АРБИТРАЖНЫЙ СУД СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ  ул. Большая Советская, д. 30/11, г.Смоленск, 214000  

http:// www.smolensk.arbitr.ru; e-mail: info@smolensk.arbitr.ru 

тел.8(4812)24-47-71; 24-47-72; факс 8(4812)61-04-16  

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Р Е Ш Е Н И Е

 

город Смоленск 

20.08.2024 Дело № А62-4055/2024  

Резолютивная часть решения вынесена 29.07.2024 

 Мотивированный текст решения изготовлен 20.08.2024  

Арбитражный суд Смоленской области в составе судьи Пузаненкова Ю.А.,  рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению  

общества с ограниченной ответственностью «НТС «Градиент» (ОГРН  

<

***>; ИНН 

<

***>)  

к индивидуальному предпринимателю ФИО1  (ОГРНИП 

<

***>; ИНН 

<

***>)  

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 56 448,70  рублей (с учетом уточнений);  

без участия сторон, 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «НТС «Градиент» (далее – истец,  ООО «НТС «Градиент») обратилось в Арбитражный суд Смоленской области к  индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее –  ответчик, ИП ФИО1) с исковым заявлением о взыскании компенсации  за нарушение исключительных прав в размере 50 000 рублей, судебных издержек в  размере 8590 рублей, состоящих из стоимости товара в размере 250 рублей,  почтовых расходов в размере 140 рублей, расходов на получение выписки из  ЕГРИП в размере 200 рублей, расходов на фиксацию правонарушения в размере  8 000 рублей.  

Истцом заявлено ходатайство об изменении заявленных требований, в  которых он просил взыскать с ответчика компенсацию в размере в размере 56  448,70 рублей, судебных издержек в размере 590 рублей, состоящих из стоимости  товара в размере 250 рублей, почтовых расходов в размере 140 рублей, расходов на  получение выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей (с учетом уточнений).  

В порядке статьи 49 АПК РФ судом уточнения истца приняты.  

Дело в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрено в  порядке упрощенного производства.  

Согласно части 5 статьи 228 АПК РФ дело в порядке упрощенного  производства рассматривается без вызова сторон после истечения сроков,  установленных судом для представления доказательств и иных документов.  

Стороны надлежаще уведомлены о рассмотрении судом настоящего спора,  доказательства извещения имеются в материалах дела.  

Ответчиком в материалы дела представлен отзыв на исковое заявление, в  котором заявленные исковые требования считает необоснованными, а заявленную  сумму компенсации существенно завышенной.  

Просит снизить размер компенсации до 10 000 рублей. 

По результатам рассмотрения спора по существу судом вынесено решение об  удовлетворении исковых требований в части.  

Резолютивная часть решения в соответствии с частью 1 статьи 229 АПК РФ  размещена 29.07.2024 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» в  сети Интернет.  

13.08.2024 от ответчика поступила апелляционная жалоба на решение  Арбитражного суда Смоленской области по делу № А62-4455/2024 от 29.07.2024, в  связи с чем изготовлено мотивированное решение.  

Суд ознакомился с представленными доказательствами и исследовал их в  порядке, установленном статьей 162 АПК РФ.  

Оценив в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ все имеющиеся в  материалах дела документы, приходит к следующему.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «НТС «Градиент»  является обладателем исключительных прав на товарный знак N 377532 (в виде  словесного обозначения «VIVIENNE SABO»), что подтверждается свидетельством  на товарный знак « 377532, зарегистрированным в Государственном Реестре  товарных знаков, знаков обслуживания РФ 23.04.2009 года, срок действия  исключительного права продлен до 15.02.2028 года.  

19.11.2023 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от  ИП ФИО1 товара – тушь для ресниц, имеющая признаки  контрафактной продукции.  

 Факт реализации указанного товара подтверждается чеком от 19.11.2023,  спорным товаром, а также видеосъемкой, совершенной в целях и на основании  самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. 12 - 14 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

На спорном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с  товарным знаком № 377532.  

Указанный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, указанных,  в том числе в 3 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).  

Спорный товар классифицируется как «средства для ресниц косметические» и  относится к 3 классу МКТУ.  

Правообладатель не давал своего разрешения ответчику на использование  принадлежащего ему исключительного права. Товар, реализованный ответчиком,  не вводился в гражданский оборот правообладателем и (или) третьими лицами с  согласия правообладателя. Предложением к продаже и реализацией товара  ответчик нарушил права правообладателя.  

 Претензия истца, направленная ответчику, оставлена последним без  удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный  суд с исковым заявлением.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак  (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного  знака в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим  закону способом (исключительное право на товарный знак). Из содержания данной  нормы права следует, что осуществление исключительного права на товарный знак  не ограничено только лишь размещением товарного знака (пункт 2 указанной  статьи), а включает в себя и иные способы его использования, в том числе и  распространение маркированных им товаров. Никто не вправе использовать без  разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в  отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак  

зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования  возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).  

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для  индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак  зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в  том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к  продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом  вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо  хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской  Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации,  связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о  продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях,  на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и  при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).  

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для  индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак  зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том  числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к  продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом  вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации (пункт 2  статьи 1484 ГК РФ). Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак)  может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным  способом.  

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на  которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени  смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких  товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от  того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее  товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее,  распространяющее их после незаконного ведения в гражданский оборот, в том  числе реализующее их в розницу.  

Исходя из предмета и оснований заявленных требований в предмет  доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие  обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его  нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения,  сходного с ним до степени смешения.  

В соответствии с частью 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на  обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или  индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право,  удостоверяемое свидетельством на товарный знак.  

Материалами дела подтверждено наличие у истца исключительного права на  товарный знак № 377532.  

В качестве доказательств нарушения своих прав истцом представлен товар –  тушь для ресниц, приобретенный у ответчика на котором нанесен товарный знак №  377532.  

Также представлен чек, выданный ответчиком, который содержит сведения о  стоимости товара 250 рублей, сведения о продавце – ИП ФИО1, и диск  DVD-R с видеозаписью покупки спорного товара.  

Факт реализации товара ответчиком не оспаривается. 

Действующее законодательство, а именно пункт 1 статьи 1515 и пункт 4  статьи 1252 ГК РФ, устанавливает наличие двух видов контрафактных  материальных носителей: а) при создании неоригинального товара (материального  

носителя) с размещением на нем товарных знаков правообладателя без его  согласия; б) при незаконном (контрафактном) использовании оригинального товара  (материального носителя), которое приводит к нарушению исключительного права  правообладателя - признание материального носителя контрафактным  осуществляется в судебном порядке.  

В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 №  122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с  применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что  доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем  розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива,  свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от  лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием  средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.  

С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного  распространения контрафактной продукции может быть как одно из  перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их  совокупность.  

Из содержания нормы статьи 493 ГК РФ следует, что товарный (кассовый)  чек является подтверждением оплаты товара и с момента его выдачи договор  розничной купли-продажи считается заключенным.  

Представленная истцом видеозапись момента реализации ответчиком  контрафактного товара позволяет определить обстоятельства покупки и  оформление указанного чека. Видеосъемка произведена в целях самозащиты  гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ).  

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных  носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не  только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на  основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55  постановления Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части  четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление  Пленума Верхового Суда РФ № 10)).  

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством  согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении  которого они производятся, не требуется.  

Как указано в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики  рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением  законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до  степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с  позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.  

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 №  2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за  другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же  товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому  же предприятию.  

При визуальном осмотре и исследовании товара (средство косметическое –  тушь для ресниц) очевидно, что на нем имеются маркировка и обозначения, схожие  до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком № 377532 (в виде  словесного обозначения «VIVIENNE SABO»).  

 В соответствии с пунктом 2 статьи 1481 ГК РФ свидетельство на товарный  знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный  знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.  

Товарный знак № 377532 (в виде словесного обозначения «VIVIENNE  SABO») зарегистрирован в отношении товаров, указанных, в том числе, в 3 классе  Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ), к которому относится  реализованный ответчиком товар.  

Судом на основе анализа представленных доказательств, а также  непосредственного осмотра вещественного доказательства, установлено, что  проданный ответчиком товар содержит в себе отличительные особенности  товарного знака, исключительные права на который принадлежат истцу.  

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ответчик, не имея  разрешения правообладателя (лицензионного договора (иного  правоустанавливающего документа) на право использования товарного знака),  предлагал к продаже товар, схожий с товарным знаком истца.  

При этом судом учитывается, что исходя из смысла статей 1229, 1484 и 1487  ГК РФ факт незаконного использования правонарушителем принадлежащих  компании товарных знаков заключается в их использовании без согласия  правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на  контрафактность продукции.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.  

Доказательства наличия у ИП ФИО1 права на использование  указанного товарного знака, а также предоставления истцом прав на введение в  гражданский оборот указанного товара в установленном порядке (наличие  лицензионного соглашения и т.п.) ответчиком в материалы дела не представлены.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что истцом доказан факт  нарушения ответчиком его исключительных прав на товарный знак.  

В пункте 59 Постановление Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского  кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) разъяснено, что  компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом  правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.  

Заявляя требование о взыскании компенсации, правообладатель товарного  знака вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в  подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а также до вынесения судом решения  изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и  основания заявленного иска не изменяются.  

Истец при обращении в суд с иском по настоящему делу просил взыскать 50  000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по  свидетельству № 377532.  

Впоследствии истец заявил ходатайство об увеличении размера исковых  требований до суммы 56 448,70 рублей компенсации, рассчитанной на  основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, то есть в двукратном размере  стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены,  которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование товарного знака.  

В обоснование размера компенсации истец представил лицензионный договор  (исключительная лицензия) от 09.01.2023, заключенный между ВИВЬЕН  САБОКОСМЕТИК САС и истцом, предоставляющий право использования на  исключительной основе товарного знака по свидетельству № 377532, № 428602,  

625842, 629763 в отношении всех товаров по всем классам Международной  Классификации Товаров и Услуг (МКТУ), указанных в свидетельстве.  

Согласно п.2.2 и 2.3 договора лицензиату предоставляется право на  применение указанных в п.2.1. товарных знаков как на товаре, его упаковке, так и  на сопроводительной и деловой документации, и в рекламе; лицензиату  предоставляется право использовать товарные знаки совместно с другими  товарными знаками.  

Согласно п. 4.1 указанного договора, за предоставление права использования  товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в  размере 42 000 (сорок две тысячи) евро.  

Данный договор, как усматривается из материалов дела и судебных актов,  недействительным или незаключенным не признан, о его фальсификации лицами,  участвующими в деле, в суде не заявлялось, из числа доказательств по делу он не  исключен.  

Истец исходя из условий договора исключительной лицензии от 09.01.2023,  произвел следующий расчёт компенсации за нарушение исключительных прав на  товарный знак № 377532: 42000 евро x 96,7692 рублей (в зависимости от курса ЦБ  на дату фиксации нарушения)/ 4 ТЗ / 1 класс МКТУ / 3 способа использования /12  месяцев Х 2 (двукратная стоимость права использования) = 56 448,70 рублей.  

В абзаце 2 пункта 61 Пленума № 10 указано, что заявляя требование о  взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в  двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец  должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2  статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а  также документы, подтверждающие стоимость права использования либо  количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности  представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких  доказательств у ответчика или третьих лиц.  

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в  двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта  смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или  товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из  цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  их использование тем способом, который использовал нарушитель (абз. 5 п. 61  Пленума N 10).  

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела  доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака,  указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за  соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4  статьи 1515 ГК РФ.  

Из разъяснений пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.04.2019 № 10 следует, что суд определяет сумму компенсации исходя из  представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.  

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает  решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие  размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер  требуемой истцом компенсации.  

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности,  обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его  известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли  

товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его  согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем  или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и  степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер,  допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери  правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной  деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат  другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и  принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также  соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

Суд принимает во внимание, что в силу специфики объектов  интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой,  правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение  принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной  деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять  допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней  мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде  упущенной выгоды).  

Размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора,  с учетом условий указанного договора и обстоятельств допущенного нарушения:  срока действия лицензионного договора; объема предоставленного права; способа  использования права по договору и способа допущенного нарушения; перечня  товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в  отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам);  территории, на которой допускается использование (Российская Федерация,  субъект Российской Федерации, или иная территория); иных обстоятельств. В свою  очередь, ответчик не представлял иные сведения о цене, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного  товарного знака.  

С учётом изложенного, суд признает заявленный размер компенсации  обоснованным.  

В отзыве на иск ответчик просит снизить размер компенсации до 10 000  рублей.  

В исключение из общего правила, согласно которому предусмотренные  Гражданским кодексом Российской Федерации меры ответственности за  нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины  нарушителя, меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав,  допущенное при осуществлении предпринимательской деятельности,  предусмотренные пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и, соответственно, его  статьями 1301 и 1311, а также пунктом 4 статьи 1515, подлежат применению  независимо от вины нарушителя, если только он не докажет, что нарушение  произошло вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и  непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 ГК  РФ).  

При этом, ответчик, являясь лицом, осуществляющим предпринимательскую  деятельность, связанную с розничной торговлей, при приобретении спорного  товара у предыдущего собственника, должен был убедиться в законности  использования товарных знаков и не допускать продажу контрафактного товара.  

В силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является  самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на  систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи  

товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в  этом качестве в установленном порядке.  

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все  риски, связанные с введением в оборот данного товара.  

Действия лица по распространению контрафактных экземпляров  произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При  этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не  свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего (пункт 7 Обзора  практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением  законодательства об интеллектуальной собственности).  

Факт нарушения ответчиком прав истца на произведения изобразительного  искусства путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью  представленных в материалы дела доказательств.  

Вместе с тем, признаков злоупотребления со стороны истца своим правом,  совершения действий, заведомо направленных на причинение вреда другому лицу,  суд в рассматриваемой ситуации не усматривает, оснований для применения статьи  10 ГК РФ и отказа в иске не имеется.  

Возможность снижения компенсации за нарушение права на один товарный  знак предусмотрена и постановлением Конституционного Суда РФ от 24 июля 2020  г. № 40-п «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи  1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда».  

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу  о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского  кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда», указано, что если при рассмотрении конкретного дела будет  выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более  выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность  неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями  обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности  назначаемой меры ответственности.  

Юридическая конструкция, примененная в статье 1515 ГК РФ, наделяет  правообладателя выбором: защищать свои права путем возмещения убытков или  же вместо них потребовать компенсации, осуществив ее расчет одним из  предусмотренных законом способов. На практике истцы-правообладатели  склоняются к наиболее жесткому для нарушителя варианту из допустимых  способов 15 расчета компенсации, в частности к ее исчислению в двукратном  размере стоимости права использования товарного знака, что превращает их в  экономически более сильное лицо в споре. (В письме, полученном при подготовке  к рассмотрению настоящего дела от полномочного представителя Президента  Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации, обращено  внимание на то, что означенная конструкция, по сути, перестала быть  альтернативной.)  

Отсутствие у суда правомочия снизить размер компенсации может повлечь в  этом случае - вразрез с правовыми позициями Конституционного Суда Российской  Федерации о необходимости учета фактических обстоятельств дела и вопреки  требованиям справедливости и разумности - явную несоразмерность налагаемой на  ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному истцу, и тем самым  нарушение баланса их прав и законных интересов, которые, как указал  Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 декабря 2016  года N 28-П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3)  Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется  

основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в  сфере предпринимательской деятельности.  

Принимая во внимание правовые позиции Конституционного Суда  Российской Федерации, сформулированные в постановлениях от 13 декабря 2016  года N 28-П и от 13 февраля 2018 года N 8-П, рекомендации которого по внесению  в законодательство соответствующих изменений еще не реализованы, исходя из  общих принципов гражданско-правовой ответственности и учитывая, что  правообладатель авторских прав на произведение изобразительного искусства  освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков, а санкция в  виде выплаты компенсации, рассчитанной на основе подпункта 2 пункта 4 статьи  1515 ГК Российской Федерации, подлежит применению независимо от вины лица,  нарушившего исключительное право на товарный знак при осуществлении им  предпринимательской деятельности, при применении мер ответственности за  нарушение исключительного права на товарный знак, произведение  изобразительного искусства, тем не менее - с учетом штрафного характера  компенсации и преследуемых при ее применении публичных целей - нельзя не  учитывать предпринятые таким лицом необходимые меры и проявление им  разумной осмотрительности, чтобы избежать неправомерного использования  объекта интеллектуальной собственности, права на который принадлежат другому  лицу.  

Кроме того, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи  1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского  кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского  края" абзацы 3, 4 пункта 3.2. и пункт 4) указано, что абзац второй пункта 3 статьи  1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации  за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных  данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств  дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Сторона, заявившая о необходимости снижения компенсации, обязана в  соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом  такой меры.  

Ответчик ходатайство о снижении размера компенсации мотивирует  незначительной стоимостью товара, совершением нарушения впервые,  допущением нарушения по неосторожности, наличием двух несовершеннолетних  детей.  

На основании изложенного, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ  представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание характер  допущенного нарушения и вероятные убытки истца, основываясь на внутренней  оценке совокупности всех собранных по делу доказательств, арбитражный суд  считает возможным снизить размер компенсации до 50 000 рублей.  

В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные  лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт,  взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с  рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие  выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с  проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и  иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы  юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если  федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие  

расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела  в арбитражном суде.  

В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на  лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых  требований.  

С учетом частичного удовлетворения исковых требований, принимая во  внимание компенсационный характер судебных издержек, предусмотренный  положениями статьями 106, 110, 111 АПК РФ, суд полагает подлежащими  возмещению истцу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части  иска.  

Таким образом, на ответчика возлагаются расходы по уплате государственной  пошлины в размере 2000 рублей, стоимости товара в размере 221,45 рублей,  почтовых расходов в размере 124,01 рублей, 177,16 рублей за получение выписки  из ЕГРИП.  

Согласно части 2 статьи 168 АПК РФ арбитражный суд при принятии  решения устанавливает дальнейшую судьбу вещественных доказательств,  представленных в материалы дела.  

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление,  распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение  материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению  исключительного права на такой результат или на такое средство, такие  материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат  изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если  иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской  Федерации.  

На основании изложенного представленное в материалы дела вещественное  доказательство подлежит уничтожению после вступления в законную силу  настоящего решения.  

Руководствуясь статьями 167 – 170, 229 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

Р Е Ш И Л:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>; ИНН 

<

***>) в пользу общества  с ограниченной ответственностью «НТС «Градиент» (ОГРН 

<

***>; ИНН  

<

***>) 50 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на  товарный знак № 377532, 2000 рублей расходов по оплате государственной  пошлины, 221,45 рублей стоимости товара, 124,01 рублей почтовых расходов,  177,16 рублей за получение выписки из ЕГРИП.  

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НТС «Градиент»  (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 258  рублей государственной пошлины.  

Уничтожить вещественное доказательство: приобретенный товар – тушь для  ресниц (порядковый регистрационный номер вещественного доказательства № 101  от 22.05.2024) после вступления в законную силу настоящего решения.  

Лица, участвующие в деле, могут обратиться в арбитражный суд с заявлением  о составлении мотивированного решения.  

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может  быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке  

упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".  

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней  со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.  

В случае составления мотивированного решения оно вступает в законную  силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.  

В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено или  не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления  арбитражным судом апелляционной инстанции.  

В соответствии с частью 3 статьи 319 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по письменному  ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения  непосредственно арбитражным судом.  

Решение по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного  производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной  инстанции - Двадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Тула), в срок, не  превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.  

Настоящее решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном  суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной  инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной  жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое  по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной  инстанции - Арбитражный суд Центрального округа (г. Калуга) по основаниям,  предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд  Смоленской области.  

Судья Ю.А. Пузаненков