ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

08 сентября 2022 года

Дело №А56-11846/2020/сд.1

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 08 сентября 2022 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Титовой М.Г., Юркова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:  

- от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 11.12.2020; 

- от ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 27.05.2022; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-11341/2022) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.03.2022 по обособленному спору № А56-11846/2020/сд.1 (судья ФИО6), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

установил:

ФИО2 12.02.2020 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области о признании её несостоятельной (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 10.03.2020 заявление ФИО2 принято к производству.

Решением суда первой инстанции от 08.07.2020 заявление ФИО2 признано обоснованным, в отношении неё введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.07.2020 № 126.

Финансовый управляющий ФИО7 30.07.2021 (зарегистрировано 09.08.2021) обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании договора дарения земельного участка с расположенным на нем домом от 22.04.2019 недействительным. Просил применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника 682 953 руб. 78 коп.

Определением суда первой инстанции от 16.03.2022 оспариваемый договор признан недействительным. С ФИО4 в конкурсную массу должника взыскано 682 953 руб. 78 коп..

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 16.03.2022 по обособленному спору № А56-11846/2020/сд.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает, что ответчик не знал и не мог знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности в момент заключения оспариваемого договора; должник и ответчик имели конфликтные взаимоотношения; рассматриваемое имущество получено должником по наследству, в результате чего ФИО2 принадлежит только ½ доли в спорном объекте недвижимости; стороны оспариваемой сделки не злоупотребляли своими правами при её заключении; реальная стоимость рассматриваемого недвижимого имущества существенно меньше суммы, заявленной финансовым управляющим к взысканию. 

Определением суда апелляционной инстанции от 19.04.2022 рассмотрение апелляционной жалобы назначено на 06.06.2022 в 10 час. 45 мин.

В отзыве ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы ФИО4 

04.05.2022 от ФИО4 в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство о вызове свидетелей, в удовлетворении которого было отказано. 

Определением суда апелляционной инстанции от 06.06.2022 в составе судей Герасимовой Е.А., Титовой М.Г., Тойвонена И.Ю. рассмотрение апелляционной жалобы отложено до 01.08.2022 в 10 час. 15 мин. в целях предоставления сведений о рыночной стоимости предмета сделки.  

26.07.2022 от финансового управляющего ФИО7 в материалы апелляционного производства поступило решение об оценке от 07.07.2022, согласно которому рыночная стоимость объектов составляет 584 000 руб. 

29.07.2022 от ФИО4 поступил отчет об оценке от 13.07.2022                     № 066/22-ЖН, в соответствии с которым рыночная стоимость объекта оценки составляет 357 000 руб.

Определением от 01.08.2022 в связи с нахождением судьи Тойвонена И.Ю. в очередном ежегодном отпуске суд апелляционной инстанции заменил судью Тойвонена И.Ю. на судью Юркова И.В. для рассмотрения апелляционной жалобы ФИО4, в связи с чем рассмотрение дела начато сначала.

Протокольным определением от 01.08.2022 в составе судей Герасимовой Е.А., Титовой М.Г., Юркова И.В. суд приобщил к материалам апелляционного производства представленные сторонами решение и отчет об оценке и отложил судебное разбирательство на 05.09.2022 в целях ознакомления сторон обособленного спора с дополнительными документами. 

31.08.2022 от ФИО4 в суд апелляционной инстанции поступили письменные пояснения по существу спора. 

В судебном заседании представители ФИО4 и ФИО2 поддержали доводы апелляционной жалобы. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, 22.04.2019 ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключили договор дарения:

- здания площадью 38,2 кв.м. с кадастровым номером 47:01:0000000:47739, расположенного по адресу: Ленинградская область, Выборгский муниципальный район, Селезневское сельское поселение, пос. Кравцово, садоводческое некоммерческое товарищество «Аграрник», уч. 122;

- земельного участка площадью 600 кв.м. с кадастровым номером 47:01:1037001:30, расположенного по адресу: Ленинградская область, Выборгский муниципальный район, Селезневское сельское поселение, пос. Кравцово, СНТ «Аграрник», уч. № 122. 

Право собственности ФИО4 на вышеуказанные объекты недвижимости 12.05.2019 зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ленинградской области.

При этом сделка совершена между заинтересованными лицами, поскольку ФИО4 является сыном ФИО2

В соответствии с правовой позицией финансового управляющего ФИО7 договор дарения от 22.04.2019 заключен сторонами с целью сделать невозможным обращение взыскания на недвижимое имущество в процедуре банкротства. По мнению заявителя, оспариваемая сделка является недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, признавая оспариваемую сделку недействительной, исходил из того, что она заключена в период наличия у должника признаков неплатежеспособности с заинтересованным лицом, при наличии цели и фактическом причинении имущественного вреда кредиторам.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223                АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

 

Как следует из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено 10.03.2020, оспариваемый договор заключен 22.04.2019, регистрация права собственности осуществлена 12.05.2019.

В силу статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –ГК РФ) право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно пункту 3 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество – юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Государственной регистрации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество и сделки с ним в соответствии со статьями 130, 131, 132, 133.1 и 164 ГК РФ. В случаях, установленных федеральным законом, государственной регистрации подлежат возникающие, в том числе на основании договора, либо акта органа государственной власти, либо акта органа местного самоуправления, ограничения прав и обременения недвижимого имущества, в частности сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда, наем жилого помещения (пункты 5, 6 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Датой государственной регистрации прав является день внесения соответствующих записей о правах в Единый государственный реестр прав.

В силу части 2 статьи 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие регистрации, возникают, изменяются, прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для лиц, не являющихся сторонами сделки, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 ГК РФ).

Таким образом, для финансового управляющего и кредиторов должника, не являющихся сторонами оспариваемой сделки, отчуждение имущества должника в пользу ФИО4 возникло с момента государственной регистрации права собственности на объекты недвижимости (12.05.2019), следовательно, именно указанную дату следует считать датой заключения оспариваемого договора для целей определения периода подозрительности. 

При таких обстоятельствах оспариваемый договор дарения может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

Как установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.11.2018 по делу № А56-68910/2018 с ФИО2 в пользу ООО «РК «Интарсия» было взыскано 9 550 000 руб. неосновательного обогащения, 4 403 250 руб. неустойки за нарушение сроков поставки, 424 320 руб. 90 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 14 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Указанные требования впоследствии ООО «РК «Интарсия» были уступлены в пользу АО «ЮрГарант».

Определением суда первой инстанции от 01.12.2020 в виде резолютивной части по обособленному спору № А56-11846/2020/тр.1 требования АО «ЮрГарант» в размере 14 904 297 руб. 90 коп. включены в реестр требований кредиторов и до настоящего времени не погашены. 

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что у должника на дату заключения оспариваемого договора дарения имелись признаки неплатежеспособности. 

При этом ответчик не мог не знать об указанных обстоятельствах, поскольку являлся сыном должника, что в силу положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве презюмирует его информированность о финансовом положении дарителя. Факт родства ответчика и должника подтверждается представленной ФИО2 в материалы дела копией паспорта (страницы 16-17).

Поскольку из конкурсной массы должника в пользу ответчика безвозмездно выбыл ликвидный актив - недвижимое имущество, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что конкурсным кредиторам причинен имущественный вред в размере не поступившей в конкурсную массу суммы от его реализации.

Принимая во внимание, что на момент заключения оспариваемого договора дарения должник имел признаки неплатежеспособности и ответчику об этом было известно, в соответствии с пунктом 7 постановления Пленума № 63 наличие цели в причинении имущественного вреда презюмируется.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств отвечает диспозиции положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и свидетельствует о недействительности оспариваемой сделки. 

Довод подателя апелляционной жалобы о том, что в результате заключения оспариваемого договора вред, причиненный кредиторам, был не существенный, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным, поскольку не опровергает сам факт причинения имущественного вреда. Более того, как указал суд первой инстанции, выбывшее безвозмездно недвижимое имущество являлось у должника единственным ликвидным активом, о наличии иного имущества у должника, достаточного для удовлетворения требований кредиторов, суду не сообщено, в материалах дела отсутствуют сведения о наличии такового, финансовым управляющим имущества, подлежащего реализации, не выявлено. 

Доводы ответчика и должника о том, что в случае признания сделки недействительной и пополнения конкурсной массы, требования кредиторов будут удовлетворены в крайне незначительном размере с учетом большого размера реестра, не являются основанием для отказа в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной, отвечающей признакам подозрительности.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств свидетельствует о том, что должник умышленно совершил действия по отчуждению объектов недвижимости с целью избежания обращения на них взыскания.

Должник, действуя недобросовестно и в противоречие с интересами кредиторов, будучи собственником объектов недвижимости, по своей воле подарил объекты недвижимости своему сыну, одним из правовых последствий чего стала утрата им статуса собственника с одной стороны, и возникновение всей совокупности прав собственника на стороне покупателя недвижимости.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда предполагается, если после совершения сделки по передаче имущества должник  продолжал осуществлять пользование данным имуществом. 

В рассматриваемом случае после совершения сделки ее предмет оставался  в пользовании семьи должника притом, что юридически на это имущество невозможно было обратить взыскание ввиду перехода титульного права в пользу сына. Следовательно, при заключении сделки стороны преследовали цель причинить вред имущественным правам кредиторов в виде исключения имущества из состава потенциальной конкурсной массы должника путем его дарения заинтересованному лицу, что является недобросовестным и неразумным поведением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Судом первой инстанции установлено, что на дату вынесения судебного акта объекты недвижимости ответчиком были отчуждены (ответ Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 19.02.2021 № КУВИ-002/2021-14843450), в связи с чем в качестве применения последствий недействительности договора с ФИО4 в конкурсную массу ФИО2, подлежит взысканию их действительная стоимость.

В соответствии с представленным ответчиком в суд апелляционной инстанции отчетом об оценке от 13.07.2022 № 066/22-ЖН совокупная рыночная стоимость имущества составила 357 000 руб. 

Вместе с тем финансовым управляющим в материалы обособленного спора на стадии разбирательства в суде первой инстанции представлено решение об оценке от 27.07.2021 № 28, согласно которому стоимость отчужденного земельного участка с находящимся на нем зданием составила 682 953 руб. 78 коп. В ходе апелляционного производства финансовый управляющий представил еще одно решение об оценке от 07.07.2022, в соответствии с которым стоимость объектов составила 584 000 руб.

При этом совокупная кадастровая стоимость рассматриваемых объектов недвижимости составляет 719 763 руб. 36 коп. (282 930 руб. за земельный участок и 436 833 руб. 36 коп. за здание).  

О назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости объектов лицами, участвующими в деле, не заявлено ни в суде первой инстанции, ни в апелляционном суде.

По мнению апелляционного суда, представленный ответчиком в материалы апелляционного производства отчет об оценке недвижимости от 13.07.2022                      № 066/22-ЖН, согласно которому рыночная стоимость объектов составляет               357 000 руб., то есть значительно ниже кадастровой стоимости, не является надлежащим доказательством по делу. Так, в отчете указано, что рыночная стоимость здания площадью 38,2 кв.м. с кадастровым номером 47:01:0000000:47739 и земельного участка площадью 600 кв.м. с кадастровым номером 47:01:1037001:30 определена исходя из состояния дома – требует ремонта/аварийное.

Однако из материалов дела не следует и ответчиком документально не подтверждено, что дом на дату его отчуждения находился в аварийном состоянии, не представлены документы по техническому состоянию дома, акты обследования или иные доказательства, свидетельствующие об аварийности дома. Вместе с тем оценщик, определяя рыночную стоимость объектов, исходил именно из данного состояния имущества, что могло привести к некорректному результату и существенному занижению рыночной стоимости, в связи с чем такой отчет не может быть признан апелляционным судом достоверным.

При этом оценка, произведенная финансовым управляющим в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции на сумму 682 953 руб. 78 коп., максимально приближена к кадастровой стоимости объектов и правомерно использована судом первой инстанции с учетом того, что ходатайства об экспертизе никто из лиц, участвующих в деле, не заявил.

Апелляционный суд в этой связи принимает во внимание, что категория «рыночная стоимость» не является абсолютно достоверной, по большей части вариативна и зависит от множества факторов. В данном случае апелляционный суд исходит из средней рыночной цены, исходя из всех представленных в дело документов в совокупности с данными выписки из Единого государственного реестра недвижимости о кадастровой стоимости объектов.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции в силу положений пункта 1 стать 61.6 Закона о банкротстве обоснованно обязал ответчика возвратить в конкурсную массу должника 682 953 руб. 78 коп. 

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.03.2022 по обособленному спору № А56-11846/2020/сд.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

М.Г. Титова

 И.В. Юрков