ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

09.03.2021

Дело № А40-192270/18

Резолютивная часть постановления объявлена 02.03.2021 

Полный текст постановления изготовлен  09.03.2021

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи ФИО1,

судей Зверевой Е.А., Михайловой Л.В., 

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО2, лично, паспорт; ФИО3, по доверенности от 09 сентября 2020 года;

от ФИО4 – ФИО3, по доверенности от 03 сентября 2020 года;

от ФИО5 – ФИО3, по доверенности от 22 июля 2020 года;

от ООО «Алмаз Капитал» - ФИО6, по доверенности от 24 ноября 2020 года;

рассмотрев 02.03.2021 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 ноября 2020 года,

по заявлению ООО "Алмаз Капитал" о включении задолженности в размере 2 583 882 945,90 руб. в реестр требований кредиторов должника - ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 22 ноября 2018 года в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО8, о чем опубликовано сообщение в газете "Коммерсантъ" № 217 от 24 ноября 2018 года, стр. 140.

Общество с ограниченной ответственностью «Алмаз капитал» (ООО "Алмаз капитал") обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО7 задолженности в размере 2 583 882 945 руб. 90 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27 мая 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 августа 2019 года, требования ООО "Алмаз Капитал" в размере 2 583 882 945,90 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов гражданина-должника  ФИО7.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12 декабря 2019 года определение Арбитражного суда города Москвы от 27 мая 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 августа 2019 года отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, при этом суд кассационной инстанции указал, что  при рассмотрении настоящего спора кредитор ссылался на то, что ООО "Алмаз капитал", получившее права по кредитным договорам и обеспечительным сделкам, заемщики и поручитель входят в одну группу лиц, что ставит под сомнение целесообразность приобретения прав требования к должнику и добросовестность общества при обращении в суд с настоящими требованиями, однако ни суд первой инстанции, ни апелляционный суд должным образом доводы заявителя не проверили.

Суд округа указал, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 14.02.2019 г. N 305-ЭС18-17629, в обычном обороте аффилированные юридические лица, действующие добросовестно и разумно, не имеют объективных причин взыскивать долги друг с друга, они стремятся оптимизировать внутригрупповую задолженность, а, следовательно, при  предоставлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Учитывая вышеизложенное, суд кассационной инстанции указал, что суды по доводам конкурирующего кредитора должны были проверить целесообразность заключения договоров уступки ООО "Алмаз капитал" и обращения в суд с настоящими требованиями, источник оплаты уступленного права, поскольку приобретение обществом кредиторской задолженности к фактически аффилированному лицу может использоваться в качестве механизма, позволяющего формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При новом рассмотрении дела определением Арбитражного суда города Москвы от 31 июля 2020 года требования ООО "Алмаз Капитал" к ФИО7 в размере 2 583 882 945 рублей 90 копеек признаны обоснованными, однако подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 ноября 2020 года определение Арбитражного суда города Москвы от 31 июля 2020 года по делу № А40-192270/18 изменено, в результате чего требования ООО "Алмаз капитал" включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

18 января 2021 года в суд поступили отзывы финансового управляющего должника и ООО «Алмаз капитал» на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

26 февраля 2021 года в суд поступили письменные пояснения ФИО2  по кассационной жалобе, которые приобщены к материалам дела.

02 марта 2021 года в суд поступили письменные пояснения ООО "Алмаз капитал" к отзыву на кассационную жалобу, которые также приобщены к материалам дела.

Как следует из материалов дела, ООО "Алмаз капитал" в обоснование заявленных требований указало, что с 2011 года ПАО "Сбербанк России" кредитовало группу компаний, в которую входили ОАО "ГМЗ", ООО "Интермикс Мет", ЗАО "ЮЭК", ЗАО "ЮГХК", ООО "Сельхозхимпром", совладельцем которых являлся ФИО7, при этом доля в уставном капитале (количество акций), принадлежащая должнику в период получения кредитов, составляла в ОАО "ГМЗ" - 50%, в ООО "Интермикс Мет" - 50%, в ЗАО "ЮЭК" - 50%, в ЗАО "ЮГХК" - 25%, в ООО "Сельхозхимпром" - 50%.

Кроме того, должник в период с 2003 года по сентябрь 2018 года являлся генеральным директором ЗАО "ЮЭК".

В обеспечение кредитных обязательств вышеуказанных лиц ФИО7 и ПАО "Сбербанк России" заключили следующие договоры поручительства: от 28 ноября 2011 года № 

<

***>/1 - в счет исполнения обязательств ОАО "ГМЗ" по кредитному договору № 

<

***> от 28 ноября 2011 года; от 22 июня 2016 года № 

<

***>/5 - в счет исполнения обязательств ЗАО "ЮГХК" по кредитному договору № 

<

***> от 22 июня 2016 года; от 11 октября 2016 года № 

<

***>/6 - в счет исполнения обязательств ОАО "ГМЗ" по кредитному договору № 

<

***> от 11 октября 2016 года; от 22 декабря 2016 года № 

<

***>/6 - в счет исполнения обязательств ЗАО "ЮЭК" по кредитному договору № 

<

***> от 22 декабря 2016 года; от 01 марта 2016 года № 

<

***>/7 - в счет исполнения обязательств ООО "Интермикс Мет" по кредитному договору № 

<

***> от 01 марта 2016 года; от 18 марта 2016 года № 

<

***>/7 - в счет исполнения обязательств ООО "Интермикс Мет" по кредитному договору № 

<

***> от 18 марта 2016 года; от 23 марта 2016 года № 

<

***>/7 - в счет исполнения обязательств ОАО "ГМЗ" по кредитному договору № 

<

***> от 23 марта 2016 года; от 30 июня 2017 года № 091700020/0763/6 - в счет исполнения обязательств ОАО "ГМЗ" по договору новации № 091700020/0763 от 30 июня 2017 года; от 23 июня 2017 года № 091700021/0763/6 - в счет исполнения обязательств ЗАО "ЮГХК" по договору новации № 091700021/0763 от 23 июня 2017 года.

Права требования по кредитным договорам и заключенным в их обеспечение сделкам 21.09.2018 г. были уступлены ПАО "Сбербанк России" (цедент) в пользу своей дочерней компании - ООО "СБК Плюс" (цессионарий) по договорам уступки прав (требований) N 

<

***>-Ц, N 091600008/0763-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 091700020/0763-Ц и N 091700021/0763-Ц.

Впоследствии 30.11.2018 г. между ООО "СБК Плюс" (цедент) и ООО "Алмаз Капитал" (цессионарий) заключены договоры уступки прав (требований) N 16/18, N 17/18, N 18/18, N 19/18, N 20/18, N 21/18, N 22/18, N 23/18, N 24/18, по условиям которых права требования задолженности по вышеуказанным сделкам переходят к ООО "Алмаз Капитал" после оплаты первой части платежа в размере 500 000 000 руб., при этом оплата уступленных прав подтверждается платежными поручениями № 1 от 05 декабря 2018 года, № 2 от 05 декабря 2018 года, № 3 от 05 декабря 2018 года, № 4 от 05 декабря 2018 года, № 5 от 05 декабря 2018 года, № 6 от 05 декабря 2018 года, № 7 от 05 декабря 2018 года, № 8 от 05 декабря 2018 года, № 9 от 05 декабря 2018 года.

Поскольку заемщики не исполнили принятые на себя по кредитным договорам и договорам новации обязательства, а также в связи с банкротством поручителя ООО "Алмаз капитал" обратилось в суд с настоящим заявлением о включении задолженности ФИО7 по договорам поручительства в размере 2 583 882 945 руб. 90 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции, признавая требования ООО «Алмаз Капитал» к ФИО7 в размере 2 583 882 945 рублей 90 копеек обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, исходил из того, что на момент приобретения ООО «Алмаз Капитал» прав требования к должнику, должник, основные заемщики по обязательствам -  ОАО «Гидрометаллургический завод» и ЗАО «Южная энергетическая компания», а также предъявивший требование кредитор ООО «Алмаз Капитал» входили в одну группу лиц, поскольку контролировались из единого центра, которым являлся конечный бенефициар и новый акционер предприятий ФИО9, при этом  компании группы в декабре 2017 г. перестали исполнять свои обязательства по возврату кредитов и выплате причитающихся процентов.

Поскольку требование было приобретено у независимого кредитора - ПАО «Сбербанк России» в ситуации имущественного кризиса должника и заемщиков по кредиту, а кредитор-цессионарий и должник в момент приобретения прав являлись аффилированными лицами и контролировались из единого центра, суд в соответствии с положениями Обзора  судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, пришел к выводу о том, что требования должны быть субординированы и признал их обоснованными, но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Изменяя определение суда первой инстанции и включая требования ООО "Алмаз капитал" в третью очередь реестра требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции указал, что на момент заключения договоров цессии от 30 ноября 2018 года в отношении заемщиков и самого должника были возбуждены производства по делу о банкротстве, в связи с чем сделки по уступке прав требования с учетом позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 N 305-ЭС20-8593 по делу N А40-113580/2017, не могут быть признаны компенсационным финансированием, в связи с чем отсутствуют основания для понижения очередности требования.

ФИО2, оспаривая постановление суда апелляционной инстанции, сослался на то, что суд пришел к необоснованному выводу об отсутствии оснований для субординации требований, поскольку не учел, что ФИО9, контролируя кредитора - ООО «Алмаз Капитал» и обязанных лиц по приобретенным правам требованиям, в том числе выступающего заемщиком, поручителем и залогодателем ЗАО «Южная энергетическая компания», выборочно предъявляет требования, сознательно наращивая текущие обязательства по отношению к ОАО «Гидрометаллургический завод» и не предъявляя требования к ЗАО «Южная энергетическая компания», являющегося залогодателем по кредитным обязательствам, что свидетельствует о том, что целью приобретения прав требования к компаниям являлось не погашение задолженности по кредитным договорам, а перевод бизнеса на подконтрольных ФИО9 лиц.

Также заявитель кассационной жалобы указал, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что кредитор создан за три недели до заключения с ООО "СБК Плюс" договоров уступки прав требования к должнику с минимально разрешенным уставным капиталом в размере 10 000,00 руб., при этом им была произведена оплата по договорам уступки в размере 500 000 000,00 руб., тогда как происхождение указанных денежных средств у финансировавшего общество ООО «СЕРИС»  не установлено.

По мнению заявителя, суды не учли, что договоры поручительства заключены в период, когда для сторон сделки было очевидно, что ни сам должник, ни входящие с ним в одну группу основные заемщики, не смогут исполнять принятые на себя обязательства, а, следовательно, имеют место согласованные действия должника и его кредитора, в результате которых из конкурсной массы должника должен выбыть актив в виде находящихся в залоге у кредитора акций ОАО "ГМЗ" и ЗАО "ЮЭК".

Кредитор сослался на то, что целью общества является сохранение ранее принадлежавшего должнику бизнеса (производственный комплекс, в состав которого входят ОАО "ГМЗ", ЗАО "ЮЭК" и ООО "ИММ") за новым бенефициаром - ФИО9 посредством приобретения на подконтрольных последнему лиц акций ОАО "ГМЗ" и ЗАО "ЮЭК" и долей ООО "ИММ", а также посредством заявления мажоритарных требований к данной группе лиц, в отношении которых (требования) должник является поручителем, с целью ведения процедуры контролируемого банкротства.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, включение требований ООО "Алмаз капитал" в реестр фактически ведет к преимущественному погашению требований данного кредитора, при этом в ущерб независимым кредиторам ООО "Алмаз капитал" намеренно не обращает взыскание на заложенные акции и увеличивает текущую задолженность с целью распределения незаложенного имущества должника в свою пользу.

Также, по мнению заявителя, суд апелляционной инстанции, ссылаясь на Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 N 305-ЭС20-8593 по делу N А40-113580/2017, не учел, что в вышеуказанном случае аффилированный кредитор не являлся мажоритарным, при этом требование к ФИО7 было приобретено более чем за год до признания его банкротом решением от 16 января 2020 года.

Кроме того, как указал ФИО2, в данном случае права кредиторов могут быть защищены путем применения ст. 10 ГК РФ, поскольку структурами ФИО9 реализуется схема инвестирования, не отвечающая признакам добросовестности и нарушающая права независимых кредиторов, так как целью бенефициара при приобретении прав требований на ООО «Алмаз Капитал» была не отсрочка исполнения обязанности участников группы по подаче заявления о банкротстве, а  получение не вытекающего из закона контроля над процедурами банкротства группы через мажоритарное требование, перевод всего имущества и бизнес-процессов на подконтрольные бенефициару структуры, манипулирование размером требований для его удовлетворения исключительно за счет имущества участников группы, находящихся в процедурах банкротства, сокрытие от всех кредиторов группы факта приобретения требований бенефициаром группы и целей такого приобретения.

Заявитель и его представитель в судебном заседании поддержали доводы кассационной жалобы.

Представители ФИО4, Тая Ю.В. поддержали доводы кассационной жалобы.

Представитель ООО «Алмаз Капитал» возражал по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства.

Как правильно установлено судами, с 2011 г. ПАО "Сбербанк России" кредитовало группу компаний, в которую входили ОАО "Гидрометаллургический завод", ЗАО "Южная Энергетическая компания", ООО "Интермикс Мет" и ЗАО "Южная горно-химическая компания", совладельцами которых являлись ФИО7 и ФИО10, при этом доля в уставном капитале (количество акций), принадлежавшая должнику в период получения кредитов, составляла в ОАО "Гидрометаллургический завод" - 50%, в ООО "Интермикс Мет" - 50%, в ЗАО "Южная энергетическая компания" - 50%), в ЗАО "Южная горно-химическая компания" - 25%.

В настоящее время должник продолжает входить в указанную группу, оставаясь владельцем 94 469 акций ОАО "Гидрометаллургический завод" (12,4999% от всех акций).

В обеспечение кредитных обязательств вышеуказанных лиц ФИО7 и ПАО "Сбербанк России" заключили договоры поручительства: от 28.11.2011 г. N 

<

***>/1 - в счет исполнения обязательств ОАО "Гидрометаллургический завод" по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии N 

<

***> от 28.11.2011 г.; от 01.03.2016 г. N 

<

***>/7 - в счет исполнения обязательств ООО "Интермикс Мет" по договору об открытии возобновляемой кредитной линии N 

<

***> от 01.03.2016 г.; от 18.03.2016 г. N 

<

***>/7 - в счет исполнения обязательств ООО "Интермикс Мет" по договору об открытии возобновляемой кредитной линии N 

<

***> от 18.03.2016 г.; от 23.03.2016 г. N 091600903/07/0766/7 - в счет исполнения обязательств ОАО "Гидрометаллургический завод" по договору об открытии возобновляемой кредитной линии N 

<

***> от 23.03.2016 г.; от 22.06.2016 г. N 091600008/0763/5 - в счет исполнения обязательств ЗАО "Южная горно-химическая компания" по договору об открытии возобновляемой кредитной линии N 091600008/0763 от 22.06.2016 г.; от 11.10.2016 г. N 

<

***>/6 - в счет исполнения обязательств ОАО "Гидрометаллургический завод" по договору об открытии возобновляемой кредитной линии N 

<

***> от 11.10.2016 г.; от 22.12.2016 г. N 

<

***>/6 - в счет исполнения обязательств ЗАО "Южная энергетическая компания" по договору об открытии возобновляемой кредитной линии N 

<

***> от 22.12.2016 г.; от 23.06.2017 г. N 091700021/0763/6 - в счет исполнения обязательств ЗАО "Южная горно-химическая компания" по договору новации N 091700021/0763 от 23.06.2017 г.; от 30.06.2017 г. N 091700020/0763/6 - в счет исполнения обязательств ОАО "Гидрометаллургический завод" по договору новации N 091700020/0763 от 30.06.2017 г.

Кроме поручительств должника, кредитные обязательства вышеуказанных лиц были обеспечены взаимными поручительствами и залогами имущества, а также поручительствами Чака С.М. и ООО "Сельхозхимпром", залогом принадлежащих должнику и Чаку С.М. акций ОАО "Гидрометаллургический завод" и ЗАО "Южная энергетическая компания".

Права требования по кредитным договорам и заключенным в их обеспечение сделкам 21.09.2018 г. уступлены ПАО "Сбербанк России" (цедент) в пользу своей дочерней компании - ООО "СБК Плюс" (цессионарий) по договорам уступки прав (требований) N 

<

***>-Ц, N 091600008/0763-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 

<

***>-Ц, N 091700020/0763-Ц и N 091700021/0763-Ц.

Впоследствии 30.11.2018 г. между ООО "СБК Плюс" (цедент) и ООО "Алмаз Капитал" (цессионарий) заключены договоры уступки прав (требований) N 16/18, N 17/18, N 18/18, N 19/18, N 20/18, N 21/18, N 22/18, N 23/18, N 24/18, по условиям которых права требования задолженности переходят к ООО "Алмаз Капитал" после оплаты первой части платежа в размере 500 000 000 руб.

Во исполнение вышеуказанных договоров уступки прав (требований) 05.12.2018 г. ООО "Алмаз Капитал" произвело платежи в пользу ООО "СБК Плюс" в размере 500 000 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

Выполняя указания Арбитражного суда Московского округа, суд первой инстанции, исследуя вопрос установления источника оплаты уступленного требования, установил, что ООО "Алмаз Капитал" в материалы дела представлены платежные поручения N 2-9 от 05.12.2018 г., подтверждающие оплату в размере 500 000 000 руб. в пользу ООО "СБК Плюс" по договорам цессии, а также платежное поручение N 19 от 05.12.2018 г., из которого следует, что денежные средства в размере 500 000 000 руб. для оплаты уступок ООО "Алмаз Капитал" получило от своего участника ООО "Серис".

Судами установлено, что ООО "Алмаз Капитал" создано 08.11.2018 г. с минимально разрешенным размером уставного капитала в сумме 10 000 руб. и основным видом деятельности - производство удобрений и азотных соединений (Код ОКВЭД 20.15), и сделан вывод о том, что ООО "Алмаз Капитал" не могло меньше чем через месяц с момента создания самостоятельно без привлечения внешнего финансирования уплатить за права требования первый платеж в размере 500 000 000 руб. 

В свою очередь ООО "Серис" создано 05.09.2017 г. с минимально разрешенным размером уставного капитала в сумме 10 000 руб. и основным видом деятельности разработка компьютерного программного обеспечения (Код ОКВЭД 62.01), единственным участником данного общества ФИО11 стал 01.11.2018 г., то есть непосредственно перед созданием ООО "Алмаз Капитал".

Суды установили, что денежные средства в пользу ООО "Алмаз Капитал" были переведены со счета ООО "Серис", открытого в АО "ББР Банк" (ИНН 

<

***>), а согласно списку лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится кредитная организация, акционерами АО "ББР Банк" являются: ФИО12 (33% акций); ФИО13 (30% акций) и ФИО14 (34% акций). 

ФИО13 входил в совет директоров ПАО "Челябэнергосбыт" (ИНН 

<

***>), также в данный период в совет директоров входил ФИО15, который, как следует из Проспекта Эмиссии Мегафона, является вместе с ФИО9 акционерами ТЕЛКОНЕТ КЭПИТАЛ ПАРТНЕРШИП. Председателем совета директоров ПАО "Челябэнергосбыт" был ФИО16 (ИНН 

<

***>), который после продажи акций ЗАО "Южная энергетическая компания" был назначен в данном обществе генеральным директором. 

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

Суд первой инстанции посчитал, что в рамках настоящего обособленного спора такая совокупность косвенных доказательств представлена кредиторами, установив подконтрольность заемщиков ОАО "Гидрометаллургический завод" и ЗАО "Южная энергетическая компания", должника и кредитора-заявителя - ООО "Алмаз Капитал" единому центру в виде бенефициара ФИО9

Учитывая вышеизложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что на момент приобретения ООО "Алмаз Капитал" прав требования по кредитным договорам должник, основные заемщики по обязательствам - ОАО "Гидрометаллургический завод" и ЗАО "Южная энергетическая компания", а также предъявивший требование кредитор - ООО "Алмаз Капитал" входили в одну группу лиц, поскольку контролировались из единого центра, которым являлся конечный бенефициар и новый акционер предприятий ФИО9

Связь формальных покупателей акций заемщиков с компаниями,  связанными с ФИО9, позволило суду сделать вывод о том, что именно ФИО9, является фактическим бенефициаром ОАО "Гидрометаллургический завод" и ЗАО "Южная энергетическая компания", при том что факт принадлежности ЗАО "Южная энергетическая компания" ФИО9 установлен вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 26.12.2018 г. по делу N А25-2825/2017.

Делая вывод о подконтрольности ООО "Алмаз Капитал" ФИО9, суд первой инстанции указал, что участником ООО "Алмаз Капитал" с долей 66% является ООО "СЕРИС" (ИНН 

<

***>), единственным участником и генеральным директором которого является ФИО11 (ИНН 

<

***>), он же является генеральным директором ООО "Алмаз Капитал" с момента его создания. 

Из представленных в дело документов следует, что ФИО11 с 2013 г. и по настоящее время занимает должности единоличного исполнительного органа в обществах, бенефициаром которых выступал ФИО9: ООО "ЭКСПАНЕТ" (ИНН 

<

***>) через ООО "ЭКСПАТЕЛ" (ИНН 

<

***>), участником был ФИО9 с долей 49%; ООО "СКАРТЕЛ РЕД" (ИНН 

<

***>) через ООО "СКАРТЕЛ" (ИНН 

<

***>), единственным участником которого являлась КОМПАНИЯ "МАКСИТЕН КО ЛИМИТЕД", принадлежащая ФИО9 через Telconet Capital Limited Partnership. 

Кроме того, участником ООО "СЕРИС" в период с 05.09.2017 г. по 01.11.2018 г. была ФИО17 (ИНН 

<

***>), являющаяся одновременно одним из учредителей Благотворительного фонда "Новый Дом" (ИНН 

<

***>), соучредителем которого является ФИО9 

Из представленных в материалы дела публикаций в СМИ следует, что инвестор, которым является ФИО9, планирует реструктуризировать долги ОАО "Гидрометаллургический завод" перед ПАО "Сбербанк России", в частности, уже подписаны документы по определению данного долга, идут договоренности по переуступке долга на коммерческих основаниях.

Суды установили, что о подконтрольности ООО "Алмаз Капитал" ФИО9 свидетельствует регистрация общества по месту нахождения в помещении по адресу: 

<

...> корпус строение 2, этаж 39, пом. I, ком. 14, собственником которого ранее являлся ФИО9, а в настоящий момент является компания Виктори Трейдинг Груп Лимитед, директором представительства которой в г. Москве является ФИО18 (ИНН 

<

***>), он же является генеральным директором ООО "РАУНД" (ИНН 

<

***>), единственным участником которого были ФИО9 (с 03.11.2016 г. по 21.12.2016 г.), Секонка Холдинге Лимитед (в период с 13.11.2012 г. по 03.11.2016 г.), при этом последняя компания связана с телекоммуникационной компанией Yota, созданной ФИО9

Помимо этого, в помещениях по тому же юридическому адресу зарегистрированы компании, входящие с ФИО9 в одну группу: Благотворительный фонд "НОВЫЙ ДОМ" и АНО "Точка Будущего" (ИНН 

<

***>), также по данному юридическому адресу зарегистрированы ООО "ХИМИНВЕСТ" и ООО "А-ПРОПЕРТИ", доказательства подконтрольности которых ФИО9 в виде статей из СМИ представлены в материалы дела. 

Кроме того, как указали суды, адрес: 

<

...>, этаж 39, указан в разделе "Контакты" на сайте ООО "Кашемир Капитал" (ИНН 

<

***>), позиционирующего себя в качестве эксклюзивного "торгового дома завода-производителя ООО "Алмаз Удобрения", образованного на базе ОАО "Гидрометаллургический завод" г. Лермонтов", единственным участником и генеральным директором которого являлся ФИО19, выступивший покупателем акций ЗАО "Южная энергетическая компания". 

Помимо вышеизложенного, в судах интересы ФИО9 и ООО "Алмаз Капитал" представляет один представитель - ФИО20, что подтверждается судебными актами по делам N А25-2825/2017, А40-192270/2018, А63-6407/2018.

В качестве доказательств подконтрольности основных заемщиков, должника и предъявившего требование кредитора ООО "Алмаз Капитал" единому центру судом первой инстанции отнесены судебные акты, из которых следует, что в одно и то же время интересы кредитора ООО "Алмаз Капитал", заемщиков по кредитным обязательствам ОАО "Гидрометаллургический завод" и ЗАО "Южная энергетическая компания", покупателей акций ФИО19 и ООО "Энигма" в судах представлял один и тот же представитель ФИО6, который был избран должником и Чаком С.М. в ревизионную комиссию ОАО "Гидрометаллургический завод" на внеочередном собрании акционеров от 10.10.2018 г., а также подписывал от имени должника документы, в частности, дополнительные соглашения к договорам залога акций от 12.10.2018 г., и был уполномочен должником на представление его интересов в судах общей и арбитражной юрисдикции.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу, что ООО "Алмаз Капитал" как мажоритарный кредитор и новый собственник акций основных заемщиков по предъявленным требованиям фактически осуществляют согласованные действия в процедурах банкротства предприятия (ОАО "Гидрометаллургический завод"), которые подразумевают наличие договоренностей об исполнении согласованного плана и наличие единого центра принятия решений.

Между тем, суд апелляционной инстанции, не опровергая вышеуказанные выводы суда первой инстанции, установил следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 20.04.2018 г. по делу N А63-6407/2018 принято заявление ПАО "Сбербанк России" о признании ОАО "Гидрометаллургический завод" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 06.12.2018 г. в отношении ОАО "Гидрометаллургический завод" введена процедура банкротства наблюдение.

Определением Арбитражного суда город Москвы от 20.04.2018 г. по делу N А40-77706/2018 принято заявление ПАО "Сбербанк России" о признании ЗАО "Южная горнохимическая компания" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда город Москвы от 03.07.2018 г. по делу N А40-77706/2018 в отношении ЗАО "Южная горно-химическая компания" введена процедура банкротства - наблюдение.

Определением Арбитражного суда Московской области от 18.04.2018 г. по делу N А41-28838/18 принято заявление ПАО "Сбербанк России" о признании ООО "Интермикс Мет" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.12.2018 г. по делу N А41-2883 8/18 в отношении ООО "Интермикс Мет" введена процедура банкротства - наблюдение.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 01.08.2018 г. по делу N А63-9583/2018 принято заявление ФИО10 о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.01.2020 г. по делу N А40-95953/2019 в отношении ФИО10 введена процедура банкротства реструктуризация долгов гражданина.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.08.2018 г. по настоящему делу принято к производству заявление ФИО21 о несостоятельности (банкротстве) ФИО7

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.11.2018 г. по настоящему делу в отношении ФИО7 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина.

Таким образом, как правильно указал суд апелляционной инстанции, права требования по кредитным договорам были приобретены первоначальным и последующим цессионариями в период финансового кризиса заемщиков и поручителя, после возбуждения в отношении них производств по делу о банкротстве.

Сославшись на п. п. 3, 6 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 г., и принимая во внимание тот факт, что требование приобретено у независимого кредитора ПАО "Сбербанк России" в ситуации имущественного кризиса должника и заемщиков по кредиту, а кредитор-цессионарий и должник в момент приобретения контролировались из единого центра, суд первой инстанции требование ООО "Алмаз Капитал" признал обоснованным, но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Между тем, как правильно указал суд апелляционной инстанции, субординация требований в данном случае не соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 N 305-ЭС20-8593 по делу N А40-113580/2017, в котором указано, что когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

Необходимо учитывать, что требование подлежит субординации, когда оно квалифицируется как компенсационное финансирование.

Признаки компенсационного финансирования раскрыты в пунктах 3.1, 10 и 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

В п. 6.2 Обзора разъяснено, что заключение договора может быть признано компенсационным финансированием, если приобретая у независимого кредитора требование к должнику в ситуации экономического кризиса, контролирующее лицо тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга по кредитному договору, т.е. фактически профинансировало должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве).

В вышеуказанном Определении ВС РФ разъяснено, что приобретение требования к должнику по договору цессии аффилированным лицом после признания должника банкротом не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора.

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. В связи с этим выкуп задолженности у независимых кредиторов аффилированными лицами не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Таким образом, как правильно указал суд апелляционной инстанции, пункт 6.2 Обзора не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства.

Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

В данном случае, как правильно указал суд апелляционной инстанции,  договоры цессии по приобретению прав требования по кредитным договорам и обеспечительным сделкам приобретено у ПАО «Сбербанк России» после возбуждения в отношении должников процедур банкротства, в том числе, в отношении поручителя ФИО7

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что оснований для квалификации сделки как компенсационное финансирование отсутствовали, и,  как следствие, отсутствовали основания для понижения очередности требования.

Кроме того, определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.02.2020 по делу N А63-6407/2018, на которое сослался суд первой инстанции, делая выводы о недобросовестности кредитора, Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.10.2020 отменено.

Вопреки доводам жалобы, согласно п. 11 Обзора наличие у кредитора, предоставившего должнику финансирование, права контролировать деятельность последнего для обеспечения возврата этого финансирования не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора, не преследующего цель участия в распределении прибыли должника.

Также апелляционный суд обоснованно учел, что требования кредитора включены в реестр требований кредиторов основного должника определением Арбитражного суда Ставропольского края от 15.04.2019 по делу N А63-6407/2018, законность которого подтверждена постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2019 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.12.2019.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 30.03.2020 N 308-ЭС18-23771(3, 4) отказано ООО ПК "Энергосберегающие технологии" и ООО "Реторг" в передаче их кассационных жалоб, содержащих аналогичные доводы, на указанные выше судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В рамках дел о банкротстве, возбужденных в отношении ООО "Сельхозхимпром" (А41-28832/2018), ЗАО "Южная Горно-Химическая Компания" (А40-77706/2018) и ООО "Интермикс Мет" требования общества также включены в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 18.04.2019 по делу N А63-6407/2018 произведена процессуальная замена ООО "СБК ПЛЮС" на ООО "АЛМАЗ КАПИТАЛ" (оставлено без изменения Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2019 и Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.03.2020).

Определением Верховного суда Российской Федерации от 29.05.2020 N 308-ЭС18-23771(5) отказано ООО ПК "Энергосберегающие технологии" в передаче его кассационной жалобы на указанные выше судебные акты на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, поскольку договоры цессии не могут быть квалифицированы как компенсационное финансирование, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу, что определение в соответствии со ст. 270 АПК РФ подлежит изменению в обжалуемой части, а требования ООО "АЛМАЗ КАПИТАЛ" - подлежат включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Ссылку заявителя кассационной жалобы на необходимость применения ст. 10 ГК РФ суд округа не может признать обоснованной.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (Определения ВС РФ от 23.08.2018 г. N 305-ЭС18-3533, от 25.07.2016 г. N 305-ЭС16-2411, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197).

В данном случае кредитором не доказано, что волеизъявление ООО «Алмаз капитал» не было направлено на приобретение прав требования к заемщикам и поручителю, при том что первоначально задолженность возникла на основании заключенных с ПАО "Сбербанк России" кредитных договоров и договоров поручительства, которые не признаны недействительными в установленном законом порядке.

Суд апелляционной инстанции при разрешении спора выяснил все обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, тогда как переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не нарушены, нормы материального права применены судом  верно, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 ноября 2020 года по делу № А40-192270/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяС.А. Закутская 

Судьи:Л.В. Михайлова

Е.А. Зверева