Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-22924/2022

г. Владивосток

09 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 июля 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего К.А. Сухецкой,

судей А.В. Ветошкевич, Т.В. Рева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1, 

апелляционное производство № 05АП-2774/2025 

на определение от 15.05.2025 

судьи Е.В. Дергилевой

по делу № А51-22924/2022 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 

к Фирюлиной Светлане Юрьевне

о привлечении к субсидиарной ответственности,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЛА МАРЕ» (правопреемник – общество с ограниченной ответственностью «САБР») к обществу с ограниченной ответственностью «ДВ-Меркурий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 30.08.2005, адрес (место нахождения): 690091, 

<

...>) о признании его несостоятельным (банкротом), 

при участии:

лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, извещены надлежаще,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Приморского края от 28.12.2022 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Ла Маре» (далее – ООО «Ла Маре») о признании общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Меркурий» (далее – должник, ООО «ДВ-Меркурий») несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.

Определением суда от 16.03.2023 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Приморского края от 25.01.2024 ООО «ДВ-Меркурий» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 

Определением от 22.04.2025 произведена процессуальная замена кредитора ООО «Ла Маре» на его правопреемника общество с ограниченной ответственностью «Сабр».

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО3 (после смены фамилии – ФИО1) обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя и учредителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средства в размере, равном совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, что составляет 5 825 287,68 рублей, а также требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника в размере 1 242 031,02 рублей, всего 7 067 318,70 рублей, с учетом уточной принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением суда от 15.05.2025 в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя и учредителя ООО «ДВ-Меркурий» ФИО2 отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда отменить, признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Апеллянт указал, что являясь единоличным контролирующим должника лицом, ФИО2 своевременно не обратилась с исковым заявлением о взыскании с контрагента ООО «Фортуна» задолженности в размере 7 000 000 рублей, что повлекло невозможность взыскания дебиторской задолженности в настоящее время ввиду истечения срока исковой давности и ликвидации ООО «Фортуна», материалами дела установлена необходимая причинно-следственная связь между неправомерными действиями (бездействием) контролирующего должника лица по невзысканию дебиторской задолженности и невозможностью удовлетворения требований кредитора должника в полном объеме. Указано на неверное распределение бремени доказывания. В случает отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, по мнению заявителя, надлежало рассмотреть вопрос о взыскании с последней убытков в размере невзысканной дебиторской задолженности. 

Определением суда от 09.06.2025 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание по ее рассмотрению на 08.07.2025.

В заседание суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, в заседание арбитражного суда апелляционной инстанции не явились.

Судом апелляционной инстанции до начала судебного заседания удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о его проведении посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания). Вместе с тем, представитель конкурсного управляющего подключение к судебному заседанию с использованием системы веб-конференции не произвел, средства связи апелляционного суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют. Представителю обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, в то время как заблаговременная подготовка технических средств связи и обеспечение их работоспособности является обязанностью лица, заявившего ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции. В связи с указанным и на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что обжалуемое определение суда первой инстанции не подлежит отмене, исходя из следующего.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основной целью конкурсного производства является удовлетворение требований кредиторов за счет сформированной конкурсной массы. В случае недостаточности имеющегося у должника имущества законодательство о банкротстве предусматривает дополнительные механизмы защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, в том числе институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 17 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Конкурсный управляющий, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указал на неисполнение бывшим руководителем ФИО2 обязанности по взысканию дебиторской задолженности с ООО «Фортуна», что повлекло за собой невозможность пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов (с учетом уточнения требований, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ, из оснований привлечения к субсидиарной ответственности исключены непередача документов конкурсному управляющему и неподача заявления в суд). Не установив наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, арбитражный суд определением от 15.05.2025 отказал в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

Суд апелляционной инстанции, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, приходит к следующим выводам.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8), при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (определение Верховного Суда РФ № 310-ЭС20-6760 от 25.09.2020). Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Аналогичная правовая позиция приведена Конституционным Судом Российской Федерации, указывающим, что привлечение к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица при невозможности полного погашения требований кредиторов предусматривает учет вины контролирующего лица в признании должника банкротом, предполагает проверку наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) этого лица и фактически наступившим банкротством, преследует цели достичь определенности в вопросе о размере ответственности и обеспечить баланс имущественных интересов как привлекаемого к ней лица, так и кредиторов должника; контролирующее лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения должником обязательств перед кредиторами (Постановления от 7 февраля 2023 года № 6-П, от 30 октября 2023 года № 50-П и др.).

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. Данные разъяснения изложены в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079.

Исходя из толкования договоров поставки от 24.07.2017 № 24/07/2017, от 17.07.2017, а также системного анализа хозяйственной деятельности должника и его контрагентов, иных документальных доказательств представленных в материалы дела, отсутствуют достаточные основания для признания верной позиции конкурсного управляющего о направленности действий бывшего руководителя должника ФИО2 на причинение имущественного вреда кредитору в результате заключения сделки с ООО «Фортуна». 

Как следует из материалов дела, задолженность должника возникла в связи с тем, что на основании договора поставки от 24.07.2017 № 24/07/2017 ООО «Ла Маре» перечислило в качестве предоплаты денежные средства ООО «ДВ-Меркурий», которое, в свою очередь, перевело полученный платеж ООО «Фортуна» (по договору от 17.07.2017) за поставку товара ООО «Ла Маре». Принятые обязательства ООО «Фортуна» не исполнило, ликвидировано в 2019 году.

Установлено, что 17.04.2024 в арбитражный суд поступило ходатайство конкурсного управляющего об истребовании у бывшего руководителя ООО «ДВ-МЕРКУРИЙ» ФИО2 следующих оригиналов документов и информации, связанной с деятельностью должника. Определением суда от 23.01.2025 в удовлетворении заявления отказано, поскольку не установлено наличие доказательств уклонения бывшего руководителя либо его отказа в предоставлении документации и сведений, равно как и доказательств наличия запрашиваемых документов в натуре.

Судом учтены пояснения самой ФИО2, данные в том числе при рассмотрении обособленного спора об истребовании документов, согласно которым работала одна, с декабря 2019 года деятельность общества не ведется, кредиторская задолженность перед единственным кредитором возникла в связи с тем, что ООО «Ла Маре» перечислило денежные средства ООО «ДВ-Меркурий», в свою очередь, ООО «ДВ-Меркурий» перевело денежные средства ООО «Фортуна» по договору от 17.07.2017, который должен был выступить поставщиком товара для ООО «Ла Маре»; после долгих переговоров ООО «Фортуна» свои обязательства не выполнило, товар в адрес ООО «Ла Маре» не поставило, денежные средства не вернуло и подало заявление на ликвидацию, ФИО2 были поданы заявления в правоохранительные органы, следственный комитет Сахалинской области по факту мошенничества, а также велись переговоры с учредителем ООО «Фортуна», однако к положительным результатам данные действия не привели, в дальнейшем генеральный директор и учредитель ООО «Фортуна» умер, иных документов ФИО2 не имеет, так как иная деятельность обществом не велась

Безусловных оснований полагать, что дополнительное принятие ФИО2 мер по взысканию данной дебиторской задолженности в судебном порядке, на неисполнение которых указывает конкурсный управляющий, привело бы к реальному возврату денежных средств должнику, учитывая сложившиеся обстоятельства, в частности, ликвидацию ООО «Фортуна» и смерть ее фактического руководителя и учредителя ФИО4, не установлено. Прямых или косвенных доказательств, подтверждающих, что финансовое положение ООО «Фортуна» в спорный период позволило бы ему образовавшуюся задолженность погасить, не представлено.

В настоящем случае неполучение должником дебиторской задолженности обусловлено предпринимательским риском, не связано с незаконными действиями или бездействием контролирующего должника лица, в связи с чем наличие невзысканной задолженности, само по себе не может являться основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора, не установлена обязательная причинно-следственная связь между действиями (бездействием) руководителя должника по взысканию дебиторской задолженности в судебном порядке и наступившим банкротством общества «ДВ-Меркурий». Аналогичная правовая позиция закреплена в определении Верховного суда РФ от 29.09.2015 № 301-ЭС15-12865, если банкротство должника вызвано объективно сложившейся негативной экономической конъюнктурой ведения предпринимательской деятельности и не зависит напрямую от действий контролирующих должника лиц, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют.

На основании изложенного суд первой инстанции, с которым соглашается суд апелляционной инстанции, проанализировав совокупность обстоятельств, установленных в рамках настоящего обособленного спора, констатировав, в том числе, отсутствие в материалах дела доказательств того, что действия ФИО2, выходили за пределы обычных экономических рисков, не соответствовали принципам добросовестности и разумности и сознательно были направлены на причинение вреда имущественным правам кредитора и должника, пришел к мотивированному выводу об отсутствии в настоящем случае умысла на доведение ООО «ДВ-Меркурий» до банкротства и, как следствие, о недоказанности наличия всех условий, необходимых для возложения на контролирующего должника лицо ответственности, предусмотренной нормами действующего законодательства. Надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином в материалы дела не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ).

Рассмотрев довод жалобы о том, что судом неправомерно не произведена переквалификация спора на взыскание убытков с ФИО2, в случае не установления оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, установлено следующее.

На основании пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Исходя из пункта 1 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). В силу гражданско-правового характера ответственности финансового управляющего убытки подлежат взысканию посредством доказывания истцом всех признаков состава правонарушения.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств (часть 1 статья 64, статьи 71 и 168 АПК РФ). При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Поскольку в рассматриваемом случае не установлена противоправность действий ФИО2 при совершении спорной сделки, констатировано ее добросовестное поведение как руководителя должника в спорный период по принятию мер для расчета с единственным кредитором, довод подателя жалобы о наличии оснований для взыскания с последней убытков, необходимости переквалификации заявленного требования о субсидиарной ответственности на взыскание убытков и применении разъяснений, изложенных в пункте 20 Постановления № 53, подлежит отклонению.

Вопреки утверждению конкурсного управляющего, поведение ответчика, связанное с взысканием дебиторской задолженности, также не является основанием для взыскания с него убытков в отсутствие доказательств того, что взыскание спорной дебиторской задолженности является перспективным. Кроме того, наличие не взысканной дебиторской задолженности, сформировавшейся при осуществлении хозяйственной деятельности должника, само по себе не может являться основанием для возложения убытков от этой деятельности на контролирующих должника лиц. Предпринимательская деятельность имеет рисковый характер и в процессе ее осуществления могут возникать обязательства, исполнение которых невозможно в силу тех или иных обстоятельств, финансовых сложностей.

В жалобе управляющим указано, что ответчик отзыв на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности не представил, свой статус контролирующего лица не оспорил, не раскрыл доказательства, отражающие реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольном хозяйственном обществе, занял пассивную позицию в доказывании обоснованности возражений. Вместе с тем, указанное не опровергает обязанность управляющего по доказыванию оснований привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности. Коллегией учтены разъяснения п. 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.05.2024, о возможности рассмотрения вопроса о перераспределении бремени доказывания в спорах о субсидиарной ответственности, однако они приведены в ситуации подачи заявления кредитора о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности после прекращения производства по делу о банкротстве, имея в виду неравные - в силу объективных причин - процессуальные возможности истца и ответчика, неосведомленность кредитора о конкретных доказательствах, необходимых для подтверждения оснований привлечения к субсидиарной ответственности. При этом ФИО2, не оспаривая свой статус контролирующего лица, участвовала в судебном заседании 10.09.2024, устно излагала свои возражения, представляла обосновывающие их документы, заявляла процессуальные ходатайства, также занимала активную позицию в обособленном споре об истребовании документов.

Относительно довода жалобы о том, что суд не дал оценку всем доказательствам, имеющимся в материалах дела, апелляционный суд отмечает, что в соответствии с частью 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений. То обстоятельство, что в судебном акте не названы какие-либо из имеющихся в деле доказательств либо доводы, не свидетельствует о том, что данные доказательства и доводы судом не исследовались до принятия судебного акта и не подвергались оценке. Иным доводам конкурсного управляющего дана надлежащая оценка, оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Выводы, приведенные судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте, суд апелляционной инстанции находит верными, мотивированными и соответствующими обстоятельствам дела. Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, не нарушено единообразие в толковании и применении норм права, в связи, с чем суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе в соответствии с нормой подпункта 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации составляет для юридических лиц 30 000 руб. Учитывая предоставление конкурсному управляющему отсрочки по уплате государственной пошлины до рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции и результат рассмотрения апелляционной жалобы, с ООО «ДВ-Меркурий» в доход федерального бюджета надлежит взыскать 30000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 15.05.2025 по делу №А51-22924/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Меркурий» в доход федерального бюджета 30 000 (тридцать тысяч) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

К.А. Сухецкая

Судьи

А.В. Ветошкевич

Т.В. Рева