АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-8743/2018

г. Краснодар

05 декабря 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  05 декабря 2018 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Кухаря В.Ф., судей Трифоновой Л.А. и Чесняк Н.В., при участии от истца – индивидуального предпринимателя Лещенко Ирины Владимировны (ИНН 616513158117, ОГРНИП 312616512400032) – Лещенко С.В. (доверенность от 16.04.2018), в отсутствие  ответчика – федерального государственного унитарного сельскохозяйственного предприятия «Ростовское» Федеральной службы исполнения наказаний (ИНН 6106004310, ОГРН 1026100812209), извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», рассмотрев кассационную жалобу федерального государственного унитарного сельскохозяйственного предприятия «Ростовское» Федеральной службы исполнения наказаний на решение Арбитражного суда Ростовской области от 09.07.2018 (судья Тер-Акопян О.С.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2018 (судьи Нарышкина Н.В., Ковалева Н.В., Маштакова Е.А.) по делу № А53-8743/2018, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель Лещенко И.В. (далее – предприниматель) обратилась в арбитражный суд с иском к ФГУСП «Ростовское» Федеральной службы исполнения наказаний (далее – предприятие) о взыскании 1 812 522 рублей 58 копеек неустойки с 29.03.2015 по 29.11.2017 (уточненные требования).

Решением от 09.07.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 03.09.2018, иск удовлетворен со ссылкой на обоснованность предъявленных требований. Основания для снижения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не установлены. Суд отклонил заявление ответчика о фальсификации договора цессии от 23.12.2015, указав, что в рамках дела № А53-8737/2018 проведена судебная экспертиза на предмет фальсификации спорного документа, с учетом которой суд пришел к выводу о его достоверности.

В кассационной жалобе предприятие просит отменить судебные акты и отказать в иске. По мнению заявителя, суды не учли, что по заявленным требованиям срок исковой давности определяется по правилам пункта 1 статьи 207 ГК РФ; указанный срок истек 12.05.2017. Судебные инстанции неправомерно отказали в объединении рассматриваемого дела с  делами № А53-8745/2018, А53-8736/2018, А53-8737/2018, А53-8738/2017, А53-8742/2018 и А53-8741/2018. Судом нарушены нормы процессуального права при рассмотрении заявления о фальсификации доказательства и необоснованно отклонено ходатайство о проведении по делу почерковедческой экспертизы. Суды не оценили акт сверки взаимных расчетов от 31.12.2013 и не применили статью 410 ГК РФ. Кроме того, взысканная неустойка несоразмерна последствиям нарушенного обязательства.

Предприниматель представил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит жалобу оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела и выслушав представителя истца, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалобы надлежит отказать.

Как видно из материалов дела, индивидуальный предприниматель Гулуа З.Н. (исполнитель) и предприятие (заказчик) заключили договор от 13.09.2013 № 525 оказания услуг по переработке томатов. Оплата услуг производится заказчиком на расчетный счет исполнителя ежемесячно не позднее 1 числа каждого календарного месяца в размере подписанного акта выполненных работ; общая сумма договора за весь цикл производства работ по переработке томатов составляет 1 855 473 рубля 22 копейки (пункт 3.2 в редакции соглашения от 16.12.2013). Оплата услуг исполнителя производится заказчиком в безналичной форме в валюте Российской Федерации в течение 90 рабочих дней с момента получения заказчиком счета-фактуры на основании акта приема-передачи оказанных услуг (пункт 3.2). Согласно пункту 3.3 в случае нарушения заказчиком установленного договором порядка оплаты оказанных услуг (сроков платежей) заказчик уплачивает неустойку в размере 0,1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки.

23 декабря 2015 года предприниматель Гулуа З.Н. (цедент) и Гулуа Р.З. (цессионарий) заключили договор цессии, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования по заключенным между цедентом и предприятием (должник) договорам. Согласно пункту 1.3 право цедента переходит к цессионарию в момент заключения данного соглашения в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права по договорам, в том числе по договору от 13.09.2013 № 525.

01 апреля 2016 года Гулуа Р.З. направил предприятию претензию с требованием выплатить 8 704 466 рублей 83 копейки долга, из которых 1 855 473 рубля 22 копейки – по договору от 13.09.2013 № 525.

В связи с возникшей задолженностью в рамках договора от 13.09.2013 № 525 Гулуа Р.З. обратился в Багаевский районный суд Ростовской области, который решением от 28.12.2016 по делу № 2-1229/16, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 10.10.2017, взыскал с предприятия 1 855 192 рубля 23 копейки долга.

15 января 2018 года предприниматель Гулуа Р.З. (цессионарий) и предприниматель (цедент) заключили договор № Ц527, по которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право (требования) задолженности и штрафных санкций по договору от 13.09.2013 № 525, заключенному предпринимателем (первоначальным кредитор) и предприятием (должник).

Поскольку долг уплачен предприятием 29.11.2017, предприниматель начислил на него 1 812 522 рубля 58 копеек договорную неустойку с 29.03.2015 по 29.11.2017 и обратился в арбитражный суд с иском.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), руководствуясь статьями 330, 382, 384 ГК РФ, установив просрочку в исполнении обязательства по оплате оказанных услуг, проверив расчет истца и признав его верным, суды пришли к выводу о правомерности предъявленного требования.

В суде первой инстанции ответчик сослался на пропуск срока исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т. п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию. 

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43) предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 ГК РФ). Например, в случае предъявления иска о взыскании лишь суммы основного долга срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки продолжает течь.

По смыслу этих разъяснений и приведенных норм права самостоятельное течение срока исковой давности по повременным платежам не означает того, что срок давности по требованию об их взыскании может быть сочтен полностью истекшим, если такой срок не истек по основному требованию. 

Подобное возможно в ситуации, когда основная задолженность взыскана с должника в судебном порядке (то есть вопрос об исковой давности в отношении этого требования уже не может обсуждаться), а иск о взыскании задолженности по исполнению обязательств по оплате повременных санкций (процентов за пользование чужими денежными средствами, пени) заявлен самостоятельно и по истечении значительного периода времени после наступления срока оплаты, а равно позднее взыскания основной задолженности. 

Поскольку обязательство по оплате повременной неустойки как любого периодического платежа возникает по истечении каждого нового периода, с которым закон или договор связывают ее начисление, то общая сумма повременной неустойки, таким образом, представляет собой совокупность множества самостоятельных обязательств по оплате неустойки за каждый период просрочки (час, день, месяц и пр.), каждое из которых может быть заявлено по отдельности. 

Таким образом, если срок исковой давности по требованию о взыскании суммы основного долга не истек, и это требование было предъявлено в пределах срока исковой давности и удовлетворено судом, то срок исковой давности по самостоятельному исковому требованию о взыскании повременной неустойки (пени) считается не истекшим в части начисления пени за период, предшествующий дате предъявления иска о взыскании такой санкции, равный сроку исковой давности для соответствующего вида обязательства, за нарушение которого пени начислены. 

Установив, что начало периода неустойки истцом определено с учетом трехгодичного срока исковой давности с 29.03.2015 (трехлетний срок до предъявления иска) по 29.11.2017 (дата погашения ответчиком суммы долга), суды пришли к выводу о том, что срок исковой давности предпринимателем не пропущен. Указанный вывод ответчик не опроверг.

Ссылки заявителя на то, что судом нарушены нормы процессуального права при рассмотрении заявления о фальсификации и необоснованно отклонено ходатайство о проведении по делу экспертизы, не принимаются. В обоснование заявления о фальсификации и ходатайства о проведении судебной экспертизы заявитель ссылается на то, что подпись в договоре уступки прав требований от 23.12.2015 от имени Гулуа З.Н. учинена иным лицом. Вместе с тем, как отметили суды, в рамках дела № А53-8738/2018 исследовался вопрос о принадлежности спорной подписи в названном договоре, проведена почерковедческая экспертиза, в ходе которой экспертом установлено, что подпись от имени Гулуа З.Н. проставлена в договоре именно этим лицом. Ссылаясь на различное основание возникновения права в рассматриваемом деле и № А53-8738/2018, заявитель не обосновал, каким образом данное обстоятельство влияет на установленную экспертом достоверность данного документа.

Довод жалобы о необходимости применения положений статьи 410 ГК РФ противоречит фактическим основаниям исковых требований и предмету доказывания в рассматриваемом деле, поскольку факт наличия долга предметом рассмотрения в данном деле не являлся и подтвержден вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции.

Кассационная инстанция не принимает ссылку заявителя на то, что суды неправомерно отказали в объединении рассматриваемого дела с указанными делами. По смыслу частей 2 и 2.1 статьи 130 АПК РФ объединение однородных дел в одно производство является правом, а не обязанностью суда, который устанавливает наличие необходимых критериев, установленных законом, и решает данный вопрос в зависимости от того, насколько объединение дел будет способствовать целям эффективного правосудия. В данном случае материальное требование истца в каждом деле имеет иной предмет и иное основание. Ответчик, заявляя ходатайство об объединении дел, не учел, что помимо совпадения субъектного состава, требования по делам, об объединении которых он ходатайствует, должны совпадать по основаниям возникновения. Как верно отметил суд, передача права требования по каждому из спорных договоров по единому договору цессии не является основанием для объединения дел в одно производство по правилам статьи 130 АПК РФ. 

Аргумент заявителя о том, что суды неправомерно отказали в удовлетворении ходатайства о снижении неустойки, подлежит отклонению.

Согласно положениям действующего арбитражного процессуального законодательства полномочия по оценке обстоятельств соразмерности неустойки наступившим последствиям нарушенного обязательства предоставлены судам первой и апелляционной инстанций. Суды сочли, что в рассматриваемом случае основания для снижения неустойки отсутствуют.

В пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 ГК РФ, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 ГК РФ (пункт 2 части 1 статьи 287 АПК РФ). Такие основания не установлены.

С учетом изложенного судебные инстанции пришли к обоснованному выводу об удовлетворении иска.

Выводы судов соответствуют представленным в материалы дела доказательствам, нормы материального и процессуального права применены верно.

Основания для отмены или изменения судебных актов не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 09.07.2018 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2018 по делу № А53-8743/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							           В.Ф. Кухарь

Судьи										          Л.А. Трифонова

										          Н.В. Чесняк