СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД улица Набережная реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск Дело № А45-7240/2021 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2023 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Кудряшевой Е.В.,  судей Апциаури Л.Н.,  

 ФИО1,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,  с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел  апелляционную жалобу ФИО4 ( № 07АП-1843/23 (1))  на определение от 03.02.2023 Арбитражного суда Новосибирской области (судья –  Шахова А.А.) по делу № А45-7240/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, адрес: 630099, 

<

...>) по заявлению ФИО4  о включении требования в размере 5 590 479 рублей 93 копеек в реестр требований  кредиторов должника.  

В судебном заседании приняли участие: В судебном заседании приняли участие: от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 18.10.2022. от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 03.09.2021; от ФИО3: ФИО8 по доверенности от 29.07.2020. Суд 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 11.03.2022 (резолютивная часть  судебного акта объявлена 03.03.2022) ФИО3 признан  несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации  

имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО9.  

11.07.2022 конкурсный кредитор ФИО6 обратился  в арбитражный суд с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам  определения Арбитражного суда Новосибирской области от 09.06.2021 в части включения  требования ФИО4 в размере 5 590 479,93 рублей, в том  числе: 4 792 270,92 рублей – основной долг, 798 209,01 рублей – проценты за пользование  чужими денежными средствами, в реестр требований кредиторов должника.  

Определением арбитражного суда от 23.08.2022 заявление ФИО6  о пересмотре определения Арбитражного суда Новосибирской области от 09.06.2021  по делу № А45-7240/2021 удовлетворено, определение суда от 09.06.2021 в части  включения требования ФИО4 в реестр требований кредиторов должника  отменено.  

Определением от 03.02.2023 (резолютивная часть от 27.01.2023) Арбитражный суд  Новосибирской области отказал ФИО4 в удовлетворении заявления о включении  требования в размере 5 590 479,93 рублей в реестр требований кредиторов должника.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратился  с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и включить его требование  в реестр, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов  суда первой инстанции, нарушение норм материального права.  

В обоснование апелляционной жалобы её заявитель указывает на то, что наличие  общих представителей у ФИО3 и ФИО4 не свидетельствует  об аффилированности или о мнимости договоров займа от 30.06.2017, 30.12.2017. Кроме  того, ФИО3 фактически признал задолженность перед кредиторами, пытался  её погасить. Суд первой инстанции необоснованно отказал в вызове свидетелей  и истребовании сведений о владельце мобильного номера.  

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступил отзывы на апелляционную  жалобу, в которых ФИО3 и ФИО6 возражают против её удовлетворения.  

В судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, представитель  ФИО4 настаивал на доводах апелляционной жалобы, представители ФИО3 и ФИО6 просили оставить судебный акт без изменения.  

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие  личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим  образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда  

в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд  

апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел  апелляционную жалобу в их отсутствие.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыв на неё,  заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда  первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.  

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, согласно  представленной в материалы дела копии расписки от 30.06.2017 ФИО3 получил  от ФИО4 в займ денежные средства в размере 4 207 321,92 рубль со сроком  возврата до 31.12.2017.  

Согласно представленной в дело копии расписки от 31.12.2017 ФИО3  получил от ФИО4 денежные средства на сумму 584 949 рублей в счет  беспроцентного займа со сроком возврата до 31.03.2018, что послужило основанием для  обращения в суд с требованием.  

В обоснование заявленного требования ФИО4 представил следующие  документы: копию договора купли-продажи объекта недвижимости с использованием  кредитных средств от 30.11.2016; копию акта приема-передачи объекта недвижимости   от 30.11.2016; копию налоговой декларации ФИО4 по налогу на доходы  физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2016 год; копию описи вложения от 26.06.2017,  копию почтовой квитанции от 26.06.2017, копию договора купли-продажи недвижимости  с использованием заемных средств от 15.03.2017, копию договора купли-продажи  недвижимости с использованием заемных средств от 31.10.2017, копию договора купли-продажи квартиры от 09.11.2016, копию выписки о движении денежных средств  по лицевому счету ФИО4 за 2017 года, копию налоговой декларации ФИО4 по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2017 год, копию описи  вложения от 27.06.2018, копию почтовой квитанции от 27.06.2018.  

Основанием заявленных требований являлись также вступившие в законную силу  решение Железнодорожного районного суда города Новосибирска от 21.05.2020 по делу   № 2-963/2020 и решение Железнодорожного районного суда города Новосибирска  от 12.05.2020 по делу № 2-979/2020.  

Вместе с тем, судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского  областного суда, апелляционным определением от 12.05.2022 по делу № 2-963/2020 (дело   № 33-А45-7240/2021) и апелляционным определением от 07.06.2022 по делу № 2-979/2020  (дело № 33-4787/2022), вышеуказанные судебные акты Железнодорожного районного  суда города Новосибирска отменила, а исковые заявления ФИО4 оставила без  рассмотрения в соответствии с п. 28 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35  «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»  (далее – Постановление № 35).  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления ФИО4,  исходил из не доказанности реальность заемных отношений между ФИО4  и ФИО3  

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел  следующим выводам.  

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным  судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется  арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований  между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения,  с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны.  

Требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются  арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований  для включения в реестр требований кредиторов.  

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов  в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования,  в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение  включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит  к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные  требования, а также должника и его учредителей (участников).  

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке  доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми  нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.  

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем  самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением  задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26  Постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным  с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах  процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 20.12.2016).  

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО4 о необоснованном отказе  в вызове свидетелей, вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью  суда, которым он может воспользоваться в случае, если с учетом всех обстоятельств дела  придет к выводу о необходимости осуществления таких процессуальных действий для  правильного разрешения спора. Между тем, в данном случае судом первой инстанции  таких обстоятельств не было установлено.  

В отношении истребования документов относительно принадлежности номера  мобильного телефона, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии  оснований для удовлетворения подобного ходатайства, поскольку указанные документы  не относятся к предмету рассматриваемого спора.  

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о наличии оснований для включения  требований ФИО4 в реестр требований кредиторов, судебная коллегия  соглашается с правомерными выводами суда первой инстанции, который исходил  из следующего.  

На основании части 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне  /заемщику/ деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик  обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег /сумму займа/ или равное  количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа  считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

Статьей 808 ГК РФ предусмотрено, что, договор займа между гражданами должен  быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз  установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда  заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы, в подтверждение  договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной  документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы  или определенного количества вещей.  

Передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым  условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.  

Согласно части 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу  полученную сумму займа в срок и в порядке, предусмотренном договором займа.  

В силу пункта 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим  в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу,   не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором  участвуют те же лица.  

В силу пункта 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда  общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для  

арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах,  установленных решением с уда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам,  участвующим в деле.  

В соответствии с пунктом 17 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 2 (2018), в условиях банкротства должника и конкуренции его  кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор  по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для  включения в реестр требований кредиторов (дружественный кредитор).  

Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого  набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга,  признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п.  

В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают,  их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.  

Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других  кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально  противоположную процессуальную позицию. Закон предоставляет независимым  кредиторам, арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором  основано заявленное в деле о банкротстве требование (пункт 24 Постановления № 35).  

Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись  участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами,  независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности  представления достаточных доказательств подтверждающих их доводы.  

В тоже время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые  или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили  бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных  должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих  сомнений лежит на последнем. Причем, это не должно составить для него затруднений,  поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений  с несостоятельным должником.  

Между ФИО10 (которая является матерью ФИО4) и ФИО11  был заключен договор займа от 06.08.2013 на сумму 10 000 000 рублей. ФИО11  вернул часть займа в размере 2 869 678 рублей, остаток займа составил 7 130 322 рубля.  

В обеспечение исполнения договора займа, заключенного между ФИО10  и ФИО11, ФИО11 передал в залог нежилое помещение, расположенное  по адресу 

<

...> д 1а, а полученные денежные средства  передал взаймы Реве Д.Н.  

Рева Д.Н. по договору от 29.05.2014 приобрел у ФИО11 указанное  недвижимое имущество стоимостью 10 000 000 рублей.  

Вскоре (через полтора месяца) после покупки Рева Д.Н. 14.07.2014 заключил  договор купли-продажи на вышеуказанное имущество с ФИО3  

Определением арбитражного суда от 23.07.2019 по делу № А45-3615/2018  о банкротстве Рева Д.Н., было установлено, что Рева Д.Н. (продавец) и ФИО3  (покупатель) заключили недействительный договор купли-продажи недвижимого  имущества (залогодержатель ФИО10) от 14.07.2014, по которому  не предполагалось никакой оплаты от ФИО3, поскольку объект был выведен  с целью избежания обращения взыскания на него со стороны кредиторов Ревы Д.Н.  

Поскольку передача объекта залога осуществлялась с согласия залогодержателя  – ФИО10, которая будучи аффилированным с ФИО3 лицом знала,  что последний получил недвижимость без оплаты, и предложила пролонгировать долг  по договору займа от 06.08.2013.  

ФИО3, зная, что заложенное имущество перешло к нему безвозмездно  (определение суда от 23.07.2019 по делу № А45-3615/2018) выписал расписку на сына  ФИО10 – ФИО4, понимая, что в дальнейшем этим имуществом будет  произведен расчет по долгам ФИО11  

Однако, в результате признания недействительным договора купли-продажи  от 14.07.2014 переданного в залог объекта недвижимости в деле о банкротстве Ревы Д.В.  и возвращение его в конкурсную массу последнего, ФИО3 должен был  возвратить денежные средства ФИО4, на которые им были выданы расписки.  

Безденежность договора купли-продажи от 14.07.2014 была также установлена  и решением Центрального районного суда г. Новосибирска по делу № 2-160/2019  от 14.02.2019 по иску ФИО10 к ФИО11 о взыскании оставшейся  задолженности в размере 7 130 322 рубля, из которого следует, что Рева Д.Н. пояснил,  что после того как он купил объект недвижимости по адресу: 

<

...> у ФИО11 данный объект он отдал ФИО3  оформив это как договор купли-продажи без реального расчета по нему, при этом,  ФИО3 должен был за счет этого имущества рассчитаться с ФИО10  

Таким образом, договор займа от 30.06.2017 в размере 4 207 731,92 рубля и договор  займа от 30.12.2017 в размере 584 949 рублей являются безденежными (статья 812 ГК РФ).  

Указанные договоры займа являются мнимыми сделками (статья 170 ГК РФ),  направленными на создание фиктивной задолженности ФИО3 перед ФИО4, поскольку реальной целью сторон договоров займа являлось искусственное создание  задолженности ФИО3 для последующего обращения взыскания на недвижимые  

имущества пл. 263, 6 кв.м., по адресу: 

<

...>,  кад. номер 54:35:021345:142, в пользу ФИО4  

Сокрытие действительного смысла сделки, находилось в интересах обеих  её сторон. Реальной целью сторон договоров займа являлось искусственное создание  задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы  в виде недвижимого имущества пл. 263,6 кв.м., по адресу: 

<

...>, кад. номер 54:35:021345:142, в пользу «дружественного»  кредитора ФИО4  

Расчет процентов за пользование займом был произведен ФИО4, а его  жена – ФИО4 отправила данный расчет ФИО3 по эл. почте 21.12.2017.  В таблице расчета написано, что 30.06.2017 «расписка % ФИО11» на сумму 4207321,92  руб., а также 31.12.2017 «расписка % ФИО11» на сумму 584949,00 рублей. Из данного  расчета усматривается, что суммы (вплоть до копеек) и даты расписок совпадают  с расписками, подписанными ФИО3 При этом электронное письмо  от ФИО4 с расчетом процентов, было нотариально заверено ФИО3  

Следовательно, ФИО3 и ФИО4 создали в 2017 году фиктивную  задолженность, опираясь на наличие у ФИО3, аффилированного с ФИО4, объекта недвижимости, полученного им безвозмездно и находящегося в залоге  у ФИО10 в качестве обеспечения по договору займа 10 000 000 рублей,  заключенного между ФИО11 (заемщик) и ФИО10 (займодавец).  

ФИО3 и ФИО4, подписав договора займа, создали правовое  основание для обращения взыскания на оказавшееся у ФИО3 недвижимое  имущество.  

Однако, ситуация изменилась после того, как договор купли-продажи  от 14.07.2014, указанного недвижимого имущества, заключенного между ФИО12  (также банкрот и продавец) и ФИО3 (покупатель) был признан  недействительным и имущество вернулось в конкурсную массу Рева Д.Н.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта  общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

В настоящем обособленном споре о такой фактической аффилированности  свидетельствует то, что у ФИО3 и ФИО4 имелись общие представители  Селитрой О.С. и ФИО13, действующие на основании нотариальных  доверенностей:  

- 18.04.2014 мама ФИО4 - ФИО10 уполномочивает Селитру О.С.  представлять и защищать ее интересы любым способом не запрещенным законом;  

- 24.04.2017 сам ФИО4 уполномочивает Селитру О.С. представлять  и защищать его интересы;  

- 21.04.2017 ФИО3 уполномочивает Селитру О.С. и ФИО13  представлять и защищать его интересы;  

- в свою очередь 19.10.2018 ФИО4 уполномочивает ФИО13  представлять и защищать его интересы (доверенность выдана сроком на 10 лет);  

- представителем ФИО4 в данном обособленном споре является  ФИО14, получившая 11.05.2022 полномочия от ФИО13 в порядке  передоверия, а представителем ФИО3 являлась Селитрой О.С. по доверенности  от 21.05.2021.  

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют об общности экономических  интересов ФИО4 и ФИО3, с одной стороны, однако это не в полной  мере раскрывает связи всей группы лиц, включающей ФИО11 и Реву Д.Н.  

Так, вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г.  Новосибирска по делу № 2-160/2019 от 14.02.2019 подтверждается представителем  ФИО10 - ФИО13, что все вышеназванные сделки (займа, залога, купли- продажи), которые были заключены между сторонами по делу, сопровождались юристами  ФИО3, которые и составляли указанные документы.  

В свою очередь, Рева Д.Н. пояснил, что с ФИО10 он знаком не был, с ней  его познакомил ФИО3, с которым у него был совместный бизнес, и между ними  были доверительные отношения. Деньги по договору займа с ФИО10 он возвращал  также через ФИО3 и расписок не брал. Кроме того, он указал, что между ним  и ФИО11 были хорошие и доверительные отношения, поэтому в 2013 году  он попросил ФИО11 подписать договора займа с ФИО10, деньги  по которому передать ему (решение Центрального районного суда г. Новосибирска  по делу № 2-160/2019 от 14.02.2019).  

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда  Новосибирской области от 23.07.2019 по делу № А45-3615/2018 подтверждается,  что Рева Д.Н. и ФИО3 являются аффилированными лицами через совместное  участие в ООО «Ноэма-Инвест».  

Все вышеизложенное подтверждает то обстоятельство, что реальной целью сторон  договоров займа являлось искусственное создание задолженности ФИО3  для последующего распределения конкурсной массы в виде недвижимого имущества  по адресу: 

<

...>, в пользу «дружественного»  кредитора ФИО4  

Вопреки доводам ФИО4, материалы дела не содержат сведений, каким  образом ФИО3 были истрачены полученные средства.  

Применительно к данному обособленному спору ссылка представителя ФИО4 на сокрытие ФИО3 имущества и доходов основана на предположении.  

При рассмотрении требования об установлении и включении в реестр требований  кредиторов требования, основанного на договоре займа, нормы ГК РФ, регулирующие  отношения займа, должны применяться с учетом законодательства о банкротстве   и специальных положений арбитражного процессуального законодательства.  

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче  должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или  квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего  следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его  доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле  удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены  должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете   и отчетности и т.д.  

Необходимость установления указанных обстоятельств обусловлена тем, чтобы  не допустить включение в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других  кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или на квитанции   к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие  соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального  подтверждения обоснованности таких требований.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ  от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции  кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных  злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции  и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований  кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних  атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих  требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные  как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок  (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.  

Из представленных в дело выписок по счету, открытому в АО «Альфа-Банк»,  следует, что за период 13.07.2017 по 28.02.2018 на счет должника денежные средства  в размере сопоставим с суммами, указанными в расписках от 30.06.2017 и от 31.12.2017  не поступало.  

В соответствии со сведениями из государственного реестра транспортных средств,  предоставленными 6 РО МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Новосибирской области   и актуальными на дату выдачи 12.10.2022 за период с 30.06.17 по 31.12.18,  зарегистрированных транспортных средств за ФИО3 не числится.  

Из ответа филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы  государственной регистрации, кадастра и картографии по НСО» от 17.05.2021 следует,  что в период с 01.01.2017 по 17.05.2021 ФИО3 принадлежало 16 объектов  недвижимости, приобретенных в 2009 и 2017 годах.  

Однако в спорный период времени был приобретен только один объект  – земельный участок с кадастровым номером 54:35:101142:29, площадью 392 кв.м.  по адресу: 

<

...> для строительства трансформаторной подстанции  по договору купли-продажи № 17922 от 16.11.2017. При этом, стоимость указанного  объекта составляет 60 792,73 рубля, что несоизмеримо меньше, чем общая сумма  указанных в расписках.  

В ходе судебного разбирательства, в дело также были представлены выписки  по счетам ООО Юридическая компания «КОНСТАНТА» и ООО «ФУД ТЭК  Новосибирск» (в которых ФИО3 является учредителем/руководителем),  из которых не следует поступления крупных денежных средств на счета Обществ  от должника в спорный период.  

Также, о нереальности договоров займа свидетельствует и беспроцентный характер  расписок и длительное не обращение ФИО4 в суд с требованием о взыскании  задолженности с ФИО3  

Кроме того, указанные в расписках суммы займа вплоть до копеек совпадают  с суммами процентов ФИО11, что подтверждает мнимость указанных сделок.  

Также в материалы дела не представлено доказательств экономической  целесообразности предоставления должнику займа, в том числе, и для кредитора  (отсутствуют условия о процентах, длительный период непринятие гражданско-правовых  мер к истребованию задолженности), а также расходования должником денежных средств,  приобретения имущества.  

При этом, ФИО4 не раскрыта экономическая целесообразность  предоставления столь крупной суммы денежных средств, не доказаны доказал  фактические обстоятельства передачи денежных средств должнику.  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что деньги  при составлении спорных договоров займа не передавались ФИО4 должнику,  а сам договор был составлен с целью создания своего кредитора и получения от этого  преимуществ, а также, с целью включения впоследствии требований ФИО4 в дело  о банкротстве ФИО3 в случае его возбуждения.  

В связи с этим, требование ФИО4 о включении его требования в реестр  требований кредиторов должника на основании договоров займа от 30.06.2017  и от 30.12.2017, удовлетворению не подлежало.  

Доводы подателя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не проверены  и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, и имели бы юридическое  значение для вынесения судебного акта по существу или влияли бы на обоснованность  и законность судебного акта, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции.  

При изложенных обстоятельствах принятое арбитражным судом первой инстанции  определение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы  имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм  материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения  суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов  апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 03.02.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу   № А45-7240/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства  в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца  со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Новосибирской области.  

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное  усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам,  участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети  «Интернет».  

Председательствующий Е.В. Кудряшева  

Судьи Л.Н. Апциаури  

 ФИО1