ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-11826/2019

28 февраля 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     21 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 февраля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Титовой М.Г., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем с/з ФИО1

при участии:  согласно протоколу судебного заседания от 21.02.2022

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-44391/2021, 13АП-42690/2021) ООО «РНГО» и Голеон Групп С.А.

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.11.2021 по обособленному спору № А56-11826/2019/правопр, (судья Иванова Е.С.),

принятое по заявлению Голеон Групп С.А. о процессуальном правопреемстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Вектор»,

третье лицо: МРУ Росфинмониторинга по СЗФО,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «РНГО» (далее - кредитор) о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Вектор» (далее – должник, ЗАО «Вектор»). 

Определением арбитражного суда от 13.03.2019 заявление принято к производству, судебное заседание по рассмотрению заявления назначено на 12.04.2019. 

ЗАО «Вектор» подана апелляционная жалоба на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.03.2019 по делу № А56- 11826/2019 (судья Е.С. Иванова), принятое по заявлению ООО «РНГО» о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «Вектор». 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2019 (резолютивная часть постановления объявлена 20.06.2019) определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.03.2019 по делу № А56- 11826/2019 оставлено без изменения. 

Определением арбитражного суда от 29.09.2020 (резолютивная часть определения объявлена 16.09.2020) утверждено мировое соглашение, заключенное 08.09.2020 между обществом с ограниченной ответственностью «РНГО» и закрытым акционерным обществом «Вектор»; производство по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Вектор» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, 190121, 

<

...>) (далее – должник) прекращено. 

В арбитражный суд от Golen Group S.A. (Голеон Групп С.А.) поступило заявление о замене кредитора ООО «РНГО» на его процессуального правопреемника - Голеон Групп С.А.

Определением от 28.11.2021 суд в удовлетворении заявления Goleon Group S.A. (Голеон Групп С.А.) о процессуальном правопреемстве отказал.

Голеон Групп С.А. и ООО «РНГО» не согласились с вынесенным определением и обратились с апелляционными жалобами, в которых просили определение суда отменить и удовлетворить заявление о процессуальном правопреемстве.

По мнению кредитора, суд неверно оценил доказательства, представленные сторонами, по сути, выйдя за пределы рассмотрения спора о процессуальном правопреемстве.

Голеон Групп С.А. в своей жалобе указало на то, что судом первой инстанции не учтено, что Определением Арбитражного суда Самарской области от 12 июля 2021 г. по делу № А55-19804/2018 произведена замена ООО «РНГО» на компанию Голеон по кредитным договорам, а также установлены обстоятельства перехода прав по Договору уступки прав (требований) от 09 ноября 2020 г., в связи с чем, как полагал заявитель, отказ суда первой инстанции в удовлетворении заявления компании Голеон о процессуальном правопреемстве нарушает ч. 1 ст. 16 АПК РФ.

Заявитель ссылался на то, что вывод суда о незаконном характере Договора цессии от 09 ноября 2020 г. не соответствует обстоятельствам дела, указывал, что у сделки имеется экономическая целесообразность. 

Кроме того, заявитель полагал, что вывод суда о недобросовестности сторон сделан с учетом обстоятельств, которые не были доказаны.

Протокольным определением от 31.01.2022 рассмотрение апелляционных жалоб отложено на 21.02.2022.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 21.02.2022 представитель заявителя доводы обеих жалоб поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов".

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

 Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «РНГО» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ЗАО «Вектор» несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 13.03.2019 заявление принято к производству. 

Арбитражным судом 29.09.2020 утверждено мировое соглашение, заключенное между кредитором и должником. 

Требования кредитора к должнику были основаны на договорах поручительства № 48/07/1221-ПР/2016 от 11.02.2016 и № 48/013/1221/ПР-2017 от 30.03.2017, заключенных в обеспечение следующих договоров: договор №48/001/1172-2016 об открытии кредитной линии (невозобновляемая линия) от 22.01.2016 (с учетом дополнительных соглашений №1 от 24.02.2016, № 2 от 15.12.2016, № 3 от 28.02.2017); договор №48/004/1172-2017 об открытии кредитной линии (невозобновляемая линия) от 07.03.2017. 

Впоследствии между ООО «РНГО» и компанией Голеон Групп С.А. заключен договор уступки прав (требований) от 09.11.2020 (далее – договор). 

В соответствии с условиями договора к компании Голеон Групп С.А. в полном объеме перешли права требования к должнику по договорам поручительства № 48/07/1221-ПР/2016 от 11.02.2016 и № 48/013/1221/ПР-2017 от 30.03.2017 (п. 1.2 договора цессии). 

В подтверждение оплаты заявителем представлено нотариальное соглашение о зачете встречных требований от 26.11.2020, заключенное с ООО «РНГО».

Ссылаясь на наличие оснований для процессуального правопреемства на стороне кредитора, Голеон Групп С.А. обратилось в суд с настоящим заявлением.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявление необоснованным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, не находит оснований для удовлетворения жалоб и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Правопреемство как институт арбитражного процессуального права неразрывно связано с правопреемством как институтом гражданского права, поскольку необходимость привести процессуальное положение лиц, участвующих в деле, в соответствие с их юридическим интересом обусловливается изменениями в материально-правовых отношениях, то есть переход субъективного права или обязанности в гражданском правоотношении, по поводу которого производится судебное разбирательство, к другому лицу служит основанием для гражданского процессуального правопреемства.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2018 N 43-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО3 и ФИО4", а также в пункте 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 за 2019 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, согласно которому процессуальное правопреемство возможно не только для случаев перемены лиц в обязательствах (то есть обязательственной природы спорного или установленного судом правоотношения), но и для спорных или установленных судом абсолютных правоотношений. Процессуальное правопреемство должно обеспечивать не только рассмотрение дела с участием последующих правопреемников сторон по делу (истца или ответчика), которым переходят их права и обязанности в материальном правоотношении, но и исполнение принятого по делу судебного акта в случае удовлетворения иска, но уже в пользу правопреемника истца, заинтересованного в этом исполнении.

Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пункте 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пунктах 9 и 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 указанного информационного письма также разъяснено, что с учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу.

Кроме того, при разрешении споров суд не связан правовым обоснованием сторонами своих доводов, самостоятельно определяет нормы права, подлежащие применению.

Как было указано ранее, согласно пункту 1.6 договора от 09.11.2020 стоимость уступаемых прав (требований) составляет 88 504 000 руб.

Однако, по итогам заключения между ООО «РНГО» и Голеон Групп С.А. 26.11.2020 нотариального соглашения о зачете встречных требований № 77 АГ 4760380 ООО «РНГО» лишило себя денежного характера уступленного требования.

Как верно отметил суд первой инстанции, мотивы, по которым стороны вначале заключили договор уступки прав от 09.11.2020, предусмотрев в нем условие об оплате уступаемых прав денежными средствами, а затем, заключив соглашение о зачете встречных требований на сумму, равную цене договора уступки прав, фактически тем самым лишив последний его денежного характера, перед судом не раскрыты.

Апелляционный суд также отмечает, что по результатам заключенного соглашения о зачете встречных требований № 77 АГ 4760380 Голеон Групп С.А. приобрело денежное требование к должнику.

Согласно письму МРУ Росфинмониторинга по СЗФО от 06.08.2021 № 18-42-05/7503 ООО «РНГО» и ЗАО «Вектор» относятся к рисковым организациям. В отношении ООО «РНГО» имеются сведения о подозрительных операциях, представленные кредитными организациями в соответствии с Указанием Банка России от 17.10.2018 № 4936-У «О порядке представления кредитными организациями в уполномоченный орган сведений и информации в соответствии со статьями 7, 7.5 Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Принимая во внимание письмо МРУ Росфинмониторинга по СЗФО от 06.08.2021, судом первой инстанции верно указано на то, что Федеральная служба по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим, в числе прочего, функции по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, а также функции национального центра по оценке угроз национальной безопасности, возникающих в результате совершения операций (сделок) с денежными средствами или иным имуществом, и по выработке мер противодействия этим угрозам (Указ Президента РФ от 13.06.2012 № 808 «Вопросы Федеральной службы по финансовому мониторингу»), соответственно, информация, исходящая от МРУ Росфинмониторинга по СЗФО, обладает свойствами достоверности, а также порождает для субъектов соответствующих правоотношений определенные правовые последствия.

В настоящем случае, с учетом информации, изложенной в письме  МРУ Росфинмониторинга по СЗФО от 06.08.2021, к заявителю следует применить  повышенный стандарт доказывания при рассмотрении заявлений, поскольку недопустимо использование недобросовестными участниками хозяйственного оборота института судебной власти для совершения операций с денежными средствами, действительными целями которых является придание правомерного вида легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, при проведении операций с денежными средствами в наличной форме и переводов денежных средств.

В рассматриваемом деле, следует отметить и то, что Голеон Групп С.А. зарегистрировано на территории Республики Панама, которая включена в Перечень государств и территорий, предоставляющих льготный налоговый режим налогообложения и (или) не предусматривающих раскрытия и предоставления информации при проведении финансовых операций (офшорные зоны), утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.11.2007 N 108н.

Офшорные компании - фирмы, зарегистрированные в офшорных зонах.

Таким образом, Голеон Групп С.А. является офшорной компанией.

Заявителем и кредитором не обоснован экономический смысл совершения именно соглашения о зачете встречных требований, который, как указывал суд, придал договору цессии безденежных характер.

По сути, соглашение о зачете легализовало вывод денежных средств на счет офшорной компании, то есть, осуществлен  вывод активов (долг ЗАО «Вектор») в отсутствие намерения создать правовые последствия заключаемых между сторонами сделок.

Следует обратить внимание и на то, что Договор купли-продажи 29,9 % долей в уставном капитале ООО «Новый остров» заключен на сумму аналогичной сумме задолженности должника перед кредитором, в тот же день, когда был подписан договор цессии – 09.11.2020, следовательно, стороны изначально могли предусмотреть такую уступку, где оплатой являлась бы указанная доля.

Довод об обмене активами между ООО «РНГО» и компанией Голеон при совершении цессии, апелляционным судом ставится по сомнение, поскольку Голеон Групп С.А., с учетом применения к нему повышено стандарта доказывания, не раскрыта фактическая стоимость 29,9 % доли в уставном капитале ООО «Новый остров», которое, как сам указал заявитель, находится в банкротстве.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд констатирует, что заключения соглашения  о зачете не имеет для кредитора  очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, при этом наблюдается наличие признаков, свидетельствующих о возможном осуществлении легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, при проведении операций с денежными средствами в наличной форме и переводов денежных средств.

Выводы суда первой инстанции о том, что совершенные сделки цессии носят подозрительный характер, а также о недобросовестности поведения указанных лиц, подателями жалоб не опровергнуты.

Ссылки на Определение Арбитражного суда Самарской области от 12 июля 2021 г. по делу № А55-19804/2018 подлежат отклонению, поскольку указанный судебный акт не имеет преюдициального значения для настоящего дела.

Иные доводы жалоб не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 28.11.2021 по делу №  А56-11826/2019/правопр. оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

М.Г. Титова

 И.В. Юрков