1179/2023-87167(1) 

 

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А54-4802/2023

г. Тула

10 ноября 2023 года

20АП-6779/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 10 ноября 2023 года.  

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Мосиной Е.В., судей Дайнеко М.М., Капустиной Л.А.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  при участии в судебном заседании:  

от общества с ограниченной ответственностью «Рязаньподземстрой» – ФИО2  (паспорт, диплом, доверенность от 24.10.2023),  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной  ответственностью «Тимартстрой» на решение Арбитражного суда Рязанской области от  07.08.2023 по делу № А54-4802/2023 (судья Савин Р.А),  

принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Тимартстрой»  (ОГРН 

<

***>, 

<

...>) к  обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания Рост» (ОГРН  

<

***>, 

<

...>, каб. 1) к обществу с ограниченной  ответственностью «Рязаньподземстрой» (ОГРН 

<

***>, г. Рязань, район  Восточный промузел, д. 11, стр. 1) о признании договора уступки требования (цессии)   № 1-4/10 от 04.10.2021 недействительным, применении последствий недействительности  сделки,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Тимартстрой» (далее – ООО  «Тимартстрой») обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью  «Строительная компания Рост» к обществу с ограниченной ответственностью  «Рязаньподземстрой» (далее – ООО «Рязаньподземстрой») о признании договора уступки  

требования (цессии) № 1-4/10 от 04.10.2021 недействительным, применении последствий  недействительности сделки.  

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 07.08.2023 в иске отказано. 

Не согласившись с решением Арбитражного суда Рязанской области от 07.08.2023,  ООО «Тимартстрой» обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с  апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, заявленные  требования удовлетворить. В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель  указывает на то, что действия со стороны ответчиков являются незаконной схемой  обогащения, основанной на злоупотреблении правом и действиях в обход закона, а сам  договор цессии является недействительной сделкой. Обращает внимание суда  апелляционной инстанции на то, что договор цессии является недействительным,  поскольку 04.10.2021 он не заключался и не мог быть заключен, истец полагает, что  данный документ мог быть составлен не позднее апреля 2023 года, поскольку в марте  2023 года ООО «Рязаньподземстрой» обращалось с претензией к ООО «Тимартстрой» и  истец предоставил документы об отсутствии задолженности. Считает, что по договору  цессии переданы несуществующие права требования, так как ни по состоянию на 2021  год, ни в настоящее время никакой задолженности у ООО «Тимартстрой» по договору  поставки № 01/06 от 30.06.2020 не было. Полагает, что действия ответчиков представляют  собой непоследовательное поведение и говорят о том, что данная организация привлекла  дружественное лицо ООО «СК Рост» и с помощью договора цессии, составленного  задним числом, по которому не проводилось расчетов, пытается незаконно получить с  ООО «Тимартстрой» денежные средства по несуществующим обязательствам  

В судебном заседании представитель ООО «Рязаньподземстрой» возражал против  доводов жалобы, просил решение суда оставить без изменения.  

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в  порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ) правильность применения судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к  следующим выводам.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, 04.10.2021 между ООО  «Рязаньподземстрой» (цедентом) и ООО «СК Рост» (цессионарий) был заключен договор  уступки прав требования (цессии) № 1-4/10 (л.д.9-11).  

По условиям договора цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает  требование получить от должника и собственность денежные средства в размере 18 418  761 руб. 41 коп., которые должник обязан уплатить в качестве оплаты за товар по  

договору поставки № 01/06 от 30.06.2020. Цессионарию уступаются только указанные в  договоре требования.  

Должником является ООО «Тимартстрой» (ОГРН 

<

***>, 

<

...>).  

Пунктом 2.1 договора стороны согласовали, что цена уступки требования  составляет 18 418 761 руб. 41 коп.  

Пунктом 2.2 договора предусмотрено, что цессионарий обязуется внести цеденту  плату за уступку единовременно в течение 7 (семи) дней с момента заключения доктора.  

Пунктом 3.2 договора цедент обязался передать цессионарию документы,  удостоверяющие уступаемое требование: договор поставки № 01/06 от 30.06.2020;  универсальные передаточные документы № 87 от 30.06.2020; № 101 от 10.09.2020 № № 109  от 01.10.2020; № 110 от 30.10.2020; № 1 от 19.11.2020.  

В адрес ООО «Тимартстрой» было направлено уведомление об уступке права  требования (л.д. 12)  

27.04.2023 ООО «СК Рост» направило в адрес истца претензию с требованием  погашения задолженности в сумме 18 418 761,41 руб. (л.д. 13).  

Обращаясь в суд с иском о признании договора цессии недействительным со  ссылкой на положения пункта 4 статьи 453, пункта 2 статьи 350, статей 10, 170  Гражданского кодекса РФ, истец указывает, что договор цессии является  недействительным, поскольку 04.10.2021 он не заключался и не мог быть заключен. По  мнению истца, данный документ мог быть составлен не позднее апреля 2023 года. Истец  также полагает, что по договору цессии переданы несуществующие права требования, так  как ни на 2021 год, ни в настоящее время никакой задолженности у ООО «Тимартстрой»  по договору поставки № 01/06 от 30.06.2020 не было. Кроме того, истец ссылается на  направление каждым из ответчиком претензий с требованием погашения задолженности  как на существенно отличающиеся от обычного поведения добросовестных участников  гражданского оборота, указывает на злоупотребление правом со стороны ответчиков.  

Рассматривая спор по существу и отказывая в удовлетворении иска, суд первой  инстанции исходил из того, что истец является должником по обязательству, право  требования оплаты по которому является предметом уступки. Сам факт заключения  соглашения об уступке права (требования) и замена кредитора не свидетельствуют о  нарушении законных прав и интересов должника. Ссылаясь на нарушение его прав как  лица, чей долг был переуступлен, истец не указал, каким образом данная сделка нарушает  его законные права и интересы.  

Из анализа пункта 1 статьи 1, пункта 1 статьи 11, статьи 12 ГК РФ и статьи 4 АПК  РФ следует, что предъявление любого требования должно иметь своей целью  восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов  обратившегося в суд лица.  

Общие вопросы, связанные с недействительностью сделок в связи с их  ничтожностью или оспоримостью, урегулированы статьями 166 - 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по  основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая  сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Пунктом 2 названной статьи установлено, что требование о признании оспоримой  сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом,  указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она  нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том  числе, повлекла неблагоприятные для него последствия.  

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки  вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное  лицо.  

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от  применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо,  предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой  сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 Информационного письма  Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными  судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», требование о  признании недействительной ничтожной сделки, независимо от применения последствий  ее недействительности, может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое  требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки  недействительной.  

Отсутствие заинтересованности в применении последствий недействительности  сделки является самостоятельным основанием для отказа в иске. При этом материально-правовой интерес в применении последствий недействительности сделки имеют лица, чьи  имущественные права и (или) охраняемые законом интересы будут непосредственно  восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное  фактическое положение.  

В пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» также разъяснено, что, исходя из системного толкования пункта  1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ, иск лица, не являющегося  стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может  также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной  способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения  последствий недействительности ничтожной сделки.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения  создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле  сторон, в связи с чем. сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее  совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение,  прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.  

В этой связи, заинтересованной стороне в обоснование мнимости сделки  необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена  на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки.  

Верховный суд РФ указывает, что при исследовании обстоятельств, мнимой  сделки, необходимо установить умысел обеих ее сторон.  

В Определении ВС РФ от 28.12.2016 N 308-ЭС16-17376 указано, что для признания  сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса  необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались  создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом  обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее  сторон.  

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на  которые оно ссылается как основание своих требований и возражений.  

В силу пункта 1 статьи 129 Гражданского кодекса Российской Федерации, объекты  гражданских прав могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому  в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического  лица) либо иным способом, если они не изъяты из оборота или не ограничены в обороте.  

Таким образом, уступаемая задолженность сама по себе являясь объектом,  допущенным в гражданский оборот, представляет собой возможность распоряжения ей в  последующем, при этом в соответствие с требованиями действующего законодательства.  

Установление обстоятельств, свидетельствующих о совершении сторонами  конкретных действий, направленных на создание соответствующих условиям  заключенной сделки правовых последствий, исключает возможность применения статьи  170 Гражданского кодекса Российской Федерации с целью признания такой сделки  недействительной.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской  Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства,  может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к  другому лицу на основании закона.  

Согласно пункту 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для  перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не  предусмотрено законом или договором.  

В силу статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не  предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к  новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту  перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие  исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе  право на неуплаченные проценты.  

Из материалов дела следует, что согласно условиям договора цессии № 1-4/10 от  04.10.2021 в подтверждение наличия задолженности были переданы: договор поставки   № 01/06 от 30.06.2020; универсальные передаточные документы № 87 от 30.06.2020; № 101  от 10.09.2020 № № 109 от 01.10.2020; № 110 от 30.10.2020; № 1 от 19.11.2020.  

Доказательств того, что в рамках отношений между должником и цедентом был  установлен запрет на уступку прав требования либо того, что личность кредитора имеет  для должника значение, в связи с чем уступка могла быть произведена только с согласия  должника (пункт 2 статьи 388 ГК РФ), истцом не представлено.  

Согласно пункту 2.1 спорного договора уступка права (требования) цедентом  цессионарию, осуществляемая по настоящему договору является возмездной. Цена  уступаемого права требования определена в размере 18 418 761,41 руб.  

Довод о том, что сделка является недействительной по причине того, что расчеты  между сторонами произведены не были, подлежит отклонению судом, поскольку при  

наличии неисполненного обязательства по оплате, сторона вправе обратиться в суд с  требованием о взыскании суммы задолженности по спорному договору.  

Также из материалов дела следует, что воля сторон договора была направлена не  только на его формальное заключение. Со стороны ООО «Рязаньподземстрой» было  направлено письменное уведомление в адрес должника ООО «Тимартстрой», как это  требуется в соответствии с пунктом 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Поскольку отсутствие реальных намерений по исполнению сделки должно быть  констатировано с обеих сторон сделки, то при наличии обстоятельств, подтверждающих  обратное, довод истца о мнимости оспариваемого договора не имеет соответствующего  подтверждения.  

Законодатель также предусмотрел неблагоприятные последствия неуведомления  должника о состоявшейся уступке для нового кредитора.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ, если должник не был уведомлен в  письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый  кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий.  Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору,  произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.  

Указанные положения направлены на защиту интересов должника, исключая  возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного  обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора при наличии между  ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования).  

Кроме того, статьей 386 ГК РФ прямо предусмотрено, что должник вправе  выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против  первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту  получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.  

В силу статьи 390 ГК РФ, вопросы действительности договора затрагивают лишь  права сторон этого договора.  

Согласно пункту 2 статьи 388 ГК РФ, не допускается без согласия должника  уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное  значение для должника.  

Сложившаяся правоприменительная практика исходит из того, что по общему  правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по  денежным обязательствам (определение судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2013 № 64-КГ13-7).  

Судом установлено, что ООО «Тимартстрой» не является заинтересованным лицом  по смыслу статьи 4 АПК РФ и статьи 166 ГК РФ, поскольку не является стороной  оспариваемой сделки, не имеет материально-правового интереса в применении  последствий недействительности сделки. Из содержания искового заявления не  усматривается, что какие-либо права или интересы истца оспариваемой сделкой  нарушены. Заявителем не приведено надлежащих доводов о наличии оснований для  признания сделки ничтожной, о применении каких-либо последствий недействительности  договора цессии в иске не заявлено. Ссылаясь на нарушение его прав как лица, чей долг  был переуступлен, истец не указал, каким образом данная сделка нарушает его законные  права и интересы. Доказательства того, что спорный договор цессии был заключен с  намерениями причинить вред должнику, также отсутствуют.  

ООО «Тимартстрой» в спорных правоотношениях является должником. Сам по  себе факт заключения договора цессии и замены кредитора в обязательстве с  неизбежностью не нарушает права и законные интересы должника.  

Истец не ограничен в возможности представления доказательств наличия  встречного предоставления по договору, возврату денежных средств или иных  доказательств, свидетельствующих о необоснованности исковых требований о взыскании  18 418 761 руб. 41 коп. в случае рассмотрения указанного спора судом.  

Таким образом, в силу закона у должника нет интереса в оспаривании предмета  договора уступки прав требований, поскольку должнику должно быть безразлично, кому  исполнять обязательство, так как закон защищает его от негативных последствий при  исполнении обязательства кредитору, указанному в полученном им уведомлении об  уступке. Следовательно, права должника не могут быть нарушены ни фактом заключения  договора цессии, ни содержанием и согласованностью (несогласованностью) его  предмета.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции верно указал, что в нарушение  требований статьи 65 АПК РФ истец не доказал, что оспариваемый договор является  ничтожным; не назвал тот охраняемый законом интерес, с наличием которого  законодатель связывает право лица, не являющегося стороной по сделке, ее обжаловать в  суде как ничтожную, в связи с чем не доказал и наличие у него права на обращение с  таким иском в суд.  

Отклоняя доводы истца об основаниях недействительности сделки, приведенные в  исковом заявлении, суд указал, что из условий оспариваемого договора следует, что на  момент совершения оспариваемой сделки уступаемое требование существовало в момент  уступки и не являлось будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку;  

уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не  совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для  возражений должника против уступленного требования.  

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в  подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям  договора (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).  

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы  в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров  данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из  сторон должно быть достигнуто соглашение.  

Согласно пункту 2 статьи 390 ГК РФ при уступке цедентом должны быть  соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки,  если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен  совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому  лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить  основанием для возражений должника против уступленного требования.  

Как верно указал суд, обстоятельства наличия между ООО «Тимартстрой» и ООО  «Рязаньподземстрой», связанных с поставкой товара, могут являться предметом  рассмотрения самостоятельного спора. В случае обращения ответчика с соответствующим  исковым заявлением ООО «Тимартстрой» не лишён возможности представить  документы, свидетельствующие об исполнении обязательства, отсутствии задолженности,  погашении задолженности или иные документы касающиеся существа требования.  

Кроме того, как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24  Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на  основании сделки», по смыслу статей 390, 396 ГК РФ невозможность перехода  требования, например, по причине его принадлежности иному лицу или его прекращения  сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна  была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за  неисполнение обязательств, возникших из этого договора.  

Истец в заявлении также привел доводы о том, что по договору цессии переданы  несуществующие права требования.  

Уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является  ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). Например, ничтожной  является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки  

тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ).  Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если  их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом  неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо  уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. Например, исходя  из положений пункта 7 статьи 448 ГК РФ запрет уступки прав по договорам, заключение  которых возможно только путем проведения торгов, не затрагивает требований по  денежным обязательствам (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского  кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).  

В пункте 11 того же Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №  54 разъяснено, что возможность уступки требования не ставится в зависимость от того,  является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его  реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником  (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ).  

Исходя из системного анализа указанных норм и приведенных разъяснений  Верховного Суда РФ следует, что, если объектом уступки является ничтожное  (несуществующее) на момент цессии право, это означает отсутствие какого-либо  распорядительного эффекта цессии. При этом действительность обязательственных  последствий самого договора, на основании которого осуществляется уступка, не ставится  под сомнение.  

Соответственно, по общему правилу цедент должен по требованию цессионария  возместить ему убытки за нарушение договора и вернуть цену, полученную за уступку  (если она была цессионарием уплачена), если вопреки условиям договора требование к  цеденту не перешло.  

Указанные правила применимы и при привлечении цедента к ответственности на  основании статьи 390 ГК РФ в связи с тем, что уступаемое право не просто не  принадлежало цеденту или было обременено правами третьего лица, а вовсе не  существовало (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).  

Данный правовой подход применен в определениях Судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2021 № 45-КГ20-30- К7, 2-2578/2019.  

Исходя из смысла приведенных норм и разъяснений, передача несуществующего  права, что закон приравнивает к передаче права по недействительной сделке, само по себе  не влечет ничтожность его уступки, а предусматривает иные последствия такого  

нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Возможность уступки  требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование  бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением  цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК  РФ). Кроме того, законодательно предусмотрены неблагоприятные последствия  совершения такой сделки для цедента (пункт 3 статьи 390 ГК РФ).  

Передаваемое право (требование) в договоре цессии индивидуализировано, а  размер уступаемого права и характер действий цедента отражены в разделе 1 договора,  что свидетельствует о достижении ответчиками соглашения относительно предмета  сделки и иных существенных ее условий.  

При этом возражения должника в отношении наличии задолженности перед  цедентом и ее размера не имеют правового значения при разрешении настоящего спора.  

Как указано выше, по смыслу статьи 386 ГК РФ перемена кредитора в  обязательстве не должна ухудшать положение должника. Возражения, которые должник  имел против требований первоначального кредитора, существовавшие к моменту  получения уведомления об уступке, могут быть заявлены новому кредитору.  

Направление претензии не является злоупотреблением правом. 

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности  участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей  хозяйственных обществ и товариществ, то есть предполагается, что они при принятии  деловых решений действуют в интересах общества и его акционеров (участников).  

Какие-либо доказательства, подтверждающие доводы о притворности сделки,  наличии недобросовестных действий со стороны ответчиком истцом не представлены, в  материалах дела отсутствуют.  

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы  дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в  рамках рассматриваемого спора отсутствуют основания, предусмотренные пунктом 2  статьи 168 ГК РФ, пунктом 1 статьи 388 ГК РФ, для признания договора уступки прав  требования (цессии) № 1-4/10 от 04.10.2021 недействительным или ничтожным. Также  отсутствуют доказательства того, что истец (цессионарий) знал или должен был знать о  недействительности переданного права требования (о передаче несуществующего права),  или о сговоре сторон оспариваемой сделки. Основания для вывода о мнимости договора  уступки права требования, а также злоупотреблении правом сторонами при заключении  оспариваемой сделки отсутствуют.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции при  рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг  обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию,  проверке и установлению по делу, верно определены законы и иные нормативные акты,  которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле  доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального  законодательства.  

Заявителем апелляционной жалобы не представлено в материалы дела надлежащих  и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные  в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены  судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для  вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного  акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными.  

Нарушений норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270  АПК РФ безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не установлено.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной  пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.  

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 07.08.2023 по делу № А54-4802/2023  оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в  течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.  

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.  

Председательствующий судья Е.В. Мосина 

Судьи М.М. Дайнеко  

Л.А. Капустина