СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-659/2022(16,17)-АК

Дело №А60-24996/2020

22 сентября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 сентября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                   Гладких Е.О., Макарова Т.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от заявителя жалобы - конкурсного управляющего акционерного общества «СМУ-3» ФИО2: ФИО3, доверенность от 01.09.2023, паспорт; 

от заявителя жалобы - кредитора акционерного общества «Альфа-Банк»: ФИО4, доверенность от 11.07.2023 №4/1524Д, паспорт;  

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО5: ФИО6, доверенность от 28.07.2022, удостоверение адвоката; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционные жалобы конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «СМУ №3» ФИО2, кредитора акционерного общества «Альфа-Банк» 

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 20 июля 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего  ФИО2 о признании договоров купли-продажи недвижимого имущества от 30.08.2018 за №158, №159 и №173, заключенных между должником и ФИО7 недействительными, и применении последствий недействительности сделки, 

вынесенное в рамках дела №А60-24996/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «СМУ-3» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третьи лица: 1) Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области, 2) ФИО8, 3) финансовый управляющий ФИО9, 4) общество с ограниченной ответственностью «СМУ-3 Строй»,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.05.2020

принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Стройинвест» (далее - ООО СК «Стройинвест») о признании Акционерного обществом «Строительно-монтажное управление №3» (далее – АО «СМУ-3», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2020

заявление акционерного общества «Альфа-Банк» (далее – АО «Альфа-Банк», Банк) о признании АО «СМУ-3» несостоятельным (банкротом), которое ранее было принято судом в качестве заявления о вступлении в дело, признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 01.08.2020 №136.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2020 АО «СМУ-3» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО2

14.10.2021 исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительными (ничтожными) единую сделку по отчуждению принадлежащего должнику комплекса зданий, сооружений и земельных участков, оформленную следующими заключенными между АО «СМУ-3» и ФИО5 (далее - ФИО7, ответчик) договорами купли-продажи:

- от 30.08.2018 №159 в отношении земельного участка, площадью 3495 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: коммунально-складские и производственные предприятия V класса вредности различного профиля, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703008:398; 

- от 30.08.2018 №158 в отношении следующего недвижимого имущества:

а) объект №1 - нежилое здание компрессорная со складом, литер А, А1, общей площадью 423,3 кв.м, этажность: 1, подземная этажность: 0-1, назначение: нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:199;

б) объект №2 - здание, общей площадью 306,1 кв.м, назначение: нежилое, этажность: 3, подземная этажность: 1, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:277;

в) объект №3 - отдельно-стоящее с пристроем строение, назначение: производственное, общей площадью 291 кв.м, литер В, назначение: нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:200;

г) объект №4 - здание, назначение: нежилое здание, общей площадью 257,3 кв.м, этажность: 1, подземная этажность: 1, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:207;

д) объект №5 - земельный участок, общей площадью 4529 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: коммунально-складские и производственные предприятия V класса вредности различного профиля, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703008:399;

- от 30.08.2018 №173 в отношении здания, общей площадью 9,7 кв.м, этажность: 1, подземная этажность: 0-1, назначение: нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:231.

В качестве правовых оснований заявленных требований и.о. конкурсного управляющего ссылался на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определениями арбитражного суда от 24.12.2021, от 03.02.2022, 27.02.2022 к участию в рассмотрении заявления и.о. конкурсного управляющего в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8 (далее – ФИО8), его финансовый управляющий ФИО9 (далее – ФИО9), общество с ограниченной ответственностью «СМУ №3 Строй» (далее – ООО «СМУ-3 Строй»).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2022 заявление и.о. конкурсного управляющего удовлетворено; оспариваемые договоры купли-продажи от 30.08.2018 №№158, 159, 173 признаны недействительными сделками. Применены последствия признания данных сделок недействительными в виде возврата ФИО7 в конкурсную массу должника переданного по оспариваемым сделкам недвижимого имущества и восстановления права требования ФИО7 к АО «СМУ-3» на сумму 13 080 000 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2022 по делу №А60-24996/2020 отменено, в удовлетворении заявленных и.о. конкурсного управляющего ФИО2 требований полностью отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 13.12.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2022 по делу №А60-24996/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022 по тому же делу отменены; обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

При новом рассмотрении определением арбитражного суда от 06.02.2023 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привечены  Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области (далее – Управление Росреестра по Свердловской области), ФИО8, его финансовый управляющий ФИО9, ООО «СМУ-3 Строй».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.07.2023 в удовлетворении заявленных требований полностью отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО10 и кредитор АО «Альфа-Банк» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить, заявленные требования удовлетворить. 

Конкурсный управляющий ФИО10 в своей апелляционной жалобе, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, приводит доводы о недоказанности наличия и реальности заемных правоотношений между ФИО8 и ФИО7 Считает, что представленные ответчиком в материалы дела письма от 26.08.2016, от 29.08.2016, от 01.09.2016, от 02.09.2016, от 05.09.2016, от 31.08.2016, от 08.09.2016, от 08.09.2016, от 06.09.2016 об изменении назначения платежей на «Оплата согласно письму от 23.08.2016 по договору займа от 02.08.2016 с ФИО8 Без налога (НДС)» не могут быть приняты в качестве надлежащих и достоверных доказательств возникновения заемных обязательств, так как данные письма регулируют взаимоотношения между сторонами договора займа, в отсутствии доказательств направления этих писем в кредитную организацию, которая осуществила проводку денежных средств и, соответственно, отразившая в своих документах назначение платежа - по договору поставки. Указывает на отсутствие в материалах дела доказательств того, что платежи с назначением «оплата по договору займа» могут подвергнуться блокировке банком по причине того, что носят сомнительный характер. Помимо этого, полагает документально неподтвержденным наличие заемных правоотношений между должником и ООО «СМУ-3 Строй», отмечая, что по результатам анализа выписки по операциям на счете последнего, открытом в Акционерном обществе «Райффайзенбанк» (далее – АО «Райффайзенбанк»), за период с 01.07.2015 по 07.09.2020 и акта сверки взаимных расчетов между ООО «СМУ-3 Строй» и АО «СМУ-3» за период с 24.04.2017-30.06.2020 по договору займа от 24.04.2017, управляющим было установлено, что операции из акта сверки, совершенные в период с 24.04.2017 по 01.06.2018, поименованные как «оплата» действительно отражены в выписке ООО «СМУ-3 Строй», однако, в назначении платежей имеется ссылка не на договор займа от 24.04.2017, а на договор от 01.04.2015 №43/Д. Помимо этого, полагает недоказанным наличие между должником и ООО «СМУ-3 Строй» заемных правоотношений по договору от 24.04.2017, поскольку сам договор, равно как и первичные документы, подтверждающие выдачу займа должнику, в материалы дела представлены не были; акт сверки взаимных расчетов между ООО «СМУ-3 Строй» и АО «СМУ-3» за период 24.04.2017-30.06.2020 по договору от 24.04.2017 имеет признаки недостоверности, поскольку сформирован на основе исполнения указанными лицами обязательств по двум разным договорам; кроме того, акт сверки не подписан, а источник его происхождения не установлен. Считает, что, по сути, суд первой инстанции пришел к выводу о реальности заемных правоотношений между должником и ООО «СМУ-3 Строй» по договору от 24.04.2017, основываясь на анализе отсутствующих в материалах дела документов. Помимо этого, полагает недоказанным реальность наличия обязательств между ФИО8 и ООО «СМУ-3 Строй» по договору перевода долга от 01.07.2015 №43Д, указывая на то, что денежные средства в пользу ФИО8 перечислялись ООО «СМУ-3 Строй» с указанием в основании платежей на договор займа от 01.04.2015 №43/Д, а не на договор перевода долга от 01.07.2015 №43Д. Таким образом, по мнению апеллянта, представленные в материалы дела документы нельзя расценивать в качестве достоверных и относимых доказательств предоставления ФИО8 ООО «СМУ-3 Строй» денежных средств по договору займа от 01.04.2015 №43/Д, поскольку они противоречат как друг другу, так и данным, содержащимся в выписках о движении денежных средств по счетам лиц, входящих в группу компаний СМУ-3; кроме того, анализ представленных ФИО8 документов как по отдельности, так и в совокупности, не позволяет сделать вывод о подтвержденности встречного характера платежей, совершенных ООО «СМУ-3 Строй» в пользу ФИО8 11.10.2018 с основанием платежа «Возврат основного долга по договору займа №43/Д от 01.04.2015г.». Полагает, что в материалы дела не было представлено достаточно доказательств, подтверждающих реальный характер заемных обязательств между ФИО8 и ООО «СМУ-3 Строй» по договору займа от 04.08.2015 №58-СС, указывая на отсутствие экономической целесообразности выдачи займа и систематическое использование платежей по нему в целях транзитного распределения денежных средств внутри группы компаний СМУ-3. Так, в частности, как правило, возврат займа производился ООО «СМУ-3 Строй» ровно в той сумме, которая была необходима ФИО8 для последующего перемещения внутри группы компаний СМУ-3 либо для закрытия собственных кредитов/займов. Считает доказанным нахождение должника и ответчика в отношениях фактической аффилированности через группу лиц: общества с ограниченной ответственности «Офорт-К» (далее – ООО «Офорт-К») и общества с ограниченной ответственности «Управляющая компания «СМУ-3» (далее – ООО «УК «СМУ-3»), отмечая, что о существовании между ФИО7 и АО «СМУ-3» длительной общности экономических интересов свидетельствуют обстоятельства расчетов по спорным сделкам. Кроме того, при новом рассмотрении спора ФИО7 пояснил, что на момент продажи объектов недвижимого имущества, обязательства по договору займа от 02.08.2016 не были исполнены ФИО8 более двух лет, что, по мнению управляющего, также подтверждает общность экономических интересов, так как просрочка по договору займа на срок более двух лет никоим образом не отвечает экономическим интересам ФИО7 Указывает на необоснованное неотражение в обжалуемом определении факта признания ФИО7 того, что имущество по спорным сделкам приобретено им как единый комплекс зданий, сооружений и земельных участков, что, в свою очередь, свидетельствует о взаимосвязи оспариваемых сделок и едином умысле у сторон сделки на безвозмездный вывод ликвидных активов должника из конкурсной массы в пользу аффилированного лица с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. С учетом изложенного, принимая во внимание обстоятельства совершения сделок и их предмет, конкурсный управляющий полагает, что спорные договоры купли-продажи следует квалифицировать как единую сделку, направленную на отчуждение комплекса зданий, сооружений и земельных участков. Не соглашается с выводом суда о наличии у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности, полагая, что данный вывод сделан без учета доводов управляющего о том, что должник с 2016 года перестал исполнять обязательства перед кредиторами, а по состоянию на 30.08.2018 и на 04.09.2018 у должника имелись долги, в частности, по арендным платежам перед Администрацией г.Екатеринбурга, установленные судебными актами и включенные в реестр, а также перед подрядными организациями, в том числе перед обществом с ограниченной ответственностью «СП Екатеринбургсантехмонтаж»  (далее – ООО «СП Екатеринбургсантехмонтаж») и ФИО11 (далее – ФИО11), также включенные в реестр.

Кредитор АО «Альфа-Банк» в обоснование своей апелляционной жалобы указывает на то, что материалами дела не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о том, что общая сумма платежей в счет исполнения спорных сделок, не имеющих транзитного характера, составляет лишь 12 870 000 руб., что составляет встречное предоставление, полученное должником по сделке, при этом, прочие платежи носят транзитный характер и, будучи впоследствии возвращены во владение плательщика, не могут рассматриваться как составная часть полученного должником встречного предоставления. Отмечает, что анализ движения денежных средств, поступавших на банковский счет АО «СМУ-3» в счет исполнения оспариваемых договоров купли-продажи свидетельствует о том, что лишь часть платежей фактически пополнила имущественную сферу должника, будучи израсходована впоследствии на погашение собственных обязательств перед публичным акционерным обществом «Банк Екатеринбург» (далее – ПАО «Банк Екатеринбург»); оставшаяся часть платежей посредством их перечисления должником на счет ООО «СМУ-3 Строй» и далее в адрес бенефициара группы компаний ФИО8 были возвращены на расчетные счета ФИО7 и тем самым не обеспечили соразмерного пополнения имущественной сферы должника взамен выбывшего недвижимого имущества. Считает, что представленные ответчиком в материалы дела документы не свидетельствуют о наличии между ИП ФИО7 и ИП ФИО8 на дату осуществления платежей по спорным договорам купли-продажи неисполненных обязательств заемщика по возврату суммы займа. В частности, договор займа от 02.08.2016 заключен на условиях, существенно отличных от стандартных в гражданском обороте. Свою позицию мотивирует тем, что договор займа заключен на условиях беспроцентного пользования займом; объяснения ответчика о том, что заключение договора на указанных условиях производилось, в связи с намерением ИП ФИО7 извлекать прибыль в рамках иных взаимоотношений между сторонами (агентского договора по реализации квартир в ЖК «Да Винчи», приобретения в собственность ИП ФИО7 ряда квартир в ЖК по цене ниже рыночной) никакими доказательствами не подтверждены; стороны договора займа указывают, что заем предоставлялся для использования в качестве оборотных средств в группе компаний СМУ-3, однако не дали пояснений, по какой причине заемщиком выступало не юридическое лицо из числа участников группы (фактический пользователь займа), а ФИО8; в материалы дела представлен договор купли- продажи доли в уставном капитале ООО «Офорт-К» на сумму 70 250 000 руб., оплата по указанному договору производилась со счета ООО «УК «СМУ-3» на счет ФИО7 посредством 11 платежей, при этом, платежи от ИП ФИО7 в пользу ИП ФИО8, которые стороны полагают платежами в счет представления займа по договору от 02.08.2016,  совершались в те же даты и в тех же суммах; разумных объяснений экономических причин передачи ИП ФИО7 денежных средств, полученных по договору купли-продажи, обратно бенефициару покупателя по договору займа не приведено. Помимо этого, указывает на отсутствие в материалах дела надлежащих доказательства предоставления заемщику всей суммы займа, отмечая, что расписка о выдаче займа наличными средствами в сумме 1 136 000 руб. датирована 02.08.2016, при этом, по утверждению свидетеля ФИО12, выдача наличной части займа производилась одновременно с подписанием договора, вместе с тем, отметки свидетелей, присутствовавших при заключении договора (ФИО12 и ФИО13) датированы 18.08.2018, таким образом, расписка недостоверна как минимум в части даты ее совершения, что исключает ее доказательственную силу; только одно платежное поручение подтверждает выдачу займа на сумму 10 млн.руб., все прочие платежные документы имеют иное назначение платежа, при том, что свидетель ФИО12 пояснила, что между ИП ФИО7 и ИП ФИО8 действительно был подписан договор поставки, в рамках которого производились указанные платежи (впоследствии договор был расторгнут); доводы ответчика о необходимости указания в назначении платежа на договор поставки в целях обхода запрета на совершение заемных операций между физическими лицами не подтверждены доказательствами наличия соответствующего запрета, более того, факт проведения платежа на сумму 10 млн.руб. с назначением платежа «по договору займа» опровергает существование такого запрета; письма об изменении назначения платежа представлены в материалы ФИО8, при этом, свидетель ФИО12 показала, что указанные письма передавались ФИО8 в оригинале (привозились в офис), однако копии писем, представленные ФИО8, при визуальном исследовании очевидно тождественны оригиналам писем, представленных ИП ФИО7, что, по мнению кредитора, свидетельствует об отсутствии в распоряжении ФИО8 оригиналов писем и создании их копий лишь в рамках рассмотрения настоящего спора с использованием оригиналов, не выбывавших из владения ФИО7, при том, что изменение назначения платежа как двусторонняя сделка требует не только изъявления воли плательщиком, но и получение соответствующего документа получателем средств, что в настоящем случае доказательствами не подтверждено. Считает, что представленные ФИО5 документы о прекращении обязательств по договору займа свидетельствуют об отсутствии на стороне ФИО8 неисполненных обязательств по состоянию на 10-11.10.2018 (даты перечисления ФИО8 в пользу ИП ФИО7 денежных средств, полученных по спорным договорам купли-продажи). Так, согласно расписке от 05.10.2018 о получении денежных средств в сумме 15 421 000 руб. ФИО7 не имеет на дату составления расписки никаких претензий по договору займа от 02.08.2016 к ФИО8, что свидетельствует о признании сторонами обязательств по указанному договору полностью прекращенными по состоянию на 05.10.2018, однако платежи в счет погашения займа от 02.08.2016 на общую сумму 16 780 000 руб., произведенные ФИО8 в адрес ФИО7, за счет средств, уплаченных последним по спорным договорам купли-продажи, произведены 10 и 11 октября 2018 года, то есть, после признания займодавцем исполненными обязательств по договору займа; соглашение от 18.10.2018  о прекращении договора займа не может приниматься во внимание, поскольку в пункте 4 данного соглашения предусмотрено, что оставшаяся сумма займа в размере 15 421 000 руб. передается займодавцу при подписании соглашения, что противоречит расписке, согласно которой такая передача состоялась не 18.10.2018, а 05.10.2018. Вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют о противоречивом и не имеющем разумных экономических обоснований характере взаимных операций между ФИО7, ФИО8 и юридическими лицами, входящими в группу компаний СМУ-3. Таким образом, по мнению апеллянта, у суда первой инстанции отсутствовали основания считать доказанным факт наличия между ФИО8 и ФИО7 реальных заемных денежных обязательств, а, следовательно, и основания для отклонения довода конкурсного управляющего о транзитности операций и недоказанности факта получения должником равноценного имущественного предоставления за проданное ответчику имущество. Обращает внимание на то, что условия договора займа от 02.08.2016 между ФИО8 и ФИО7 существенно отличаются от типичных для гражданского оборота, что свидетельствует как минимум о наличии между сторонами договора доверительных деловых отношений, а, следовательно, дает основания предполагать возможность создания сторонами сделки формального документооборота с целью вывода ликвидного имущества. С учетом изложенного, Банк полагает, что при существующем объеме доказательств не опровергнут довод о транзитности большей части платежей, произведенных ответчиком, что свидетельствует о совершении сделки (хотя и содержащей условие о продаже имущества по рыночной цене) на условиях фактического получения должником встречного предоставления, существенно в меньшую сторону отличающегося от рыночной цены, при этом, поскольку сторонами совершены действия, имитирующие полную оплату по договору и тем самым дающие основания считать обязательства покупателя исполненными в полном объеме (то есть лишающие должника возможности востребовать фактически неоплаченную часть стоимости имущества), очевидно, что сделкой причинен ущерб интересам конкурсной массы в размере, равном разнице между ценой сделки и суммой фактически исполненного по ней; размер указанного ущерба составляет 16 990 000 руб., что является существенным с учетом масштабов деятельности должника и размера непогашенного реестра требований кредиторов. Считает, что недобросовестная цель причинения ущерба интересам кредиторов следует из самого факта совершения должником сделки, причиняющей значительный ущерб его имущественной сфере, поскольку иных экономически обоснованных целей сделка на таких условиях преследовать не может; осведомленность контрагента о наличии у должника недобросовестной цели помимо фактов, приведенных конкурсным управляющим, подтверждается и самим фактом заключения и фактического исполнения сделок по кратно заниженной стоимости. Таким образом, полагает доказанным необходимых условий для признания оспариваемых договоров купли-продажи как единой сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отмечая, что при наличии приведенной выше совокупности условий исследование и оценка вопроса о наличии или отсутствии признаков неплатежеспособности АО «СМУ № 3» не является необходимой.

До начала судебного заседания от ФИО5 поступили письменные пояснения по доводам апелляционных жалоб, согласно которым просит обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ФИО10 и кредитора АО «Альфа-Банк» доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, на отмене обжалуемого определения суда настаивали, против удовлетворения апелляционных жалоб друг друга возражений не заявили. 

Представитель ФИО5 против позиции апеллянтов возражал по мотивам, изложенным в письменных пояснениях. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статьями 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 30.08.2018 между закрытым акционерным обществом «СМУ-3» в лице директора ФИО8 (Продавец) и ФИО5 (Покупатель) были заключены следующие договоры купли-продажи:

- №159, по условиям которого Продавец обязуется передать Покупателю в частную собственность земельный участок, площадью 3495 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: коммунально-складские и производственные предприятия V класса вредности различного профиля, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 66:41:0703008:398.

Согласно пункту 1 указанного договора на момент совершения договора земельный участок принадлежит Продавцу на праве собственности на основании заявления о государственной регистрации на недвижимое имущество, сделки с ним, ограничения (обременения), перехода, прекращения на недвижимое имущество №66/001/477/2017-735 от 23.06.2017, о чем в Едином государственном реестре недвижимости 05.07.2017 сделана запись регистрации №66:41:0703008:398-66/001/2017-1.  

В соответствие с пунктом 3.1 договора купли-продажи от 30.08.2018 №159 стоимость недвижимого имущества составляет 12 400 000 руб., НДС не облагается.

Покупатель производит оплату Продавцу за отчуждаемое имущество в течение четырнадцати рабочих дней после получения документов о государственной регистрации в регистрирующем органе. Оплату за отчуждаемое имущество Покупатель производит в рублях путем перечисления денежных средств на расчетный счет Продавца (пункт 3.2 договора купли-продажи от 30.08.2018 №159).

- №158, по условиям которого Продавец обязуется передать Покупателю в частную собственность следующие объекты недвижимого имущества: нежилое здание компрессорная со складом, литер А, А1, общей площадью 423,3 кв.м, этажность: 1, подземная этажность: 0-1, назначение: нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:199 (объект №1); здание, общей площадью 306,1 кв.м, назначение: нежилое, этажность: 3, подземная этажность: 1, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:277 (объект 2) (объект №2); отдельно-стоящее с пристроем строение, назначение: производственное, общей площадью 291 кв.м, литер В, назначение: нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:200 (объект №3); здание, назначение: нежилое здание, общей площадью 257,3 кв.м, этажность: 1, подземная этажность: 1, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:207 (объект №4); земельный участок, общей площадью 4529 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: коммунально-складские и производственные предприятия V класса вредности различного профиля, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703008:399 (объект №5).

Согласно пункту 1 указанного договора отчуждаемое имущество принадлежит Продавцу на праве собственности, что подтверждается государственной регистрацией права собственности, а именно: 

в отношении объекта №1 - свидетельством о государственной регистрации права, выданным Управлением Росреестра по Свердловской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.12.2000 совершена запись регистрации №66-01/01-31-263/2000-21; 

в отношении объекта №2 - договором купли-продажи от 14.12.1994, дополнительным соглашением от 20.01.1995 к договору купли-продажи от 14.12.1994, свидетельством о государственной регистрации права от 20.11.2013, выданным Управлением Росреестра по Свердловской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.12.2000 совершена запись регистрации №66-01/01-31-263/2000-25;

в отношении объекта №3 - договором купли-продажи от 14.12.1994, дополнительным соглашением от 20.01.1995 к договору купли-продажи от 14.12.1994, свидетельство о государственной регистрации права от 28.12.2000, выданным Управлением Росреестра по Свердловской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.12.2000 совершена запись регистрации № 66-01/01-31-263/2000-23;

в отношении объекта №4 - договором купли-продажи от 14.12.1994, дополнительным соглашением от 20.01.1995 к договору купли-продажи от 14.12.1994, свидетельство о государственной регистрации права от 21.11.2013, выданного Управлением Росреестра по Свердловской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.12.2000 совершена запись регистрации № 66-01/01-31 -263/2000-26;

в отношении объекта №5 - заявлением о государственной регистрации права на имущество, сделки с ним, ограничения (обременения), перехода, прекращения права на имущество №66/001/477/2017-734 от 23.06.2017, о чем в Едином государственном реестре  05.07.2017 сделана запись регистрации №66:41:0703008:399-66/001/2017-1.

В соответствие с пунктом 3.1 договора купли-продажи от 30.08.2018 №158 стоимость недвижимого имущества составляет 17 450 000 руб., в том числе: объект №1 - 500 000 руб., в том числе НДС 18%; объект №2 - 350 000 руб., в том числе НДС 18%; объект №3 - 300 000 руб., в том числе НДС 18%;

объект №4 - 300 000 руб., в том числе НДС 18%; объект №5 - 16 000 000 руб., НДС не облагается.

Покупатель производит оплату Продавцу за отчуждаемое имущество в течение четырнадцати рабочих дней после получения документов о государственной регистрации в регистрирующем органе. Оплату за отчуждаемое имущество Покупатель производит в рублях путем перечисления денежных средств на расчетный счет Продавца (пункт 3.2 договора купли-продажи от 30.08.2018 №159).

- №173, по условиям которого Продавец обязуется передать Покупателю в частную собственность здание, общей площадью 9,7 кв.м, этажность: 1, подземная этажность: 0-1, назначение: нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66:41:0703007:231.

Согласно пункту 1 указанного договора отчуждаемое имущество  принадлежит Продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи от 14.12.1994, дополнительного соглашения от 20.01.1995 к договору купли-продажи от 14.12.1994, свидетельства о государственной регистрации права, выданного Управлением Росреестра по Свердловской области 26.03.2014, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним совершена запись регистрации 28.12.2000 №66-01/01-31-263/2000-27. 

В соответствие с пунктом 3.1 договора купли-продажи от 30.08.2018 №173 стоимость недвижимого имущества составляет 10 000 руб., НДС не облагается.

Покупатель производит оплату Продавцу за отчуждаемое имущество в течение четырнадцати рабочих дней после получения документов о государственной регистрации в регистрирующем органе. Оплату за отчуждаемое имущество Покупатель производит в рублях путем перечисления денежных средств на расчетный счет Продавца (пункт 3.2 договора купли-продажи от 30.08.2018 №173).

Переход права собственности по договорам купли-продажи от 30.08.2018 №№158, 159 и 173 в пользу ФИО7 был зарегистрирован в установленном порядке в Управлении Росреестра по Свердловской области 04.09.2018.

В подтверждение оплаты стоимости объектов недвижимости в материалы дела представлены платежные поручения от 10.10.2018 №212 на сумму 13 080 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по счету 1099 от 30.08.18, оплата по договору 159 от 30.08.18 НДС не облагается»; от 11.10.2018 №214 на сумму 13 080 000 руб. с назначением платежа: «Оплата

по счету 1098 от 30.08.18, оплата по договору 158 от 30.08.18 ФИО7 НДС не облагается»; от 12.10.2018 № 216 на сумму 3 690 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по счету 1098 от 30.08.18, оплата по договору 158 от 30.08.18 ФИО7 НДС не облагается»; от 12.10.2018 № 217 на сумму 10 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по договору № 173 от 30.08.18 НДС не облагается».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.05.2020

на основании заявления ООО СК «Стройинвест» в отношении АО «СМУ-3» возбуждено настоящее дело о несостоятельности (банкротстве). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10

Решением этого же суда от 26.10.2020 АО «СМУ-3» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО2

Полагая, что указанные выше договоры купли-продажи от 30.08.2018 №№158, 159 и 173 являются взаимосвязанными, совершенными с целью причинения вреда имущественным правам и интересам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании данных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ.

Рассмотрев настоящий спор, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего, в связи с недоказанностью наличия совокупности всех условий для признания оспариваемых сделок недействительными по указанным им основаниям. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании пункта 3 статьи 129 названного Закона конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу пункта 1 статьи 61.1 того же Закона сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 №63 разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемых по специальным основаниям сделок, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции верно исходил из того, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 29.05.2020, оспариваемые конкурсным управляющим договоры купли-продажи недвижимого имущества заключены должником 30.08.2018, государственная регистрация перехода права собственности произведена 04.09.2018, то есть в период «подозрительности», предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывалось выше, в подтверждении факта оплаты стоимости спорных объектов недвижимости в материалы дела представлены платежные поручения от 10.10.2018 №212 на сумму 13 080 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по счету 1099 от 30.08.18, оплата по договору 159 от 30.08.18 НДС не облагается»; от 11.10.2018 №214 на сумму 13 080 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по счету 1098 от 30.08.18, оплата по договору 158 от 30.08.18 ФИО7 НДС не облагается»; от 12.10.2018 № 216 на сумму 3 690 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по счету 1098 от 30.08.18, оплата по договору 158 от 30.08.18 ФИО7 НДС не облагается»; от 12.10.2018 № 217 на сумму 10 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по договору № 173 от 30.08.18 НДС не облагается».

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ФИО10 указывал на то, что в действительности ФИО7 произведена оплата по спорным объектам недвижимого имущества только на сумму 12 870 000 руб. (за исключением платежа ФИО7 по платежному поручению от 12.10.2018 №218, который ответчик не указывает в качестве оплаты по оспариваемым договорам), при этом, оплаты по платежным поручениям от 10.10.2018 №212, от 11.10.2018 №214 носили транзитный характер, поскольку денежные средства фактически были возвращены ФИО7 в отсутствие на то надлежащих правовых оснований.

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 N 677/10, транзитное движение денежных средств, оформленное договорами, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений.

Таким образом, оформленное некоторыми договорами транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов (например, при получении кредитором переданных в заем денежных средств по договорам займа при отсутствии доказательств исполнения обязанности по возврату займа), может свидетельствовать о формальном характере перечислений.

Требование арбитражного управляющего о признании в рамках дела о банкротстве подозрительной сделки недействительной направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника. При разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

Проанализировав движение поступивших на банковский счет АО «СМУ-3» от ФИО7 денежных средств суд первой инстанции установил следующее:

Так, поступившие от ФИО7 по платежному поручению от 10.10.2018 №212 денежные средства в сумме 13 080 000 руб. на следующий день (11.10.2018) в этой же сумме были перечислены должником в пользу ООО  «СМУ-3 Строй» (организация, входящая в одну группу лиц с должником) с указание в основании (назначении) платежа: «Оплата по счету 1099 от 30.08.18, оплата по договору 159 от 30.08.18 НДС не облагается»; в этот же день данная сумма, разбитая на два платежа по 11 679 101,84 руб. и по 1 400 898,16 руб., была перечислена ООО «СМУ-3 Строй» в пользу ИП ФИО8 с указанием в основании (назначении) платежей: «Возврат основного долга по договору займа №43/Д от 01.04.2015г. Сумма 11679101-84 Без налога (НДС)» и «Возврат основного долга по договору займа № 58-СС от 04.08.2015г. Сумма 1400898-16Без налога (НДС)» соответственно; далее 11.10.2018 денежные средства в сумме 13 080 000 руб. были перечислены ФИО8 в пользу ФИО7 с указанием в основании (назначении) платежа: «Возврат основного долга по договору займа от 02.08.16г. за ФИО8 согласно письму от 08.10.18г. Без НДС». 

Поступившие от ФИО7 по платежному поручению от 11.10.2018 №214 денежные средства в сумму 13 080 000 руб. частично в сумме 9 170 000 руб. были направлены должником на погашение кредитных обязательств перед ПАО «Банк Екатеринбург» с указанием в основании (назначении) платежа: «Пополнение расчетного счета для погашения кредиторской задолженности по кредитному договору Сумма 9 170 000-00 Без налога (НДС)»; оставшаяся часть в размере 3 910 000 руб. 11.10.2018 была перечислена должником в пользу ООО «СМУ-3 Строй» с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору от 24.04.2017г. Сумма 3910000- 00Без налога (НДС)» и в этот же день перечислена ООО «СМУ-3 Строй» в пользу ФИО8 с указанием в основании (назначении) платежа: «Возврат основного долга по договору займа № 58-СС от 04.08.2015г. Сумма 3910000-00 Без налога (НДС)», далее 11.10.2018 денежные средства в сумме 3 910 000 руб. были перечислены  ФИО8 в пользу ФИО7 с указанием в основании (назначении) платежа: «Возврат основного долга по договору займа от 02.08.16г. за ФИО8 согласно письму от 08.10.18г. Без НДС». 

Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса. Арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу оспариваемой сделки хозяйственных отношений, проверять действительность и объем совершенного по такой сделке экономического предоставления должнику, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства. Как следствие, лицам, участвующим в деле (заинтересованным лицам) следует представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства в обоснование правовой позиции по спору. При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

Следуя указанию суда округа и исследуя вопрос о реальности правоотношений, положенных в основу произведенных ФИО8 в пользу ФИО14 платежей, суд первой инстанции установил, что 02.08.2016 между ФИО7 (займодавец) и ФИО8 (заемщик) был заключен договор займа, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 71 386 000 руб., а заемщик обязуется возвратить сумму займа в порядке и сроки, установленные договором. 

В пункте 1.2. договора займа от 02.08.2016 указано на то, что заем является беспроцентным. 

Сторонами определен следующий порядок возврата суммы займа: в срок до 30.03.2017 - 10 000 000 руб.; в срок до 30.05.2017 - 20 000 000 руб.; в срок до 31.08.2017 - 41 386 000 руб. (пункт 2.2 договора займа от 02.08.2016). Возврат полученной суммы займа производится путем передачи наличных денежных средств займодавцу, если иной порядок стороны не предусмотрят дополнительно.

В подтверждение передачи ФИО8 заемных денежных средств ответчиком в материалы дела представлены расписка от 02.08.2016 о получении ФИО8 денежных средств в размере 1 136 000 руб., расписка от 05.10.2018 о получении ФИО8 денежных средств в размере 15 421 000 руб., а также платежные поручения от 23.08.2016 №141 на сумму 10 000 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата согласно письму от 23.08.2016 по договору займа от 02.08.2016 с ФИО8», от 25.08.2016 №151 на сумму 5 220 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016», от 25.08.2016 №150 на сумму 4 780 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016», от 26.08.2016 №152 на сумму 7 500 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016», от 31.08.2016 №158 на сумму 4 500 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016, за кирпич», от 01.09.2016 №160 на сумму 5 600 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016, за кирпич», от 02.09.2016 №161 на сумму 6 400 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016, за кирпич», от 30.08.2016 №157 на сумму 5 500 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016, за бетон», от 08.09.2016 №164 на сумму 4 940 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016, за кирпич», от 07.09.2016 №163 на сумму 5 000 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016, за кирпич», от 05.09.2016 №162 на сумму 10 800 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору поставки материалов от 02.08.2016, за кирпич»; направленные в адрес ФИО8 письма ФИО14 от 26.08.2016, от 29.08.2016, от 01.09.2016, от 02.09.2016, от 05.09.2016, от 31.08.2016, от 08.09.2016, от 08.09.2016, от 06.09.2016 об изменении назначения платежей на «Оплата согласно письму от 23.08.2016 по договору займа от 02.08.2016 с ФИО8 Без налога (НДС)». 

В целях обеспечения исполнения обязательств по договору займа от 02.08.2016 между ФИО14 (займодавец) с одной стороны и АО «СМУ-3» в лице генерального директора ФИО8, обществом с ограниченной ответственностью «Транспорт Трейд» (поручители) с другой стороны был заключен договор поручительства от 02.08.2016, в соответствии с которым поручители обязуются отвечать в полном объеме перед займодавцем за своевременное погашение основного долга, выплату штрафных пеней за несвоевременное исполнение ФИО8 обязательств по договору займа от 02.08.2016 и обязанности заемщика возвратить сумму займа в порядке и сроки, предусмотренные договором займа (пункт 1.1 договора).

Из пояснений ФИО15 относительно обстоятельств совершения оспариваемых сделок, данным им в ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции, следует, что в 2018 году ему стало известно о намерении ФИО8 реализовать спорные объекты недвижимости, при этом, в связи с чем, на момент продажи указанного имущества, обязательства по договору займа от 02.08.2016 не были исполнены ФИО8 более двух лет, ответчик обратился к нему с предложением о покупке данной недвижимости. 

При этом, материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле не оспаривается, наличие у ФИО7 финансовой возможности выдать ФИО8 заем в сумме более 71 386 000 руб., в связи с продажей 100% доли в ООО «Офорт-К». 

В подтверждение финансовой возможности произвести оплату стоимости приобретенных по оспариваемым договорам купли-продажи объектов недвижимости ответчиком в материалы дела были представлены выписка из Росреестра, согласно которой у ФИО7, который является профессиональным, аттестованным риэлтором, руководителем юридических лиц, оказывающих риэлтерские услуги, за период, предшествующий оспариваемой сделке, было совершено значительное количество (более 100) сделок по покупке/продаже недвижимого имущества; налоговые декларации, подтверждающие его доходы, расходы и уплату налогов с произведенных сделок; выписки по расчетным счетам.

Изучив данные документы в совокупности, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суд первой инстанции, в совокупности с данными ответчиком пояснениями, пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО7 мог располагать значительными личными денежными средствами, полученными также и от иных источников (реализация объектов недвижимости, предпринимательская деятельность и прочее), и достаточными для того, чтобы рассчитаться по оспариваемым сделкам. 

Кроме того, учитывая наличие у ФИО7 статуса индивидуального предпринимателя (ИНН 

<

***>, ОГРНИП: 

<

***>, дата присвоения ОГРНИП: 27.09.2004, основным видом осуществляемой им деятельности является аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом), а также принимая во внимание пояснения ответчика о наличии между ним и ФИО8 договоренности о получении ФИО7 квартир в строящемся объекте недвижимости с целью их дальнейшей продажи по более высокой цене (за кв. метр), которые в дальнейшем ФИО8 не были выполнены, суд первой инстанции верно констатировал, что в данном случае экономический смысл выдачи ответчиком займа ФИО8 состоял в возможности в будущем реализовать часть квартир, построенных компаниями, подконтрольными ФИО8, по более высокой цене. 

Помимо этого, по результатам рассмотрения доводов конкурсного управляющего и Банка о взаимосвязях должника и ответчика, с учетом совокупности собранных и оцененных доказательств пришел к выводу о недоказанности того, что ФИО7 является заинтересованными (аффилированным) по отношению к должнику лицом.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункты 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

По мнению конкурсного управляющего, о фактической аффилированности должника и ответчика свидетельствует  наличие у ФИО7 устойчивых деловых и корпоративных связей с ФИО8 в качестве участника и единоличного исполнительного органа ООО «Офорт-К» как до августа 2016, так и после августа 2016, а также участие в заемных правоотношениях с лицами, входящими в состав группы компаний СМУ-3. 

Проверяя данный довод, суд первой инстанции установил, что, действительно, участником ООО «Офорт-К» в период с 20.11.2006 по 18.08.2016 являлся ФИО7 с долей участия в уставном капитале 50%, в период с 19.08.2011 по 18.08.2016 участником данной организации являлось общество с ограниченной ответственностью «Мамина-Сибиряка 114» (далее – ООО «Мамина-Сибиряка 114») с долей участи в уставном капитале в размере участия 50%; кроме того, в период с 22.10.2010 по 12.09.2016 ФИО7 являлся руководителем ООО «Офорт-К»; вместе с тем, 18.08.2016 между ФИО7, ООО «Мамина-Сибиряка 114» с одной стороны и ООО «УК «СМУ 3» с другой стороны был заключен договор купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Офорт-К», при этом, каких-либо доказательств того, что после продажи доли ФИО7 сохранил контроль над данным юридическим лицом (участие и управление общества) в материалы дела представлено не было, как и отсутствуют доказательства иной фактической аффлированности должника (группы компаний) с ответчиком. 

Ссылки конкурсного управляющего ФИО10 на то, что о длительности общности экономических интересов между ФИО7 и АО «СМУ-3» свидетельствуют обстоятельства расчетов по спорным сделкам, которые осуществлены в рамках существовавших между ФИО8, ФИО7, а также АО «СМУ-3» и ООО «СМУ-3 Строй» заемных отношений, подлежат отклонению, поскольку наличие гражданско-правовых отношений между ФИО7 и ФИО8 в 2016 году, то есть за два года до совершения оспариваемых сделок, о наличии юридической или фактической аффилированности по отношению к должнику не свидетельствуют.

При этом, из анализа совершенных ООО «Офорт-К» в пользу ФИО7 кассовых операций следует, что заемные правоотношения между указанными лицами существовали до момента продажи общества, после его продажи между сторонами новые займы не оформлялись, договоры не заключались, корпоративное финансирование полностью прекращено.

То обстоятельство, что ФИО7 в течение двух лет не принимал мер к взысканию ФИО8 суммы займа не свидетельствует о злонамеренных согласованных действиях должника и указанного лица. 

Помимо этого, исследуя обоснованность произведенных ООО «СМУ-3 Строй» за счет полученных от ФИО7 в пользу ИП ФИО8 платежей в сумме 11 679 101,84 руб. (основание платежа: «Возврат основного долга по договору займа №43/Д от 01.04.2015г. Сумма 11679101-84 Без налога (НДС)») и в сумме 1 400 898,16 руб. (основание платежа: «Возврат основного долга по договору займа № 58-СС от 04.08.2015г. Сумма 1400898-16Без налога (НДС)»), а также реальность положенных в основу данных перечислений хозяйственных правоотношений, суд первой инстанции установил, что 04.08.2015 между ИП ФИО8 (займодавец) и ООО «СМУ-3 Строй» в лице директора ФИО12 (заемщик) был заключен договор займа №58-СС (далее – договор займа от 04.08.2015 №58-СС), по условиям которого займодавец передает заемщику денежные средства в размере 2 000 000 руб. частями по мере требования заемщика до 05.08.2018.

Условия договора займа от 04.08.2015 неоднократно изменялись сторонами путем подписания дополнительных соглашений от 11.08.2015, 31.08.2015, 01.09.2015, 14.09.2015, 25.12.2015, 28.04.2016).

По условиям договора займа от 04.08.2015 №58-СС (в редакции дополнительного соглашения от 28.04.2016 №6) ИП ФИО8 передает заемщику ООО «СМУ-3 Строй» денежные средства в размере 100 000 000 руб. по мере требования заемщика. 

Согласно пункту 2.2. договора займа от 04.08.2015 №58-СС (в редакции дополнительного соглашения от 25.12.2015 №5) заемщик обязуется возвратить сумму займа и сумму начисленных процентов (согласно пункту 1.2. договора) в срок не ранее 25.06.2019 и не позднее 25.12.2019. Возврат суммы займа в этот период возможен частями.

Из анализа операций по счетам ИП ФИО8 и ООО «СМУ-3 Строй» следует, что по состоянию на дату оспаривания сделки ИП ФИО8 в качестве займа по договору от 04.08.2015 №58-СС в пользу ООО «СМУ-3 Строй» были перечислены денежные средства в общем размере 114 852 048,17 руб.; ООО «СМУ-3 Строй» выплачены проценты за пользование суммой займа в размер 8 528 037,78 руб., а также осуществлен возврат суммы займа в размере 102 768 569,17 руб. 

Судом также установлено, что 27.03.2015 между ИП ФИО8 (займодавец) и ЗАО «СМУ-3» в лице директора ФИО12 (заемщик) был заключен договор займа №44 (далее – договор займа от 27.06.2015 №44) (в редакции дополнительного соглашения от 29.05.2015 №1), по условиям которого ИП ФИО8 выдал ЗАО «СМУ-3» заем в размере 21 000 000 руб. на срок до 31.05.2016.

Помимо этого, 01.04.2015 между ИП ФИО8 и ЗАО «СМУ-3» был заключен договор займа №45 (далее  - договор займа от 01.04.2015 №45)

(в редакции дополнительного соглашения от 29.05.2015 №1), по условиям которого ИП ФИО8 выдал ЗАО «СМУ-3» заем в размере 30 000 000 руб. на срок до 31.05.2016. 

В последующем, между ИП ФИО8, ЗАО «СМУ-3» и ООО «СМУ-3 Строй» был заключен договор перевода долга от 01.07.2015 №43Д, в соответствие с которым ООО «СМУ-3 Строй» приняло на себя обязательства по возврату суммы займа и процентов по договорам займа от 27.03.2015 №44  и от 01.04.2015 №45.

Исполнение обязательств ООО «СМУ-3 Строй» перед ИП ФИО8 по договору перевода долга от 01.07.2015 подтверждается сведениями, отраженными в выписке по банковскому счету ООО «СМУ-3 Строй». 

Относительно произведенных должника 11.10.2018 в пользу  ООО «СМУ-3 Строй» перечислений на сумму 13 080 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору от 24.04.2017г Сумма 13080000-00 Без налога (НДС)» и в сумме 3 910 000 руб. с указанием в основании (назначении) платежа: «Оплата по договору от 24.04.2017г. Сумма 3910000- 00Без налога (НДС)», то, несмотря на отсутствие в материалах дела экземпляра договора от 24.04.2017, суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие сведений о признании его недействительным либо ничтожным, равно как сведений о признании недействительными произведенных должником в пользу ООО «СМУ-3 Строй» перечислений денежных средств в счет исполнения обязательств по договора от 24.04.2017, учитывая, что в отчетах конкурсного управляющего указанные сделки как мнимые не установлены и не отнесены к категории подозрительных, пришел к выводу о реальности положенных в основу совершенных должником в пользу ООО «СМУ-3 Строй» платежей правоотношений. 

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, в связи с недоказанностью аффилированности ФИО7 по отношению  должнику, наличие или отсутствие правоотношений по договору от 24.04.2017 между должником и ООО «СМУ-3 Строй» для ФИО7 как стороны оспариваемой сделки значения не имеет. 

Таким образом, следует признать, что в материалы дела были представлены достаточные сведения о реальности исполнения всех исследованных судом договоров; все сделки, включая перечисления денежных средств всеми были осуществлены в счет исполнения действительных обязательств должника и иных лиц. 

При таких обстоятельствах, на основании анализа и оценки представленных в дело доказательств суд первой инстанции, установив, что заемные отношения между ФИО8 и ФИО7 по договору займа от 02.08.2016, между должником и ООО «СМУ-3 Строй» по договорам от 01.04.2015 №43/Д  и от 04.08.2015 №58-СС носили реальный характер, исходя из того, что аффилированность всех участников оспариваемых правоотношений не подтверждена, суд первой инстанции правомерно признал, что применительно к рассматриваемому случаю достаточных доказательств для вывода о транзитном характере денежных средств, перечисленных по платежным поручениям от 10.10.2018 №212 и от 11.10.2018 №214, не имеется. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что при осуществлении оспариваемых сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также о мнимости спорных сделок, совершения сделок без намерения создать соответствующие правовые последствия, в материалы дела не представлены.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим не представлено каких-либо доказательств того, что фактические действия сторон подтверждают направленность их воли на достижение каких-либо иных правовых последствий, нежели предусмотрено условиями спорных договоров.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы о недоказанности наличия и реальности заемных правоотношений между ФИО8 и ФИО7 судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (статья 64 АПК РФ). 

В соответствии с части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

На основании статьи 71 АПК РФ  арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Так, в подтверждение наличия между ФИО8 и ФИО7 заемных правоотношений в материалы дела были представлены оригиналы договора займа от 02.08.2016, расписки о получении денежных средств в размере 1 136 000 руб., соглашения от 18.10.2018 о прекращении договора займа от 02.08.2016, копии платежных поручений от 23.08.2016 №141 на сумму 10 000 000 руб., от 25.08.2016 №151 на сумму 5 220 000 руб., от 25.08.2016 №150 на сумму 4 780 000 руб., от 26.08.2016 №152 на сумму 7 500 000 руб., от 31.08.2016 №158 на сумму 4 500 000 руб., от 01.09.2016 №160 на сумму 5 600 000 руб., от 02.09.2016 №161 на сумму 6 400 000 руб., от 30.08.2016 №157 на сумму 5 500 000 руб., от 08.09.2016 №164 на сумму 4 940 000 руб., от 07.09.2016 №163 на сумму 5 000 000 руб., от 05.09.2016 №162 на сумму 10 800 000 руб.; писем от 26.08.2016, от 29.08.2016, от 01.09.2016, от 02.09.2016, от 05.09.2016, от 31.08.2016, от 08.09.2016, от 08.09.2016, от 06.09.2016 об изменении назначения платежей на «Оплата согласно письму от 23.08.2016 по договору займа от 02.08.2016 с ФИО8 Без налога (НДС)».

Ни в суд первой инстанции, ни на стадии апелляционного производства конкурсным управляющим и кредитором АО «Альфа-Банк» не было представлено доказательств, опровергающих сведения, содержащиеся в представленных в материалы дела в подтверждение реальности правоотношений между ФИО8 и ответчиком в рамках договора займа от 02.08.2016 документов. О фальсификации данных документов суду апелляционной инстанции также заявлено не было. Вместе с тем, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).

Таким образом, применительно к рассматриваемому случаю по итогам оценки всех представленных в материалы дела документов суд первой инстанции обоснованно посчитал, что в материалы дела представлено достаточно доказательств, подтверждающих факт реального предоставления ответчиком ФИО8 денежных средств в качестве займа в размере 71 386 000 руб.

Доводы конкурсного управляющего о том, что представленные ответчиком в материалы дела письма от 26.08.2016, от 29.08.2016, от 01.09.2016, от 02.09.2016, от 05.09.2016, от 31.08.2016, от 08.09.2016, от 08.09.2016, от 06.09.2016 об изменении назначения платежей на «Оплата согласно письму от 23.08.2016 по договору займа от 02.08.2016 с ФИО8 Без налога (НДС)» не могут быть приняты в качестве надлежащих и достоверных доказательств возникновения заемных обязательств, так как данные письма регулируют взаимоотношения между сторонами договора займа, в отсутствии доказательств направления этих писем в кредитную организацию, которая осуществила проводку денежных средств и, соответственно, отразившая в своих документах назначение платежа - по договору поставки, подлежат отклонению, поскольку указание в назначение платежа на оплату по договору поставки ФИО7 объяснил разъяснениями Банка о возможной блокировке счетов в случае последующего перечисления денежных средств между индивидуальными предпринимателями по договору займа в столь значительном размере, так как такие перечисления носят сомнительный характер. 

Оснований не доверять данным утверждениям у суда апелляционной инстанции не имеется. Доказательств наличия между ФИО8 и ФИО7 правоотношений в рамках договора поставки материалов от 02.08.2016 в материалы дела представлено не было. 

Указания Банка на то, что договор займа от 02.08.2016 был заключен на условиях, существенно отличных от стандартных в гражданском обороте, о чем, в частности, свидетельствует условие о его беспроцентности подлежат отклонению, поскольку согласно статье 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ), при этом, заключение между сторонами договоров беспроцентного займа положениями гражданского законодательства не запрещено.

Доводы конкурсного управляющего о документальной неподтвержденности наличия заемных правоотношений между должником и ООО «СМУ-3 Строй» с указанием на то, что из анализа выписки по операциям на счете последнего, открытом в АО «Райффайзенбанк», за период с 01.07.2015 по 07.09.2020 следует, что в назначении платежей имеется ссылка не на договор займа от 24.04.2017, а на договор от 01.04.2015 №43/Д подлежат отклонению, поскольку факт перечисления денежных средств на счет ООО «СМУ-3 Строй» в счет исполнения заемных обязательств подтвержден выпиской с банковского счета, при этом, указание в назначении платежа на иные обязательственные отношения не меняет существа спорных обязательств, которые подтверждаются, в том числе актом сверки взаимных расчетов между ООО «СМУ-3 Строй» и АО «СМУ-3» за период с 24.04.2017-30.06.2020. 

Утверждения конкурсного управляющего о том, что взаимодействие ФИО8 и ООО «СМУ-3 Строй» по исполнению условий договора займа  от 04.08.2015 № 58-СС свидетельствует о том, что данный договор использовался ФИО8 исключительно в качестве инструмента для транзитного прогона денежных средств через ООО «СМУ-3 Строй» и для их последующего распределения внутри группы компаний СМУ-3 не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку оценка указанный действий ФИО8 не входит в предмет доказывания в рамках настоящего обособленного спора об оспаривании сделок. 

Как верно указано судом первой инстанции, в данном случае материалы дела свидетельствуют о том, что ФИО8 исполнял свои долговые обязательства, преследуя цель погашения личного займа, при этом, учитывая, что в этот период признаков банкротства должника и всей группы компаний СМУ-3, контролируемых ФИО8, не имелось, данная цель не может быть признана судом противоправной, нарушающей интересы должника и его кредиторов.

Кроме того, рассматривая заявленное требование, суд первой инстанции также пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия у должника на даты совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статья 2 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац 34 статьи 2 Закона о банкротстве).

В данном случае, установив, что согласно последнему сданному АО «СМУ-3» годовому отчету за 2017 год задолженность перед кредиторами составляла 159 324 тыс.руб. (строка 1520), вместе с тем, у должника имелись активы в виде основных средств в размере 173 457 тыс.руб. (строка 1150), запасы в размере 25 735 тыс.руб. (строка 1210), дебиторская задолженность в размере 129 727 тыс.руб. (1230), достоверность данных показателей подтверждается представленным в материалы дела аудиторским заключением независимого аудитора, таким образом, на дату совершения сделки активы должника значительно превышали размер его кредиторской задолженности; из бухгалтерского баланса АО «СМУ-3» по состоянию на 31.12.2018 следует, что в данный период должник имел основные средства на сумму 159 284 тыс.руб (строка 1150), запасы на сумму 27 996 тыс.руб. (строка 1210), дебиторской задолженности на сумму 64 461 тыс.руб. (1230); из подготовленного временным управляющим финансового анализа должника следует, что финансовые трудности у организации начали появляться после июля 2019 (то есть, спустя год после оспариваемой сделки) и были связанны с взаимоотношениями должника и АО «Альфа-банк» (в частности, из финансового анализа следует, что структура активов предприятия по состоянию на 31.12.2019 характеризуется примерно равным соотношением внеоборотных средств и текущих активов (46,2% и 53,3%); хотя имело место значительное уменьшение активов, собственный капитал увеличился на 9,6%, что в целом положительно характеризует динамику изменения имущественного положения организации (страница 7); чистые активы по состоянию на 31.12.2019 намного (в 333,3 раза) превышают уставный капитал; данное соотношение положительно характеризует финансовое положение, полностью удовлетворяя требованиям нормативных актов к величине чистых активов; превышение чистых активов говорит о хорошем финансовом положении организации по данному признаку (страница 9); представленные в таблице показатели рентабельности за последний год имеют положительное значение как следствие прибыльной деятельности АО «СМУ-3» (страница 11); платежеспособность на ближайшую перспективу характеризует коэффициент абсолютной ликвидности (страница 13)), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности материалами дела, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности применительно к понятию, данному в статье 2 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции правомерными.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения оспариваемой цепочки сделок, равно как и цели причинения такого вреда, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел правовых оснований для признания спорных договоров купли-продажи от 30.08.2018 №№158, 159 и 17 недействительными (ничтожными) на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию в целом с правильной оценкой установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемого судебного акта следует, что судом в полной мере исследованы все представленные сторонами доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц. Выводы суда основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности. Иная оценка заявителями жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

С четом изложенного, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционные жалобы – удовлетворению, не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителей.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 июля 2023 года  по делу № А60-24996/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

Т.В. Макаров