СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-363/2023-АК

г. Пермь

25 октября 2023 года

Дело № А50-3251/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 октября 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Шаламовой Ю.В.,

судей Васильевой Е.В., Якушева В.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца: Кочева О.В.. паспорт, доверенность от 31.01.2023, диплом; Григорьева Г.А., паспорт, доверенность от 20.02.2023, диплом;

от ответчика: ФИО4. удостоверение, доверенность от 21.12.2022, диплом; ФИО5, удостоверение, доверенность от 21.12.2022, диплом;

от иных лиц не явились,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу заявителя, общества с ограниченной ответственностью «Природоохрана и производство»,

на решение Арбитражного суда Пермского края 

от 07 августа 2023 года 

по делу № А50-3251/2022

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Природоохрана и производство» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Перми (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

соответчик: Инспекция Федеральной налоговой службы № 18 по г. Москве (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо: индивидуальный предприниматель ФИО6 (ОГРНИП 307590301100011, ИНН 

<

***>)

о признании недействительным решения от 17.09.2021 № 05-27/037579 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермском краю от 13.01.2022 № 18-18/713,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Природоохрана и производство» (далее - заявитель, общество, ООО «ПИП», налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением к Инспекцией Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Перми (далее – заинтересованное лицо налоговый орган, инспекция) о признании частично недействительным решения от 17.09.2021 № 05-27/037579 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 13.01.2022 № 18-18/713 (с учетом уточнения требований принятых судом в порядке статьи 49 АПК  РФ).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 07.12.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023, заявленные требования удовлетворены частично. Признано недействительным вынесенное Инспекцией Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Перми решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 17.09.2021 № 05-27/037579, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 13.01.2022 № 18-18/713, в части доначисления налога на прибыль организаций и налога на добавленную стоимость без учета расходов и налоговых вычетов, понесенных от имени индивидуального предпринимателя ФИО6 (ОГРНИП 307590301100011, ИНН 

<

***>) в сумме 1 280 721 руб. 73 коп., в том числе налог на добавленную стоимость в сумме 37 580 руб., а также определения налоговых обязательств общества с ограниченной ответственностью «Природоохрана и производство» без учета показателей уточненных налоговых деклараций по налогу на прибыль организаций за 2016, 2017, 2018 годы, а также в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 44 237 руб., налога на прибыль организаций в сумме 49 152 рублей в связи с допущенными арифметическими ошибками при определении налоговых обязательств, начисления соответствующих сумм пеней за неуплату в срок налога на прибыль организаций, налога на добавленную стоимость, применения соответствующих штрафов. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.05.2023 решение суда Арбитражного суда Пермского края от 07.12.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023 по настоящему делу отменены в части отказа в удовлетворении требований заявителя о признании недействительным решения инспекции в части доначисления налога на прибыль организаций, НДС, пеней и штрафа по договорам аренды с ИП ФИО6 В указанной части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 07 августа 2023 года в удовлетворении заявленных обществом требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, заявитель обратился с апелляционной жалобой. 

Заявитель, по доводам апелляционной жалобы, просит отменить в части отказа в удовлетворении заявленных требований, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель настаивает на наличии деловой цели, которая преследовалась обществом при формировании гражданско-правовых отношений между налогоплательщиком и ИП ФИО6 В обоснование наличия экономически обоснованных мотивов (деловой цели) при совершении налогоплательщиком спорных сделок и доказательства экономической эффективности деятельности ООО «ПИП» в 2016-2018гг. общество ссылается на заключение специалистов АНО «Палата судебных экспертиз» № 10/2023 от 17.07.2023. Налогоплательщик настывает на том, что договорная цена аренды 1 квадратного метра определялась правомерно, исходя из экономических и рыночных предпосылок. Полагает, что Арбитражный суд Пермского края вышел за пределы указаний суда кассационной инстанции, обязательных в силу части 2.1 статьи 289 АПК РФ, допустив процессуальное нарушение. В Постановлении от 17.05.2023 года Арбитражный суд Уральского округа указал на необходимость применения к настоящему спору судебной доктрины деловой цели, согласно которой всякая сделка, при которой происходит минимизация налогообложения, должна преследовать деловую цель: по существу экономическая эффективность сделок становиться основным критерием оценки добросовестности налогоплательщика. Повторно настаивает на том, что материалами дела опровергается выводы суда о создании налогоплательщиком фиктивного документооборота с номинальным контрагентом.

Налоговый орган представлен письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому с доводами апелляционной жалобы заинтересованное лицо не согласно, считает их несостоятельными, неподлежащими удовлетворению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители заявителя и налогового органа поддержали доводы апелляционной жалобы и письменного отзыва соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Представленные ООО «Природоохрана и производство» объяснения приобщены судом к материалам дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как усматривается из материалов дела, должностным лицами инспекции проведена выездная налоговая проверка деятельности общества за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, по результатам которой составлен акт проверки от 18.11.2020 № 04-25/06122дсп, фиксирующий выявленные нарушения законодательства о налогах и сборах.

17.09.2021 инспекцией вынесено решение № 05-27/037579 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым обществу по выявленным нарушениям доначислены налог на добавленную стоимость, налог на прибыль организаций, страховые взносы в общей сумме 33 607 170 руб. 60 коп., начислены пени за неуплату в установленный срок НДС, налога на прибыль организаций, страховых взносов в сумме 14 290 626,50 руб., а также применены налоговые санкции по пункту 1 статьи 126, статье 123, пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее также – Кодекс, НК РФ) в общем размере 2 823 300 руб. (при установленных обстоятельствах, смягчающих налоговую ответственность штрафы снижены в 2 раза).

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 13.01.2022 № 18-18/713 апелляционная жалоба общества на ненормативный акт инспекции частично удовлетворена, решение от 17.09.2021 № 05-27/037579 отменено в части следующих эпизодов нарушения законодательства о налогах и сборах:

- включения налогоплательщиком в состав расходов по налогу на прибыль 2018 год представительских расходов в размере, превышающем ограничение, установленное пунктом 2 статьи 264 НК РФ;

- неисчисления и неудержания обществом НДФЛ с материальной выгоды от экономии на процентах по займам, выданным ФИО7, ФИО8, ФИО9;

- представления ООО «Природоохрана и производство» в налоговый орган недостоверных сведений о выплаченных доходах физическим лицам, суммах начисленного, удержанного и перечисленного в бюджетную систему Российской Федерации налога на доходы физических лиц (справки формы 2-НДФЛ) в отношении ФИО7, ФИО8, ФИО9 (неотражение дохода в виде материальной выгоды от экономии на процентах за пользование заемными денежными средствами).

Полагая, что ненормативный акт Инспекции от 17.09.2021 № 05-27/037579, не соответствует НК РФ и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании указанного решения инспекции от 17.09.2021 № 05-27/037579, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 13.01.2022 № 18-18/713, недействительным.

При этом выводы налогового органа о неполной уплате страховых взносов в 2017 году в сумме 543,60 рублей, в 2018 году в сумме 1620,00 рублей, общество признало, задолженность уплатило.

Как ранее было указано, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.05.2023 решение суда Арбитражного суда Пермского края от 07.12.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023 по настоящему делу отменены в части, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края в части отказа в удовлетворении требований заявителя о признании недействительным решения Инспекции в части доначисления налога на прибыль организаций, НДС, пеней и штрафа по договорам аренды с ИП ФИО6

Согласно части 2.1 статьи 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Судом кассационной инстанции сделан вывод о том, что судами первой и апелляционной инстанций не дана оценка доводам общества о наличии деловой цели при заключении сделок, при рассмотрении спора вопрос об экономической эффективности деятельности общества не получил разрешения. Судами не установлена вся совокупность обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора по существу.

По результатам повторного рассмотрения дела, судом первой инстанции отказано в удовлетворении требований заявителя.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В силу части 1 статьи 198, статьей 200, 201 АПК РФ для признания недействительным ненормативного правового акта, решения органа, осуществляющего публичные полномочия, должностных лиц, необходимо установить наличие двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта, решения закону или иному нормативному правовому акту и нарушение указанным ненормативным правовым актом, решением прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации, статьями 3, 23 НК РФ каждый налогоплательщик обязан платить законно установленные налоги.

Согласно правовой позиции, отраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.1996 № 20-П, налог - необходимое условие существования государства, поэтому обязанность платить налоги, закрепленная в статье 57 Конституции Российской Федерации, распространяется на всех налогоплательщиков в качестве безусловного требования государства; налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства.

В Постановлении от 14.07.2005 № 9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет публично-правовой, а не частноправовой (гражданско-правовой) характер. Ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой, а именно: налогоплательщику вменяется в обязанность своевременно и в полном объеме уплатить суммы налога, а налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит полномочие обеспечить ее исполнение налогоплательщиком. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы, - иначе нарушались бы воплощенный в статье 57 Конституции Российской Федерации конституционно защищаемый публичный интерес и связанные с ним права и законные интересы налогоплательщиков, публично-правовых образований, государства в целом.

В силу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, отраженных в Определениях от 08.04.2004 № 168-О, № 169-О, недопустима ситуация, когда с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создаются и применяются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, приводящие к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков.

Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

На основании пункта 7 статьи 3 НК РФ судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

При этом налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами, целями делового характера. В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Применение искусственных юридических конструкций для хозяйственных операций, не содержащих признаков противоправности, но лишенных хозяйственного смысла и не имеющих объяснений неналоговыми причинами, рассматривается как злоупотребление правом в сфере налоговых правоотношений.

При этом, учреждение налогоплательщиком нового хозяйствующего субъекта само по себе не говорит о формальном разделении бизнеса, целью которого является получение необоснованной налоговой выгоды. Если налогоплательщик и вновь учрежденное лицо осуществляют самостоятельные виды деятельности, которые не являются частью единого производственного процесса, направленного на достижение общего экономического результата, основания для признания налоговой выгоды необоснованной отсутствуют.

Однако, в рамках мероприятий налогового контроля налоговыми органами могут быть установлены факты снижения налогоплательщиками своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика. При этом, получение необоснованной налоговой выгоды достигается в результате применения инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, формально соответствующих действующему законодательству.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.2017 № 1440-О также сделал вывод о том, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Характерными примерами такого «искажения» являются: создание схемы «дробления бизнеса», направленной на неправомерное применение специальных режимов налогообложения; совершение действий, направленных на искусственное создание условий по использованию пониженных налоговых ставок, налоговых льгот, освобождения от налогообложения; создание схемы, направленной на неправомерное применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения; нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения).

К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: неотражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения (письмо ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@).

В случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), то это, в свою очередь, предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений НК РФ, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора.

В силу пункта 1 статьи 346.15 НК РФ налогоплательщики, уплачивающие налог в связи с применением упрощенной системы налогообложения (далее - УСН), при определении объекта налогообложения учитывают следующие доходы: доходы от реализации, определяемые в соответствии со статьей 249 НК РФ; внереализационные доходы, определяемые в соответствии со статьей 250 НК РФ.

Исходя из положений статьи 249 НК РФ доходом от реализации признается выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных в расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах.

Согласно пункту 4 статьи 346.13 НК РФ, если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 НК РФ, превысили 60 млн. рублей, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение УСН с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Указанная величина предельного размера доходов налогоплательщика, ограничивающая его право на применение УСН, подлежит индексации в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 346.12 Налогового кодекса.

Освобождение от уплаты определенных видов налогов и применение льготного режима налогообложения, в частности, предусмотренного главой 26.2 Кодекса, являются налоговой экономией, которая в зависимости от установленной совокупности обстоятельств, указывающих на искусственное создание налогоплательщиком условий для ее получения, может быть признана необоснованной.

Объектом налогообложения при применении упрощенной системы налогообложения признаются: доходы либо доходы, уменьшенные на величину расходов (пункт 1 статьи 346.14 НК РФ). Согласно пункту 2 статьи 346.14 НК РФ выбор объекта налогообложения осуществляется самим налогоплательщиком, за исключением случая, предусмотренного пунктом 3 этой статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.15 НК РФ налогоплательщики, уплачивающие налог в связи с применением упрощенной системы налогообложения, при определении объекта налогообложения учитывают следующие доходы: доходы от реализации, определяемые в соответствии со статьей 249 этого Кодекса; внереализационные доходы, определяемые в соответствии со статьей 250 НК РФ.

Исходя из положений статьи 249 НК РФ, доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных в расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах.

При определении объекта налогообложения при применении УСН не учитываются доходы, указанные в статье 251 НК РФ (подпункт 1 пункта 1.1 статьи 346.15 НК РФ).

Пунктом 1 статьи 346.17 НК РФ предусмотрено, что в целях применения главы 26.2 Кодекса датой получения доходов признается день поступления денежных средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности (оплаты) налогоплательщику иным способом (кассовый метод).

На основании пункта 1 статьи 346.18 НК РФ, если объектом налогообложения являются доходы организации или индивидуального предпринимателя, применяющего упрощенную систему налогообложения, налоговой базой признается денежное выражение доходов организации или индивидуального предпринимателя

Как предусмотрено статьей 346.19 НК РФ, налоговым периодом при исчислении налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, признается календарный год (пункт 1 статьи 346.19 НК РФ); отчетными периодами признаются первый квартал, полугодие и девять месяцев календарного года (пункт 2 статьи 346.19 НК РФ).

В силу пункта 1 статьи 346.20 НК РФ, если объектом налогообложения являются доходы, налоговая ставка устанавливается в размере 6 процентов.

Пунктом 1 статьи 346.21 НК РФ определено, что налог в связи с применением УСН исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы, если иное не установлено этим пунктом.

Сумма налога по итогам налогового периода определяется налогоплательщиком самостоятельно (пункт 2 статьи 346.21 НК РФ).

На основании пункта 5 статьи 346.21 НК РФ ранее исчисленные суммы авансовых платежей по налогу в связи с применением УСН засчитываются при исчислении сумм авансовых платежей по налогу за отчетный период и суммы налога в связи с применением УСН за налоговый период.

На основании пункта 3 статьи 346.11 НК РФ применение УСН индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на доходы физических лиц (в отношении доходов, полученных от предпринимательской деятельности, за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 2, 4 и 5 статьи 224 НК РФ), налога на имущество физических лиц (в отношении имущества, используемого для предпринимательской деятельности).

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

На основании пункта 1 статьи 153 НК РФ налоговая база по НДС при реализации товаров (работ, услуг) определяется налогоплательщиком в соответствии с настоящей главой в зависимости от особенностей реализации произведенных им или приобретенных на стороне товаров (работ, услуг). При передаче товаров (выполнении работ, оказании услуг) для собственных нужд, признаваемых объектом налогообложения в соответствии со статьей 146 Кодекса, налоговая база определяется налогоплательщиком в соответствии с главой 21 Кодекса.

Пунктом 2 статьи 153 НК РФ закреплено, что при определении налоговой базы по НДС выручка от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, полученных им в денежной и (или) натуральной формах, включая оплату ценными бумагами.

Согласно пункту 1 статьи 154 НК РФ налоговая база по НДС при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 105.3 Кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

Как установлено пунктом 1 статьи 167 НК РФ в целях главы 21 НК РФ моментом определения налоговой базы по НДС, если иное не предусмотрено пунктами 3, 7 - 11, 13 - 15 этой статьи, является наиболее ранняя из следующих дат: 1) день отгрузки (передачи) товаров (работ, услуг), имущественных прав; 2) день оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав. Пунктом 3 статьи 167 НК РФ закреплено, что в случаях, если товар не отгружается и не транспортируется, но происходит передача права собственности на этот товар, такая передача права собственности в целях главы 21 НК РФ приравнивается к его отгрузке, за исключением случая, предусмотренного пунктом 16 этой статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 НК РФ при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик (налоговый агент, указанный в пунктах 4, 5 и 5.1 статьи 161 Кодекса) дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму НДС.

Как определено пунктом 1 статьи 174 НК РФ, уплата НДС по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с подпунктами 1 - 3 пункта 1 статьи 146 НК РФ, на территории Российской Федерации производится по итогам каждого налогового периода исходя из фактической реализации (передачи) товаров (выполнения, в том числе для собственных нужд, работ, оказания, в том числе для собственных нужд, услуг) за истекший налоговый период равными долями не позднее 25-го числа каждого из трех месяцев, следующего за истекшим налоговым периодом, если иное не предусмотрено главой 21 НК РФ. Сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет, по операциям реализации (передачи, выполнения, оказания для собственных нужд) товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, уплачивается по месту учета налогоплательщика в налоговых органах (пункт 2 статьи 174 НК РФ).

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 НК РФ признаются для российских организаций полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Как определено пунктом 1 статьи 248 НК РФ к доходам в целях главы 25 НК РФ относятся: 1) доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее - доходы от реализации); 2) внереализационные доходы.

Доходы от реализации определяются в порядке, установленном статьей 249 Кодекса, а внереализационные доходы определяются в порядке, установленном статьей 250 НК РФ, с учетом положений главы 25 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 249 НК РФ в целях главы 25 НК РФ доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. При этом в силу пункта 2 статьи 249 НК РФ выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах. В зависимости от выбранного налогоплательщиком метода признания доходов и расходов поступления, связанные с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, признаются для целей настоящей главы в соответствии со статьей 271 или статьей 273 НК РФ.

Порядок признания доходов и расходов в целях исчисления налога на прибыль организаций регламентируются статьями 271, 272, 273 НК РФ, а порядок определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций статьей 274 НК РФ.

На основании пункта 1 статьи 271 НК РФ в целях главы 25 НК РФ доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав (метод начисления), если иное не предусмотрено пунктом 1.1 этой статьи.

Пунктом 3 статьи 249 НК РФ нормативно установлено, что для доходов от реализации, если иное не предусмотрено главой 25 НК РФ, датой получения дохода признается дата реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), определяемой в соответствии с пунктом 1 статьи 39 настоящего Кодекса, независимо от фактического поступления денежных средств (иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав) в их оплату. При реализации товаров (работ, услуг) по договору комиссии (агентскому договору) налогоплательщиком-комитентом (принципалом) датой получения дохода от реализации признается дата реализации принадлежащего комитенту (принципалу) имущества (имущественных прав), указанная в извещении комиссионера (агента) о реализации и (или) в отчете комиссионера (агента).

В соответствии со статьей 9 (часть 1) Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Положениями статьи 3 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», определяющей основные понятия, используемые в данном законе, установлено, что факт хозяйственной жизни - это сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств (пункт 8).

Исходя из части 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: 1) наименование документа; 2) дата составления документа; 3) наименование экономического субъекта, составившего документ; 4) содержание факта хозяйственной жизни; 5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; 6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; 7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 этой части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Как определено частью 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Формы первичных учетных документов определяет руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета (часть 4 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Исходя из части 1 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета.

Частью 2 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» определено, что не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета; для целей этого Федерального закона под мнимым объектом бухгалтерского учета понимается несуществующий объект, отраженный в бухгалтерском учете лишь для вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не имевшие места факты хозяйственной жизни), под притворным объектом бухгалтерского учета понимается объект, отраженный в бухгалтерском учете вместо другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки). 

В ходе проверки налоговым органом установлено, что общество зарегистрировано 13.06.2021, единоличным исполнительным органом является генеральный директор ФИО7 С 13.06.2001 по 15.06.2020 года участниками общества являлись ФИО7 (доля в уставном капитале 50%) и ФИО8 (доля в уставном капитале 50%). ОКВЭД налогоплательщика - аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом (68.20.2).

Обществу на праве собственности принадлежат объекты недвижимости - встроенные помещения, расположенные на первом и цокольном этаже 9-ти этажного многофункционального комплекса с цокольным этажом административно-торгово-бытового назначения с автостоянками, находящиеся по адресу: 

<

...> (ТЦ Алмаз).

1. Встроенное помещение общей площадью 1226,0 кв.м. приобретено обществом по договору купли-продажи недвижимого имущества 01 октября 2005 года, кадастровый номер помещения 59:01:4410123:987. Согласно Техническому паспорту нежилого помещений с экспликацией, выданному ГУП «Центр технической инвентаризации Пермского края» 14 мая 2014 года, площадь встроенного помещения составляет 1233кв.м., расположено на первом и цокольном этажах, состоит из залов подготовки товаров, торговых залов, тамбура, лестничной клетки, вспомогательных помещений;

2. Встроенное помещение общей площадью 734,7кв.м. приобретено обществом по договору купли-продажи недвижимого имущества 01 июля 2006 года, кадастровый номер помещения 59:01:4410123:793. Согласно Техническому паспорту нежилого помещений с экспликацией, выданному ГУП «Центр технической инвентаризации Пермского края» 14 мая 2014 года, площадь встроенного помещения составляет 741кв.м., расположено на цокольном этаже, состоит из залов подготовки товаров, торговых залов, туалета, тамбура, мастерской, коридоров, электрощитовой;

3. Встроенное помещение общей площадью 247,6кв.м. приобретено обществом по договору купли-продажи недвижимого имущества 27.01.2007 года, кадастровый номер помещения 59:01:4410123:1071. Согласно Техническому паспорту нежилого помещений с экспликацией, выданному ГУП «Центр технической инвентаризации Пермского края» 14.05.2014 года, площадь встроенного помещения составляет 251,1кв.м., расположено на цокольном этаже, состоит из залов подготовки товаров, торговых залов.

Принадлежащие помещения, находящиеся по адресу: 

<

...>, общество использует для сдачи в аренду.

При этом структура деятельности налогоплательщика по передаче в аренду помещений арендаторам выглядит следующим образом:

- объект общей площадью 734,7кв.м. предоставлен во временное владение и пользование конечным арендаторам через агентские договоры общества (принципал) с ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р» (агент) (арендодатель > агент > конечные арендаторы);

- помещения площадями 1226 и 247,6кв.м. переданы заявителем в аренду индивидуальному предпринимателю ФИО6, который, в свою очередь, привлекает агента (ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р») для исполнения поручений по предоставлению данных помещений в аренду конечным арендаторам (арендодатель > индивидуальный предприниматель ФИО6 > агент > конечные арендаторы).

С учетом установленных выездной налоговой проверкой обстоятельств, налоговый орган пришел к выводу о том, что в деятельности заявителя, с привлечением ФИО6, имеющего статус индивидуального предпринимателя, использовалась схема минимизации налоговых обязательств, позволявшая заявителю при неотражении фактически полученных доходов от предоставления в аренду другим хозяйствующим субъектам принадлежащим Обществу помещений переносить часть дохода на подконтрольное лицо, применяющее УСН и не уплачивать налоги по общей (традиционной) системе налогообложения. При этом на этапе передачи помещений реальным арендаторам стоимость субаренды многократно возрастала (до 8,08 раз в сравнении со стоимостью аренды на этапе получения помещений взаимозависимым предпринимателем).

Суд кассационной инстанции в постановлении отметил следующие обстоятельства. 

Налоговое обязательство возможно лишь на законных основаниях, а необоснованной может быть лишь выгода, которая получена в нарушение закона. Законные же основания к исчислению и уплате, в частности, налогов на добавленную стоимость и на прибыль образуют операции по сделкам, которые лица вправе законно совершать и оформлять в тех видах и в том содержании, которое считают правильными. Такая возможность им обеспечена свободой договора.

Применение специальных и любых других законных режимов налогообложения не влечет ответственности ни само по себе, ни в тех случаях, когда их применяют взаимозависимые лица. Законные налоговые режимы и применение таковых нельзя ставить под сомнение до тех пор, пока формально не доказано налоговое правонарушение. Эти режимы предназначены, прежде всего, малому и среднему предпринимательству, которое связано с крупными хозяйствующими субъектами и во взаимодействии с ними получает законные преимущества, в том числе за счет особых режимов налогообложения. Выгоды малого и среднего предпринимательства от взаимодействия с крупным образуют признак успешного государственного регулирования, а не злоупотребления со стороны налогоплательщиков.

В организации своей деятельности хозяйствующие субъекты зачастую стремятся к оптимизации налогов, то есть совершают действия, которые заключаются в использовании предоставленных законом прав, освобождающих от уплаты налогов или позволяющих выбрать наиболее выгодные формы предпринимательской деятельности.

В большинстве случаев все виды «дробленческих» схем объединяет один из главных признаков - отсутствие деловой цели, присутствует только налоговая экономия.

Поэтому при рассмотрении данной категории дел, судам необходимо учитывать то, что при оценке деловой цели Инспекция должна определить, совершил бы налогоплательщик эту операцию исключительно по мотивам делового характера в отсутствие налоговых преимуществ или нет.

Суть доктрины деловой цели состоит в том, что всякая сделка, при которой происходит минимизация налогообложения, должна преследовать какую-либо деловую, хозяйственную цель. По существу, экономическая эффективность заключенных сделок становится основным критерием оценки добросовестности налогоплательщика.

В силу пункта 4 "Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность. Данный вывод также содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022 N 306-ЭС21-21905 по делу N А49-4003/2020.

Обжалуя решение инспекции в суде, общество приводило доводы о наличии деловой цели при совершении спорных сделок, указывало на экономические причины, которые были им учтены при сдаче одних помещений самостоятельно, а других помещений через ИП ФИО6

В качестве имеющих значение для оценки деловой цели обстоятельств общество ссылалось на разную характеристику сдаваемых в аренду помещений (арендой не охватывались площади общего назначения, пожарные проходы, гарантия получения арендной платы со всей площади помещений, за все время аренды или оплата аренды только при наличии арендаторов и т.д.).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Изложенное в настоящей ситуации означает, что налоговый орган должен доказать отсутствие в действиях общества деловой цели, стремление только к налоговой экономии через «дробление бизнеса».

Налогоплательщик, в свою очередь, должен доказать правомерность использования гражданско-правовых инструментов в данном случае, представить обоснование экономической эффективности сдачи в аренду спорных помещений, которое, в свою очередь, должно быть оценено судами надлежащим образом.

Как установлено налоговым органом, ФИО6 в действительности в системе сделок по предоставлению в аренду другим лицам принадлежащего заявителю имущества самостоятельного участия не принимал.

Целевой направленностью формального участия в договорных отношениях посредством фиктивного документооборота спорного субъекта – ИП ФИО6 являлось получение заявителем как налогоплательщиком неосновательной налоговой выгоды посредством неисполнения в полном объеме налоговых обязательств по НДС, налогу на прибыль организаций от фактически полученных доходов.

Создание схемы ухода от общего режима налогообложения выразилось в выводе из-под налогообложения доходов от сдачи имущества в аренду и искусственном уменьшении своих налоговых обязательств.

Введенный в деятельность общества с целью создания схемы «дробления бизнеса», путем обеспечения видимости самостоятельной и независимой предпринимательской деятельности, предприниматель являлся формальным звеном в предпринимательской деятельности общества; фактически вышеуказанной деятельностью занимался единый хозяйствующий субъект, являющийся плательщиком налога на прибыль и НДС – сам налогоплательщик.

В подтверждение данных выводов налоговый орган ссылается на следующие обстоятельства.

Как следует из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, учредительных документах, информационном ресурсе налогового органа, в проверяемом периоде руководителем ООО «Природоохрана и производство» являлся ФИО7, учредителями – ФИО7 (доля участия 50 процентов) и ФИО8 (доля участия 50 процентов); основной вид экономической деятельности «Аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом»; объекты, расположенные по адресу: 

<

...> (помещения в торговом центре «Алмаз»), приобретены Обществом в 2005, 2006, 2007гг.

Проведенными мероприятиями налогового контроля выявлено, что индивидуальный предприниматель ФИО6 применял УСН (объект налогообложения доходы, налоговая ставка 6 процентов). При этом у данного предпринимателя отсутствовали работники, обычные расходы на ведение предпринимательской деятельности (в частности, по рассматриваемым взаимоотношениям), основной источник дохода (96,67 процентов от общего объема денежных поступлений) предпринимателя формировался от финансово-хозяйственных операций по передаче в субаренду помещений налогоплательщика (страницы 58, 59 решения от 17.09.2021 № 04-27/037579).

Анализ налоговой отчетности индивидуального предпринимателя ФИО6 показал, что доходы предпринимателя в проверяемом периоде составляли от 58 до 60 млн. руб. и близки к предельной величине дохода (60 млн. руб. в 2016г.), установленной пунктом 4 статьи 346.13 НК РФ для применения УСН.

Учитывая данное обстоятельство, налоговый орган пришел к выводу, что один из трех объектов (общей площадью 734,7 кв.м.) общество передавало во временное владение и пользование (аренду) конечным арендаторам без привлечения посредника - индивидуального предпринимателя ФИО6 с целью сохранения возможности применения предпринимателем УСН.

Доказательств того, что общество было вынуждено сдавать имущество в аренду через агента (ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р») не находит своего подтверждения материалами дела и противоречит самой цепочке сдачи имущества в аренду. Налогоплательщик ссылается на неизменность организации деятельности по сдаче в аренду помещений в торговом центре и как следствие неизменность выручки от сдачи имущества в аренду, ссылаясь на размер налоговых обязательств по НДС. Между тем, без анализа первичных документов, сделать вывод о неизменности организации деятельности не представляется возможным. Общество не представило в материалы дела документы по использованию имущества до введения в цепочку ИП ФИО6 Как пояснили представители общества в судебном заседании, имущество сдавалось в аренду множественным арендаторам сотрудником общества, который уволился в 2014г., что противоречит экономической цели, указываемой обществом. Неизменность арендаторов не подтверждает доводов налогоплательщика о попытке смены направления использования торговых помещений.

Передача в аренду имущества ООО «Природоохрана и производство», как налогоплательщиком, так и дополнительным посредником - индивидуальным предпринимателем ФИО6, осуществлялась через единого агента – ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р». 

При этом условия агентских договоров ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р» (агент) с налогоплательщиком (принципал) идентичны условиям договоров агента с индивидуальным предпринимателем ФИО6 Отличие выражалось в субъектном и правовом статусе участников договоров, заключаемых агентом от имени принципалов: договоры от имени общества – аренды, договоры от имени предпринимателя – субаренды.

Доказательств какого-либо существенного влияния отличия ряда условий договоров аренды, заключенными с конечными арендаторами и ИП ФИО6, по согласованию улучшений, изменений, проведению работ по планировке с конечными арендаторами материалы дела не содержит.

Представленное в материалы дела заключение специалистов от 17.07.2023 № 10/2023 не подтверждает данные обстоятельства.

Согласно агентским договорам, ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р» обязуется от своего имени за вознаграждение и за счет принципала, в интересах последнего, совершать по поручению принципала юридические и иные действия по поиску арендаторов помещений, принадлежащих принципалу на праве собственности или аренды либо ином основании, в том числе заключать предварительные и основные договоры аренды (субаренды) с лицами, обратившимися к агенту с соответствующим предложением.

Агенту надлежало ежемесячно предоставлять принципалу отчеты по исполнению договора с приложением документов по расходам, произведенных агентом за счет принципала, заключать договоры аренды (субаренды) помещений по согласованной с принципалом арендной ставке за квадратный метр.

Как следует из отчетов агентов, представленных ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р», состав субарендаторов помещений общества являлся постоянным и существенно не изменился (за исключением прекращение договорных обязательств по одному субарендатору и привлечения пять новых). При этом установлены арендаторы (субарендаторы), которые имели договорные отношения, связанные с получением во временное владение и пользование (аренду) помещений, как с ООО «Природоохрана и производство», так и с индивидуальным предпринимателем ФИО6, что не оспаривается обществом.

ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р», а также ООО «Маяк», индивидуальным предпринимателем ФИО10 (управляющие торговым центром «Алмаз») в соответствии со статьей 93.1 НК РФ представлены документы (информация), согласно которым ООО «Природоохрана и производство» производило расходы, касающиеся содержания, сохранения и обслуживания помещений, принадлежащих налогоплательщику (коммунальные и эксплуатационные затраты). 

Указанное обстоятельство также подтверждается книгами покупок Общества, регистрами бухгалтерского (налогового) учета по счетам 20 «Основное производство», 26 «Общехозяйственные расходы», 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками».

Фактически вне зависимости от арендаторов имущества коммунальные услуги по содержанию помещений несло само общество. Налогоплательщик указывает, что данное обстоятельство было вызвано затруднениями при определении размера коммунальных услуг приходящихся на каждого из арендаторов, размер расходов по содержанию имущества включался в стоимость арендной платы. Между тем, материалы дела не содержат пояснений каким образом, данные расходы учитывались при определении арендной платы по договорам.

Указание налогоплательщика на то обстоятельство, что ИП ФИО6 сдавалось имущество целиком, включая технические и санитарные помещения, места общего пользования, а через агентство недвижимости данные помещения не сдавались в аренду судом рассмотрено и установлено, что конечным арендаторам не сдавались спорные помещения в аренду, что согласуется с несением коммунальных платежей налогоплательщиком. При этом, сделать вывод, что невозможность сдачи отдельных помещений в аренду повлияло на заключение договора с ИП ФИО6 суд не может. Невозможно установить, что данное обстоятельство каким-либо образом учитывалось при выборе способа дачи имущества в аренду. 

Сравнительный анализ договоров, первичных учетных документов показал, что стоимость арендной платы при сдаче в аренду помещений индивидуальным предпринимателем ФИО6 значительно выше (в среднем 4 000 руб. за 1 кв. м.) арендной платы, уплачиваемой данным предпринимателем ООО «Природоохрана и производство» (495 – 600 руб. за 1 кв. м.).

При этом налоговым органом установлено, что в цепочке взаимоотношений, как с привлечением дополнительного посредника (индивидуального предпринимателя ФИО6), так и без него, стоимость арендной платы с учетом коммунальных платежей для конечных арендаторов неизменна и составляла 4 000 руб. за 1 кв.м. в месяц (страницы 55-57, 66 решения от 17.09.2021 № 04-27/037579).

Фактически для конечных арендаторов всегда была установлена одна ставка арендной платы, на которую не влияло ни расположение арендованного помещения, ни состав арендованного помещения.

При этом, как указывалось ранее, состав конечных арендаторов по сути не изменился. Заключение договоров с ИП ФИО6 не повлияло на общий объем поступлений от сдачи имущества в аренду. Учитывая факт неизменности конечных арендаторов не подтверждаются доводы налогоплательщика о наличии рисков не сдачи имущества в аренду и не получения от них доходов.

Стоимость арендной платы для конечных арендаторов оставалась неизменной, однако в результате применения обществом спорной схемы взаимоотношений доход (выручка) от реализации имущественных прав подконтрольному предпринимателю уменьшена, а основная его часть выведена под налогообложение налогом по УСН (по льготному режиму налогообложения с применением налоговой ставки 6 процентов).

В рассматриваемом случае присутствует только налоговая экономия, учитывая отсутствие действительной самостоятельности предпринимателя.

Истребовав документы (информацию) от кредитных учреждений (банков), операторов электронного документооборота, инспекцией установлено, что соединения по системе «Банк-Клиент», представление налоговой отчетности осуществлялись индивидуальным предпринимателем ФИО6, ООО «Природоохрана и производство» и ООО «А.Г. Групп» (единый с обществом состав учредителей – ФИО7, ФИО8) с одних IP-адресов.

Использование одних и тех же IP-адресов (полное совпадение уникального числового идентификатора устройства в компьютерной сети) на протяжении всего проверяемого периода является доказательством обращения к счетам клиентов банков, отправки налоговой отчетности с одного сетевого узла (одного компьютера или из одного помещения), более того, из отчетов по счетам об использовании IP-адресов следует, что операции по счетам совершались с минимальными временными промежутками (1-3 минуты).

При этом IP-адреса не изменяются на протяжении продолжительного периода времени, что свидетельствует об использовании организациями и предпринимателем статистического IP-адреса.

В материалы дела представлена информация по использованию IP-адресов, с которого отправлялась отчетность самого налогоплательщика и использовалась предпринимателем для входа в систему банк-клиент.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об осуществлении доступа к системам «Банк-Клиент», представления налоговой отчетности в электронной форме из одного помещения (устройства).

Согласно информации, представленной оператором электронного документооборота (ООО «Телекон»), IP-адрес, с которого индивидуальным предпринимателем ФИО6 производился доступ к системе «Банк-Клиент», территориально соответствует адресу места нахождения ООО «Природоохрана и производство» и ООО «А.Г. Групп» (страница 61 решения от 17.09.2021 № 04-27/037579).

Как следует из документов (информации), полученной от ПАО «Сбербанк России», право первой подписи банковских документов со стороны предпринимателя имеют ФИО6, а также ФИО11, являвшаяся штатным работником (бухгалтером) ООО «Природоохрана и производство» и ООО «А.Г. Групп» (взаимозависимая с Обществом организация). В данных документах предпринимателя указан номер телефона, принадлежащий Налогоплательщику (страница 60 решения от 17.09.2021 № 04-27/037579).

Анализ банковской выписки по расчетному счету показал, что индивидуальным предпринимателем ФИО6 перечислялись денежные средства на погашение кредита, оформленного в ПАО «Банк ВТБ». 

В банковском досье по кредитному договору с банком содержатся справки о доходах формы 2-НДФЛ, копии трудовых книжек ФИО6 Согласно данным документам ФИО6 с 01.08.2002 по 01.12.2006 являлся работником ООО «Природоохрана и производство» (менеджер по продажам), с 02.12.2006 по 28.02.2007 – ООО «А.Г. Групп» (генеральный директор), с 21.09.2009 по 16.12.2014 – ООО «А.Г. Групп» (директор станции технического осмотра автотранспорта). 

При этом государственная регистрация индивидуального предпринимателя ФИО6 произведена 11.01.2007, то есть после увольнения в ООО «Природоохрана и производство» и в период трудовой деятельности во взаимозависимой организации - ООО «А.Г. Групп».

Судом апелляционной инстанции не может быть оценен довод общества о том, что записи в трудовой книжке сделаны самим ФИО6 для получения кредита, поскольку какими-либо документами данное обстоятельство не подтверждается. При этом, если допустить возможность заполнения ФИО6 трудовой книжки самостоятельно, то данное обстоятельство можно расценить как возможность ФИО6, после прекращения трудовой деятельности в ООО «А.Г. Групп», в любой момент использовать данные организации для подтверждения своей трудовой, деятельности фактически ее не осуществляя.

Кроме того, инспекцией установлено, что ФИО6 одновременно являлся уполномоченным представителем общества при государственной регистрации объектов недвижимости заявителя (доверенности от 16.05.2008, 17.06.2011, 28.06.2014), а также в спорах, рассматриваемых арбитражным судом по гражданским делам (дело № А50-18426/2019). Данное обстоятельство обществом не оспаривается.

Таким образом, ООО «Природоохрана и производство» и индивидуальный предприниматель ФИО6 имеют признаки единой консолидированной группы лиц, в действиях которых усматривается согласованность в документальном оформлении и декларировании операций, позволяющих искусственно создавать условия для минимизации налоговых обязательств общества.

Исследовав банковские выписки по расчетным счетам, налоговый орган определил расходные финансовые операции, которые производились в проверяемом периоде по расчетному счету индивидуального предпринимателя ФИО6 (страница 59 решения от 17.09.2021 № 04-27/037579):

- перечисление денежных средств ООО «Природоохрана и производство» за аренду нежилых помещений в сумме 32 725 558 руб. (19 процентов от общего объема расходных банковских операций);

- уплата налогов (6,4 процентов от общего объема расходных банковских операций);

- выведение денежных средств с расчетного счета предпринимателя в наличную форму (69,3 процента от общего объема расходных банковских операций).

Ссылка налогоплательщика на самостоятельное расходование на собственные нужды ИП ФИО6 за период 2016-2018г. денежных средств в сумме 109 798 405,07 руб. судом рассмотрены и отклонены, поскольку в рамках рассмотрения настоящего дела данное обстоятельство не подтверждено. Письмо ИФНС России по Ленинскому району г. Перми от 22.07.2021 № 04-24/1950 содержит только общие направления расходов по счету, без анализа фактического расходования денежных средств.

Анализируя деятельность и учитывая значительность доходов предпринимателя невозможно установить цель оформления кредита и его необходимость со стороны ИП ФИО6

Одновременно Инспекцией выявлено зачисление на счет директора Общества ФИО7 денежных средств в наличной форме (страницы 67-75 решения от 17.09.2021 № 04-27/037579). Доводы общества о невозможности соотнесения снятия денежных средств в наличной форме предпринимателем и зачисления на счет директора общества денежных средств в наличной форме судом апелляционной инстанции принимается во внимание. 

Между тем, необходимо отметить, что указание налогоплательщика на то, что ФИО6 самостоятельно распоряжался снятыми денежными средствами не соотносятся с оформлением кредита и поступлением значительных средств на счет ФИО7 Деловая цель получения кредитных средств и одновременное снятие денежные средств в значительном размере не подтверждена материалами дела.

Из объяснительной ФИО12 следует, что он являлась бухгалтером ООО «А.Г. Групп» и по совместительству бухгалтером ООО «Природоохрана и производство». ООО «А.Г. Групп» осуществляет деятельность, связанную с техническим осмотром автомобилей, Общество – передачу во временное владение и пользование на возмездной основе (аренда) собственных помещений. Свидетель указал, что получал денежные средства в наличной форме от ФИО7 и ФИО8 (учредители ООО «Природоохрана и производство» и ООО «А.Г. Групп»), которые зачислялись (вносились) на счета данных физических лиц. ФИО6 свидетелю известен, как бывший директор ООО «А.Г. Групп». ФИО12 также пояснила, что оказывала помощь по использованию системы банк-клиент, формированию платежных документов, через компьютер общества. По просьбе ФИО6 самостоятельно от его имени входила в систему банк-клиент, формировала платежные документы.

Цель оформления права первой подписи банковских документов индивидуального предпринимателя ФИО6, а также иные вопросы, касающиеся деятельности предпринимателя, из объяснений не следует.

В объяснениях ФИО12 также содержится информация, что ФИО6 планировал приобретать коммерческую недвижимость. Между тем в ходе проверки не получено каких-либо документов подтверждающих приобретение ФИО6 или его близкими родственниками коммерческой недвижимости. Факт снятия наличными денежными средствами значительных сумм ФИО6 опровергает цели приобретения коммерческой недвижимости.

При этом, выводы специалистов в заключении, представленном налогоплательщиком, о финансовой самостоятельности ИП ФИО6 не подтверждается никакими документами. Из экспертного заключения невозможно установить на основании анализа каких документов специалисты пришли к указанным выводам.

Основной доход предпринимателя (96,67% от общего объема денежных поступлений) формировался за счет поступлений от арендаторов указанных выше помещений, принадлежащих обществу «ПИП», то есть стороны договора (общество и предприниматель) определенно понимали, что исполнение предпринимателем денежных обязательств перед обществом по договору полностью зависит от уплаты арендных платежей конечными арендаторами, которые, на момент заключения спорных договоров аренды уже являлись арендаторами указанных объектов. Введение во взаимоотношения ИП ФИО6 поменяло лишь их статус арендаторов на субарендаторов, в остальном условия аренды не поменялись.

В рамках оперативно-розыскных мероприятий Управлением службы безопасности по Пермскому краю в офисе ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р» (агент) изъяты электронные носители баз данных, содержащих, в том числе, электронную переписку, списки арендаторов и иные документы (информацию), касающиеся предоставления в аренду (субаренду) помещений Общества.

Анализ указанных документов (информации) показал, что в списках агента отражена контактная информация всех конечных арендаторов (субарендаторов), без дифференциации (разделения) на взаимоотношения (договоры) с ООО «Природоохрана и производство» (собственник), либо с индивидуальным предпринимателем ФИО6 (арендатор). При этом выявлены объекты недвижимости (помещения в торговом центре «Алмаз»), где собственниками помещений выступают родственники учредителей Общества ФИО13, ФИО8, а в качестве контактного лица – ФИО6

Характер изъятой электронной переписки свидетельствует о том, что ФИО6 не выступал самостоятельным субъектом предпринимательской деятельности по передаче в субаренду помещений налогоплательщика. Данное физическое лицо передает показания счетчиков приборов учета в отношении всех объектов, принадлежащих заявителю, оформляет пропуска представителям контрагентов ООО «Природоохрана и производство», а также направляет иные письма на фирменном бланке заявителя за подписью директора ФИО7 (страницы 116-121 решения от 17.09.2021 № 05-27/037579).

Как следует из свидетельских показаний индивидуальных предпринимателей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 (субарендаторы помещений Общества), взаимодействие по вопросам аренды (субаренды) помещений осуществлялось с представителями ООО «Агентство недвижимости «Сатурн-Р». Арендуемые нежилые помещения включают в себя, как торговые залы, так и складские помещения. Стоимость арендной платы в размере 4 000 руб. (за 1 кв. м. в месяц) включала коммунальные платежи. ФИО6 свидетелям известен, однако позиционировали его, как хозяйственного работника администрации торгового центра «Алмаз».

В изъятых документах имеются письма от арендаторов, согласно которым последние по вопросам аренды обращались к руководителям налогоплательщика либо к руководителю агентства, имеется переписка налогоплательщика с агентством о расторжении договора аренды с арендатором по договору, заключенному через ИП ФИО6

Таким образом, индивидуальный предприниматель ФИО6 не являлся самостоятельным субъектом рассматриваемых финансово-хозяйственных взаимоотношений, деятельность данного предпринимателя полностью подконтрольна налогоплательщику и направлена исключительно на незаконную минимизация налоговых обязательств общества (выведение из-под общей системы налогообложения основной части выручки заявителя).

Вышеприведенные доказательства в своей совокупности и логической взаимосвязи позволили инспекции сделать обоснованный вывод, что общество вследствие искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (прямых взаимоотношений с субарендаторами) получило налоговую экономию в виде исключения из налогообложения НДС и налогом на прибыль выручки (дохода) от передачи в аренду собственных нежилых помещений конечным арендаторам и создания формального документооборота, позволившего учитывать данную выручку (доход) взаимозависимым (подконтрольным) индивидуальным предпринимателем, применяющим УСН.

По выводам налогового органа при очевидном искажении фактов хозяйственной жизни нормативный запрет пункта 1 статьи 54.1 НК РФ Обществом не соблюден, допущено умышленное искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и об объектах налогообложения путем создания фиктивного документооборота с индивидуальным предпринимателем ФИО6 в целях распределения выручки, поступающей от арендаторов (субарендаторов), между обществом «Природоохрана и производство» и указанным лицом, необоснованного уменьшения налоговой обязанности.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статей 71, 162 АПК РФ, данные доводы налогового органа признаны судом обоснованными, а оспариваемое решение Инспекции в части доначисления НДС, налога на прибыль организаций, начисления соответствующих сумм пеней и применения штрафов частично правомерным.

Как отражено в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

На основании приведенной совокупности обстоятельств, установленных в ходе проверки, и их оценки в соответствии с требованиями статей 71, 162 АПК РФ, суд находит обоснованными выводы налогового органа о том, что фактическая система сделок по аренде имущества документально оформлена через номинального посредника, фактически не участвовавшего в реальных финансово-хозяйственных отношениях, согласовании условий сделок и распоряжении доходами от аренды имущества Общества.

Установленные налоговым органом обстоятельства в совокупности и взаимной связи свидетельствуют о том, что номинальный посредник в хозяйственных операциях участвовал лишь формально (посредством фиктивного документооборота), реальных действий, подтверждающих совершение операций, заявленных в первичных документах от своего имени, не осуществлял, оформление документов с этим номинальным контрагентам указывает на получение необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, материалами дела подтверждается вывод Инспекции о том, что совокупность вышеизложенных фактов свидетельствует о получении заявителем неосновательной налоговой выгоды.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указано, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Обязанность по уплате налогов не может считаться исполненной, если хозяйственные операции, совершаемые во исполнение сделок, учтены налогоплательщиком не в соответствии с их действительным экономическим смыслом и искажены, что повлияло на размер налога, подлежавшего уплате. Полученная в таких случаях хозяйствующим субъектом экономия налоговых платежей, как следует из разъяснений, данных в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», признается его необоснованной налоговой выгодой.

При этом объем прав и обязанностей налогоплательщика определяется исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции, а признание налоговой выгоды необоснованной не должно затрагивать иные права налогоплательщика, предусмотренные законодательством о налогах и сборах (пункты 7 и 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»).

Следовательно, выявление искажений сведений о фактах хозяйственной жизни предполагает доначисление суммы налогов, подлежащих уплате в бюджет, таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом - определение сумм налогов, которые должны были быть изначально уплачены в бюджет.

Как справедливо отметил суд первой инстанции, налоговым органом с учетом обстоятельств взаимосвязанности субъектов договорных отношений, признаков горизонтальной интеграции в деятельности заявителя, централизованного управления системой договорных отношений со стороны должностных лиц Общества, их взаимосвязанности, форм, временных интервалов расчетов, выведения и расходования денежных средств, свидетельских показаний и документов, доказаны факты использования фиктивных договорных конструкций для целей получения необоснованной налоговой выгоды.

Вопреки доводам апелляционной жалобы заявителя апелляционная коллегия оснований прийти к иным суждениям не усмотрела.

Установленные налоговым органом обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что наличие взаимоотношений с ИП ФИО6 носило формальный характер, не имело разумной деловой цели и направлено на получение необоснованной налоговой выгоды ООО «ПИП».

Реализация построения указанным образом взаимоотношений позволила аккумулировать на расчетных счетах ИП ФИО6 большую часть выручки, поступившей от конечных арендаторов, но фактически причитающейся обществу.

При этом в ходе проверки установлено, что в течение всего проверяемого периода ИП ФИО6 полученные от арендаторов (через агента) денежные средства снимал в наличной форме со своих банковских счетов и одновременно с этим вносил значительные суммы на счета должностных лиц общества (ФИО7, ФИО8).

Согласно банковским выпискам с расчетных счетов ИП ФИО6 выведено в наличную форму 69,3% от общего объема расходных банковских операций (страница 59 решения Инспекции). Одновременно со снятием денежных средств со счета ФИО6 зачислялись денежные средства на счет директора общества ФИО7 Операции происходили практически ежемесячно на протяжении всего проверяемого периода.

У учредителей ООО «ПИП» (ФИО7, ФИО8) установлено увеличение имущественного состояния за 2016-2018 годы, при этом стоимость приобретенного имущества в разы превышала их официальный доход.

По данным Спарк-Интерфакс в январе 2018 года ФИО7 стал владельцем ООО «Авто Ритейл Диамант».

Результатом описанной схемы взаимоотношений явился вывод большей части выручки, полученной от арендаторов, из под налогообложения по общей системе (с указанной суммы исчислен и уплачен лишь налог по УСН по ставке 6%) и возможность получения в распоряжение должностными лицами общества большей части оставшихся после уплаты налога по УСН денежных средств.

Так, анализ финансово - хозяйственных взаимоотношений по передаче во временное владение и пользование помещений ООО «ПИП» показал, что обществом и подконтрольным ему контрагентом (ИП ФИО6) в отношении объектов площадями 1226 кв.м, и 247,6 кв.м, создана схема снижения налоговых обязательств налогоплательщика посредством включения в цепочку взаимоотношений с реальными арендаторами формального участника (ИП ФИО6), и на этапе передачи помещений ИП ФИО6 конечным арендаторам стоимость субаренды (4 тыс.руб. за 1 кв.м, в месяц) многократно возрастала (до 8,08 раз) по сравнению со стоимостью аренды на этапе получения помещений предпринимателем от общества (495 - 600 руб. за 1 кв.м. в месяц).

В действительности помещения передавались реальным арендаторам непосредственно обществом «ПИП», а результатом применения ООО «ПИП» двухступенчатой схемы реализации имущественных прав (аренды) через формального посредника являлось искусственное создание условий для неуплаты НДС, налога на прибыль. ИП ФИО6, применяющий УСН, исчислял налог с полученного дохода от реализации имущественных прав (аренды) по ставке 6%, тогда как такой доход подлежал налогообложению по общей системе налогообложения (18 % по НДС и 20 % по налогу на прибыль).

Таким образом, суд отклоняет ссылки заявителя на то, что налогоплательщик не являлся организатором и выгодоприобретателем этой схемы, поскольку по установленным налоговым органом фактам именно заявитель не исполнил адекватные фактической деятельности и объеме доходов налоговые обязательства.

Ссылки заявителя на заключение специалистов АНО «Палата судебных экспертиз» № 10/2023 от 17.07.2023 как доказательство экономической эффективности деятельности ООО «ПИП» в 2016-2018 не может быть принято во внимание судом апелляционной инстанции. 

Исследовав представленное в дело заключение специалистов АНО «Палата судебных экспертиз» № 10/2023 от 17.07.2023, суд апелляционной инстанции признал его не влияющим на вывод о законности оспариваемого решения налогового органа.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что заключение специалиста от 17.07.2023 не может быть принято, как надлежащее средство доказывания недостоверности выводов налогового органа, так как составлено по заказу стороны спора, представляет собой частное мнение специалиста, исследование произведено вне рамок судебного разбирательства, а подготовивший заключение специалист не предупреждался судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение специалистов от 17.07.2023 № 10/2023 содержит общие критерии, влияющие на формирование цены сделки между субъектами: активы, риски, функции, без ссылок на первичные документы. Заключение содержит обширное заключение по уровню привлекательности торгового центра, без анализа остальных заявленных рисков и документов из которых было возможно установить спорные риски.

В рассматриваемом случае правовое значение имеет то обстоятельство, что ИП ФИО6 на дату заключения договоров с ООО «ПИП» не обладал финансово-имущественной состоятельностью для исполнения договорных обязательств, не мог и не исполнял фактическую функцию арендатора/арендодателя. При этом, данные выводы заключением специалистов не опроврегнуты.

Сдаваемое в аренду имущество обеспечивалось всеми условиями, необходимыми для эксплуатации (п. 3.4 договора между ООО «АН «Сатурн-Р» и предпринимателем), то есть ИП ФИО6 изначально был полностью освобожден от каких-либо расходов в целях исполнения договорных обязательств.

Необоснованная налоговая выгода может быть получена посредством преднамеренного создания фиктивного документооборота при проводимых финансово-хозяйственных операциях.

В налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создавать ситуации формального наличия права на получение налоговых выгод.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума № 53 в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

При этом, из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015 № 302-КГ14-3432, следует, что разрешение вопроса о добросовестности либо недобросовестности общества при совершении действий, имеющих своим результатом получение налоговой выгоды, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и представленных доказательств, подлежащих оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи.

Оценка доказательств - определение судом объективной правдивости изученных сведений о фактах, а при использовании косвенных доказательств - также определение наличия или отсутствия взаимосвязей фактов доказательственных с главными. Установление этих обстоятельств есть конечная цель оценки, от ее правильности непосредственно зависит обоснованность актов судов (часть 1 статьи 168, пункт 12 части 2 статьи 271 АПК).

Критерий достоверности доказательств означает признание судом истинности или ложности сведений, содержащихся в доказательствах. Часть 3 статьи 71 АПК РФ дает легальное понятие достоверности доказательств как соответствия сведений, содержащихся в представленном суду доказательстве, действительности. Достоверность доказательств устанавливается арбитражным судом в результате сопоставления оцениваемого доказательства с иными доказательствами по делу. При отсутствии противоречий между ними суд приходит к выводу о достоверности каждого из них. Способы проверки и исследования доказательства зависят от конкретного вида используемых средств доказывания. Оценка доказательств с точки зрения их достаточности и взаимной связи производится для того, чтобы устранить противоречия между доказательствами, преодолеть сомнения в истинности вывода, извлекаемого из всей совокупности получаемой доказательственной информации. В ходе системной оценки доказательств проявляются интегративные качества системы средств доказывания по конкретному делу.

Представленные налоговым органом доказательства, собранные в ходе проверки, отвечают признакам относимости и допустимости доказательств, и в отличие от доказательств налогоплательщика не вступают в противоречие с ранее установленными в ходе проверки обстоятельствами.

Доводы апелляционной жалобы заявителя по существу сводятся к иной оценке установленных по делу обстоятельств и доказательств, их подтверждающих, и не могут быть приняты судом апелляционной инстанции в качестве опровергающих выводы суда первой инстанции, поскольку не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, по существу, сводятся к иной оценке установленных судом обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств, выражают субъективную оценку действий налогоплательщика и его контрагента, и не подтверждены документально.

С учетом изложенных обстоятельств, судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены доводы налогоплательщика о рентабельности осуществленных сделок. В рассматриваемом случае, как уже указано, ИП ФИО6 не являлся самостоятельным субъектом сделок. Фактически все условия сделок по аренде согласовывались самим обществом и им устанавливалась арендная плата. Несение ИП ФИО6 каких-либо мер ответственности по неисполнению условий сделок в материалы дела не представлено, соответствующие доводы общества об обратном отклоняются.

Налоговым органом доказаны факты получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, что предопределило корректировку налоговых обязательств Общества по НДС и налогу на прибыль организаций, за спорные налоговые периоды.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в нем выводы, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Оснований для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств и имеющихся в материалах дела доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя жалобы.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации налоговый орган освобождается от уплаты государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы.

Излишне уплаченная госпошлина подлежит возврату заявителю из федерального бюджета (статья 104 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 104, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 07 августа 2023 года по делу № А50-3251/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Природоохрана и производство» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из федерального бюджета госпошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей, излишне уплаченную по чеку-ордеру от 06.09.2023.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Ю.В. Шаламова

Судьи

Е.В. Васильева

В.Н. Якушев