ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                                Дело № А63-894/2021

10.04.2024

Резолютивная часть постановления объявлена 27.03.2024.

Постановление в полном объеме изготовлено 10.04.2024.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Белова Д.А., судей: Бейтуганова З.А., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мизиевым Ш.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Порублёва Олега Васильевича на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 02.07.2023 по делу № А63-894/2021, принятое по заявлению финансового управляющего о признании сделки мнимой, ничтожной и применении последствий признания сделки недействительной, в рамках дела № А63-894/2021 о несостоятельности (банкротстве) Антонова Алексея Александровича (ОГРНИП 310091716100043, ИНН 090104135899), в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края в порядке статьи 213.5 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обратилось публичное акционерное общество Сбербанк (далее - ПАО Сбербанк, заявитель) с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее - ИП ФИО2, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 02.02.2021 суд принял указанное заявление, возбудил производство по делу №А63-894/2021.

Решением суда от 06.09.2021 (резолютивная часть объявлена 30.08.2021) в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества в порядке статьи 28 Закона о банкротстве опубликованы в периодическом издании - газете «Коммерсантъ» от 18.09.2021 № 169.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) в суд поступило заявление финансового управляющего о признании договора купли-продажи от 20.08.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО1, согласно которого отчужден Ауди Q 7, VIN 

<

***>, г.р.з. К 149 ОР 197,2011 г.в. мнимым/ ничтожным; о применении последствий недействительности сделки - возвратить в конкурсную массу ФИО2 действительную стоимость автомобиля Ауди Q 7, VIN 

<

***>, г.р.з. К 149 ОР 197, 2011 г.в., на момент отчуждения, в размере 1 300 000 руб. (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 02.07.2023 по делу № А63-894/2021 заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи автомобиля Ауди Q 7, VIN 

<

***>, г.р.з. К 149 ОР 197, 2011 г.в., заключенный 20.08.2020 между ФИО2 и ФИО1. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1, ИНН 

<

***>, денежных средств в размере 1 300 000 руб. в конкурсную массу ФИО2..

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, мотивированной необоснованностью заявленных требований, а также ненадлежащим извещением ответчика о начавшемся судебном процессе.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом апелляционной инстанции удовлетворено ходатайство представителя ФИО4 об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции. Шестнадцатым арбитражным апелляционным судом в полном объеме обеспечена возможность участия представителя ФИО4 в судебном заседании в режиме веб-конференции. Однако, представителем ФИО4  не обеспечено подключение к онлайн-заседанию. Проверено техническое оборудование, обеспечивающее подключение к системе веб-конференции. Оборудование находится в исправном состоянии, доступ в личный кабинет для использования системы веб-конференции предоставлен, ведется запись, представителем ФИО4 не обеспечено подключение к онлайн-заседанию. Председательствующий в судебном заседании констатировал исправность технического оборудования суда. После неоднократных проверок работоспособности оборудования, в связи с неподключением представителя ФИО4 к системе веб-конференции, суд перешел в обычный порядок рассмотрения дела без использования режима веб-конференции. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, и проверив законность обжалуемого судебного акта, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 02.07.2023 по делу № А63-894/2021 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 20.08.2020 между должником и ФИО1 заключен договор купли-продажи автомобиля AUDI Q 7, VIN 

<

***>, г.р.з. К 149 ОР 197, 2011 г.в. Цена автомобиля составила 1 300 000 руб.

Ссылаясь на то, что сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом, отсутствие доказательств оплаты по договору, сведений о том, как должником были истрачены полученные средства, наличие у ФИО2 на момент заключения сделки задолженности перед кредиторами, финансовый управляющий просил признать сделку мнимой (ничтожной), и применить последствия ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу денежных средств в сумме 1 300 000 руб.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Ввиду пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

По смыслу разъяснений пункта 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Пунктом 9 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления Пленума № 63).

Исходя из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу разъяснений пункта 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь ввиду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда 02.02.2021, оспариваемая сделка совершена 20.08.2020, то есть сделка попадает в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно положениям статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Пунктом 1 статьи 486 ГК РФ предусмотрено, что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 486 ГК РФ, если договором купли-продажи не предусмотрена рассрочка оплаты товара, покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью.

Между должником (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи в простой письменной форме от 20.08.2020, по условиям которого продавец передал в собственность покупателю автомобиль AUDI Q 7, VIN 

<

***>, г.р.з. К 149 ОР 197, 2011 г.в. Сторонами договора согласована его цена - 1 300 000 руб.

Факт передачи транспортного средства ФИО1 и его регистрацию за ним никто из лиц, участвующих в деле, не оспаривает. В материалах дела имеется ответ из регистрирующего органа, подтверждающий, что транспортное средство, являющееся предметом оспариваемой сделки, было зарегистрировано за ФИО1 в период с 21.08.2020 по 30.12.2021. В настоящее время спорное транспортное средство выбыло из владения ответчика, что следует из карточки учета на транспортное средство.

Финансовым управляющим представлена информация об уровне цен на товарно-материальные ценности исх. № 580 от 18.05.2023, подготовленная Торгово-Промышленной Палатой Ставропольского края, из которой следует, что средняя стоимость автомобиля AUDI Q 7 во 2, 3 и 4 квартале 2020 года составляла 1 000 000 - 1 400 000 руб.

Следовательно, цена спорного транспортного средства, установленная сторонами в договоре, соответствует рыночной.

Однако, оспаривая договор купли-продажи, управляющий сослался на безвозмездность данной сделки, поскольку отсутствуют доказательства получения должником оплаты по договору, а также сведения о том, как полученные денежные средства были потрачены ФИО2

Из представленных в материалы дела выписок по счетам ПАО «Сбербанк»: № 408178********45, № 408178******61, № 408178******02, № 423078******29, № 423078******79, № 408028******01, по счету ПАО Банк «ФК Открытие» № 408028109******63, по счетам АО «АЛЬФА-БАНК» №4081781000******86, № 408178406******26, № 408028108******26, по счетам Банк ВТБ (ПАО) № 408178109*******50, № 408178104******50, № 408178108******52, № 408178108******52, по счетам ПАО «Промсвязьбанк» № 408178106******20, № 408178101******32, № 408178108******70, № 408178108******01, № 408178107******07, № 408028104******01, по счетам ООО «ХОУМ КРЕДИТ энд ФИНАНС БАНК» № 423018109******79, № 408178106******79, № 408178101******75, по счетам АО Банк «ККБ» № 45744661996, № 10556293183, по счету № 408178107******077 в ПАО КБ «Восточный», по счету № 408028100******537 в АО «Райффайзенбанк», а также выписки о совершенных операциях по учетной записи № 7962442***51 (QIWI кошелек), выписки по кошельку VK Pay следует, что денежные средства от ФИО1 или третьих лиц в счет оплаты покупки спорного транспортного средства не поступали.

В свою очередь, из анализа условий договора следует, что расчет сторонами произведен полностью при подписании договора. Однако расписки в получении денежных средств, акта приема-передачи, либо квитанции, подтверждающие безналичное перечисление оплаты по договору, в материалы дела не представлены. Отсутствуют доказательства, подтверждающие финансовое положение ответчика, позволяющее ему уплатить денежные средства по договору.

На основании статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

По смыслу части 1 статьи 66 АПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны представлять доказательства. Эта обязанность основана на статье 65 АПК РФ, в соответствии с которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Ввиду части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Исходя из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, и в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» отмечено, что если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Так, в качестве таких доказательств с учетом разъяснений изложенных в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», могли быть расценены доказательства, подтверждающие среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

При этом, суд первой инстанции, неоднократно на протяжении рассмотрения дела предлагал ответчику представить доказательства исполнения принятых на себя обязательств по договору купли-продажи от 20.08.2020, а также подтвердить финансовую возможность для осуществления расчета по оспариваемой сделке (определения суда от 08.11.2022, 10.01.2023, 06.03.2023, 11.05.2023).

Между тем, ФИО1 определения суда не исполнил, отзыв, возражения по доводам финансового управляющего не представил, как и не представил доказательства исполнения принятых на себя обязательств по договору.

Ответчик не представил таких доказательств и при подаче апелляционной жалобы.

В связи с чем, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ ответчика от опровержения факта отсутствия встречного исполнения с его стороны. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (правовая позиция сформулирована в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11).

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Негативные последствия несовершения лицом процессуальных действий по представлению доказательств, в данном случае ФИО1, относятся на указанное лицо, поскольку в части 1 статьи 65 АПК РФ, определено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с представленными Межрайонной ИФНС России № 12 по Ставропольскому краю (письмо исх. № 11 -10/001477 дсп от 13.06.2023) и Отделением Фонда пенсионного и социального страхования РФ по СК (письмо №06-15-06/26-06/85522-К от 07.06.2023) сведениями доход ФИО1 за 2019 год составил 656 138,24 руб. (после удержания НДФЛ), за январь - июль 2020 года - 575 198,18 руб.

Данные сведения не могут достоверно свидетельствовать о том, что финансовое положение ответчика позволяло ему оплатить 1 300 000 руб. за приобретенное по оспариваемому договору имущество, в том числе с учетом наличия необходимости осуществления расходов, направленных на обеспечение жизнедеятельности (питание, жилье и т.д.).

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств оплаты по спорному договору со стороны ФИО1, а также отсутствии доказательств наличия у последнего денежных средств в размере 1 300 000 руб. на момент совершения оспариваемой сделки.

Более того, доказательства расходования денежных средств в случае их получения от ответчика на нужды должника, равно направление их на погашение задолженности перед кредиторами, в материалах дела отсутствуют; финансовый управляющий должника денежные средства в размере стоимости приобретенного транспортного средства не выявил.

Таким образом, спорный объект выбыл из собственности должника на безвозмездной основе; должник произвел отчуждение имущества при отсутствии равноценного встречного исполнения обязательства по сделке, что привело к уменьшению активов должника, следовательно, в процедуре банкротства - к уменьшению конкурсной массы и ущемлению интересов кредиторов.

В результате отчуждения должником спорного недвижимого имущества должнику и его кредиторам был причинен вред, поскольку в результате этой сделки из собственности должника выбыло имущество без какой-либо оплаты за него или иного встречного предоставления.

При этом, о причинении вреда кредиторам и должнику, а также о цели указанной сделки ответчик не мог не знать, поскольку фактически сделка является безвозмездной.

Транспортное средство приобретено ответчиком без предоставления доказательств оплаты, что должно было вызвать у любого разумного участника гражданского оборота обоснованные сомнения в отношении законности такой сделки.

Кроме того, по неоспоренному утверждению кредитора имуществом должника, ФИО1 был знаком с ФИО2 до совершения оспариваемой сделки, поскольку оба являлись членами Оргкомитета РОО «ЛВЛ СК». Таким образом, ФИО1 являлся не обычным незаинтересованным покупателем, а лицом, находящимся в определенных отношениях с должником.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 отмечено, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2016 № 301-ЭС15-20282, в случае отсутствия доказательств оплаты по сделке имущество считается реализованным при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Учитывая подтвержденный представленными в материалы дела доказательствами факт отчуждения транспортного средства без встречного предоставления, суд первой инстанции верно заключил, что действиями ФИО2 и ФИО1 по отчуждению движимого имущества причинен вред имущественным правам кредиторов ФИО2

На момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед ПАО Сбербанк по кредитному договору 

<

***> от 02.04.2018 в сумме 3 154 970,20 руб. (задолженность взыскана Решением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 27.05.2020 по делу № 2-1443/20), которые остались неудовлетворенными и включены в реестр требований кредиторов должника.

В тоже время, у должника имелась задолженность перед бюджетом по уплате транспортного налога за 2018-2019 год, по страховым взносам на обязательное пенсионное и медицинское страхование в размере 2 795,30 руб., из которых: 1 795,30 руб. - пени, 1 000 руб.- штрафы (Определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.01.2022 по делу № А63-894/2021).

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) указано, что по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Соответственно должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Ввиду письма Российского Союза Автостраховщиков исх. № И-41540 от 11.05.2023 ФИО2 был в период с 29.09.2019 по 23.08.2021 допущен к управлению проданным транспортным средством (страховой полис СПАО «Ингосстрах» ХХХ009715928, страховые полисы ООО «СК «Согласие» РРР5042215014, ХХХ0133942092).

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности совокупности обстоятельств, необходимых и достаточных для признания договора купли-продажи от 20.08.2020, заключенного ФИО2 и ФИО1, недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также финансовый управляющий должника указывает, что договор купли-продажи 20.08.2020 является недействительным в силу статей 10 и 170 ГК РФ.

Статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах, предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить правом во вред другому лицу.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В пункте 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В свою очередь в рассматриваемом случае о злоупотреблении правом с обеих сторон сделки свидетельствует тот факт, что обе стороны договора от 20.08.2020 купли-продажи транспортного средства знали об истинных целях заключения указанной гражданско-правовой сделки; договор заключен формально, без встречного предоставления; стороны сделки преследовали при его заключении лишь цель вывода из конкурсной массы ликвидного имущества должника, в результате заключения сделки должник лишился права собственности на спорное имущество.

Имущество, реализованное должником в рамках оспариваемой финансовым управляющим сделки купли-продажи, должно было быть включено в конкурсную массу должника и подлежать продаже в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве с торгов по максимально высокой цене, обеспечив тем самым максимальное удовлетворение требований кредиторов должника.

Отчуждению имущества предшествовало возникновение у должника признаков неплатежеспособности.

Поскольку материалами дела доказана направленность спорной сделки купли-продажи на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда имущественным правам кредиторов в виде лишения их возможности получить удовлетворение требований за счет имущества должника, представляется объективным вывод о злоупотреблении сторонами своими правами при их совершении.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка является ничтожной в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Вместе с тем, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В соответствии с разъяснениями абзаца 2 пункта 86 Постановления Пленума № 25 следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Учитывая отсутствие в материалах дела доказательств наличия у ФИО1 финансовой возможности внесения оплаты по договору от 20.08.2020, передачи / перечисления денежных средств в сумме 1 300 000 руб. должнику, сведений о том, как были потрачены полученные средства, а также доводы кредитора ФИО5, изложенные в отзыве на заявление финансового управляющего, суд первой инстанции верно заключил о наличии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительной (ничтожной) сделкой на основании ст. 10 и 170 ГК РФ.

Кроме того, финансовым управляющим заявлено требование о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере действительной стоимости транспортного средства на дату совершения сделки в размере 1 300 000 руб.

На основании статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По смыслу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.I Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Исходя из установленного судом факта отсутствия доказательств, подтверждающих возмездность совершенной сделки, а также наличия в материалах дела доказательств совершения оспариваемой сделки в ущерб интересов кредиторов должника, закономерно применение последствия недействительности оспариваемой сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника 1 300 000 руб., что соответствует стоимости указанного движимого имущества, определенной сторонами в договоре купли-продажи на дату его совершения.

Ссылка апеллянта на ненадлежащее его уведомление о начавшемся судебном процессе судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку в материалах дела имеются почтовые отправления: ШПИ 3550476458096 (т.д.1, л.д.26) – возвращено по истечении срока хранения, ШПИ 35504878451767 (т.д.1, л.д.36) – возвращено по истечении срока хранения, ШПИ 35504880448472 (т.д.1, л.д.54) – возвращено по истечении срока хранения, ШПИ 35504882475582 (т.д.1, л.д.106) – возвращено по истечении срока хранения и иные, отправленные по адресу регистрации ответчика и указанному в апелляционной жалобе. В связи с чем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о надлежащем уведомлении ответчика.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. 

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

При указанных обстоятельствах у апелляционного суда отсутствуют предусмотренные статьей 270 АПК РФ основания для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 02.07.2023 по делу № А63-894/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.А. Белов

СудьиЗ.А. Бейтуганов

Н.В. Макарова