СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9581/2023(5, 6, 7)-АК

Дело № А60-22267/2023

15 июня 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2024 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июня 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей  Гладких Е.О., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кошкиной О.В.,

при участии:

от кредитора ФИО1: ФИО2 (доверенность от 15.11.2023, паспорт), 

от кредитора ФИО3: ФИО4 (доверенность от 04.06.2024, паспорт), 

от кредитора общества с ограниченной ответственностью «УралТрансСтрой»: ФИО5 (доверенность от 10.08.2023, паспорт),

от конкурсного управляющего ФИО6: ФИО7 (доверенность от 20.12.2023, паспорт),

от третьего лица ФИО8: ФИО9 (доверенности от 03.10.2022, от 06.10.2022, удостоверение адвоката)

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «УралТрансСтрой», 

на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 28 марта 2024 года 

о признании требований ФИО3 в сумме 26 010 005  руб. 00 коп., требований ФИО1 в сумме 8 125 850 руб. 00 коп., требований общества с ограниченной ответственностью «УралТрансСтрой» в сумме 21 783 632 руб. 45 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты,

вынесенное в рамках дела № А60-22267/2023 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Ю-Ойл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО8, ФИО10, ФИО11, ФИО12,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.05.2023 принято к производству заявление работников ФИО13 (далее – ФИО13), ФИО14 (далее – ФИО14), ФИО15 (далее – ФИО15) о признании общества с ограниченной ответственностью «Ю-Ойл» (далее – общество «Ю-Ойл», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.07.2023 (резолютивная часть от 19.07.2023) в отношении общества «Ю-Ойл» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО16 (далее – ФИО16), член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Сообщение о введении в отношении общества «Ю-Ойл» процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 05.08.2023 №142(7587).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2023 (резолютивная часть от 19.12.2023) общество «Ю-Ойл» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6 (далее – ФИО6), член Некоммерческого партнерства Саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Развитие».

В период процедуры наблюдения в порядке статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) в арбитражный суд с заявлениями о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника 09.08.2023 обратились ФИО1 (далее – ФИО1), ФИО3 (далее – ФИО3) и общество с ограниченной ответственностью «УралТрансСтрой» (далее – общество «УралТрансСтрой»).

Определением суда от 31.10.2023 требования ФИО1, ФИО3, общества «УралТрансСтрой» объединены для совместного рассмотрения на основании части 2 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8 (далее – ФИО8), ФИО10 (далее – ФИО10), ФИО11 (далее – ФИО11), ФИО12 (далее – ФИО12).

С учетом заявленных и принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнений размера требований, заявители просили включить в третью очередь реестра требований кредиторов:

- ФИО1 задолженность в общей сумме 8 125 850 руб. 00 коп.,

- ФИО3 задолженность в общей сумме 26 010 005 руб. 00 коп.,

- общество «УралТрансСтрой» задолженность в общей сумме 21 783 632 руб. 45 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.03.2024 (резолютивная часть от 21.03.2024) признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, требования:

- ФИО1 в сумме 8 125 850 руб. 00 коп., в том числе 5 350 000 руб. основного долга, 1 177 000 руб. процентов за пользование займом, 1 546 150 руб. пени, 52 700 руб. судебных издержек;

- ФИО3 в сумме 26 010 005 руб. 00 коп., в том числе 25 950 005 руб. основного долга и 60 000 руб. судебных издержек;

- общества «УралТрансСтрой» в сумме 21 783 632 руб. 45 коп., в том числе 5 900 000 руб. основного долга, 6 488 001 руб. процентов за пользование займом, 9 316 751 руб. 45 коп. пени, 78 880 руб. судебных издержек.

Не согласившись с принятым судебным актом в части определения очередности удовлетворения требований кредиторов (в части субординирования требований), ФИО1, ФИО3 и общество «УралТрансСтрой» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт о включении заявленных ими требований в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Ю-Ойл».

В апелляционных жалобах кредиторы приводят, по сути, аналогичные доводы о необоснованности и немотивированности решения суда о субординировании требований, поскольку суд, не раскрывая совокупность свидетельствующих признаков, формально указал на корпоративный характер требований заявителей; судом не были исследованы обстоятельства, имеющие существенное значение, и не дана оценка обстоятельствам выдачи займов, разумности экономических мотивов, финансовому состоянию должника в период спорных событий (заключения договоров займов), влиянию заемных денежных средств на хозяйственную деятельность должника, поведению участников сделок в период, предшествующий банкротству, степени влияния участников сделок на принимаемые должником решения, как в период выдачи займов, так и после него. Апеллянты настаивают на том, что заявленные ФИО1, ФИО3 и обществом «УралТрансСтрой» требования не обладают признаками корпоративности, основаны на реальных заемных правоотношениях, подтвержденных договорами займа, платежными поручениями и решениями судов. Обращают внимание на то, что аффилированность лиц по отношению к должнику не является основанием для понижения очередности. Указывают, что вопреки позиции суда, экономическая целесообразность для общества «Ю-Ойл» в заключении с заявителями договоров займа заключалась в более комфортных условиях займов (более длительный срок займа, отсутствие залога и поручительства, отсутствие контроля за расходованием денежных средств).

Согласно представленным отзывам конкурсный управляющий ФИО6 и третье лицо ФИО8 против удовлетворения апелляционных жалоб возражают, ссылаясь на законность, обоснованность обжалуемого судебного акта и правомерность выводов суда.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители кредиторов поддержали доводы своих апелляционных жалоб; представители конкурсного управляющего и третьего лица ФИО8 поддержали позиции, изложенные в письменных отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, извещенные надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб судом. 

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Как следует из материалов дела, обращаясь с требованиями о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, ФИО1, ФИО3 и общество «УралТрансСтрой» сослались на факт предоставления должнику в 2020 – 2021 годах заемных денежных средств на основании заключенных с ним договоров займа.

Так, между ФИО1 (заимодавец) и обществом «Ю-Ойл» (заемщик) был заключен договора займа от 23.09.2020 №01-09/20, на основании которого ФИО1 предоставил должнику заемные денежные средства в сумме 11 000 000 руб. со сроком возврата 23.12.2020.

С учетом дополнительных соглашений №№1-4 к договору сумма займа составила 14 400 000 руб. при этом сторонами изменялись сроки возврата займа:

от 23.12.2020 №1 (новый срок возврата займа 30.06.2021),

от 29.04.2021 №2 (новый срок возврата займа 23.05.2021),

от 01.10.2021 №3 (сумма займа увеличена до 14 400 000 руб., новый срок возврата займа 31.12.2021),

от 31.12.2021 №4 (новый срок возврата займа 01.07.2022 в отношении суммы 7 800 000 руб.).

Фактическое перечисление денежных средств подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями от 23.09.2020 №394 на сумму 11 000 000 руб. и от 01.10.2021 №232 на сумму 3 400 000 руб.

Письмом от 26.08.2022 ФИО1 потребовал от общества «Ю-Ойл» возврат денежных средств в сумме 5 350 000 руб. по договору займа от 23.09.2020 №01-09/20.

Согласно пункту 2.3 договора за пользование займом заемщик обязан выплачивать заимодавцу проценты на сумму займа в размере 24% годовых, что приравнивается к 2% в месяц пользования денежными средствами. Уплата процентов осуществляется ежемесячно 17-го числа текущего месяца с основной суммы займа. Сумма процентов при этом рассчитывается за тот период, в течение которого заемщик пользовался займом на момент возврата долга. Если заемщик погашает заем досрочно, то проценты платятся в тот же день, что и часть долга.

Решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 31.10.2022 по делу № 2-5292/2022 (с учетом определения от 11.11.2022 об исправлении описки) с общества «Ю-Ойл» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору займа от 23.09.2020 №01-09/20 в сумме 5 457 000 руб., в том числе 5 350 000 руб. основного долга, 107 000 руб. процентов за пользование суммой займа за период с 23.08.2022 по 19.09.2022, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 35 485 руб. Решение вступило в законную силу.

Кроме того, за период с 19.09.2022 по 17.07.2023 размер процентов составил 1 070 000 руб. (5 350 000 руб. * 2% * 10 мес.).

В соответствии с пунктом 3.2 договора денежного займа в случае невозвращения указанной в пункте 1.1 суммы займа в сроки, определенные в пункте 2.2, а также невыполнения обязанности по уплате предусмотренных в пункте 2.3 договора процентов за пользование займом заемщик уплачивает пени в размере 0,1% от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Согласно расчету кредитора сумма пени составила 1 546 150 руб. (5 350 000 руб. * 0,1% * 289 дней), исходя из того, что сумма основного долга – 5 350 000 руб., ставка – 0,1% от неуплаченной суммы за каждый день просрочки, 289 дней – период просрочки с 02.10.2022 по 17.07.2023  с учетом периода моратория на возбуждение дел о банкротстве (Постановление Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами») и даты введения процедуры наблюдения.

С учетом уточнения требований (л.д.25-31 т.2) ФИО1 просит включить в реестр 5 350 000 руб. основного долга, 1 177 000 руб. процентов за пользование займом, 1 546 150 руб. пени, 52 700 руб. судебных издержек (35 485 руб. госпошлины по делу №2-5292/2022 + 17 215 руб. госпошлины по делу №2-2858/2023).

Обращаясь с аналогичным заявлением, ФИО3 указала на факт заключения с обществом «Ю-Ойл» договора займа от 17.05.2021 №1, по условиям которого она, как заимодавец, передала в собственность заемщику денежные средства в сумме 4 500 000 руб., а заемщик обязался вернуть указанную сумму займа в обусловленный договором срок (не позднее 30.10.2022) и уплатить указанные в договоре проценты.

Между теми же сторонами были заключены дополнительные соглашения к договору займа от 17.05.2021 №1 с последовательным увеличением суммы займа:

от 24.05.2021 №1 (сумма займа увеличена до 9 000 000 руб.);

от 31.05.2021 №2 (сумма займа увеличена до 16 000 000 руб.);

от 08.06.2021 №3 (сумма займа увеличена до 20 000 000руб.);

от 28.06.2021 №4 (сумма займа увеличена до 24 000 000руб.);

от 06.07.2021 №5 (сумма займа увеличена до 29 000 000 руб.);

от 21.07.2021 №6 (сумма займа увеличена до 35 000 000 руб.).

Фактическое перечисление денежных средств подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

Между ФИО3 и обществом «УралТрансСтрой» был заключен договор уступки права (требования) от 17.07.2021 №1/21, в соответствии с которым ФИО3 уступила обществу «УралТрансСтрой» право требования к обществу «Ю-Ойл» по договору займа от 17.05.2021 №1 в части процентов по займу, пени, процентов за пользование чужими денежными средствами, иные штрафные санкции, которые вытекают из договора займа.

Право требования суммы займа 35 000 000 руб. осталось у заимодавца.

Письмом от 17.08.2022 ФИО3 со ссылкой на пункт 2.2 договора займа потребовала от общества «Ю-Ойл» возвратить в течение 14-ти календарных дней заемные денежные средства в сумме 35 000 000 руб.

01.09.2022 между ФИО3 и должником было заключено соглашение об отступном, по условиям которого стороны договорились о прекращении всех взаимных обязательств, вытекающих из договора займа от 17.05.2021 №1 и дополнительных соглашений к нему от 24.05.2021 №1, от 31.05.2021 №2, от 08.06.2021 №3, от 28.06.2021 №4, от 06.07.2021 №5, от  21.07.2021 №6.

Согласно соглашению об отступном обязательства прекращаются путем предоставления должником кредитору принадлежащих обществу на праве собственности трех седельных тягачей марки VOLVO FH-TRUCK 4X2 и трех полуприцепов цистерн марки BONUM 914210.

Фактически ФИО3 переданы:

полуприцеп цистерна BONUM 914210 (VIN 

<

***>, 2019 г.в., ПТС №61 ОУ 640798),

полуприцеп цистерна BONUM 914210 (VIN 

<

***>, 2019 г.в., ПТС №61 ОУ 640788),

полуприцеп цистерна BONUM 914210 (VIN 

<

***>, 2019 г.в., ПТС №61 ОУ 640787).

Седельные тягачи VOLVO FH TRUCK 4X2 (VIN 

<

***>), VOLVO FH TRUCK 4X2 (VIN 

<

***>) и VOLVO FH TRUCK 4X2 (VIN 

<

***>) не переданы, что подтверждается решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 20.03.2023 по делу №2-5389/2022, согласно которому с общества «Ю-Ойл» в пользу ФИО3 взыскано 25 950 005 руб. основного долга, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 60 000 руб.

С учетом уточнения требований (л.д.36-41 т.3) ФИО3 просит включить в реестр 25 950 005 руб. основного долга и 60 000 руб. судебных издержек.

В своем заявлении общество «УралТрансСтрой» также ссылается на заключение с должником договора займа денежных средств.

Так, между обществом «УралТрансСтрой» (заимодавец) и обществом «Ю-Ойл» заключен договор займа от 12.10.2020 №01-10/2020, на основании которого кредитор предоставил должнику заемные денежные средства в сумме 1 500 000 руб. со сроком возврата 31.12.2020.

С учетом дополнительных соглашений №№1-7 к договору сумма займа составила 6 300 000 руб., при этом сторонами изменялись сроки возврата займа:

от 27.11.2020 №1 (сумма займа увеличена до 2 500 000 руб.),

от 31.12.2022 №2 (новый срок возврата займа 31.12.2021),

от 17.02.2021 №3 (сумма займа увеличена до 3 500 000 руб.),

от 18.02.2021 №4 (сумма займа увеличена до 4 000 000 руб.),

от 19.02.2021 №5 (сумма займа увеличена до 6 300 000 руб.),

от 29.04.2021 №6 (новый срок возврата займа 15.05.2021),

от 31.12.2021 №7 (новый срок возврата займа 12.03.2022).

Фактическое перечисление денежных средств подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.01.2023 по делу №А60-55427/2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.06.2023, с общества «Ю-Ойл» в пользу общества «УралТрансСтрой» взыскано 5 900 000 руб. долга по договору займа от 12.10.2020 №01-10/20 и 52 500 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Кроме того, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2023 по делу №А60-19346/2023 с общества «Ю-Ойл» в пользу общества «УралТрансСтрой» было взыскано 2 188 900 руб., в том числе:

944 000  руб. процентов за пользование займом, предусмотренных пунктом 2.3 договора займа от 12.10.2020 №01-10/20, за период с 13.08.2022 по 11.04.2023;

1 244 900 руб. неустойки, предусмотренной пунктом 3.2 договора займа от 12.10.2020 №01-10/20, за период с 13.03.2022 по 31.03.2022 (с учетом Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497), с 02.10.2022 по 11.04.2023;

26 380 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины;

а также продолжено начисление процентов за пользование займом, предусмотренных пунктом 2.3 договора займа от 12.10.2020 №01-10/20 на сумму долга из расчета 2% в месяц за период с 05.07.2023 по день фактической оплаты долга;

продолжено начисление неустойки, предусмотренной пунктом 3.2 договора займа от 12.10.2020 №01- 10/20 на сумму долга из расчета 0,1% в день за период с 05.07.2023 по день фактической оплаты долга.

Кроме того, согласно расчету кредитора им начислены:

- проценты в сумме 354 000 руб. за пользование суммой займа за период с 12.04.2023 по 17.07.2023, исходя из расчета: 5 900 000 руб. * 2% * 3 месяца = 354 000 руб.;

- пени в сумме 572 300 руб. за период с 12.04.2023 по 17.07.2023, исходя из расчета: 5 900 000 руб. * 0,1% * 97 дней = 572 300 руб.

Помимо задолженности, вытекающей из договора займа от 12.10.2020 №01-10/20, общество «Ю-Ойл» просит включить в реестр требований кредиторов должника проценты за пользование займом по договору от 17.05.2021 №1, который был заключен между ФИО3 и обществом «Ю-Ойл».

Как установлено выше, на основании заключенного между ФИО3 (цедент) и обществом «УралТрансСтрой» (цессионарий) договора уступки права (требования) от 17.07.2021 №1/21 цедент передала цессионарию право требования к обществу «Ю-Ойл» по договору займа от 17.05.2021 №1 в части процентов по займу, пени, процентов за пользование чужими денежными средствами, иные штрафные санкции, которые вытекают из договора займа.

Согласно расчету кредитора, заявитель просит включить в реестр:

- задолженность по начисленным за период с 17.09.2022 по 17.07.2023 процентам за пользование займом в сумме 5 190 001 руб., исходя из расчета: 25 950 005 руб. * 2% * 10 месяцев:

- задолженность по начисленной за период с 02.10.2022 по 17.07.2023 пени в сумме 7 499 551 руб. 45 коп., исходя из расчета: 25 950 005 руб. * 0,1% * 289 дней.

Таким образом, с учетом уточнения требований (л.д.26-33 т.1) общество «УралТрансСтрой» просит включить в реестр требований кредиторов должника 5 900 000 руб. основного долга, 6 488 001 руб. процентов за пользование займом, 9 316 751 руб. 45 коп. пени, 78 880 руб. судебных издержек.

Рассмотрев заявленные требования ФИО1, ФИО3 и общества «УралТрансСтрой», учитывая, что фактическое перечисление денежных средств сторонами не оспаривается, вытекающие из договоров займа требования подтверждены судебными актами, арбитражный суд пришел к выводу о документальной подтвержденности предъявленных сумм задолженностей.

В данной части выводы суда лицами, участвующими в деле, не оспариваются, в связи с чем, не исследуются судом апелляционной инстанции.

Разрешая вопрос об очередности удовлетворения требований ФИО1, ФИО3 и общества «УралТрансСтрой», суд усмотрел основания для их субординирования, в связи с чем, признал требования кредиторов подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, проанализировав нормы материального и процессуального права, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для изменения обжалуемого судебного акта не имеется в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, общество «Ю-Ойл» зарегистрировано в качестве юридического лица с 30.07.2015, основным видом деятельности является торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продувками (ОКВЭД 46.71).

ФИО1 с 24.10.2019 и до августа 2021 года являлся одним из участников общества «Ю-Ойл» с долей участия в уставном капитале общества в размере 21% (иными участниками общества являлись ФИО8 (39%), ФИО10 (30%), ФИО11 (10%)). ФИО3 является супругой ФИО1, что не оспаривается сторонами.

Кроме того, в период с 12.05.2011 по 13.01.2023 ФИО1 являлся единственным участником общества «УралТрансСтрой», а в настоящее время является директором общества «УралТрансСтрой» (единственный участник ФИО17).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявители являются юридически и фактически аффилированными друг с другом, а через ФИО1 – с должником.

Все вышеуказанные договоры со стороны должника были подписаны генеральным директором ФИО12, который с августа 2021 года является участником должника с долей участия в уставном капитале общества в размере 21% (доля в уставном капитале была приобретена у ФИО1).

Исходя из дат заключения договоров займа, дополнительных соглашений к ним и платежных поручений, все заемные денежные средства на сумму более 52 млн руб. были предоставлены должнику в период, когда ФИО1 являлся участником общества «Ю-Ойл»; заемные денежные средства в сумме 3 400 000 руб. предоставлены ФИО1 в октябре 2021 года (платежное поручение 01.10.2021 №232), когда он формально уже не являлся участником должника, но через ФИО12 сохранял контроль.

Таким образом, за период нахождения в составе участников общества «Ю-Ойл» ФИО1 фактически профинансировал деятельность должника на общую сумму 55,7 млн руб. посредством выдачи займов от своего имени, а также от имени своей супруги, которая не имела соответствующих доходов для выдачи займов, и подконтрольного ему общества «УралТрансСтрой».

Согласно договорам займа, заключенным с ФИО1, ФИО3 и обществом «УралТрансСтрой», проценты за пользование займом установлены в размере 2% в месяц, что соответствует 24% годовых.

Анализируя условия заключения договоров займа с учетом дополнительных соглашений, на основании которых увеличивался объем финансирования и продлевались сроки возврата займов, а также условия привлечения иных кредитных средств, апелляционный суд приходит к выводу о том, что ФИО1 был использован механизм заимствования в целях пополнения оборотных средств общества без использования конструкции увеличения уставного капитала или вклада участника общества.

При этом, непосредственно для общества «Ю-Ойл» отсутствовал экономический смысл в заключении рассматриваемых договоров займа на условиях платности в размере 24% годовых.

Так, между должником и публичным акционерным обществом «Промсвязьбанк» заключено кредитное соглашение от 24.12.2019 №103-0038-19-4-40 (в редакции дополнительных соглашений) о предоставлении кредита в форме «овердрафт», согласно пункту 3.1.1 которого лимит овердрафта в спорный период превышал 70 000 000 руб. В соответствии с пунктом 3.2 названного кредитного договора (в редакции, действовавшей в спорный период), проценты за пользование кредитом составляли 10% годовых.

О наличии указанного договора с банком ФИО1 знал, поскольку являлся поручителем по указанным обязательствам должника.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что при таких обстоятельствах заключение должником договоров займа с заявителями было лишено экономического смысла, поскольку лишь увеличивало его долговую нагрузку.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о том, что в действиях как заимодавцев, так и заемщика имелись экономические мотивы выдачи/получения займов, а также продления сроков возврата денежных средств по договорам займа, поскольку у заимодавцев экономический интерес был основан на высокой процентной ставке (хотели заработать в результате высокой оборачиваемости денежных средств), а должник пользовался заемными средствами без дополнительного обеспечения, длительное время (должнику были предоставлены «длинные» деньги), в отсутствие необходимости отчета о целях использования денежных средств, судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению, как не свидетельствующими о том, что в данном случае имели место обычные заемные правоотношения, которые могли возникнуть с любым независимым кредитором.

Необходимо отметить, что процентная ставка по вышеуказанному кредитному соглашению с банком возрастала поэтапно (дополнительные соглашения №3 и №5) и достигла значения 20,8% годовых только с 14.04.2022, в то время как процентная ставка по договору займа с ФИО1, ФИО3 и обществом «УралТрансСтрой» составляла 24% годовых на протяжении всего срока действия этого договора.

Отсутствие какого-либо обеспечения по договору займа, вопреки утверждениям апеллянтов, не представляет из себя «комфортного условия» для  обеих сторон сделки. Напротив, оно лишний раз свидетельствует о нестандартных, корпоративных правоотношениях должника и апеллянта.

При обычной хозяйственной деятельности стороны стремятся обеспечить себя равными и справедливыми правами и обязанностями при заключении сделки. В рассматриваемом случае апеллянты-заимодавцы, неоднократно продлевавшие срок возврата займов, и не потребовавшие за это никакого обеспечения, очевидно, действовали вне рамок стандартных рыночных правоотношений.

Данный довод в той же мере относится и к отсутствию контроля за расходованием денежных средств, что очередной раз подтверждает корпоративный характер предоставленного кредиторами финансирования.

Что касается доводов апеллянтов о том, что спорные займы не могут быть признаны компенсационным финансированием, поскольку общество «Ю-Ойл» не находилось в имущественном кризисе, а иное из материалов дела с достоверностью не следует, то они также подлежат отклонению.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании (пункт 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020; далее – Обзор от 29.01.2020).

          Вместе с тем, внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020). 

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов.

Исходя из структуры реестра требований кредиторов, наличия задолженности по заработной плате, включенных в реестр требований, обязательства по которым уже существовали на момент предоставления спорных займов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что общество «Ю-Ойл» находилось в нестабильном имущественном положении, не обладало достаточными собственными оборотными средствами для исполнения всех обязательств. Иначе говоря, общество «Ю-Ойл» находилось в критическом состоянии.

Судебной практикой выработаны устойчивые правовые подходы, что согласно которым всех кредиторов при установлении своих требований в реестре предусмотрен повышенный (по сравнению с обычным общегражданским) стандарт доказывания «ясные и убедительные доказательства». При этом, если в реестре устанавливаются контролирующие должника или аффилированные с ним лица, то стандарт доказывания становится еще более высоким («вне разумных сомнений»).

Между тем, в данном случае заявителями апелляционных жалоб не представлены доказательства того, что имущественное положение общества «Ю-Ойл» с учетом всех планируемых поступлений позволяло обществу исполнять все свои текущие обязательства без использования ликвидационных процедур.

При этом динамика заемного вливания и регулярное изменение сроков возврата денежных средств показывает, что общество «Ю-Ойл» остро нуждалось в оборотных средствах.

Убедительные доказательства того, что задолженность перед кредиторами была соразмерна финансовым возможностям должника в материалах дела отсутствуют (статья 65 АПК РФ).

Дальнейшее поведение ФИО1, ФИО3 и общества «УралТрансСтрой» также свидетельствует о том, что кредиторы изначально знали, что единственной целью такого финансирования или докапитализации является переложение на других, независимых кредиторов рисков несостоятельности должника с отнесением на свой счет всех соответствующих выгод от этого.

Суд первой инстанции, в числе прочего, проанализировал поведение участников сделки в предбанкротный период и установил как степень влияния ФИО1 на принимаемые должником решения, так и намерение переложить риски банкротства на независимых кредиторов.

Судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание преюдициальные обстоятельства совершения ФИО12 (генеральным директором должника) ничтожных сделок по передаче в собственность супруги апеллянта, ФИО3, движимого имущества – трех полуприцепов-цистерн BONUM 914210 (VIN 

<

***>, VIN 

<

***>, VIN 

<

***>). Названные обстоятельства установлены вступившим в законную силу судебным актом (апелляционным постановлением Семнадцатого апелляционного арбитражного суда от 05.03.2024 по делу №А60-55132/2022). В частности, судом апелляционной инстанции в рамках дела №А60-55132/2022 установлена безденежность сделок по отчуждению вышеуказанного имущества.

Исходя из приведенных обстоятельств судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что даже после выхода из состава участников общества у апеллянта имелась возможность определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий, а, следовательно, наличии у него статуса одного из контролирующих должника лиц.

Принимая решение о субординировании требований, суд первой инстанции также верно исходил из того, что при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Проанализировав совокупность выше изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что фактически между ФИО1 (и, как следствие,  ФИО3, обществом «УралТрансСтрой») и должником сложились именно корпоративные отношения, сделки заключались на недоступных обычным (независимым) участникам рынка условиях, при этом ФИО1, наравне с иными участниками общества, ответственен за эффективную деятельность самого общества, поэтому несет определенный риск наступления негативных последствий своего управления должником (влияния на деятельность должника).

В данном случае субординация требований кредиторов является не санкцией, а справедливой очередностью удовлетворения требования лица, несущего этот самый предпринимательский риск в случае неудачного бизнес-проекта.

Ссылка заявителей жалоб на то, что контролирующим должника лицом следует признать ФИО8, который обладает большей долей участия в уставном капитале общества, коллегией судей признается несостоятельной. Все приведенные в жалобе доводы и факты касательно ФИО8 и его влияния на должника не означают отсутствие такой же возможности и у ФИО1, с учетом длящегося корпоративного конфликта между ними.

Озвученный непосредственно в судебном заседании довод ФИО18 о том, что часть требований кредиторов носит текущий характер (суммы судебных издержек), судом также отклоняется, поскольку с учетом положений пункта 8 статьи 71 и пункта 8 статьи 100 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.05.2024 №107-ФЗ в реестр могут быть внесены изменения по результатам рассмотрения соответствующего заявления.

В связи с изложенным, следует признать, что судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, с учетом заявленных предмета и оснований требований. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не могут быть приняты как основания для отмены обжалуемого определения суда, поскольку они не опровергают выводов суда и установленных фактических обстоятельств дела, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана правильная оценка.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку при подаче апелляционных жалоб на обжалуемое определение налоговым законодательством уплата государственной пошлины не предусмотрена (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации), уплаченная заявителями государственная пошлина подлежит возврату в соответствии со статьей 104 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 104, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 марта 2024  года по делу № А60-22267/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 (ИНН 

<

***>) из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3000 (Три тысячи) рублей, ошибочно уплаченную по платежному поручению от 09.04.2024 №224844.

Возвратить ФИО3 (ИНН 

<

***>) из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3000 (Три тысячи) рублей, ошибочно уплаченную по платежному поручению от 09.04.2024 №5300489.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «УралТрансСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3000 (Три тысячи) рублей, ошибочно уплаченную по платежному поручению от 09.04.2024 №24.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий                                                     Т.С. Нилогова 

 

Судьи                                                                                   Е.О. Гладких

 

Л.В. Саликова