭС», путем накопления задолженности перед ресурсоснабжающими организациями, выводом активов и последующим прекращением деятельности обществ, суд первой инстанции установил вину  находит ФИО3 в признании должника банкротом.

Юридический адрес ООО «ТрансЭнерго» и ООО «ТЭНП» совпадает с юридическим адресом ООО «ЛЭС» - 

<

...>. Недвижимое имущество, принадлежащее ИП ФИО2, также находится по указанному адресу.

Косвенным доказательством того, что заинтересованные лица связаны между собой и действовали согласованно под контролем ФИО2, является то, что их интересы в рамках настоящего обособленного спора до возникновения конфликта между ФИО2 и ФИО3 представлял один и тот же представитель - ФИО15

Также, ФИО16 (дочь ФИО2) представляла интересы ООО «ТЭНП» в деле А03-7679/2016, ООО «Трансэнерго» (ИНН 

<

***>) по делам А03-13511/2015 и А03-62/2016.

ФИО6 представлял интересы ООО «Шахматный клуб Строитель» (ИНН 

<

***>) по делу А03-13011/2017, ООО «ТЭНП» по делам А03-945/2018, А03-464/2018, А03-367/2018, А03-12704/2017, А03-19678/2016, ООО «ЛЭС» в деле А03-19936/2015.

ФИО15 представляла интересы ФИО3 (определение от 15.08.2019 по делу А03-25138/2015), ИП ФИО2 (в деле А03-25138/2015 (определение от 21.03.2019), а также в деле А03-15226/2020), ООО «ТЭНП» в деле А03-14044/2019, ООО «ЛЭС» (при рассмотрении заявления должника о своем банкротстве, см. решение суда от 18.07.2017 по делу А03-4903/2017), ООО «Трансэнерго» в деле А03-17442/2019.

ФИО17 представлял интересы ООО «Шахматный клуб Строитель», ООО «Управление механизации № 4», ООО «ВЭС» в деле А03-10211/2015, ООО «Трансэнерго» в деле А03-19936/2015 и деле № А03-13499/2016 (определение от 26.09.2016).

Иова А.А. и ФИО18 представляли интересы ООО «Шахматный клуб Строитель», ООО «Управление механизации № 4», ООО «ВЭС» в деле А03-1741/2014.

В результате анализа выписки по счету ООО «ТЭНП» судом первой инстанции установлено и не оспаривается заявителем, что  21.12.2016 ООО «ТЭНП» получив от ООО «ЛЭС» оплату по договору на передачу электрической энергии перечисляет ООО «Энергострой» денежные средства в размере:

- 170 000 рублей с назначением платежа «за поиск повреждения»;

- 240 000 рублей с назначением платежа «за пользование автотранспортом».

Директором ООО «Энергострой» (ИНН 

<

***>) является ФИО4, единственным участником с 2010 года – ФИО2

Также согласно выписке ООО «ТЭНП» денежные средства перечислялись ООО «Шахматный клуб Строитель», которое также является подконтрольным ФИО2 лицом.

В результате анализа выписки по счету ООО «Трансэнерго» денежные средства перечислялись ИП ФИО16 и ООО «Энергострой».

Денежные средства должника, поступавшие по ничтожным сделкам на счета ООО «ТЭНП» и ООО «Трансэнерго» расходовались на заработную плату сотрудников указанных обществ, на ремонт и поддержание надлежащего технического состояния электрических сетей, которые указанные лица арендовали у ООО «Шахматный клуб Строитель».

Таким образом, ФИО2 является выгодоприобретателем по совершенным должником сделкам, являющимся ничтожными.

В процессе хозяйственной деятельности ООО «ЛЭС», созданное и подконтрольное ФИО2, учредителем а в последующем ликвидатором которого являлся ФИО5, заключило сделки с ООО «ТрансЭнерго» и ООО «ТЭНП», подписанные со стороны должника его руководителями - ФИО3 и ФИО19, направленные на причинение убытков должнику и его кредиторам, так как за аналогичный период у должника образовалась задолженность по оплате услуг, предоставленных ему ПАО «МРСК Сибири». 

В результате исполнения указанных сделок размер убытков составил 8 169 779,22 рублей. 

С учетом того, что ФИО3 являлся руководителем должника в период с 27.04.2015 до 18.03.2016, размер убытков, подлежащий взысканию с ФИО3, составляет 3 389 779 рублей 22 коп. (размер платежей в пользу ООО «Транс-Энерго» по договору на оказание услуг по передаче электрической энергии № 1 от 01.06.2015 за период с 01.07.2015 по 14.03.2016). Оснований для освобождения ФИО3 от ответственности на основании пункта 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве с учетом процессуального поведения указанного лица, у суда первой инстанции не имелось.

С учетом того, что ФИО4 являлся руководителем должника в период с 18.03.2016 до 15.02.2017, размер убытков, подлежащий взысканию с ФИО4, составляет 5 300 000 рублей (размер платежей в пользу ООО «Транс-Энерго» по договору на оказание услуг по передаче электрической энергии № 1 от 01.06.2015 и в пользу ООО «ТЭНП» по договору по оказанию услуг по передаче электроэнергии от 01.04.2016 за период с 24.03.2016 по 09.01.2017). 

Размер убытков ФИО5, являющегося единственным учредителем ООО «ЛЭС» и его ликвидатором и ФИО2, являющегося лицом, контролирующим деятельность должника, составляет 8 689 779,22 рублей.

ФИО3, ФИО5 и ФИО4 систематически участвовали в организованных ФИО2 схемах по выводу активов организаций. Основания полагать, что указанные лица не осознавали последствия своих действий (бездействия), и не получали имущественную выгоду, не имеется. Ответственность вышеуказанных лиц является солидарной.

Приведенные ФИО2 ссылки на судебную практику подлежат отклонению, поскольку перечисленные им судебные акты основаны на иных конкретных фактических обстоятельствах дела, что в принципе исключает возможность использования приведенных судебных актов в качестве судебной практики при разрешении настоящего спора.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что в обжалуемом судебном акте не дана оценка всем доказательствам и доводам, неоснователен, поскольку то обстоятельство, что в судебном акте не названы какие-либо из имеющихся в деле доказательств, документов либо доводов, не свидетельствует о том, что данные доказательства и документы судом первой инстанции оценены не были.

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства дела, собранные по делу доказательства, исследованы судом первой инстанции в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ и получили надлежащую правовую оценку в судебном акте.

Учитывая изложенное, принятое арбитражным судом первой инстанции определение является законным и обоснованным, судом дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленные статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 10.12.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-4903/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

            Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края. 

 

             Председательствующий                                                                Е.В. Кудряшева 

 

 Судьи                                                                                              А.Ю. Сбитнев

 

                                                                                                          ФИО1