9/2017-108241(3) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ 

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru  

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А70-10454/2017

г. Тюмень

18 декабря 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 13 декабря 2017года.  В полном объеме решение изготовлено 18 декабря 2017 года.  

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Игошиной Е.В., при ведении  протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем  судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело  по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2  (ОГРНИП 305720720900032, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной  ответственностью Торговый дом «Мик» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

о взыскании 1 911 820 руб. ущерба, 30 000 руб. расходов на проведение экспертизы, 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований: ФИО3, 

при участии в судебном заседании представителей: от истца – ФИО4 по доверенности от 05.10.2017, от ответчика - ФИО5 по доверенности от 20.10.2016, от третьего лица - явки нет, извещен, 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец,  предприниматель) обратился в Арбитражный суд Тюменской области с исковым  заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Торговый дом «Мик» (далее –  ответчик, общество) о взыскании 1 911 820 руб. ущерба, причиненного вследствие пожара  в здании по адресу: 

<

...> руб. расходов на проведение  экспертизы.  

Определением от 29.08.2017 к участию в деле в качестве третьего лица,  

не заявляющего самостоятельных требований, привлечена ФИО3  (далее – ФИО3).  

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования,  ссылаясь на причинение ответчиком убытков, по вине которого произошел пожар.  Приобщил к материалам дела дополнительные доказательства в обоснование размера  убытков (статья 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее  – АПК РФ).  

Представитель ответчика в судебном заседании с иском не согласен по следующим  основаниям: обществом были приняты надлежащие меры по обеспечению здания  электроснабжением с соблюдением действующих требований пожарной безопасности  (неоднократно проводилась огнезащитная обработка деревянных конструкций,  осуществлялись проверки и техническое обслуживание пожарной сигнализации  

и системы автоматического пожаротушения, климатических сплит-систем 

и кондиционеров, систем наружного видеонаблюдения, испытание электроустановок);  доказательства несоблюдения требований, предъявляемых к обработке деревянных  конструкций здания, в момент возникновения пожара отсутствуют; комиссия служебного  расследования общества установила, что вероятно виновным в возникновении пожара  

и, соответственно, в причинении ущерба, по мнению истца, являются арендатор  

ФИО3, не соблюдавшая требования пожарной безопасности при эксплуатации  арендуемого помещения; по материалам уголовного дела лицо, подлежащее привлечению  в качестве обвиняемого, не установлено, поэтому не доказана совокупность условий,  необходимых для привлечения общества к гражданско-правовой ответственности в виде  возмещения убытков, а также не установлены факт наличия и размер ущерба;  ответственность за нарушение требований пожарной безопасности должен нести  арендатор; отсутствуют доказательства приобретения товара истцом; в арендуемом  помещении отсутствовала объективная возможность разместить весь товар; факт  приобретения товара не подтверждает факт наличия этого товара в момент пожара (отзыв  и дополнения к нему – том 1 л.д. 1-10, том 2 л.д. 47-48). На вопросы суда представитель  ответчика пояснил, что отсутствуют доказательства оплаты товара истцом,  

а следовательно, факт несения расходов не доказан, но о фальсификации представленных  истцом доказательств не заявляет.  

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, о времени и месте  рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В материалы дела представлен отзыв,  

в котором указано на недоказанность вины ФИО3 в случившемся 08.05.2016  пожаре (отзыв – том 2 л.д. 10-10-12).  

Судом в судебном заседании обозревались подлинники товарных чеков, договоров на  оказание услуг и приложений к ним.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу  об удовлетворении заявленных исковых требований частично.  

Судом установлено, что обществу на праве собственности принадлежит нежилое  строение (торгово-развлекательный центр) литер А, этажность 2, площадью 3 828.8 кв.м,  расположенное по адресу: 

<

...>,  

что подтверждается свидетельством о государственной регистрации прав от 20.03.2007   № 72 НК 686159 (том 2 л.д. 141).  

Между предпринимателем (арендатор) и обществом (арендодатель) заключен договор  аренды нежилой площади от 01.04.2015 № 09/15 (, далее – договор аренды, том 1 л.д. 13- 14), по условиям которого арендодатель предоставил арендатору часть площади в  нежилом помещении торгового центра, расположенном по адресу: г. Ялуторовск,  

ул. Ленина, 15, оборудованное самим арендатором для торговли: промышленными  товарами, согласно утвержденного ассортиментного перечня (пункт 1.1 договора аренды).  

Данный факт ответчиком не оспаривается. 

В здании вышеуказанного торгового центра 08.05.2016 произошел пожар. Согласно  справке от 12.05.2016 № 400-2-16-1-69 межрайонного отдела надзорной деятельности  

и профилактической работы № 8 главного управления МЧС по Тюменской области (том 1  л.д. 37) в результате пожара уничтожено имущество на втором этаже, пролиты водой 1  этаж и цокольный этаж здания.  

По результатам оценки ущерба, произведенной Торгово-промышленной палатой  Тюменской области на основании поручения предпринимателя (заключение эксперта  

от 23.06.2017 № 042-01-00146, том 1 л.д. 15-36), размер ущерба составляет 1 911 820 руб.,  количество поврежденного товара: швейные изделия – 686 единиц, оборудование – 7  единиц.  

По факту пожара СО МО МВД РФ «Ялуторовский» было возбуждено уголовное дело   № 20160246/10. Истец в рамках указанного уголовного дела была признана потерпевшей  (постановление от 08.05.2016 – том 1 л.д. 129-130).  

Полагая, что лицом, ответственным в причинении ущерба, является общество,  предприниматель обратился в суд с настоящим иском.  

Заявленные исковые требования соответствуют действующему законодательству. 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)  лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему  убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем  размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата  или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы,  которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его  право не было нарушено (упущенная выгода).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности 

или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица,  подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

Суд при рассмотрении требования о возмещении внедоговорного вреда должен  установить наличие вреда и его размер, противоправность поведения лица, причинившего  вред, причинную связь между наступившими убытками и действиями (бездействием)  причинителя вреда, а также его вину, за исключением случаев, когда ответственность  наступает без вины.  

Согласно правилу, установленному пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее  вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его  вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины  причинителя вреда.  

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 

от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено,  что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в  результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения  обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).  

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи  401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения  вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя  доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или  причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда  предполагается, пока не доказано обратное.  

Таким образом, установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя  вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик  (статья 65 АПК РФ).  

Судом установлено и следует из материалов дела, что факт пожара в здании  торгового центра подтвержден, а следовательно, в соответствии с положениями пункта 2  статьи 1064 ГК РФ ответчик освобождается от ответственности если докажет, что ущерб  причинен не по его вине.  

Возражая против удовлетворения иска, ответчик указал, что пожар произошел 

по вине арендатора павильона № 10 ФИО3, использовавшей дополнительное  электрооборудование без согласования с арендодателем со ссылкой на служебное  расследование по факту пожара от 11.05.2016 (том 2 л.д. 203-205), согласно которому  наиболее вероятной причиной пожара явилось использование дополнительных  электроприборов (камеры видеонаблюдения, ноутбук и отпаривать, включенные в розетку  через удлинитель), нарушение правил противопожарной безопасности арендатором  ФИО3 (пункт 2.2.2, 2.2.3. 2.2.13 договора аренды) и нарушение правил внутреннего  распорядка.  

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания  принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.  

Общие правовые вопросы регулирования в области обеспечения пожарной  безопасности, отношения между учреждениями, организациями и иными юридическими  лицами независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, между  общественными объединениями, должностными лицами и гражданами определены  положениями Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности»  (далее - Закон № 69-ФЗ).  

В силу части 1 статьи 38 Закона № 69-ФЗ ответственность за нарушение требований  пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут,  

в частности, собственники имущества, а также лица, уполномоченные владеть,  пользоваться или распоряжаться имуществом.  

Таким образом, обязанность по сдаче в аренду помещений, отвечающих требованиям  пожарной безопасности, лежит на арендодателе, а обязанность по поддерживанию  арендованного имущества в исправном состоянии - на арендаторе.  

Пожарная безопасность объекта защиты считается обеспеченной, если в полном  объеме выполнены обязательные требования пожарной безопасности, установленные  федеральными законами о технических регламентах, и пожарный риск не превышает  допустимых значений (часть 1 статьи 6 Федерального закона от 22.07.2008 № 123-ФЗ  «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности»).  

Пунктом 40 Правил противопожарного режима в Российской Федерации,  утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 25.04.2012  

 № 390 (далее – Правила № 390) запрещено оставлять по окончании рабочего времени не обесточенными электроустановки и бытовые электроприборы в помещениях, 

в которых отсутствует дежурный персонал, за исключением дежурного освещения, систем  противопожарной защиты, других электроустановок и электротехнических приборов, если  это обусловлено их функциональным назначением и (или) предусмотрено требованиями  инструкции по эксплуатации.  

Подпункт «е» пункта 42 Правил № 390 также содержит запрет на оставление  без присмотра включенными в электрическую сеть электронагревательные приборы  и другие бытовые электроприборы, в том числе находящиеся в режиме ожидания,  за исключением электроприборов, которые могут и (или) должны находиться  

в круглосуточном режиме работы в соответствии с инструкцией завода-изготовителя.  

Согласно заключению экспертов от 16.05.2016 № 127-ДП-78-16 федерального  государственного бюджетного учреждения «Судебно-экспертное учреждение Федеральной  противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по  Тюменской области» (далее - ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ, заключение № 127-ДП-78-16, том 1  л.д. 43-59), составленному в рамках уголовного дела, очаг пожара, произошедшего  08.05.2016 в здании торгового дома общества, расположенном по адресу: 

<

...>, находился в северо-западной части второго этажа  торгового центра, в районе торгового павильона № 10. Технической причиной  возникновения данного пожара послужили аварийные явления, возникающие  

при эксплуатации электроустановок. 

Из технического заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по результатам исследования  предметов изъятых с места пожара от 23.05.2016 № 929-3-8 (том 1 л.д. 71-89) следует, что  на участках медных жил из пакетов № 6, № 8, № 9 были обнаружены оплавления, которые  образовались в результате действия электрической дуги, что свидетельствует о  том, что на момент возникновения аварийных режимов работы данные участки  электропроводов были подключены к электрической сети и находились под напряжением.  При исследовании представленных объектов, на участках медных жил из пакетов № 6,  

 № 8, № 9 имеются следы аварийной работы электродугового происхождения. Результаты,  

полученные при проведении металлографического исследования, свидетельствуют  

о том, что оплавления № 1, № 2 (из пакета № 6 (условно)) № 3 (из пакета № 8 (условно)),   № 5 (из пакета № 9 (условно) образовались в результате первичного короткого замыкания  (ПКЗ). Медная жила (оплавление № 4) имеет признаки нагрева до 900 °C. Оплавление № 6  (из пакета № 9 (условно)) образовалось в результате вторичного короткого замыкания  (ВКЗ). Данные объекты, с признаками первичного короткого замыкания могли являться  причиной возникновения пожара.  

В заключении № 127-ДП-78-16 отражено, что на втором этаже торгового центра  после его закрытия электричество отключалось, за исключением дежурного освещения  

и электророзетки, расположенной в торговом павильоне № 10. Из пояснений работников  общества (директора, администраторов, электриков), зафиксированным в экспертном  заключении № 127-ДП-78-16, следует, что названные лица были осведомлены о наличии  

в торговом павильоне № 10, арендуемом ФИО3, дополнительного  электрооборудования: видеокамеры, ноутбука, источника бесперебойного питания,  кассового аппарата, банковского терминала, установленного, со слов арендатора  

ФИО3, еще в 2011 году, а также о том, что в электрощите, расположенном  

на втором этаже торгового центра все автоматы, кроме одного, отключались, автомат,  который шел на розетки павильона № 10, оставался включенным, на нем была наклеена  бумага с надписью от руки «Не выключать».  

Сведения о том, кто дал распоряжение не выключать данный автомат, в материалах  дела отсутствуют.  

Проанализировав вышеприведенные объяснения, суд приходит к выводу о том,  

что администраторы торгового центра видели и знали о подключении дополнительного  оборудования в павильоне № 10. Между тем, мер, направленных на предотвращение  пожара, ни по отключению самовольно присоединенного третьим лицом оборудования, ни  по обесточиванию автомата, который шел на розетки павильона № 10, сотрудниками  ответчика предпринято не было.  

Как было указано выше, причиной возникновения пожара послужили аварийные  явления, возникающие при эксплуатации электроустановок, очаг пожара находился  

в районе торгового павильона № 10. Доказательств того, что очаг пожара находился  именно в торговом павильоне № 10, материалы дела не содержат.  

В Заключении № 127-ДП-78-16 установлено, что ввиду отсутствия в представленных  на исследование материалах подробной схемы электроснабжения торговых павильонов,  расположение электророзеток, путей и линий освещения, определить принадлежность  фрагментов медных жил с оплавлениями к определенному участку электрической цепи  торгового центра, либо к какому-либо оборудованию по представленным материалам  проверки, с учетом термических повреждений в очаговой зоне пожара, не представляется  возможным.  

В заключении специалиста ФИО6 от 18.08.2017 (том 2 л.д. 11-37),  представленным ответчиком, также указано, что определить принадлежность фрагментов  медных жил с оплавлениями к определенному участку электрической цепи торгового  центра либо к какому-либо оборудованию по представленным материалам с учетом  термических повреждений в очаговой зоне не представляется возможным.  

Таким образом, в отсутствие сведений о схеме электрической сети, соответствии  

ее проектной документации, в отсутствие доказательств доведения до сведения всех  пользователей особенностей эксплуатации электротехнического оборудования, общество  не доказало отсутствие вины в возникшем пожаре.  

Обязанность по сдаче в аренду помещений, отвечающих требованиям пожарной  безопасности, лежит на арендодателе, при этом у него возникла обязанность перед истцом  по надлежащему содержанию и эксплуатации всего торгового центра, а не только  нескольких метров, занимаемых предпринимателем.  

На момент рассмотрения спора, доказательств вины третьих лиц в возникновении  пожара в материалы дела не представлено.  

Кроме того, согласно положениям пункта 21 Правил № 390 руководитель  организации осуществляет проверку состояния огнезащитной обработки (пропитки)  

в соответствии с инструкцией завода-изготовителя с составлением протокола проверки  состояния огнезащитной обработки (пропитки). Проверка состояния огнезащитной  обработки (пропитки) при отсутствии в инструкции сроков периодичности проводится  

не реже 1 раза в год. 

Ответчиком в материалы дела представлен протокол испытаний по контролю  качества огнезащитной обработки деревянных конструкции от 09.11.2006 № 2158,  Протокол испытаний по контролю качества огнезащитной обработки деревянных  конструкций от 03.06.2013 № 334 (том 2 л.д. 146, 161).  

Иных документов, подтверждающих проведение проверки состояния огнезащитной  обработки, в сроки, установленные положениями пункта 21 Правил № 390, ответчиком  

в нарушение требований статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено. 

Между тем, как следует из Технического заключения по результатам исследования  образцов древесины от 24.05.2016 № 930-2-4 ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Тюменской  области (далее – заключение № 930-2-4, том 1 л.д. 62-68), отобранные из представленных  образцов древесины не выдержали испытания по проверке качества огнезащитной  обработки согласно требованиям ГОСТ Р 53292-2009 «Огнезащитные составы и вещества  для древесины и материалов на ее основе. Общие требования. Методы испытаний»,  следовательно, на представленных образцах могут быть следы огнезащитной обработки,  но качество огнезащитной обработки нормативным требованиям не соответствует.  

При изложенных обстоятельствах, оценивая представленные доказательства 

и объяснения представителей сторон в совокупности (статья 71 АПК РФ), суд, установив,  что очаг пожара находился в районе расположения торгового павильона № 10 в здании,  принадлежащем обществу, причиной возникновения пожара послужили аварийные  явления, возникающие при эксплуатации электроустановок, а лицо, виновное в пожаре  

в рамках уголовного дела не установлено, суд приходит к выводу о том, что именно  ответчик как собственник здания не проявил надлежащую осмотрительность  

и не исполнил обязанности по обеспечению требований пожарной безопасности  и предотвращению аварийного пожароопасного режима работы электрооборудования,  

что повлекло уничтожение имущества, находящегося в павильоне, арендуемом истцом.  

Доводы ответчика о том, что срок службы огнезащитной обработки согласно  сертификату не истек на дату пожара, не принимаются во внимание, поскольку экспертом  при проведении исследования образцов древесины сделан вывод о несоответствии  качества огнезащитной обработки нормативным требованиям (заключение № 930-2-4).  

Ответчиком не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии вины иного лица (ФИО3). 

Акт служебного расследования от 11.05.2016 (том 2 л.д. 203-204) не может быть  признан надлежащим доказательством вины ФИО3 в произошедшем пожаре,  поскольку он составлен ответчиком в одностороннем порядке, без вызова ФИО3  

и других арендаторов, что не может свидетельствовать о его объективности, а также  подтверждать вину третьего лица.  

В такой ситуации при презумпции вины причинителя вреда, а равно презумпции  противоправного поведения причинителя вреда, следующей из принципа генерального  деликта, заключающегося в том, что всякое причинение вреда предполагается  противоправным (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 27.07.2010 № 4515/10), именно ответчику следовало доказать отсутствие  своей вины и противоправности своего поведения.  

Однако общество заняло позицию о необходимости доказывания противоположной  стороной наличия его вины в причинении вреда имуществу предпринимателя,  противоправности в поведении и установления точных причин возникшего пожара  

и причинителя вреда. При таких обстоятельствах, суд полагает, что общество приняло  

на себя негативные последствия в виде обязанности по возмещению ущерба,  причиненного истцу.  

Кроме того, суд принимает во внимание то, что причины возникновения пожара  обсуждались судами в рамках дел № А70-12563/2016, А70-11108/2016, А46-2006/2016,  

в связи с чем, при принятии судебного акта по настоящему делу суд не вправе  игнорировать установленные ранее судебными инстанциями обстоятельства  

(статья 16 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 14 от 05.06.2002 «О судебной практике по делам о нарушении правил  пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога  

либо в результате неосторожного обращения с огнем» вред, причиненный пожарами  личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению  

по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим  вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость  уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению  поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные  вызванные пожаром убытки.  

В пункте 12 постановления № 25 установлено, что размер подлежащих возмещению  убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1  статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть  отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом  случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех  обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности  ответственности допущенному нарушению.  

Согласно заключению оценщика размер ущерба предпринимателя, причиненного  

в результате пожара, произошедшего 08.05.2016, составляет 1 911 820 руб., при этом  количество поврежденного товара: швейные изделия – 686 единиц, оборудование – 7  единиц.  

Между тем предприниматель представил доказательства приобретения товара 

и его нахождения на момент пожара в торговом павильоне только в отношении швейных  изделий в количестве 686 единиц на сумму 1 845 300 руб. (товарные чеки,  инвентаризационные описи, тетрадь учета поступления товаров, тетрадь учета продаж,  информационные письма продавцов, договор на оказание услуг от 01.03.2015, акты  

о выполнении работ, акты приема-передачи товарно-материальных ценностей  на хранение, том 3).  

В частности, инвентаризационные описи не содержат сведений об оборудовании,  имевшемся у предпринимателя, что не позволяет достоверно установить,  

что оборудование на общую сумму 66 520 руб., приобретенное истцом по представленным  им товарным чекам, находилось в помещении в момент пожара. Иные документы  

в отношении оборудования в материалах дела отсутствуют. 

В отношении швейных изделий представитель истца в судебном заседании  13.12.2017 пояснил следующее: при закупке товара выдавались товарные чеки; товар  приобретался у поставщиков, применяющих как и истец, специальный налоговый режим,  поэтому иных документов, не имеется; доставка товара осуществлялась предпринимателем  ФИО7 по договору на оказание услуг от 01.03.2015 и при прибытии  в место назначения товар принимался им во временное хранение. Соответствующие  подтверждающие документы представлены в материалы дела.  

Информационные письма поставщиков – предпринимателей, полученных истцом 

в ходе судебного разбирательства, подтверждают факт продажи товара (женских платьев).  

Таким образом, оценив в совокупности, с учетом положений статей 67, 68, 71 и 75  АПК РФ, представленные доказательства, суд, установив противоправность действий  ответчика, а также причинно-следственную связь этих действий с причиненными истцу  убытками, полагает доказанным размер убытков в сумме 1 845 300 руб. В связи с чем  исковые требования подлежат удовлетворению в размере 1 845 300 руб.  

Доводы ответчика о том, что товарные чеки не являются надлежащими  доказательствами, в связи с чем, размер убытков не доказан, отклоняются судом  

как несостоятельные. 

В соответствии со статьей 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается  заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового  или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.  

Таким образом, товарный чек отнесен законом к способам подтверждения оплаты  товара.  

Представленные в материалы дела товарные чеки подписаны поставщиком 

и скреплены его печатью, содержат сведения о стоимости поставки, наименовании  и количестве товара, сумме оплаты.  

Кроме того, сопоставив товарные чеки с актами, свидетельствующим о доставке  этого товара (женских платьев) и принятии его на хранение, суд приходит к выводу  

о доказанности факта приобретения товара на сумму 1 845 300 руб. Подлинники названных документов (товарные чеки, акты оказанных услуг, акты 

о хранении) обозревались в судебном заседании, в установленном процессуальным  законом порядке из числа доказательств не исключены, об их фальсификации ответчиком  не заявлено (статья 161 АПК РФ), что позволяет использовать их в качестве относимых,  допустимых и достоверных доказательств.  

При этом исходя из пункта 3 статьи 10 ГК РФ о презумпции добросовестности  

и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в  арбитражном процессе, суд принимает во внимание, что содержащиеся  

в представленных истцом документах сведения ответчик посредством представления иных  доказательств не опроверг.  

Будучи собственником помещения, в котором произошел пожар, осознавая,  

что в этом помещении находится большое число арендаторов, осуществляющих торговую  деятельность и складирующие в своих торговых местах предназначенный для реализации  товар, общество не проявило требуемой от него заботливости и осмотрительности  

в совершении мероприятий по осмотру и фиксации причиненного ущерба  непосредственно после пожара, документально оформить с привлечением всех  заинтересованных лиц результаты состоявшегося осмотра. При таком бездействии  последующая (в суде) критика документов, представленных в обоснование иска,  

не устраняет их доказательственное значение и не опровергает состав и размер  определенных судом с разумной степенью достоверности убытков в удовлетворенной  части иска.  

Непредставление доказательств оплаты товара не свидетельствует о том, 

что на стороне истца не возникли убытки, вызванные уничтожением этого товара,  поскольку гибель товара не освобождает его от исполнения обязательств по его оплате  перед продавцами, товар с момента его получения находился в собственности  предпринимателя.  

Суд не принимает в качестве доказательства размера ущерба представленный  ответчиком отчет об оценке объекта оценки от 23.08.2017 № 49/17 (том 2 л.д. 38-138),  согласно которому рыночная стоимость объекта оценки (платья женские и оборудование  согласно товарных чеков, представленных в материалы дела) определена с учетом износа и  

функционального устаревания и составит 661 213 руб. по состоянию на 08.05.2016  

и 559 391 руб. по состоянию на 21.08.2017, поскольку определение процента износа 

и функционального устаревания в отсутствие предметов объекта является  предположительным, тем более что истец утверждает о том, что платья были новыми  

и находились в упаковке. 

Доводы ответчика о том, что истцом не доказана возможность размещения всего  товара на арендуемой площади (19,2 кв.м) также являются предположительными,  

а предпринимателем представлены фотографии торгового павильона, изготовленные  ему 18.10.2015 при заказе рекламы, с находящимся в нем швейными изделиями.  

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими  в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом  

со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся  

на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых  требований.  

 Истцу при подаче искового заявления была предоставлена отсрочка уплаты  государственной пошлины (определение от 08.08.2017).  

С учетом изложенного, в доход федерального бюджета Российской Федерации  подлежит взысканию государственная пошлина с ответчика в размере 31 307 руб., с истца  - в размере 1 111 руб.  

Истцом также заявлено требования о взыскании 30 000 руб. расходов на экспертизу. 

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства  

о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы,  понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием  доказательств до предъявления искового заявления, административного искового  заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение  таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до  предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости,  допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные  

с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом  

до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств,  подтверждающих размещение определенной информации в сети «Интернет»), расходы  

на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого  впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.  

Учитывая, что заключение эксперта от 23.06.2017 № 042-01-00146 является одним 

из доказательств по настоящему делу, расходы по данной экспертизы являются судебными  и относятся на ответчика.  

Руководствуясь статьями 167-171 АПК РФ, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Мик» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 305720720900032, ИНН 

<

***>) 1 845 300  руб. убытков, 30 000 руб. расходов на проведение экспертизы, всего 1 875 300  руб.  

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Мик»  

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 31 307 руб.  государственной пошлины.  

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2  (ОГРНИП 305720720900032, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета  

1 111 руб. государственной пошлины. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Восьмой арбитражный  апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы в Арбитражный суд Тюменской  области.  

 Судья Игошина Е.В.